Решение № 2-389/2019 от 13 августа 2019 г. по делу № 2-389/2019

Дело № 2-389/2019 мотивированное
решение изготовлено 13 августа 2019 года.

66RS0036-01-2019-001232-02

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Кушва 08 августа 2019 год

Кушвинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой И.Н.,

при секретаре Ямалеевой С.А.,

рассмотрев в помещении Кушвинского городского суда в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании стоимости за проданное имущество, проценты за невыполнение денежного обязательства,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась к мировому судье судебного участка № 3 Кушвинского района Свердловской области с иском ко ФИО2 о взыскании с ответчика суммы долга в размере 33 500 рублей, процентов на несвоевременный возврат суммы долга в размере 536 рублей.

В обоснование иска указано, что 01 ноября 2018 года ФИО2 взяла у неё в долг денежную сумму 33 500 рублей, которую обязалась возвратить в срок до 31.12.2018 года. До указанного в расписке срока деньги ответчик не вернула, неоднократные требования возвратить деньги игнорирует, поэтому последовало её обращение в суд. Согласно ст.395 ч.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки их уплаты подлежат уплате проценты на сумму долга, размер которых определяется ключевой ставкой Банка России, действующей в соответствующие периоды. По предоставленному расчёту просит взыскать проценты в размере 536 рублей. Так же просит взыскать с ответчика расходы по уплаченной государственной пошлине в размере 1 221 рубль 08 копеек, расходы на юридические услуги 3 000 рублей.

При нахождении искового заявления в суде ФИО1 подала ходатайство (л.д.18) об увеличении суммы процентов за несвоевременное исполнение денежного обязательства до 757 рублей 10 копеек.

ФИО2 обратилась в мировой суд со встречным заявлением к ФИО1 о признании договора займа незаключенным (л.д. 71). В обоснование встречного иска указала, что они с ФИО1 заключили договор купли-продажи квартиры, поскольку ей не хватило денежных средств до цены продажи, о которой они договорились, она написала расписку на 33 500 рублей с возвратом до 31.12.2018 года. В расписке указала, что взяла, якобы в долг деньги, фактически ФИО1 деньги в долг ей не давала, все денежные обязательства связаны с покупкой у ФИО1 квартиры. Кроме того, расписка содержит ряд нареканий по её составлению, является поддельной, недействительной, просит признать договор займа незаключенным.

Встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 принято мировым судьёй (л.д. 77).

Определением мирового судьи судебного участка № 3 Кушвинского судебного района Свердловской области от 21 мая 2019 года (л.д. 82 – 83) гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании долга по договору займа и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора займа незаключенным передано по подсудности в городской суд на основании ст. 23 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что иск ФИО2 об оспаривании договора займа по безденежности является неимущественным требованием и к компетенции мирового судьи не относится.

Определением судьи Кушвинского городского суда от 06 июня 2019 года данное гражданское дело принято к производству Кушвинского городского суда.

На предварительном судебном заседании установлено, что ФИО1 в октябре 2018 года продала ФИО2 квартиру, расположенную по адресу <адрес>. При оформлении документов купли-продажи квартиры, стороны пришли к соглашению о продаже вместе с квартирой части мебели. Расписка ФИО2 на 33 500 рублей, оформленная как полученные в долг деньги фактически таковой не является. ФИО1 подтвердила, что деньги 33 500 рублей в долг ФИО2 не давала. Расписка написана ФИО2 как обязательство перед ней передачи этой суммы денег за покупку мебели, оставленной ей по договорённости со ФИО2 в квартире. В предварительном судебном заседании ФИО1 изменила основания исковых требований. Просила суд взыскать заявленную сумму 33 500 рублей не как долг, а как денежное обязательство ФИО2 перед ней за покупку помимо квартиры мебели в ней.

В соответствии со ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцу принадлежит право изменить основание или предмет иска.

Согласно ст. 196 ч.3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В суде ФИО1 свои требования к ФИО2 поддержала, в их обоснование суду пояснила, что имела в собственности двухкомнатную благоустроенную квартиру, расположенную по адресу <адрес>. В 2018 году они с супругом решили продать квартиру, переехать в Екатеринбург ближе к детям. Она опубликовала объявление в газете о продаже квартиры. По данному объявлению в сентябре 2018 года к ним пришла ФИО2, квартира ей понравилась, стали договариваться о сделке купли-продажи. Она назвала цену в размере 800 000 рублей, которая ФИО2 устроила. Проговорили, что ФИО2 будет брать кредит на покупку квартиры, если сумма кредита не будет достаточной для покупки квартиры, разницу возместит ФИО2 наличными или переводом на карту. Более о продаже квартиры ни с кем не договаривались, поскольку ФИО2 была настроена на покупку квартиры. В начале октября ответчик пояснила ей, что одобрена сумма кредита в размере 738 767 рублей 56 копеек, при условии, что продажная цена квартиры в договоре купли-продажи будет 941 500 рублей, на том и порешили. ДД.ММ.ГГГГ она и ФИО2 оформили договор купли-продажи квартиры за 941 500 рублей, по условиям договора часть денег перечисляет банк за счёт целевых кредитных средств, предоставленных ФИО2, часть денег передаёт покупатель за счёт собственных средств.

Договор подписали. ДД.ММ.ГГГГ на её имя банком перечислено 738 767 рублей 56 копеек. ДД.ММ.ГГГГ на её карточку было перечислено 50 000 рублей. После оформления договора она договорилась со ФИО2, что они некоторое время поживут с мужем в квартире, пока не найдут для себя подходящий вариант для проживания, поскольку купить квартиру в <адрес> у них не получилось. ФИО2 не стала возражать, при очередном визите она спросила, могут ли они оставить ей за плату некоторую мебель, поскольку они бы сразу стали с мебелью пользоваться квартирой. Она не возражала. Договорились, что за отдельную плату она оставит ответчику стенку 5-ти секционную в большой комнате за 15 000 рублей, диван в большой комнате за 15 000 рублей и палас из маленькой комнаты за 3 500 рублей, итого на 33 500 рублей. Кроме того, они договорились, что в квартире остаётся кухонный гарнитур, газовая плита, гардины в обеих комнатах, люстры в кухне и прихожей, шторы в спальне. В отношении водонагревателя разговор был таким образом, что он не работающий, если нужно, она его оставит. На что ответчица заявила, что неработающий водонагреватель ей не нужен, поэтому она его выбросила. Помимо этого, в маленькой комнате у них была стенка из 3-х секции и диван молочного цвета из кожзаменителя, новый. Эту мебель они ФИО2 не продавали. Потихоньку они мебель и другое своё имущество вывезли, 23 октября она позвонила ответчику и сказала, что она может забирать ключи. ФИО2 пришла в квартиру, в квартире оставались только стенка и диван, которые стояли в большой комнате, палас, мебель из маленькой комнаты была вывезена. Они снова договорились, что эту мебель ответчик покупает за 33 500 рублей, деньги отдаст к концу года. Она передала ключи ФИО2 через некоторое время им позвонила знакомая ФИО2 и сказала, что им лучше взять со Швец расписку, так как она может не сдержать обещание о передаче денег. Они подошли к ФИО2, и попросили написать расписку. Ответчица 1 ноября написала собственноручно расписку о том, что взяла в долг 33 500 рублей, которые обязуется вернуть до 31.12.20-18 года. О том, что расписка написана так, как будто ФИО2 взяла у неё в долг, не придала значения, поскольку юридически не грамотна, имела ввиду, что ответчик должна ей деньги, которые обязалась вернуть до 31 декабря 2018 года. Поэтому её иск был составлен как требование долга, в ходе рассмотрения дела она изменила основание иска, денежные средства просит за проданную мебель, которая находится в собственности ответчика, данная сумма не входила в продажную стоимость квартиры. В связи с неисполнением ответчиком добровольно денежного обязательства до установленного срока, просит взыскать проценты, а также суммы расходов, понесённых уплатой государственной пошлины и за оказание юридических услуг.

Ответчик ФИО2 требования о взыскании с неё суммы за якобы проданную ей мебель и сопутствующие требования не признала. После подачи иска о взыскании долга подала встречный иск о признании договора займа недействительным по его безденежности, так как никаких денег у ФИО1 не занимала. В настоящее время, в связи с тем, что ФИО1 признала, что денег в долг ей не давала, изменила основания требования, признаёт, что её иск перестал быть актуален, отказывается от встречного иска о признании недействительным договора займа по его безденежности.

Определением суда от 08.08.2019 года производство по делу по встречному иску ФИО2 к ФИО1 прекращено производством в связи с отказом от заявленных требований.

ФИО2, оспаривая обоснованность заявленных к ней требований, суду пояснила, что проживала с дочерью в общежитии, осенью 2018 года задалась целью купить квартиру, узнала, какую сумму может получить в кредит для приобретения квартиры. Стала просматривать объявления, нашла объявление ФИО1, пришла посмотреть квартиру. Квартира ей понравилась, она стала договариваться о покупке. Изначально ФИО1 ей сказала, что квартиру продаёт за 750 000 рублей без мебели, если квартиру будут брать с мебелью, то за 800 000 рублей. Подруга, которая была с ней, сказала, что это хороший вариант, мебель нужна, они стали договариваться о купле-продаже квартиры с мебелью за 800 000 рублей. При этом ФИО1 сказала, что оставит кухонный гарнитур, водонагреватель, мебельную стенку и диван из маленькой комнаты, палас. Речь шла о стенке и диване, стоявших в маленькой комнате. Потом она узнала, какую сумму ей даст банк – 743 182,20 рубля. 1 октября она с подругой и сестрой пришли в квартиру ФИО1, сообщила ей о сумме, одобренной банком. Поскольку этой суммы не хватало до 800 000 рублей, а она уже определилась, что купит квартиру с мебелью, предложила ФИО1 взять имеющиеся при ней наличные 23 500 рублей, а оставшуюся сумму передать ей позднее, недостающие 33 500 рублей. ФИО1 согласилась, но попросила составить долговую расписку на эту сумму, в качестве своей страховки. Именно 1 октября она написала расписку на получение от ФИО1 в долг 33 500 рублей. Денег она у ФИО1 не брала, что та не отрицает. Договор купли-продажи оформили 5 октября 2018 года, специально в договоре купли-продажи указали большую сумму – 941 500 рублей, чтобы банк одобрил кредит ей на большую сумму.

Она переговорила со своими родственниками по поводу недостающей суммы, её мама 3 октября взяла кредит на 60 000 рублей, перевела их на карту сестры /-/ Сестра 9 октября перевела на карту ФИО1 50 000 рублей. 7 300 рублей сестра сняла наличными и эти деньги тоже передала истице. 12 октября они встретились, ФИО1 написала расписку о получении ею суммы на 941 500 рублей – по цене, указанной в договоре купли-продажи. Она попросила её вернуть расписку от 1 октября, на что ФИО1 ответила, что она её уничтожила. 17 октября банк перечислил ФИО1 деньги за квартиру. Истица попросила её несколько дней подождать до заселения в квартиру, чтобы они могли выехать из квартиры, вывести своё имущество, она согласилась. 23 октября она заехала в квартиру, обнаружила, что купленная ею мебель за 50 000 рублей дополнительно, отсутствует. Вместо стенки и дивана, ранее стоявших в маленькой комнате и которые она купила, стояла стенка и диван в большой комнате, которые ей не нужны были. Водонагреватель отсутствовал. Со слов соседей ей известно, что истица сняла водонагреватель и вывезла его. Утверждения истицы о том, что она написала расписку 1 ноября, оспаривает, эту расписку она написала 1 октября, написала её со слов ФИО1 деньги за квартиру и мебель отдала истице в полном размере, ничего ей не должна, более того, ещё оплатила долги по коммунальным платежам за октябрь. Полагает, что ФИО1 обманом сохранила подлинник её расписки от 01 октября и теперь требует с неё деньги. Утверждает, что ничего истице не должна, рассчиталась с ней в полном объёме, просит в иске отказать.

Суд выслушал показания свидетелей с обеих сторон.

Свидетели со стороны истца ФИО1: её супруг /-/ пояснил суду, что супруга дала объявление о продаже квартиры. К ним пришла ФИО2 с подругой, осмотрелась, предложила сама за квартиру 800 000 рублей, они согласились с такой ценой. Швец попросила их подождать, чтобы оформить кредит в банке, они так же согласились. Потом договорились, оформили сделку, 50 000 рублей Швец перевела на карту жене, потом банк перевёл деньги на счёт супруги. Они продолжали пользоваться квартирой в октябре, так как не могли найти себе другую подходящую квартиру, он постепенно возил тюки с вещами в гараж. Потом жена сказала, что Швец просит оставить ей мебель в квартире за отдельную плату – стенку, диван, палас в большой комнате. Он не стал возражать, они оставили ей мебель в большой комнате. Когда выезжали, договорились о цене мебели. Чтобы у них была гарантия, решили оформить долг Швец за мебель распиской. 1 ноября она написала им расписку, они приходили к ней на квартиру 1 ноября, она уже жила в купленной квартире. Никаких претензий о том, что ей оставили не ту мебель, он не слышал. Потом начались проблемы с отдачей денег. Швец заявила, что расписка юридической силы не имеет. Он стал звонить Швец, выяснять, когда она отдаст деньги за мебель, ему ответил незнакомый молодой человек, сказал, что квартира куплена за 750 000 рублей. Свидетель /-/ дала пояснения, что истец – её бабушка. Ей известно, что дедушка и бабушка продавали квартиру за 800 000 рублей.

Свидетели со стороны ответчика: /-/ представилась подругой ФИО2, рассказала, что помогал ей искать квартиру, они вместе приходили в квартиру к ФИО1, при выяснении цены, та предложила цену за квартиру 750 000 рублей без мебели и 800 000 рублей, если будут брать с мебелью. Сказала Швец, чтобы брала с мебелью, поскольку она ей нужна была. Про мебель договаривались – стенка и диван в маленькой комнате. Больше в переговорах сторон она не участвовала.Свидетель /-/ сообщила, что со слов Швец ей известно, что она купила у ФИО1 квартиру с мебелью за 800 000 рублей.

Свидетель /-/ сообщила, что в квартире после продаже не было водонагревателя, хотя она сама слышала, как /-/ намеревалась оставить его в квартире.

Изучив доводы сторон, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, дав в совокупности им оценку, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п.3 ч.1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему и вследствие причинения вреда другому лицу.

При разрешении данного спора суд исходит из положений ст.56 ГПК РФ, предусматривающей обязанность стороны доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Заявляя требования о взыскании денег, ФИО1 предъявила суду подлинник расписки в письменном виде, с обязательством перед ней ФИО2 выплатить деньги в сумме 33 500 рублей до 31 декабря 2018 года. Данное доказательство признано судом достоверным, допустимым исходя из положений ст.60 ГПК РФ.

При этом, суд принимает во внимание, что согласно ст.ст.420, 421, 422 ГК РФ граждане свободны в заключении договоров, условия договора определяются по усмотрению сторон, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующими в момент его заключения.

Суд отмечает, что лицо, участвующее в гражданском обороте, свободно в своём волеизъявлении на возникновение у него гражданских прав и обязанностей, в том числе, денежных обязательств. При этом лицо осознает, что вступая в гражданские правоотношения, несёт определенный риск, связанный с несвоевременным исполнением обязательств даже по причинам, от него не зависящим, а так же предполагает, что ненадлежащее исполнение обязательств приведет к неблагоприятным последствиям, в том числе к принудительному исполнению обязательств.

Из пояснений сторон, данных в суде, следует, что указанная в расписке сумма долга, заявленная ФИО1 к взысканию, по сути, отражает задолженность по оплате стоимости мебели, о купле – продаже которой стороны договорились при сделке купли-продажи квартиры.

Суд пришёл к выводу о тождественности суммы, заявленной к взысканию с задолженностью по оплате стоимости мебели в сумме 33 500 рублей, поскольку право применения соответствующих правовых норм, учитывающих характер спорных правоотношений статьей 196 ГПК РФ отнесено к компетенции суда. Из положений ст. 486 ГК РФ следует право продавца требовать оплаты товара и обязанность покупателя уплатить продавцу полную цену переданного товара. Заявленная истцом к взысканию сумма, по сути, является задолженностью покупателя ФИО2 по оплате стоимости мебели, которую ФИО2, написав долговую расписку, отнесла только на свой счет.

Из текста договора купли-продажи квартиры (л.д.37) стоимость квартиры определена сторонами в 941 500 рублей. Часть стоимости объекта в сумме 198 317 рублей 80 копеек оплачивается за счёт собственных средств покупателя (ФИО2). Часть стоимости квартиры в сумме 743 182 рубля 20 копеек оплачивается за счёт целевых кредитных денежных средств, предоставленных ФИО2

Согласно п.1 договора купли-продажи «предмет договора» продавец продал, а покупатель купил в собственность недвижимое имущество – <адрес>.

Вопреки доводам ФИО2 о покупке ею квартиры с мебелью за 800 000 рублей, договор купли-продажи квартиры не содержат условий продажи квартиры вместе с мебелью.

Отдельного договора купли-продажи мебели с перечнем, наименованием этой мебели стороны не заключали, акт передачи мебели отсутствует.

В объявлении о продажи квартиры не содержится цена квартиры, не имеется условий о продаже квартиры вместе с мебелью.

К показаниям свидетеля /-/ о том, что ФИО1 за 800 000 рублей продавала квартиру вместе с мебелью, суд относится критически, поскольку последовательность действий самой ФИО2 свидетельствуют об обратном.

Из положений п. 2 ч. 1 ст. 161 и ч. 1 ст. 162 ГК РФ следует, что сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в 10 раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, должны совершаться в простой письменной форме. Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания.

Суд исходит из установленных фактов, которые ни одна из сторон не оспаривает.

В квартире осталась мебель – кухонный гарнитур, мебельная стенка из 5 секций, диван, палас, три последних наименования находятся в большой комнате. Так же оставлены светильники, гардины, шторы.

Сторона ответчика не оспорила, что получила ключи от квартиры 23 октября, в квартиру за ключами заходила. Видела, что в квартире в большой комнате стоят стенка и диван, лежит палас. Никаких претензий по поводу того, что это не та мебель, не высказала. В квартиру въехала, в квартире живёт, предоставленной мебелью пользуется.

Доводы ФИО2 о том, что она написала расписку ФИО1 на сумму 33 500 рублей 1 октября, а не 1 ноября, расписка была дана не в счёт покупки мебели, а в счёт покупки квартиры, вместе с мебелью изучены судом, признаны не убедительными, не являются допустимым доказательством по делу, противоречат обстоятельствам установленным судом.

Так ФИО2 утверждает, что данная сумма 33 500 рублей посчитана сторонами 1 октября при оформлении договора купли – продажи квартиры.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что в своих объяснениях (л.д.24- 25), возражая на иск ФИО1, ответчик указала, что 1 октября ей стало известно о размере суммы жилищного кредита, который ей согласовал банк 743 182 рубля 20 копеек. Данной суммы ей почти бы хватило на приобретение квартиры без мебели. Но поскольку она хотела приобрести мебель, она предложила продавцу имеющиеся при ней 23 500 рублей, а остальные обещала принести позднее, но до подписания договора. ФИО1 согласилась, но для страховки предложила написать ей расписку, что недостающие 33 500 рублей будет ей должна отдать до 31 декабря 2018 года. Она написала расписку.

В последующем со счёта её сестры /-/ были перечислены 50 000 рублей, а сумма 7 300 рублей переданы наличными. Вместе с тем доказательства передачи наличными денежных средств от ФИО2 продавцу – расписки о получении денежных средств отсутствуют. Учитывая спор сторон, противоречивые пояснения сторон и их свидетелей, суд принял в качестве допустимых доказательств подтверждения финансового спора только официальные документы – перечисления банком на счёт ФИО1 денежных средств в сумме 738 767, 56 рублей (л.д. 54), перевод на карту ФИО1 со счета сестры ФИО2 – /-/ денежной суммы 50 000 рублей (л.д. 48,49).

Суммируя по пояснениям ФИО2 денежные средства, переданные ей ФИО1, они так же превышают 800 000 рублей. При этом ФИО2 никак не могла обосновать сумму написанной расписки на 33 500 рублей, поскольку на 1 октября она не могла знать сумму, которую перечислит банк по данному договору. Названная ею сумма на 1 октября хоть и не существенно, но отличается от перечисленной банком средств за квартиру 17 октября. Не объясняет логику в поведении ФИО2 и перечисление 50 000 рублей за квартиру без изъятия расписки долгового обязательства, если следовать её утверждениям, что она 1 октября (до подписания договора 5 октября!) передала деньги в сумме 23 500 рублей, потом ещё передавала 7 300 рублей.

Доводы ФИО2, о том, что она заплатила коммунальные платежи, оплатила расходы по оформлению договора, что так же, по её мнению, входит в стоимость квартиры, не могут быть приняты судом. В тексте договора, подписанного добровольно сторонами, в п.4.4. указано, что расходы, связанные с заключением договора, государственной регистрацией права собственности несёт покупатель, то есть ФИО2 в договоре так же отсутствуют указание на зачёт стоимости коммунальных платежей в стоимость квартиры.

Всячески пытаясь опорочить расписку с долговым обязательством, ФИО2 указывает на то, что писала её 1 октября, а не 1 ноября, как указано в расписке, в расписке отсутствует написание места её составления, каким образом должен быть производиться возврат денег (частями, в полном размере и прочее). Такие доводы не имеют никакого значения к обязательству ФИО2, не могут его опорочить.

ФИО2 писала расписку собственноручно, поставила свою подпись, никто не заставил её написать месяц не римской цифрой, а прописью. Данные факты ответчик не оспаривала, расписку и месяц римской цифрой написала собственноручно по своему усмотрению. В расписке указана сумма денежного обязательства, кто обязан и кому вернуть деньги, дата исполнения денежного обязательства. Перечисленных данных достаточно для вывода о том, что ФИО2 взяла на себя денежное обязательство до 31 декабря 2018 года отдать деньги в размере 33 500 рублей ФИО1, обязательство не исполнила.

Доводы ФИО1 последовательны в части достижения со ФИО2 соглашения о продаже квартиры за 800 000 рублей, за дополнительную плату стороны договорились о продаже мебели – стенки, дивана, паласа. При этом ФИО1 указала, что стоимость стенки – 15 000 рублей, стоимость дивана 15 000 рублей, стоимость паласа 3 500 рублей, итого 33 500 рублей. На эту сумму написана расписка. Факт того, что стенка, диван и палас находятся в квартире, в пользование ФИО2, помимо этого в квартире находятся кухонный гарнитур, гардины, светильники, установлено в суде, не оспорено ФИО2 Различие в покупке стенки и дивана из разных комнат, стороной ответчика не доказано.

Написание расписки 1 ноября соответствует развитию отношений сторон, ФИО1 освободила квартиру для проживания ФИО2 23 октября, в квартире оставила мебель, не получив за неё деньги, попросила оформить долговую расписку, что и было сделано ответчиком.

По правилам ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требовании закона, иных правовых актах, а при отсутствии таких условий и требований в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. По смыслу ст.408 Гражданского кодекса Российской Федерации нахождение долговой расписки у заимодавца подтверждает неисполнение денежного обязательства с другой стороны, если им не будет доказано иное.

Стороной ответчика не доказано исполнение денежного обязательства о передаче стоимости мебели продавцу, как уже было указано выше, по договору купли-продажи квартиры мебель не входила в предмет договора.

Требования о взыскании процентов за несвоевременное исполнение обязательств основано на положениях ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороной истца расчёт предоставлен, расчёт ответчиком не оспорен, подлежит взысканию.

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворённым требованиям. Поскольку требования ФИО1 удовлетворены в полном размере, уплаченная ею государственная пошлина в сумме 1 221 рубль 08 копеек, подлежит взысканию с ответчика. Вместе с тем ФИО1 уплачена государственная пошлины на дату подачи иска, потом она увеличила сумму исковых требований по сумме процентов, не доплатив государственную пошлину, поэтому государственная пошлина в недостающей сумме 6 рублей 63 копейки подлежит взысканию с ответчика в бюджет Кушвинского городского округа.

В соответствии со статьями 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат возмещению судебные издержки истца по договору об оказании юридических услуг.

Расходы, понесенные истцом по оказанию ей юридических услуг, подтверждены документально квитанцией (л.д. 11). При этом по квитанции следует, что данная сумма оказания юридических услуг заключалось в составлении заявления о вынесении судебного приказа.

Исходя из качества оказанных истцу юридических услуг, с учетом проведенной представителем работы, подача заявления в суд по долгу, в условиях очевидности, что договор займа не заключался, принимая во внимание принцип разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать в пользу ФИО1 с ответчика расходы юридических услуг в размере 1 000 рублей.

Руководствуясь ст. 197 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании стоимости за проданное имущество, процентов за невыполнение денежного обязательства, удовлетворить.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1 стоимость проданного имущества в размере 33 500 рублей, компенсацию за несвоевременное исполнение денежного обязательства в размере 757 рублей 10 копеек, расходы по государственной пошлине 1 221 рубль 08 копеек, расходы на юридические услуги 1 000 рублей.

Взыскать со ФИО2 государственную пошлину в размере 6 рублей 63 копейки в бюджет Кушвинского городского округа.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня его изготовления в мотивированном виде в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кушвинский городской суд Свердловской области.

Решение изготовлено в совещательной комнате с использованием персонального компьютера.

Судья И.Н.Кожевникова