Решение № 2-571/2025 2-571/2025~М-291/2025 М-291/2025 от 1 июня 2025 г. по делу № 2-571/2025

по делу №2-571/2025

УИД: 73RS003-01-2025-000579-14


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ульяновск 02 июня 2025 года

Железнодорожный районный суд города Ульяновска в составе председательствующего судьи Резовского Р.С.,

при секретаре Андросовой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Ульяновская сетевая компания» о возмещении ущерба причиненного в результате пожара и взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд города Ульяновска с исковым заявлением к АО «УСК» о возмещении ущерба причиненного в результате пожара и взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований истец указывает, что является собственником земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>. 22 ноября 2024 года в строение бани, расположенной на вышесказанном земельном участке произошел пожар, которым было уничтожено строение бани и находящее в нем имущество. Истец полагает, что причиной пожара послужило неправильное подключение специалистами АО «УСК» проводов, идущих от столба к дому, при установке счетчика на столбе, то есть были перепутаны провода «фаза» и «0». В момент пожара в помещении бани находилось оборудование, а именно: мотокультиватор <данные изъяты>), стоимостью 25 000 рублей 00 копеек; электрорубанок <данные изъяты>, стоимостью 10 000 рублей; электролобзик <данные изъяты>, стоимостью 6 000 рублей; медогонка 3-х рамочная, стоимостью 10 000 рублей; нивелир, стоимостью 10 000 рублей; Стоимость бани составляет 290 770 рублей 23 копейки.

На основании изложенного истец в исковом заявлении просил суд взыскать с АО «УСК» в его пользу компенсацию причинённого пожаром материального ущерба в размере 351 770 рублей 23 копейки, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей 00 копеек, а также штраф в размере 50% от присужденной судом в пользу истца суммы, а именно 275 885 рублей 00 копеек.

В судебном заседании истцом были уточнены исковые требования в соответствии с проведенной по делу комплексной судебной строительно-технической, пожарно-технической и товароведческой экспертизы. В соответствии с уточненными исковыми требованиями, ФИО1 просит суд взыскать с АО «УСК» в его пользу компенсацию причинённого пожаром материального ущерба в размере 397 920 рублей 87 копеек, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей 00 копеек, а также штраф в размере 50% от присужденной судом в пользу истца суммы, а именно 298 960 рублей 43 копейки.

ФИО1 и его представители ФИО2, ФИО3 и ФИО4 поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении, и просили суд уточненные исковые требования удовлетворить в полном объеме. При этом не согласились с выводами проведенной по делу экспертизы, в части определения причину и место пожара, произошедшего 22 ноября 2024 года. Считают, что причиной пожара в строении бани не могла быть работа отопительной печи, так как печь не топилась ни 22 ноября 2024 года, ни в предшествующие пожару дни. Если бы печь топилась непосредственно перед пожаром 22 ноября 2024 года и была причиной пожара, то в ней должны были остаться зольные остатки, которые бы указывали, что печь использовалась. Кроме того, факт неиспользования строения бани 22 ноября 2024 года и в предшествующие пожару дни, подтверждается также тем, что истец и члены его семьи находились на больничном, в связи с дорожно-транспортным происшествием. Считают, что экспертом неверно определена причина возгорания, полагая, что непосредственной причиной пожара послужило неправильное подключение специалистами АО «УСК» проводов, идущих от столба к дому, при установке счетчика на столбе, то есть были перепутаны провода «фаза» и «0».

Представитель АО «УСК» – ФИО5 в судебном заседании согласился с выводами судебной экспертизы и просил суд отказать в удовлетворении исковых требований. Поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях, согласно которым индивидуальный жилой дом истца для обеспечения электрической энергией технологически присоединен к воздушной электрической линии ВЛ - 0,4 кВ № <данные изъяты>. Подключение домовладения истца к сети - однофазное (фазный и нулевой провод). Напряжение сети - 220В. Электрические сети принадлежат АО «УСК» на праве собственности в соответствии с договором купли - продажи от 21 февраля 2012 года №. Учет электрической энергии потребляемой истцом осуществляется в соответствии с показаниями прибора учета Лейне Электро 01 - 1МШ1, заводской №, который введен в эксплуатацию. Указанный прибор учета установлен в доме истца. 20 января 2025 года работниками АО «УСК» проведена проверка прибора учета Лейне Электро 01 - 1МШ1, о чем был составлен Акт снятия показаний и проверки узла учета электроэнергии собственника индивидуального жилого дома. В ходе проверки нарушений работы прибора учета выявлено не было, о чем в акте имеется соответствующая отметка. При этом акт подписан ФИО1 без замечаний. Так как прибор учета Лейне Электро 01 - 1МШ1 является собственностью ФИО1, граница балансовой принадлежности и соответственно зона ответственности АО «УСК» распространяется до прибора учета Лейне Электро 01 - 1МШ1. Любое электрооборудование, имеющееся после прибора учета (электропроводка, автоматические выключатели) составляют зону ответственности ФИО1 В целях совершенствования учета потребляемой электроэнергии на опоре АО «УСК» <данные изъяты> в рамках договора подряда № от 18.10.2018г. по адресу: <адрес> подрядной организацией ООО «Волжский проект» был осуществлен монтаж прибора учета <данные изъяты>. Дисплей <данные изъяты> № (предназначен для снятия показаний) передан истцу по акту приема - передачи оборудования. Однако данный прибор учета не был введен в эксплуатацию и не принят к коммерческому учету потребленной электроэнергии. Монтаж прибора учета был осуществлен надлежащим образом и не мог влиять на возгорание бани истца. Истцом не представлено доказательств, наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика.

Иные стороны в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были своевременно и надлежащим образом уведомлены, о причинах неявки ничего не сообщили

В соответствии с частями 3 и 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными. Стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда.

При указанных обстоятельствах, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав явившиеся стороны, исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1, законны, обоснованы и подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пунктом 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьёй 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По общим правилам и требованиям гражданского судопроизводства истец самостоятельно определяет соответствующий его интересам способ судебной защиты, в том числе предмет и основания заявляемого им иска.

Возможность судебной защиты гражданских прав служит одной из гарантий их осуществления. Право на судебную защиту является правом, гарантированным статьёй 46 Конституции Российской Федерации.

Суд принимает решение, в силу статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах заявленных истцом требований

В соответствии со статьёй 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами, в частности, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством.

В силу Постановления Правительства Российской Федерации от 16 сентября 2020 года N 1479 «Об утверждении Правил противопожарного режима в Российской Федерации» они устанавливают требования пожарной безопасности, определяющие порядок поведения людей, порядок организации производства и (или) содержания территорий, зданий, сооружений, помещений организаций и других объектов защиты (далее - объекты защиты) в целях обеспечения пожарной безопасности.

Согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года N 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы, причинение вреда может быть совершено как действием (действиями), так и бездействием, например вследствие неисполнения возложенной законом, иным нормативным актом или договором обязанности.

Как разъяснено в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее Пленум), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Анализ приведенных правовых норм и разъяснение по их применению позволяет прийти к выводу, что основанием для возложения обязанности возместить ущерб является наличие совокупности следующих обстоятельств: противоправное действие или бездействие, наличие ущерба и причинно-следственная связь между противоправным действием или бездействием и возникновением ущерба.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить.

В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда, в том числе, когда таковая заключается в не обеспечении мер пожарной безопасности при содержании своего имущества лицами, уполномоченными владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Исходя из положений вышеуказанных норм и в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт неправомерных действий ответчика, наличие и размер понесенных истцом убытков, причинную связь между неправомерными действиями и убытками.

Поскольку вина причинителя вреда презюмируется, обязанность доказывания ее отсутствия возлагается на ответчика.

При этом бремя содержания имущества предполагает, в том числе принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Согласно преамбуле, Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, исполнитель - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

При этом как указано в абзаце 10 преамбулы названного Закона, под безопасностью товара (работы, услуги) понимается безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статье 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя.

В силу абзаца 3 пункта 2 статьи 7 Закона о защите прав потребителей вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со статьей 14 данного Закона.

Пунктом 1 статьи 14 этого же Закона предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Пунктом 2 статьи 14 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги) признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял ли он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.

Из изложенного следует, что продавец (лицо, оказывающее услуги) обязан обеспечить безопасные условия для здоровья потребителей и сохранности их имущества. При этом само по себе возникновение обязательства, вытекающего из деликта, не исключает возможности квалификации правоотношений сторон как правоотношений потребителя и продавца, а, следовательно, не исключает применение Закона о защите прав потребителей в части мер ответственности за нарушение прав потребителя.

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 26 Федерального закона от 26 марта 2003 года N 35-ФЗ «Об электроэнергетике» сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов.

Пунктом 7 статьи 38 названного Федерального закона Правительству Российской Федерации предоставлено право утверждать порядок полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии потребителями - участниками оптового и розничных рынков, в том числе его уровня, в случае нарушения своих обязательств потребителями, а также в случае необходимости принятия неотложных мер по предотвращению или ликвидации аварийных ситуаций.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежит индивидуальный жилой дом с кадастровым номером №, <данные изъяты> м2, расположенный на земельном участке площадью <данные изъяты> м2, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, подтверждается сведениями Единого государственного реестра недвижимости.

Согласно техническому паспорту на индивидуальный жилой дом по адресу: <адрес> по состоянию на 31 марта 2008 года, в состав домовладения также входит, в том числа, строение бани (литер Г3), площадью <данные изъяты> м2.

22 ноября 2024 произошел пожар в строении бани по адресу: <адрес>. В результате пожара повреждено строении бани и уничтожено имущество: мотокультиватор <данные изъяты> электрорубанок <данные изъяты>; электролобзик <данные изъяты>; медогонка 3-х рамочная; нивелир.

Постановлением дознавателя отделения ОНД и ПР по Старомайнскому и Чердаклинскому района Ульяновской области УНД и ПР ГУ МЧС России по Ульяновской области от 20 декабря 2024 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту пожара, произошедшего 22 ноября 2024, в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного статьёй 168 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основаниям пункта 1 части 1 статьи 24 Уголовного процессуального кодекса российской Федерации. Постановление в установленном законом порядке сторонами по настоящему делу не обжаловалось.

При этом данным постановлением, а также в ходе проверки (№ от 22 ноября 2024 года) по поступившему 22 ноября 2024 года сообщению о пожаре в строении бани по адресу: <адрес>, установлено следующее.

22 ноября 2024 года в 04 часа 25 минут по телефонному номеру ЕДДС 112 на пульт дежурной диспетчерской службы (<данные изъяты> по <адрес> поступило сообщение о пожаре бани по адресу: <адрес>

Из донесения о пожаре командира <данные изъяты>, следует, что сообщение о пожаре поступило 22 ноября 2024 года в 04 часа 25 минут. Время прибытия пожарной охраны - 04 часа 28 минут. Обстановка к моменту прибытия подразделений пожарной команды: горение бани размером 3х3м открытым пламенем. При ликвидации пожара применялось две единицы пожарной техники и шесть человек личного состава пожарной охраны. Открытое пламя было ликвидировано в 04 часа 35 минут, ликвидации последствий пожара осуществлена в 05 часов 40 минут;

Из протокола осмотра места происшествия от 22 ноября 2024 года следует, что строение баня размером 5х3м выполнено из деревянного сруба. Кровля бани имеет термические повреждения в виде воздействия огня и высокой температуры, стропильная система и обрешётка огнём уничтожены по всей площади. Произошло обугливание верхнего венца бани. Наибольшие повреждения наблюдаются с южной стороны строения. Вход в помещение бани осуществляется с западной стороны. Входная дверь на момент осмотра отсутствует. Возле строения бани обнаружен мусор в виде обгоревших досок и древесного угля, и листов шифера. Потолочное перекрытие предбанника дощатое имеет следы воздействия огня и высокой температуры в виде обугливания, часть потолочного перекрытия отсутствует в большей степени в восточной части предбанника. Стены сруба внутри предбанника имеют термические повреждения по всей площади, степень повреждения от воздействия огня и высокой температуры наблюдается в верхней части стены сруба преимущественно на южной стене. В ходе осмотра на южной стене верхней части обнаружены электрические провода бурого цвета по длине проводов имеются скрутки. Провода при двух-трех изгибах сохраняют свою целостность. В дальнейшем при осмотре помещения помывочной согласно план схемы в правом углу вдоль восточной стены обнаружена металлическая печь. При осмотре печи в её топке значительных остатков не наблюдается. Потолочное перекрытие в помещении помывочной сохранило свою целостность и имеет следы термического воздействия в виде закопчения по всей площади. Внутренняя отделка стен имеет следы термического воздействия в виде закопчения по всей площади. Дверь, ведущая в помещение помывочной, имеет следы воздействия огня и высокой температуры в виде обугливания со стороны предбанника в большей степени в верхней её части. Дверь выполнена из обрезной доски. В ходе осмотра так же обнаружены электрические провода, идущие согласно план схемы из помещений сарая. Концы данных проводов имеют повреждения изоляции, провода красно бурого цвета на концах имеют каплевидные наплавления при двух трёх изгибах провода ломаются. Так же осмотром установлено, что проход к бане с соседних участков свободного доступа не имеет. Следов при осмотрах, от табачных изделий не наблюдается.

Как следует из выводов технического заключения <данные изъяты> от 18 декабря 2024 года №, зона очага пожара располагалась в верхней части бани (в месте расположения кровли, верхняя часть предбанника). Технической причиной возникновения пожара могло послужить возгорание горючей среды зоны очага пожара, либо под воздействием источника зажигания связанного с теплогенерирующим прибором (отопительная печь), либо от тепловых проявлений аварийного пожароопасного режима работы электрооборудования (электросети). При этом экспертом указано, что определить непосредственную (техническую) причину возникновения пожала в категоричной или условной форме не представляется возможным, ни один из исследуемых источников зажигания не имеет предпочтения над другим.

В судебном заседании установлено, что принадлежащий истцу индивидуальный жилой дом с надворными постройками, расположенный по адресу: <адрес>, для обеспечения электрической энергией, технологически присоединен к воздушной электрической линии ВЛ - 0,4 кВ №, при этом подключение домовладения истца к сети - однофазное (фазный и нулевой провод), напряжение сети - 220В.

Электрические сети, в частности линия электропередач 0,4 кВ по адресу: <адрес>, на праве собственности принадлежит АО «УСК».

В целях совершенствования учета потребляемой электроэнергии по адресу: <адрес>, на принадлежащей ответчику опоре, в рамках договора подряда № от 18 октября 2018 года, подрядной организацией ООО «Волжский проект» был осуществлен монтаж прибора учета №. Дисплей № (предназначен для снятия показаний) передан истцу по акту приема - передачи оборудования. Вместе с тем данный прибор учета не был введен в эксплуатацию и не принят к коммерческому учету потребленной электроэнергии, который до настоящего времени осуществляется прибором учета Лейне Электро 01 - 1МШ1, заводской № установленном в доме истца.

Истец, полагая, что причиной пожала, произошедшего 22 ноября 2024 года послужило неправильное подключение специалистами АО «УСК» проводов, идущих от столба к дому при установке прибора учета <данные изъяты>, обратился к ответчику с претензией, в которой просил выплатить ему компенсацию причиненного материального ущерба в размере 351 770 рублей 23 копейки, а также компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей 00 копеек. Указанная претензия была оставлена ответчиком без удовлетворения.

В целях определения непосредственной технической причины и место расположения очага пожара, а также определить размера ущерба, причиненного имуществу истца в результате пожара, судом по ходатайству стороны истца была назначена комплексная судебная строительно-техническая, пожарно-техническая и товароведческая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ООО «Ульяновская лаборатория строительно-технической экспертизы».

Согласно заключению ООО «Ульяновская лаборатория строительно-технической экспертизы» № от 16 мая 2025 года, по результатам исследования эксперты пришли к следующим выводам:

- очаг пожара находится в верхней части восточной стены парной бани, которая расположена с южной стороны за печью№

- наиболее вероятной причиной пожара в данном случае стало воспламенение горючих элементов строительных конструкций потолочного перекрытия из-за теплового воздействия высоконагретого (перекаленного) дымохода, других потенциальных источников зажигания в очаге пожара не обнаружено;

- стоимость ремонтно-восстановительных работ после пожара бани по адресу: <адрес> ценах на момент проведения экспертизы составляет 354 521 рубль 62 копеек.

- стоимость поврежденного движимого имущества составляет 43 399 рублей 25 копеек;

По результатам анализа термических повреждений объекта, пострадавшего от пожара, с учётом закономерностей развития горения и принимая во внимание показания свидетеля пожара и участника его тушения, экспертом сделан вывод, что очаг возгорания находился в верхней части восточной стены парной, расположенной с южной стороны за печью.

При этом учитывая особенности исследуемого объекта (баня на участке домовладения), место расположения очаговой зоны возгорания и обстоятельства обнаружения пожара, экспертом исследованы только следующие версии причины возникновения горения: возгорание горючих конструкций от тепловых проявлений аварийного режима работы электрооборудования; возникновение горения под воздействием источника зажигания, связанного с теплогенерирующим устройством (отопительная печь);

Остальные возможные версии причины возникновения пожара экспертом исключены, как не имеющие пространственно-временной связи с произошедшим событием (происшествием).

В ходе детального обследования домовладения экспертами было установлено, что баня электрифицирована. Электросеть строения бани выполнена изолированным одножильным алюминиевым проводом, проложена транзитом через строения надворных построек, подключена от электрощита, установленного в прихожей жилого дома. Ввод электропроводов в баню выполнено через южную стену предбанника, и далее через бревенчатую перегородку в парную

На фрагментах электросети бани, выполненных из алюминия и меди, не обнаружено следов аварийного режима работы. Провода из алюминия сохранили свою целостность. Основываясь на справочных данных, можно предположить, что в зоне, где проходила электропроводка в предбаннике и парной, температура пожара не превышала 7000С (температура плавления алюминия составляет 6600С). Расположение электрооборудования в бане не совпадает с местом, где был очаг возгорания.

На основании изложенного экспертом сделан вывод, что версия о возгорании горючих конструкций из-за тепловых проявлений аварийного режима работы электрооборудования не имеет отношения к причине пожара.

Вместе с тем, при проверке версии причины возникновения горения под воздействием источника зажигания, связанного с теплогенерирующим устройством (отопительная печь) экспертом было установлено, что наиболее серьёзные повреждения от огня наблюдаются в верхней части восточной стены парильной, которая расположена с южной стороны от печи. В этой области потолочного перекрытия, стропил и обрешётки крыши всё полностью сгорело, а шиферная кровля была разрушена из-за высокой температуры пожара. Известно, что в месте, где началось возгорание, элементы строительных конструкций подвергаются более длительному и интенсивному воздействию огня и высокой температуры. Это приводит к наиболее значительным термическим повреждениям по сравнению с другими участками, где огонь распространяется. Таким образом, перечисленные повреждения свидетельствуют о том, что очаг пожара находился в районе, где дымоход печи проходил через потолочное перекрытие и выходил наружу.

В ходе детального осмотра отопительной печи бани было обнаружено следующее: устройство противопожарной разделки дымохода через потолочное перекрытие выполнено кирпичной кладкой в 1,5 кирпича по длине, что составляет около 37–38 сантиметров; размеры разделки печи и дымовых каналов должны соответствовать требованиям Свода правил СП 7.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Отопление, вентиляция и кондиционирование. Требования пожарной безопасности» (с изменениями от 27 февраля 2020 и 12 марта 2020), размеры разделки печи в бане занижены до 38 сантиметров, вместо требуемых 50 сантиметров, что способствует перекалу дымохода и её разрушению в местах соединения кирпичей, а также возгоранию горючих элементов потолочного перекрытия в процессе эксплуатации печи.

С учётом картины горения, если бы печь в бане была нетопленая, пара от неё не исходило бы

Экспертом отмечено, что электропроводки с этой стороны так же нет, кроме того резиновая втулка из предбанника в помывочное отделение не сгорела в ней осталась изоляция провода, значит горение не распространялось по проводам, следовательно, предположение о возникновении короткого замыкания, как источника пожара экспертом отвергнуто.

Экспертом указано на ветхое состояние дымовой трубы, в точке контакта с асбесто-хризатиловой трубой, на которой наглядно фиксируются прогары и утонения, а по спиральному шву многочисленные повреждения. Если бы основным источником пожара было бы электрооборудование, то оно возникло бы в предбаннике, на стене, наиболее близко расположенной к дому. Тогда и горение шло бы снизу-вверх по перекрытию предбанника, с падением продуктов горения на пол, но он практически не пострадал, см. на фототаблице. Сильно пострадала стена предбанника в сторону помывочного отделения, но провод в стене сохранился, значит он горел в пожаре, а не от аварийных процессов короткого замыкания.

В соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Заключение эксперта, как одно из доказательств по делу, для суда не обязательно и оценивается по общим правилам оценки доказательств, т.е. объективно, всесторонне, с учетом всех доказательств по делу в их совокупности.

Судебная экспертиза проведена в установленном законом порядке, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 31 мая 2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Экспертное исследование проводилось на основе всех материалов дела, фотоматериалов, представленных сторонами, с осмотром места затопления, а также с исследованием системы горячего водоснабжения всего многоквартирного дома в целом, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В заключении приведены выводы эксперта обо всех обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Заключение судебной экспертизы оценивается судом в совокупности с иными представленными суду доказательствами и материалами данного гражданского дела, в том числе заключением заключения <данные изъяты> от 18 декабря 2024 года №.

Опрошенные в судебном заседании эксперты ФИО, ФИО и ФИО, поддержали выводы, изложенные ими в экспертном заключении.

Эксперт ФИО, имеет стаж работы с 1990 года, в том числе в экспертной деятельности с 2017 года и высшее образованиее по квалификации «Инженер-электрик», по специальности «Электропривод и автоматизация промышленных установок и технологических комплексов», и свидетельство о повышение квалификации по программе: «Деятельность по строительству зданий и сооружений».

Эксперт ФИО имеет стаж экспертной работы с 1987 года и высшее техническое образование по специальности «Пожарная безопасность» с присвоением квалификации «Инженер противопожарной техники и безопасности»; свидетельство на право самостоятельного производства пожарно-технических экспертиз, квалификацию судебного эксперта; экспертную квалификацию по специализациям: «Исследование технологических, технических, организационных и иных причин, условий возникновения, характера протекания пожара и его последствий», «Металлографические и морфологические исследования металлических объектов судебной пожарно-технической экспертизы» и «Рентгенофазовый анализ при исследовании объектов судебной пожарно-технической экспертизы»,

У суда не имеется оснований сомневаться в обоснованности выводов вышеуказанного экспертного заключения и в пояснениях экспертов, поскольку убедительных доказательств, опровергающих их либо ставящих их под сомнение, суду не представлено. Квалификация экспертов и наличие специальных познаний для проведения назначенной судом экспертизы подтверждены, заключение соответствует предъявляемым к нему требованиям; ответы экспертов носят однозначный характер и оснований полагать их недостоверными не имеется.

Доводы истца и его представителей, данные в судебном заседании, а также изложенные в письменных объяснениях, о несогласии с результатами проведенной по делу экспертизы судом также отклоняются, ввиду отсутствия доказательств нарушений, позволяющих признать выводы эксперта недостоверными, а указанное доказательство недопустимым.

К показаниям опрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей ФИО и ФИО о том, что печь не топилась ни 22 ноября 2024 года, ни в предшествующие пожару дни, суд относится критически, поскольку они опровергаются материалами дела, кроме того свидетели фактически являются лицами, заинтересованными в исходе.

Опрошенный в качестве свидетеля ФИО, являющийся соседом истца, указал, что не может достоверно пояснить топилась, либо не топилась печь в день пожара или в дни ему предшествующие.

Представленный истцом акт снятия показаний и проверки узла учета электроэнергии собственника индивидуального жилого дома от 15 апреля 2025 года, в котором имеется отметка «подключение ПУ произведено не по схеме. Перепутана фаза и нулем. В связи с наличием на фасаде элементов соединения имеется возможность перефазирования в месте соединения», не свидетельствует о ошибочных выводах экспертов о причинах возгорания.

Также данный акт не свидетельствует о порочности экспертного заключения, поскольку составлен уже после проведенного экспертом ФИО осмотра (27 марта 2025 года).

Кроме того, в материалы дела ответчиком представлен акт от 20 января 2025 года, согласно которому работниками АО «УСК» проведена проверка прибора учета Лейне Электро 01 - 1МШ1, при этом каких-либо нарушений работы прибора учета или его подключения выявлено не было. Указанный акт подписан потребителем ФИО1 без замечаний.

Субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставки электрической энергии потребителям электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с требованиями технических регламентов и иными обязательными требованиями (пункт 1 статьи 38 Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26 марта 2003 года N 35-ФЗ).

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

По смыслу приведенных норм права бремя содержания собственником имущества предполагает также ответственность собственника за ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания этого имущества ввиду несоблюдения требования пожарной безопасности. При этом бремя содержания имущества предполагает, в том числе принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

По общему правилу доказательственная деятельность в первую очередь связана с активным процессуальным поведением сторон, наделенных равными процессуальными средствами защиты в условиях состязательности процесса, стороны должны самостоятельно доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Риск непредставления соответствующих доказательств суду несет сторона, на которую в силу закона и характера спорных правоотношений возложена обязанность по представлению соответствующих доказательств. Непредставление доказательств и возражений не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 2 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы истца о том, что причиной возгорания строения бани послужило неправильное подключение специалистами АО «УСК» проводов, идущих от столба к дому, в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения и опровергаются заключением судебной экспертизы.

Вины АО «УСК» в пожаре, произошедшем в принадлежащем истцу строении бани, не установлено, при этом в ходе рассмотрения дела установлена иная причина возгорания строения бани, не связанная с действиями (бездействиями) ответчика.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями, либо бездействиями АО «УСК» и произошедшим пожаром.

Нарушение ответчиком прав истца, которые бы подлежали судебной защите, своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Ульяновская сетевая компания» о возмещении ущерба причиненного в результате пожара и взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Железнодорожный районный суд города Ульяновска, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме

Судья Резовский Р.С.

Мотивированное решение суда составлено 16 июня 2025 года.