Апелляционное постановление № 22-715/2026 от 1 марта 2026 г.

Судья Агеева А.С. 22-715/2026

(№)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток 02 марта 2026 года

Приморский краевой суд в составе председательствующего судьи Гладких Н.З.,

при ведении протокола помощником судьи Лаптевой С.Б.,

с участием прокурора Маринченко А.В.,

защитника Марченко О.В.,

осужденного ФИО1 (посредством видео-конференц-связи)

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам защитника Левита А.В., осужденного ФИО1 на постановление Спасского районного суда Приморского края от 04.12.2025, которым ходатайство

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>,

об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания оставлено без удовлетворения.

Доложив содержание постановления и доводы жалоб, выслушав мнение осужденного ФИО1 и адвоката Марченко О.В., просивших постановление отменить, прокурора Маринченко А.В., полагавшего постановление оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором Приморского краевого суда от 03.09.2014 ФИО1 осужден по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком 15 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком 1 год, с установлением соответствующих ограничений.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Приморского края от 10.12.2014 вышеуказанный приговор оставлен без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Осужденный ФИО1 обратился в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Постановлением Спасского районного суда Приморского края от 04.12.2025 ходатайство осужденного ФИО1 об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания оставлено без удовлетворения.

В апелляционной жалобе защитник Левит А.В. в интересах осужденного ФИО1 с постановлением не согласен. С приведением ч. 1 ст. 79 УК РФ, ст. 175 УИК РФ указал, что вывод суда о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного наказания, должен быть основан на всестороннем учете данных о поведении осужденного за весь период отбывания наказания. При этом суду следует учитывать мнение представителя исправительного учреждения и прокурора о наличии либо отсутствии оснований для признания лица, не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания. Критериями применения условно-досрочного освобождения являются: правомерное поведение, отношение к содеянному, отсутствие злостных нарушений, добросовестное отношение к обязанностям в период отбывания назначенного наказания, уважительное отношение к другим осужденным, сотрудникам исправительной системы, частичное или полное возмещение причиненного ущерба или вреда. При этом закон не требует, чтобы осужденные имели какие-то особые, исключительные заслуги. Администрацией исправительного учреждения, в котором ФИО1 отбывает наказание, по всем перечисленным критериям характеризуется положительно, имеет 33 поощрения при одном досрочно снятом поощрением взыскании, с 14.08.2019 переведен на облегченные условия отбывания наказания, частично возместил причиненный совершенным им преступлением вред. Администрация исправительного учреждения посчитала условно-досрочное освобождение ФИО1 целесообразным, в судебном заседании ходатайство поддержала. Однако суд, перечислив все положительно характеризующие ФИО1 сведения, пришел к выводу о необходимости отказа в удовлетворении ходатайства, не усмотрел достаточных оснований для освобождения осужденного от дальнейшего отбывания наказания.? Мотивируя отказ в удовлетворении ходатайства, суд указал на то, что примерное поведение и добросовестное отношение к труду является обязанностью осужденного, кроме того, примерное поведение является следствием контроля со стороны исправительного учреждения. При этом суд сослался на примененное к осужденному в октябре 2023 взыскание как на одним из факторов, характеризующих его поведение в период отбывания наказания, а также на недостаточный размер денежных сумм, выплаченных ФИО1 потерпевшим в возмещение материального ущерба и компенсации морального вреда. На основании изложенного суд резюмировал, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств не позволяет сделать однозначный вывод об окончательном исправлении осужденного и о достижении всех целей уголовного наказания. С приведением разъяснений п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 года № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» (далее - Постановление) указал, что примененное 10.11.2023 за не являющееся злостным нарушение взыскание снято поощрением 27.03.2024. За весь период отбывание ФИО1 наказания оно являлось единственным при 33 поощрениях. Как до применения взыскания, так и в последующем ФИО1 со стороны администрации исправительного учреждения характеризовался положительно, каких-либо нареканий к нему не было. В силу ч. 1 ст. 79 УК РФ возмещение вреда (полностью или частично), причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда, является одним из условий для условно-досрочного освобождения. В силу объективных причин, если вред возмещен в незначительном размере, то суд не вправе отказать в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания только на этом основании. Осужденный ФИО1 не трудоустроен из-за отсутствия вакантных рабочих мест, регулярно привлекается к работам без оплаты труда, в связи с этим возмещение материального ущерба и компенсация морального вреда потерпевшим производится путем отчислений из получаемой пенсии по старости. Иной возможности изыскать денежные средства заглаживания причиненного потерпевшим вреда ФИО1 не имеет. Имеются основания полагать, что возмещение подзащитным причиненного совершенным преступлением вреда не в полном объеме вызвано объективными причинами. Применение к ФИО1 более двух лет назад и вскоре снятого поощрением взыскания и не полное возмещение причиненного преступлением вреда не могут свидетельствовать об отсутствии достаточных оснований для применения к нему условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. Иных доводов, послуживших основанием для отказа в удовлетворении ходатайства ФИО1, судом первой инстанции не приведено. Указание в постановлении на то, что условно-досрочное освобождение от отбывания наказания представляет собой наивысшую форму поощрения положительно характеризующихся осужденных и является правом суда, применение которого не связано с одним лишь наличием правовых и фактических оснований для этого, не основано на законе и противоречит требованиям п. 6 Постановления. Суды не вправе отказать в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания по основаниям, не указанным законе. По смыслу закона, отношение осужденного к процессу отбывания наказания является показателем его стремления встать на путь исправления. Из обжалуемого постановления каких-либо иных конкретных данных, отрицательно характеризующих ФИО1, свидетельствующих о том, что он не встал на путь исправления, судом не установлено и в постановлении не приведено. Судом фактически не приняты во внимание установленные уголовным законом критерии, определяющие возможность условно-досрочного освобождения, поведение, отношение к труду в течение всего периода отбывания наказания, поощрения и заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности условно-досрочного освобождения осужденного. Постановление суда не содержит предусмотренных законом сведений, дающих основания для отказа в удовлетворении ходатайства ФИО1 об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания. Суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, в связи с чем, обжалуемое постановление законным и обоснованным признано быть не может. Просит постановление отменить, ходатайство об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания удовлетворить.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 с постановлением не согласен. Указал, что непогашенный иск не должен влиять на выводы суда об отказе в удовлетворении ходатайства, возможность погасить иск у него отсутствует. В постановлении не отражено, что с 2024 по 2025 он пытался работать на промышленной зоне, размер заработной платы не превышает размер его пенсии. Просит истребовать сведения из ИК-33, не имеет возможности общаться с защитником по назначению. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Выводы суда о недостаточности принимаемых мер к возмещению ущерба является формальным и не учитывает реальных возможностей осужденного и его добросовестного поведения. Вывод суда об удержании из заработка 25% от пенсии и иных доходов нельзя признать в достаточной степени принимаемыми мерами. Данный подход противоречит смыслу закона и позиции Верховного Суда. Согласно справке бухгалтерии он ежемесячно погашает задолженность по исполнительным листам, делал добровольные взносы (по 150 руб.), что прямо свидетельствует об осознании ответственности и стремлении загладить вред. Администрацией учреждения подтверждено, что он регулярно обращается с заявлением о добровольном погашении. В судебном заседании пояснил, что в случае условно-досрочного освобождения сможет трудоустроиться и существенно увеличить размер выплат, в условиях колонии такие возможности ограничены. Суд не дал оценки указанному доводу, она является логичной и реалистичной. Указал, что он не уклоняется от возмещения вреда, а делает все возможное в условиях изоляции. Требование суда о полном погашении многомиллионного долга до освобождения как об обязательном условии условно-досрочного освобождения делает применение ст. 79 УК РФ невозможным, что противоречит принципу гуманизма уголовного права. Суд необоснованно минимизировал значение безупречного поведения и множества поощрений, представив их лишь как «исполнение обязанностей». За 11 лет отбывания наказания он имеет 33 поощрения и единственное взыскание, которое снято досрочно. Администрация колонии характеризует его исключительно положительно и поддерживает ходатайство об условно-досрочном освобождении. Суд, признавая данные факты, пришел к выводу, что они являются обязанностью осужденного и сами по себе не являются достаточным основанием. Такой формальный подход лишает институт поощрений и положительной характеристики смысла. Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, именно длительное примерное поведение и положительная характеристика администрации являются главными доказательствами исправления и основанием для вывода о том, что лицо не нуждается в дальнейшем отбывании наказания. Суд первой инстанции подменил данный критерий собственными, более жесткими требованиями, не основанными на законе. Суд допустил подмену юридического критерия УДО, потребовав доказательства «окончательного исправления». В постановлении неоднократно используется формулировка «не представлено доказательств... об окончательном исправлении». Однако ст. 79 УК РФ не требует «окончательного исправления». Закон говорит о том, что лицо «не нуждается в дальнейшем отбывании назначенного наказания». Доказательствами являются: осознание вины (признал полностью, написал извинительное письмо потерпевшим), активное участие в жизни колонии, получение новой профессии («станочник деревообрабатывающих станков»), наличие планов на ресоциализацию. Данные обстоятельства судом установлено, но проигнорировано при выводе. Требование «окончательного исправления» является завышенным и неопределенным, что приводит к произвольному отказу в применении УДО. Судом неправильно применены положения ст. 43 УК РФ. Суд указал, что не достигнута цель восстановления социальной справедливости в связи с неполным возмещением вреда. Однако социальная справедливость восстанавливается не только материальной компенсацией, но и самим фактом отбытия длительного срока наказания (более 12,5 лет), чистосердечным раскаянием и примерным поведением. При таких обстоятельствах дальнейшее изоляция теряет исправительный смысл и становится исключительно карательной мерой, что не соответствует целям, предусмотренным в ст. 43 УК РФ. Суд не учел все значимые данные о личности и конкретный план социальной адаптации, что привело к ошибочному прогнозу о его поведении на свободе. Указал, что он является пенсионером, имеет среднее техническое образование, получил рабочую специальность в колонии, имеет твердое намерение трудоустроиться и не нарушать закон, поддерживает социальные связи с семьей. Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, свидетельствуют о минимальном риске рецидива и наличии всех условий для успешной интеграции в общество. Суд первой инстанции должен был оценить данный риск, не требовать абстрактных гарантий. Просит постановление отменить, устранить допущенные нарушения, вынести новое решение, ходатайство об условно-досрочном освобождении удовлетворить.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Левита А.В. помощник прокурора Приморской прокуратуры по надзору за соблюдением в исправительных учреждениях Приморского края ФИО2 с приведением уголовного и уголовно-исполнительного закона указал, что в апелляционной жалобе не приведено убедительных доводов, свидетельствующих о незаконности постановления. Изложенные аргументы сводятся к переоценке доводов, положенных в основу судебного постановления. Просит постановление Спасского районного суда от 04.12.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 прокурор Приморской прокуратуры по надзору за соблюдением в исправительных учреждениях Приморского края ФИО3 с приведением ст.ст. 1, 9 УИК РФ, ст. 79 УК РФ указал, что отсутствие в настоящее время взысканий не является безусловным основанием удовлетворения ходатайства осужденного. ФИО1 может активнее проявлять себя в трудовой деятельности, учебе, воспитательных мероприятий, на момент рассмотрения ходатайства прослеживалась бы динамика, свидетельствующая о стремлении осужденного к исправлению, исключении из поведения девиантных явлений. Кроме этого, ущерб, причиненный преступлением на сумму 3 000 000 рублей, не погашен, доказательства об отсутствии движимого (недвижимого) имущества, банковских счетов в судебное заседание не представлены.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, а также возместило вред (полностью или частично), причиненный преступлением, в размере, определенном решением суда.

Согласно ч. 4.1 ст. 79 УК РФ при рассмотрении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания суд учитывает поведение осужденного, его отношение к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, в том числе имеющиеся поощрения и взыскания, отношение осужденного к совершенному деянию и то, что осужденный частично или полностью возместил причиненный ущерб или иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления, а также заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности его условно-досрочного освобождения.

По смыслу закона, в ходе судебного заседания подлежат исследованию обстоятельства, имеющие значение для разрешения вопроса о применении к осужденному условно-досрочного освобождения от отбывания наказания.

Вопреки апелляционным доводам, при разрешении ходатайства осужденного ФИО1 об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания требования закона судом первой инстанции соблюдены.

Из представленных материалов следует, что ФИО1, находясь в СИЗО, нарушений не допускал, характеризовался удовлетворительно. По прибытии в ИК-33, в период с 02.02.2015 по 02.03.2015 трудоустроен кухонным рабочим, в настоящее время не трудоустроен по причине отсутствия вакансий. Регулярно привлекался к работам в порядке ст. 106 УИК РФ, порученную работу выполняет в срок, трудовую дисциплину не нарушает; 14.09.2019 переведен в облегченные условия отбывания наказания. Осужденный ФИО1 участие в воспитательных мероприятиях принимает, посещает их регулярно, из проведенных бесед воспитательного характера делает для себя правильные выводы. За весь период отбывания наказания ФИО1 имеет одно снятое поощрением взыскание, за добросовестное отношение к труду и участие в культурно-массовых мероприятиях имеет 33 поощрения; также имеет исполнительный лист, ущерб в пользу К.О.Н. на сумму 1 605 000 рублей в счет погашения которого ежемесячно производятся удержания из личных средств. Осужденный обращался с заявлениями по поводу добровольного погашения задолженности по исполнительному листу, 05.09.2023 написал извинительное письмо потерпевшей стороне. На базе исправительного учреждения получил специальность станочник деревообрабатывающих станков (свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно заключению администрации исправительного учреждения ФИО1 характеризуется положительно, и администрация исправительного учреждения поддерживает ходатайство осужденного об условно-досрочном освобождении (л.д. 65-66).

По смыслу закона, критериями применения условно-досрочного освобождения являются правомерное поведение осужденного за весь период отбывания наказания, добросовестное отношение к обязанностям и иные обстоятельства.

При этом законодатель предоставляет суду право в каждом конкретном случае решать, достаточны ли содержащиеся в ходатайстве об условно-досрочном освобождении и иных материалах сведения для признания осужденного не нуждающимся в полном отбывании назначенного судом наказания и подлежащим условно-досрочному освобождению, что должно способствовать индивидуализации мер государственного принуждения, применяемых к лицу, совершившему преступление.

При указанных обстоятельствах, вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции исследовал в судебном заседании все данные, характеризующие осужденного за весь период отбывания наказания, после чего, оценив данные сведения в совокупности, вынес постановление, в котором надлежащим образом мотивировал свои выводы и принял обоснованное и законное решение.

Согласно справке о поощрениях и взысканиях, ФИО1 за весь период отбывания наказания имеет 33 поощрения, из них 3 - за участие в культурно-массовых мероприятиях, 30 - за добросовестное отношение к труду, что является непосредственной обязанностью осужденного и свидетельствуют о положительной динамике поведения осужденного (л.д.66).

Все данные положительно характеризующие осужденного, на которые обращается внимание в жалобе, судом учтены и оценены в совокупности, при этом примерное поведение, добросовестное отношение к труду не являются безусловным основанием для удовлетворения ходатайства об условно-досрочном освобождении, поскольку являются обязанностью осужденного, регламентированной ст. 11 УИК РФ.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что отсутствие взысканий, кроме 10.11.2023 не влияет на выводы суда, которые основаны на совокупности полных сведений о личности осужденного ФИО1, его поведении за весь период отбывания наказания, ставить их под сомнение, как указывается в апелляционных жалобах, оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности условно-досрочного освобождения осужденного, не является определяющим для суда, а учитывается в совокупности с иными данными о его поведении за весь отбытый срок, что прямо указано в ч. 4.1 ст. 79 УК РФ.

Согласно характеристике, отбывая наказание с 2014 года, осужденный ФИО4 лишь после отказа в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания 10.08.2023 написал извинительное письмо потерпевшей стороне 05.09.2023 (л.д. 65).

Кроме того, одним из оснований условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, в соответствии с ч. 1 ст. 79 УК РФ является возмещение вреда (полностью или частично), причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда.

Из представленных материалов следует, что осужденный ФИО1 по приговору имеет три исполнительный листа от 03.09.2014:

- в пользу взыскателя К.М.В. в размере 1 262 932,47 рублей, удержано 136 143,41 рублей, в том числе в добровольном порядке 150 рублей, остаток 1 126 789,06 рублей материального ущерба, причиненного преступлением;

- в пользу взыскателя К.О.Н. в размере 34 009,63 рублей, удержано 16 293,12 рублей, остаток 17 716,51 рублей морального вреда, причиненного преступлением;

- в пользу К.О.Н. в размере 1 341 362,89 рублей, в том числе в добровольном порядке 150 рублей, удержано 136 143,29 рублей морального вреда причиненного преступлением (л.д.64).

В счет погашения ФИО1 материального ущерба и морального вреда, добровольные меры в счет возмещения материального ущерба и морального вреда, причиненных преступлением, приняты осужденным в виде двух платежей на общую сумму 300 рублей. Иных сведений, добровольно принятых по возмещению ущерба суду не представлено.

Как верно указано судом первой инстанции, осужденный не освобожден от обязанности принятия мер к погашению исполнительных листов в пользу потерпевших. Суд оценил принятые осужденным меры к погашению исковых требований, и с учетом длительности срока отбывания наказания, указал, что размер удержанных денежных средств, не может быть признан в достаточной степени принимаемыми мерами к возложенной обязанности по возмещению материального ущерба и морального вреда. Изложенные обстоятельства в своей совокупности не свидетельствует о восстановлении социальной справедливости и исправлении осуждённого, что также не противоречит пояснениям потерпевшей К.О.Н., изложенных в возражениях и телефонограмме о том, что ФИО1 не возместил материальный ущерб и моральный вред, причиненный преступлением.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, частичное возмещение вреда и ущерба ФИО1 не явилось единственным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.

Таким образом, учитывая сведения о личности осужденного, его поведение за весь период отбывания наказания, заключение о целесообразности условно-досрочного освобождения, отсутствие достаточных мер, принятых к возмещению причиненного ущерба или иных, направленных на заглаживание вреда, причиненного в результате преступления, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии данных, свидетельствующих о том, что ФИО1 твердо встал на путь исправления, утратил общественную опасность и не нуждается в дальнейшем отбывании наказания.

Постановление вынесено в соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ, является законным, обоснованным, мотивированным, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Оснований для переоценки фактических обстоятельств, которыми руководствовался суд первой инстанции при принятии решения, суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений закона, влекущих изменение или отмену постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Спасского районного суда Приморского края от 04.12.2025 в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника Левита А.В., осужденного ФИО1 без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения. Вступившее в законную силу судебное решение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Гладких Н.З.

Справка: ФИО1 содержится в ФКУ ИК-33 ГУФСИН по Приморскому краю.