Апелляционное постановление № 22К-385/2026 от 4 марта 2026 г.

Судья Филонова Н.А. Материал № 22К-385/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 марта 2026 года г. Калининград

Калининградский областной суд в составе

председательствующего Паскановой Е.А.,

при секретаре Алексенко А.А.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Калининградской области Суховиева В.С.,

обвиняемого ФИО1 в режиме видео-конференц-связи,

его защитника-адвоката Асановой О.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Асановой О.В. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Светлогорского городского суда Калининградской области от 20 февраля 2026 года, которым в отношении

ФИО1, родившегося <данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 286 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 4 суток, то есть до 23 марта 2026 года.

В удовлетворении ходатайства стороны защиты об избрании меры пресечения в виде запрета определенных действий отказано.

Доложив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав мнения обвиняемого ФИО1 и его защитника Асановой О.В. об отмене постановления и избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, мнение прокурора об оставлении апелляционной жалобы без удовлетворения, постановления - без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

23 декабря 2025 года Светлогорским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области в отношении ФИО1 и ФИО7 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

19 февраля 2026 года ФИО1 задержан на основании п. 2 ч. 1, ч. 2 ст. 91 УПК РФ в порядке ст. 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 286 УК РФ, в ту же дату ФИО1 предъявлено обвинение в совершении вышеуказанного преступления.

20 февраля 2026 года старший следователь Светлогорского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области ФИО2 с согласия руководителя следственного органа обратился в Светлогорский городской суд Калининградской области с ходатайством об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Светлогорского городского суда Калининградской области от 20 февраля 2026 года указанное выше ходатайство удовлетворено.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Асанова О.В. в интересах обвиняемого ФИО1, выражая несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным и немотивированным. Ссылаясь на разъяснения, приведенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что судом не установлены конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности избрания иной, более мягкой меры пресечения. Отмечает, что приведенные в ходатайстве старшего следователя доводы носят формальный, бланкетный характер, основаны на предположениях, в нарушение ч. 3 ст. 108 УПК РФ не подтверждаются фактическими сведениями и материалами. Считает, что в постановлении суда не отражено, в связи с чем контракт на выполнение работ от 24 октября 2022 года и рапорт следователя о возможном наличии признаков состава преступления являются отрицательными сведениями, свидетельствующими о том, что ФИО1 может или намерен скрыться от органов следствия. Утверждает, что судом не дана оценка тому, что ФИО1 с 30 сентября 2024 года является свидетелем по уголовному делу, из которого выделено уголовное дело, по которому он в настоящее время является обвиняемым, при этом за весь период ФИО1 от следствия не скрывался. Обращает внимание на то, что в нарушение ст. 99 УПК РФ судом не учтено, что заработок ФИО1 является единственным источником дохода <данные изъяты>. Считает, что при принятии оспариваемого решения суд руководствовался только тяжестью предъявленного обвинения. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельства дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Такие нарушения закона по материалу допущены.

Согласно ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ст. 99 УПК РФ, при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определении ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.).

Проверка обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению. При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судья обязан проверить, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именно этого лица, и дать этим сведениям оценку в своем решении.

Оставление судьей без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона (ч. 4 ст. 7 УПК РФ), влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Из ходатайства старшего следователя о заключении обвиняемого ФИО1 под стражу, в котором отсутствует дата его согласования руководителем Светлогорского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области ФИО3, и из постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого следует, что последний, будучи <данные изъяты>, группой лиц по предварительному сговору с ФИО7 - <данные изъяты>, превысили должностные полномочия путем утверждения не позднее 1 января 2024 года актов выполненных работ по форме КС-2 и справок о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, составленных по контракту № 106-ЭА на выполнение работ по объекту: <данные изъяты>, заключенному 24 октября 2022 года между <данные изъяты>, достоверно зная, что материалы, примененные при производстве работ по этому контракту, не соответствуют проектной документации и имеют меньшую стоимость, чем создали условия для перечисления <данные изъяты> денежных средств в качестве оплаты работ по контракту, что привело к существенному нарушению прав и законных интересов неопределенного круга лиц, а также к причинению материального ущерба Министерству строительства и жилищно-коммунального хозяйства Калининградской области.

В то же время, как следует из представленного материала и нашло свое подтверждение в суде апелляционной инстанции, суду не представлено достаточно сведений, подтверждающих обоснованность подозрения в причастности ФИО1 к инкриминируемому ему преступлению.

Сам по себе контракт № 106-ЭА от 24 октября 2022 года на выполнение работ, заключенный ФИО1 как директором <данные изъяты>, по которому ответственным за его строительный контроль на основании приказа назначен ФИО7, не подтверждает обоснованность подозрения в причастности ФИО1 к преступлению, предусмотренному п. «г» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Каких-либо новых доказательств, обосновывающих ходатайство старшего следователя, в том числе протоколы допроса свидетелей ФИО8 от 23 октября 2024 года, ФИО9 от 25 июля 2024 года, ФИО10 от 18 июля 2024 года, ФИО11, ФИО12, ФИО1 от 4 июля 2024 года, заключение экспертов № 0237К-2025 от 4 апреля 2025 года, договор субподряда № 18/СП на выполнение работ по объекту: <данные изъяты>, ответ на запрос из УФК по Калининградской области исх. № от 8 октября 2024 года, ссылка на которые имеется в постановлении следователя по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области ФИО4 от 27 мая 2025 года о выделении материалов из уголовного дела №, возбужденного 30 июня 2024 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в суд апелляционной инстанции не представлено.

При этом из материала также усматривается, что ФИО1 является <данные изъяты>, ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, имеет постоянные места регистрации и жительства на территории Калининградской области, с 1 октября 2020 года работает в должности <данные изъяты>, на иждивении у него находятся <данные изъяты>, со слов имеет ряд наград.

Кроме того, в материале, представленном старшим следователем и исследованном в судебном заседании, не установлены данные, свидетельствующие о том, что ФИО1 пытался скрыться от следствия и суда, уничтожить доказательства, оказать давление на конкретных свидетелей по делу или иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Таким образом, при решении вопроса об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу судом проигнорированы указанные выше положения уголовно-процессуального закона, а также разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», не учтена совокупность представленных обстоятельств, обосновывающих необходимость избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу, данные о его личности.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что постановление суда первой инстанции является незаконным, необоснованным, немотивированным и подлежит отмене, а в удовлетворении ходатайства старшего следователя об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу следует отказать.

Оснований для избрания в отношении обвиняемого ФИО1 иной меры пресечения на момент апелляционного рассмотрения, в том числе подписки о невыезде и надлежащем поведении, о чем просила сторона защиты в суде апелляционной инстанции, не имеется.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Светлогорского городского суда Калининградской области от 20 февраля 2026 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 отменить.

Отказать в удовлетворении ходатайства старшего следователя Светлогорского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Калининградской области ФИО2 об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 сроком по 23 марта 2026 года.

Обвиняемого ФИО1 из-под стражи освободить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий Е.А. Пасканова