Апелляционное определение № 33-3505/2026 от 13 апреля 2026 г.

Судья: Большакова Т.В. Дело № 33-3505/2026(2-48/2026)

Докладчик: Пастухов С.А. УИД 42RS0007-01-2025-000524-63


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 апреля 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда

в составе председательствующего: Пастухова С.А.,

судей: Борисенко О.А., Долговой Е.В.,

при секретаре: Гилеве И.А.,

заслушала в открытом судебном заседании по докладу судьи Пастухова С.А.

гражданское дело по апелляционной жалобе ООО «Совкомбанк страхование жизни» на решение Ленинского районного суда г. Кемерово от 14 января 2026 г.

по иску ФИО1 к ООО «Совкомбанк страхование жизни» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился с иском к ООО «Совкомбанк страхование жизни» о защите прав потребителя.

Требования мотивировал тем, что 13.10.2021 в помещении ПАО «Банк УРАЛСИБ», посредством сотрудника банка, между истцом и страховой компанией АО Страховая компания «УРАЛСИБ Жизнь» был заключен договор страхования жизни «Верное решение» серии ИСЖ № №

26.07.2023 АО Страховая компания «УРАЛСИБ Жизнь» переименовано в Акционерное общество «Инлайф страхование жизни», 16.10.2024 АО «Инлайф страхование жизни» реорганизовано в форме присоединения к Обществу с ограниченной ответственностью «Совкомбанк страхование жизни», ответчик является полным правопреемником по всем обязательства АО «Инлайф страхование жизни».

Срок действия договора страхования с 13.10.2021 до 13.10.2024, размер страховой премии – 1 000 000 руб., которая была уплачена истцом единовременно при заключении договора страхования, застрахованным лицом по договору страхования является истец, выгодоприобретателями, на случай смерти застрахованного лица, являются наследники по закону.

Условиями договора предусмотрены страховые риски: дожитие застрахованного лица до окончания срока действия договора страхования, по которому страхователю полагается выплата страховой суммы; дожитие застрахованного лица до 13.01/13.04/13.07/13.10 каждого страхового года с выплатой страховой суммы по 25 руб. за каждый период; смерть застрахованного лица от любых причин; смерть застрахованного лица в результате несчастного случая, произошедшего при авиакатастрофе, кораблекрушении, крушении поезда или при дорожно-транспортном происшествии в общественном транспорте, с выплатой страховой суммы в размере 1 000 000 руб. по каждому риску.

В соответствии с условиями, изложенными в абзаце 8 пункта 8 «Особые условия» договора страхования: «Страховая премия по договору страхования равна значению размера страховой выплаты по риску «Дожитие» по полису добровольного страхования жизни «Верное решение». Оплачивается единовременно. Согласно абз. 10 п. 8 «Особые условия» договора страхования страхователь имеет право по окончании срока действия договора страхования в течении 30 дней обратиться к страховщику за страховой выплатой.

17.10.2024 истец обратился в адрес ответчика с заявлением о страховой выплате по окончании срока действия полиса в размере уплаченной страховой премии 1 000 000 руб. Ответчик получил данное заявление 23.10.2024 и перечислил на расчетный счет истца 12 500 руб.

22.11.2024 истец направил в адрес ответчика претензию, в которой требовал осуществить страховую выплату в размере уплаченной страховой премии по договору страхования. Письмом от 04.12.2024 ответчик, на претензию истца, ответил, что размер страховой выплаты может составить меньше размера вложенных средств (страховой премии по договору страхования), что информация об этом доступна ему в памятке страхователя в разделе информация об условиях договора добровольного страхования, что выплаты были произведены на основании страховой суммы по риску «Дожитие».

С вышеуказанным ответом на претензию истец не согласен. Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор. В пункте 5 полиса ответчик, в разработанном им договоре страхования, указал страховую сумму по риску «Дожитие» в размере 10 000 руб. и в размере 25 руб. за каждый указанный период в течение срока действия полиса. В то время как страховая премия (страховой взнос) равен 1 000 000 руб., а в пункте 8 полиса указал, что страховая премия по договору страхования равна значению размера страховой выплаты по риску «Дожитие» по полису добровольного страхования жизни «Верное решение». При этом, возврат в полном объеме уплаченной истцом страховой премии (взноса) по окончанию срока договора страхования, помимо вышеуказанных условий пункта 8 полиса, был гарантирован информацией, размещенной на официальном Интернет-сайте АО «УРАЛСИБ Жизнь». Представитель страховой компании (сотрудник банка) при заключении договора страхования, разъясняя условия полиса, гарантировал истцу, что уплаченные последним денежные средства будут возвращены, при этом дополнительно может быть начислен и выплачен дополнительный доход от инвестиционной деятельности страховщика. Страхование жизни по полису осуществлялось с условием выплаты страхователю периодических дополнительных инвестиционных доходов (ДИД), которые не являются фиксированными и не гарантированными страховщиком к выплате страхователю. А также, что только при досрочном расторжении договора страхования не гарантировалась страховая выплата в размере уплаченной страховой премии (взноса), а подлежала выплате только выкупная сумма, которая ниже общей суммы, которую истец потратил на ИСЖ по полису. Считает, что, иных условий, при которых страховая выплата может быть меньше страховой премии (взноса), договор страхования (полис) не содержит, в силу чего не может толковаться ответчиком по своему усмотрению в отношениях с потребителем страховой услуги. Условие полиса являются недействительными, так как ущемляют права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей в части предоставления полной и достоверной информации о продукте страхования. Договор страхования в вышеназванной части содержит неточные и незаконные условия, что предоставляет ответчику - страховщику возможность извлекать преимущество из его недобросовестного поведения.

Просил признать договор инвестиционного страхования жизни «Верное решение» от 13.10.2021 недействительным, взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» денежные средства в размере 1 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 08.12.2024 по 25.07.2025 в сумме 131 003,36 руб., начисляемые по день исполнения решения суда на сумму долга 1 000 000 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., штраф за нарушение прав потребителя в размере пятьдесят процентов от суммы удовлетворенных исковых требований, судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Решением Ленинского районного суда г. Кемерово от 14.01.2026 постановлено:

Признать договор инвестиционного страхования жизни «Верное решение» от 13.10.2021 года ИСЖ №, заключенный между ФИО1 и АО страховая компания «Уралсиб Жизнь» недействительным.

Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» в пользу ФИО1 1 727 001,04 рублей, из которых 1 000 000 рублей - денежные средства, уплаченные по договору инвестиционного страхования жизни «Верное решение» от 13.10.2021 года ИСЖ №, 211 660,9 рублей - проценты за пользование чужими денежными средствами, 10 000 рублей - компенсация морального вреда, 340,14 рублей - государственная пошлина, 505 000 рублей - штраф.

Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» в пользу ФИО1 проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму долга 1000000 рублей, начиная с 15.01.2026 года по день исполнения решения суда, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, в остальной части в иске-отказать.

Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» в доход бюджета государственную пошлину в размере 51 826,47 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ООО «Совкомбанк страхование жизни» - ФИО2, просит отменить решение суда.

Указывает, что решение суда в нарушение требований ст. 67 ГПК РФ принято только на основании устных (субъективных) доказательств, представленных стороной истца.

В действиях истца усматриваются признаки злоупотребления правом, так как, не получив запланированный от инвестиций доход, истец предпринял попытку для признания договора недействительным, будучи в силу рода занятий осведомленным не только в финансовой, но и в юридической сфере.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной в данном случае пропущен, поскольку договор страхования заключен 11.10.2021, иск поступил в суд 10.02.2025.

Штраф, установленный п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», не подлежит взысканию, поскольку положения Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» не распространяются на правоотношения по инвестированию и участию в инвестиционном доходе, в данном случае правоотношения регулируются положениями Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг».

Период начисления неустойки на основании ст. 395 ГК РФ должен начинаться с момента вступления в силу решения суда о признании договора недействительным, так как ранее сторона договора не могла знать о неосновательности сбережения денежных средств (суд взыскал указанную неустойку, начиная со следующего дня после вынесения решения суда).

Суд ошибочно не применил положения ст. 333 ГК РФ.

ФИО1 подал возражения на апелляционную жалобу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, заслушав представителя ответчика - ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы и просившего решение суда отменить, представителя истца - ФИО3, просившую отказать в удовлетворении апелляционной жалобы и оставить решение суда без изменения, проверив законность и обоснованность решения суда, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Как видно из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 13.10.2021 между ФИО1 и АО СК «УРАЛСИБ Жизнь» (в настоящее время реорганизовано в форме присоединения к ООО «Совкомбанк страхование жизни») заключен договор добровольного инвестиционного страхования жизни «Верное решение» ИСЖ №, согласно условий которого страховая премия – 1 000 000 рублей, страховые риски: дожитие застрахованного до окончания срока действия договора страхования (страховая сумма 10 000 рублей), дожитие застрахованного до 13.01/13.04/13.07/13.10 каждого страхового года, смерть застрахованного лица от любых причин, смерть застрахованного в результате несчастного случая, произошедшего при авиакатастрофе, кораблекрушении, крушении поезда или при ДТП в общественном транспорте, срок действия договора страхования с 13.10.2021 по 13.10.2024.

Пункт 8 договора(полиса) предусматривает, что заключая настоящий договор страхования страхователь соглашается с заключением договора добровольного страхования жизни после окончания срока настоящего договора страхования на следующих условиях: страховые риски, страховые случае: Дожитие застрахованного лица до окончания срока страхования, где страховая сумма равна значению размера премии по договору страхования. Страховая премия по договору страхования равна значению размера страховой выплаты по риску «Дожитие» по полису добровольного страхования жизни «Верное решение», оплачивается единовременно. В случае заключения договора добровольного страхования жизни после окончания настоящего договора страхования «Верное решение», страхователь просит размер страховой выплаты по риску «Дожитие» по настоящему договору зачесть в качестве оплаты страховой премии по новому договору страхования. Неотъемлемой частью договора страхования (полиса) являются: правила добровольного инвестиционного страхования от 02.12.2020, таблица выкупных сумм и инвестиционная декларация, анкета страхователя. Истец ознакомлен с условиями страхования, изложенными в полисе и приложениях к нему, согласен (т.1 л.д.18-30,52-56,66-67).

Информацией об условиях договора добровольного страхования (памятка страхователя) предусмотрено, что размер страховой выплаты может составить меньше размера вложенных средств (страховой премии) по договору страхования. Договор страхования не является банковским вкладом и не входит в систему гарантирования Агентства по страхованию вкладов в соответствии с ФЗ от 23.12.2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации». Порядок расчета и осуществления страховых выплат определяется в соответствии с разделом 9 правил добровольного инвестиционного страхования жизни, являющимися неотъемлемой частью договора страхования. Страховая сумма по каждому риску в договоре страхования определена разделом 5 договора страхования(полиса). Страховая премия по договору страхования: 1 000 000 рублей. Размер денежных средств (в процентах на день предоставления информации), направляемых на обеспечение исполнения обязательств страховой организации по договору добровольного страхования по выплате выгодоприобретателю страховой суммы и дохода выгодоприобретателя: 94,14 %. Размер комиссионного вознаграждения 4,86 %, РКО 1 % за весь период договора страхования. Размер сумм, указанных в п. 3 и п. 4 составляет 100 % внесенных денежных средств (т. 1 л.д. 24-25).

14.10.2021 была уплачена страховая премия в размере 1 000 000 руб. (т. 1 л.д. 31-32, 68).

По окончании срока действия указанного договора страхования выплата в размере страховой премии не была произведена, в связи с чем был предъявлен настоящий иск.

Согласно ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе, вследствие неосновательного обогащения.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем: восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Часть 3 ст. 431.2 ГК РФ предусматривает, что сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора (пункт 2 настоящей статьи) требовать признания договора недействительным (статьи 179 и 178).

В соответствии с п. 1 ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно ч. 2 ст. 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

В соответствии со ст. ст. 8, 10, 12 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).

Изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В соответствии с п. 3 ст. 3 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" по требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

В соответствии с п. 1 ст. 4 Закона Российской Федерации "Об организации страхового дела в Российской Федерации" объектами страхования жизни могут быть имущественные интересы, связанные с дожитием граждан до определенного возраста или срока либо наступление иных событий в жизни граждан, а также с их смертью (страхование жизни).

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

После окончания срока действия договора страхования 13.10.2024, истец совершил следующие действия, направленные на получение страховой выплаты.

17.10.2024 истец обратился к ответчику с заявлением о страховой выплате по окончании срока действия полиса в размере уплаченной страховой премии 1 000 000 рублей (т. 1 л.д. 35-39).

22.11.2024 истцом в адрес ответчика была направлена претензия, в которой истец просил осуществить страховую выплату в размере уплаченной страховой премии по договору страхования (т. 1 л.д. 37-38).

Позиция ответчика изложена в ответе от 04.12.2024 на претензию, согласно которому страховые риски, страховые случаи и страховая сумма прописаны в п.5 условий страхования договора ИСЖ № Страховая сумма по риску «Дожитие застрахованного лицо до окончания срока действия договора страхования составляет 10 000 рублей. Страховая сумма по риску «Дожитие застрахованного лица до 13.01./13.04/13.07/13.10 каждого года составляет 25 рублей. Истцу были произведены выплаты:10 000 рублей (п/п№), по 25 рублей (п/п №), общая сумма платежей составила 12500 рублей. Информация о том, что размер страховой выплаты может составить меньше размера вложенных средств (страховой премии по договору страхования) доступна в памятке страхователя (т. 1 л.д. 39).

Согласно протоколу осмотра доказательств нотариусом Гурьевского нотариального округа Кемеровской области произведен осмотр доказательств в виде интернет-сайта адрес: https://sovcomlife.ru/business/for-partners/klientam-banka-uralsib. Вся полученная информация находилась в открытом доступе, и для ее получения не требовалось ввода никаких регистрационных данных и авторизации (например, логина и пароля). Условия инвестиционного страхования «Верное решение» находятся в открытом доступе на интернет-сайте: https://sovcomlife.ru/business/for-partners/klientam-banka-uralsib. В описании указано: «Полис инвестиционного страхования жизни позволяет увеличить свои накопления без риска. Программа ИСЖ «Верное решение» дает возможность получить доход и при этом быть застрахованным в течении действия программы. По окончании договора вы получите все вложенные денежные средства с учетом гарантированного дохода.» (д.д. 75-79)

Согласно сведениям с сайта ответчика, страховые выплаты с дополнительным инвестиционным доходом производятся в случае: окончания срока действия договора (так называемого дожития). 100 % гарантия возврата вложенных средств. Пример, по истечению срока действия полиса клиент получил возврат взноса + дополнительный инвестиционный доход и налоговый вычет (т. 1 л.д. 215-216).

Свидетель ... суду пояснил, что он является клиентом банка и 13.10.2021 при заключении истцом полиса инвестиционного страхования жизни «Верное решение», он присутствовал. Вместе с ФИО1 они приехали в офис УралСибБанка, там у него есть персональный менеджер - .... ... предложила ему (свидетелю) заключить такой же договор, «располовинить» его вклад, половину оставить, а на вторую половину заключить подобный договор страхования. Она сказала, что этот договор такой же, как и договор депозитного вклада, только на более выгодных условиях, по окончании срока договора выплачивается полностью вложенная сумма и большие проценты. Сначала ... распечатала анкету страхователя. Там уже были проставлены галочки, на которые нужно было поставить подпись. ФИО1 спросил, обязательно эта анкета для подписания или нет. Она сказала, что это обязательно, если он не подпишет, то страховая компания этот договор не подпишет. Он подписал. ... у нее еще сразу спросил, все ли это соответствует тому, что он подписывает. Вернут эти деньги ему назад или не вернут. Она пояснила, что все вернется. Когда она с ним (свидетелем) разговаривала на тему, чтобы он тоже заключил такой договор, она открыла страничку на сайте страховой компании и там тоже было, что вложенная сумма возвращается. Все возвращается. Один из пунктов в договоре был о том, что по достижению дожития сумма возвращается с процентами. ... был в очках, далеко видит, близко не видит.

Разрешая возникший спор, суд первой инстанций правильно установил юридически значимые обстоятельства, верно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, дал надлежащую правовую оценку представленным доказательствам, в соответствии с правилами, установленными положениями статей 67 ГПК РФ.

Со стороны истца в дело представлены доказательства (в письменной форме, а также свидетельские показания, данные под подписку об уголовной ответственности), подтверждающие указанные истцом обстоятельства заключения спорной сделки и нарушения прав потребителя на предоставление истцу до заключения спорной сделки полной, достоверной и непротиворечивой информации о предлагаемой финансовой услуге. Со стороны ответчика относимых и допустимых доказательств, опровергающих доводы истца, в материалы дела представлено не было, обратного не доказано.

В то время как, положения статей 10 и 12 Закона о защите прав потребителей возлагают на финансовую организацию обязанность своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» предусмотрено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (пункт 44).

Суд первой инстанции при принятии решения обоснованно принял во внимание доказанные факты о некомпетентности истца в понимании условий договора с учетом его преклонного пенсионного возраста, наличия заболеваний органов зрения, о предзаполненных пунктах анкеты (декларации) не им, а сотрудником банка машинописным способом, о предоставленных истцу заверениях (как до заключения договора, так и в период страховых выплат) о гарантированном возврате уплаченной страховой премии по окончании срока спорного договора страхования, о противоречивой информации условий полиса страхования и нарушений Указания ЦБ РФ № 5055-У в его оформлении.

У истца не было физической возможности внимательно изучить врученный ему страховой полис ввиду плохого зрения и возраста, условия договору разъяснялись сотрудником банка, которому он доверял, с указаниями где ставить подпись. По ранее заключенным договорам страховая компания по риску «дожитие» всегда возвращала истцу страховую премию в размере 100 % от вложенных средств, что ответчиком не оспаривалось. В связи с чем, истец заключил спорный договор, опираясь, в том числе, и на свою личную положительную практику взаимодействия с ответчиком и заверений сотрудника банка о гарантированном возврате вложенных средств и уникальной доходности по данному продукту аналогичному банковскому вкладу, а также на основании заверений страховой компании до заключения оспариваемого договора и на момент осуществления ответчиком страховой выплаты.

Следует отметить, что факт заключения истцом ранее договоров страхования жизни не свидетельствуют о получении истцом полной и достоверной информация при заключении оспариваемого договора страхования.

Доводы ответчика о том, что истец обладал необходимыми знаниями в предпринимательской деятельности, осуществлял трудовую деятельность в коммерческой организации в качестве руководителя, а поэтому не мог не понимать условия подписываемого им договора, несостоятельны, поскольку истец не обладал специальными познаниями в таких сферах как финансы, экономика, страховое дело, соответствующего образования не имеет. Кроме того, истец никогда не был зарегистрирован как индивидуальный предприниматель и не осуществлял предпринимательскую деятельность, а то, что истец работает в организации, не имеющей отношения к банковской или страховой деятельности, у которой есть какая-то прибыль или убытки, не имеет к настоящему делу никакого отношения.

В материалы дела предоставлена совокупность доказательств, подтверждающих, что до истца как потребителя при заключении договора страхования не была доведена вся информация, которая обеспечивала бы возможность правильного выбора услуги, волеизъявление истица на заключение договоров страхования сформировалось под влиянием ошибочных представлений. Ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что истец был должным образом проинформирован о том, что предлагаемый финансовый продукт не предусматривает возможность возврата вложенных денежных средств в полном объеме.

Руководствуясь статьями 1, 8, 167, 178, 181, 421, ч. 3 ст. 431.2, 934, 943, 942, 958 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», информационного письма Банка России от 13.01.2021 N ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей», учитывая, что при заключении договора страхования истец заблуждался относительно природы сделки, при этом данное заблуждение было настолько существенным, что истец, разумно и объективно оценивая ситуацию и зная о действительном положении дел, данную сделку не совершил бы, при этом в совокупности условия заключенной сделки с истцом привели не к улучшению его имущественного положения и взаимной выгоде сторон, а к возникновению неблагоприятных для истца последствий в виде потери внесенных им сумм по договору страхования и невозможности свободного использования денежных средств, суд обосновано пришел к выводу о наличии оснований для признания договора страхования недействительным и возврату уплаченной при заключении договора в виде страховой премии суммы 1 000 000 руб.

Разрешая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, обоснованно исходил из того, что истец заблуждался относительно природы и существенных характеристик заключенной с ответчиком сделки, ждал окончания срока договора для возврата вложенных денежных средств, и о сути договора он узнал при получении письма страховщика от 04.12.2024 об отсутствии оснований для выплат, в связи с чем, обратившись в суд с иском 10.02.2025, срок исковой давности для признания недействительной оспоримой сделки не пропустил.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 51.2 Закона РФ «О рынке ценных бумаг» от 22.04.1996 № 39-ФЗ страховые организации являются квалифицированными инвесторами. С целью выплаты дополнительного инвестиционного дохода страховщиками приобретаются финансовые активы, доступные только квалифицированным инвесторам. Потребитель не участвует в инвестиционной деятельности финансовой организации как квалифицированный инвестор (не выбирает контрагента, способы приобретения инвестиционных активов, не покупает акции, не принимает участие в торгах и т.п.). Истец заключил с ответчиком только договор личного страхования жизни (ИСЖ), который предусмотрен законом Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» исключительно для личных целей. Возможное получение процентов в виде ДИД по заключенному договору страхования не являются прибылью истца, т.к. он не осуществляет в данном случае никакой коммерческой деятельности.

При этом, правовая позиция о применении Закона РФ «О защите прав потребителей» на правоотношения, вытекающие из договоров инвестиционного страхования жизни, подтверждена, разъяснениями Верховного суда РФ в Определении ВС РФ от 19 марта 2024 г. N 88-КГ24-2-К8.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков (ст. 15 указанного Закона).

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом, независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы, подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Суд, установив факт нарушения ответчиком прав истца, как потребителя, руководствуясь приведенными нормами права, пришел к обоснованному выводу о том, что истцу неправомерными действиями ответчика по вине последнего причинен моральный вред, компенсацию которого суд взыскал с ответчика в пользу истца в сумме 10 000 руб.

Сумма компенсации морального вреда в апелляционной жалобе не оспаривается.

При этом, судебная коллегия, также вопреки доводам апелляционной жалобы, соглашается с отказом суда в удовлетворении ходатайства ответчика о снижении размера штрафа в соответствии со ст. 333 ГК РФ, исходя из следующего.

В силу п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера штрафа является допустимым.

Как разъяснено в п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. Согласно п. 72 Постановления заявление ответчика о применении положений ст. 333 ГК РФ может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (п. п. 71 - 78) бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).

При оценке соразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера штрафа могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (п. 75).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение штрафа производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

При этом снижение штрафа не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер штрафа в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Обстоятельства, которые могут служить основанием для снижения размера штрафа, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (часть 2 статьи 56, статья 195, часть 1 статьи 196, часть 4 статьи 198, пункт 5 часть 2 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так, в своих возражениях на исковое заявление представитель ответчика ссылается на необходимость применения положений п. 1 ст. 333 ГК РФ и снижения размера штрафа ввиду их несоразмерности, однако не представляет каких-либо доказательств, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленного штрафа, из которой, с учетом суммы компенсации морального вреда, производится расчет штрафа в данном случае, а именно ответчиком не представлены расчет процентов за пользование чужими денежными средствами по двойной ставке рефинансирования, расчет процентов по среднему размеру платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период, которые в соответствии с приведенными разъяснениями постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации могут выступать в качестве доказательств не обоснованности размера начисленного штрафа, представлены не были, а приведенные итоговые суммы указанных показателей не позволяют судебной коллегии проверить их достоверность.

Кроме того, ответчиком суду не были представлены доказательства исключительности данного случая, позволяющие суду применить положения п. 1 ст. 333 ГК РФ для снижения размера начисленного штрафа, как и не были представлены доказательства уважительности причины неисполнения обязательств в установленный законом срок.

При этом судебная коллегия отмечает, что в отношениях коммерческих организаций с потребителями, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей, поскольку ответчик, являясь профессиональным участником рынка, обязан был надлежащим образом исполнять свои обязательства, в связи с чем указанные им обстоятельства не могут являться законным и безусловным основанием для снижения размера штрафа в соответствии с положениями ст. 333 ГК РФ.

Ответчиком в нарушение положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не было представлено доказательств того, что выплата в таком размере штрафа ФИО1 повлечет ухудшение экономического положения ответчика, создаст условия для нарушения сроков выполнения обязательств перед по другим обязательствам ответчика, в то время как допущенное ответчиком нарушение сроков само по себе несет негативные последствия для истца и не требует дополнительного доказывания.

Таким образом, ответчиком в суде первой инстанции было заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ и уменьшении штрафа, в данном случае, исходя из обстоятельств дела, представленных доказательств, не представления доказательств не соразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства, а также доказательства исключительности данного случая (в том числе не представления доказательств уважительности причин неисполнения обязательств ответчиком в установленный законом срок), позволяющие суду применить положения п. 1 ст. 333 ГК РФ для снижения размера начисленного штрафа, с учетом существа допущенного ответчиком нарушения, принимая во внимание период просрочки, принцип разумности и справедливости, судебная коллегия не находит оснований для снижения штрафа, в соответствии с положениями ст. 333 ГК РФ, поскольку находит указанный размер штрафа соразмерным нарушению ответчиком своих обязательств.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Как разъяснено в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Пунктом 59 названного постановления разъяснено, что если во исполнение судебного акта ответчиком перечислены денежные средства кредитору, а впоследствии данный судебный акт отменен или изменен в части взыскания указанных денежных средств, и полученные взыскателем денежные средства должнику не возвращены, то, по общему правилу, на названную денежную сумму подлежат начислению проценты, установленные ст. 395 Гражданского кодекса РФ, с момента вступления в силу итогового судебного акта (п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса РФ). Вместе с тем с учетом обстоятельств конкретного дела, например, если имела место фальсификация доказательств и это привело к принятию решения, послужившего основанием для перечисления ему денежных средств, предусмотренные ст. 395 Гражданского кодекса РФ проценты подлежат начислению с более раннего момента, например, с момента зачисления денежных средств на расчетный счет недобросовестного взыскателя (п. 3, 4 ст. 1, п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса РФ). По смыслу данных разъяснений следует, что в случае установления по делу недобросовестных действий приобретателя, проценты за пользование чужими денежными средствами могут быть начислены с момента получения таким приобретателем денежных средств.

Ответчик, являясь квалифицированным инвестором, должен был узнать о правовых пороках и недействительности оспариваемого договора с момента получения документов по сделке в процедуре реорганизации. Ответчик не является добросовестной стороной сделки поскольку не исполняет свои заверения, а, следовательно, принятые на себя обязательства о 100 % гарантии возврата вложенных потребителем в договоры ИСЖ денежных средств. В силу чего, суд обоснованно согласился с доводами истца и взыскал указанные проценты с даты, когда ФИО1 стало известно о нарушении своего права, с 08.12.2024, до вынесения обжалуемого решения суда 14.01.2026 в сумме 211 660,9 руб., и, затем, с 15.01.2025 по день исполнения решения суда, начисляемые на сумму долга 1 000 000 руб., исходя из ключевой ставки банка России, действующей в соответствующие периоды.

Доводы апелляционной жалобы об обратном основаны на не верном толковании закона.

Иных доводов, которые могли бы опровергнуть выводы суда и являться основанием к отмене судебного решения, жалоба не содержит.

Таким образом, поскольку доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, других доказательств суду не представлено, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, по делу не установлено, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение суда является законным и обоснованным, оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г. Кемерово от 14 января 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Совкомбанк страхование жизни» - без удовлетворения.

Председательствующий: С.А. Пастухов

Судьи: Е.В. Долгова

О.А. Борисенко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 28.04.2026.