Решение № 2-686/2025 2-686/2025~М-609/2025 М-609/2025 от 29 декабря 2025 г. по делу № 2-686/2025

Дело № 2-686/2025 -КОПИЯ-

УИД 03RS0053-01-2025-001000-82


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 декабря 2025 года с. Кушнаренково РБ

Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Шахмуратова Р.И.,

при секретаре судебного заседания Гизатуллиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного выплатой излишних сумм,

УСТАНОВИЛ:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан (далее – ОСФР по Республике Башкортостан) обратилось с иском к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного выплатой излишних сумм.

В обосновании иска указали, что 01 сентября 2002 г. ответчику решением ОСФР по Республике Башкортостан была назначена социальная пенсия в соответствии со статьей 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации». В последующем истцом установлен факт переплаты ответчику по его вине 298 346,72 руб. за период с 01 декабря 2023 г. по 30 апреля 2025 г., что привело к причинению ущерба ОСФР по Республике Башкортостан. Вина ответчика заключается в том, что им не были сообщены в установленном законом сроки сведения об отчислении из Кушнаренковского многопрофильного профессионального колледжа на основании приказа от 28 ноября 2023 г. № 117а. При этом ФИО1 был извещен о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган СФР о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплат пенсии, что отражено в пункте 5 заявления о назначении пенсии от 17 декабря 2015 г.

Просят взыскать с ответчика ФИО1 в пользу ОСФР по Республике Башкортостан сумму ущерба в размере 298 346,72 руб.

Представитель истца, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился, в деле имеется ходатайство о проведении судебного разбирательства без участия их представителя.

Ответчик ФИО1 в суд также не явился, извещение о времени и месте рассмотрении дела судом по адресу регистрации ответчика направлено своевременно, конверт возвращен Почтой России с отметкой «истек срок хранения», в связи с неявкой адресата для получения судебной корреспонденции.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО1 не воспользовался своим правом на личное участие в судебном заседании, что является его субъективным правом, не направил в суд своего представителя, не представил каких-либо возражений по иску и соответственно несет риск наступления последствий совершения или не совершения им процессуальных действий. В целях соблюдения баланса интересов сторон и процессуальных сроков, учитывая, что судом были предприняты все исчерпывающие меры по надлежащему извещению данного ответчика, суд признает причины неявки ФИО1 неуважительными.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц.

Исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункты 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в том числе пенсии и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата в определенных случаях денежных сумм могут применяться в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное обеспечение.

Таким образом, с гражданина, которому назначена пенсия по потере кормильца как студенту учебного заведения, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности (противоправности) в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со статьей 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

С заявлением о назначении несовершеннолетнему пенсии по случаю смерти его отца в пенсионный орган 17 декабря 2015 г. обратился законный представитель ФИО2 – ФИО3

На основании решения ОСФР по Республике Башкортостан ФИО1 назначена страховая пенсия по случаю потери кормильца.

В последующем пенсионным органом выявлен факт излишней выплаты пенсии ФИО1 за период с 01 декабря 2023 г. по 30 апреля 2025 г. в связи с его отчислением из учебного заведения, что подтверждается решением об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии № № от 16 апреля 2025 г. и протоколом о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии и социальных выплат № № от 16 апреля 2025 г.

Согласно расчету излишне выплаченных гражданину сумм пенсии за период с 01 декабря 2023 г. по 30 апреля 2025 г. излишне выплаченная сумма составила 298 346,72 руб.

Из справки ГПОУ Кушнаренковский многопрофильный профессиональный колледж имени Д.Б. Мурзина № 38 от 09 декабря 2025 г. следует, что ФИО1 обучался в ГПОУ Кушнаренковский многопрофильный профессиональный колледж имени Д.Б. Мурзина с 2021 года по 25 января 2024 г. Приказ о зачислении № № от 23 августа 2021 г., отчислен по приказу № № от 25 января 2024 г. за пропуски занятий по неуважительной причине и за академическую неуспеваемость.

После отчисления из учебного заведения ФИО1 продолжал являться получателем пенсии.

Данные обстоятельства послужили поводом для направления ФИО1 претензии № № от 12 августа 2025 г. с требованием о возврате излишне выплаченной суммы пенсии в размере 298 346,72 руб., которая оставлена ответчиком без удовлетворения, что явилось основанием для инициирования ОСФР по Республике Башкортостан иска о взыскании с ФИО1 ущерба, причиненного выплатой излишних сумм.

Позиция истца основывается на том, что переплата пенсии по потере кормильца в размере 298 346,72 руб. произошла по вине ответчика ФИО1, своевременно не сообщившего в пенсионный орган об отчислении его из ГПОУ Кушнаренковский многопрофильный профессиональный колледж имени Д.Б. Мурзина, о чем он знал.

Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

На основании пункта 3 части 1 статьи 11 данного Закона право на социальную пенсию в соответствии с настоящим Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет либо дети, достигшие возраста 18 лет и завершившие обучение, а также дети, достигшие возраста 18 лет и обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.

В силу положения статьи 13 Закона № 166-ФЗ (в соответствующей редакции) при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 9 указанного Федерального закона право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших умышленное уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в подпункте 2 пункта 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в установленном порядке. Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Нормы, аналогичные вышеприведенным, предусмотрены в настоящее время положениями части 1 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 февраля 2018 г. № 10-П в целях обеспечения добросовестного исполнения субъектами пенсионных отношений своих обязанностей и предупреждения злоупотребления правом на получение пенсии ст. 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» установлена ответственность физических и юридических лиц за представление недостоверных сведений и несвоевременное представление необходимых сведений, влекущих за собой изменение размера трудовой пенсии или прекращение ее выплаты, - возмещение ущерба, причиненного Пенсионному фонду Российской Федерации перерасходом средств на выплату трудовых пенсий (аналогичное правовое регулирование содержится в статье 28 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Из приведенных положений пенсионного законодательства следует, что привлечение к юридической ответственности в виде возмещения Пенсионному фонду Российской Федерации причиненного ущерба обусловлено наличием вины субъекта правонарушения. Это согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, в силу которой наличие вины является общим и общепризнанным принципом юридической ответственности во всех отраслях права, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. закреплено непосредственно в законе (постановления от 25 января 2001 г. № 1-П, от 17 июля 2002 г. № 13-П, от 18 мая 2012 г. № 12-П, от 14 февраля 2013 г. № 4-П, от 09 июля 2013 г. № 18-П, от 08 апреля 2014 г. № 10-П и др.).

Таким образом, федеральный законодатель, закрепивший - в рамках своих дискреционных полномочий в сфере регулирования пенсионных отношений - в ст. 25 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» специальный механизм защиты публичных имущественных интересов, связанных с использованием средств Пенсионного фонда Российской Федерации на выплату в определенном размере пенсий лицам, которые отвечают установленным требованиям, исходил из того, что пункты 1 и 2 данном статьи не предполагают возложение ответственности на гражданина, которому была назначена пенсия, если не установлена его вина в указанных в данной статье деяниях, а ущерб, причиненный Пенсионному Фонду Российской Федерации перерасходом средств на выплату пенсии, не являлся следствием противоправных действий (или бездействия) гражданина, неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него законом обязанностей.

С учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 26 февраля 2018 г. № 10-П, с гражданина, которому назначена пенсия по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности (противоправности) в действиях такого гражданина.

Вместе с тем, в заявление о назначении пенсии от 17 декабря 2015 г., в котором также содержались общие обязанности получателя пенсии, подавалось законным представителем несовершеннолетнего ФИО1 – ФИО3, что свидетельствует о том, что в полной мере ответчик не мог осознавать суть своих обязанностей и последствия их невыполнения.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ОСФР по Республике Башкортостан ФИО1 не были надлежащим образом разъяснены условия продолжения выплаты пенсии по потере кормильца исключительно в период его обучения, а также обязанность сообщать об отчислении из учебного заведения, с последствиями в виде возврата излишне выплаченной суммы пенсии.

В этой связи неинформирование пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии, как таковое, не указывает на наличие признаков недобросовестности ответчика и не является следствием его противоправных действий (или бездействия), а предполагаемая пенсионным органом осведомленность ФИО1 о знании и понимании им содержания нормативных правовых актов, касающихся выплаты пенсии по потере кормильца и особенностей прекращения пенсионной выплаты, не презюмирует недобросовестность последнего.

Доказательств, подтверждающих недобросовестность ответчика, совершение им неправомерных действий, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью дальнейшего получения пенсии после отчисления его из учебного заведения, истцом не представлено.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан к ФИО1 о взыскании ущерба, причиненного выплатой излишних сумм, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Кушнаренковский районный суд Республики Башкортостан

Решение в окончательной форме изготовлено 12 января 2026 г.

Председательствующий Р.И. Шахмуратов

Копия верна.

Судья Р.И. Шахмуратов