Постановление № 44Г-6/2018 4Г-74/2018 от 12 июня 2018 г. по делу № 2-422/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 44Г-6/2018

ПРЕЗИДИУМА ЛЕНИНГРАДСКОГО ОКРУЖНОГО ВОЕННОГО СУДА

13 июня 2018 года г. Санкт-Петербург

Президиум Ленинградского окружного военного суда в составе: председательствующего – Кувшинникова Д.В.,

членов президиума – Шишкина Е.И., Гогина А.В., Кислова Д.Н.,

при секретаре Кокашвили Л.М.,

рассмотрел в судебном заседании гражданское дело по кассационной жалобе ответчика ФИО1 на апелляционное определение Ленинградского окружного военного суда от 3 октября 2017 года № 33-91/2018 по гражданскому делу по иску командира войсковой части <данные изъяты> к Компанец <данные изъяты> о привлечении к материальной ответственности.

Заслушав доклад судьи Козлова Ю.А., объяснения ответчика ФИО1, поддержавшего доводы жалобы, президиум окружного военного суда

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части <данные изъяты> обратился в гарнизонный военный суд с исковым заявлением, в котором просил привлечь бывшего командира войсковой части <данные изъяты> Компанец к полной материальной ответственности и взыскать с него в доход федерального бюджета денежные средства в размере 249 906 руб. 02 коп.

В обоснование иска указывалось, что в период с 10 по 18 июля 2015 года Инспекцией материально-технического обеспечения Министерства обороны РФ проведена проверка полноты и качества оказываемых услуг по организации питания в войсковой части <данные изъяты>, предусмотренных условиями государственного контракта № № от 28 ноября 2014 года и спецификацией к нему.

Актом проверки Инспекции от 18 июля 2015 года установлено, что в январе,феврале и марте 2015 года в войсковую часть <данные изъяты> поставлено продовольствие в количестве 2251 суточной выдачи. При этом ответчиком в представленные ему снабжающей организацией к оплате акты сдачи-приема услуг были внесены недостоверные сведения об оказанной услуге по норме № 1 (общевойсковой паек), что подразумевает приготовление пищи, в то время как фактически была оказана услуга поставки продуктов по той же норме без приготовления пищи.

Переплата бюджетных средств, обусловленная разницей в стоимости этих видов услуг, внесена в книгу учёта недостач ФКУ УФО и составляет цену предъявленного иска.

Решением Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 8 ноября 2017 года в удовлетворении заявленных исковых требований отказано ввиду недоказанности вины ответчика в причинении ущерба, а также факта наличия материального ущерба.

Апелляционным определением окружного военного суда от 15 февраля 2018 года решение гарнизонного военного суда отменено и принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований. Ответчик привлечен к ограниченной материальной ответственности, с него взыскано в доход федерального бюджета 50 000 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказано.

20 марта 2018 года от ответчика поступила кассационная жалоба на апелляционное определение, в которой он высказывает несогласие с ним ввиду существенного нарушения норм материального права, просит его отменить и принять по делу новое судебное решение, которым оставить в силе решение гарнизонного военного суда.

Автор жалобы указывает, что не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о том, что в соответствии со спецификацией к дополнительному соглашению от 10 декабря 2013 года к государственному контракту, организация питания военнослужащих предусмотрена по норме №1 (общевойсковой паек) с услугой по приготовлению пищи стоимостью 324 руб. 67 коп., и без услуги по организации питания - 213 руб. 65 коп., так как документов, это подтверждающих, в материалах дела нет. Данная стоимость взята из расчета переплаты денежных средств по организации питания, являющегося приложением к акту проверки от 18 июля 2015 года. Согласно спецификации к государственному контракту от 24 декабря 2011 года на оказание услуг по организации питания для нужд Министерства обороны РФ в 2012-2014 годах стоимость услуги одной суточной дачи по норме №1 и услуги без приготовления пищи являются одинаковыми и составляют 281 руб. 67 коп. Стоимость услуги одной суточной дачи по организации питания по норме №1 на 2015 год не изменилась и, в соответствии со спецификацией к государственному контракту от 28 ноября 2014 года, составила 281 руб. 67 коп.

В жалобе указывается, что суд апелляционной инстанции не учел того обстоятельства, что исполнитель предоставлял ответчику на подпись акты сдачи-приемки услуг, оказанных в период с января по март 2015 года, из которых невозможно было установить факт оказания предоставляемой услуги иного вида или размер подлежащих оплате денежных средств.

Автор жалобы также отмечает, что суд второй инстанции не принял во внимание тот факт, что какого-либо отношения к вопросам оплаты ответчик не имел, так как был назначен ответственным лицом по приему полноты и качества оказываемых услуг и подписывал акты сдачи-приемки, подтверждая полноту и качество получаемых суточных дач продуктов.

В жалобе также указано, что вопреки утверждению в апелляционном определении о том, что факты причинения государству материального ущерба и виновное должностное лицо объективно установлены актом инспекторской проверки и материалами административного расследования, в приказе № командира войсковой части <данные изъяты> указано, что ущерб командирами структурных подразделений данной части Министерству обороны РФ не причинен.

В возражениях на кассационную жалобу начальник ФКУ УФО, привлечённый к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать, оставив в силе апелляционное определение окружного военного суда от 15 февраля 2018 года.

Определением судьи окружного военного суда от 21 марта 2018 года гражданское дело по иску командира войсковой части <данные изъяты> истребовано из Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда и 3 апреля 2018 года поступило в окружной военный суд.

Определением судьи Козлова Ю.А. от 16 мая 2018 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – в президиум Ленинградского окружного военного суда.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и в возражениях на неё, президиум Ленинградского окружного военного суда приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении данного дела судом апелляционной инстанции такие нарушения были допущены.

Принимая решение о привлечении ФИО1 к ограниченной материальной ответственности, суд апелляционной инстанции признал достаточными доказательства, свидетельствующие о наличии прямого и действительного материального ущерба в размере 249 906 руб. 02 коп., причинённого ответчиком государству.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что 28 ноября 2014 года между Министерством обороны РФ (заказчиком) и ОАО «<данные изъяты>» (исполнителем) на основании постановления Правительства РФ от 6 февраля 2010 года №-р был заключен государственный контракт №/ВП на оказание услуг по организации питания для нужд Министерства обороны РФ в 2015-2017 годах.

Получателем услуг, исходя из содержания п. 1.1.2 госконтракта, признавались воинские части, учреждения и организации, подведомственные Министерству обороны РФ, в интересах которых исполнитель оказывал услуги в соответствии с контрактом, определённые заказчиком в качестве уполномоченных в установленном порядке на получение услуг и осуществление приёмки услуг, на основании доверенности, выдаваемой заказчиком.

При этом ещё 20 декабря 2012 года между ОАО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» был заключён договор № ОП-13-10 на организацию питания военнослужащих Министерства обороны РФ, в соответствии с которым ООО «<данные изъяты>» было привлечено к исполнению услуг в качестве соисполнителя по ранее действовавшему государственному контракту от 24 декабря 2011 года №ПП.

Суд также посчитал установленным, что спецификацией к дополнительному соглашению от 10 декабря 2013 года к этому государственному контракту предусматривалась различная стоимость предоставления услуг по организации питания с приготовлением пищи и без таковой - 324 рубля 67 копеек и 213 рублей 65 копеек, соответственно.

Те же данные о стоимости услуг были применены при расчёте суммы материального ущерба в акте проверки, проведённой Инспекцией материально-технического обеспечения Минобороны РФ.

По выводу суда апелляционной инстанции, поскольку ответчиком в качестве получателя услуг были подписаны акты по их приёмке по норме № (общевойсковой паёк), предусматривающей приготовление пищи, в то время как фактически оказывались услуги без приготовления пищи, военному ведомству причинён материальный ущерб в виде переплаты денежных средств, исчисленный из приведённой выше стоимости услуг.

В соответствии с п.1 ст.3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность только за причинённый по их вине реальный ущерб.

Согласно ст.2 того же Федерального закона под реальным ущербом понимается утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которая воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или повреждённого имущества, а также излишние денежные выплаты, произведённые воинской частью.

По смыслу данных законоположений, они не предполагают привлечение военнослужащих к материальной ответственности в случае, если ими не был причинён реальный ущерб, а также при отсутствии их вины.

Президиум окружного военного суда находит вывод суда апелляционной инстанции о доказанности реального ущерба основанным на неправильном применении норм материального права и сделанным с нарушением норм процессуального права, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 и ч. 2 ст. 195 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом ФИО2 основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Исходя из содержания п.п.4.5 и 12.2 государственного контракта от 28 ноября 2014 года №/ВП, указанные в нём услуги оказывались в период с 1 января 2015 года по 30 ноября 2017 года. При этом цена единицы услуги являлась твёрдой, была определена на весь период действия контракта и не могла изменяться в ходе его исполнения, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно спецификации - приложения к государственному контракту, цена услуги питания (сутодачи) по норме №, а также по норме № (паёк на руки) составляла 281 рубль 67 копеек в каждом из этих случаев.

Сведений об иной стоимости данной услуги в указанный период с приготовлением горячей пищи или без такого, и оплаты этой услуги в завышенном размере на указанную в иске сумму по вине ответчика материалы дела не содержат.

Ссылку в апелляционном определении на спецификацию к дополнительному соглашению от 10 декабря 2013 года следует признать ошибочной, так как данное дополнительное соглашение является неотъемлемой частью государственного контракта №/ПП от 24 декабря 2011 года, действие которого окончилось 31 декабря 2014 года (п.9 дополнительного соглашения, п.10.1 госконтракта).

Что касается акта проверки Инспекции, то в основу сформулированного в нём вывода о наличии реального ущерба вследствие действий ответчика положен расчёт ущерба исходя из стоимости услуг, установленных дополнительным соглашением от 10 декабря 2013 года к государственному контракту №/ПП, который к тому времени прекратил своё действие.

Таким образом, довод ответчика об одинаковой стоимости услуг, из которых рассчитана сумма переплаты, доказательствами, положенными в основу решения о привлечении его к материальной ответственности, не опровергнут, а сведения о стоимости суточной нормы питания, указанной в справке-расчете к акту проверки противоречат государственному контракту и спецификации к нему.

Поскольку поставка продовольствия за январь, февраль и март 2015 года была осуществлена исполнителем в полном объеме, а оплата этих услуг должна была осуществляться в соответствии с заключенным государственным контрактом, не предусматривающем разницы в стоимости услуги в зависимости от наличия либо отсутствия приготовления пищи, оснований полагать, что ответчик совершил виновные действия, которыми причинен материальный ущерб, не имеется.

С учётом изложенного, привлечение ФИО1 к ограниченной материальной ответственности основано на неправильном применении ст.2 и ст.3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», поскольку ни реального ущерба, ни вины ответчика, основанных на нарушении условий государственного контракта, действовавшего в 2015 году, судом апелляционной инстанции не установлено.

Отмеченные нарушения, допущенные судом апелляционной инстанции, повлияли на исход дела, без их устранения невозможна защита охраняемых законом прав ответчика, в связи с чем апелляционное определение подлежит отмене с оставлением в силе правильного по существу решения Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 8 ноября 2017 года об отказе в удовлетворении заявленного иска в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 387, 388 и п.4 ч.1 ст.390 ГПК РФ, президиум окружного военного суда

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное определение Ленинградского окружного военного суда от 3 октября 2017 года № 33-91/2018 по гражданскому делу по иску командира войсковой части <данные изъяты> к Компанец <данные изъяты> о привлечении к материальной ответственности отменить в связи с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

Решение Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 8 ноября 2017 года по данному делу об отказе в удовлетворении иска командира войсковой части <данные изъяты> оставить в силе.

Председательствующий <данные изъяты>