Решение № 2-996/2025 от 18 сентября 2025 г.

Дело №

УИД №RS0№-27


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 сентября 2025 года г.Ростов-на-Дону

Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Ноженко О.Б.,

при секретаре ФИО29,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону гражданское дело № по иску заместителя прокурора <адрес> в интересах РФ к ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО1, ФИО13, ФИО2, ФИО3, ФИО14, ФИО15, ФИО4, ФИО16, ФИО5, ФИО17, ФИО18, ФИО6, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО7, ФИО8, ФИО23, третьи лица не заявляющие самостоятельных требований УФНС России по <адрес>, Межрегиональная инспекция ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №, Территориальное управление Росимущества в <адрес>, о применении последствий недействительности ничтожной сделки и взыскании противоправно полученных денежных средств, с учетом уточнений, поданных в порядке ст.39 ГПК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Заместитель прокурора <адрес> обратился в суд с настоящим иском в интересах Российской Федерации к ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО30, ФИО1, ФИО13, ФИО2, ФИО3, ФИО14, ФИО31, ФИО4, ФИО16, ФИО5, ФИО17, ФИО18, ФИО6, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО7, ФИО8, указав в его обоснование, что приговорами Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившими в законную силу ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, ответчики признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных №.

Приговорами суда ответчики признаны виновными и осуждены за осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, если это деяние сопряжено с извлечением дохода в особо крупном размере, совершенное организованной группой;изготовление, хранение в целях использования поддельных распоряжений о переводе денежных средств, а также электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного перевода денежных средств, совершенные организованной группой.

Согласно приговору Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО11 в период с 2011 года по ДД.ММ.ГГГГ, из корыстных побуждений, обладая информацией о потребности недобросовестных предпринимателей в финансовых операциях, совершаемых в обход официальных банковских структур и государственного контроля, создал организованную группу для осуществления банковской деятельности (банковских операций), вопреки требованиям п.4 и п.5 ч.1 ст.5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ «О банках и банковской деятельности», без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, с целью извлечения дохода в особо крупном размере, в состав которой вовлек жителей <адрес>: ФИО16, ФИО15, ФИО20, ФИО21, ФИО19; жителей г. Ростова-на-Дону и <адрес>: ФИО12, ФИО22, ФИО3 и неустановленных лиц в целях совершения продолжаемых тяжких преступлений, в сфере экономической деятельности.

Суть разработанного ФИО11 плана преступной деятельности состояла в том, что он и участники организованной группы, действующие по его поручению в рамках определенной каждому роли, открывали в банках г.Ростова-на-Дону, <адрес> и <адрес> расчетные счета указанным в приговоре юридическим лицам, после чего, действуя согласованно в рамках определенных им ролей, обеспечивали:

- поступление безналичных денежных средств на расчетные счета подконтрольных организаций, от заказчиков незаконных банковских операций (либо их представителей);

- перечисление безналичных денежных средств на необходимый расчетный счет подконтрольной организации (в целях конспирации), а для создания видимости законности и легальности осуществляемых операций - неоднократное перечисление;

- перечисление безналичных денежных средств транзитом на расчетный счет коммерческой организации, либо физического лица, указываемых заказчиком незаконной банковской операции либо его представителем (для сохранения анонимности плательщика);

- приобретение наличных денежных средств у организаций, либо физических лиц;

- передачу заказчику незаконной банковской операции (либо его представителю) наличных денежных средств, переведенных из безналичных;

- получение дохода в виде комиссионных в размере не менее одного процента за транзит безналичных денежных средств и не менее четырех процентов за обналичивание денежных средств, являвшегося источником распределявшейся незаконной прибыли и основной целью совместной преступной деятельности.

В результате осуществления незаконной банковской деятельности инезаконных банковских операции:

- в период с ДД.ММ.ГГГГ пo ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, участниками организованной группы в составе ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО22, ФИО15, ФИО19 и неустановленных лиц, получен доход в сумме не менее 47 540 336,25 руб. от проведения транзитных операций и не менее 16 772 660,37 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму не менее 64 312 996,62 руб., что является особо крупным размером;

- в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, руководителями единой организованной преступной группы ФИО11, ФИО33, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО10 и под их руководством участниками подконтрольной им единой организованной преступной группы ФИО16, ФИО12, ФИО5, ФИО30, ФИО1, а также членами руководимых ими организованных преступных групп, не осведомленных о своем участии единой организованной преступной группе ФИО22, ФИО15, ФИО19, ФИО21, ФИО20, ФИО3, ФИО18, ФИО7, ФИО17, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО8, ФИО32, ФИО4, и неустановленными лицами, получен доход в сумме не менее 126 851 446,48 руб. от проведения транзитных операций, не менее 81 134 642,94 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, на общую сумму не менее 207 986 089,42 руб., что является особо крупным размером;

- в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, участниками организованной группы в составе ФИО33, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО5, ФИО7, ФИО30, ФИО18, ФИО13 и неустановленных лиц получен доход в сумме не менее 22 542 971,56 руб. от проведения транзитных операций и не менее 270 240,00 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму 22 813 211,56 руб., что является особо крупным размером;

- в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов участниками организованной группы в составе ФИО10, ФИО1, ФИО8, ФИО2, ФИО34 (уголовное дело в отношении которой выделено в отдельное производство) и неустановленных лиц, получен доход в сумме не менее 4 334 821,08 руб. от проведения транзитных операций и не менее 7 087 924,00 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму 11 422 745,08 руб., что является особо крупным размером.

Полученные в виде дохода от преступной деятельности денежные средства были распределены руководителями единой организованной преступной группы ФИО11, ФИО10 и ФИО33 между его участниками и участниками подконтрольных им организованных групп, частично расходованы на собственные нужды и нужды функционирования организованных групп: открытие расчетных счетов, выплата вознаграждений номинальным директорам, арендная плата за помещения, используемые в преступной деятельности, и потрачены участниками единой организованной преступной группы и членами организованных преступных групп по своему усмотрению.

За весь период осуществления незаконной банковской деятельности ответчики необоснованно получили доход в общем размере не менее 306 535 042,68 руб., что подробно установлено вступившими в законную силу приговорами Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу №.

В ходе рассмотрения уголовных дел судами установлены организации, созданные, возглавляемые и управляемые ответчиками, расчетные счета организаций, установлено, что они создавалась с целью зачисления на расчетные счета денежных средств от организаций-клиентов, заинтересованных в сокрытии от налогового и финансового контроля денежных средств, также установлено, что денежные средства перечислялись по сделкам и их фиктивность установлена.

Также установлены факты снятия с этих счетов денежной наличности и противоправное поведение ответчиков, выразившееся в осуществлении ими контроля за движением денежных средств, обналичивании денежных средств в организации оформления расчетных документов и др.

Поскольку в отношении ответчиков приговоры, устанавливающие факт ведения незаконной банковской деятельности, постановлены ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, и вступили в законную силу ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответственно, то только с указанного времени государство в лице своих уполномоченных органов могло узнать о и нарушении своего права.

На основании изложенного, с учетом уточнений исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ, заместитель прокурора <адрес> просил суд взыскать в доход Российской Федерации денежные средства, полученные в результате незаконной банковской деятельности, находящиеся на счетах: в ФИО55 принадлежащем ФИО23 счете № в сумме 9 900 000 рублей, принадлежащем ФИО54 (№) расчетном счете № в сумме 135 423,44 рублей, на расчетном счете № в сумме 67 924,89 рублей, ранее принадлежавшем ФИО56» (ФИО21 №), взыскать солидарно с ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО22, ФИО15, ФИО19, в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 64 312 996 рублей 62 копейки, взыскать солидарно с ФИО5, ФИО7, ФИО18, ФИО13 в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 22 813 211 рублей 56 копеек, взыскать солидарно с ФИО10, ФИО1, ФИО8, ФИО2 в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 11 422 745 рублей 08 копеек, взыскать солидарно с ФИО10, ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО5, ФИО1, ФИО22, ФИО15, ФИО19, ФИО21, ФИО20, ФИО3, ФИО18, ФИО7, ФИО17, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО8, ФИО57., ФИО4 противоправно полученные денежные средства в размере 197 882 741 рублей 09 копеек.

Определением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по исковому заявлению заместителя прокурора <адрес> в интересах РФ к ответчику ФИО30 о применении последствий недействительности ничтожной сделки и взыскании противоправно полученных денежных средств, - оставлено без рассмотрения в связи с тем, что противоправные действия в сфере банковской деятельности были совершены им в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ, то есть до принятия Арбитражным судом <адрес> решения о признании ФИО30 банкротом и введении в его отношении реструктуризации его долгов от ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования удовлетворены.

Суд взыскал солидарно с ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО22, ФИО15, ФИО19, в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 64 312 996,62 руб.

Взыскал солидарно с ФИО5, ФИО7, ФИО18, ФИО13, в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 22 813 211,56 руб.

Взыскал солидарно с ФИО10, ФИО1, ФИО8, ФИО2 в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 11 422 745,08 руб.

Взыскал солидарно с ФИО10, ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО5, ФИО1, ФИО22, ФИО15, ФИО19, ФИО21, ФИО20, ФИО35, ФИО18, ФИО7, ФИО17, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО8, ФИО6, ФИО4, в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 207 986 089,42 руб.

Определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд кассационной инстанции указал, что для возложения на ответчиков ответственности за ущерб бюджетной системе Российской Федерации, причиненный в результате незаконной банковской деятельности и незаконных банковских операций, в том числе от имени юридических лиц, суду необходимо было привлечь указанные юридические лица к участию в деле, а также установить кем и в каком размере должны быть уплачены соответствующие суммы, и утрачена ли возможность их взыскания с надлежащего плательщика, кроме того вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности по требованиям прокурора, связанных с взысканием названными ответчиками денежных сумм, подлежит исчислению в зависимости от субъектного состава ответчиков - физических лиц с учетом момента вступления в законную силу приговора Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ либо момента вступления в законную силу приговора этого же суда от ДД.ММ.ГГГГ, нельзя признать основанным на нормах права и установленных по делу обстоятельствах.

При этом приговоры от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не содержат сведений о предъявлении прокурором гражданского иска в рамках уголовного судопроизводства и выводов об оставлении такого иска без рассмотрения.

Согласно ч. 4 ст. 390 ГПК РФ указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

Протокольным определением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечены УФНС России по <адрес>, Межрегиональная инспекция ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам №, Территориальное управление Росимущества в <адрес>.

Протокольным определением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО58

Протокольным определением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечены ФИО59

В судебное заседание явился представитель истца – помощник прокурора Ленинского района г.Ростова-на-Дону ФИО36, которая требования поддержала в полном объеме. Просила удовлетворить.

В судебное заседание явился представитель ответчиков ФИО16, ФИО20, ФИО21 – адвокат ФИО47, который возражал против удовлетворения заявленных требований, заявил о пропуске срока исковой давности, представил свои пояснения в письменном виде.

В судебное заседание явился представители ответчиков ФИО60., ФИО7 – адвокат ФИО49, адвокат ФИО37, возражали против удовлетворения заявленных требований, заявила о пропуске срока исковой давности, представила свои пояснения в письменном виде.

В судебное заседание явился представитель ответчиков ФИО13, ФИО5, ФИО38, – адвокат ФИО48 который возражал против удовлетворения заявленных требований, заявил о пропуске срока исковой давности, представил свои пояснения в письменном виде.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения требований прокуратуры, просил в удовлетворении заявленных требований отказать, заявил о пропуске срока исковой давности, представил пояснения в письменном виде.

Ответчик ФИО26 ФИО61., в судебное заседание явился, заявил о пропуске срока исковой давности, просил в удовлетворении требований отказать.

Ответчики ФИО19, ФИО18, ФИО17 в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в адрес суда поступили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие, просят в удовлетворении требований отказать, применить срок исковой давности.

Ответчики, третьи лица в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом, по адресам, согласно имеющихся в деле сведений.

Судебные повестки, направленные в адрес ответчиков, были возвращены в адрес суда, с отметками отделений почтовой связи об истечении срока хранения.

Учитывая положения абз.2 п.1 ст.165.1 ГК РФ, согласно которым юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним, а также разъяснения, содержащиеся в п.67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I ч.1 ГК РФ», в силу которых сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения, при этом риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат, суд считает ответчиков надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте слушания дела, и приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в их отсутствие.

Суд полагает возможным рассматривать дело в отсутствие неявившихся участников процесса, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

При новом рассмотрении дела, выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст.169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст.167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

На основании п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму закона, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Из разъяснений, содержащихся в п.85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 ГК РФ», следует, что в качестве сделок, совершенных с целью, указанной в ст.169 ГК РФ, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. Для применения ст.169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности.

При этом цель сделки может быть признана заведомо противной основам правопорядка и нравственности только в том случае, если в ходе судебного разбирательства будет установлено наличие умысла на это хотя бы у одной из сторон.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Данные требования корреспондируют положениям ст. 54 УПК РФ, согласно которым в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с ГК РФ несет ответственность за вред, причиненный преступлением. Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО10 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных №, с назначением наказания в виде №, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 500 000 руб. в доход государства.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ указанный приговор в отношении ФИО10 оставлен без изменения.

Приговором Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО11, ФИО12, ФИО1, ФИО13, ФИО2, ФИО3, ФИО14, ФИО15, ФИО4, ФИО39, ФИО5, ФИО17, ФИО18, ФИО46 ФИО62., ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО7, ФИО8 каждый признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п№, с назначением наказания в виде лишения свободы.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ указанный приговор изменен в части назначения наказания в отношении ФИО11 и ФИО12, в остальной части оставлен без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ приговор Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и апелляционное определение от ДД.ММ.ГГГГ отменены в части решения вопроса о зачете времени содержания под стражей ФИО11 и сохранении ареста на денежные средства ФИО63 в остальной части, - оставлены без изменения.

Приговорами суда ответчики признаны виновными и осуждены за осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, если это деяние сопряжено с извлечением дохода в особо крупном размере, совершенное организованной группой; изготовление, хранение в целях использования поддельных распоряжений о переводе денежных средств, а также электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного перевода денежных средств, совершенные организованной группой.

Согласно приговорам Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО10, ФИО11 в период ФИО64 годов по ДД.ММ.ГГГГ, из корыстных побуждений, обладая информацией о потребности недобросовестных предпринимателей в финансовых операциях, совершаемых в обход официальных банковских структур и государственного контроля, создали организованную группу для осуществления банковской деятельности (банковских операций), вопреки требованиям.п.4 и п.5 ч.1. ст.5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ «О банках и банковской деятельности», без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, с целью извлечения дохода в особо крупном размере, в состав которой вовлекли жителей <адрес>: ФИО16, ФИО15, ФИО20, ФИО21, ФИО19; жителей г. Ростова-на-Дону и <адрес>: ФИО12, ФИО22, ФИО3 и неустановленных лиц в целях совершения продолжаемых тяжких преступлений, в сфере экономической деятельности.

Суть разработанного плана преступной деятельности состояла в том, что ФИО11 и участники организованной группы, действующие по его поручению в рамках определенной каждому роли, открывали в банках г.Ростова-на-Дону, <адрес> и <адрес> расчетные счета указанным в приговоре юридическим лицам, после чего, действуя согласованно в рамках определенных им ролей, обеспечивали:

-поступление безналичных денежных средств на расчетные счета подконтрольных организаций, от заказчиков незаконных банковских операций (либо их представителей);

-перечисление безналичных денежных средств на необходимый расчетный счет подконтрольной организации (в целях конспирации), а для создания видимости законности и легальности осуществляемых операций - неоднократное перечисление;

- перечисление безналичных денежных средств транзитом на расчетные счета коммерческой организации, либо физического лица, указываемые заказчиком незаконной банковской операции либо его представителем;

- приобретение наличных денежных средств у организаций, либо физических лиц;

- передачу заказчику незаконной банковской операции (либо его представителю) наличных денежных средств, переведенных из безналичных;

-получение дохода в виде комиссионных в размере не менее одного процента за транзит безналичных денежных средств и не менее четырех процентов за обналичивание денежных средств, являвшегося источником распределявшейся незаконной прибыли и основной целью совместной преступной деятельности.

В результате осуществления незаконной банковской деятельности и незаконных банковских операций:

-в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, участниками организованной группы в составе ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО22, ФИО15, ФИО19 и неустановленных лиц, получен доход в сумме не менее 47 540 336,25 руб. от проведения транзитных операций и не менее 16 772 660,37 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму не менее 64 312 996,62 руб., что является особо крупным размером;

-в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, руководителями единой организованной преступной группы ФИО11, ФИО33, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО10 и под их руководством участниками подконтрольной им единой организованной преступной группы ФИО16, ФИО12, ФИО5, ФИО30, ФИО1, а также членами руководимых ими организованных преступных групп, не осведомленных о своем участии единой организованной преступной группе ФИО22, ФИО15, ФИО19, ФИО21, ФИО20, ФИО3, ФИО18, ФИО7, ФИО17, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО8, ФИО32, ФИО4, и неустановленными лицами, получен доход в сумме не менее 126 851 446,48 руб. от проведения транзитных операций и не менее 81 134 642,94 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, на общую сумму не менее 207 986 089,42 руб., что является особо крупным размером;

-в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, участниками организованной группы в составе ФИО33, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО5, ФИО7, ФИО30, ФИО18, ФИО13 и неустановленных лиц получен доход в сумме не менее 22 542 971,56 руб. от проведения транзитных операций и не менее 270 240,00 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств на общую сумму 22 813 211,56 руб., что является особо крупным размером;

-в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов участниками организованной группы в составе ФИО10, ФИО1, ФИО8, ФИО2, ФИО34 (уголовное дело в отношении которой выделено в отдельное производство) и неустановленных лиц, получен доход в сумме не менее 4 334 821,08 руб. от проведения транзитных операций и не менее 7 087 924,00 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму 11 422 745,08 руб., что является особо крупным размером.

За весь период осуществления незаконной банковской деятельности ответчики необоснованно получили доход в общем размере не менее 306 535 042,68 руб. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговорах Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу №.

Размер причиненного ущерба в результате действий ответчиков, являлся предметом исследования при рассмотрении уголовных дел, и был установлен судами при постановлении приговоров, поскольку является квалифицирующим признаком преступления.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 48 "О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности" под доходом для целей денежного возмещения признается общая сумма незаконного обогащения, полученная в результате совершения преступления (без вычета произведенных расходов), в денежной (наличные, безналичные и электронные денежные средства в рублях и (или) иностранной валюте) и (или) натуральной форме (движимое и недвижимое) имущество, имущественные права, документарные ценные бумаги и бездокументарные ценные бумаги.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 395-1 "О банках и банковской деятельности" осуществление банковских операций производится только на основании лицензии, выдаваемой Банком России в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, за исключением случаев, указанных в частях девятой и десятой настоящей статьи и в Федеральном законе "О национальной платежной системе". Осуществление юридическим лицом банковских операций без лицензии, если получение такой лицензии является обязательным, влечет за собой взыскание с такого юридического лица всей суммы, полученной в результате осуществления данных операций, а также взыскание штрафа в двукратном размере этой суммы в федеральный бюджет. Взыскание производится в судебном порядке по иску прокурора, соответствующего федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на то федеральным законом, или Банка России.

Граждане, незаконно осуществляющие банковские операции, несут в установленном законом порядке гражданско-правовую, административную или уголовную ответственность.

Таким образом, закон предусматривает для незаконных банковских операций, нарушающих основы правопорядка (осуществление банковской деятельности без регистрации и без специального разрешения (лицензии), последствия в виде взыскания всех сумм, полученных в результате осуществления данных операций.

Вводя указанные последствия в виде взыскания в доход Российской Федерации всего полученного в результате незаконной банковской деятельности, законодатель исходил из противоправности, опасности такой деятельности и причинения ею ущерба правопорядку Российской Федерации. Осуществление такой же незаконной банковской деятельности, влекущей аналогичные последствия для правопорядка, физическими лицами, по смыслу закона, также влечет взыскание в доход государства незаконно полученных в результате такой деятельности денежных сумм.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 22-П, в случае, когда в результате совершения преступления физическому либо юридическому лицу причинен имущественный вред, вопрос о его возмещении разрешается, как правило, судом, рассматривающим соответствующее уголовное дело, на основании гражданского иска, который может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного дела в суде первой инстанции; в подобных случаях характер и размер вреда, причиненного преступлением, входит в предмет доказывания в рамках производства по уголовному делу, а вопрос о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере, разрешается судом при вынесении приговора (часть 2 статьи 44, пункт 4 части 1 статьи 73 и пункт 10 части 1 статьи 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

При прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования лицо, в отношении которого оно осуществлялось, также не освобождается от обязательств по возмещению причиненного им ущерба, - в этом случае, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не исключается защита потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства, причем не содержит каких-либо ограничений для такой защиты и пункт 3 части первой статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (определения от ДД.ММ.ГГГГ N 996-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1449-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 786-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 1458-О).

Как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1442-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина А. на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", Конституция Российской Федерации устанавливает, что признаваемые и гарантируемые в Российской Федерации права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием; гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина, каждому обеспечивается право защищать права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а решения и действия (бездействие) органов государственной власти и должностных лиц могут быть обжалованы в суд; права потерпевших от преступлений охраняются законом, государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 17 часть 1; статьи 18 и 45; статья 46 части 1 и 2; статья 52).

Право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты, обеспечивающей эффективное восстановление нарушенных прав и свобод посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости и равенства.

Гарантируя права лиц, потерпевших от преступлений, Конституция Российской Федерации не определяет, в какой именно процедуре должен обеспечиваться доступ потерпевших от преступлений к правосудию в целях защиты своих прав и законных интересов и компенсации причиненного ущерба, и возлагает решение этого вопроса на федерального законодателя, который, в свою очередь, вправе устанавливать различный порядок защиты прав и законных интересов лиц, пострадавших от преступлений, - как в рамках уголовного судопроизводства, так и путем искового производства по гражданскому делу.

Гражданский иск в уголовном деле вправе предъявить потерпевший, который признается гражданским истцом, к лицам, которые в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несут ответственность за вред, причиненный преступлением, и признаются гражданскими ответчиками; он разрешается в приговоре суда по тем же правилам гражданского законодательства, что и иск в гражданском судопроизводстве, однако производство по гражданскому иску в уголовном судопроизводстве ведется по уголовно-процессуальным правилам, которые создают для потерпевшего повышенный уровень гарантий защиты его прав.

К таким гарантиям относится предусмотренная частью 2 статьи 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - УПК РФ) возможность признания в приговоре суда за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска и передачи вопроса о размере возмещения (при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства) для разрешения в порядке гражданского судопроизводства.

Из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений, вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Следовательно, факты, установленные вступившим в законную силу приговором суда, имеющие значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в порядке гражданского судопроизводства. Если же во вступившем в законную силу приговоре принято решение по существу гражданского иска, - в том числе в случае, когда такой иск разрешен в отношении права на возмещение вреда, а вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, - оно является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц, в том числе для судов, рассматривающих гражданские дела.

Удовлетворение гражданского иска по существу в приговоре - в части признания права за гражданским истцом на возмещение ему гражданским ответчиком вреда, причиненного непосредственно преступлением, - означает установление судом общих условий наступления гражданской деликтной (внедоговорной) ответственности: наличия вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя, а также специальных ее условий, связанных с особенностями субъекта ответственности и характером его действий.

В этом случае приговор суда не может рассматриваться как обычное письменное доказательство, обладающее свойством преюдициальности, так как этим приговором разрешен по существу гражданский иск о праве с определением в резолютивной части судебного акта прав и обязанностей участников материально-правового гражданского отношения, что нельзя игнорировать в гражданском деле.

Игнорирование в гражданском процессе выводов о признании права потерпевшего на возмещение вреда, содержащихся во вступившем в законную силу приговоре, может привести к фактическому преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра, т.е. к произволу при осуществлении судебной власти, что противоречило бы ее конституционному назначению, как оно определено правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в его постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ N 5-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 2-П.

Отказ суда, рассматривающего в порядке гражданского судопроизводства вопрос о размере возмещения причиненного преступлением вреда, руководствоваться приговором о признании за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска являлся бы прямым нарушением предписаний части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от ДД.ММ.ГГГГ N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", части 8 статьи 5 Федерального конституционного закона от ДД.ММ.ГГГГ N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", части 1 статьи 392 УПК РФ и части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми вступившие в законную силу акты федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации обязательны для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Подобная позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 5-КГ21-82-К2.

Признание вступившими в законную силу судебными постановлениями по уголовному делу право Российской Федерации на возмещение ущерба, причиненного в результате действий ответчиков, позволяет в безусловном порядке считать установленными факты причинения ответчиками ущерба в результате противоправных виновных действий ответчика, т.е. наличия всех необходимых общих условий наступления гражданской деликтной ответственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 297-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К.В. на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", право на полную и эффективную судебную защиту, по смыслу статьи 46 Конституции Российской Федерации и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод с учетом принципа правовой определенности как неотъемлемого элемента права на суд, включает в себя исполнимость вступивших в законную силу судебных решений. Соответственно, гарантированному частью третьей статьи 42 УПК РФ праву потерпевшего на возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, должна отвечать обязанность органов публичного уголовного преследования точно установить ущерб от преступления - как того требует часть первая статьи 73 данного Кодекса, которая прямо относит к числу подлежащих доказыванию обстоятельств наряду с событием преступления (пункт 1) характер и размер причиненного им вреда (пункт 4), - а также обязанность суда, постановляя обвинительный приговор, отразить в нем установленные в ходе рассмотрения уголовного дела характер и размер вреда, причиненного преступлением, в том числе стоимость похищенного как неотъемлемый криминообразующий элемент состава преступления в виде хищения чужого имущества, приняв тем самым законное, обоснованное и мотивированное решение, обеспеченное гарантиями его признания и исполнения.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а равно нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений (статьи 10 и 118 Конституции Российской Федерации), вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в том же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 30-П и от ДД.ММ.ГГГГ N 14-П; определения от ДД.ММ.ГГГГ N 2528-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 271-О и др.).

Следовательно, факты, установленные вступившим в законную силу приговором суда, имеющие значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в порядке гражданского судопроизводства (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1442-О). Тем более это относится к случаям, когда вступившим в законную силу приговором суда размер вреда, причиненного преступлением, установлен в качестве компонента криминального деяния и влияет на его квалификацию по той или иной норме уголовного закона, на оценку его общественной опасности и назначение наказания.

Поскольку вина ответчиков в незаконной банковской деятельности и незаконных банковских операциях, с извлечении незаконного дохода в общей сумме не менее 306 535 042,68 руб. установлена вступившим в законную силу приговорами суда, указанные обстоятельства не подлежат повторному доказыванию в рамках гражданского судопроизводства.

Из приговоров Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу № следует, что полученные в виде дохода от преступной деятельности денежные средства в размере 306 535 042,68 руб. были распределены руководителями единой организованной преступной группы ФИО11, ФИО10 и ФИО33 между его участниками и участниками подконтрольных им организованных групп, частично израсходованы на собственные нужды и нужды функционирования организованных групп: открытие расчетных счетов, выплата вознаграждений номинальным директорам, арендная плата за помещения, используемые в преступной деятельности), и потрачены участниками единой организованной преступной группы и членами организованных преступных групп по своему усмотрению.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», общественная опасность уклонения от уплаты налогов и сборов, то есть умышленного невыполнения конституционной обязанности каждого платить законно установленные налоги и сборы, заключается в непоступлении денежных средств в бюджетную систему Российской Федерации.

Аналогичная позиция была изложена в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления».

Неисполнение обязанности лицом уплатить законно установленные налоги и сборы влечет ущерб Российской Федерации в виде не полученных бюджетной системой денежных средств.

Из пункта 1 статьи 27 Налогового кодекса Российской Федерации (далее по тексту - НК РФ) следует, что законными представителями налогоплательщика-организации признаются лица, уполномоченные представлять указанную организацию на основании закона или ее учредительных документов.

При этом лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, по смыслу гражданского законодательства несет ответственность, если при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с п. 3.5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО40, ФИО41 и ФИО42» привлечение физического лица к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публично-правовому образованию в размере подлежащих зачислению в его бюджет налогов организации-налогоплательщика, возникший в результате уголовно-противоправных действий этого физического лица, возможно лишь при исчерпании либо отсутствии правовых оснований для применения предусмотренных законодательством механизмов удовлетворения налоговых требований за счет самой организации или лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам в предусмотренном законом порядке, в частности, после внесения в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении этой организации, либо в случаях, когда организация-налогоплательщик фактически является недействующей, в связи с чем, взыскание с нее или указанных лиц налоговой недоимки и пени в порядке налогового и гражданского законодательства невозможно. Этим не исключается использование мер, предусмотренных процессуальным законодательством, для обеспечения возмещения причиненного физическими лицами, совершившими налоговое преступление, вреда в порядке гражданского судопроизводства после наступления указанных обстоятельств, имея в виду, в том числе, возможность федерального законодателя учесть особенности применения таких мер в данных правоотношениях с учетом выраженных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций.

В указанном выше постановлении Конституционный Суд Российской Федерации указал, что применительно к случаям прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования суд при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении вреда, причиненного лицом, подвергнутым уголовному преследованию, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 Гражданского процессуального кодекса РФ должен принять данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершения деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела, в качестве письменных доказательств, которые суд обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

Аналогичная позиция применяется и к случаям отказа в возбуждении уголовного дела по истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности, поскольку в обоих случаях лицом проводящим проверку проверяются и устанавливаются обстоятельства по делу. Кроме того существенным является тот факт, что лицо в отношении которого отказано в возбуждении уголовного дела по указанному выше основанию не настаивает на расследовании уголовного дела с целью установления его невиновности, а соглашается с теми обстоятельствами которые установлены лицом проводящим проверку.

После исчерпания или объективной невозможности реализации установленных налоговым законодательством механизмов взыскания налоговых платежей с организации-налогоплательщика и предусмотренных гражданским законодательством механизмов привлечения указанных лиц к установленной законом ответственности обращение в суд в рамках статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации к физическому лицу, привлеченному или привлекавшемуся к уголовной ответственности за совершение налогового преступления, с целью возмещения вреда, причиненного публично-правовым образованиям, в размере подлежащих зачислению в соответствующий бюджет налогов и пеней по ним является одним из возможных способов защиты и восстановления нарушенного права и само по себе не может рассматриваться как противоречащее Конституции Российской Федерации.

С учетом указаний Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, судом исследованы выписки из ЕГРН в отношении ФИО66 ФИО65 Согласно приговорам суда, посредством данных фирм ответчиками проведены операции по обналичиванию денежных средств.

Из данных выписок усматривается, что вышеуказанные юридические лица являются недействующими.

По общему правилу об обязательствах вследствие причинения вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.

В соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» освобождение лица от уголовной ответственности, в том числе в случаях, специально предусмотренных примечаниями к соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, не означает отсутствие в деянии состава преступления, поэтому прекращение уголовного дела и (или) уголовного преследования в таких случаях не влечет за собой реабилитацию лица, совершившего преступление.

При таких обстоятельствах обстоятельства об исчерпании всех мер возможного взыскания ущерба ФИО67 являются установленными на основании имеющихся в деле доказательств и их совокупной оценки.

Вместе с тем, как усматривается из ответов ФИО68, на счете ФИО69 находятся денежные средства в размере 135423,44 руб., на счете ФИО70 в размере 67924,89 руб., в связи с чем суд полагает необходимым взыскать данные денежные средства в доход Российской Федерации.

В ходе расследования уголовного дела № наложен арест на денежные средства, находящиеся на счетах в различных банках, в том числе, на денежные средства в размере 9 900 000 рублей на счете, открытом в ФИО71 ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО23.

ФИО26 ФИО72. является свидетелем по уголовному делу.

В ходе расследования уголовного дела ФИО26 ФИО73 пояснял, что данные денежные средства в сумме 9 900 000 рублей ему не принадлежат, кем могли быть зачислены на счет эти денежные средства и с какой целью ему неизвестно Указанный счет в банке был им открыт по просьбе ФИО4, которому он передал полученную банковскую карту с пин-кодом. Согласно ответу ФИО74 на счете ответчика ФИО23 имеются арестованные денежные средства на сумму 9900000 руб., на которые также подлежит наложить взыскание в доход Российской Федерации в рамках настоящего гражданского дела.

Согласно ст.33 УПК РФ соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник.

В силу ч.1 ст.34 УПК РФ ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления.

Согласно ч.3 ст.42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением.

По смыслу ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п.2 ст. 1081 ГК РФ.

Поскольку незаконная банковская деятельность и незаконные банковские операции, в результате которых ответчиками был получен незаконный доход в размере 306 535 042,68 руб., были осуществлены ими в составе организованной группы, что установлено вступившими в законную силу приговорами Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, суд в силу ст.61 ГПК РФ приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению противоправно полученных денежных средств подлежит возложению на ответчиков в солидарном порядке.

Вместе с тем, ответчиками ФИО13, ФИО14, ФИО4, ФИО16, ФИО5 ФИО17, ФИО18 ФИО6 ФИО19, ФИО20, ФИО21 ФИО7 ФИО23 заявлены ходатайства о применении срока исковой давности, рассматривая которые суд приходит к следующим выводам.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого кодекса.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и др.).

Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что, определяя исковую давность как срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, гражданское законодательство закрепляет общий срок исковой давности, составляющий три года, исчисляемых - если законом не предусмотрено иное - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, то есть право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу. Именно с этого момента у данного лица возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением (принудительной защитой) своего права и начинает течь срок исковой давности. При этом суд, разрешая вопрос о соблюдении истцом срока исковой давности (давностного срока), о применении которого заявлено ответчиком, определяет момент начала течения этого срока, если законом не предусмотрено иное, исходя из фактических обстоятельств дела.

При этом само по себе наличие (отсутствие) вступившего в законную силу обвинительного приговора, в том числе в деликтных правоотношениях, не является определяющим при исчислении срока исковой давности для защиты права лица, нарушенного в результате совершения преступления, поскольку суд, обладая необходимыми дискреционными полномочиями, в каждом конкретном деле устанавливает момент начала течения этого срока исходя из фактических обстоятельств, в том числе установленных вступившим в законную силу судебным постановлением (приговором) и имеющих преюдициальное значение.

В пунктах 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 ГПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что срок исковой давности надлежит исчислять не со времени прокурорской проверки, а с того момента, когда соответствующее публично-правовое образование, в интересах которого обращается прокурор, в лице уполномоченных органов этого публично-правового образования узнало или должно было узнать о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как усматривается из приговоров Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону незаконные сделки осуществлены в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, участниками организованной группы в составе ФИО11, ФИО16, ФИО12, ФИО22, ФИО15, ФИО19 и неустановленных лиц, получен доход в сумме не менее 47 540 336,25 руб. от проведения транзитных операций и не менее 16 772 660,37 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму не менее 64 312 996,62 руб., что является особо крупным размером; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, руководителями единой организованной преступной группы ФИО11, ФИО33, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО10 и под их руководством участниками подконтрольной им единой организованной преступной группы ФИО16, ФИО12, ФИО5, ФИО30, ФИО1, а также членами руководимых ими организованных преступных групп, не осведомленных о своем участии единой организованной преступной группе ФИО22, ФИО43, ФИО19, ФИО21, ФИО20, ФИО44, ФИО18, ФИО7, ФИО17, ФИО13, ФИО14, ФИО2, ФИО8, ФИО45, ФИО4, и неустановленными лицами, получен доход в сумме не менее 126 851 446,48 руб. от проведения транзитных операций и не менее 81 134 642,94 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, на общую сумму не менее 207 986 089,42 руб., что является особо крупным размером; в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов юридических лиц, участниками организованной группы в составе ФИО33, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, ФИО5, ФИО7, ФИО30, ФИО18, ФИО13 и неустановленных лиц получен доход в сумме не менее 22 542 971,56 руб. от проведения транзитных операций и не менее 270 240,00 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств на общую сумму 22 813 211,56 руб., что является особо крупным размером; в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ с использованием расчетных счетов участниками организованной группы в составе ФИО10, ФИО1, ФИО8, ФИО2, ФИО34 (уголовное дело в отношении которой выделено в отдельное производство) и неустановленных лиц, получен доход в сумме не менее 4 334 821,08 руб. от проведения транзитных операций и не менее 7 087 924,00 руб. от проведения операций по обналичиванию денежных средств, а всего на общую сумму 11 422 745,08 руб., что является особо крупным размером.

При таких обстоятельствах, срок исковой давности по сделкам истек ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы истца о том, что срок исковой давности необходимо исчислять со дня вынесения приговора являются несостоятельными, так как действующее законодательство не содержит положений об исчислении срока исковой давности с момента принятия постановления органом дознания об отказе в возбуждении уголовного дела или с момента вступления в законную силу приговора суда.

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу, и именно с этого момента у него возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением своего права и начинает течь срок исковой давности.

Само по себе наличие (отсутствие) вступившего в законную силу обвинительного приговора не является определяющим при исчислении срока исковой давности для защиты права лица, нарушенного в результате совершения преступления, поскольку суд, обладая необходимыми дискреционными полномочиями, в каждом конкретном деле устанавливает момент начала течения этого срока исходя из фактических обстоятельств, в том числе установленных вступившим в законную силу судебным постановлением (приговором) и имеющих преюдициальное значение.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что о приговорах Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ по делу № и от ДД.ММ.ГГГГ по делу № прокурору стало известно в момент вынесения судебных актов, в то время, как с иском заместитель прокурора <адрес> обратился ДД.ММ.ГГГГ, т.е. с пропуском установленного срока исковой давности (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, соответственно).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований к ФИО13, ФИО14, ФИО4, ФИО16, ФИО5 ФИО17, ФИО18 ФИО6 ФИО19, ФИО20, ФИО21 ФИО7 по мотиву пропуска срока исковой давности.

В удовлетворении заявления ФИО23 о применении срока исковой давности, суд считает необходимым отказать, ввиду того что денежные средства, находящиеся на его счете в размере 9900 000 руб. ФИО23 не принадлежат, поступили на указанный счет в результате совершенных преступных действий лиц, к которым ФИО26 ФИО75. не относится.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 199, 196-200 ГПК РФ, суд, -

Р Е Ш И Л :

Исковые требования заместителя прокурора <адрес> в интересах РФ - удовлетворить частично.

Обратить взыскание на денежные средства, находящиеся на счете № принадлежащем ФИО23 (№) в № в размере 9900000 руб. в доход Российской Федерации.

Обратить взыскание на денежные средства, находящиеся на р/счете № принадлежащем ФИО76 (№) в ФИО77 в размере 135423,44 руб., в доход Российской Федерации.

Обратить взыскание на денежные средства, находящиеся на р/счете № принадлежащем ФИО78 (№) в ФИО79 в размере 67924,89 руб., в доход Российской Федерации.

Взыскать солидарно с ФИО11, №, ФИО12, №, ФИО22, №, ФИО15, №, в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 64312996,62 руб.

Взыскать солидарно сФИО10, №, ФИО1, №, ФИО8, №, ФИО2, №, в доход Российской Федерации противоправно полученные денежные средства в размере 11422745,08 руб.

Взыскать солидарно с ФИО10, №, ФИО11, №, ФИО12, №, ФИО1, №, ФИО22, №, ФИО15, №, ФИО3, №, ФИО2, №, ФИО8, №

В удовлетворении заявленных требований к ФИО13, №, ФИО14, №, ФИО9, №,ФИО16, №, ФИО5, №, ФИО17, №, ФИО18, №, ФИО6, №ФИО19, №, ФИО20, №, ФИО21, №, ФИО7, №, - отказать, в связи с истечением срока исковой давности.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: О.Б. Ноженко

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.