Апелляционное определение № 33-1153/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья Семенихин В.А. УИД 39RS0004-01-2025-003211-93

Дело №2-3013/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№33-1153/2026
17 февраля 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поникаровской Н.В.,

судей: Татаренковой Н.В., Королевой Н.С.,

при секретаре Макаревской А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы третьих лиц УМВД России по Калининградской области и ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда, истца ФИО1 на решение Московского районного суда г.Калининграда от 4 сентября 2025 г. по гражданскому делу по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании денежной компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Татаренковой Н.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

10.01.2023 в отношении ФИО1 в СО ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК РФ).

Впоследствии данное уголовное дело объединено в одно производство с уголовным делом № в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.223 УК РФ.

31.01.2023 из уголовного дела № выделено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.223 УК РФ, 02.02.2023 уголовные дела объединены в одно производство с №.

23.04.2025 старшим следователем СО ОМВД России по Ленинградского району г.Калининграда уголовное дело в отношении ФИО1, возбужденное 10.01.2023 по признакам составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 223, ч.2 ст.223 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Истец ФИО1, ссылаясь на данные обстоятельства, указав, что незаконное уголовное преследование длилось более двух лет, обвинение послужило для избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 2 000 000,00 рублей.

Решением Московского районного суда г.Калининграда от 04.09.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 300 000,00 рублей.

В остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе третьи лица УМВД России по Калининградской области и ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда просят решение суда отменить, отказав в удовлетворении исковых требований в полном объеме, а в случае наличия оснований для взыскания компенсации морального вреда, просили уменьшить присужденную судом сумму. Указывают, что истец не представил доказательств, свидетельствующих об ухудшении состояния его здоровья в связи с уголовным преследованием, невозможности трудоустройства в виду каких-либо ограничений, вызванных уголовным преследованием. Признание незаконными действий (бездействия) ответчика само по себе не означает безусловное претерпевание истцом негативных последствий. Судом первой инстанции не было установлено, в чем конкретно такие страдания заключались, каков их реальный объем, а также причинно-следственная связь с действиями (бездействиями) ответчика.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда изменить, взыскав компенсацию морального вреда в заявленном размере. Указывает, что присужденный судом размер компенсации является заниженным и не соответствует фактическим обстоятельствам дела, характеру и длительности перенесенных страданий. Незаконное уголовное преследование продолжалось более 2-х лет, в течение этого времени истец неоднократно подвергался мерам пресечения, испытывал сильнейшие нравственные страдания, обусловленные лишением свободы, неопределенностью, угрозой реального тюремного срока, публичностью происходящего и утратой доброго имени. Сведения о привлечении к уголовной ответственности стали известны родственникам, соседям, коллегам, что привело к разрушению репутации, прекращению общения с родственниками и знакомыми. Истец лишился работы, испытывал постоянное чувство унижения и беспомощности.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. С учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела в соответствии с требованиями ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела 10.01.2023 следователем СО ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 УК РФ.

12.01.2023 соединены в одно производство уголовные дела в отношении ФИО1 по преступлениям, предусмотренным ч.2 ст.213 УК РФ (уголовное дело №), по ч.1 ст.223 УК РФ (№), по ч.4 ст.159 УК РФ (№), объединенному делу присвоен номер №.

13.01.2023 Ленинградским районным судом г.Калининграда в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 УК РФ (хулиганство с применением огнестрельного оружия).

Впоследствии данная мера пресечения в отношении ФИО1 неоднократно продлялась судом.

15.09.2023 старшим следователем СО ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда вынесено постановление о прекращении уголовного дела в части, которым уголовное преследование в отношении ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч.4 ст.159 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

31.10.2023 по уголовному делу № составлено обвинительное заключение по обвинению ФИО1 по ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ, ч.2 ст.213 УК РФ.

06.02.2024 мера пресечения в отношении ФИО1 с заключения под стражу изменена на домашний арест.

Приговором Ленинградского районного суда г.Калининграда от 21.03.2024 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 УК РФ.

Постановлением Ленинградского районного суда г.Калининграда от 21.03.2024 прекращено уголовное дело в отношении ФИО1 по ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Калининградского областного суда от 10.04.2025 приговор Ленинградского районного суда г.Калининграда от 21.03.2024 в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело возвращено прокурору Ленинградского района г. Калининграда для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Калининградского областного суда от 16.08.2024, постановление Ленинградского районного суда г.Калининграда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования от 21.03.2024 отменено, уголовное дело в отношении ФИО1 по ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ возвращено в прокуратуру Ленинградского района для устранения препятствий его рассмотрения судом.

23.04.2025 постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда уголовное дело в отношении ФИО1 по ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ прекращено по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Руководствуясь положениями ст.ст. 151, 1100, 1101, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), ст.133 УПК РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что прекращение в отношении ФИО1 уголовного преследования за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ на основании п.2. ч.1 ст.24 УПК РФ – в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, по смыслу норм уголовно-процессуального права, закрепляет за последним право на реабилитацию.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст.151 ГК РФ).

В соответствии с положениями ст.1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, в том числе морального вреда, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; обязанность возмещения вреда может быть возложена законом на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. №33 разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников и другие негативные эмоции).

В силу абз.3 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, из указанных норм следует, что ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда в случае установления факта незаконного уголовного преследования.

Принимая по делу решение и частично удовлетворяя иск суд первой инстанции, установив обстоятельства дела, исходил из того, что установлен и не подлежит оспариванию факт незаконного уголовного преследования ФИО1 по ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами, поскольку они основаны на совокупности исследованных судом доказательств, подтверждены материалами дела и основаны на законе.

Мотивы, по которым суд пришел к указанным выводам, а равно и оценка представленных доказательств в этой части, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы третьих лиц УМВД России по Калининградской области и ОМВД России по Ленинградскому району г.Калининграда о том, что истец не представил доказательств, свидетельствующих об ухудшении состояния его здоровья в связи с уголовным преследованием, невозможности трудоустройства ввиду каких-либо ограничений, вызванных уголовным преследованием, судебная коллегия находит необходимым отметить следующее.

Обязанность по возмещению вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, возложена на государство независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Соответственно для самого взыскания компенсации морального вреда ключевым обстоятельством является именно факт незаконного уголовного преследования, при этом дополнительные доказательства (или их отсутствие) в части ухудшения состояния здоровья и иных негативных последствий влияют только на размер присужденной компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 300 000,00 рублей с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, суд первой инстанции учел, что уголовное дело № в отношении ФИО1 было соединено в одно производство с уголовными делами № с присвоением уголовному делу №, при этом мера пресечения в виде содержания под стражей определена ФИО1 за совершение иного преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 УК РФ. Кроме того учел установленные обстоятельства уголовного преследования, обвинение в совершении тяжких преступлений, длительность уголовного преследования, период психотравмирующей ситуации, личность истца, ранее не судимого, также его переживания по поводу возможного незаконного наказания, вред деловой репутации, степень понесенных истцом нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

Суд также принял во внимание личность ФИО1, а именно, что на момент возбуждения уголовного дела он не был судим, был трудоустроен, имел постоянное место жительства, состоял в браке, имел на своем содержании нетрудоспособных иждивенцев (несовершеннолетних детей).

Между тем судебная коллегия не может согласиться с суммой компенсации морального вреда, взысканной в пользу ФИО1, поскольку при ее определении суд не в полной мере учел все обстоятельства дела, а именно, что настоящее уголовное преследование велось не только по заявленным статьям (ч.1 ст.223, ч.1 ст.223 УК РФ), но и по ч.4 ст.159 и ч.2 ст.213 УК РФ, все меры в рамках уголовного дела применялись с учетом совокупности статей, что судом первой инстанции учтено не было.

Мера пресечения в виде содержания под стражей определена ФИО1 за совершение иного преступления, предусмотренного ч.2 ст.213 УК РФ.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы третьих лиц о несоразмерности размера компенсации морального вреда, присужденного судом первой инстанции, являются обоснованными и заслуживающими внимания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, а предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания и максимально возместить причиненный ему моральный вред, не допустив вместе с тем его неосновательного обогащения - судебная коллегия полагает сумму компенсации в размере 50 000,00 рублей полностью соответствующей как вышеуказанным критериям, так и требованиям разумности, справедливости.

В связи с изложенными обстоятельствами судебная коллегия считает необходимым изменить обжалуемое решение суда в указанной части и уменьшить размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу ФИО1 до 50 000,00 рублей.

При таких обстоятельствах доводы истца о немотивированно заниженном размере компенсации морального вреда, не соответствующем фактическим обстоятельствам дела, характеру и длительности перенесенных страданий, отклоняются коллегией как несостоятельные.

Оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в большем размере, как и меньшем, судебная коллегия не усматривает, поскольку каких-либо дополнительных доказательств, свидетельствующих о степени и характере перенесенных истцом в связи с уголовным преследованием физических и нравственных страданиях, которые не были учтены при рассмотрении дела, в материалах дела не имеется, таковых не представлено и в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Московского районного суда г.Калининграда от 4 сентября 2025 г. изменить, снизив размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу ФИО1, до 50 000,00 рублей.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03.03.2026.