Решение № 2-470/2026 2-470/2026~М-66/2026 М-66/2026 от 2 апреля 2026 г. по делу № 2-470/2026

Решение в окончательной форме изготовлено 03 апреля 2026 года

УИД: 51RS0003-01-2026-000154-12

Дело № 2-470/2026

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 апреля 2026 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Чернецовой О.Н.,

при секретаре Скобелевой Т.А.,

с участием представителя истца ФИО3,

ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Октябрьского административного округа города Мурманска к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации денежных средств, полученных в результате нарушения законодательства о противодействии коррупции,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Октябрьского административного округа города Мурманска, действующий в интересах Российской Федерации, обратился в суд с иском к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации денежных средств, полученных в результате нарушения законодательства о противодействии коррупции.

В обоснование заявленных требований указано, что приговором Октябрьского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, в том числе за получение им как должностным лицом взятки в виде денег в крупном размере в общей сумме 450 000 рублей. В результате получения денежных средств в сумме 450 000 рублей ответчиком нарушен установленный законодательством о противодействии коррупции запрет на получение взятки, незаконному использованию своего должностного положения. Просит взыскать с ответчика в доход Российской Федерации в пользу Федеральной службы судебных приставов денежные средства в сумме 450 000 рублей, полученные в результате нарушения запрета, установленного законодательством о противодействии коррупции.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФССП России и УФССП России по Мурманской области.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании с иском не согласился по основаниям, изложенным в письменных возражениях, указал на пропуск истцом срока исковой давности, обратив внимание, что занимаемая им должность главного инженера – начальника обособленного подразделения отсутствует в приказе Минтранса от ДД.ММ.ГГГГ №, определяющем перечень должностей с коррупционными рисками, полагал, что установленный приговором статус «должностного лица» имеет значение только для уголовной квалификации и не делает ответчика субъектом антикоррупционных ограничений в гражданском праве. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности, в удовлетворении исковых требований отказать.

Третьи лица ФССП России и УФССП России по Мурманской области своих представителей в судебное заседание не направили, извещены, от представителя УФССП России по Мурманской области ФИО4 поступили возражения на иск, в которых указано, что иск предъявлен не из деятельности Управления, его права и законные интересы не затрагиваются, в связи с чем просила исключить Управление из числа участвующих в деле лиц.

Протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ УФССП России по Мурманской области исключено из числа лиц, участвующих в деле.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений определены Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Федеральный закон «О противодействии коррупции»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Федерального закона «О противодействии коррупции» под коррупцией понимается злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами.

Часть 1 статьи 13 Федерального закона «О противодействии коррупции» предусматривает ответственность граждан за совершение коррупционных правонарушений.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из способов защиты является применение последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Согласно статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, приговором Октябрьского районного суда г. Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 2 000 000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, а также организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года.

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Указанным приговором установлено, что ФИО1, являясь должностным лицом главным инженером – начальником обособленного отделения на автомобильном пункте пропуска Салла Мурманского филиала ФГКУ «Росгрансторой», в ходе встречи с руководителем ООО «СТО» ФИО6 в период с 00 часов 01 минуты ДД.ММ.ГГГГ до 23 часов 59 минут ДД.ММ.ГГГГ у здания ФГКУ «Росгрансторой» по адресу: <адрес>, а также в офисе ООО «СТО» по адресу: <адрес>, оф. 407б, достиг с ФИО6 договоренности получения им взятки в виде денег 30 000 рублей ежемесячно, совершать незаконные действия (бездействие) путем отражения в актах выполненных работ сведений о том, что услуги со стороны ООО «СТО» оказаны в соответствии с условиями Государственного контракта, в полном объеме, а также за незаконное подписание путевых листов и актов детализации поездок, содержащих заведомо ложные сведения об исполнении ООО «СТО» условий Государственного контракта, в полном объеме, в то время, как ООО «СТО» фактически услуги по Государственному контракту в полном объеме не исполняло, и за сокрытие от руководства Филиала сведений о неисполнении ООО «СТО» условий Государственного контракта в полном объеме, путем не составления докладных и служебных записок, а также путем не оформления экспертного заключения о фактическом невыполнении ООО «СТО» части работ, что влекло не привлечение ООО «СТО» к штрафным санкциям, предусмотренным Государственным контрактом, а напротив являлось основанием для неправомерной оплаты заказчиком автотранспортных услуг по Государственному контракту в полном объеме, несмотря на то, что автотранспортные услуги исполнялись ООО «СТО» частично.

После чего, ФИО1 в период с 00 часов 01 минуты ДД.ММ.ГГГГ по 23 часа 59 минут ДД.ММ.ГГГГ, находясь в <адрес>, в том числе в офисе <адрес> лично, а также путем безналичного перевода на счет супруги ФИО5 получал от ФИО6 взятку в виде денег, ежемесячно по 30 000 рублей за ранее согласованные действия по сокрытию фактов ненадлежащего исполнения ООО «СТО» условий Государственного контракта, что свидетельствует о том, что указанные действия были объединены единым умыслом на получение взятки.

Поскольку в должностные обязанности ФИО1, согласно должностной инструкции главного инженера – начальника обособленного отделения на автомобильном пункте пропуска Салла Мурманского филиала ФГКУ «Росгрансторой», входит выполнение организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственном учреждении, то он является должностным лицом.

Квалифицирующий признак «в крупном размере», подтверждается получением ФИО1 взятки в общей сумме 450 000 рублей, что в соответствии с пунктом 1 примечания к статье 290 УК РФ, признается крупным размером и нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Настоящее преступление является оконченным, поскольку предмет взятки - денежные средства, были приняты подсудимым, и совершено с прямым умыслом, так как ФИО1 осознавал, что денежные средства, передаваемые ему лично и перечисляемые на указанный ФИО1 банковский счет ежемесячно за выполнение им в интересах ООО «СТО» действий (бездействия), которые входили в его служебные полномочия.

Мотивом к совершению преступления являлась корысть, поскольку подсудимый действовал в интересах личного обогащения. Признаков провокации получения взятки, в судебном заседании не установлено.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу части 1 статьи 14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Следовательно, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления: например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему наказания по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствие необходимости в исправлении таких последствий. Гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

В статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 этого кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Следовательно, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

В силу пункта 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 данного кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

В соответствии с подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 указанного выше кодекса принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производится обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П по делу о проверке конституционности статей 195 и 196, пункта 1 статьи 197, пункта 1 и абзаца второго пункта 2 статьи 200, абзаца второго статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Краснодарского краевого суда, федеральным законодателем, действующим в пределах предоставленной ему дискреции, создан правовой механизм, предполагающий возможность обращения по искам уполномоченных на то прокуроров в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимающим (занимавшим) публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции (статья 169 и подпункт 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, федеральные законы «О противодействии коррупции» и «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам») (пункт 3.1).

В то же время, как указано в пункте 3.2 этого же постановления Конституционного Суда Российской Федерации, многообразие деяний коррупционной направленности, перечисленных в статье 1 Федерального закона «О противодействии коррупции», и их повышенная латентность нередко обусловливают необходимость не только количественно сопоставлять доходы лица, занимающего (занимавшего) публично значимую должность, и членов его семьи с расходами, но и выяснять, в частности, обстоятельства злоупотребления полномочиями, возникновения конфликта интересов, принятия правонарушителем разного рода мер, имеющих целью сокрытие таких действий, включая воспрепятствование осуществлению антикоррупционного контроля.

Поэтому в основание требований прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимавшим публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, может быть положен не только факт несоответствия расходов законным доходам и отсутствие сведений, подтверждающих законность получения денежных средств, когда источники происхождения имущества могут оставаться невыявленными, а незаконность их презюмируется, но и установление того, что приобретение имущества обусловлено совершением этим лицом конкретных деяний коррупционной направленности.

Фактически в данном случае речь идет об обращении в доход Российской Федерации соответствующего имущества, в отношении которого установлено, что оно приобретено посредством совершения противоправных деяний коррупционной направленности (включая несоблюдение антикоррупционных запретов). Установление такого источника приобретения имущества означает, что оно приобретено не на законные доходы, что согласуется с нормами подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона «О противодействии коррупции».

Предшествующая редакция статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, не связывающая в отличие от действующей ее редакции возможность взыскания в доход Российской Федерации полученного по сделке, совершенной с заведомо противной основам правопорядка или нравственности целью, с наличием специального указания на такое последствие в законе и применяемая к сделкам, совершенным до дня вступления в силу действующей редакции этой статьи (часть 6 статьи 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»), также подразумевает возможность наступления таких последствий, но не посредством отсылки к соответствующему публично-правовому механизму, а в силу того, что коррупционные действия - как получение незаконных доходов, так и их легализация - по определению противоправны и антисоциальны, а значит, сделки, опосредующие такие действия, противоречат основам правопорядка и нравственности.

В пункте 4.2 названного постановления Конституционного Суда Российской Федерации отмечается, что хотя в подпункте 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не было представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, влечет последствия в виде прекращения права собственности на такое имущество, из этого не следует вывод о частноправовой природе данного института. Являясь элементом механизма контроля за расходами лиц, занимающих (занимавших) публично значимую должность, данная норма гражданского законодательства во взаимосвязи со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации выступает проекцией соответствующей публично-правовой по своей природе меры и призвана обеспечить прозрачный и понятный для участников гражданско-правовых отношений порядок перехода права собственности к Российской Федерации.

Соответственно, в тех случаях, когда правовая судьба предмета преступления коррупционной направленности не определена судом в уголовно-процессуальном порядке (в связи с прекращением уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, сокрытием имущества от взыскания и др.) либо когда совершенное деяние коррупционной направленности не получало уголовно-правовой квалификации, вопрос об обращении имущества в доход Российской Федерации может быть разрешен судом в порядке рассмотрения антикоррупционного иска прокурора (пункт 5.3).

Кроме того, в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО7 на нарушение ее конституционных прав статьями 167 и 169 Гражданского кодекса Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации также указал, что предусмотренное статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации правило о том, что в случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом, не является мерой уголовно-правового характера и не равнозначно штрафу как виду уголовного наказания.

Таким образом, любое имущество, полученное вследствие коррупционных правонарушений, не может являться легальным объектом гражданского оборота и подлежит безусловному обращению в доход государства. Иное применение закона фактически легализует коррупцию, освобождает виновных лиц от ответственности и поощряет противоправное поведение в силу его безнаказанности.

В целях необходимости обеспечения баланса конституционных ценностей, предотвращения незаконного обогащения, являющегося конечной целью совершения деяния коррупционной направленности, рассматриваемый способ противодействия коррупции должен быть реализован в процедуре гражданского искового судопроизводства.

Поскольку, совершая преступление при обстоятельствах, установленных судом по уголовному делу в отношении ФИО1, последний фактически вступил в договорные отношения, а именно: заключил устную сделку с ФИО6, который выступал как сторона договора (сделки) в качестве заказчика, а условием сделки являлось незаконное действие в пользу взяткодателя, следовательно, указанная сделка совершена с целью заведомо противной основам правопорядка, что свидетельствует о ее ничтожности и связи с чем к такой сделке подлежат применению последствия, предусмотренные статьей 169 и пункта 8 части 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что факт получения ответчиком взятки за совершение незаконных действий установлен вступившим в законную силу приговором суда, действия ответчика по получению денежных средств в виде взятки квалифицируются в качестве ничтожной сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, по которой полученные денежные средства подлежат взысканию в доход государства, в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению в заявленном размере.

Доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания полученных им в качестве взятки денежных средств в порядке гражданского судопроизводства при наличии вступившего в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, подлежат отклонению.

Положениями статьи 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность конфисковать (принудительно безвозмездно изъять и обратить в собственность государства) у обвиняемого имущество в виде денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных, в том числе, статьей 290 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании обвинительного приговора суда.

Из содержания статьи 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации следует, что деньги, полученные в результате совершения преступления, подлежат конфискации в случае, если они были изъяты в ходе досудебного производства и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств.

Приговором Октябрьского районного суда Мурманской области от ДД.ММ.ГГГГ № вопрос конфискации денежных средств, полученных в виде взятки, не разрешен.

Вместе с тем, согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного и недобросовестного поведения.

Вовлечение же в гражданский оборот коррупционных доходов или приобретенного на них имущества может ухудшать положение законопослушных хозяйствующих субъектов. Получение имущества коррупционным путем не предполагает возможности его легализации в гражданском обороте по прошествии времени. Оно продолжает создавать неконкурентное и несправедливое преимущество, направленное, по существу, против добросовестных участников рынка. В конечном счете данный подход будет дискредитировать гражданский оборот и правопорядок в целом.

Соответственно, в тех случаях, когда правовая судьба предмета преступления коррупционной направленности не определена судом в уголовно-процессуальном порядке, вопрос об обращении имущества в доход Российской Федерации может быть разрешен судом в порядке рассмотрения антикоррупционного иска. При этом тот факт, что в рамках уголовного судопроизводства не применена конфискация, не препятствует изъятию незаконных доходов в качестве не уголовно-правовой санкции, а как специальной меры, предусмотренной в рамках антикоррупционного законодательства для случаев незаконного обогащения.

Поскольку действия ответчика в получении денежных средств в виде взятки, установленные приговором суда, носили заведомо антисоциальный характер, соответственно, в целях недопущения их легализации, коррупционно нажитые денежные средства должны быть изъяты из оборота, путем их взыскания в доход Российской Федерации.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности судом отклоняются, поскольку в данном случае взыскание денежных средств заявлено в рамках антикоррупционного иска, к которым сроки исковой давности не применяются, что прямо следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, при этом тот факт, что должность истца не включена в Перечень должностей в организациях, созданных для выполнения задач, поставленных перед Министерством транспорта Российской Федерации, при назначении на которые граждане и при замещении которых работники обязаны представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, правового значения для рассмотрения дела не имеет, поскольку получение взятки при использовании физическим лицом своего должностного положения входит в понятие коррупции, содержащееся в пункте 1 статьи 1 Федерального закона «О противодействии коррупции».

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования прокурора Октябрьского административного округа города Мурманска к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации денежных средств, полученных в результате нарушения законодательства о противодействии коррупции, – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (паспорт гражданина РФ №) в доход Российской Федерации денежные средства в размере 450 000 рублей путем их перечисления на лицевой счет Федеральной службы судебных приставов России.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета муниципального образования город Мурманск государственную пошлину в размере 13 750 рублей 00 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья О.Н. Чернецова