Решение № 2-1964/2018 2-256/2019 2-256/2019(2-1964/2018;)~М-2032/2018 М-2032/2018 от 23 января 2019 г. по делу № 2-1964/2018

Дело № 2-256/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 января 2019 года

пос. Кугеси

Чебоксарский районный суд Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Афанасьева Э.В., при секретаре Дмитриеве А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению ПФР в Чебоксарском районе Чувашской Республики – Чувашии (межрайонное) о признании решения незаконным,

у с т а н о в и л :

Истица ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику Государственному учреждению – Управлению ПФР в Чебоксарском районе Чувашской Республики – Чувашии (межрайонное), в котором просит признать решения ответчика под № и № от 20.11.2018 об отказе в назначении пенсии/по случаю потери кормильца незаконными и обязать их назначить ей пенсию по потере кормильца с даты смерти отца ФИО1, то есть с 5 октября,2018 года. В обоснование исковых требований истицей указано, что она обратилась к ответчику Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Чебоксарском районе Чувашской Республики - Чувашии (межрайонное) с заявлением о назначении пенсии по случаю потери. кормильца 9 ноября 2018 года, однако решениями ответчика под № и № от 20 ноября 2018 года ей было отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» ввиду отсутствия документов, подтверждающих факт нахождения на полном содержании отца или получения от него помощи, которая была для неё постоянным и основным источником средств к существованию. Как указывает истца, она не согласна с вынесенными решениями по следующим основаниям. Так, как указано истицей, её отец ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ и на момент смерти он был зарегистрирован по адресу: <адрес>. Далее истица указывает, что она обучается на <данные изъяты> курсе очной формы обучения на платной основе в Казанском государственном <данные изъяты> университете (ФГБОУ ВО «<данные изъяты>») и ею была представлена справка № от 15.10.2018. Также указано, что администрацией <данные изъяты> сельского поселения Чувашской Республики выдана справка № от 16.10.2018 о том, что истица находилась на иждивений отца ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ. Также истица в иске указывает, что в связи с обучением по очной форме она не работает и собственных доходов не имеет, а отец работал <данные изъяты> до августа 2018 года и при подаче заявления ответчику ею были представлены все необходимые документы и справки, факт дохода подтвержден налоговой декларацией за 2017 год, а также содержание своей семьи могут подтвердить свидетели и все документы, подтверждающие вышеизложенное, ответчику представлены.

На судебное заседание истица ФИО2, надлежаще и своевременно извещённая, не явилась.

На судебном заседании представитель истицы ФИО3 исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям и просила их удовлетворить, также указав, что жилое помещение в <адрес>, где зарегистрирована истица, находится в долевой собственности у истицы, умершего отца истицы, ФИО1, и бабушки истицы ФИО5, матери ФИО1, в связи с учёбой истица не работает и проживает в г. Казань, где имеет временную регистрацию, а также умерший ФИО1, отец истицы, до своей смерти работал <данные изъяты> и получал доход, на который также содержал истицу.

На судебном заседании представитель ответчика, Управления Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в Чебоксарском районе Чувашской Республики-Чувашии, ФИО4, просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Выслушав пояснения явившихся лиц и опросив свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10. ФИО11, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

При рассмотрении данного гражданского дела суд, принимая во внимание положения ст. ст. 56, 59, 67 Гражданско-процессуального кодекса РФ определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и учитывая, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Также при этом суд учитывает, что в силу положений ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданско-процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Таким образом, в гражданском процессе в силу действия принципа состязательности исключается активная роль суда, когда суд по собственной инициативе собирает доказательства и расширяет их круг, при этом данный принцип не включает в себя судейского усмотрения.

Также суд учитывает положения ст. 196 Гражданско-процессуального кодекса РФ, согласно которых суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, и положения ст. 39 Гражданско-процессуального кодекса РФ, согласно которых основание и предмет иска определяет истец и суд не обладает правом без согласия истца изменять основания или предмет исковых требований, заявленных истцом, так как право выбора способа защиты своих нарушенных прав предоставлено истцу, то есть лицу, которое считает, что нарушены его права и законные интересы, в соответствии с положениями ст. ст. 3 и 4 Гражданско-процессуального кодекса РФ.

Такое нормативное регулирование вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г. № 2-П и от 26 мая 2011 г. № 10-П).

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. за № 23 «О судебном решении» также обращено внимание судов на то, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса РФ.

Как следует из материалов дела, истица ФИО2 обратилась в Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в Чебоксарском районе Чувашской Республики-Чувашии с заявлением об установлении факта нахождения её на иждивении отца ФИО1 на момент его смерти (ДД.ММ.ГГГГ), а также назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п.п. 3 п. 1 ст. 11 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» и назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях в Российской Федерации».

Оспариваемыми решениями Управления Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) в Чебоксарском районе Чувашской Республики-Чувашии от 20.11.2018 под № и № истице отказано в установлении факта её нахождения на иждивении отца ФИО1 на момент его смерти (ДД.ММ.ГГГГ), а также назначении, соответственно, социальной пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной п. 4 ст. 5 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» и назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной п. 3 ст. 6 Федерального закона «О страховых пенсиях в Российской Федерации».

Как указано в оспариваемых решениях, документов, подтверждающих факт нахождения истицы на иждивении отца и подтверждающие её содержание, либо оказание ей помощи, которая являлась бы для неё основным и постоянным источником средств к существованию, не представлены.

Конституция РФ, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (ст. 7, ч. 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 39, ч. 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на них отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров пенсий, к компетенции законодателя (ст. 39, ч. 2), который в целях обеспечения каждому конституционного права на пенсию вправе определять виды пенсий, источники их финансирования, предусматривать условия и порядок приобретения права на отдельные виды пенсий конкретными категориями лиц.

Так, в соответствии с п. п. 3 п. 1 ст. 11 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» право на социальную пенсию в соответствии с настоящим Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.

Также ст. 13 данного Федерального закона предусмотрено, что при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

Так, положения ст. 4 Федерального закона «О страховых пенсиях» устанавливают круг лиц, имеющих право на страховую пенсию, к которым относятся граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом (ч. 1), а нетрудоспособные члены семей указанных граждан имеют право на страховую пенсию в случаях, предусмотренных ст. 10 настоящего Федерального закона (ч. 2).

Также согласно п. 1 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 указанной статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами (п. 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (п. 3 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Также Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О указал, что в системе действующего законодательства, понятие «иждивение» предполагает, как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода. Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим, и собственными доходами нетрудоспособного, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Поскольку истица на момент обращения к ответчику достигла возраста 18 лет, ей необходимо для назначения пенсии по случаю потери кормильца представить доказательства нахождения на иждивении умершего отца, с достоверностью подтверждающие, что его помощь была для неё основным, постоянным и единственным источником средств к существованию, так как назначение данной социальной пенсии по случаю потери кормильца, возможно только тем детям, достигшим возраста 18 лет, которые состояли на иждивении кормильца и могут подтвердить этот факт, что в полной мере соответствует правовой природе этой выплаты, направленной на предоставление источника средств к существованию детям, лишившимся его в связи со смертью родителя (родителей).

Как установлено судом, истица ФИО2 является дочерью ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, а также является студенткой <данные изъяты> курса Института <данные изъяты> очной формы обучения Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Казанский государственный <данные изъяты> университет» с полным возмещением затрат, то есть стипендию не получает, а также не имеется доказательств получения ею каких-либо иных доходов.

Вышеуказанный умерший ФИО1 на момент своей смерти был зарегистрирован по месту жительства по адресу Чувашская Республика Чебоксарский район <адрес> (до этого по адресу <адрес>), а истица с 19.03.2013 зарегистрирована по месту жительства по адресу <адрес> данное жилое помещение принадлежит на праве общей долевой собственности самой истице, её умершему отцу ФИО1 и бабушке истицы ФИО5, но в данное время зарегистрирована по месту проживания по адресу г. Казань <адрес> общежитие.

Умерший ФИО1 до своей смерти работал <данные изъяты> и согласно имеющейся в материалах пенсионного дела налоговой декларации его совокупный доход за 2 полугодие 2017 года составил в размере 260000 рублей.

Также допрошенные судом свидетели ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10. ФИО11 показали, что умерший ФИО1 обеспечивал дочь ФИО2 (истицу по делу) всеми необходимыми жизненными предметами. Оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имеется, поскольку они логичны, последовательны, указывают на одни и те же факты и объективно согласуются с письменными материалами дела.

Учитывая вышеуказанные нормы права, оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданско-процессуального кодекса РФ и разрешая исковые требования в заявленных пределах, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований, по следующим основаниям.

Так, при решении вопроса о праве истицы на получение пенсии по случаю потери кормильца подлежат применению положения ч. 4 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях», предусматривающие необходимость доказывания факта нахождения совершеннолетних детей на иждивении умерших родителей, поскольку законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, то есть иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о праве на получение пенсии по случаю потери кормильца.

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, согласуется с положениями Конституции РФ (ч. 2 ст. 7; ч. 1 ст. 39), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения, нормы которых предусматривают, что термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу, в связи с чем, страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

Согласно правовым позициям, изложенным в судебных актах Конституционного Суда РФ, при освоении лицом образовательной программы в очной форме - в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам - устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого, специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства. (Постановление от 27 ноября 2009 года № 18-П, Определение от 17 декабря 2008 года № 1071-О-О).

Таким образом доказательства, имеющиеся в материалах дела, подтверждают факт нахождения истицы на иждивении у отца, помощь которого являлась для неё основным источником средств к существованию.

Также при этом необходимо отметить, что отнесение законом совершеннолетних детей, обучающихся в образовательных учреждениях по очной форме обучения к нетрудоспособным членам семьи умершего кормильца обусловлено тем, что эти дети с учетом специфики организации учебного процесса в рамках очной формы получения образования ограничены в приобретении постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности и тем самым иждивенство таких детей доказывается фактом обучения.

В связи с этим ответчик, отказывая истице в установлении факта её нахождения на иждивении отца, а также назначении её социальной пенсии по случаю потери кормильца и страховой пенсии по случаю потери кормильца, согласно вышеуказанным решениям от 20.11.2018, не учёл как вышеуказанных правовых позиций, так и того обстоятельства, что истица обучается в ФГБОУ ВО «<данные изъяты>» по очной (дневной) форме обучения и самостоятельного дохода не имеет.

При этом указание ответчика на то, что истица совместно с отцом не проживала, также не имеет правового значения, так как в соответствии с действующим законодательством и разъяснениями Конституционного Суда РФ, содержащимся в его постановлении от 2 февраля 1998 года №4-П, регистрация по месту жительства является лишь предусмотренным федеральным законом способом учета граждан в пределах Российской Федерации, носящий уведомительный характер и отражающим факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства, также учитывая, что, как указано выше, истица на время обучения фактически проживает по адресу в г. Казань

При таких данных, на момент обращения к ответчику за назначением пенсии истица ФИО2, достигшая возраста 18 лет на момент смерти кормильца, не работающая и представившая сведения о прохождении обучения по очной форме по образовательным программам, имеет право на назначение ей социальной пенсии по случаю потери кормильца в силу требований п.п. 3 п. 1 ст. 11 Федерального закона «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» и страховой пенсии по случаю потери кормильца в силу требований п. 1 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях в Российской Федерации» на период обучения по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность до окончания такого обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет, в связи с чем вышеуказанные решения ответчика от 20.11.2018 под № и № не может быть признано законным и обоснованным.

В силу ч. 1 и ч. 5 5 ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях в Российской Федерации», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию; Страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым обязать ответчика назначить истице пенсию по потере кормильца со дня возникновения права на указанную пенсию, то есть с 5 октября 2018 года.

В соответствии со ст. 98 Гражданско-процессуального кодекса РФ в пользу истицы ФИО2 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, уплаченные ею при предъявлении искового заявления.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданско-процессуального кодекса РФ, суд,

решил:

Исковые требования ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению ПФР в Чебоксарском районе Чувашской Республики – Чувашии (межрайонное) о признании решения незаконным удовлетворить.

Признать незаконным (отменить) решения Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда РФ в Чебоксарском районе Чувашской Республики-Чувашии (межрайонное) об отказе в назначении социальной пенсии по случаю потери кормильца от 20 ноября 2018 года под № и об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца от 20 ноября 2018 года под №.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда РФ в Чебоксарском районе Чувашской Республики-Чувашии (межрайонное) назначить ФИО2 пенсию по случаю потери кормильца с 5 октября 2018 года на период обучения по очной форме в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет.

Взыскать в пользу ФИО2 с Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда РФ в Чебоксарском районе Чувашской Республики-Чувашии (межрайонное) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины сумму 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме подачей апелляционной жалобы через Чебоксарский районный суд Чувашской Республики.

Председательствующий: Афанасьев Э.В.