Апелляционное определение № 33-622/2026 от 15 апреля 2026 г.

Председательствующий по делу Дело №33-622/2026

Судья Рыбаков В.А. (№ дела в суде 1-й инст. 2-3835/2025)

УИД 75RS0№-62


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам <адрес>вого суда в составе:

председательствующего судьи Казакевич Ю.А.,

судей Погореловой Е.А., Слепцова И.В.

при секретаре Максимовой М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в <адрес> 16 апреля 2026 года гражданское дело по иску Борзинского межрайонного прокурора в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансВэй», обществу с ограниченной ответственностью «Служба Сервиса» о взыскании компенсации морального вреда, возложении обязанности,

по апелляционной жалобе представителя ответчика ООО «ТрансВэй» ФИО2

на решение Центрального районного суда <адрес> от <Дата>, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ТрансВэй» удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ТрансВэй» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Служба Сервиса» удовлетворить частично.

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Служба Сервиса» (ИНН <***>, ОГРН <***>) направить ФИО1 в учреждение медико-социальной экспертизы на освидетельствование (переосвидетельствование) в установленные учреждением медико-социальной экспертизы сроки.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ТрансВэй» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в бюджет городского округа «Город Чита» государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Служба Сервиса» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в бюджет городского округа «Город Чита» государственную пошлину в размере 3000 рублей».

Заслушав доклад судьи Казакевич Ю.А., судебная коллегия

установила:

Борзинский межрайонный прокурор обратился в суд с настоящим иском в интересах ФИО1, ссылаясь на следующие обстоятельства.

На основании трудового договора от <Дата> № ФИО1 работал в ООО «Служба сервиса» в производственном отделе по <адрес> в должности грузчика. Согласно договору возмездного оказания услуг от <Дата>, заключенного между ООО «Служба Сервиса» (исполнитель) и ООО «ТрансВэй» (заказчик), исполнитель выполняет следующие виды работ: погрузка ТКО в кузов мусоровоза (подача контейнеров для сбора ТКО к мусоровозу), расстановка контейнеров для сбора ТКО на площадках, сбор просыпавшихся отходов и загрузка их в мусоровоз, очистка кузова мусоровоза от остатков отходов при разгрузке. Заказчик обязуется обеспечить доставку сотрудников исполнителя к местам оказания услуг транспортом заказчика.

<Дата> водитель специализированного транспортного средства ООО «ТрансВэй» ФИО3 и ФИО1 после сбора ТКО в сельском поселении «Хада-Булакское» возвращались на автомобиле КАМАЗ,г/н № в <адрес> по федеральной <адрес> Данный участок дороги имел повреждения в асфальтовом покрытии. Примерно в 13:10 в районе 340 км автомобиль опрокинулся через бордюр вправо на бок и затем на обочине встал на крышу.

Согласно медицинскому заключению ГУЗ «Борзинская ЦРБ» ВК № ФИО1 выставлен диагноз: <данные изъяты>

Старшим следователем СО ОМВД России по <адрес><Дата> возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Согласно акту о расследовании тяжелого несчастного случая, проведенного в период с <Дата> по <Дата>, комиссия квалифицирует тяжелый несчастный случай, произошедший в результате дорожно-транспортного происшествия с грузчиком ООО «Служба Сервиса» ФИО1 как несчастный случай, связанный с производством, который подлежит оформлению актом Н-1, учету и регистрации в ООО «Служба Сервиса».

Согласно акту о несчастном случае на производстве формы от <Дата> Н-1 основной причиной несчастного случая явилось нарушение правил дорожного движения работником ООО «ТрансВэй».

В результате произошедшего ФИО1 причинены физические и нравственные страдания, в настоящее время привычный образ жизни истца изменен, совершение обычных действий (приготовление еды, уборка, стирка) сопряжено с рядом сложностей. Психологическое состояние ухудшилось, нарушился сон.

Прокурор просил суд взыскать с ООО «ТрансВэй» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, обязать ООО «Служба Сервиса» сообщить в ОСФР по Забайкальскому краю сведения о наступлении страхового случая, собрать и представить в ОСФР по Забайкальскому краю документы (их заверенные копии), являющиеся основанием для начисления и уплаты страховых взносов, назначения обеспечения по страхованию, и иные сведения, необходимые для осуществления обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, направить застрахованного в учреждение медико-социальной экспертизы на освидетельствование (переосвидетельствование) в установленные учреждением медико-социальной экспертизы сроки (т.1. л.д. 6-12).

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от <Дата>, к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ОСФРпо Забайкальскому краю (т.1, л.д. 183).

Судом постановлено вышеприведенное решение (т.1, л.д. 234-237).

В апелляционной жалобе представитель ответчика ООО «ТрансВэй» ФИО2 просит решение районного суда отменить, принять по делу новое решение, уменьшить размер компенсации морального вреда до разумной и справедливой суммы.

Полагает, что при определении размера компенсации морального вреда, судом не в полной мере были оценены все обстоятельства дела. В частности, судом не было учтено, что основной причиной несчастного случая согласно акту о несчастном случае на производстве формы Н-1 от <Дата> явилось нарушение ПДД водителем ООО «ТрансВэй» ФИО3, однако вина ООО «ТрансВэй» как юридического лица в причинении морального вреда ФИО1 не доказана. Нарушение ПДД водителем, являющимся работником организации, само по себе не свидетельствует о безусловной вине юридического лица в причинении вреда.

Судом не было выяснено, предприняты ли со стороны ООО «ТрансВэй» все необходимые меры для обеспечения безопасности водителя и транспортного средства, находился ли водитель в надлежащем состоянии перед выездом на маршрут.

В связи с неявкой процессуального и материального истцов в судебные заседания, судом не в полной мере учтена степень страданий истца, отсутствуют доказательства, подтверждающие тяжесть и продолжительность нравственных страданий материального истца.

Также судом не были учтены в полной мере требования разумности и справедливости, сложившаяся судебная практика по аналогичным делам. Взысканная судом сумма компенсации несоразмерно велика, учитывая вышеуказанные обстоятельства (т.2, л.д. 2-3).

Истец ФИО1, ответчик ООО «Служба Сервиса», третье лицо ОСФР по Забайкальскому краю, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания в суд не явились, ходатайств об отложении слушания по делу не заявили, представитель ОСФР по Забайкальскому краю направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя ответчика ООО «ТрансВэй» ФИО2, процессуального истца – прокурора Валишина В.В., проверив законность и обоснованность обжалуемого решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для его отмены или изменения не находит в связи со следующим.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (статья 1064 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 10 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется путем компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу положений части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как предусмотрено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда, в соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как разъяснено в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено и из материалов дела следует, что постановлением Борзинского городского суда Забайкальского края от <Дата> прекращено уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ в связи с примирением сторон (т.1, л.д. 86-87).

Из текста названного постановления усматривается, что <Дата> в период времени с 13:00 до 13:10 часов водитель ФИО3, управляя технически исправным автомобилем марки «№, принадлежащем на праве собственности ООО «АвтоЛидер», находящегося в пользовании по договору аренды у ООО «ТрансВэй», двигаясь по федеральной дороге <адрес> на участке федеральной автомобильной дороги расположенном на 41 метре +1,5 метра юго-восточного направления от километрового столба «345» с находившимися внутри салона пассажирами ФИО1 и ФИО4 в вышеуказанное время, проявив преступную небрежность, не предвидя наступления общественно опасных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, умышленно, в нарушение требования п. 10.1 (абз. 1) ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимости в направлении движения; в нарушение требований п.1.5 ПДД РФ, согласно которому участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в результате чего ФИО3 создал опасность для своих пассажиров ФИО1 и ФИО4 НГ., не справился с управлением и допустил опрокидывание транспортного средства автомобиля марки «№

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир ФИО1 получил телесные повреждения: закрытую тупую травму туловища: <данные изъяты>

Из медицинского заключения ВК № следует, что ФИО1 <Дата> в 14:20 поступил в приемный покой ГУЗ «Борзинская ЦРБ» с диагнозом: <данные изъяты>

ФИО1 работает в должности грузчика в ООО «Служба Сервиса» с <Дата> (т.1, л.д. 147-149).

Из справки ООО «Служба Сервиса» от <Дата> следует, что ФИО1 работает в ООО «Служба Сервиса» в должности грузчика с <Дата> по настоящее время (т.1, 108).

Из Акта № о несчастном случае на производстве, Акта о расследовании группового несчастного случая следует, что причиной несчастного случая на производстве явилось нарушение правил дорожного движения работником сторонней организации ФИО3 – водителем ООО «ТрансВэй», который не справился с управлением автомобиля марки «№ и допустил опрокидывание автомобиля, чем причинил тяжкий вред здоровью пассажира ФИО1 Комиссия квалифицировала тяжелый несчастный случай, произошедший в результате ДТП с грузчиком ООО «Служба Сервиса» ФИО1, как несчастный случай, связанный с производством (т.1, л.д. 114-117, л.д. 135-139).

Из представленного в материалы дела индивидуального плана комплексной реабилитации (заключения врачебной комиссии) (стационарный этап – итоговое) ГУЗ «Борзинская ЦРБ» на основании протокола врачебной комиссии № от <Дата> следует, что ФИО1 оказывалось стационарное лечение в ГУЗ «Борзинская ЦРБ» с <Дата> по <Дата>, переведен на амбулаторный этап по месту жительства, явка <Дата>. В настоящее время реабилитационное лечение в Центре реабилитации не показано, нуждаемости в лекарствах, ПОИ, ТСР нет (т.1, л.д. 208).

Из справки ОСФР по <адрес> от <Дата> на запрос суда следует, что ФИО1 выплачивалось пособие по временной нетрудоспособности за период с <Дата> по <Дата>, а также пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве с <Дата> по <Дата> (т.1, л.д. 194).

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с ООО «ТрансВэй» в размере 300 000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда в указанном размере, судом было учтено: отсутствие умысла ответчика в совершении действий, повлекших причинение вреда ФИО1, характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего, которому причинен вред в результате несчастного случая на производстве, истец получил производственную травму, в результате был причинен тяжкий вред его здоровью, истец находился на листке нетрудоспособности около трех месяцев, а также требования разумности.

Также суд пришел к выводу о возложении на ООО «Служба Сервиса» обязанности направить ФИО1 в учреждение МСЭ на освидетельствование (переосвидетельствование) в установленные учреждением МСЭ сроки. Поскольку решение суда указанной части не обжалуется, его законность и обоснованность в соответствии со ст. 327.1 ч. 2 ГПК РФ в указанной части не проверяется судом апелляционной инстанции.

Оценивая доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для изменения или отмены решения суда в обжалуемой части, при этом исходит из следующего.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы, стороной истца в материалы дела представлено: телефонограмма от <Дата>; выписной эпикриз из ГУЗ «Борзинская ЦРБ», медицинская карта ФИО1, ответ ГУЗ «Борзинская ЦРБ» от <Дата>, заключение врачебной комиссии № от <Дата>; индивидуальный план комплексной реабилитации, объяснения ФИО1 от <Дата> (т.2, л.д. 73, л.д. 89-90, л.д. 91-97, л.д. 98, л.д. 99, л.д. 100, л.д. 103-105).

Из пояснений ФИО1, данных от <Дата> в ходе телефонного разговора со старшим помощником Борзинского межрайонного прокурора Балжимаевой В.Н. следует, что его семья проживает в <адрес>. Состав семьи: супруга ФИО5, детей на иждивении не имеется. На производстве он получил сотрясение головы, пострадали сильно обе ноги. Со стороны организации помощи в реабилитации оказано не было, только произведен перерасчет больничного на сумму 3 000 руб. Срок восстановления после полученных травм составил два месяца, на протяжении первой недели после ДТП он не мог ходить, супруга помогала его переносить по тем или иным нуждам. Самостоятельно обслуживать себя он не мог на протяжении первых двух недель, ФИО5 в этот период следила за ним лично. В настоящее время он страдает от перепадов давления после происшествия, иных проявляемых последствий не установлено. Вся медицинская документация о состоянии его здоровья, подтверждающая существенность полученных травм на производстве, имеется в материалах дела, иной документации на руках у него не имеется (т.2, л.д. 73).

Из выписного эпикриза ГУЗ «Борзинской ЦРБ» усматривается, что ФИО1 в период с <Дата> по <Дата> находился на стационарном лечении в отделении хирургии в ГУЗ «Борзинская ЦРБ». Клинический диагноз: <данные изъяты>

Из представленной медицинской карты ФИО1 усматривается, что с <Дата> по <Дата> проходил амбулаторное лечение у врача-хирурга в ГУЗ «Борзинская ЦРБ» с диагнозом: <данные изъяты>

Из ответа ГУЗ «Борзинская ЦРБ» от <Дата> на обращение Борзинского межрайонного прокурора усматривается, что ФИО1 в результате полученной <Дата> производственной травмы согласно медицинскому заключению ВК № от <Дата> в период времени с <Дата> по <Дата> находился на стационарном лечении в отделении травматологии ГУЗ «Борзиснкая ЦРБ» с диагнозом: <данные изъяты>

Из заключения врачебной комиссии (план лечения) усматривается, что врачебной комиссией <Дата> установлена необходимость проведения ФИО1 медицинской реабилитации: <данные изъяты>

Из представленных объяснений ФИО1 от <Дата> следует, что в настоящее время он продолжает работать в ООО «Служба Сервиса» в должности грузчика, проживает в <адрес> с составом семьи: супруга: ФИО5, сын супруги – ФИО6, <Дата> (биологически не родной сын, но воспитывает его с детства и воспринимает его как своего, находится на полном его иждивении). Летом 2024 г. с ним (ФИО1) произошел несчастный случай на производстве. В тот день (точную дату не помнит) его госпитализировали в ГУЗ «Борзинская ЦРБ», обе ноги были в гематомах, 4 ребра сломано, отбиты почки. Первые три дня он не мог сидеть, вставать и как-либо передвигаться, было сложно дышать, так как ребра были сломаны. Семь дней после ДТП мочеиспускание было с кровью, четырнадцать дней он передвигался на инвалидной коляске (первые три дня из-за болей не мог в нее сесть). В течение первых двух недель он самостоятельно не передвигался, ему помогала супруга, которая для ухода за ним взяла отпуск на работе. Он старался меньше пить и есть, чтобы реже ходить в туалет, так как передвигался с болью, а также нужна была помощь супруги, которой приходилось перемещать его до инвалидной коляски, кроме того, вся эта ситуация беспомощности ему была неприятна. Самостоятельно передвигаться он начал только спустя полтора месяца с момента ДТП. Спустя два месяца (56 дней с момента ДТП) он вышел на работу. Никаких курсов реабилитации, в том числе в <адрес> или в <адрес> ему не предлагали, не направляли. Работодателем денежные средства ему в счет компенсации не предоставлялись, страховые выплаты он не получал. После полученных травм передвигался в инвалидной коляске, которую ему предоставила поликлиника, потому что он не мог самостоятельно ходить. В настоящее время ноги восстановились, однако болит спина (из-за ранее сломанных ребер, поскольку кости были сломаны возле позвоночника) (т.2, л.д. 103-105).

Таким образом, анализируя установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание: характер полученных истцом травм: <данные изъяты>; характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, что выразилось в претерпевании им боли, в том числе в настоящее время, в нарушении привычных условий жизнедеятельности, необходимости передвижения в первые две недели после ДТП в инвалидной коляске, в нуждаемости в первое время в посторонней помощи; последствия причиненных телесных повреждений (до настоящего времени испытывает боли в спине), степень вины причинителя (вред истцу был причинен неумышленно работником ООО «ТрансВэй»), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что взысканный судом в пользу истца размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости и не находит оснований к снижению размера компенсации морального вреда, взысканного судом в пользу истца.

При этом доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что вина водителя не свидетельствует о безусловной вине юридического лица как его работодателя, суд не выяснил, предпринял ли ответчик все необходимые меры для безопасности, в каком состоянии находился водитель перед поездкой, отклоняются судом апелляционной инстанции, как основанные на неверном толковании норм материального права. В силу ст. 1068 ГК РФ ответчик, как работодатель водителя, виновного в ДТП несет ответственность за причиненный вред истцу. Вопреки доводам жалобы, ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств в обоснование своего довода об отсутствии вины, не представлено.

Ссылка в жалобе на то, что судом при определении размера компенсации морального вреда, не учтена судебная практика также отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку институт прецедентного права российским законодательством не предусмотрен, и судебные решения, вынесенные по иным делам, не относящимся к рассматриваемому делу по субъектному составу, преюдициального значения не имеют.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, не содержат обстоятельств, которые бы нуждались в дополнительной проверке, а потому не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований к отмене или изменению решения суда.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были исследованы все значимые по делу обстоятельства, установленные на основании оценки представленных сторонами доказательств, в связи с чем решение суда является законным и обоснованным и отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда <адрес> от <Дата> оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ООО «ТрансВэй» ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трехмесячный срок в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (<адрес>) путем подачи кассационной жалобы через Центральный районный суд <адрес>.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <Дата>.