Апелляционное определение № 22-1513/2026 от 23 марта 2026 г.

Судья: Фроленко Л.Н. Дело №22-1513/2026

24RS0037-01-2025-000369-67


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красноярск 24 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего – судьи Красноярского краевого суда В.М. Барсукова,

судей Красноярского краевого суда В.В. Золотого, Н.И. Кемаевой,

при секретаре - помощнике судьи С.Э. Иващенко,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению Назаровского межрайонного прокурора Красноярского края Беспалова В.А. на приговор Назаровского городского суда Красноярского края от 19 ноября 2025 года, которым ФИО1, <данные изъяты> не судимая, признана невиновной и оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Барсукова В.М., изложившего содержание приговора, доводы апелляционного представления, возражений на него, заслушав: прокурора Беспалова В.А., потерпевшей ФИО2, поддержавших доводы апелляционного представления, оправданной ФИО1, защитника оправданной адвоката Зеер А.В., возражавших против доводов апелляционного представления, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором Назаровского городского суда Красноярского края от 19 ноября 2025 года ФИО1 признана невиновной и оправдана по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

В апелляционном представлении Назаровский межрайонный прокурор Беспалов В.А. просит отменить приговор суда, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В обоснование представления указывает, что выводы суда о действиях ФИО1 в состоянии необходимой обороны, отсутствии признаков превышения необходимой обороны не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела.

Приводя показания ФИО1, данные ею в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, указывает, что свои первоначальные показания о том, что она увидела, как ФИО8 душил ФИО7, лежащую на полу в кухне, и когда та стала хрипеть и не могла самостоятельно сопротивляться, испугавшись за жизнь дочери, у нее возникла мысль взяться за нож, ФИО1 изменила, указав, что ФИО8 начал бить ФИО1 по голове, от чего она стала отступать к столу, где лежал нож и, испугавшись, что ФИО8 их сейчас убьет, она от страха и боли ударила его ножом.

Судом приняты за основу показания ФИО1, данные ею в суде, где она заявляла, что ФИО8 ударил ее руками и ногами раз 40, кидал ее из стороны в сторону, наносил удары как ей, так и ее дочери – ФИО7, рвал на ее голове волосы, душил дочь. Согласно же выводам заключения эксперта № от <дата>, имевшиеся у ФИО1 повреждения носят характер ушибов от не менее 4 воздействий, являются повреждениями, не причинившие вреда здоровью человека. На ее теле не обнаружено следов, указывающих на самооборону или сопровождавшихся наружным кровотечением. Из заключения эксперта № от <дата> у ФИО7 обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадины от 6 воздействий, не причинившие вреда здоровью человека. На ее теле не обнаружено следов, указывающих на самооборону или сопровождавшихся наружным кровотечением.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля судебно-медицинского эксперта ФИО17, по локализации телесных повреждений следует, что ФИО1 по отношении к лицу, причинившему повреждения, была расположена по большей части правой боковой стороной. По своему физическому состоянию вполне вероятно, что ФИО20 и ФИО1 не смогли оказать сопротивления. При обстоятельствах, о которых указывает ФИО1 признаков самообороны могло и не быть ни у нее, ни и у ФИО20.

Количество воздействий, причиненных ФИО1 и ФИО20, а также имеющиеся у них телесные повреждения, отсутствие следов в области шеи ФИО20 указывает о явном несоответствии показаний ФИО1 обстоятельствам дела. Указание эксперта о возможности возникновения кровоподтеков у ФИО20 и ФИО1 позднее, не подтверждено, так как экспертные исследования по данному вопросу не проводились.

Кроме того, согласно заключению эксперта №545 от 17.02.2025 после причинения проникающего колото-резаного ранения грудной клетки справа потерпевший мог совершать активные действия в короткий промежуток времени, исчисляемый минутами, а в крови трупа обнаружена концентрация алкоголя, соответствующая сильному опьянению, что дает основания сомневаться в показаниях ФИО1 и ФИО20 о том, что ФИО8 активно их избивал и своим поведением давал достаточные основания полагать, что убьет их. После удара ножом он вовсе не предпринимал активных действий по причинению телесных повреждений. Первоначальные показания ФИО1 свидетельствуют о наличии явных неприязненных отношений ФИО1 к ФИО8, вызванных его нежеланием уходить из их дома, желанием интимной близости с ФИО1, в также его дракой с ее дочерью, ФИО7, пришедшей на крики ФИО1, что и явилось поводом к совершению преступления. Доводы ФИО1 о неверном изложении ее первоначальных показаний опровергнуты показаниями следователя Свидетель №5, а также заключением эксперта № от <дата>, согласно которому ФИО1 могла с учетом ее алкогольного опьянения осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в состоянии физиологического аффекта не находилась, что опровергает доводы подсудимой о том, что при первой даче показаний она не помнила всех обстоятельств ею содеянного. Также судом не учтено, что ФИО8 в момент нанесения ему ножевого ранения был безоружен, что было для ФИО1 очевидно, его действия не представляли угрозы применения насилия, опасного для жизни ФИО1 и ФИО20, также он был в сильном алкогольном опьянении и ФИО1 и ФИО20 были в состоянии оказать на него физическое воздействие для воспрепятствования противоправному поведению потерпевшего. Также ФИО8 неоднократно находился в благоприятном положении для причинения ФИО1 и ФИО20 вреда, опасного для их жизни и здоровью, но действий по причинению такого вреда не предпринимал, угроз не высказывал. ФИО1 и ФИО20 имели возможность уйти от потерпевшего, не нанося ему ножевого ранения, так как они останавливали противоправные действия ФИО8, таким образом, отсутствие посторонних не препятствовало их защите, так как они совершали активные действия по защите от действий ФИО8

Указание суда на нахождении в ограниченном пространстве и неотвратимости нападения ФИО8 не верны. Так как до события преступления они перемещались по дому, оказывая ФИО8 сопротивление, сопоставимое с применяемой им силой, то есть конфликт до нанесения удара ФИО1 длился некоторое время. Судом также не учтено, что ФИО1 нанесла целенаправленный удар ножом в грудь ФИО8, с приложением значительной силы, в целях причинения смерти ФИО8, а, следовательно, не могла не осознавать неизбежность наступления его смерти а также желала её наступления. В приговоре нет указания о соразмерности причиненного ФИО1 потерпевшему вреда в виде его смерти и наличия опасности и ее реальной степени для ФИО1 и ФИО20. Судом не рассмотрен вопрос о нахождении ФИО1 в состоянии мнимой обороны, что влечет квалификацию её действий на общих основаниях. Материалами уголовного дела установлено, что у Зыковой возникла личная неприязнь к ФИО8, находившемуся в сильном алкогольном опьянении, ввиду его требования интимной близости, нежелания уходить из ее дома, а также его противоправного поведения в отношении ФИО1 и ее дочери, ФИО20.

Версия ФИО1 о наличии угрозы жизни ее и ее дочери – это избранный подсудимой способ защиты.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Зеер А.В. в интересах оправданной ФИО1 указывает на необоснованность доводов апелляционного представления и законность и обоснованность приговора суда.

Проверив материалы дела по доводам апелляционного представления, возражений на него, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам апелляционного представления, выводы суда первой инстанции об оправдании подсудимой основаны на исследованной судом совокупности доказательств, которым судом дана верная оценка, не оставляющая сомнений в выводах суда. Доводы, приведенные прокурором в апелляционном представлении, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обоснованно, с приведением убедительных мотивов, отвергнуты судом в обжалованном приговоре.

Так, проанализировав в совокупности с другими доказательствами показания обвиняемой ФИО1 (как данные ею в ходе предварительного следствия, так и в суде первой инстанции), показания свидетеля ФИО7 и Свидетель №2 об обстоятельствах произошедшего,, показания других свидетелей, заключения судебных экспертиз, а также письменные доказательства суд верно установил следующие обстоятельства дела:

<дата> днем, примерно с 13 часов 30 минут до 14 часов 45 минут, ФИО8 в состоянии алкогольного опьянения пришел к ФИО1 в дом, расположенный по адресу: <адрес>, <адрес> на поминки, которые организовала ФИО1, где он употреблял алкоголь. Затем, в период примерно с 21 часа до 21 часа 15 минут <дата> ФИО8, находясь в кухне дома по тому же адресу, в состоянии алкогольного опьянения сильной степени, начал грубо приставать к ФИО1, которая находилась в состоянии алкогольного опьянения, высказывая намерение вступить с ней в половую связь, повалил ее на кровать, хватал ее руками через одежду за тело, в ответ на ее отказ и сопротивление отреагировал агрессивно, ударил ее кулаком по голове, стащил за ногу на пол и начал наносить ей удары ногами по телу, дочь ФИО1 – ФИО7, увидев это, попыталась остановить ФИО8, в связи с чем он начал наносить ей удары руками. Тогда ФИО1 попыталась помешать ФИО8 наносить удары ФИО7, начала оттаскивать его от ФИО7, в связи с чем он вновь начал наносить удары ФИО1, тогда ФИО7 начала оттаскивать его от ФИО1, в связи с чем он вновь стал наносить удары ФИО7 руками и ногами. Таким образом, ФИО8 поочередно наносил удары ФИО1 и ФИО7 Затем, в тот же промежуток времени, ФИО8 ударил ФИО7 головой об печь, она упала на пол, он начал душить ФИО7, сжимая пальцами рук ее шею, от чего ФИО7 начала хрипеть. ФИО1, видя это, стала руками сзади за шею оттаскивать ФИО8 от ФИО7, ФИО7, воспользовавшись этим, ползком скрылась в зал дома, а ФИО8 встал и продолжил наносить удары руками ФИО1 В связи с чем последняя, опасаясь на свою жизнь и за жизнь ее дочери ФИО7, отражая нападение ФИО8, действуя в состоянии необходимой обороны, стоя у кухонного гарнитура, куда она отошла от наступающего на нее ФИО8, взяла со столешницы гарнитура нож и нанесла им один удар ФИО8 в область его грудной клетки, причинив ему телесное повреждение в виде одиночного проникающего колото-резаного ранения грудной клетки справа (рана №) с повреждением по ходу раневого канала кожи, подкожно-жировой клетчатки, большой грудной мышцы межреберных мышц в 4-м межреберье, пристеночной плевры в 4-м межреберье справа и ткани верхней доли правого легкого; крупные распространенные кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки из неизмененных эритроцитов без перифокальной клеточной реакции в виде гематом, спазм мелких артерий, очаговые паренхиматозные кровоизлияния в легком из неизмененных эритроцитов (акт судебно-гистологического исследования № от <дата>), которое отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, и расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью и состоящее в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Смерть ФИО8 наступила на месте происшествия <дата> в период времени с 21 час. 00 мин. до 21 час. 15 мин., более точное время не установлено.

Вопреки доводов апелляционного представления показания как ФИО1, так и ФИО7 относительно основных, юридически значимых обстоятельств дела, согласуются между собой и подтверждают, что инициатором конфликта был ФИО8, находившийся в сильном алкогольном опьянении, который, получив отказ в интимной близости от ФИО1, стал применять насилие: как к ней, так и к ФИО20, пытавшейся пресечь его противоправные действия. При этом ФИО8, попеременно применяя насилие к ФИО1 и ФИО20 на требования последних прекратить противоправные действия и покинуть их дом не реагировал, прекратил свои противоправные действия только после того, как ФИО1 ударила его ножом в грудь. Показания ФИО1 о том, что ФИО8 не прекратил противоправных действий и после того как ФИО7 уползла в зал, подтверждены ею в ходе проверки показаний на месте. Эти же обстоятельства подтверждала и свидетель ФИО7 как в судебном заседании, так и в ходе проверки ее показаний на месте <дата>, согласно которым после того как она уползла в зал, услышала, как ее мать в кухне крикнула «ФИО8, перестань меня бить», а сразу после этого к ней зашла ФИО1 и сказала, что она убила ФИО8

Доводы апелляционного представления о наличии противоречий в показаниях свидетелей относительно перерыва в конфликте между ФИО8 с одной стороны, и ФИО1 и ФИО20 с другой стороны были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получил верную оценку, не ставящую под сомнения выводы суда относительно обстоятельств нанесения ФИО1 удара ножом ФИО8, а также юридической оценки действий обвиняемой.

Показания подсудимой ФИО1, свидетелей ФИО7, Свидетель №2 в полной мере согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №3, свидетеля ФИО9 относительно внешнего вида ФИО1 и ФИО7 после случившегося, а также относительно их заявлений о том, что ФИО1 нанесла удар ножом, защищаясь от неправомерных посягательств ФИО8; с показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО10, согласно которым ФИО8 злоупотреблял спиртным, в состоянии опьянения был агрессивным, бил жену.

Кроме того показания ФИО1, свидетеля ФИО7 согласуются с заключениями проведенных судебно-медицинских экспертиз от <дата> № в отношении ФИО1 и № в отношении ФИО7, согласно которым у них были обнаружены не единичные телесные повреждения, характер, локализация и время образования которых соответствует их показаниям относительно обстоятельств нападения на них ФИО8. Показаниями эксперта ФИО17 также подтверждается, что отсутствие признаков, указывающих на самооборону, не свидетельствует о том, что ФИО20 и ФИО1 не били, а они не препятствовали ФИО8 в применении к ним насилия.

Наличие на теле ФИО8 согласно заключению эксперта № от <дата> (экспертиза окончена <дата>), помимо одиночного проникающего колото-резаного ранения грудной клетки справа также 3 кровоподтёков левой голени (все повреждения прижизненные) также подтверждают показания ФИО1 о том, что и она, и ее дочь ФИО20 оказывали ФИО3 посильное сопротивление. Этим же экспертным заключением подтверждается и нахождение ФИО8 в момент смерти в состоянии алкогольного опьянения сильной степени.

Доводы представления о возможности ФИО1 и ФИО7 убежать из собственного дома и тем самым прекратить противоправное нападение на них ФИО8 несостоятельны, так как ФИО8 попеременно применял к каждой из них насилие, его противоправные действия были непрерывны вплоть до нанесения ФИО1 ему удара ножом.

Указание о количестве телесных повреждений, зафиксированных у ФИО1 и ФИО7 и их характере как не причинивших вреда их здоровью также не опровергает выводы суда о наличии противоправного, опасного для жизни и здоровья посягательства ФИО8, с учетом совокупности установленных судом обстоятельств дела.

Так, наличие реальной опасности для жизни и здоровья ФИО1 и ФИО7 свидетельствуют обстоятельства нападения ФИО8 на ФИО1 (после высказанного им намерения вступить с ней в интимную связь, в ответ на ее отказ и сопротивление его действиям), а также нападения на ФИО7 (как ответ на ее требование прекратить применение насилие к ФИО1 и попытки защитить ФИО1 от его неправомерного посягательства), применение насилия к двум женщинам, одна из которых – пожилого возраста, а вторая - страдает тяжелым заболеванием, в ограниченном пространстве жилого помещения (что объективно подтверждается протоколом осмотра места происшествия), а также интенсивности нападения (которое продолжалось непрерывно, в течение значительного периода времени), в условиях объективной невозможности обратиться в правоохранительные органы или к иным лицам, способным пресечь неправомерные действия ФИО8

Оценивая содеянное ФИО1, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание и учел, что ФИО8, находившийся в сильном алкогольном опьянении, вел себя неадекватно, избивал ФИО1 и ФИО7, душил ФИО7, был моложе, физически крепче и сильнее их, справиться с ним они не могли, какой-либо специальной подготовкой для противодействия нападению не обладали, Свидетель №2, находившийся в доме, по состоянию его здоровья также не мог оказать помощь в пресечении противоправных действий ФИО8, а возможности позвать на помощь или позвонить у ФИО1 и ФИО20 объективно отсутствовала (вследствие отсутствия телефонной связи и удаленности их дома от другого жилья). Также судом учтено, что агрессивные действия ФИО8 были неожиданными, непрерывными и не были прекращены им вплоть до нанесения ФИО1 одного удара ножом в грудь ФИО8

Указанные обстоятельства в их совокупности, свидетельствуют о том, что удар ножом ФИО8 ФИО1 нанесла, опасаясь за свою жизнь и здоровье, жизнь и здоровья своей дочери, ФИО7, то есть, находясь в состоянии необходимой обороны. С учетом вышеуказанных обстоятельств не имеется оснований утверждать, что ФИО1, защищая себя и дочь от противоправного посягательства ФИО8, превысила пределы необходимой обороны.

Доводы апелляционного представления о том, что ФИО8 не был вооружен и не намеревался причинить опасный вред здоровью на момент нанесения ему удара ножом, не опровергают того, что, с учетом явного физического превосходства ФИО8 перед ФИО1 и ФИО7, его неадекватного поведения и сильного алкогольного опьянения, а также с учетом интенсивности и непрерывности его нападения, его действия представляли реальную угрозу жизни и здоровью как ФИО1, так и ФИО7

Приведенная в апелляционном представлении иная оценка доказательств, исследованных судом первой инстанции, не указывает на необходимость иной квалификации содеянного, равно как и не содержит доказательств, подтверждающих предложенную органами следствия квалификацию содеянного ФИО1 как умышленного убийства.

При юридической оценке обстоятельств причинения ФИО1, ранения ФИО8, суд первой инстанции правильно применил положения уголовного закона.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

В силу ч. 2 ст. 37 УК РФ, защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

В силу ч. 2.1 ст. 37 УК РФ, не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.

Согласно ч. 3 ст. 37 УК РФ, положения настоящей статьи в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения, а также независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Также выводы суда первой инстанции относительно юридической оценки содеянного ФИО1 в полной мере соответствуют разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление".

Таким образом, верен вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 совершила инкриминированные ей действия в отношении ФИО8 в состоянии необходимой обороны, не превысила пределов необходимой обороны и подлежит оправданию по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

Судом первой инстанции не допущено каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Назаровского городского суда Красноярского края от 19 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление Назаровского межрайонного прокурора Красноярского края Беспалова В.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение, приговор могут быть обжалованы по правилам главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения. Оправданная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: В.М. Барсуков

Судьи: В.В. Золотой

Н.И. Кемаева.