Решение № 2-363/2019 2-5/2020 2-5/2020(2-363/2019;)~М-347/2019 М-347/2019 от 18 мая 2020 г. по делу № 2-363/2019

Дело №2-5/2020 (№2-363/2019)

УИД 22RS0045-01-2019-000451-30


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Смоленское 19 мая 2020 года

Смоленский районный суд Алтайского края, в составе:

председательствующего судьи Климович Т.А.,

при секретаре судебного заседания Петухове А.С.,

с участием помощника прокурора Смоленского района Алтайского края Никитина В.Д., представителя истца (ответчика по встречным искам) ФИО1 - ФИО2, (действующей по доверенности), ответчика (истца по встречному иску) ФИО3, её представителя и представителя ФИО4-ФИО5, (действующей на основании ордера и по доверенности), ответчика (истца по встречному иску) ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора приватизации от 06.06.1996 и выселении, встречному исковому заявлению ФИО3, ФИО4 к ФИО1 о признании недействительными договоров дарения долей в праве собственности, признании права на жилой дом и земельный участок отсутствующим и встречному исковому заявлению ФИО6 к ФИО1, ФИО7, ФИО8 о признании недействительными договоров дарения долей в праве собственности, прекращении права собственности ФИО1 на долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, в процессе рассмотрения дела уточнила заявленные требования и в окончательной редакции просила суд признать недействительным договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ на передачу жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключённый между Смоленским МОХК и ФИО6, ФИО4, применить последствия недействительности сделки, считать отсутствующим у ФИО6, ФИО4 право на указанный жилой дом. Так же просила выселить ФИО3 и ФИО4 из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

В обосновании иска указала, что указанный жилой дом принадлежит ей на праве собственности. Право собственности на жилой дом зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, ДД.ММ.ГГГГ. основанием приобретения права собственности явились договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, решение Смоленского райнарсуда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, договор на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ. С момента регистрации она приобрела права собственности на вышеуказанное жилое помещение: права владения, пользования и распоряжения имуществом.

Ранее жилой дом принадлежал её родителя: ФИО7, ФИО6, брату - ФИО8 и ей по праву общей долевой собственности по 1/4 доле каждому участнику. В 2016 году родители: ФИО7, ФИО6, брат - ФИО8 заключили с ней договоры дарения, передав свои доли в жилом доме в её собственность безвозмездно. После заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, зарегистрированный в жилом доме по месту жительства снялся с регистрационного учёта, зарегистрировавшись по месту жительства по адресу: <адрес>, где проживает по настоящее время. В жилом доме осталась проживать бывшая супруга отца - ФИО3, а также её сын - ФИО4, которые зарегистрированы в жилом доме по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ по заявлению прежнего собственника дома - ФИО6 Учитывая, что самостоятельного права пользования жильём ответчики не приобрели, являются временными жильцами в доме, она вправе просить суд о их выселении. С августа 2016 года она является собственником жилого дома, намерена использовать жильё самостоятельно для проживания с членами её семьи, она приняла решение о выселении ответчиков из принадлежащего ей жилья, без предоставления другого жилого помещения, поскольку, в добровольном порядке освободить жилой дом ответчики отказались, её письменное требование о выселении проигнорировали. Ответчики продолжают пользоваться жилым домом для проживания, чем нарушают её права собственника на жильё. В жилом доме находятся личные вещи, имущество ФИО3 и её сына ФИО4, которые членами её семьи не являются, были зарегистрированы и вселены в жилой дом в качестве членов семьи прежнего владельца жилья - ФИО6 В настоящее время ФИО6 собственником жилья не является, в связи с чем, ответчики являются временными жильцами в доме, их право на проживание зависит от согласия собственника. В ходе рассмотрения дела ответчики предоставили суду договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ на передачу жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключённый между Смоленским МОХК и ФИО6, ФИО4, который должен быть признан недействительным, поскольку спорное жилое помещение ранее-ДД.ММ.ГГГГ уже было передано в собственность ФИО9 (ныне ФИО16) по договору № и решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, договор был изменен, и установлено, что договор заключен со всеми членами семьи: ею, ФИО7, ФИО6, ФИО8 Следовательно на ДД.ММ.ГГГГ спорный жилой дом уже принадлежал на праве собственности ей, родителям и брату, и Смоленское МОХК не являлось собственником дома. Кроме того, договор подписан главой администрации Смоленского сельсовета ФИО10, который не имеет отношения к Смоленскому МОХК, и не имел полномочий на его подписание.

В процессе рассмотрения дела ответчики ФИО3, ФИО4 обратились со встречным иском к ФИО1, просили признать недействительным недействительным договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, заключённый между ФИО8 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительным договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, заключённый между ФИО7 и ФИО1 21.06. 2016; применить последствий недействительности сделок, признать отсутствующим право собственности ФИО1 на указанный жилой дом и земельный участок площадью по этому же адресу.

В обоснование иска указали, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 состояла в браке со ФИО6, но фактически состояли в брачных отношениях с февраля 1995 года и совместно проживали в жилом доме по адресу: <адрес>. ФИО4 является их сыном. Они зарегистрированы в спорном жилом доме с ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени пользуются жилым помещением. ДД.ММ.ГГГГ жилой дом был передан их семье, состоящей из трёх человек, в собственность в порядке приватизации, что подтверждается договором № на передачу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, актом № оценки общей стоимости квартиры и расчётом № стоимости дома, передаваемого в собственность граждан. Вышеуказанный договор № от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в установленном законом порядке под № в БТИ, а так же в Администрации Смоленского сельсовета <адрес>. В связи с вышеизложенными обстоятельствами они считали, что жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> приватизирован, и они являются собственниками по 1/3 доли в праве общей долевой собственности. После расторжения брака, с 2012 года, ФИО6 стал проживать отдельно, а с 2018 года снялся с регистрационного учёта.

В конце апреля 2019 года они получили по почте от ФИО1 требование об освобождении жилого дома, в связи с тем, что последняя якобы является собственником. Однако, они считают, что в данном случае у ФИО1 отсутствует право собственности как на спорный жилой дом, так и на земельный участок, поскольку, на момент совершения сделки дарения, ФИО7, ФИО8, а так же сама ФИО1 не являлись участниками долевой собственности, а следовательно не могли распоряжаться долями спорного жилого дома.

Полагают, что сделки (договора) дарения спорного дома от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО1 и между ФИО7 и ФИО1, нельзя признать соответствующими требованиям закона, поскольку сделки совершены неправомочными, в отношении дара (спорного жилого дома) лицами.

Так, имеется вступившее в законную силу определение судебного заседания Смоленского райнарсуда от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому между ФИО7 и ФИО6 заключено мировое соглашение, по условиям которого ФИО16 «отказывается от дома в полном размере». Как следует из установочной части определения, ФИО16 отказалась от доли в доме, поскольку ФИО6 выплатил ей за <адрес> миллионов рублей и в эту сумму входят и доли её детей, на эти деньги она приобрела жильё. Определение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, с ДД.ММ.ГГГГ ни ФИО1, ни ФИО16, ни ФИО8 уже не являлись участниками долевой собственности, а потому заключённые между ними сделки дарения спорного жилого дома являются недействительными (ничтожными) сделками. В силу своей ничтожности вышеуказанные договора дарения не влекут за собой каких-либо правовых последствий, следовательно, законные основания для передачи в собственность ФИО1 земельного участка отсутствовали, поскольку в силу п. 1 ст. 36 Земельного кодекса Российской Федерации, права на земельные участки приобретают только те граждане, которые имеют на этих земельных участках в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения.

Ответчик ФИО6 в ходе рассмотрения дела так же обратился со встречным исковым заявлением к ФИО7, ФИО1, ФИО8, и просил признать недействительным договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ и применить последствия недействительности сделки; признать недействительным договор дарения земельного участка и 1/4 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО7 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ недействительным и применить последствия недействительности сделки; прекратить право собственности ФИО1 на 3/4 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.В обоснование требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по февраль 1995 состоял в браке с ФИО11. От совместного брака у них имеются дети - ФИО1 и ФИО8. С сентября 1988 они стали проживать доме, расположенном по адресу: <адрес>, принадлежащем «Смоленскому МОКХ». ДД.ММ.ГГГГ по договору № на передачу квартир (домов) в собственность граждан, указанный жилой дом был передан ему и его супруге- ФИО7 в собственность в порядке приватизации. Однако брачные отношения между ним и ФИО7 не сложились и в 1994 ФИО7 с сыном стала проживать отдельно, а дочь осталась с ним. Однако, после того, как она стала проживать отдельно, потребовала от истца, чтобы он выплатил ей денежные средства в сумме двенадцать миллионов рублей в счет компенсации 1/2 доли жилого дома и 1/2 доли автомобиля, который находился у них в собственности. Он согласился, и ДД.ММ.ГГГГ в помещении администрации <адрес> истец передал ФИО7 указанную сумму, что подтверждается распиской, удостоверенной секретарем администрации ФИО12. Несмотря на то, что он компенсировал ФИО7 стоимость 1/2 доли дома и 1/2 доли автомобиля, она обратилась в Смоленский районный суд <адрес> с требованием об изменении договора № от ДД.ММ.ГГГГ. Решением Смоленского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ изменен, установлено, что договор заключен на 4 членов семьи: ФИО9, ФИО6, ФИО13 - дочь, ФИО8 - сына, в равных долях на каждого члена семьи. После этого ФИО7 обратилась в Смоленский районный суд <адрес> с иском о разделе общего имущества, где поясняла, что раздел имущества произведен, однако она требует передать ей личные вещи, а так же 2 миллиона рублей за домашний скот. От остальных требований ФИО7 отказалась, в частности «от дома в полном размере», поскольку он выплатил ей за <адрес> миллионов рублей и в эту сумму входят доли её детей, на указанные деньги она приобрела жилье.

Таким образом, после расторжения брака с ФИО7, жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, перешел полностью в его собственность, вместе с земельным участком.

В декабре 1995 он вступил в брак со ФИО3, которая с момента вступления в брак стала проживать с ним и с его дочерью в спорном доме. Через год дочь ушла жить к своей матери. В 2012 брак между истцом и ФИО3 был расторгнут, после чего он снялся с регистрационного учета и стал проживать отдельно. В его доме осталась проживать ФИО3 и их сын ФИО4. Поскольку это было их единственным жильем, то он оставил им для проживания свой дом. В июле 2016, когда он находился за пределами <адрес>, в <адрес>, на вахте, ему позвонила его дочь ФИО1 и сообщила, что осталась без жилья. Она стала уговаривать его подарить ей 1/4 долю его дома. Поскольку, после расторжения брака с ФИО7, дочь истца проживала с ним и с его семьей по адресу: <адрес>, то он согласился на ее уговоры и решил возможным подарить ей 1/4 долю дома. С этой целью он выслал доверенность ФИО14, чтобы она от его имени совершила сделку дарения. Однако, ФИО1 скрыла от него тот факт, что ФИО7 и ФИО8, не имея права собственности на указанный жилой дом, произвели отчуждение по 1/4 доли, каждый, предъявив нотариусу договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ и решение Смоленского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и скрыли от нотариуса тот факт, что после раздела общего имущества истец является единоличным собственником спорного жилого дома и земельного участка. Осенью 2019 от своего сына - ФИО4 он узнал, что ФИО1, скрыв все вышеуказанные обстоятельства, зарегистрировала право собственности на его дом и обратилась к ФИО4 и ФИО3 с иском о выселении. Он считает, что в данном случае у ФИО1 возникло право собственности только на 1/4 долю спорного жилого дома, а на весь жилой дом право собственности отсутствует, поскольку на момент совершения сделок дарения, ни ФИО7, ни ФИО8, а так же сама ФИО1 не являлись участниками долевой собственности, а следовательно не могли распоряжаться спорным жилым домом. Следовательно сделки (договора) дарения спорного дома от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО1 и между ФИО16 и ФИО1, нельзя признать соответствующими требованиям закона, поскольку сделки совершены неправомочными в отношении дара (спорного жилого дома) лицами. В силу своей ничтожности вышеуказанные договора дарения не влекут за собой каких-либо правовых последствий, следовательно, законные основания для передачи в собственность ФИО1 земельного участка отсутствовали, поскольку в силу п. 1 ст. 36 Земельного кодекса Российской Федерации, права на земельные участки приобретают только те граждане, которые имеют на этих земельных участках в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения. В связи с этим, он полагает, что совершенные сделки являются недействительными, а ответчики обязаны вернуть ему все полученное по ничтожной сделке.

Истец (ответчик по встречным искам) ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в её отсутствие, реализовала своё право на судебную защиту посредством направления в суд своего представителя.

Представитель истца ФИО1-ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования своей доверительницы поддержала в полном объёме, просила выселить ответчиков из спорного жилого дома, ссылаясь на доводы изложенные в иске. В исковых требованиях ФИО3, ФИО4, ФИО6 просила отказать в полном объеме, в виду их необоснованности, а так же применить к требованиям ответчиков (истцов по встречным искам) срок исковой давности, который истец на момент подачи иска в суд. Просила учесть, что право собственности ФИО1 на спорный жилой дом возникло с момента регистрации с августа 2016 года, и именно с этого времени ответчики ФИО15 и ФИО4 как временные жильцы, вселенные прежним собственником-ФИО6, должны были покинуть спорное жилое помещение. Право ФИО1 на жилой дом и на земельный участок никем не оспорено. Поскольку ФИО1 в период 2017 года сильно болела, то сразу не обратилась в суд, однако в настоящее время у неё возникла необходимость в проживании в жилом доме, который принадлежит ей, и она вправе просить о выселении ответчиков, являясь единственным собственником спорного дома. Договор приватизации № является ничтожным, заключен не законно, следовательно не влечет юридических последствий. Требование ответчиков о применении срока исковой давности не подлежит удовлетворению. Определение суда от ДД.ММ.ГГГГ не содержит в себе указаний на идентификационные признаки объекта, следовательно нельзя готовить о том, что предметом спора являлся именно дом, который в настоящее время является предметом спора. Что касается расписки, то она подтверждает лишь факт передачи денег. Поскольку ФИО21 не являются собственниками жилого дома и сторонами по сделкам, то у них не возникло право на обращение с иском в суд. Представительные чеки о приобретении стройматериалов и расписки о получении денег, не подтверждают возникновение у Ж-вых права собственности на дом. Техническая документация на дом, так же не является подтверждением права собственности. Ж-вы проживали в доме, и следовательно несли расходы по его содержанию, платили за свет и иные услуги, которыми пользовались сами. Требования всех истцов по встречным искам о признании договора дарения земельного участка не обоснованы, свидетельство о праве собственности за землю на имя ФИО16 никем не оспаривается.

Ответчик (истица по встречному иску) ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, суду пояснила, что проживала в доме, имея на руках договор приватизации №, согласно которого её сын ФИО4 является собственником дома. При этом, после того, как ФИО6 ушел, он оставил данный дом именно ей и их сыну для проживания. У неё нет иного жилья и ей более негде жить.

Представитель ответчиков (истцов по встречному иску ФИО3, ФИО4) ФИО5 в судебном заседании пояснила, что требования ФИО1 не законны и не обоснованы, просила применить к требованиям о признании договора приватизации № срок исковой давности, поскольку установленный действующим законодательством пресекательный срок-10 лет истек, даже если его считать со дня достижения ФИО1 18-летия. ФИО1 знала что в доме живут другие люди, следовательно знала о наличии у них права на проживание. Так же в случае её желания она могла получить любую информацию по дому, но была безразлична. Поскольку ФИО16, ФИО8 и ФИО1 на момент заключения сделок не являлись собственниками долей, то указанные сделки ничтожны. Обстоятельства раздела имущества между ФИО6 и ФИО16 подтверждаются определением суда от ДД.ММ.ГГГГ и распиской о передаче денежных средств, следовательно ФИО16 не имела права обращаться с иском об изменении договора приватизации. Так же просила суд не отдавать приоритет одному решению суда перед другим, полагая что это является некорректным. Отсутствие в определение суда указания на адрес дома, не подтверждает доводы ФИО1, поскольку стороной истца по первоначальному иску не доказано, что на момент раздела имущества у ФИО16 и ФИО6 в собственности был иной дом. При этом ФИО16 в судебном заседании подтвердила, что деньги она получила и купили жилье. Расписка о передаче денег удостоверена секретарем сельсовета, что и подтвердила свидетель. На момент регистрации по месту жительства ФИО3 и ФИО4 дом в полном объеме принадлежал ФИО6, и он как собственник оставил впоследствии данный дом именно им. До 2016 года ФИО16, ФИО1 и ФИО8 не регистрировали право на свои доли в доме, поскольку права у них и не было. С ДД.ММ.ГГГГ собственником дома стал только ФИО6 Определение судебного заседания является правоустанавливающим документом. Земельный участок так же принадлежал только ФИО6, поскольку он являлся единоличным собственником жилого дома. Кадастровый паспорт на земельный участок от 2013 года так же содержит в себе сведения о том, что ФИО6 является собственником. Аналогичные сведения из налогового органа, о том, что с 1996 года только ФИО6 был собственником. ФИО16,ФИО1 и ФИО8 длительный период не заявляли о своих правах. Лицевой счет по оплате услуг по спорному дому, открыт так же на ФИО3 Договор приватизации № является недействительным, поскольку не был зарегистрирован по действующим на тот период правилам. Так же после его заключения были вынесены решение и определение суда, которые решили судьбу спорного дома. Поскольку её доверители и ФИО6 узнали о заключенных сделках дарения лишь осенью 2019 года, то срок исковой давности к требованиям ФИО3, ФИО8 и ФИО6 не истек. У ФИО3 и ФИО8 имеется право на обращение с иском в суд, поскольку заключенные сделки дарения нарушают их права, несмотря на то, что они не являются стороной по сделке. Они вправе просить признать право Орловой отсутствующим. Просила отказать ФИО1 в иске в полном объеме, встречные требования ФИО3, ФИО8 и ФИО6 удовлетворить.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО6 в судебном заседании пояснил, что просит удовлетворить его требования, поскольку он за спорный дом отдал ФИО16 деньги. Требования ФИО1 считает необоснованными. Он полагал, что дом принадлежит ему и после того как он ушел от ФИО3, оставил дом ей и сыну. Документально ничего не оформлял. Он уже не помнит как проходили судебные заседания по искам ФИО16, но знает точно что отдал ей деньги и она уехала. Три года назад он подарил 1/4 долю в доме ФИО1, так как она его просила об этом, поскольку ей негде было жить. А его доля осталась ФИО3 и ФИО8 Почему после раздела имущества с ФИО16, он опять пошел для оформления договора приватизации на дом к ФИО10, который являлся его другом, он не помнит, надо было документы, вот он решил так оформить. ФИО10 ещё ему «пригородил» несколько метров земли. Именно ФИО10 написал ему договор приватизации и поставил подпись. Свидетель №1 там не расписывалась. Не помнит чтобы принимал участие когда было решение суда от 1995 года. Ему вообще не известно о том, что ФИО16 обращалась с иском в суд об изменении договора приватизации. Он находился на вахте в <адрес>, когда ему позвонила дочь-ФИО1 и стала жаловаться, что ей негде жить, и он согласился подарить ей 1/4 долю в доме. Сначала выписал доверенность на ФИО14, с которой в тот период проживал. Но потом оказалось, что доверенность была неверно выписана и он выписал ещё одну доверенность уже когда приехал в <адрес>. Кто ему сказал, что доверенность на ФИО14 неправильная, он не помнит.

Иные лица: ФИО4, ФИО8, ФИО7, в судебное заседание не явились, МП ОМВД России по <адрес>, Росреестр, в судебное заседание своих представителей не направили, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом, обратились с просьбой о рассмотрении дела в их отсутствие, не просили об отложении рассмотрения дела, сведений об уважительности причин неявки в суд не представили.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, лицо само определяет объём своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Неявка лица, извещённого в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является препятствием для рассмотрения судом дела по существу.

В соответствии требованиями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц, с вынесением решения.

Выслушав стороны, их представителей, заключение помощника прокурора, просившего удовлетворить требования о выселении, во встречных требованиях отказать, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, представленные доказательства в их совокупности, рассматривая дело в пределах заявленных первоначальных и встречных исковых требований, суд приходит к следующему.

Лицо, полагающее свои права нарушенными, может избрать любой из приведённых в ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способ защиты, либо иной, предусмотренный законом, который бы обеспечил восстановление этих права.

Выбор способа защиты нарушенного права должен соответствовать характеру нарушенного права. Кроме того, способ защиты права, избранный истцом, должен в результате применения восстанавливать это нарушенное право.

В соответствии со ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу статьи 305 Гражданского кодекса Российской Федерации права, предусмотренные статьями 301 - 304 настоящего Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

В абзаце 4 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в случаях, когда запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним нарушает право истца, которое не может быть защищено путём признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путём предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 52 указанного Постановления, следует, что предъявление иска о признании права отсутствующим возможно лишь в том случае, когда права истца не могут быть защищены путём признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения. Требование о признании отсутствующим зарегистрированного права носит исключительный характер и применимо в строго ограниченных случаях при невозможности использовать иные способы защиты права.

Таким образом, гражданским законодательством предусмотрена возможность заинтересованного лица на обращение в суд иском о признании права отсутствующим исходя при этом из имеющегося юридически значимого интереса указанного лица. Субъектом, имеющим материально-правовой интерес в данном случае является лицо, правовое положение которого претерпело бы те или иные последствия, если бы оспариваемое им право являлось бы действующим, а признание права отсутствующим восстановило бы права такого лица, существование оспариваемого права должно возлагать на заинтересованное лицо обязанности, лишать прав, создавать препятствия в их реализации.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование требований о выселении, истица по первоначальному иску ФИО1, указала, что является собственником жилого дома, с кадастровым номером 22:41:021269:166, площадью 49,5 кв.м. и земельного участка, с кадастровым номером 22:41:021269:77, площадью 1200 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>. Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями Росреестра (том 1 л.д.82-85,180-181).

Судом были запрошены материалы регистрационного дела по переходу права собственности на указанные спорные объекты недвижимости (том 1 л.д.122-150), согласно которых установлено, что основанием возникновения права собственности ФИО1 явились:

-договор на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Смоленское МОКХ и ФИО9. ДД.ММ.ГГГГ договор зарегистрирован в исполнительном комитете Смоленского Совета народных депутатов, а также ДД.ММ.ГГГГ удостоверен государственным нотариусом Смоленской государственной нотариальной конторы <адрес> ФИО17, реестровый № (том 1 л.д.131).

По сведениям нотариуса Смоленского нотариального округа ФИО18 следует, что в реестре для регистрации нотариальных действий Государственной нотариальной конторы <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ за реестровым номером 1-2264 был зарегистрирован договор по приватизации заключённый между МОКХ и ФИО9 (том 1л.д.70-73).

По информации КГБУ «Алтайский центр недвижимости и государственной кадастровой оценки» ФИО19 (том 1 л.д. 152-155,158), следует, что согласно материалам архива, переданного на хранение КГБУ «Алтайский центр недвижимости и государственной кадастровой оценки», право собственности на объект недвижимости, расположенный по адресу: <адрес> зарегистрировано за ФИО9 на основании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ №. Также сообщили, что в инвентарном деле имеется решение Смоленского райнарсуда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на имя: ФИО9, ФИО6, ФИО13, ФИО8 (копию представили).

-решение Смоленского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ были внесены изменения, а именно установлено, что договор был заключён на 4 члена семьи- ФИО9, ФИО6, ФИО13 и ФИО8 в равных долях на каждого члена семьи (том 1 л.д.133,46).

Как следует из справки о гражданах, зарегистрированных на похозяйственном учёте, в жилом помещении по адресу <адрес> в период с 1992 по 1997 годы были зарегистрированы: ФИО9, выбыла ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6, ФИО13 и ФИО8, выбыли ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 и ФИО4, прибыли ДД.ММ.ГГГГ. Справки даны на основании похозяйственных книг № стр. 17, лс №, период с 2018 по 2023 г., Фонда № Р-17, опись №д, Дело 653, стр.3, лс №ДД.ММ.ГГГГ-1996 годы, №, стр. 117, лс №ДД.ММ.ГГГГ-1996 годы, №, стр. 9, лс №ДД.ММ.ГГГГ-2001(том 1 л.д.80).

-договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО1 (том 1 л.д.140-141);

-договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО1 (том 1 л.д.142-143);

-договор дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО1 (том 1 л.д.149-150).

Договоры дарения оспариваются ответчиками: ФИО3, ФИО4 и ФИО6

В каждом оспариваемом договоре указано, что доля в праве собственности на жилой дом принадлежит дарителям (ФИО7, ФИО8, ФИО6) на основании договора передачи и продаже квартир (домов) в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ, а земельный участок принадлежит дарителю (ФИО7) на основании свидетельства о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, никем из участвующих в деле, договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ и свидетельство о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ, не оспаривались.

На основании ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

То есть, суд рассматривает дело в пределах заявленных исковых требований, если иное не установлено действующим законодательством.

С учетом указанного положения закона, суд рассматривает данный спор по тем основаниям и требованиям, о которых заявлялось сторонами, поскольку иного действующим законодательством применительно к спорным правоотношениям не предусмотрено.

Рассматривая требования истцов по встречным искам ФИО3, ФИО20 и ФИО6, о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок, признании права собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок отсутствующим и прекращении права собственности на 3/4 доли в жилом доме и земельном участке, суд учитывает изложенное, а так же принимает во внимание, что изначально право собственности дарителей (ФИО7, ФИО8, ФИО6) и одаряемой ФИО1, было зарегистрировано за каждым по 1/4 доле на жилой дом на основании договора передачи и продаже квартир (домов) в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ, а на земельный участок зарегистрировано за ФИО7 на основании свидетельства о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании ответчик (истец по встречному иску) ФИО6 суду пояснил, что не отрицает факт выдачи доверенности на заключение сделки дарения своей доли ( 1/4 ) в праве собственности на дом и не оспаривает сделку дарения 1/4 доли в праве собственности на жилой дом.

В обоснование требований о признании сделок недействительными, ответчики (истцы по встречным искам) ФИО3, ФИО20 и ФИО6, ссылались на то, что у дарителей ФИО7 и ФИО8 не имелось права собственности на доли в праве собственности на жилой дом, следовательно они и не имели права на заключение договоров дарения.

Суд не соглашается с данной позицией, поскольку она не обоснована, и не нашла своего подтверждения в судебном заседании, так же стороной истца по первоначальному иску заявлено о применении срока исковой давности к требованиям об оспаривании сделок.

Согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами

В соответствии с п. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Однако истцами по встречным искам, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не доказано, что между у дарителей по оспариваемым договорам, не возникло права на доли в спорном жилом доме и земельном участке, и они не имели право на заключение договоров дарения.

Согласно ст.153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан.. ., направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст.158 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделки совершаются устно или в письменной форме.

Суд учитывает, что согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В соответствии с ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре.

Исходя из смысла абз. 2 п. 2 ст. 166Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствие заинтересованности в применении последствий недействительности ничтожной сделки является самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом материально-правовой интерес в применении последствий ничтожности сделки имеют лица, чьи имущественные права и(или) охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное фактическое положение.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

В соответствии со ст. 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ», граждане РФ, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность (совместную или долевую) либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности, по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной, в том числе по основаниям несоответствия сделки требованиям закона (ст. 48 ГК РСФСР 1964, ст. 168 части первой ГК РФ, действующего с ДД.ММ.ГГГГ).

Решением суда (том 1 л.д.133) в договор приватизации были внесены изменения. Решение вступило в законную силу. Как следует из установочной части решения ФИО6, принимавший участие при рассмотрении дела не возражал относительно изменения договора.

Согласно ч. 1 ст. 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу настоящего Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной настоящим Федеральным законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей.

Право собственности каждого дарителя по 1/4 доле на жилой <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, было зарегисрировано в Росреестре: ФИО6 (общая долевая собственность - 1/4, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ); ФИО8 (общая долевая собственность - 1/4, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ); ФИО1 (общая долевая собственность - 1/4, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ); ФИО7 (общая долевая собственность - 1/4, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ).

Данная регистрация права собственности никем не оспаривалась.

Как следует из свидетельства № на право собственности на землю (том 1 л.д.209), оно выдано ФИО9 (ФИО16), поскольку постановлением (распоряжением) администрации Смоленского сельсовета <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок по адресу <адрес> в <адрес> был предоставлен для ведения личного подсобного хозяйства, то есть получен по безвозмездной сделке.

Согласно абзацу 3 пункта 33 Инструкции о порядке отвода земельных участков под индивидуальное жилищное строительство на территории РСФСР (РСН 25 - 66), утвержденной Приказом Госстроя РСФСР от ДД.ММ.ГГГГ №, пользование земельным участком на землях колхозов, совхозов и других сельскохозяйственных предприятий членом колхоза, рабочим, служащим и другими гражданами регистрируется в земельной шнуровой книге.

В соответствии с положениями Земельного кодекса РСФСР, действовавшего на момент выдачи ФИО11 свидетельства о праве собственности на землю, правом предоставления в собственность земли обладали соответствующие местные Советы народных депутатов, в частности, правом предоставления в собственность земельных участков в пределах черты сельских населенных пунктов обладали сельские Советы народных депутатов (ст. ст. 23, 27, 64, 80).

Согласно пункту 6 Указа Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР», действовавшему на тот же период, право собственности на землю удостоверяется свидетельством, которое имеет законную силу до выдачи государственного акта, удостоверяющего это право. Форма такого свидетельства была утверждена Постановлением Правительства Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 3 и п. 5 Порядка выдачи и регистрации свидетельств о праве собственности на землю, утвержденного Роскомземом ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства выдаются гражданам, на основании принятых исполнительными органами Советов народных депутатов решений о предоставлении земельных участков либо о перерегистрации права на ранее предоставленный земельный участок. При подготовке решений о перерегистрации права на земельный участок и оформлении свидетельств используются ранее выданные документы, удостоверяющие право на землю, в том числе, земельно-шнуровые и похозяйственные книги.

В п. 9 ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» установлено, что признаются действительными и имеют юридическую силу свидетельства о праве собственности на землю по форме, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №.

Исходя из вышеприведенных правовых норм и установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что право собственности ответчика ФИО7 (на момент выдачи свидетельства) на спорный земельный участок как ранее возникшее и юридически действительное с момента выдачи свидетельства о праве собственности (ДД.ММ.ГГГГ), с учетом того, что правовые основания возникновения единоличного права собственности ФИО7, (получение земельного участка по безвозмездной сделке) на земельный участок истцами по встречным искам не оспаривались.

Таким образом, доводы ФИО6 о том, что начиная с 1995 года только он являлся собственником жилого дома и земельного участка не нашли своего подтверждения в судебном заседании, и признаются судом несостоятельными.

Представленные стороной истцов по встречным искам определение судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.47-48), расписка от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.28), кадастровый паспорт (том 2 л.д.25-27), технический паспорт (том 1 л.д.191-197), не являются относимыми доказательствами возникновения у ФИО6 права собственности на спорные объекты недвижимости, поскольку из определения судебного заседания не возможно установить в отношении какого объекта недвижимости разрешался спор, расписка подтверждает лишь факт передачи денег, и не является основанием перехода права собственности. Техническая документация (кадастровые паспорта, технические паспорта) не является правоустанавливающим документов на объекты недвижимости.

Показания свидетеля Свидетель №2 подтверждают факт того, что она удостоверила факт написания расписки, что так же не является основанием перехода права собственности на спорное имущество. При этом на запрос суда журнал регистрационных действий не представлен, в виду его отсутствия (том 2 л.д.69), что не позволяет установить с достоверностью регистрацию расписки в сельском совете.

При этом указание в техническом паспорте (том 1 л.д.192) на основание возникновение права собственности ФИО6 как решение исполкома с/совета от ДД.ММ.ГГГГ, суд признает недостоверным, поскольку как установлено при рассмотрении дела такого решения не принималось (том 1 л.д.210).

Наличие сведений из налоговой инспекции (том 1 л.д.220-221), а так же чеков на строительные материалы, расписок о передаче денег за ремонт и сведений об оплате коммунальных платежей (том 1 л.д.223-242) так же является доказательством наличия права собственности ФИО6,ФИО3, ФИО4 на спорные жилой дом и земельный участок, чеки и расписки подтверждают лишь обстоятельства несения расходов на оплату услуг и текущий ремонт помещения, которым пользовались ответчики по первоначальному иску в период проживания в спорном доме.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (п. 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2).

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Таким образом, учитывая вышеизложенные обстоятельства, тот факт, что в судебном заседании с достоверностью установлено, что ответчики ФИО6, ФИО8 и ФИО7 являясь собственниками спорного имущества (по 1/4 доле в праве на дом и ФИО7 собственником земельного участка) при заключении оспариваемых сделок выразили свою волю на отчуждение имущества путем дарения истице (ответчику по встречным искам) ФИО1 спорного имущества, переход права собственности на имущество зарегистрирован в ЕГРН, ФИО6, ФИО8 и ФИО7 утратили контроль над спорным имуществом, никаких встречных исполнений при заключении договоров не получали (что не оспорено стороной истцов по встречным искам), суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО6, ФИО4 и ФИО3 о признании сделок недействительными, признании у ФИО1 отсутствующим права собственности на спорное недвижимое имущество и прекращении права собственности на дом и земельный участок, удовлетворению не подлежат.

Суд принимает решение и с учетом того, что ФИО3 и ФИО4, не представлено доказательств того, что они обладают какими-либо правами в отношении спорного жилого дома, собственником которого является ФИО1, тогда как возможность обращения с требованием о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим предоставлена лицу, в чьём владении находится спорное имущество и которое одновременно с другим лицом является собственником данного имущества. При этом право ответчика на жилой дом возникло на основании соответствующих закону документов, зарегистрировано в установленном законом порядке, а потому оснований для признания права собственности на спорные объекты недвижимости отсутствующим, не имеется.

Лицо, обращающееся с требованием, должно доказать нарушение его субъективного права или законного интереса и возможность восстановления этого права избранным способом защиты. При этом целью обращения лица, право которого нарушено, в суд является восстановление нарушенного права этого лица.

Принимая во внимание, что иск о признании права отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством, а истцами по встречным искам не представлено доказательств о наличии и нарушении реально имеющихся у них прав в отношении спорных объектов недвижимости, а также доказательств свидетельствующих, что в случае признания права собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> отсутствующим, будут восстановлены какие-либо права ФИО3, ФИО4 на указанные объекты недвижимости, учитывая, что истцы не являются не владеющими собственниками спорного имущества, а иных требований в отношении указанного имущества ими не заявлено, избранный ими способ защиты права в данном случае является ненадлежащим.

Кроме того, суд учитывает, что переход права собственности ФИО8 и ФИО7 зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, и при должной внимательности и осмотрительности истцы по встречным искам должны были знать о том, что не являются собственниками спорных объектов недвижимости, к моменту подачи ими исков сроки давности по оспариванию договоров дарения истекли, что так же является основанием для отказа во встречных исках, наряду с вышеуказанными основаниями.

Рассматривая требования ФИО1 о выселении, суд учитывает, что она является собственником жилого дома с кадастровым номером 22:41:021269:166, площадью 49,5 кв. м., расположенного по адресу: <адрес> на основании договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке. Данное обстоятельство также подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости № от ДД.ММ.ГГГГ.

Требованием от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уведомила ФИО3, ФИО4 о том, что она является собственником дома по <адрес> в <адрес>. В настоящее время со своей семьёй намерена вселиться в дом и единолично пользоваться им для проживания, в связи с чем, просила освободить указанный дом в 7- дневный срок (том 1 л.д. 18).

В установленный истцом срок ответчики ФИО3 и ФИО4 в добровольном порядке исполнить правомерные требования истца об освобождении жилого помещения отказались.

Статьёй 25 Всеобщей декларации прав человека в жизненный уровень человека, необходимый для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, включается такой обязательный компонент, как жилище. Неотъемлемое право каждого человека на жилище закреплено также в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах (статья 11). При этом, как следует из пункта 1 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, право на жилище должно реализовываться при условии свободы выбора человеком места жительства. Необходимость уважения жилища человека констатирована и в статье 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Так, право выбора гражданином места жительства не должно приводить к нарушению прав собственников жилых помещений.

С учётом положений международно-правовых актов в статье 40 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на жилище.

Конституционное право граждан на жилище относится к основным правам человека и заключается в обеспечении государством стабильного, постоянного пользования жилым помещением лицами, занимающими его на законных основаниях, в предоставлении жилища из государственного, муниципального и других жилищных фондов малоимущим и иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, в оказании содействия гражданам в улучшении своих жилищных условий, а также в гарантированности неприкосновенности жилища, исключения случаев произвольного лишения граждан жилища (статьи 25, 40 Конституции Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» (п.8), при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В силу п.п.1, 2 ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с п.1 ст.288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст.304 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст.10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В соответствии со ст.11 Жилищного кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, вправе требовать устранения любого нарушения его прав, в томчисле восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения.

На основании ч. 1, 2 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

В силу п. 1 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Согласно ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

В соответствии с ч. 1 ст. 35 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Разрешая заявленные требования о выселении, суд, приходит к выводу о том, что ответчики ФИО3 и ФИО4 не являются членами семьи собственника спорного помещения, равного с собственником права пользования жилым помещением они не имеют. Длительность проживания в доме, произведённые оплаты за коммунальные услуги, не соответствует о заключении ФИО3 и ФИО4 соглашения с собственником дома о пользовании жилым помещением в качестве членов семьи без определённого срока.

Поскольку проживание ответчиков ФИО3 и ФИО4 в спорном помещении нарушает права собственника, при этом добровольно освободить занимаемое жильё они отказались, в то время как, законные основания для дальнейшего проживания в этом жилье у них отсутствуют, в связи с чем, суд, руководствуясь положениями ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного Кодекса Российской Федерации», пришёл к выводу об обоснованности требований истца ФИО1 о выселении ФИО3 и ФИО4 без предоставления другого жилого помещения, так как для этого отсутствуют правовые основания, предусмотренные ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Рассматривая требования ФИО1 о признании недействительным договора приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ, суд учитывает, что пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что договор и свидетельство о праве собственности, суд по требованию заинтересованных лиц может признать недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством.

Стороной истца по встречным требованиям заявлено о применении срока исковой давности к требованиям об оспаривании договора приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ.

Разрешая спор, суд исходит из того, что срок исковой давности, установленный в п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, в данном случае должен исчисляться согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

О наличии в природе договора приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ истица по первоначальному иску узнала лишь в период рассмотрения настоящего спора, то есть после ДД.ММ.ГГГГ, в суд с требованиями об оспаривании договора она обратилась ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, сроки давности по требованиям ФИО1 не истекли. Аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-В08-10).

В судебном заседании установлено, из показаний ответчика ФИО6 и свидетеля Свидетель №1, что договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ был заполнен и подписан лицом, не обладающим на это полномочиями (ФИО10), поскольку согласно записей в договоре, от имени продавца-Смоленского МОХК выступает Свидетель №1 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ.

Однако свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснила, что в договоре отсутствует её подпись, кроме того, она была уволена из Смоленского МОХК ДД.ММ.ГГГГ (что подтверждается записями в её трудовой книжке) и не могла быть указана в договоре как уполномоченное лицо- ДД.ММ.ГГГГ. Данные обстоятельства не оспорены ответчиками по первоначальному иску.

Кроме того, спорное жилое помещение ранее-ДД.ММ.ГГГГ уже было передано в собственность ФИО9 (ныне ФИО16) по договору № и решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, договор был изменен, и установлено, что договор заключен со всеми членами семьи: ФИО1, ФИО7, ФИО6, ФИО8 Следовательно на ДД.ММ.ГГГГ спорный жилой дом не принадлежал Смоленскому МОХК.

Оспариваемый ФИО1 договор № от ДД.ММ.ГГГГ не порождает юридических последствий для кого-либо из участников по делу, кроме того, договор не был зарегистрирован в установленном законом порядке и был подписан не уполномоченным со стороны продавца лицом, следовательно, в силу требований ст.ст. 166,167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ничтожной сделкой и не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с требованиями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пользу истца ФИО1 с ответчиков ФИО3 и ФИО4 подлежат взысканию судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ на передачу жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, заключённый между Смоленским МОХК и ФИО6, ФИО4.

Выселить ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 300,00 руб. в равных долях с каждого по 150 руб..

Во встречных исковых требованиях ФИО3, ФИО4, ФИО6 к ФИО1, ФИО8, ФИО7 отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд через Смоленский районный суд <адрес>, в течении месяца, со дня изготовления мотивированной части решения, которая изготовлена ДД.ММ.ГГГГ.

Судья