Апелляционное определение № 33-1733/2026 от 13 апреля 2026 г.

УИД 69RS0036-01-2025-007004-42 судья Боброва Т.И.

Дело № 2-2777/2025 (№ 33-1733/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 апреля 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда

в составе председательствующего судьи Цветкова В.В.,

судей Беляк А.С., Коровиной Е.В.

при секретаре судебного заседания Сундатовой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Беляк А.С.

дело по апелляционной жалобе Министерства внутренних дел Российской Федерации, Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Тверской области

на решение Заволжского районного суда города Твери от 22 декабря 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 450000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении иска ФИО1 в большем размере отказать».

Судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

Требование мотивировано тем, что приговором Калининского районного суда Тверской области от 19 июля 2022 года ФИО1 оправдан в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Приговор оставлен в силе судами апелляционной и кассационной инстанций.

На стадии расследования в отношении истца органами предварительного расследования избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, чем было ограничено конституционное право на свободу передвижения и выбор места жительства.

Вследствие уголовного преследования и применения мер уголовного принуждения истец был лишен привычного образа жизни, утратил возможность реализовать свои конституционные права, включая право на свободу и личную неприкосновенность, право на защиту чести и доброго имени. Также в рамках расследования и в дальнейшем в ходе рассмотрения уголовного дела в суде в качестве свидетелей допрошены коллеги и контрагенты истца, что повлекло причинение вреда его деловой репутации, которая до настоящего времени не восстановлена.

У истца на иждивении находилось трое несовершеннолетних детей, супруга, а также родители пенсионного возраста, которым он оказывает материальную и физическую помощь. Ответственность за судьбу своих детей, которым судимость отца ограничивала бы возможность трудоустройства, причиняло моральные страдания. Кроме того, истец длительное время ограничен в возможности в полной мере обеспечивать и воспитывать детей, участвовать в их жизни, а также в жизни родителей, оказывать им помощь. В период следствия и рассмотрения дела в суде здоровье истца ухудшилось, ему сделана операция.

Обстоятельства уголовного дела получили широкий общественный резонанс, обсуждались в средствах массовой информации, что причинило значительный репутационный ущерб. В период производства по уголовному делу истец испытывал нравственные страдания, обусловленные психотравмирующей ситуацией, связанной с уголовным преследованием, сопряженные с чувством тревоги, обиды, отчаяния, а также он нес социальные потери, выразившиеся в опасениях за возможность изменения о нем как о человеке и личности мнения соседей, знакомых, коллег.

На основании изложенного истец просил взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленное требование поддержали.

Представитель третьего лица УМВД России по Тверской области ФИО3 и представитель третьего лица прокуратуры Тверской области по доверенности ФИО4 в судебном заседании полагали заявленную сумму компенсации морального вреда чрезмерно завышенной, не соответствующей требованиям разумности и справедливости.

Представители ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Тверской области, представитель третьих лиц МВД России и ОМВД России «Калининский» в судебное заседание, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела.

Министерства финансов РФ и ОМВД России «Калининский» представили письменные возражения, в которых просили в удовлетворении иска отказать в связи с недоказанностью причинения истцу нравственных страданий.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе МВД России, УМВД России по Тверской области поставлен вопрос об отмене решения суда и принятии нового решения об уменьшении компенсации морального вреда.

В обоснование жалобы указано, что обстоятельства, принятые судом первой инстанции во внимание, не могут служить основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 450000 рублей, поскольку уголовное преследование ФИО1 не было связано с применением мер процессуального принуждения, предусматривающих изоляцию от общества, истец не был в полной мере лишен возможности трудиться, вести обычный образ жизни, общаться с родственниками и оказывать им помощь, состояние здоровья истца в период производства по уголовному делу не ухудшилось.

Вывод о размере подлежащей взысканию компенсации сделан судом преимущественно на основании приводимых истцом доводов о причиненных ему воздействием на взаимоотношения в семье, подрывом деловой репутации, утратой доброго имени, авторитета и уважения окружающих нравственных страданиях, не подтвержденных какими-либо доказательствами.

И.о. прокурора Заволжского района г. Твери принесены возражения на апелляционную жалобу, в которых критикуются доводы жалобы, выражается согласие с установленным судом размером компенсации, содержится просьба об оставлении решения без изменения, жалобы – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца – ФИО2 полагала решение суда законным и обоснованным, не подлежащим изменению по доводам апелляционной жалобы.

Иные участники процесса, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, не явились, причин своей неявки суду не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части. Суд апелляционной инстанции в интересах законности вправе проверить решение суда первой инстанции в полном объеме.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счёт казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как следует из материалов настоящего дела, а также поступившего из Калининского районного суда Тверской области по запросу судебной коллегии уголовного дела № 1-25/2022, ФИО1 в рамках указанного уголовного дела 20 ноября 2018 года было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, а также избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Приговором Калининского районного суда Тверской области от 03 марта 2020 года ФИО1 по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 165 УК РФ, оправдан по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава данного преступления. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке ст.ст. 133-138 УПК РФ.

На данный приговор потерпевшими АО «АтомЭнергоСбыт» и ООО «Газпром межрегионгаз Тверь» были поданы апелляционные жалобы, прокурором Калининского района Тверской области принесено апелляционное представление.

Апелляционным постановлением Тверского областного суда от 07 июля 2020 года приговор отменен, уголовное дело передано на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Приговором Калининского районного суда Тверской области от 19 июля 2022 года ФИО1 по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, оправдан по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава данного преступления. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменена. Постановлено признать за ФИО1 право на реабилитацию в порядке ст.ст. 133-138 УПК РФ.

Старшим помощником прокурора Калининского района Тверской области принесено апелляционное представление.

Апелляционным определением Тверского областного суда от 19 октября 2022 года приговор от 19 июля 2022 года оставлен без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Заместителем прокурора Тверской области принесено кассационное представление.

Кассационным постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 30 марта 2023 года вышеуказанные приговор и апелляционное постановление оставлены без изменения, кассационное представление – без удовлетворения.

В силу ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце первом пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

Поскольку уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления и за ним признано право на реабилитацию, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

На основании п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В пункте 42 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием судам надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с учетом всех перечисленных истцом обстоятельств заявленная им сумма компенсации в размере 1000000 рублей является завышенной, и признал разумной и справедливой компенсацию морального вреда в размере 450000 рублей.

Судебная коллегия не может согласиться установленным судом размером компенсации, полагая его завышенным, не соответствующим степени испытанных истцом нравственных страданий, связанных с уголовным преследованием.

Так, доводы истца о том, что в результате незаконного уголовного преследования его состояние здоровья ухудшилось, не нашли своего подтверждения. Причинно-следственная связь между уголовным преследованием и имеющимся у истца с декабря 2017 года заболеванием в виде поражения межпозвоночных дисков поясничного и других отделов не установлена.

Также суду не были представлены доказательства наличия у истца трудностей в получении лицензии на осуществление деятельности по управлению многоквартирными домами во время производства по уголовному делу.

Кроме того, суд учел, что вид примененной в отношении истца меры пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении и ее характер не были связаны с изоляцией от общества в жилом помещении либо в специализированном учреждении. Истец не был лишен возможности проживать по месту жительства, трудиться, зарабатывать, общаться с близкими родственниками, хотя и не обладал на протяжении длительного периода времени той свободой передвижения и действий, которой мог бы обладать без применения к нему мер пресечения. В то же время истцом не представлено доказательств обращения к следователю с ходатайством о разрешении поездки и отказе в удовлетворении данного ходатайства.

Обосновывая столь значительную сумму компенсации, суд указал, что принимает во внимание индивидуальные особенности ФИО1, психологический дискомфорт, вызванный нравственными переживаниями по причине подрыва деловой репутации, утраты доброго имени, авторитета и уважения окружающих, воздействия на взаимоотношения в семье, а также то обстоятельство, что незаконное уголовное преследование в течение длительного периода времени явилось психотравмирующим фактором.

В то же время суд в противоречие самому себе пришел к выводу о недоказанности доводов истца о том, что обстоятельства уголовного дела получили широкий общественный резонанс, обсуждались в сети Интернет, признал недоказанным факт изменения отношения к истцу и его семье со стороны родственников, коллег, жителей поселка вследствие уголовного преследования и несение в этой связи нравственных страданий, а также отметил отсутствие доказательств, подтверждающих, что в результате расследования уголовного дела истцу причинены существенные нравственные и физически страдания, принесшие непоправимые последствия.

Принятые судом первой инстанции во внимание данные о личности истца, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, наличие у него на иждивении троих несовершеннолетних детей, испытываемый истцом психологический дискомфорт, в отсутствие доказательств причинения существенных нравственных и физических страданий, по мнению суда апелляционной инстанции, не позволяют признать компенсацию морального вреда в установленном судом первой инстанции размере – 450000 рублей разумной и справедливой, в связи с чем решение суда подлежит изменению со снижением взыскиваемой в пользу истца компенсации.

При определении размера компенсации судебная коллегия учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости предполагает обеспечение судом баланса частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Оценивая степень испытанных истцом нравственных страданий, связанных с уголовным преследованием, судебная коллегия принимает во внимание, что меры пресечения, связанные с лишением свободы, к истцу не применялись, а избранная в отношении него подписка о невыезде и надлежащем поведении представляет собой достаточно мягкую меру пресечения, не влекущую изоляцию от общества.

На протяжении всего времени в период уголовного преследования истец не был существенно ограничен в свободе передвижения и ведении привычного для него образа жизни, в том числе общения с семьей.

Возможность его выезда за пределы места жительства не исключалась. При этом доказательств обращения истца с заявлениями о предоставлении права на выезд, в удовлетворении которых было отказано, не представлено.

Факт необратимых тяжелых последствий, наступивших вследствие отобрания подписки о невыезде и надлежащем поведении, своего подтверждения не нашел.

Кроме того, оправдание ФИО1 по уголовному делу не исключало формирование положительного общественного мнения относительно сложившейся ситуации.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу истца, подлежит снижению до 70 000 рублей, что соответствует степени и характеру нравственных страданий истца, его индивидуальным особенностям, иным заслуживающим внимания обстоятельствам, имеющим значение при определении размера компенсации, а также установленным законом критериям разумности и справедливости.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Заволжского районного суда города Твери от 22 декабря 2025 года изменить, снизив размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, с 450000 рублей до 70000 рублей.

В остальное части решение Заволжского районного суда города Твери от 22 декабря 2025 года отставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства внутренних дел Российской Федерации, Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Тверской области - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 28 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи