Апелляционное определение № 22-1763/2026 от 22 марта 2026 г.

Председательствующий Кузнецова А.Ю. Дело № 22-1763/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное)

город Екатеринбург 23 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Шестакова С.В.,

судей Серебряковой Т.В., Леонтьевой М.Ю.

при помощнике судьи Тавафиевой Л.Р.,

с участием:

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Латыповой А.А.,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Насибуллиной А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ЛатыповойА.А. на приговор Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 28октября 2024 года, которым

ФИО1,

<дата> года рождения,

не судимый,

осужден по ч. 3 ст.30, ч. 5 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 09 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена на заключение под стражу, ФИО1 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

В срок лишения свободы зачтены периоды содержания ФИО1 под стражей с 30 января 2024 года по 25 апреля 2024 года и с 28 октября 2024 года до вступления приговора в законную силу с учетом положений ч. 3.2 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Серебряковой Т.В., выступления защитника – адвоката Латыповой А.А., просившей постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор, прокурора Насибуллиной А.А., просившей отменить приговор и прекратить уголовное дело в отношении ФИО1 в связи со смертью, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО1 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотического средства мефедрона (4-метилметкатинона) массой не менее 994,9 г, то есть в особо крупном размере, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено в г. Екатеринбурге при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО1 и защитник – адвокат Латыпова А.А. полагают, что приговор является незаконным, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, кроме того, судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Авторы жалоб обращают внимание на то, что в ходе судебного следствия стороной защиты заявлены ходатайства о признании ряда доказательств недопустимыми, однако суд необоснованно отклонил их. Настаивают на том, что протокол осмотра места происшествия (квартиры), а также протокол личного досмотра являются недопустимыми доказательствами. Авторы жалоб считают, что фактически вместо осмотра произведен обыск жилища, так как сотрудники полиции открывали ящики мебели и шкафов, что подтвердили свидетели В. и П. Личный досмотр в перечень оперативно-розыскных мероприятий не включен, проводится в порядке, установленном законодательством об административных правонарушениях. Осужденный и адвокат отмечают, что в ходе судебного следствия по ходатайству стороны обвинения были оглашены показания свидетеля С., данные им в ходе предварительного следствия, однако судом данному доказательству оценка не дана. Авторы жалоб просят приговор отменить и вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), являются верными, основанными на доказательствах, которые всесторонне и полно исследованы в судебном заседании и получили в приговоре надлежащую оценку в соответствии со ст. ст. 87, 88, 89 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Осужденный ФИО1 вину признал, не оспаривал своей причастности к покушению на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере, однако не соглашался, что действовал в составе организованной группы, а изъятые по месту жительства предметы – электронные весы, пакеты «зип-лок», магниты использовал для фасовки наркотических средств. От дачи подробных показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Из оглашенных на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний ФИО1, которые он давал на предварительном следствии в качестве подозреваемого, следует, что в октябре 2023 года он по предложению неизвестного стал заниматься сбытом наркотических средств. В его обязанности входило забирать крупные оптовые партии наркотиков, расфасовывать их на мелкие партии и делать «закладки» в г. Екатеринбурге. По поводу сбыта наркотических средств он общался с неизвестным, контакты которого сохранил в своем сотовом телефоне под именем <...>. 29 января 2024 года от <...> он получил сообщение с фотографией, описанием и географическими координатами места нахождения тайника с наркотическим средством мефедрон массой 1 кг. 30 января 2024 года в лесном массиве, расположенном в районе пос. Палкинский Торфяник, он нашел пакет из магазина «Пятерочка» с находящимся внутри свертком с наркотическим средством. По пути к автомобилю его задержали сотрудники полиции, которые в ходе личного досмотра изъяли у него наркотическое средство. Из автомобиля были изъяты два сотовых телефона, банковские карты, а по месту жительства – электронные весы, пакеты «зип-лок», магниты, используемые им для упаковки наркотических средств, а также сотовый телефон, с помощью которого он вел переписку с неизвестным (том 1, л. д. 184-189).

При допросе в качестве обвиняемого ФИО1 вину признал полностью, подтвердил показания, которые давал в качестве подозреваемого (том 1, л. д. 196-199).

Анализируя показания ФИО1, которые он давал в судебном заседании и на предварительном следствии, судебная коллегия полагает, что данные ФИО1 показания в качестве подозреваемого, а также показания ФИО1 в судебном заседании о том, что изъятое наркотическое средство предназначалось для дальнейшего сбыта, являются достоверными, поэтому обоснованно положены судом в основу приговора как одно из доказательств виновности осужденного. Оснований полагать, что ФИО1 себя оговорил, не имеется. Осужденный допрашивался в присутствии защитника в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, ему были разъяснены его права подозреваемого, обвиняемого, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу даже в случае последующего отказа от них. Поэтому доводы осужденного о том, что он давал показания на предварительном следствии в стрессовом состоянии, суд правильно признал несостоятельными. Показания ФИО1 содержат сведения о деталях преступления, в том числе обстоятельства достижения сговора с неустановленным лицом, обстоятельства приобретения оптовой партии наркотического средства с целью его последующего сбыта, а также сведения о том, что электронные весы, пакеты «зип-лок», магниты, обнаруженные по месту жительства, ФИО1 использовал для расфасовки наркотических средств. Каждый раз ФИО1 собственноручно расписывался в протоколах, удостоверяя их полноту, в протоколах имеются подписи адвоката, замечаний на отсутствие последнего или оказание им ненадлежащей помощи от осужденного не поступало. Показания ФИО1 в судебном заседании о том, что электронные весы, пакеты «зип-лок», магниты не использовались для совершения преступления, суд верно признал недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств и в первую очередь показаниями самого ФИО1, которые он давал в качестве подозреваемого на предварительном следствии.

Помимо признательных показаний ФИО1, которые он давал в качестве подозреваемого на предварительном следствии, а также показаний осужденного в судебном заседании в той части, которая признана судом достоверной, его виновность в совершении преступления подтверждается:

- показаниями свидетелей Ф. и П. – оперуполномоченных по ОВД Управления наркоконтроля ГУ МВД России по Свердловской области, в соответствии с которыми у них имелась оперативная информация о причастности ФИО1 к незаконному обороту наркотических средств. 30 января 2024 года около 12 часов 20 минут в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» ФИО1 был ими задержан. В присутствии двух понятых проведен личный досмотр ФИО1, у которого изъят пакет с логотипом «Пятерочка», в котором находился сверток с веществом, обмотанный стрейч-пленкой. В автомобиле ФИО1 изъяты два сотовых телефона и банковская карта, а по месту жительства – электронные весы, пакеты с застежкой «зип-лок», две коробки с магнитами, сотовый телефон;

- протоколом личного досмотра, согласно которому 30 января 2024 года у ФИО1 изъят полимерный пакет с находящимся внутри свертком с веществом (том 1, л. д. 29-30);

- протоколом осмотра места происшествия, в соответствии с которым из автомобиля «Lada Vesta» изъят сотовый телефон «Blackview» в корпусе черного цвета (том 1, л. д. 31);

- показаниями свидетеля А., который 30 января 2024 года принимал участие в качестве понятого при личном досмотре ФИО1 и осмотре автомобиля «Lada Vesta», и сообщил, что у ФИО1 изъяли полимерный пакет с находящимся внутри свертком с веществом, а из автомобиля – сотовый телефон;

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому 30 января 2024 года в квартире по адресу: <адрес> обнаружены и изъяты: коробка с магнитами, электронные весы в корпусе черного цвета, пакеты с застежками «зип-лок», сотовый телефон «Alcatel» (том 1, л. д. 33-36);

- показаниями свидетеля В., который 30 января 2024 года принимал участие в качестве понятого в осмотре квартиры по адресу: <адрес>, и подтвердил, что в его присутствии обнаружены и изъяты электронные весы, магниты, пакеты «зип-лок», а также два сотовых телефона;

- справкой о предварительном исследовании от 30 января 2024 года № 267 и заключением эксперта от 05 февраля 2024 года № 548, на основании которых определено, что в изъятом у ФИО1 веществе содержится наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон) массой 994,9 г (том 1, л. <...>);

- протоколами исследования предметов – сотовых телефонов «Blackview» и «Alcatel», в которых имеются фотоизображения участков местности с указанием координат, а в приложении «Telegram» обнаружена переписка с пользователем по имени <...>, содержащая фотоизображения участков местности с координатами с описанием таковых, иные сведения, имеющие отношение к незаконному обороту наркотических средств (том 1, л. <...>);

- протоколами осмотра предметов – электронных весов в корпусе черного цвета, коробки с пакетами с застежкой типа «зип-лок» в количестве 1000 штук, коробки с магнитами в количестве 1180 штук, сотового телефон «Blackview», в котором найдены фотографии участков местности с координатами <адрес>, <адрес>; <адрес>, <адрес>, датированные 29 января 2024 года, а также фотография с перепиской в приложении «Telegram» с контактом <...> следующего содержания: «Свердловская область, Сергуловка, 1 кг меф, строго по координатам <адрес>, <адрес>». Указанные координаты соответствуют месту, где 30 января 2024 года ФИО1 извлек пакет с наркотическим средством, изъятый у него в ходе личного досмотра. Кроме того, в приложении «Google Карты» во вкладке «История» обнаружены сведения о поиске места, соответствующего географическим координатам <адрес>, <адрес>. В сотовом телефоне «Alcatel» обнаружены фотографии, идентичные фотографиям из сотового телефона «Blackview», а также найдена переписка с <...> за 29 января 2024 года аналогичного содержания. В чате «Избранное» в мессенджере «Telegram» обнаружен диалог, участниками которого являются неустановленные лица, использующие никнеймы «<...>», «<...>», и ФИО1, использующий никнейм «<...>», за период с 17 января 2023 года до 18 января 2024 года, в котором указаны электронные кошельки, VPN, обязательные для использования ФИО1, сведения о доходах и расходах ФИО1 в ходе незаконного оборота наркотических средств (том 1, л. д. 119-136);

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому осмотрен участок местности с географическими координатами <адрес>, <адрес>, обнаруженными в сотовом телефоне ФИО1 Указанный участок расположен на расстоянии около 480 метров от дома № 49 в садовом некоммерческом товариществе «Родники» г. Екатеринбурга и в 1100 метрах от дома № 24 по ул. Верхняя в пос. Палкинский Торфяник г.Екатеринбурга. Именно на данном участке 30 января 2024 года ФИО1 обнаружил и поднял сверток с наркотическим средством (том 1, л. д. 37-45).

Все доказательства, положенные в основу приговора, являются допустимыми и относимыми, достаточными для постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1 Какие-либо противоречия в положенных в основу приговора доказательствах о юридически значимых обстоятельствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1, по делу отсутствуют.

Оснований сомневаться в достоверности положенных в основу приговора показаний свидетелей, письменных доказательств не имеется. Перед дачей показаний свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания дополняют друг друга и согласуются между собой, протоколы следственных действий соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, их содержание подтверждается совокупностью иных доказательств, приведенных в приговоре. При этом суд первой инстанции указал в приговоре, по каким основаниям он принял одни из доказательств и отверг другие. Выводы суда первой инстанции являются убедительными, оснований для иных выводов судебная коллегия не усматривает. Нарушений правовых норм, регулирующих основания и порядок производства судебной экспертизы, результаты которой положены в основу приговора, а также правила проверки и оценки экспертизы, которые бы могли повлечь недопустимость заключения эксперта, не допущено. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного ФИО1 не выявлено.

Материалы, полученные в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение» и «Исследование предметов и документов», предоставлены органу предварительного следствия в соответствии с требованиями Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» на основании постановления начальника Управления наркоконтроля ГУ МВД России по Свердловской области Д. от 30 января 2024 года (том 1, л. д. 24-26).

Полученные результаты оперативно-розыскной деятельности отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом, и приобщены к делу с соблюдением предписанной законом процедуры, оснований для признания их недопустимыми доказательствами суд не усмотрел, не находит таковых и судебная коллегия. Все доказательства, полученные в результате оперативно-розыскной деятельности, правильно признаны судом допустимыми, относимыми, достоверными, в совокупности с другими доказательствами – достаточными для постановления приговора в отношении ФИО1

Оснований, предусмотренных ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, для признания недопустимыми доказательств, положенных в основу приговора, не имеется, доводы апелляционных жалоб об этом являются несостоятельными.

Вопреки доводам стороны защиты, протокол личного досмотра ФИО1 обоснованно положен судом в основу приговора.

В силу п. 16 ст. 13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставлено право осуществлять в том же порядке, что установлен законодательством об административных правонарушениях (ст. 27.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), личный досмотр граждан, досмотр находящихся при них вещей при наличии данных в том числе о том, что эти граждане имеют при себе наркотические средства, психотропные вещества или их прекурсоры, изымать указанные предметы, средства и вещества при отсутствии законных оснований для их ношения или хранения.

Поэтому сотрудники полиции, проводившие оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение» и задержавшие ФИО1 по подозрению в незаконном обороте наркотических средств, будучи наделенными указанным правом, правомерно произвели личный досмотр ФИО1 в присутствии двух понятых и изъяли пакет с наркотическим средством.

Результаты личного досмотра ФИО1 закреплены процессуально с составлением соответствующего протокола, который соответствует предъявляемым к нему требованиям, в нем содержатся сведения о лице, проводившем досмотр, о понятых, отражен ход проведения досмотра.

Утверждение стороны защиты о проведении под видом осмотра места происшествия обыска основано на неверном толковании действующего уголовно-процессуального законодательства. Согласно ч. 2 ст. 176 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела. Осмотр места происшествия – квартиры по адресу: <адрес> проводился при наличии оснований, предусмотренных ст. 176 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, после задержания ФИО1 по подозрению в совершении преступления, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, в целях обнаружения следов преступления, а также для выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Разрешение на проведение осмотра указанной квартиры получено от ФИО1 в соответствии с ч. 5 ст. 177 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, осмотр проводился с участием двух понятых и самого ФИО1 По окончании осмотра от участвующих лиц каких-либо заявлений и замечаний не поступило, все участвующие лица расписались в протоколе. Нарушений при изъятии полимерных пакетов «зип-лок», магнитов, электронных весов, а также сотового телефона допущено не было. В последующем указанные предметы были осмотрены и признаны вещественными доказательствами по делу.

Ходатайства стороны защиты о признании доказательств недопустимыми были рассмотрены судом первой инстанции, мотивированное решение суда по данным ходатайствам изложено в приговоре, сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Оглашенные по ходатайству стороны обвинения показания свидетеля С. не приведены в приговоре, поскольку суд посчитал, что иных исследованных доказательств достаточно для вынесения приговора в отношении ФИО1

Исходя из содеянного, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. Оснований для иной квалификации действий осужденного или его оправдания судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции о переквалификации действий осужденного с покушения на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный организованной группой, на покушение на незаконный сбыт наркотического средства, совершенный группой лиц по предварительному сговору, является верным, соответствует положениям ст. 35 Уголовного кодекса Российской Федерации. Мотивы принятого решения судом изложены в приговоре, с ними соглашается судебная коллегия. При этом суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что преступление совершено ФИО1 в группе лиц по предварительному сговору с неустановленным лицом.

В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года № 1002 количество наркотического средства мефедрона (4-метилметкатинона) массой 994,9 г относится к особо крупному размеру, что подтверждает наличие квалифицирующего признака преступления.

Указания в приговоре на листе 17 о том, что нашел свое подтверждение квалифицирующий признак совершения <...> незаконного сбыта наркотических средств в крупном и особо крупном размере, а также на листе 16 приговора погрешности весов 0,5 г являются явными техническими описками, которые не влияют на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Вид и размер назначенного ФИО1 наказания соответствуют тяжести и степени общественной опасности содеянного, данным о личности виновного, определены в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом смягчающих наказание обстоятельств, являются справедливыми.

Вместе с тем, обвинительный приговор в отношении ФИО1 подлежит отмене с прекращением производства по делу, поскольку в соответствии со ст. 389.21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, рассматривая дело в апелляционном порядке, суд отменяет обвинительный приговор и прекращает уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего, является основанием для прекращения уголовного дела.

Согласно актовой записи о смерти от 30 сентября 2025 года и копии свидетельства о смерти ФИО1 умер 24 декабря 2024 года в <...>.

Супруга ФИО1 – К. в своем письменном заявлении выразила согласие на прекращение уголовного дела в отношении ФИО1 в связи со смертью, его реабилитации не требовала. Иных оснований для реабилитации ФИО1 материалы уголовного дела не содержат.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает необходимым приговор в отношении ФИО1 отменить, а уголовное дело в отношении него прекратить в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с его смертью.

Судьба вещественных доказательств судом разрешена в соответствии со ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 8 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.21, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 28октября 2024 года в отношении ФИО1 отменить, производство по уголовному делу в отношении него прекратить на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи со смертью.

Вещественные доказательства:

- вещество, содержащее наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), массой 994,7 г, находящееся в камере хранения наркотических средств УМВД России по г. Екатеринбургу, - передать органу предварительного расследования, в производстве которого находится выделенное уголовное дело № 12401650094000083;

- электронные весы, коробку с пакетами с застежкой «зип-лок» в количестве 1000 штук, коробку с магнитами в количестве 1180 штук, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по г.Екатеринбургу, - уничтожить;

- сотовые телефоны «Blackview BV5500 Plus» IMEI1: <№>, IMEI2: <№>, «Alcatel 5033D», IMEI1: <№>, IMEI2: <№>, - конфисковать и обратить в собственность государства.

Апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ЛатыповойА.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в силу с момента оглашения, может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, расположенного в г.Челябинске, в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

Председательствующий С.В. Шестаков

Судьи: Т.В. Серебрякова

М.Ю. Леонтьева