Решение № 2-1224/2021 2-1224/2021~М-1409/2021 М-1409/2021 от 5 июля 2021 г. по делу № 2-1224/2021

Дело № 2-1224/2021

УИД 13RS0023-01-2021-002475-37


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 6 июля 2021 года

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего – судьи Селезневой О.В.,

с участием секретаря судебного заседания – Кривёнышевой Е.И.,

с участием в деле:

истца – ФИО7, его представителя ФИО8, адвоката, действующей на основании доверенности от 14 апреля 2021 года и ордера № 16 от 16 июня 2021 года,

ответчика – Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Чукотская окружная больница»,

прокурора – старшего помощника прокурора Ленинского района г. Саранска Мещеряковой И. М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Чукотская окружная больница» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе,

установил:

ФИО7 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Чукотская окружная больница» (далее – ГБУЗ ЧОБ), с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил суд признать незаконным приказ главного врача ГБУЗ ЧОБ № 829 л/с от 2 октября 2020 года об увольнении за совершение однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения по подпункту «б» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации и восстановить его на работе в должности главного врача – врача анестезиолога – реаниматолога Центра экстренной и консультативной помощи и медицинской эвакуации (с возможностями телемедицинских технологий) Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Чукотская окружная больница».

В обоснование исковых требований указал, что увольнение считает незаконным, поскольку алкоголь на работе не употреблял, в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте не находился. После смерти отца ФИО2, умершего после длительной болезни 20 августа 2020 года, перенес психологический стресс, принимал лекарственные средства. При принятии решения о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодатель не учел его предшествующее поведение.

В судебном заседании истец ФИО7 и его представитель ФИО8 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили суд удовлетворить требования в полном объеме, восстановив пропущенный срок для обращения в суд за защитой нарушенного права.

В судебное заседание представитель ответчика ГБУЗ ЧОБ не явился, о времени и месте судебного заседания указанное лицо извещено своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки своего представителя суд не известило. При этом ФИО5, действующая от имени ГБУЗ ЧОБ представила суду заявление, в котором просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя указанного лица. Ранее в отзыве на исковое заявление главный врач ГБУЗ ЧОБ ФИО4 относительно исковых требований ФИО7 возразила, указав, что в день издания приказа о применении к ФИО7 дисциплинарного взыскания в виде увольнения с приказом истец ознакомлен не был, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения, а в дальнейшем не выходил на связь. Истец был уволен 2 октября 2020 года, соответственно срок обращения в суд истек 2 ноября 2020 года. Доказательств наличия уважительных причин пропуска срока подачи искового заявления в суд истец не представил (т.д. 1, л.д. 36-37).

Заслушав объяснения истца и его представителя, допросив специалиста, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО7 подлежат удовлетворению, суд находит исковые требования ФИО7 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ГБУЗ ЧОБ и ФИО7 22 сентября 2011 года заключен трудовой договор № 175-В (приказ ГБУЗ ЧОБ 22 сентября 2011 года № 676 л/с).

Истец был принят на работу временно (дата начала действия трудового договора 22 сентября 2011 года, дата окончания действия трудового договора 21 сентября 2014 года) на должность врача-анестезиолога-реаниматолога отделения реанимации и интенсивной терапии стационара ГУЗ ЧОБ, местонахождение: г. Анадырь, Чукотский автономный округ, район Крайнего Севера.

Согласно дополнительному соглашению № 4 от 20 января 2014 года о внесении изменений в трудовой договор № 175-В от 22 сентября 2011 года работа по должности врача-анестезиолога-реаниматолога отделения реанимации и интенсивной терапии стационара является для работника основной, трудовой договор заключен на неопределенный срок.

В связи с наличием вакансии в ГБУЗ ЧОБ ФИО7 12 августа 2019 года переведен на постоянное место работы на должность главного врача-врача-анестезиолога-реаниматолога Центра экстренной и консультативной медицинской помощи и медицинской эвакуации (ЦЭКМП и МЭ) (с возможностями телемедицинских технологий), местонахождение: п. Угольные Копи, Анадырский район, Чукотский автономный округ, район Крайнего Севера. С ФИО7 9 августа 2019 года заключено дополнительное соглашение № 17 к трудовому договору № 175-В от 22 сентября 2011 года с работником, привлекаемым для выполнения работ в районах Крайнего Севера (приказ от 9 августа 2019 года № 583 л/с).

Согласно приказу от 6 мая 2020 года № 349 л/с ФИО7 переведен с 7 мая 2020 года на должность врача-анестезиолога-реаниматолога отделения реанимации и интенсивной терапии стационара инфекционного госпиталя ГБУЗ ЧОБ Центра экстренной и консультативной медицинской помощи и медицинской эвакуации (ЦЭКМП и МЭ) (с возможностями телемедицинских технологий), местонахождение: п. Угольные Копи, Анадырский район, Чукотский автономный округ, район Крайнего Севера. С ФИО7 6 мая 2020 года заключено дополнительное соглашение № 22 к трудовому договору № 175-В от 22 сентября 2011 года с работником, привлекаемым для выполнения работ в районах Крайнего Севера.

Согласно приказу от 24 июня 2020 года № 518 л/с ФИО7 переведен с 24 июня 2020 года на должность главного врача - врача-анестезиолога-реаниматолога отделения реанимации и интенсивной терапии стационара инфекционного госпиталя ГБУЗ ЧОБ Центра экстренной и консультативной медицинской помощи и медицинской эвакуации (ЦЭКМП и МЭ) (с возможностями телемедицинских технологий), местонахождение: п. Угольные Копи, Анадырский район, Чукотский автономный округ, район Крайнего Севера. С ФИО7 заключено дополнительное соглашение № 23 от 24 июня 2020 года к трудовому договору № 175-В от 22 сентября 2011 года с работником, привлекаемым для выполнения работ в районах Крайнего Севера.

На основании письменного направления на медицинское освидетельствование заместителя главного врача ГБУЗ ЧОБ ФИО3 в 15 часов 08 минут 2 октября 2020 года ФИО7 был освидетельствован врачом-психиатром-наркологом поликлиники ГБУЗ ЧОБ ФИО1 Согласно акту медицинского освидетельствования № 966 от 2 октября 2020 года у ФИО7 установлено состояние опьянения.

Согласно табелю учета рабочего времени 1 и 2 октября 2020 года для ФИО7 являлись рабочими днями.

Согласно приказу от 2 октября 2020 года № 2066 к ФИО7 за нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, зафиксированного в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения, применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения. С приказом истец не ознакомлен. В письменном отзыве на исковое заявление ответчиком указана причина неознакомления: поскольку в день издания приказа ФИО7 находился в состоянии алкогольного опьянения, а в последующем не выходил на связь.

Согласно приказу от 2 октября 2020 года № 829 л/с с ФИО7 трудовые отношения расторгнуты 2 октября 2020 года.

Трудовая книжка направлялась ответчиком истцу почтовым отправлением (список № 29 от 2 октября 2020 года), которая была возвращена в ГБУЗ ЧОБ по причине не получения адресатом.

26 ноября 2020 года ФИО7 подано заявление на имя главного врача ГБУЗ ЧОБ о выдаче трудовой книжки на руки. Трудовая книжка им получена, что подтверждается соответствующей записью в книге учета движения трудовых книжек и вкладышей в них.

В адрес ГБУЗ ЧОБ был направлен запрос суда, согласно которому ответчику следовало предоставить сведения о том, предложено ли было ФИО7 дать объяснения по факту совершенного проступка, даны ли такие объяснения, если нет, то по какой причине, составлен ли акт об отказе от дачи объяснений, с приложением документов в подтверждение такой информации.

Согласно ответу ГБУЗ ЧОБ от 1 июля 2021 года ФИО7 было предложено предоставить объяснения по факту совершенного проступка в устной форме. Объяснения им не предоставлены, так как он находился в состоянии алкогольного опьянения, что было зафиксировано в акте медицинского освидетельствования № 966 от 2 октября 2020 года. Акт об отказе от дачи объяснений не составлялся.

Частью второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии с частью второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор; увольнение по соответствующим основаниям. Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарного взыскания определен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации. Так, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 38 и в абзаце 3 пункта 42 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по указанному выше основанию, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о совершении работником названного грубого нарушения работником трудовых обязанностей. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, между сторонами спора подлежит распределению на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также с учетом требований и возражений сторон.

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В обоснование заявленных требований истец в исковом заявлении ссылался на то, что факт нахождения его в состоянии опьянения на рабочем месте 2 октября 2020 года установлен не был. Суду ФИО7 объяснил, что действительно употреблял алкоголь, но накануне 1 октября 2020 года в связи с помином отца. Находясь в подавленном эмоциональном состоянии после смерти близкого человека, он принимал успокоительные препараты, в том числе 2 октября 2020 года, что вызвало подозрения в отношении него в употреблении алкоголя и приход на работу в состоянии опьянения. Территориально место работы истца и расположение ответчика различно (расстояние 25 км). Работодатель объективно не имел возможности видеть его 2 октября 2020 года на рабочем месте и не мог судить о его состоянии. При этом, каких-либо иных данных, свидетельствующих о нахождении истца именно на рабочем месте в рабочее время в состоянии опьянения ответчиком не представлено.

Актом медицинского освидетельствования 2 октября 2020 года действительно установлено состояние опьянения (согласно объяснениям специалиста ФИО6 показатели, указанные в акте освидетельствования, указывали на наличие легкого алкогольного опьянения и соответствовали употреблению накануне крепкого алкоголя в объеме 400 грамм), но оно связано не с употреблением алкоголя, а с приемом медицинских препаратов. Иных данных, свидетельствующих о наличии у него состояния опьянения на рабочем месте, по его мнению, не представлено.

Каких-либо объяснений по факту проступка он не давал и ему не было предложено работодателем их дать ни устно, ни письменно.

С учетом указанных обстоятельств, он считает, что увольнение, как крайняя мера ответственности работника, применена к нему не обоснованно и просит восстановить в его в занимаемой должности.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Таким образом, при проверке законности увольнения истца с работы по названному основанию подлежит установлению в первую очередь факт появления ФИО7 на работе в состоянии алкогольного опьянения.

Увольнение работника по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации является одним из видов дисциплинарного взыскания за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей и при его применении должна быть соблюдена процедура, предусмотренная статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе о необходимости до применения дисциплинарного взыскания получения от работника письменного объяснения и только при его непредоставлении по истечении двух рабочих дней при составлении соответствующего акта допускается принятие решения об увольнении.

При этом, приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

С учетом пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии с которым при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя, суд считает, что работодателем допущено нарушение порядка увольнения истца, что является основанием для его восстановления на работе в прежней должности.

Обосновывая свою позицию относительно законности увольнения ФИО7, ответчик ссылается лишь на то, что факт нахождения его в состоянии опьянения установлен актом медицинского освидетельствования № 966 от 2 октября 2020 года, который давал основания принять решение об увольнении истца без затребования от него письменных объяснений, поскольку само состояние не позволило ФИО7 их представить. Устное предложение дать объяснения по факту проступка и устный отказ ФИО7 в представлении объяснений ответчик посчитал достаточным для решения о прекращении с ним трудового договора по основаниям, предусмотренным подпунктом «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что, по мнению суда, не допустимо. В нарушение установленной процедуры увольнения акт об отказе от дачи объяснений не составлялся, с приказом о дисциплинарном взыскании № 2066 от 2 октября 2020 года истец не был ознакомлен, акт об отказе от ознакомления его с приказом не составлялся.

Согласно пункту 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду, что также не было сделано ответчиком.

При установленных обстоятельствах суд считает, что работодателем в нарушение положений статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации письменные объяснения работника о причинах отсутствия на рабочем месте не были получены и увольнение произведено преждевременно, следовательно, ответчиком нарушена процедура применения дисциплинарного взыскания.

Поскольку условием признания увольнения законным применительно к данному спору является предоставление работодателя достаточных и допустимых доказательств наличия факта неправомерного поведения работника, соблюдение процедуры увольнения (применения к работнику дисциплинарного взыскания), наличие неустранимых сомнений в совершении работником вменяемого ему проступка не позволяет считать применение к нему меры ответственности в виде увольнения обоснованным.

С учетом установленных обстоятельств подлежат удовлетворению требования истца о признании незаконным приказа № 829-лс от 2 октября 2020 года и восстановлении его на работе в занимаемой должности.

Исходя из содержания абзаца первого части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 Трудового кодекса Российской Федерации) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

Ответчик заявил о пропуске срока для обращения в суд за разрешением трудового спора.

При разрешении спора во взаимосвязи с установленными судом обстоятельствами суд исходит из того, что в иске в данном случае не может быть отказано истцу со ссылкой лишь на пропуск истцом срока для обращения в суд, поскольку это противоречит задачам гражданского судопроизводства, как они определены в статье 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, создает препятствия для защиты трудовых прав истца.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В обоснование уважительности причин пропуска срока ФИО7 приведены доводы о затруднении своевременного обращения в суд в связи с пандемией, объявленной в мире (распространение новой коронавирусной инфекции) и введенных в связи с этим ограничительных мероприятий, как то ограничения в передвижении между субъектами Российской Федерации, введение иного графика работы органов и организаций, в том числе судов, сложный и длительный переезд на новое место жительство, поскольку г. Анадырь является приграничным административным образованием.

Исходя из вышеизложенного, доводы истца об уважительности причин пропуска срока обращения в суд за разрешением трудового спора заслуживают внимания и признаются судом уважительными.

Поскольку днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность), ФИО7 подлежит восстановлению на работе в должности главного врача – врача анестезиолога – реаниматолога Центра экстренной и консультативной помощи и медицинской эвакуации (с возможностями телемедицинских технологий) ГБУЗ ЧОБ с 3 октября 2020 года.

Решение суда о восстановлении на работе в соответствии со статьей 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит немедленному исполнению.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, и руководствуясь статьями 194-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО7 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Чукотская окружная больница» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе удовлетворить.

Признать незаконным приказ главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Чукотская окружная больница» о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 829 л/с от 2 октября 2020 года, которым ФИО7 уволен 2 октября 2020 года с должности главного врача – врача анестезиолога – реаниматолога Центра экстренной и консультативной помощи и медицинской эвакуации (с возможностями телемедицинских технологий) Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Чукотская окружная больница» по подпункту «б» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, и прекращено действие трудового договора от 22 сентября 2011 года № 175-В.

Восстановить ФИО7 на работе в должности главного врача – врача анестезиолога – реаниматолога Центра экстренной и консультативной помощи и медицинской эвакуации (с возможностями телемедицинских технологий) Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Чукотская окружная больница» с 3 октября 2020 года.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Чукотская окружная больница» в доход бюджета городского округа Саранск государственную пошлину в размере 300 (трехсот) рублей.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

На решение суда могут быть поданы апелляционная жалоба, представление прокурора в Верховный Суд Республики Мордовия через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия О.В. Селезнева

Мотивированное решение суда составлено 13 июля 2021 года.

Судья О.В. Селезнева

1версия для печати