Решение № 2-1256/2018 2-1256/2018~М-1182/2018 М-1182/2018 от 27 ноября 2018 г. по делу № 2-1256/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

2-1256/2018

г. Зверево 28 ноября 2018 года

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Голикова А.В.,

при секретаре Ярыш Ю.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца – Беликовой А.С.

прокурора – помощника прокурора г.Зверево Кумыкова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «Шахтоуправление «Обуховская»» - о взыскании единовременной компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Шахтоуправление «Обуховская» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование иска указал, что в период работы у ответчика, заключением МСЭ от 18.09.2018 у него установлено <данные изъяты>% утраты трудоспособности по профзаболеванию хроническая <данные изъяты>. Истец ссылается на испытываемые им вследствие полученного профзаболевания физические и нравственные страдания. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 236 072 руб. 62 коп., а также судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 20000 рублей и расходов по совершению доверенности в размере 1300 рублей

В судебное заседание истец явился, исковые требования поддержал в полном объеме. При этом истец пояснил, что вследствие полученного профзаболевания он испытывает ноющие боли в грудной клетке и суставах, постоянно беспокоит усиление малопродуктивного кашля, одышка при нагрузке, осиплость голоса, утомляемость при небольших физических нагрузках, в связи с установлением группы был уволен с работы, в связи с чем ухудшилось материальное положение.

Представитель истца – Беликова А.С., действующая на основании доверенности - в судебном заседании поддержала исковые требования, просила удовлетворить их в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская»» в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом.

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в порядке ч.3 ст.167 ГПК РФ.

Участвующий в судебном заседании помощник прокурора г.Зверево Кумыков А.В. высказал мнение о необходимости удовлетворения требований истца в полном объеме.

Выслушав участников судебного заседания, изучив представленные в материалах гражданского дела документы, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.ст.20,41 Конституции РФ, ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения и являются неотчуждаемыми. Согласно ст.151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условия условий труда возлагаются на работодателя.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч.2 ст.5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Согласно ч.3 ст.43 ТК РФ, действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации,- на всех работников соответствующего подразделения.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013 года по 31 марта 2016 года, действие которого продлено соглашением от 26.10.2015года на период до 31 декабря 2018 года, предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику, осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза. Согласно п. 1.4 указанного соглашения, его действие распространяется на работодателей, заключивших Соглашение, работодателей присоединившихся к Соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателем.

Из содержания приведенных норм Соглашения следует, что работодатель по соглашению с полномочными представителями работников угольных предприятий определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

При этом в силу п. 5.4 Соглашения и п. 9.3 Коллективного договора установленная данными нормами выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, рассчитываемой с учетом процента утраты работником профессиональной трудоспособности.

В данном случае работодатели и полномочные представители работников угольных предприятий пришли к соглашению о размере компенсации морального вреда и закрепили его в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ, а также в коллективном договоре, что не противоречит закону.

В силу ст. 237 Трудового Кодекса РФ при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

С учетом изложенного, суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику, вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ либо в коллективном (трудовом) договоре.

Как следует из материалов дела, стороны состояли в трудовых отношениях, истец работал в АО «Шахтоуправление «Обуховская»» с 09.06.2014 по 20.09.2018 (л.д.6-8), уволен по состоянию здоровья.

Судом установлено, что в период работы истца в АО «Шахтоуправление «Обуховская»» ему причинен вред здоровью вследствие профессионального заболевания, о чем свидетельствуют: копия справки МСЭ от 18.09.2018 (л.д.12-13), копия Акта № 53 от 29.08.2018 о случае профессионального заболевания (л.д.9-10), копия Приказа ФСС № 11143-В от 10.10.2018 о назначении единовременной страховой выплаты (л.д.17), копия медицинских документов (л.д.21-23).

Истец утратил <данные изъяты> % профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в АО «Шахтоуправление «Обуховская»».

Принимая во внимание наличие между работодателем и работником спора о размере компенсации морального вреда, с учетом положений ст.237 ТК РФ, суд приходит к выводу о законности требований настоящего иска.

Разрешая спор по существу, суд считает, что в данном случае на работодателе лежит обязанность денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов дела усматривается, что выплаты в счет компенсации морального вреда работодателем истцу не производились. Филиалом № 26 ГУ РРО ФСС РФ истцу выплачена единовременная страховая выплата в размере 28910 руб. 54 коп. (л.д.17).

Согласно справке-расчету АО «Шахтоуправление «Обуховская»», среднемесячный заработок истца составил 44 163 руб.86 коп. (л.д.16).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из следующего расчета: 44 163 руб.86 коп /средний заработок/ х 20% х <данные изъяты> /процент утраты трудоспособности/ – 28910 руб. 54 руб. /страховая выплата/ = 236 072 руб. 62 коп.

С учетом характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств получения профессионального заболевания, суд приходит к выводу, что данный размер компенсации морального вреда, определенный судом, соответствует требованиям разумности и справедливости.

При этом суд считает, что ответчиком не представлено доказательств того, что истец получил профессиональное заболевание на иных угледобывающих предприятиях. При приеме на работу к ответчику он был признан годным к работе по своей профессии, именно в период работы у ответчика у него была установлена стойкая утрата трудоспособности по профессиональному заболеванию и группа инвалидности.

Указанное обстоятельство подтверждено, в том числе, Актом о случае профессионального заболевания /п.п.14-14/. Согласно которому по проводимым медицинским осмотрам истец был годен к работе по своей профессии. Профессиональное заболевание отсутствовало.

При расчете государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, суд считает, что государственную пошлину необходимо взыскать в сумме 300 рублей 00 копеек. Так как именно эту сумму истец дожжен был уплатить при подаче искового заявления. Но был освобожден от ее уплаты в силу закона.

Что касается возмещения расходов на оплату юридических услуг, то в соответствии со ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом предоставлена квитанция об оплате юридических услуг на сумму 20 000 рублей, а так же документы подтверждающие затраты за услуги нотариуса по совершении доверенности в размере 1300 руб.00 коп. С учетом объема оказанных юридических услуг: подготовка искового заявления в суд, представление интересов истца в суде, количества судебных заседаний, характера спора и подлежащего защите права, суд считает подлежащим взысканию с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей. как отвечающим принципу разумности и справедливости, издержек связанных с оформлением документов для обращения в суд в размере 1300 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199, 321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

1. Исковые требования ФИО1 удовлетворить и взыскать в его пользу с АО «Шахтоуправление «Обуховская»»:

- 236072 рубля 62 копейки – компенсацию морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, установленного актом о случае профессионального заболевания № 53 от 29 августа 2018 года;

- 20 000 рублей 00 копеек – возмещение расходов на оплату услуг представителя.

- 1300 рублей 00 копеек – возмещение расходов по совершению доверенности.

2. Взыскать с АО «Шахтоуправление «Обуховская»» государственную пошлину в доход Федерального Бюджета в сумме 300 рублей 00 копеек.

3. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через постоянное судебное присутствие в г.Зверево Красносулинского районного суда в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 03.12.2018.

Председательствующий

судья: А.В. Голиков