Решение № 2-3297/2023 2-576/2024 2-576/2024(2-3297/2023;)~М-2882/2023 М-2882/2023 от 28 февраля 2024 г. по делу № 2-3297/2023

Копия УИД 66RS0053-01-2023-003849-16

Мотивированное
решение изготовлено 29.02.2024

Гражданское дело № 2-576/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21.02.2024 г. Сысерть

Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Баишевой И.А., с участием сторон, при ведении протокола секретарем судебного заседания Свиридовой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Овеян ФИО15 (паспорт №40817810604900317040) к ФИО3 ФИО16 (паспорт №40817810604900317040), ФИО3 ФИО17 (паспорт №40817810604900317040) о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Овеян К.Л. обратилась с иском к ФИО4, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование указала, что между истцом и ответчиком ФИО4 был заключен договор аренды жилого <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого (с учетом акта приёма-передачи жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ) ответчику ФИО2 передан во владение и пользование, для проживания в нём, сроком на 11 месяцев, жилой дом по адресу: <адрес>А.

Размер арендной платы согласован сторонами в размере 40 000 рублей в месяц (п. 4.1 договора).

Вступившими в законную силу судебными актами преюдициально установлено, что фактические арендные правоотношения истца и ответчика по истечении указанного в договоре срока продлились на прежних условиях на неопределенный срок и сохранялись вплоть до 16.05.2021 (дата пожара в жилом доме).

Пунктом 2.3 договора предписывалось использовать жилой дом только для проживания в нём.

Вместе с тем, жилой дом использовался в качестве коммерческой недвижимости. Ответчик ФИО4 извлекала от использования жилого дома коммерческий доход, разместив в арендованных помещениях коммерческий детский сад «Звездочки».

Таким образом, состоящие в браке ответчики Ч-вы получили неосновательное обогащение в размере разницы в стоимости арендного владения и пользования жилой и коммерческой недвижимости.

Согласно справке ООО «Проспект» от 06.12.2023, по состоянию на 01.11.2019, величина арендной платы в месяц, исходя из условий, что 2-х этажное здание, площадь общая 182,7 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>, д., 4А, является нежилым (коммерческим), составляет (округленно) 74 700 рублей.

За время арендного владения и пользования жилым домом по договору в период с декабря 2020 по май 2021 года (6 календарных месяцев) уплачены денежные средства в общем размере 240 000 рублей (40 000 х 6 = 240 000).

За тот же период, с учётом фактического арендного использования жилого дома как коммерческой недвижимости, подлежали уплате денежные средства в общем размере 448 200 рублей (74 700 х 6 = 448 200).

Неосновательное обогащение составило 208 200 рублей (448 200 - 240 000 = 208 200).

Поскольку ответчики состоят в браке, в силу положений статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, они отвечают по искам солидарно за счёт общего имущества.

Истец просит суд взыскать с солидарных ответчиков ФИО4 и ФИО5 208 200 рублей в качестве неосновательного обогащения.

В судебном заседании истец ФИО1, её представители ФИО6, ФИО7 исковые требования поддержали, также поддержав доводы письменных возражений на отзыв ответчика.

Истец пояснила, что дом был сдан для проживания семьи из 4 человек: отец, мать и двое детей. Но никак не для других детей, которые были в доме. Дом она им сдавала с 2016 года. В 2016 году заключили они первый договор, перезаключили его в 2019 году. Она периодически ездила, осматривала имущество. Периодически ответчиков дома не было, ключ был только у них. Она не знала, что в доме располагается коммерческий детский сад, узнала об этом только при рассмотрении другого дела в судебном заседании 13.09.2023.

Аренда была рассчитана на 4-х людей. Дом не предназначался под детский сад. Там нет пожарной сигнализации. Важный факт – жизни чужих людей. Если бы она знала, что дом будет использоваться под коммерческие цели, сделала бы большую стоимость, с учетом количества проходящих туда людей. Дом был новый, свежей постройки. Имел место износ дома.

Представитель истца ФИО6 пояснил, что из договора и акта следует, что дом передан ответчику для проживания в нем, порядок оплаты согласован со сторонами. В договоре было особо оговорено, что дом передан исключительно для проживания, а не для использования в виде коммерческой недвижимости. Как оказалось, ФИО4 использовала переданный ей жилой дом в качестве коммерческой недвижимости, разместив в нем детский сад «Звездочка». Использование дома в этих целях осуществлялось весь период. Требования рассчитаны в пределах срока исковой давности. 16.05.2021 в доме произошел пожар, дом сгорел, после чего его использование было прекращено.

Ответчиком нарушены условия заключенного договора. Кроме того, в пожаре пострадали вещи и сейчас ответчик взыскивает их стоимость с истца. При рассмотрении этого дела стороной ответчика были даны пояснения о том, что использование объекта в качестве коммерческого не являлось тайной. Там были детские шкафчики и кроватки, что не соответствует количеству членов семьи.

Использование коммерческой недвижимости стоит дороже. Извлекалась коммерческая прибыль из имущества. Обогащение возникло за счет сбереженных денежных средств, которые необходимо было бы передать истцу. Обогащение возникло в связи с нарушением договора. Ответчики сберегли денежные средства, договор был заключен на других условиях, что следует из общих рыночных условий договора. Прямого условия в договоре, заключенного между сторонами, нет. Договор мог бы быть заключен на других условиях.

Ответчик также ввозит суд в заблуждение относительно периода использования дома под детский сад. ДД.ММ.ГГГГ был проведен осмотр сайта частного коммерческого детского сада «Радость» (ранее он назывался «Звездочки»). За декабрь 2020 года найден ряд видеофайлов, подтверждающих нахождение в детском садике детей. Есть материалы по новогоднему празднику ДД.ММ.ГГГГ. Аналогично есть и материалы за январь 2021 года. Есть материалы за февраль, март, апрель. Почти ежедневно выкладывались сведения по завтракам для родителей. Это все свидетельствует о коммерческом использовании детского сада.

Знание или незнание обстоятельств использования имущества не лишает истца права обратиться с иском о взыскании неосновательного обогащения. Ч-вы использовали жилой дом, принадлежащий истцу, не по целевому (исключительно жилому) назначению, а в коммерческих целях, вследствие чего, возникло неосновательное обогащение.

Настоящий иск появился ввиду того, что ФИО4 сожгла дом истца, а потом имела наглость предъявить еще ущерб за детские шкафчики. Тогда Овеян К.Л. решила воспользоваться своим правом и взыскать разницу.

Ответчик ФИО4, её представители ФИО8, ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признали по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, указав, что утверждения истца не соответствуют действительности.

Истец и ответчик ФИО4 были участниками дела, рассмотренного Сысертским районным судом Свердловской области по иску ФИО10 в ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения, о вселении и обязанности не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, в рамках которого также выявлялся вопрос о сдаче истцом дома по договору аренды и действовавшем на тот момент с согласия истца в доме детского сада. К исковому заявлению был приложен договор аренды жилого дома от 01.06.2017, заключенный между ФИО11 (ныне - Овеян К.Л.) и ФИО4 В п. 1.5. договора указано, что арендодатель согласен на открытие присмотра и ухода за детьми в арендуемом помещении.

В договоре от 01.06.2017 и в договоре № 1 от 11.11.2019 в п.6.2 указано, что в случае невыполнения одной из сторон договора, принятых на себя обязательств, договор может быть расторгнут ранее срока его окончания. Ни в одной редакции договоров нет согласованных условий на случай нецелевого использования объекта аренды.

Таким образом, истец знала об использовании под детский садик 1 этажа дома, как минимум с 2017 года. Не предъявляла требования к арендатору о расторжении договора в связи с нецелевым использованием. При перезаключении договора в 2019 году не изменила условия договора по размеру арендной платы.

В 2020 году в связи с эпидемией Ковид детский сад работал периодами, а с января 2021 год в доме не осуществлялась деятельность детского сада. Патент на осуществление деятельности детского сада был закрыт ФИО4 самостоятельно, налоги за осуществление предпринимательской деятельности в 2020 году были оплачены. ФИО4 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя без образования юридического лица с 16.12.2016 по 23.12.2020.

Таким образом, ответчик проживала со своей семьей в жилом доме на основании действующего договора аренды жилого дома №1 от 01.11.2019, а также до 23.12.2020 осуществляла предпринимательскую деятельность на первом этаже дома по предоставлению услуг детского садика «Звездочка».

Истцом заявлен период неосновательного обогащения с декабря 2020 года по май 2021 года, включительно. Исковое заявление датировано 20.12.2023, а в соответствии с информацией сайта суда, исковое заявление принято и зарегистрировано судом 21.12.2023. В доме, который арендовала ответчик со своей семье на основании договора аренды жилого дома № 1 от 01.11.2019, произошел пожар 16.05.2021. Срок исковой давности по взысканию неосновательного обогащения 3 года. Таким образом, начало срока 21.12.2020, окончание – 15.05.2021.

Истец по собственному желанию передал в аренду дом, заключив договор аренды с ответчиком, ежемесячно требовал и принимал арендную оплату по согласованной цене. Истец в течение четырех лет, зная об осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности по содержанию детского сада, ни разу не потребовал возврата дома, а также не требовал увеличения арендной платы. При таких обстоятельствах, можно сделать вывод об отсутствии неосновательного обогащения на стороне ответчика, поскольку за весь спорный период по договору аренды действовала обоюдно согласованная цена за пользование домом.

Если у сторон на протяжении длительного периода времени не возникало спорных вопросов касательно уплаты арендной платы, то вряд ли будет законным пересматривать ее размер в судебном порядке по каким-либо формальным основаниям, игнорируя волю сторон.

Ответчик в судебном заседании дополнительно пояснила, что с истцом был договор с 2016 года. Это жилье истец сдавала изначально ей под детский сад, истец знала об этом - они вместе просили в Администрации сделать заезд. Истец говорила о том, что договор между ними в таком виде, чтобы не оплачивать налоги, боялась проверок. Оплату она всегда брала наличными денежными средствами. Истец приходила осматривать дом пару раз в месяц, все видела. Она знала до последнего дня, что там был детский сад. Сейчас садик действует по другому адресу. Сайт работает, он закрытый, потому что выкладываются детские фотографии.

В доме истца детский сад закрылся в декабре 2020 года, так как была пандемия и основная масса детей ушла. Так как у некоторых были вперед оплачены места, она работала с ними, открывались 2 - 3 раза в неделю. Полностью садик был закрыт до того, как дом сгорел. Именно детский сад в спорный период уже не функционировал. Это был просто присмотр как няни.

Сайт продолжала поддерживать, так как хотела продолжить деятельность с лета. Это ее личный сайт, туда она может выкладывать любые фотографии, в том числе и старые. Появление на сайте новых фотографий не означает, что они сделаны в день их размещения.

Представитель ответчика ФИО8 дополнительно пояснил, что договор был заключен в 2019 году. Истцом заявлен период с декабря 2020 года по май 2021 года, при этом не представлено доказательств тому, что дом использовался как садик в этот период времени. В декабре 2020 года не существовало никакого садика, ответчик закрыла ИП. Ранее помещение использовалось как садик, он работал периодически. После закрытия ИП садика не существовало как фактически, так и документально.

Истец лукавит о том, что она не знала. В рамках другого дела, рассмотренного в 2017 году, выяснялся вопрос о сдаче дома истцом в аренду. Также проверялось заявление, был получен отказ в возбуждении уголовного дела по поводу законности нахождения там детского сада. Ранее истец пыталась взыскать ущерб за сгоревший дом. Вина арендатора не была установлена, в иске отказано. По факту, семья Ч-вых проживала на втором этаже дома, а на первом этаже был детский садик.

Срок исковой давности - 3 года. Исковое заявление поступило в декабре 2023 года. Декабрь 2020 года уже не попадает. С 2023 года ИП было закрыто документально, никакого садика там не было. В период входит только 3 дня. 16.05.2021 произошел пожар, дом пришел в непригодность.

Есть договор, условия сторонами были оговорены. Никаких других условий нет. Истец знала о том, что там находится садик, но не расторгала договор аренды, он действовал, арендную плату истец получала. Претензии возникли только тогда, когда у ответчика появились претензии на счет сгоревшего имущества. Истец по собственному желанию передала в аренду дом, получала плату по согласованной цене, зная о том, что там ведется предпринимательская деятельность, не требовала увеличения платы.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен заблаговременно и надлежащим образом судебной повесткой, а также путем своевременного размещения информации о рассмотрении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Из материалов дела следует, что 01.11.2019 между истцом Овеян К.Л. (арендодатель) и ответчиком ФИО4 (арендатор) был заключен договор аренды жилого дома № 1, согласно которому арендодатель передает арендатору в аренду жилой дом, находящийся в его собственности (владении), расположенный по адресу: <адрес><адрес>, с прилегающим земельным участком.

Срок действия договора 11 месяцев (пункт 1.6 договора).

Согласно пункту 2.1 договора, арендатор обязался уплачивать арендную плату ежемесячно в срок до 1 числа каждого месяца.

Пунктом 4.2 договора арендная плата установлена следующим образом: в общей сумме 40 000 рублей в месяц, НДС не предусмотрен, счет-фактура не предъявляется. В стоимость арендной платы не входит стоимость коммунальных услуг: водоснабжение, теплоснабжение, энергоснабжение, канализация.

В пункте 2.3 договора стороны установили, что арендатор обязуется использовать дом только в качестве жилья.

Истец указывает, что фактические арендные правоотношения истца и ответчика по истечении указанного в договоре срока продлились на прежних условиях на неопределенный срок и сохранялись до даты пожара в доме - 16.05.2021.

Вместе с тем, жилой дом использовался в качестве коммерческой недвижимости. Ответчик ФИО4 извлекала от использования жилого дома коммерческий доход, о чем истцу стало известно только в сентябре 2023 года в судебном заседании при рассмотрении другого гражданского дела.

Истец полагает, что ответчики получили неосновательное обогащение в размере разницы стоимости арендного владения и пользования жилой и коммерческой недвижимости.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушение требования части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относимых и допустимых доказательств возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца, истцом суду не представлено.

Вступившими в законную силу судебными актами, вынесенными по гражданскому делу № 2-2303/2017 по иску ФИО10 к ФИО11 (в настоящее время – истец Овеян К.Л.) о вселении, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, установлено, что жилой дом передан ФИО11 в пользование ФИО4 для организации детского сада.

Судебной коллегией по гражданским делам Свердловского областного суда в апелляционном определении от 21.02.2018 по названному делу зафиксировано, что согласно договору аренды от 01.06.2017, заключенному между арендодателем ФИО11 и арендатором ФИО4, спорный дом передан для проживания семьи арендатора в количестве четырех человек сроком на 3 месяца, с 01.07.2017 по 01.09.2017.

В этом же апелляционном определении зафиксировано, что согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.06.2017, с января 2017 года в доме осуществляет деятельность частный детский сад «Звездочка». Организатором указанного детского сада является ФИО4, которая занимает спорное помещение на основании договора аренды, заключенного с ФИО11

На основании пояснений ФИО4 и ФИО5 суд установил, что в спорном помещении проживает семья Ч-вых, также ФИО4 осуществляется деятельность по организации в доме частного детского сада.

Как установлено в судебном заседании, 16.05.2021 в доме произошел пожар.

Решением Сысертского районного суда от 11.11.2021 исковые требования Овеян К.Л. к ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате пожара, судебных расходов, были удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 01.02.2023, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18.05.2023, решение Сысертского районного суда Свердловской области от 11.11.2021 в части удовлетворенных исковых требований Овеян К.Л. к ответчику ФИО12 было отменено. В указанной части было принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Вопреки доводам представителя истца о том, что ранее заключенный между сторонами договор от 01.06.2017 не обладает свойством относимости и то, что было до заключения договора от 01.11.2019, не имеет правового значения, заключенный между сторонами договор аренды от 01.11.2019 был исследован судами в рамках рассмотрения указанного дела. Судами было установлено, что 01.06.2017 между сторонами заключался аналогичный договор аренды.

По окончании срока действия договора аренды от 01.11.2019, семья ответчиков (супруги и их несовершеннолетние дети) продолжила проживать в указанном доме на тех же условиях коммерческого найма, в письменной форме договор на новый срок заключен не был. Данное обстоятельство в ходе судебного разбирательства не оспаривалось сторонами.

Кроме того, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 09.01.2024, вынесенным по названному делу в связи с подачей Овеян К.Л. заявления о пересмотре апелляционного определения от 01.02.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам, судебной коллегией также было установлено, что сам по себе факт использования ответчиками дома (коттеджа) под детский сад, был известен истцу еще в 2017 году.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таким образом, доводы истца о том, что ответчик организовала в арендуемом помещении детский сад без ведома и согласия истца, о чем истцу стало известно только в сентябре 2023 года, являются несостоятельными, опровергаются вступившими в законную силу судебными актами, которыми факт существования детского сада установлен еще в 2017 году, о чем истец, являясь стороной по данным делам не могла не знать.

Располагая соответствующими сведениями, стороны в письменном виде заключили договор аренды жилого дома № 1 от 01.11.2019, в котором согласовали размер арендной платы в сумме 40 000 рублей в месяц.

Принцип свободы договора установлен в пункте 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Оценив в совокупности объяснения сторон, представленные ими доказательства и установленные вступившими в законную силу судебными актами фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что фактически истец передала ответчику жилой дом для проживания в нем семьи ответчика и организации в нем детского сада. С учетом указанных обстоятельств стороны согласовали размер подлежащей уплате за пользование имуществом арендной платы.

То обстоятельство, что в письменном виде стороны зафиксировали условия отличные, чем фактически сложились между сторонами, о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения не свидетельствует.

Арендная плата была согласована с учетом фактического использования ответчиком дома, оплата истцом принималась, договор сторонами исполнялся. Соглашение об изменении арендной платы между сторонами не заключалось, каких-либо претензий в части размера арендной платы истец к ответчику в период действия договора не предъявляла, расторжения договора не требовала, об отказе от договора не заявляла.

При наличии между сторонами правоотношений, вытекающих из договора аренды, во исполнение обязательств по которому истец передавал ответчику в пользование недвижимое имущество, а ответчиком оплачивалась арендная плата в согласованном сторонами размере, оснований полагать, что на стороне ответчика за счет истца возникло неосновательное обогащение, у суда не имеется.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Сысертский районный суд Свердловской области.

Судья подпись И.А. Баишева