Апелляционное определение № 22-420/2026 от 16 марта 2026 г.

Судья Дроздова Д.О. Дело №22-420/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Канафина М.М.,

судей Бикмухаметовой Е.С., Ашрафзянова Р.Ш.,

при секретаре судебного заседания Макарихиной А.С.,

с участием прокурора Захаровой А.Ф.,

осужденного ФИО7 с применением систем видеоконференц-связи,

адвоката Шишкова А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшей ФИО1., адвоката Шишкова А.В. в защиту осужденного ФИО7 на приговор Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 19 ноября 2025 года в отношении ФИО7.

Заслушав доклад судьи Канафина М.М., изложившего обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб и возражения на них, выступления осужденного ФИО7 и адвоката Шишкова А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Захаровой А.Ф., полагавшей приговор подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором Зеленодольского городского суда от 19 ноября 2025 года

ФИО7, <данные изъяты>, несудимый,

осужден по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу.

ФИО7 взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом времени содержания под стражей с 19 ноября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

ФИО7 признан виновным в умышленном причинении ФИО1 тяжкого вреда здоровью, опасного для её жизни, с применением предмета, использованного в качестве оружия, из личной неприязни, вызванной противоправным поведением ФИО1., которая нанесла ФИО7 удар кухонным ножом в область левого плеча.

Так, ФИО7 умышленно нанес потерпевшей ФИО1 два удара ножом в область грудной клетки сзади, причинив потерпевшей физическую боль и моральные страдания, а также телесные повреждения в виде проникающих колото-резаных ранений задней поверхности грудной клетки слева (2): в проекции 5 межреберья по лопаточной линии, в проекции 6 межреберья по задне-подмышечной линии, осложнившиеся левосторонним гемотораксом (кровь в левой плевральной полости), причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Преступление совершено 14 февраля 2025 года <адрес> при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО7 вину признал частично.

В апелляционной жалобе потерпевшая ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, просит его пересмотреть, учесть обстановку места совершения преступления. Считает, что следователь, описывая события совершения преступления, исказил картину произошедшего, поскольку он не был на месте совершения преступления для уточнения места расположения участников на момент нанесения ударов, что он неверно указал расстояние от окна до дивана, которое составляет примерно полтора метра, и что по версии следствия она преодолела данное расстояние будучи тяжело раненой. Просит учесть, что ФИО7 после того как она нанесла ему удар ножом, вырвал у нее нож, встал со стула и тут же нанес ей 2 удара в тот момент, когда она проходила мимо него и сделала 2 шага вперед, то есть удары последовали сразу же за ее ударом. Считает, что эта была непроизвольная реакция на неожиданно нанесенный ею удар, что ФИО7 нанес удары, не осознавая их последствия. Полагает, что ФИО7 не хотел причинять тяжкий вред ее здоровью. Отмечает, что они около четырех лет проживают совместно, что конфликты носили бытовой характер, что они имеют отдельную жилую площадь, общих сбережений не имеют и материально не зависят друг от друга. Обращает внимание, что ФИО7, осознав произошедшее, как бы не мог поверить, что почти убил потерпевшую, это было для него нереально и он «на ходу» сочинил легенду о нападении каких-то хулиганов и был в потерянном состоянии.

В апелляционной жалобе адвокат Шишков А.В. в защиту осужденного, не согласившись с приговором суда, просит его отменить и вынести оправдательный приговор. Указывает, что осмотр места происшествия был проведен без согласия лица в нем проживающего, что в протоколе осмотра места происшествия неверно отражено расположение дивана, на середине которого оказалась потерпевшая после нанесенных ей ударов, а также не указано место, в котором была обнаружена потерпевшая на момент прибытия сотрудников полиции и скорой помощи. Указывает, что согласно обвинительному заключению, ФИО7 забрал у ФИО1 нож, а последняя, не сопротивляясь, отдала его, отошла к окну, повернулась спиной к ФИО7 и не представляла опасности для него. По версии следствия у ФИО7 в это время возник умысел на умышленное убийство, что после ударов ножом ФИО1 упала на рядом находившийся диван. Просит учесть, что расстояние от окна до середины дивана составляет около двух метров, что следователь не выезжал на место совершения преступления, не выяснил разрыв во времени между ударом потерпевшей и ударами его подзащитного, а также каким образом потерпевшая при падении оказалась на середине дивана и куда упал стакан, что был в руках потерпевшей. Указывает, что осмотр места происшествия был произведен со свидетельницей ФИО2, которая не является родственницей его подзащитного. Считает, что осмотр необходимо было проводить непосредственно с подозреваемым, который на тот момент находился в УВД города Зеленодольск и препятствий в его доставке к месту жительства не имелось. Защитник приводит собственный анализ показаний ФИО7 и ФИО1 и полагает, что его подзащитный действовал в состоянии необходимой обороны. Отмечает, что ФИО7 с потерпевшей длительное время знают друг друга, между ними регулярно возникали словесные скандалы, в связи с чем они расходились и проживали каждый в своей жилой площади. Обращает внимание, что ФИО7 в момент нанесения ему удара потерпевшей сидел к ней спиной, что удар был неожиданным и внезапным, что реакция ФИО7 на этот удар была мгновенной. Полагает, что при нанесении ударов потерпевшей его подзащитный находился в состоянии аффекта либо близко к такому состоянию, и не мог контролировать свои действия, и не мог представить последствия, что он действовал машинально, о чем свидетельствует ощущение ФИО7 холода во всем теле после удара ножом, его последующая отрешенность и не понимание происходящего.

5 февраля 2026 года в Верховный суд Республики Татарстан от адвоката Шишкова А.В. поступила дополнительная апелляционная жалоба, которая в соответствии с частью 4 статьи 389.8 УПК РФ не подлежала рассмотрению, поскольку поступила в суд апелляционной инстанции позднее чем за 5 суток до начала судебного заседания 6 февраля 2026 года, в связи с чем дополнительная апелляционная жалоба возвращена адвокату Шишкову А.В.

В возражении на апелляционную жалобу адвоката Шишкова А.В. осужденный ФИО7 фактически поддержал доводы защитника и указал, что в ходе предварительного следствия обвинение заключалось в квалификации его действий по части 3 статьи 30, части 1 статьи 105 УК РФ и полагает, что в связи с этим все обстоятельства совершенного преступления строились под эту ошибочную версию. Просит учесть, что следователь не был на месте происшествия, что лишило его возможности объективно представить картину произошедшего. Считает, что после получения ножевых ударов потерпевшая, находясь возле окна, должна была упасть на пол возле окна, а не на диван, который расположен на расстоянии не менее 1 метра от этого окна. Полагает, что необходимо было допросить лиц, которые выезжали на место происшествия, а именно сотрудников полиции и врача скорой помощи, осмотревшего потерпевшую на месте события. Также обращает внимание на двоякость указаний в обвинительном заключении о том, что он отобрал нож у потерпевшей, и что потерпевшая добровольно отдала этот нож ФИО7 Отмечает, что он нанес удары машинально, не осознавая последствия своих действий, что эти удары были нанесены мгновенно, как реакция на удар потерпевшей. Указывает, что после нанесения ему ножевого удара, он поднялся со стула и сделал только шаг в сторону потерпевшей. Полагает, что в его неконтролируемой реакции сказались опасения дальнейших агрессивных действий со стороны ФИО1., поскольку на подоконнике мог лежать второй нож.

В возражении на апелляционные обращения старший помощник Зеленодольского городского прокурора Александров А.П. считает приговор суда законным и обоснованным, соответствующим принципам справедливости. Просит оставить его без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия считает приговор подлежащим изменению.

Вывод суда о виновности осужденного ФИО7 в содеянном основан на имеющихся в материалах уголовного дела доказательствах, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании.

Фактические обстоятельства преступления установлены правильно.

Осужденный ФИО8 пояснял, что 14 февраля 2025 года они с ФИО1. употребляли спиртные напитки. После 16 часов он сидел за столом, ФИО1 на бытовой почве начала конфликт, и они ругались. ФИО1 подошла сзади и ударила его в область плеча с левой стороны. Он ощутил холод в теле. Нож у ФИО1 находился в правой руке, в левой руке находился стакан. Когда он понял, что ФИО1 ударила его ножом, то выхватил у нее нож. ФИО1 пошла в сторону окна, находилась к нему спиной. Он догнал ФИО1 и ударил этим же ножом два раза в спину, в область лопатки. ФИО1 вскрикнула от боли и упала животом на диван. На спине у нее шла кровь. ФИО1 не подавала признаков жизни. Решив избежать ответственности и отвести от себя подозрения, он позвонил матери ФИО1 - ФИО2 и сказал ей, что на них напали хулиганы в подъезде, что ее дочь ударили ножом в спину. ФИО2 проживала в соседней комнате. Она прибежала в его комнату, увидела дочь на диване без признаков жизни. ФИО2 пощупала пульс, поняла, что дочь жива и вызвала скорую помощь. Сотрудники скорой помощи забрали ФИО1 и его в ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ». два удара в грудную клетку сзади он нанес ФИО1 ножом, изъятым в его комнате.

Кроме признательных показаний осужденного, его вина подтверждается совокупностью других приведенных в приговоре доказательств.

Потерпевшая ФИО1 показала, что она с ФИО7 периодически проживает в его квартире. С утра 14 февраля 2025 год они с ФИО7 употребляли алкогольные напитки. Ближе к 16 часам у них произошел конфликт по ее инициативе. Она не со всей силы ударила ФИО7 ножом в область левого плеча, хотела сделать ему больно. ФИО7 сидел за кухонным столом к ней спиной. ФИО7 отобрал у нее нож. Потерпевшая взяла стакан, подошла к окну, стала наливать себе компот. ФИО1 стояла спиной к ФИО9 Она ощутила резкую боль в грудной клетке сзади, вскрикнула, упала и потеряла сознание. Очнулась в больнице, где ей сообщили, что ее ударили два раза ножом в спину, что ее прооперировали.

Свидетель ФИО2 пояснила, что 14 февраля 2025 года примерно в 17 часов на ее мобильный телефон позвонил ФИО7 и сообщил, что на него и ее дочь напали хулиганы, которые нанесли дочери удар ножом в спину, что они с дочерью находятся в его комнате 429. Она прибежала в комнату 429, где увидела, что на диване на животе возле окна лежит ее дочь. Признаков жизни ФИО1 не подавала, но пульс у нее был. Свидетель сразу же позвонила в скорую помощь с мобильного телефона ФИО7 и сообщила о случившемся. ФИО7 сидел на стуле возле стола, ничего пояснить не мог, так как находился в сильном алкогольном опьянении. На его спине она увидела резаную рану в области левого плеча ФИО7 показал нож, и пояснил, что им хулиганы ударили сначала его в область левого плеча, а потом ее дочь. Через некоторое время прибыла бригада скорой помощи и забрали дочь в «Зеленодольскую ЦРБ» вместе с ФИО7 вместе с сотрудниками скорой помощи прибыли сотрудники полиции. Врачи спасли жизнь потерпевшей, ранения у нее были глубокие, в сознание она пришла только на следующие сутки. Позже свидетель узнала от дочери, что она на почве ревности не сильно ударила ФИО7 ножом в область левого плеча, что через некоторое время, когда ФИО1 отошла к окну, ФИО7 напал на нее сзади и ударил два раза ножом в спину.

Из показаний свидетеля ФИО3 (врача-хирурга ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ») следует, что примерно в 18 часов 10 минут14 февраля 2025 года бригадой ССМП в ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» доставлена с колото-резаными ранами по задней поверхности грудной клетки слева ФИО1., которая находилась в тяжелом состоянии. ФИО1 была экстренно взята на операцию. У нее было два проникающих колотых ранения грудной клетки сзади слева, в левой лопаточной области в 5 межреберье 2 на 0,5 см, в 6 межреберье по задне-подмышечной линии 1,7 на 0,5 см с острыми ровными краями.

Свидетель ФИО4 (старший врач ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» ССМП) пояснил, что 14 февраля 2025 года находился на суточном дежурстве в качестве врача бригады скорой медицинской помощи. В 16 часов 59 минут на станцию поступил вызов с поводом: «ножевое ранение». В 17 часов 09 минут они с медицинским братом ФИО5 в составе бригады прибыли по адресу: <адрес>. В квартире обнаружили ФИО1., лежащую на диване лицом вниз. Также в квартире находилась ФИО2 и ФИО7, у которого имелось ранение в левой области плеча. Был произведен осмотр ФИО1, установлено, что на задней поверхности грудной клетки имеются два колото-резанных ранения. Ножевые ранения были свежими и по времени нанесения травмы образовались не более суток. ФИО1 была госпитализирована в хирургическое отделение №1 ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ».

Вина ФИО7 в совершении преступления также подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.

Как следует из карточки вызова скорой медицинской помощи № 1991, составлена карточка 14 февраля 2025 года в 16 часов 59 минут, вызов поступил 14 февраля 2025 года в 16 часов 56 минут, пострадавшая ФИО1, сообщила мать ФИО2 «ударил ножом в спину, возможно сожитель».

Из протокола осмотра места происшествия, видно, что при осмотре <адрес> были обнаружены и изъяты нож со следами бурого цвета на лезвии, футболка с пятнами бурого цвета, на постельном белье на диване обнаружены пятна бурого цвета Описанное в протоколе место совершения преступления проиллюстрировано фототаблицей.

Согласно заключению эксперта №140 от 20 марта 2025 года, у ФИО1 имеются следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаные ранения задней поверхности грудной клетки слева (2): в проекции 5 межреберья по лопаточной линии, в проекции 6 межреберья по задне-подмышечной линии, осложнившиеся левосторонним гемотораксом (кровь в левой плевральной полости), которые, каждый в отдельности и в совокупности, согласно пункта 6.1.9 приказа Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; давность образования повреждений может соответствовать сроку, в пределах одних суток на момент проведения операции (14 февраля 2025 года); образовались от действия колюще-режущего предмета.

Допрошенная в судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО10 подтвердила, что телесные повреждения у потерпевшей, указанные в заключении судебно-медицинской экспертизы №140 от 20 марта 2025 года, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни также и в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08 апреля 2025 года №172н «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

Все положенные в основу приговора доказательства соответствуют положениям статьи 74 УПК РФ и собраны с соблюдением требований статьи 86 УПК РФ.

Приведенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ непосредственно исследовал в судебном заседании, проверил, сопоставив их между собой, и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для постановления обвинительного приговора.

Показания осужденного, потерпевшей и свидетелей, ранее данные в ходе предварительного следствия, оглашены в судебном заседании с соблюдением положений статей 276 и 281 УПК РФ. Данные показания являются допустимыми доказательствами, поскольку получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Допрошенный в судебном заседании заместитель начальника СО ОМВД России по Зеленодольскому району ФИО6 пояснил, что ФИО1 и ФИО7 допрашивали, ознакамливали с протоколами допросов, они ставили в них свои подписи. Допрос подозреваемого проводили с участием защитника. Каких-либо жалоб, ходатайств от потерпевшей, подозреваемого и защитника не поступало.

В каждом следственном действии, производимом с ФИО7 принимал участие защитник

Показания допрошенных судом потерпевшей и свидетелей противоречий, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности виновности осужденного или на квалификацию его действий, не содержат, сомнений не вызывают, согласуются между собой, подтверждаются заключением эксперта и материалами уголовного дела.

Оснований не доверять показаниям свидетелей и потерпевшей у судебной коллегии не имеется, поскольку никто из них ранее с осужденным конфликтных отношений не имел, причин для его оговора, в том числе в силу заинтересованности или давления с чьей-либо стороны судами первой и апелляционной инстанции не установлено.

При оценке доказательств суд привел убедительные мотивы и основания, по которым признал доказательства, подтверждающие обвинение, достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения судом не установлено.

Выводы эксперта не вызывают сомнений у судебной коллегии в своей полноте и обоснованности, экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона компетентным лицом, выводы эксперта ясные, не допускают двусмысленного толкования, сделаны в пределах компетенции.

Вопреки доводам жалоб защитника и потерпевшей, судом проверены в полном объеме все версии и доводы, приводимые в защиту осужденного, в том числе о получении потерпевшей телесных повреждений при других обстоятельствах, которые обоснованно отвергнуты как не нашедшие объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства с приведением в приговоре мотивов их несостоятельности.

Доводы жалоб о том, что следователь ФИО11 на место происшествия по данному уголовному делу не выезжал, в связи с чем не мог правильно установить обстоятельства дела, являются надуманными.

Следователь ФИО11 был допрошен в качестве свидетеля в ходе судебного заседания, ответил на вопросы сторон и пояснил, что уголовное дело поступило из отдела полиции, осмотр места совершения преступления проводили сотрудники полиции, протокол осмотра места происшествия сомнений у него не вызвал.

Вопреки доводам стороны защиты протокол осмотра места происшествия является допустимым доказательством, а сам осмотр места происшествия произведен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Обеспечить участие ФИО7 в осмотре места происшествия следователем было невозможно по объективным обстоятельствам, поскольку к 18 часам 06 минутам 14 февраля 2025 года ФИО7 был доставлен с жалобами на боль в области левого плеча в ГАУЗ «Зеленодольская ЦРБ» (л.д.119-122).

В данном случае в связи с обнаружением в квартире двух потерпевших с колото-резаными ранами осмотр места происшествия носил безотлагательный характер.

Осмотр произведен следователем СО ОМВД России по Зеленодольскому району ФИО12 на основании поручения (л.д.19) 14 февраля 2025 года в период с 17 часов 30 минут до 18 часов 40 минут с участием специалиста, с применением средств фотофиксации. В осмотре также принимала участие ФИО2., которая в судебном заседании пояснила, что у нее от квартиры ФИО7 имеются ключи, которые ей дал сам осужденный, что в тот день она открывала дверь его квартиры этими ключами.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты о незаконности осмотра квартиры является несостоятельным.

Довод апелляционной жалобы о неправильном указании места расположения дивана в протоколе осмотра места происшествия противоречит содержанию данного процессуального документа и фототаблице. Так, в протоколе осмотра места происшествия указано о расположении дивана справа от входа, что соответствует примененной следователем методике осмотра помещения с привязкой объектов к входу квартиру, о чем и указано в протоколе. Изложенное следователем подтверждается фототаблицей: иллюстрациями №3, подписанной «вход в квартиру 429», и №4, подписанной «общий вид со входа в квартиру».

Согласно представленной адвокатом выписке из ЕГРН, <адрес> состоит из 1 комнаты, площадью 17,7 кв.м. Наличие внутри квартиры перегородки не является основанием для того, чтобы орган следствия или суд рассматривали данную квартиру как многокомнатное помещение и при производстве процессуальных действий исходили из названия и назначения этого помещения, используемого осужденным и потерпевшей.

Представленная осужденным ФИО7 суду апелляционной инстанции схема места происшествия не противоречит содержанию протокола осмотра места происшествия и другим установленным судом обстоятельствам преступления, изложенным в приговоре.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевшая после ударов ножом не могла дойти до дивана от окна, не влияют на правильность установленных судом обстоятельств преступления. Место нахождения раненной потерпевшей ФИО1 указано ее матерью – свидетелем ФИО2 На это же место нахождения потерпевшей – диван указал свидетель ФИО4

Об отсутствии на поверхности дивана следов, похожих на кровь, указала свидетель ФИО2, которая обратила внимание на свежезастеленное белье и чистоту в квартире, на то, что кровь на футболке у дочери уже засохла и предположила, что прошло не менее часа с ее ранения.

В то же время в протоколе осмотра места происшествия, начатом примерно через 40 минут после обнаружения свидетелем своей дочери, указано об обнаружении на постельном белье на диване пятен бурого цвета.

Вопреки доводам стороны защиты о том, что ФИО7 напал на ФИО1 сзади, когда отошла к окну, и ударил два раза ножом в спину сообщила свидетель ФИО2., которая указала, что узнала об этом от дочери.

В судебном заседании потерпевшая ФИО1 показала, что после того как ФИО7 выхватил у нее нож, она пошла к окну и упала на диван, до окна не дошла.

На предварительном следствии потерпевшая ФИО1 показала, что у окна наливала компот, когда почувствовала резкую боль в грудной клетке сзади, вскрикнула и упала на находившийся рядом диван.

После оглашения в судебном заседании ранее данных показаний ФИО1 в указанной части показания не оспаривала.

Как следует из материалов уголовного дела, предварительное расследование и судебное следствие проведены с достаточной полнотой и соблюдением уголовно-процессуального закона. Право на защиту ФИО7 реально обеспечено органом предварительного следствия, а также в стадии судебного разбирательства.

Нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании судебной коллегией не установлено. Каких-либо данных, указывающих на обвинительный уклон в действиях суда, необъективность процедуры судебного разбирательства, в материалах уголовного дела не содержится. Сторонам были созданы необходимые условия для исполнения возложенных на них обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в соответствии с требованиями статьи 271 УПК РФ, с приведением мотивов принятых судом решений.

При исследовании и оценке доказательств судом первой инстанции не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств.

По своей сути изложенные в жалобах доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено статьей 17 УПК РФ. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты и потерпевшей, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанций требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Никаких новых оснований, которые не являлись предметом проверки суда первой инстанций, но могли бы повлечь исключение доказательств, как полученных с нарушением требований закона, в апелляционных жалобах защитника и потерпевшей не приведены, суду апелляционной инстанции стороной защиты не сообщены.

Приговор не содержит предположений либо неоднозначных суждений в части оценки доказательств, либо правовой квалификации действий осужденного, основан на доказательствах, полученных в точном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

На основе анализа исследованных доказательств, исходя из характера и способа совершения преступления (нанесение двух сильных ударов ножом), локализации телесных повреждений у ФИО1 на задней поверхности грудной клетки слева, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что осужденный ФИО7, нанося удары ножом потерпевшей ФИО1 со стороны спины - в область грудной клетки, не мог не осознавать, что своими действиями может причинить ей тяжкий вред здоровью, предвидел эти последствия и сознательно допускал их, то есть действовал умышленно.

При установленных обстоятельствах действия ФИО7 судом первой инстанции обоснованно квалифицированы по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Оснований для иной квалификации действий осужденного у судебной коллегии не имеется.

Доводы стороны защиты о неправильной квалификации действий ФИО7, о наличии признаков необходимой обороны либо состояния аффекта являются несостоятельными по вышеприведенным основаниям.

Кроме того, в судебном заседании сам ФИО7 пояснил, что с утра 14 февраля 2025 года распивал спиртное, находился в состоянии опьянения из-за чего и произошел конфликт.

В свою очередь, свидетель ФИО2 сообщила, что ФИО7 сообщил ей по телефону о причинении дочери ножевых ранений хулиганами, но увидев его и дочь в квартире она поняла, что он обманывает и не поверила ему.

ФИО7 пояснял, что такое объяснение матери потерпевшей он дал, чтобы избежать уголовной ответственности, а также, что удары наносил наотмашь.

Кроме того, как правильно указал в приговоре суд, после того, как осужденный отобрал нож у ФИО1 ему ничего не угрожало, однако, он нанес потерпевшей 2 удара ножом в спину.

Таким образом суд правильно установил, что преступление ФИО7 совершено умышленно.

Исходя из всех установленных обстоятельств, суд обоснованно признал ФИО7 вменяемым и назначил ему наказание.

Согласно статье 389.18 УПК РФ, не соответствующим тяжести преступления и личности осужденного признается такое наказание, которое по своему размеру является несправедливым как вследствие мягкости, так и суровости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы при назначении вида и размера наказания судом первой инстанции в полной мере учтены требования уголовного закона, в том числе требования статей 6, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, состояние здоровья и состояние здоровья его близких родственников, обстоятельства, смягчающие наказание.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признал все установленные обстоятельства: наличие малолетних детей, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправность поведения потерпевшей, явившаяся поводом для преступления, оказание иной помощи потерпевшей, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья ФИО7 и его близких родственников, оказание помощи родителям, их престарелый возраст.

Оснований полагать о формальном учете судом смягчающих наказание обстоятельств у судебной коллегии не имеется.

Размер наказания определен в соответствии с требованиями части 1 статьи 62 УК РФ.

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных статьей 61 УК РФ, а также обстоятельств, являющихся основанием для применения положений части 6 статьи 15 УК РФ, судебная коллегия не находит.

Вывод суда о необходимости назначения ФИО7 наказания в виде реального лишения свободы в приговоре мотивирован.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований считать назначенное осужденному наказание несправедливым и чрезмерно суровым у судебной коллегии не имеется.

Предусмотренных законом оснований для снижения или смягчения назначенного наказания, применения положений статьи 73 УК РФ.

Вид исправительного учреждения определен судом в соответствии с требованиями пункта «б» части 1 статьи 58 УК РФ.

Судом первой инстанции нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО7 в соответствии со статьями 91-92 УПК РФ был задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 УК РФ, 15 февраля 2025 года в 01 час 50 минут.

16 февраля 2025 года на основании постановления следователя подозреваемый ФИО7 освобожден из-под стражи и ему была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного, в соответствии с со статьей 72 УК РФ судебная коллегия полагает необходимым зачесть в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время задержания ФИО7 с 15 по 16 февраля 2025 года.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 19 ноября 2025 года в отношении ФИО7 изменить.

Зачесть в срок лишения свободы время задержания ФИО7 в период с 15 по 16 февраля 2025 года из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в соответствии с пунктом «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы потерпевшей ФИО1 и адвоката Шишкова А.В. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в городе Самаре через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу (представление).

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: