Приговор № 1-11/2017 1-11/2017~МУ-2/2017 МУ-2/2017 от 22 марта 2017 г. по делу № 1-11/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 марта 2017 года г. Чита

Черемховский гарнизонный военный суд в открытом судебном заседании, в помещении Читинского гарнизонного военного суда, в составе:

председательствующего - Прошутинского С.В.,

при секретаре - Ждановой А.А.,

с участием частного обвинителя - ФИО16.,

представителя потерпевшего - адвоката Миронова А.Е., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер адвокатского кабинета от ДД.ММ.ГГГГ №,

защитника - адвоката Микулича А.С., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ, и ордер Коллегии адвокатов <адрес> «Территория защиты» от ДД.ММ.ГГГГ. №,

подсудимого ФИО1,

рассмотрев уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина РФ, с высшим профессиональным образованием, не имеющего судимости, состоящего в браке, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, проходящего военную службу по контракту с ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, проживающего по адресу: <адрес>

- обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 1281 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обвиняется ФИО17 в клевете, а именно, в том, что он, пытаясь обелить себя в глазах окружающих, дважды распространил заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство другого лица или подрывающие его репутацию, то есть, в двух преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 1281 УК РФ. совершенных, по мнению частного обвинителя, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 10 часов 20 минут до 12 часов 40 минут, в помещении Читинского гарнизонного военного суда, ФИО1, в ходе допроса в качестве потерпевшего по уголовному делу в отношении Свидетель №3, осуждённого за преступление, предусмотренное ч,1 ст. 336 УК РФ. сообщил суду и другим участникам процесса, что причиной нанесения ему оскорбления подсудимым послужила его неадекватная реакция на информацию должностного лица о проведении доследственной проверки по факту применения насилия ФИО1 к несовершеннолетнему Свидетель №2 При этом ФИО1 выразил сомнение в том, что Свидетель №3 мог быть свидетелем избиения ребёнка. Далее, отвечая на вопросы прокурора, ФИО1 рассказал, как ДД.ММ.ГГГГ он сделал Свидетель №2 замечание за курение в подъезде и за разбитый цветочный горшок, который в ответ нахамил ему. После этого он отвёл его к родителям, а те положили сына в больницу, якобы с сотрясением головного мозга. Заявив, что не бил ребёнка, ФИО1 указал на наличие у Свидетель №2 установленной экспертизой старой травмы. Он же сообщил участникам процесса, что видел как Свидетель №3 говорил окружающим обратное. В судебном заседании, проходившем ДД.ММ.ГГГГ, где он, ФИО1, обвинялся в преступлении, предусмотренном ч,1 ст. 115 УК РФ он был вынужден примириться с частным обвинителем (Свидетель №1,).

Помимо этого, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, в представленных в 3-й окружной

военный суд возражениях на апелляционные жалобы осуждённого и его защитника на

приговор Черемховского гарнизонного военного суда указал, что Свидетель №3 не пришлось

бы сравнивать его поведение с поведением животного, тем самым, нанося ему оскорбление,если бы он действительно видел процесс избиения мальчика, но он такого видеть не мог, поскольку этого просто не было. В этих же возражениях ФИО1 указал, что

Свидетель №3 сначала одобрил его действия по поводу противодействия хулиганскому

поведению Свидетель №2, и поддержал их, но после того как его родители, используя

ранее полученную сыном травму, обратились за медицинской помощью и обвинили его, ФИО1, в совершении преступления, резко изменил свою позицию по данному

вопросу. Пытаясь оказать содействие ФИО14 в привлечении его к уголовной ответственности, Свидетель №3 распространял не соответствующую действительности информацию, а также настраивал военнослужащих и гражданский персонал части против

него и наносил ему оскорбления.

В результате вышеописанных действий ФИО1, по утверждению частного обвинителя, ему и членам его семьи причинён моральный вред, что выражается в

претерпевании чувства обиды, стыда и возмущения.

В судебном заседании частный обвинитель ФИО9, поддерживая свое

заявление о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч, 1 ст. 128 УК РФ, показала, что, ознакомившись с имевшимися у Свидетель №3 копиями документов из рассмотренного в отношении него уголовного дела, узнала о том, как в судебном заседании Черемховского гарнизонного военного суда, проходившем ДД.ММ.ГГГГ, в помещении Читинского гарнизонного военного суда, ФИО1 публично отказался признавать факт применения ДД.ММ.ГГГГ физического насилия к их несовершеннолетнему сыну Свидетель №2. При этом он заявил, что диагностированное у их ребёнка сотрясение головного мозга это последствия старой травмы, которыми родители воспользовались, чтобы привлечь его к уголовной ответственности. Эта же информация содержится и в его возражениях на апелляционные жалобы осуждённого Свидетель №3 и его защитника от ДД.ММ.ГГГГ, которые были направлены в суд апелляционной инстанции. Публичное отрицание своей вины ФИО1, по её мнению, позволяет усомниться в добросовестности их намерений при осуществлении уголовного преследования данного гражданина, наличии у них корыстных мотивов, что бросает тень на репутацию всех членов семьи. Результатом указанных действий стала негативная реакция окружающих, ухудшение отношений с соседями по дому. Между тем, судебным постановлением Читинского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ вина ФИО1 в причинении их сыну лёгкого вреда здоровью была установлена. Его вина в совершении указанного преступления подтверждается и заключением судебно-медицинского эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, содержащим выводы о наличии у их сына тупой травмы головы в виде сотрясения головного мозга и кровоподтёка в затылочной части головы, а также кровоподтёков на нижней левой конечности. При этом ФИО9 пояснила, что очевидцем получения её ребёнком указанных телесных повреждений она не была, об этом ей стало известно со слов сына.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 показал, что ДД.ММ.ГГГГ, в 20-м часу, на 3 этаже <адрес>, ожидая своего знакомого, он стоял на лестничной площадке возле <адрес>. В это время из <адрес> выскочил мужчина, как в последствии ему стало известно это был ФИО1, который предъявил ему необоснованные претензии по поводу сломанного цветка в подъезде, а затем схватил его одной рукой за шею, а другой за волосы. Вырываясь из его захвата, он дёрнул головой и ударился об стену. Через некоторое время ФИО1 отпустил его и повёл к родителям, пешком на 9 этаж. Поднимаясь по лестнице, ФИО1 несколько раз подгонял его, толчками в спину, отчего он падал на пол, а один раз пнул ногой по ягодицам. Кроме того, Свидетель №2 пояснил, что уже после удара головой о стену, он и ФИО1 переместились по лестничной клетке, после чего он услышал звук открывающейся двери, однако, не видел вышедшего. Не слышал он и разговора ФИО1 с этим человеком.

Сведения об обстоятельствах, при которых Свидетель №2 получил закрытую травму головы в виде сотрясения головного мозга, по своей сути соответствующие приведённым

выше, содержатся и в его письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ, которые были исследованы в судебном заседании.

Свидетель Свидетель №1, показал, что ДД.ММ.ГГГГ, в вечернее время, находясь дома и услышав стук в дверь, он открыл её. На пороге стоял очень возбуждённый ФИО1, который буквально зашвырнул его сына в квартиру, при этом тот налетел на стоявшую в прихожей мебель. ФИО1 заявил, что его сын сломал цветок, но тот этого не подтвердил. Позже, когда ФИО1 ушёл, сыну стало плохо, у него кружилась голова, на затылке обнаружился отёк. Со слов сына ему стало известно, что ФИО1 схватил его за волосы и тот, вырываясь, ударился головой о стену. Ночью вызывали скорую, но та не приехала. Утром Свидетель №2 ушёл в школу, однако там ему снова стало плохо, после чего он был отправлен домой и в этот же день госпитализирован в краевую детскую клиническую больницу. Позже Свидетель №3, рассказал ему, что видел, как его сосед ФИО1 держал его сына одной рукой за шею, а другой за волосы. При этом Свидетель №3 сообщил, что не видел никаких ударов. По факту причинения его сыну лёгкого вреда здоровью в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело, которое впоследствии было прекращено в связи с примирением сторон. В дальнейшем, ознакомившись с имевшимися у Свидетель №3 материалами уголовного дела, он узнал, что в суде ФИО1 утверждал, что не бил их сына. В настоящее время среди их соседей ходят слухи, что уголовное дело в отношении ФИО1 они возбудили нарочно, с целью получить с него деньги, у окружающих сложилось о них негативное впечатление, в связи с чем они терпят моральное унижение, а их репутации нанесён урон.

В судебном заседании свидетель Свидетель №3 показал, что ДД.ММ.ГГГГ в подъезде <адрес> он увидел как ФИО1 держит Свидетель №2, при этом, в его присутствии, он его не бил. В тот же момент на лестничной площадке появилась жена ФИО1, которая ему объяснила, что конфликт происходит из-за поломанного цветка. ФИО1, увидев его, отпустил ребёнка, а после того как он сообщил ему, что это сын ФИО14, увёл его к родителям. После того, как судом было вынесено постановление о прекращении уголовного преследования ФИО1 за примирением сторон, у окружающих изменилось отношение к ФИО14, многие их осудили, престали с ними общаться. Позднее, ФИО14 стали свидетелями по уголовному делу по факту нанесения им оскорбления ФИО1. Знакомясь с имевшимися у него материалами уголовного дела, они узнали, что ФИО1 отрицает свою вину и восприняли это как обман, в связи с чем высказали своё возмущение.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в предъявленном обвинении не признал и показал, что никаких заведомо ложных сведений, порочащих частного обвинителя и членов его семьи он не сообщал. До сведения суда он довёл, что в действительности не бил мальчика, поэтому Свидетель №3 и не мог этого видеть. Что же касается заключения эксперта, то в нём не описаны морфологические признаки гематомы, имевшейся на голове у Свидетель №2 Согласно указанным в заключении данным из медицинской карты пострадавшего, следы гематомы на голове ребёнка исчезли через несколько дней после его поступления на стационарное лечение, при этом следы гематом на конечностях ещё сохранялись. На основании указанных данных он пришёл к выводу, что травма на голове у Свидетель №2 образовалась раньше, чем повреждения на конечностях, поэтому он и сообщил суду, что его вины в этом нет. Подсудимый также пояснил, что в средствах массовой информаций появились и были широко распространены публикации, представлявшие его участие в конфликте в негативном свете. Опасаясь, что в такой ситуации судом будет принято решение не в его пользу, из-за чего он не сможет продолжить военную службу, он посчитал возможным примирится с потерпевшим и дал согласие на прекращение, возбуждённого в отношении него уголовного дела по не реабилитирующему основанию.

Свидетель ФИО6, жена подсудимого, показала, что ДД.ММ.ГГГГ её муж, заметив как ребята, среди которых был Свидетель №2, курят в подъезде <адрес>, догнал их на 8 этаже и сделал им замечание, но те стали огрызаться. Спускаясь, муж услышал грохот, а затем обнаружил, что один из цветочных

горшков оказался разбит, а цветок сломан. Позднее, в 20-м часу этих же суток, он увидел как на лестничной площадке, где расположены их квартиры, появился Свидетель №2 со своим приятелем ФИО19, который зашёл к себе домой. Муж выскочил из квартиры, при этом в дверной глазок она наблюдала как он сначала схватил Свидетель №2 за шею, но затем отпустил. О чём те говорили она не слышала, поскольку дверь была плотно закрыта. Позже муж отвёл ребёнка к родителям. На следующий день она узнала, что у Свидетель №2 обнаружена черепно-мозговая травма.

В судебном заседании свидетель ФИО20 - заместитель командира войсковой части № - показал, что во ДД.ММ.ГГГГ он узнал о конфликте, произошедшем между ФИО1 и ФИО14. Со слов ФИО1 ему стало известно, что в ДД.ММ.ГГГГ, почуяв в подъезде запах табака, он, поднялся на 9 этаж, где обнаружил подростков, которым сделал замечание. Позже предположив, что Свидетель №2 разбил цветочный горшок, он отчитал его за это. на что тот отреагировал в грубой форме. ФИО1 отвёл подростка к родителям. В связи применением физического насилия к ребёнку в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело частного обвинения, которое было прекращено в связи с примирением сторон. Проводя разбирательство по факту применения ФИО1 физического насилия к Свидетель №2, он опрашивал Свидетель №3, пояснившего, что он не видел как били ребёнка. В личной беседе, состоявшейся после вынесения постановления Читинского гарнизонного военного суда о прекращении уголовного дела, ФИО1 объяснил ему, что пошёл на примирение с частным обвинителем, не будучи уверенным в исходе дела и не видя иного способа избежать ещё больших неприятностей, связанных с досрочным увольнением с военной службы.

Свидетель ФИО21, юрисконсульт войсковой части №, показал в суде, что в ходе беседы о конфликте, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 сообщил ему, что сын ФИО14 вёл себя нетактично, поэтому он отвёл его к родителям.

Как видно из постановления Читинского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвинявшегося в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 115 УК РФ, данный судебный акт содержит изложение позиции частного обвинителя, по мнению которого ФИО1, при обстоятельствах указанных в его заявлении, применил насилие к его сыну, а также сведения о примирении сторон. В этом же документе содержится решение суда о прекращении данного уголовного дела по основанию, предусмотренному ч. 2 ст. 20 УПК РФ.

Из содержания изученных судом протоколов судебных заседаний Читинского гарнизонного военного суда следует, что при рассмотрении вышеуказанного уголовного дела какие-либо доказательства вины подсудимого не исследовались.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у Свидетель №2 при его обследовании в краевой детской клинической больнице ДД.ММ.ГГГГ выявлены следующие телесные повреждения: тупая травма головы в виде сотрясения головного мозга и кровоподтёка в затылочной области; кровоподтёк в области надколенника (область левого коленного сустава). При судебно-медицинском обследовании этого же лица, проведённом ДД.ММ.ГГГГ, у него были выявлены следующие телесные повреждения: на передней поверхности левого коленного сустава участок округлой формы диаметром 1,0 см. жёлто-коричневого цвета (бывший кровоподтёк); на передней поверхности левой голени в средней трети участок неправильной овальной формы размером 1,5 на 0,5 см., жёлто-коричневого цвета (бывший кровоподтёк).

Острый период клинического течения тупой травмы головы у Свидетель №2 при поступлении ДД.ММ.ГГГГ в государственное учреждение здравоохранения «Краевая детская клиническая больница» и морфологические характеристики повреждений, выявленные при его судебно-медицинском осмотре ДД.ММ.ГГГГ, не исключают возможности их причинения в срок, указанный в описательной части постановления о назначении экспертизы, то есть, ДД.ММ.ГГГГ.

Тупая травма головы и кровоподтёки нижней конечности образовались в результате травматического воздействия твёрдого тупого предмета, на что указывает характер повреждений. Ввиду отсутствия признаков, отображающих индивидуальные особенности

травмирующей поверхности в области повреждения, определить характер травмирующей поверхности тупого твёрдого предмета не представляется возможным. Места приложения травмирующих воздействий - передняя поверхность левого коленного сустава, передняя поверхность левой голени.

Направлениями травмирующих воздействий (при условии правильного вертикального положения) были: в затылочной области - сзади наперёд, на передней поверхности коленного сустава и передней поверхности левой голени - спереди назад, на что указывает анатомическая локализация мест приложения травмирующей силы.

Видами травмирующей силы были удары.

Тупая травма головы в виде сотрясения головного мозга и кровоподтёка в затылочной области повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья сроком до 3-х недель (до 21 дня) и по этому признаку расценивается как повреждение, причинившие лёгкий вред здоровью человека. Кровоподтёки в области левого коленного сустава и на передней поверхности левой голени, не повлекшие кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

Согласно приговору Черемховского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционному постановлению 3 окружного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ № за нанесение оскорблений ФИО1 Свидетель №3 был осуждён по ч. 1 ст. 336 УК РФ к наказанию в виде ограничения по службе сроком на 4 месяца с производством из его денежного довольствия ежемесячных удержаний в доход государства в размере 10%. Кроме того, с Свидетель №3, в пользу ФИО1, в возмещение морального вреда взыскано <данные изъяты> рублей.

Из протокола судебного заседания Черемховского гарнизонного военного суда по уголовному делу в отношении Свидетель №3, обвинявшегося в трёх преступлениях, предусмотренных ч. I ст. 336 УК РФ, видно, что ДД.ММ.ГГГГ допрошенный в качестве потерпевшего ФИО1 дал показания о причинах нанесения ему оскорбления подсудимым. Из этих показаний следует, что Свидетель №3 неадекватно отреагировал на информацию должностного лица о проведении доследственной проверки по факту применения насилия к несовершеннолетнему Свидетель №2. В них же содержится суждение, подвергающее сомнению возможность Свидетель №3 быть свидетелем избиения ребёнка. Далее, отвечая на вопрос прокурора, ФИО1 рассказал, как ДД.ММ.ГГГГ он сделал Свидетель №2 замечание за курение в подъезде. В отместку тот разбил цветочный горшок. Поскольку ребёнок ему нахамил он отвёл его к родителям, которые, обидевшись, положили сына в больницу, якобы с сотрясением головного мозга. Экспертизой было установлено, что травма старая. К Свидетель №2 он физическое насилие не применял. При этом на его глазах Свидетель №3 распространял информацию о том, что видел обратное. ДД.ММ.ГГГГ состоялся суд, где он обвинялся в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 115 УК РФ. и был вынужден примириться с ними (с семьёй ФИО14).

Как следует из содержания представленных в суд возражений ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ на апелляционные жалобы подсудимого и его защитника, в этом документе автор указал: «Свидетель №3 не пришлось бы сравнивать моё поведение с поведением животного и оскорблять меня, если бы он действительно видел как я избивал мальчика, но он этого не видел и не мог видеть, ввиду того, что этого просто не было. Свидетель №3 одобрил мои действия по поводу хулиганского поведения Свидетель №2, поддержал их, но после того как ФИО14, используя ранее полученную своим сыном травму, обратились за медицинской помощью и обвинили меня в совершении преступления, он резко изменил свою позицию по этому событию. Пытаясь оказать содействие ФИО14 в привлечении меня к ответственности, он распространял информацию, не соответствующую действительности, настраивал военнослужащих и гражданский персонал части против меня, оскорблял меня».

Проанализировав и проверив исследованные в судебном заседании доказательства, сопоставив их между собой и оценив в совокупности, суд находит, что виновность Леоновца

С.А. в совершении изложенных в описательной части приговора деяний не доказана, и подсудимый подлежит оправданию за непричастностью к совершению преступления. При этом суд исходит из следующего.

Вышеуказанные действия ФИО1 частным обвинителем расценены как два самостоятельных преступления, предусмотренных ч. 1 ст. 1281УК РФ. Однако, суд не может согласиться с этим.

Как установлено в ходе судебного разбирательства все вменяемые ФИО1 деяния совершены с единым умыслом, напрямую связаны с одними и теми же событиями и направлены на достижение единой цели - доказать отсутствие у Свидетель №3 повода для нанесения оскорблений. Впервые высказавшись ДД.ММ.ГГГГ о событиях, происходивших в ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 подтвердил свою позицию относительно этих обстоятельств и в своих возражениях на апелляционные жалобы ФИО22 и его защитника, датированных ДД.ММ.ГГГГ. При таких обстоятельствах суд находит, что отстаивание ФИО1 своей позиции в судах первой и второй инстанции следует расценивать как единое продолжаемое действие, складывающееся из ряда тождественных действий, а потому квалификация этих действий каждый раз по ч. 1 ст. 1281 УК РФ ошибочна.

В соответствии с диспозицией ст. 1281 УК РФ клевета это распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. Таким образом, к предмету доказывания по настоящему делу относится наличие следующих обстоятельств: а) заведомая ложность распространяемых сведений; б) унижение чести и достоинства или подрыв репутации; в) умышленность этого деяния.

Не соответствующими действительности (заведомо ложными сведениями) являются утверждения о фактах или событиях, не имевших места в реальности во время, к которому относятся распространяемые сведения, придуманные самим виновным или основанные на слухах и сплетнях. Для установления признаков состава клеветы необходимо, чтобы распространяемые о потерпевшем ложные сведения порочили его честь, достоинство и репутацию. Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении лицом действующего законодательства, совершении бесчестного поступка, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство граждан, либо подрывают их репутацию.

Объектом клеветы, как указано выше, являются честь, достоинство и репутация. Под честью следует понимать достойные уважения и гордости моральные качества человека, его высокие нравственные принципы, незапятнанную репутацию, доброе имя. Достоинство предполагает наличие у человека высоких моральных качеств, а также уважение этих качеств в самом себе. Репутация представляет собой приобретённую кем-либо общественную оценку, общее мнение о качествах, достоинствах или недостатках кого-либо. В объективном смысле честь и достоинство являются оценкой поведения человека в общественном мнении.

С субъективной стороны клевета это действие, совершённое с прямым умыслом, то есть виновный должен осознавать ложный и позорящий характер распространяемой им информации и предвидеть возможность или неизбежность того, что этими действиями потерпевшему причиняется вред и желать этого.

Анализ содержания выражений, которые ФИО1 употребил, отвечая на вопросы прокурора в судебном заседании, проходившем ДД.ММ.ГГГГ, а также привёл в своих возражениях на апелляционные жалобы, датированных ДД.ММ.ГГГГ, показывает, что они не содержат очевидных, заведомо ложных сведений, затрагивающих репутацию семьи ФИО14, оценок достоинств и недостатков частного обвинителя и членов его семьи, их поведения, а также выводов относительно их моральных качеств и нравственных принципов. Сообщённые ФИО1 сведения о том, что - сын ФИО14 обследован на предмет наличия травмы; в заключении судебно-медицинского эксперта по итогам обследования содержатся выводы о наличии у него следов застарелой травмы; о

предъявленном ему обвинении по факту применения физического насилия к ФИО14

1. А. - соответствует действительности и подтверждаются исследованными судом доказательствами (приведёнными выше судебными актами, протоколами судебных заседаний, заключением эксперта, показаниями свидетелей), а также объяснениями самого частного обвинителя. По мнению суда, позиция ФИО1 о непризнании своей вины, не может быть расценена как клевета, в том числе и потому, что его утверждения о том, что он не наносил ударов несовершеннолетнему Свидетель №1 не были убедительным образом опровергнуты.

Так свидетель Свидетель №2 показал в суде, что, вырываясь из рук державшего его ФИО1,, он ударился головой о стену. По пути домой сопровождавший его Леоновец

1. А., стремясь ускорить его передвижение, толкал его в спину от чего он несколько раз падал на руки, на пол. ФИО1 нанёс ему лишь один удар ногой по ягодице, который не оставил следов на теле. Аналогичные показания Свидетель №2 давал и в ходе проверки по делу, проводившейся правоохранительными органами, а также давая объяснения, во время его осмотра судебно-медицинским экспертом. Об этих же обстоятельствах, ставших известными со слов сына, сообщил суду и свидетель Свидетель №1

Согласно свидетельским показаниям Свидетель №3 и ФИО6 они не видели, чтобы подсудимый наносил какие-либо удары сыну ФИО14.

Вопреки мнению стороны обвинения, заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, в котором содержатся выводы о наличии у Свидетель №2 телесных повреждений не могут быть расценены как однозначное доказательство вины подсудимого в инкриминировавшихся ему деяниях, поскольку данный документ содержит лишь описание этих повреждений, общий механизм и время их образования, без указания конкретных признаков, позволяющих установить обстоятельства их возникновения. В указанном заключении эксперта причинение телесных повреждений увязано с датой ДД.ММ.ГГГГ, что не даёт оснований для оценки действий, произошедших накануне - ДД.ММ.ГГГГ. В этом документе, носящем предположительный, вероятностных характер в части определения времени образования описанных в нём телесных повреждений, а также обстоятельств их возникновения, не содержится выводов о наличии причинно-следственной связи между действиями подсудимого и наступившими от таких действий последствиями.

По убеждению суда, не опровергнутые надлежащим образом показания ФИО1, связанные с непризнанием своей вины, которые он давал в суде и на которые ссылался в процессуальном документе, нельзя расценить как распространение информации унижающей честь и достоинство или подрывающей репутацию третьих лиц. В этой связи следует учесть, что сведения, которые ФИО9 интерпретируются как клевета, ФИО1 сообщил суду исходя из своего понимания ситуации, с целью объяснения противоправного поведения Свидетель №3, комментируя именно его действия и не пытаясь выставить в негативном свете частного обвинителя и членов его семьи. Это говорит об отсутствии, в данном случае, у обвиняемого целей и мотивов, связанных с распространением в отношении частного обвинителя ложной и позорящей информации, намерений причинить ему вред, то есть, об отсутствии в его действиях злонамеренного умысла.

Оценив доводы частного обвинителя о том, что заведомая для подсудимого ложность его высказываний подтверждается вступившим в законную силу постановлением Читинского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым уголовное преследование ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, было прекращено по не реабилитирующему основанию (за примирением с потерпевшим), суд находит их несостоятельными, основываясь на следующем.

Возлагая на государство обязанность охранять достоинство личности, Конституция Российской Федерации гарантирует каждому защиту его прав и свобод и закрепляет принцип, согласно которому каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ст. 49, часть 1). Этот же принцип закреплён в ст. 8 УПК РФ, согласно которой никто не может быть

признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном этим же Кодексом.

Применительно к уголовному судопроизводству, призванному обеспечить уголовное преследование лиц, совершивших преступления, и назначение виновным справедливого наказания, а также защиту прав и законных интересов, потерпевших от преступлений, и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлениях от 14 июля 2011 года № 16-П и от 8 ноября 2016 года № 22-П пришел к следующим выводам:

· из статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, конкретизирующей общепризнанный правовой принцип - нет преступления, нет наказания без указания на то в законе - во взаимосвязи с ее статьей 49, закрепляющей принцип презумпции невиновности, следует, что подозрение или обвинение в совершении преступления могут основываться лишь на положениях уголовного закона, определяющего преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия, закрепляющего все признаки состава преступления, наличие которых в деянии, будучи единственным основанием уголовной ответственности, должно устанавливаться только в надлежащем, обязательном для суда и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке;

· если же противоправность того или иного деяния или его совершение конкретным лицом не установлены и не доказаны в соответствующих уголовно-процессуальных процедурах, все сомнения должны толковаться в пользу этого лица, которое - применительно к вопросу об уголовной ответственности - считается невиновным;

· в силу принципов, вытекающих из статей 49 и 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, такое деяние не может не только влечь за собой уголовную ответственность и применение иных мер уголовно-правового характера, но и квалифицироваться в процессуальном решении как деяние, содержащее все признаки состава преступления, факт совершения которого конкретным лицом установлен, хотя бы это и было связано с ранее имевшим место в отношении данного лица уголовным преследованием.

С учётом приведённых выше норм Закона и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации суд приходит к выводу, что ранее принятое решение о прекращении уголовного дела и уголовного преследования ФИО1 в связи с примирением с частным обвинителем не равнозначно приговору суда с точки зрения полноты и достоверности фактических обстоятельств, поскольку при его принятии не разрешались вопросы, подлежащие разрешению судом при вынесении приговора, в том числе: о доказанности, что деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, имело место, и что его совершил подсудимый; о возможности признания такого деяния преступлением; о виновности этого лица в совершении данного преступления (пункты 1-4 части 1 статьи 299 УПК РФ). По причине отсутствия в постановлении Читинского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, обвинявшегося в преступлении, предусмотренном 4,1 ст. 115 УК РФ, указанных выше сведений, этот судебный акт для разрешения настоящего уголовного дела преюдициального значения не имеет.

С учетом изложенного выше суд, исходя из конституционного положения о презумпции невиновности и принципов уголовного судопроизводства, находя, что стороной обвинения не представлено бесспорных и убедительных доказательств виновности Леоновца

С.А. в совершении вменяемого ему преступления, все имеющиеся сомнения в данном вопросе толкует в пользу обвиняемого и приходит к выводу о необходимости его оправдания по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, - ввиду отсутствия в деянии подсудимого состава преступления.

В соответствии с ч. 3 ст. 302 УПК РФ оправдание по любому из оснований предусмотренных ч. 2 данной статьи означает признание подсудимого невиновным и влечёт за собой его реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ.

В соответствии с ч. 21 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда в порядке установленном главой 18 УПК РФ, по уголовным делам частного обвинения, к категории которых относится и настоящее уголовное дело, в числе

прочих, имеют подсудимые, в отношении которых вынесен оправдательный приговор, лишь в том случае, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с ч. 4 ст. 20 УПК РФ (т.е. руководителем следственного органа, следователем, а также, с согласия прокурора дознавателем, в определённых Законом случаях).

Как указано в абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 (с учётом последующих изменений) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Поскольку настоящее уголовное дело было возбуждено судом в порядке ст. 318 УПК РФ, на основании заявления частного обвинителя, уголовное преследование подсудимого никак не связано с незаконными действиями со стороны государства, право на реабилитацию у подсудимого ФИО1 не возникло. В настоящем случае вопросы, связанные с возмещением вреда, причинённого уголовным преследованием, как это определено ч. 5 ст. 133 УПК РФ, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства.

Руководствуясь ст.ст. 296, 299, 302, 304-306 и 309 УПК РФ, военный суд

ПРИГОВОРИЛ:

Оправдать ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 1281 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ - ввиду отсутствия в его деянии состава преступления.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам 3-го окружного военного суда через Черемховский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Подлинный за надлежащей подписью.

Копия верна:

Председательствующий по делу С.В. Прошутинский

Секретарь судебного заседания А.А. Жданова