Решение № 2-617/2020 2-617/2020~М-364/2020 М-364/2020 от 17 мая 2020 г. по делу № 2-617/2020

Дело № 2-617/2020

(УИД 42RS0013-01-2020-000555-57)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

Кемеровской области

В составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А.,

при секретаре Малоедовой И.В.,

с участием прокурора Кузнецовой З. А. рассмотрев в открытом судебном заседании 18 мая 2020 года в г. Междуреченске дело по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу « Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО «Южный Кузбасс») о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в период работы на ОАО «Южный Кузбасс» с ним произошел несчастный случай на производстве, он подвергся воздействию ударной волны, образовавшейся в результате взрыва метано-воздушной смеси, в результате чего получил травму, о чем был составлен акт № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ему впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с несчастным случаем на производстве.

В последующем процент утраты профессиональной трудоспособности подтверждался, и заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

В результате несчастного случая в настоящее время ему установлен диагноз в соответствии с ПРП от ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>

ОАО «Южный Кузбасс» на основании приказа №- <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в связи с производственной травмой, полученной им ДД.ММ.ГГГГ, выплатило ему единовременное пособие и компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Считает указанную сумму компенсации морального вреда недостаточной.

ДД.ММ.ГГГГ он обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда в добровольном порядке, однако ответа так и не получил.

В связи с полученной производственной травмой истец испытывает нравственные и физические страдания, которые оценивает в размере <данные изъяты> руб., которую на основании ст.ст. 150-151, 1099-1101 ГК РФ просит с учетом добровольно выплаченной ответчиком суммы довзыскать с ответчика. Также просит взыскать расходы по оказанию юридических услуг за составление искового заявления <данные изъяты> рублей и за участие представителя в суде <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании истец на удовлетворении заявленных требований настаивал, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, также пояснил, что он после травмы был на лечении в стационаре в Центре «Научно-клиническом центре охраны здоровья шахтеров « в г. Ленинск-Кузнецке, где проходил медикаментозное лечение в виде капельниц, инъекций, после травмы длительное время был временно нетрудоспособен, что ответчиком в <данные изъяты> году было выплачено в счет компенсации морального вреда в связи в несчастным случаем <данные изъяты> рублей, полагает, что указанная компенсация не в полной мере достаточна. Он испытывает постоянные <данные изъяты>

В настоящее время не может жить полноценной жизнью, ввиду болезненного состояния, данное состояние угнетает его, отчего стал замкнутым и раздражительным.

Представитель истца адвокат ФИО8, действующий на основании ордера, поддержал позицию истца, настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме, пояснив, что улучшений состояния здоровья не наблюдается, полагая, что сумма компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, выплаченная ответчиком в <данные изъяты> году недостаточна, кроме того просил учесть, что какими критериями руководствовался ответчик выплатив моральный вред истцу непонятно.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, предоставила письменный отзыв, доводы которого сводятся к тому, что истцу на основании приказа №-<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ была произведена выплата единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности, и <данные изъяты> руб. в счет компенсации морального вреда.

В данном случае в ФОС на 2007-2009 гг. определен порядок выплаты работникам компенсации морального вреда в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве в бессрочном порядке в предусмотренном размере. Право работников на выплату единовременного пособия именно в качестве компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты работником профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем установлено п. 5.4. ФОС на 2007-2009гг. не противоречит закону.

Таким образом, считают, что общая сумма выплат на основании приказа в 2009 году <данные изъяты> рублей является компенсацией морального вреда, полагают, что добровольно выплаченная истцу и компенсирует все нравственные и физические страдания в полном объеме. Кроме того, размер компенсации морального вреда <данные изъяты> руб. не соответствует требованиям разумности и справедливости.

Также считает завышенным, заявленный истцом размер судебных расходов завышен.

Заслушав лиц, участвующих в деле, опросив свидетелей, выслушав заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению, изучив материалы дела, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Разрешая доводы представителя ответчика относительно того, что сумма выплаченная истцу единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> рублей согласно п. 5.4. ФОС на 2007 -2009 года, также относится в счет возмещения морального вреда не может быть принята во внимание, поскольку не соответствует материалам дела.

Согласно ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Между тем, как в отраслевом тарифном соглашении, действовавшем на 2007- 2009 года в период возникновения права истца на компенсацию морального вреда, так и в коллективном договоре того же периода, размер компенсации морального вреда не согласован сторонами. Из приказа о выплате морального вреда следует, что расчета морального вреда, либо определения суммы морального вреда по каким-либо другим критериям, в приказе не приведено. Исходя из каких критериев и актов работодатель определил сумму морального вреда, и что учитывал при определении суммы морального вреда, установить не возможно.

С учетом изложенного, суд вправе при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику прийти к выводу об определении размера компенсации с учетом разумности и справедливости и отличной от той, что выплатил работодатель.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела: сведениями трудовой книжки (л.д. 17-20), актом о несчастном случае на производстве № (л.д. 21-26), что в период работы истца на предприятии входящего в состав предприятий ответчика ДД.ММ.ГГГГ произошел групповой несчастный случай, в результате которого истец получил травму: <данные изъяты>

Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ ему впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с несчастным случаем на производстве(л.д. 56).

В последующем процент утраты профессиональной трудоспособности подтверждался, а заключением МСЭ № ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (л.д. 50).

Согласно приказа №-<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ истцу была произведена выплата <данные изъяты> руб. в счет компенсации морального вреда, всего <данные изъяты> руб., выплата произведена на основании ФОС на 2007-2009 г.г., Коллективного договора на 2008-2010 годы. (л.д. 29).

В досудебном порядке истец обращался ДД.ММ.ГГГГ к ответчику за компенсацией морального вреда в размере, однако ответа не получил.

На основании представленных: выписных эпикризов лечебных учреждений, из индивидуальных программ реабилитации пострадавшего, выпиской из амбулаторной карты, судом установлено, что после травмы, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ истец находился длительное время на стационарном и амбулаторном лечении, также в настоящее время ему установлен диагноз <данные изъяты>

Свидетель ФИО5 в судебном заседании поясняла, что истец является её супругом. <данные изъяты>

Свидетель ФИО6 в судебном заседании поясняла, что истец является её отцом. <данные изъяты>

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего, при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Таким образом, суд считает заслуживающим внимание доводы истца и его представителя о том, что вследствие произошедшей производственной травмы он испытывает нравственные и физические страдания, поскольку возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные ухудшением состояния здоровья в связи с утратой трудоспособности.

Факт причинения вреда здоровью истца подтвержден в судебном заседании в полной мере.

Оценивая представленные доказательства, суд полагает обоснованными доводы истца о том, что в результате травмы ему причинен моральный вред, поскольку, он длительное время испытывал и испытывает до настоящего времени болевые ощущения по последствиям травмы, до настоящего времени ограничен в обычной жизнедеятельности, у него затруднено общение с близкими и окружающими, что, безусловно, причиняет ему нравственные страдания.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, обстоятельства произошедшей травмы, время реабилитационного периода и постоянные медицинские обследования, а также что последствием травмы явилась частичная утрата профессиональной трудоспособности и истец нуждается в постоянной медицинской реабилитации.

С учетом требований разумности и справедливости, суд определил размер доплаты компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей, в связи с полученной травмой на производстве, полагая, что сумма выплаченная ответчиком в счет компенсации морального вреда в 2009 году <данные изъяты> рублей, не в полной мере компенсирует физические и нравственные страдания истца.

Указанную сумму в размере <данные изъяты> рублей, суд считает соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям истца, в удовлетворении остальной части иска суд считает необходимым отказать, полагая требования истца о компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб., завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости.

Согласно ст. ст. 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг, с учетом объема проделанной работы, подготовки иска и документов, сложности рассмотрения дела, количества судебных заседаний в размере <данные изъяты> рублей, полагая указанные расходы разумными. Вместе с тем истцом представлена квитанция в подтверждение указанных расходов на сумму <данные изъяты> рублей.

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере <данные изъяты> рублей.

На основании изложенного выше, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие производственной травмы <данные изъяты> рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 расходы по оказанию юридических услуг <данные изъяты> рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 25 мая 2020 года.

Судья: Е. А. Чирцова

Копия верна

Судья Е. А. Чирцова