Апелляционное определение № 33-2827/2026 от 20 апреля 2026 г.

Судья Олесик О.В. Дело № 33-2827/2026

2-201/2025

25RS0004-01-2024-004430-68


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 апреля 2026 года г. Владивосток

Судебная коллегия по гражданским делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Шульга С.В.,

судей Вишневской С.С., Симоновой Н.П.,

при ведении протокола помощником судьи Пархоменко Э.В.,

с участием прокурора Парфентьевой К.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6, ФИО7, в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, по иску ФИО8 к Краевому государственному автономному учреждению здравоохранения «Владивостокская клиническая больница № 2»,

с участием третьих лиц Общества с ограниченной ответственностью Страховая медицинская организация «Восточно-страховой альянс», Государственного учреждения Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Приморского края, Краевого государственного автономного учреждения здравоохранения «Владивостокская клиническая больница № 1»,

о возмещении вреда, причиненного здоровью, утраченного дохода, компенсации морального вреда в связи с оказанием медицинской помощи, не соответствующей по качеству и объему установленным стандартам

по апелляционной жалобе ФИО6, апелляционному представлению прокурора на решение Советского районного суда г.Владивостока от 25 декабря 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Вишневской С.С., объяснения представителя ФИО6 – ФИО9, возражения представителя Краевого государственного автономного учреждения здравоохранения «Владивостокская клиническая больница № 2» ФИО10, заключение прокурора Парфентьевой К.И., судебная коллегия

установила:

истцы ФИО6, ФИО7, в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО1, ФИО2, ФИО8 обратились в суд с иском к КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2», указав, что 23 июня 2022 года при поступлении ФИО6 в медицинское учреждение с предположительным диагнозом: ...), ее здоровью причинен вред вследствие оказания ответчиком медицинской помощи с нарушением стандартов: Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012 № 928н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с острыми нарушениями мозгового кровообращения», приказа Департамента здравоохранения Приморского края от 20.03.2017 № 191-0 «О маршрутизации пациентов для оказания экстренной медицинской помощи на территории Владивостокского городского округа». 23 июня 2022 года в 22:04 час. фельдшером Центральной СМП ФИО11 принят вызов скорой медицинской помощи по адресу: <адрес>, к пациенту ФИО6 В 22:07 час. вызов передан СМР № 10Ц/Врач-74. В 22:09 час. бригада выехала на вызов, и в 22:16 час. прибыла на место вызова. Врачом ФИО3 поставлен предварительный диагноз: ... 23 июня 2022 года в 23:15 час. больная госпитализирована в КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2», и в 23:21 час. осмотрена врачом нейрохирургом. В анамнезе ошибочно указано, что она упала в 20:00 час. по адресу места нахождения. В этот же день, в период с 23:21 час. по 23:40 час. ей выполнена серия компьютерных томограмм головного мозга, костей основания и свода черепа по стандартной методике. В 23:40 час. проведен совместный осмотр лечащим врачом ФИО4 и заведующим отделением ФИО5, назначена терапия. В период с 23 июня 2022 года с 23:35 час. по 24 июня 2022 года до 12:30 час. производились манипуляции с катетером, забор материала для исследования, которые окончены в 14:17 час. Оказанная 23 июня 2022 года врачами КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» медицинская помощь не соответствует п. 3.9.1 приказа Минздрава России от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»: не был выполнен осмотр врачом неврологом не позднее 10 минут с момента поступления в стационар; определение уровня глюкозы в периферической крови не позднее 20 минут с момента поступления в стационар; определение уровня тромбоцитов в крови не позднее 20 минут с момента поступления в стационар; компьютерно-томографическая ангиография и/или магнитно-резонансная ангиография, и/или рентгеноконтрасная ангиография церебральных сосудов (при субарахноидальном кровоизлиянии). 24 июня 2022 года в 09:30 час. обход лечащего врача с комиссией, определена необходимость интенсивной терапии, направленной на восстановление и стабилизацию жизненно важных функций. Консультация невропатолога и окулиста не проводилась. В этот же день с 09:30 час. до 12:30 час. выполнена контрольная серия компьютерных томограмм головного мозга, костей основания и свода черепа по стандартной методике, и после 14:00 час. ФИО6 по согласованию, не по инициативе учреждения, переведена в КГБУЗ ВКБ №1». Утром в 9:30 час. 24 июня 2022 года через знакомых медицинских работников КГАУЗ «ВКБ №2» сожителю и отцу детей ФИО6 - ФИО7, стало известно, что у нее инсульт, а также, что никаких активных действий по оказанию медицинской помощи больной врачами не предпринимается. В период с 9:30 час. до 14:00 час. им предприняты действия с целью перевода ее в профильное медицинское учреждение с неврологическим отделением для больных с ОНМК, а именно в КГБУЗ «ВКБ №1», куда она после настоятельных требований была переведена. С 24 июня 2022 по 12 июля 2022 года ФИО6 находилась на лечении в отделении неврологии для больных с ОНМК. 12 июля 2022 года она выписана из лечебного учреждения с клиническим диагнозом: ... 23 ноября 2022 года ей установлена .... Ею были поданы жалобы на качество и своевременность оказания медицинских услуг в ООО СМО «Восточный страховой альянс», Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Приморского края, Министерство здравоохранения Приморского края. Территориальный орган Росздравнадзора по Приморскому краю. Ни одна из указанных организаций не усмотрела причинно-следственной связи между действиями работников КГАУЗ «ВКБ №2» по оказанию ей медицинской помощи и причинением вреда ее здоровью. Также эти организации пришли к выводу, что медицинская помощь в период с 23 июня 2022 года с 22:04 час. по 24 июня 2022 года до 14:44 час. бригадой СМП, а также работниками КГАУЗ «ВКБ №2» ей была оказана правильно, в полном объеме.

Не согласившись с выводами данных контролирующих организаций, ФИО6 обратилась в БНСМЭ «Эталон». Результатом рассмотрения предоставленных специалистам медицинских документов явилось заключение специалиста № 04670424 от 17 мая 2024 года, с учетом которого несвоевременно начатое лечение ... (во время так называемого «терапевтического окна» - первые 4,5 до 6 часов от начала заболевания, при котором проводят антикоагулянтную терапию, например, тромболизис и др.), привело к более тяжелому заболеванию и к более трагическим последствиям в состоянии здоровья ФИО6, и, как следствие, причинению вреда здоровью, приведшему к ухудшению физического состояния, и к утрате работоспособности, к невозможности применить свои профессиональные знания и умения, потере основного источника дохода.

В результате непрофессиональных действий ответчика, ФИО6 в настоящее время не имеет возможности активно заниматься воспитанием двух дочерей, ДД.ММ.ГГГГ рождения, и ДД.ММ.ГГГГ рождения, лишена возможности осуществлять трудовую деятельность (до заболевания являлась индивидуальным предпринимателем), в связи со стойким выраженным нарушением нейромышечных, скелетных и связанных с движением функций организма не может самостоятельно себя обслуживать и, как следствие, нуждается в постоянном присутствии и в помощи родных; понесла расходы на приобретение дорогостоящих лекарственных средств и значительные расходы на лечение. Фактическое беспомощное состояние вызывает у нее глубокие физические и нравственные страдания. Невозможность полноценно исполнять роль матери и жены, сложность в самоидентификации в социуме при наличии инвалидности, и, как следствие, частые депрессивные состояния приводят к тому, что дочери лишены ее тепла, любви и ласки. Мать ФИО6 - ФИО8, ДД.ММ.ГГГГг.рождения (76 лет), является пенсионером, получая небольшую пенсию, и по состоянию здоровья находится на иждивении у дочери.

Просили взыскать с КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» в пользу ФИО6 возмещение причиненного здоровью истца вреда - 969 853,03 руб., утраченный доход за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 7 456 607,34 руб. Также истцы просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с несвоевременным и некачественным оказанием медицинских услуг в пользу ФИО6 - 3 000 000 руб., ФИО7 - 2 000 000 руб., ФИО1 - 1 000 000 руб., ФИО2 - 1 000 000 руб., ФИО8 - 500 000 руб.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьего лица привлечено КГБУЗ «ССМП г. Владивостока».

В судебном заседании представитель ФИО6 на удовлетворении исковых требований настаивал.

Представители ответчика просили в удовлетворении заявленных требований отказать по доводам письменных возражений и дополнений к ним.

Дело рассмотрено в отсутствие истцов, третьих лиц.

Суд постановил приведенное выше решение. В апелляционной жалобе представитель ФИО6-ФИО9 выражает несогласие с вынесенным решением суда, полагая его незаконным и необоснованным, вынесенным при существенных нарушениях норм процессуального права и неправильном применении норм материального права. Судом допущены ошибки в оценке доказательств. В том числе специальных медицинских знаний, вследствие чего фактические обстоятельства дела установлены неполно и односторонне, а выводы суда не соответствуют материалам дела. Просит решение отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в заявленном объеме.

В апелляционном представлении прокурор просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда с КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» в пользу ФИО6 и принять по делу новое решение об удовлетворении искового заявления в указанной части и взыскании в пользу ФИО6 компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ФИО6 доводы апелляционной жалобы поддержал, прокурор настаивал на доводах представления. Представитель КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» просил решение Советского районного суда г. Владивостока от 25 декабря 2025 года оставить без изменения.

В судебное заседание истцы, представители третьих лиц не явились, о времени и месте рассмотрения дела в апелляционном порядке извещены.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что 23 июня 2022 года в 22:04 час. фельдшером Центральной СМП принят вызов скорой медицинской помощи по адресу: <адрес>, к пациенту ФИО6 23 июня 2022 года в 22:09 час. бригада выехала на вызов, и в 22:16 час. прибыла на место вызова. Со слов ФИО6 бригадой установлено, что она 23 июня 2022 года в 22:00 час. упала в ванной комнате на кафельный пол правой теменной областью, сознание не теряла, но обстоятельства травмы не помнит.

Врачом ФИО3 поставлен предварительный диагноз: ...). 23 июня 2022 года в 23:15 час. ФИО6 госпитализирована в КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2, и в 23:21 час. осмотрена врачом нейрохирургом.

23 июня 2022 года в период с 23:21 час. по 23:40 час. ФИО6 выполнена серия компьютерных томограмм головного мозга, костей основания и свода черепа по стандартной методике. В 23:40 час. проведен совместный осмотр лечащим врачом ФИО4 и заведующим отделением ФИО5, назначена терапия.

В период с 23 июня 2022 года с 23:35 час. по 24 июня 2022 года до 12:30 час. производились манипуляции с катетером, производился забор материала для исследования, исследования окончены в 14:17 час.

24 июня 2022 года в 09:30 час. при обходе лечащим врачом с комиссией определена необходимость интенсивной терапии, направленной на восстановление и стабилизацию жизненно важных функций пациента. В период с 09.30 до 12.30 час. выполнена контрольная серия компьютерных томограмм головного мозга, костей основания и свода черепа.

24 июня 2022 года после 14.00 час. ФИО6 переведена в КГБУЗ «ВКБ №1».

С 24 июня 2022 года по 12 июля 2022 года ФИО6 находилась на лечении в отделении неврологии для больных с ОНМК. 12 июля 2022 года она выписана с диагнозом: ... Прошла реабилитацию.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 установлена ....

Согласно заключениям от 15 ноября 2023 года №№ 165660 и 165661, от 15.12.2023 №№ 166715(1) и № 166715 и протоколам внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности при оказании специализированной медицинской помощи ООО СМО «Восточно-страховой альянс» и ГУ «ТФОМС ПК» при оказании специализированной медицинской помощи ФИО6, вопреки ее жалобам, дефекты при оказании ей медицинской помощи не выявлены.

Не согласившись с выводами, ФИО6 обратилась в ООО «Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон», которым по результатам рассмотрения предоставленных медицинских документов составлено заключение специалиста № 04670424 от 17 мая 2024 года, которое и послужило основанием для обращения в суд.

Из данного заключения следует, что комиссия врачей специалистов пришла к следующим суждениям: по результатам анамнестических данных (падение пациентки с ударом головой о пол, амнезия обстоятельств травмы) имелись основания заподозрить черепно-мозговую травму. Зафиксированная объективная неврологическая симптоматика (сонливость, опущение левого угла рта, горизонтальный нистагм (непроизвольные колебательные движения глазных яблок) вправо, отклонение языка влево, гемиплегия (невозможность совершения произвольных движений) слева) не позволяла однозначно исключить черепно-мозговую травму, в том числе и в объеме ушиба головного мозга. Объективных клинических данных, однозначно указывающих на черепно-мозговую травму, при осмотре пациентки персоналом бригады скорой медицинской помощи отмечено не было. Отсутствие этих признаков при обследовании без применения инструментальных методов не позволило однозначно исключить черепно-мозговую травму. Зафиксированная неврологическая симптоматика не исключала развития у пациентки острого нарушения мозгового кровообращения. Таким образом, по результатам обследования ФИО6 персоналом бригады скорой медицинской помощи 23 июня 2022 года нельзя было исключить черепно-мозговую травму, острое нарушение мозгового кровообращения либо сочетание этих состояний. Требовалось проведение дифференциальной диагностики с применением инструментальных методов исследования (компьютерной томографии или магнитно- резонансной томографии). Выполнение данных исследований возможно только в условиях стационара. В условиях исследования пациента на дому персоналом бригады скорой медицинской помощи проведение Балевской необходимых диагностических мероприятий было невозможным. Бригадой скорой медицинской помощи было принято верное решение о госпитализации пациентки. С учетом анамнестических данных (падение пациентки) предварительное диагностирование черепно-мозговой травмы в объеме ушиба головного мозга представляется обоснованным. В нейрохирургическом отделении стационара, куда Балевская была госпитализирована 23 июня 2022 года, имелись возможности для уточнения диагноза, определения дальнейшей тактики лечения (в том числе, и перевода в профильный стационар с отделением для пациентов с острыми нарушениями мозгового кровообращения). В течение 40 минут после поступления в КГАУ «Владивостокская клиническая больница № 2» Балевской была выполнена компьютерная томография головы. По результатам интерпретации компьютерной томографии 23 июня 2022 года имелись признаки очагового кровоизлияния под паутинную оболочку правого большого полушария головного мозга, признаки тромбоза ствола правой средней мозговой артерии. В отсутствие убедительных данных за черепно-мозговую травму (отсутствие повреждений мягких тканей головы, костей черепа), выявленные при компьютерной томографии патологические изменения следовало рассматривать как признаки острого нарушения мозгового кровообращения. При невозможности однозначной интерпретации результатов компьютерной томографии требовалось привлечение профильных специалистов, либо выполнение повторной компьютерной томографии с целью оценки динамики процесса. Последний вариант был рекомендован после проведения компьютерной томографии 23 июня 2022 года. При нарушении проходимости сосудов, кровоснабжающих головной мозг, в ткани мозга быстро развиваются необратимые процессы. При развитии острого нарушения мозгового кровообращения вследствие закрытия просвета артерии тромбов (на что указывали данные компьютерной томографии от 23 июня 2022 года) основным направлением терапии является восстановление проходимости сосудов (в первую очередь -внутривенная тромболитическая терапия). Данное лечение следует проводить в максимально ранние сроки. Внутривенная тромболитическая терапия показана в первые 4,5 часа от начала заболевания. Повторная компьютерная томография, позволяющая достоверно верифицировать острое нарушение мозгового кровообращения по типу ишемического инсульта, была выполнена только спустя 14,5 часов после начала заболевания, через 13 часов после проведения первой компьютерной томографии. Таким образом, уже по результатам первой компьютерной томографии, проведенной 23 июня 2022 года следовало заподозрить острое нарушение мозгового кровообращения и определить показания для перевода пациентки в профильное лечебно- профилактическое учреждение. Повторная компьютерная томография была проведена с запозданием. Основания для перевода Балевской в профильное лечебно-профилактическое учреждение, обладающее возможностями для оказания медицинской помощи пациентам с острым нарушением мозгового кровообращения, имелись уже 23 июня 2022 года к 23:21 (время проведения первой компьютерной томографии). При оценке результатов компьютерной томографии от 23 июня 2022 года, проведенной в рамках настоящего исследования выявлены признаки острого нарушения мозгового кровообращения по ишемическому типу в бассейне правой средней мозговой артерии. Согласно клиническим рекомендациям «Ишемический инсульт и транзиторная ишемическая атака у взрослых» 2021г. рекомендуется выполнение внутрисосудистой тромбоэкстракции (оперативное удаление тромба) при установленном закрытии просвета магистральной внутричерепной артерии (в том числе, средней мозговой артерии) в течение 6 часов (время от развития ОНМК по ишемическому типу до пункции артерии) у пациентов, соответствующих критериям отбора А (показатель по шкале NIHSS>, возраст > 18 лет, по данным нативной бесконтрастной томографии головного мозга и/или МРТ головного мозга при очаге ишемии 1/3 бассейна средней мозговой артерии или показателя шкалы ASPECTS<6). По данным обследования Балевской даже после терапевтического окна (4,5 часа) возможно было проведение внутрисосудистой тромбоэкстракции. При нарушении проходимости сосудов, кровоснабжающих головной мозг, в ткани мозга быстро развиваются необратимые процессы. При развитии острого нарушения мозгового кровообращения вследствие закрытия просвета артерии тромбом (на что указывали данные компьютерной томографии от 23 июня 2022 года) основным направлением терапии является восстановление проходимости сосуда. Ухудшение состояния Балевской обусловлено острым нарушением мозгового кровообращения. Неверная интерпретация результатов компьютерной томографии от 23 июня 2022 года, несвоевременное проведение повторной компьютерной томографии, и, как следствие этого, несвоевременное начало специфического лечения, создали условия для прогрессирования патологического процесса, но не явились причиной его развития. В силу этого прямая причинная связь между указанными нарушениями в оказании медицинской помощи и ухудшением состояния Балевской отсутствует. Тем не менее, вышеуказанные дефекты оказания медицинской помощи способствовали прогрессированию патологического процесса, сопровождающегося выраженной неврологической очаговой симптоматикой и прежде всего левосторонним гемипарезом.

Аналогичные выводы содержатся и в рецензии (заключение специалиста № 06711225) от 22 декабря 2025 года, подготовленной этой же организацией - ООО «Бюро независимой судебно- медицинской экспертизы «Эталон», на заключение судебной экспертизы, согласно которым экспертное исследование комиссии является неполным и недостаточно доказательно обоснованным в ключевых для дела разделах. Оно не содержит воспроизводимой временной модели с анализом решений в пределах терапевтического окна, не показывает своевременного устранения диагностической неопределенности первичной КТ при выраженных артефактах, и допускает внутреннее противоречие между признанием прогрессирования процесса на фоне дефектов и категорическим отрицанием причинной связи. По этим причинам выводы комиссии о непоказанности реперфузионной терапии и об отсутствии влияния недостатков на исход у ФИО6 следует оценивать как необоснованные.

Согласно комиссионному заключению эксперта ГБУЗ «Бюро судебно- медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы» № 2523000538 от 11 ноября 2025 года, экспертная комиссия пришла к следующим выводам:

ФИО6 доставлена в КГАУЗ «ВКБ №2» бригадой скорой медицинской помощи в 23 часа 05 минут 23 июня 2022 г. с жалобами на головную боль, общую слабость, слабость в левых конечностях. Объективно отмечалось угнетение сознания до уровня глубоко оглушения, угнетение реакции зрачков на свет, грубый левосторонний парез лицевого нерва и глубокое угнетение сухожильных рефлексов слева. При поступлении выполнена компьютерная томография (далее - КТ) головного мозга (время проведения исследования не указано, но не позднее 23 часов 40 минут 23 июня 2022 г.), на которой имеются признаки отёка правого большого полушария со скоплением крови под мягкой мозговой оболочкой, более выраженным в правой сильвиевой щели (в проекции правой средней мозговой артерии). ФИО6 была госпитализирована в нейрохирургическое отделение, назначена противовоспалительная, противосудорожная и симптоматическая терапия. В 07 часов 22 минуты 24 июня 2022 г. состояние расценивалось как тяжёлое, стабильное, без отрицательной динамики. 24 июня 2022 г. выполнена повторная компьютерная томография (время проведения исследования не указано, но не позднее 12 часов 32 минут 24 июня 2022 г.), по результатам которой диагностировано острое нарушение мозгового кровообращения по ишемическому типу в правом полушарии головного мозга и принято решение о переводе пациентки в стационар с отделением для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения с диагнозом: «Ишемический инсульт в бассейне правой СМА, неуточненный подтип. Левосторонняя гемиплегия».

... в КГАУЗ «ВКБ №2» ФИО6 был диагностирован несвоевременно, что является недостатком оказания медицинской помощи. Нарушений ведения документации, которые оказали бы негативное влияние на состояние пациентки, при проведении судебно-медицинской экспертизы не установлено.

Основой для диагностики ишемического инсульта является клиническая картина. При сопоставлении объективной рентгенологической и клинической картины: парез на стороне противоположной очагу поражения, отсутствие внешних признаков травмы необходимо было проводить дифференциальную диагностику черепно-мозговой травмы и инсульта. Визуализация головного мозга путём бесконтрастной компьютерной томографии выполнена своевременно (в течение 40 минут от момента поступления в стационар). Томографические признаки, указывающие на ишемическое поражение, позволяли провести дифференциальную диагностику уже на этапе приемного отделения.

На снимках КТ головного мозга от 23 июня 2022 г. срединные структуры смещены влево до 4 мм за счет отека правого большого полушария в теменной, лобной и височных областях. В субарахноидальных пространствах прослеживается неотчётливый геморрагический компонент, который лучше всего визуализируется в зоне правой сильвиевой щели и наружно-базальных отделах правой лобной доли. Такая рентгенологическая картина соответствует злокачественному инфаркту мозга - ишемическому инсульту, при котором происходит отёк инфарктной зоны, что ведет к дислокации структур головного мозга с риском височно-тенториального вклинения. Злокачественное течение характерно для обширных (массивных) форм ишемического инсульта. При злокачественном инфаркте в бассейне средней мозговой артерии зона инфаркта обычно составляет не менее 50% бассейна кровоснабжения средней мозговой артерии.

Пациентам при злокачественном инфаркте головного мозга в соответствии с Клиническими рекомендациями для уточнения объема инфаркта и наличия факта латеральной и/или аксиальной дислокации головного мозга проводят повторную КТ головного мозга. При выявлении на КТ головного мозга очага ишемии, занимающего более 50% бассейна средней мозговой артерии, рекомендовано повторять КТ головного мозга через 12 часов, через 24 часа, через 48 часов с целью своевременного выявления признаков развития отёка и дислокации вещества головного мозга.

В данной конкретной клинической ситуации время проведения контрольного рентгенологического исследования (через 6-7 или через 11-12 часов после проведения первичного КТ) не имело принципиального значения в прогнозировании исхода заболевания вследствие обширности зоны первичного повреждения.

Противопоказаний для проводимой в диагностическом периоде противовоспалительной, противосудорожной и симптоматической терапии не имелось. После установления правильного диагноза и примерно через 13 часов после поступления ФИО6 была переведена в стационар с отделением для больных с острыми нарушениями мозгового кровообращения.

Лечение, проведенное в КГАУЗ «ВКБ №2», не оказало негативного влияния на состояние ФИО6

После проведения КТ 23 июня 2022 года врачи КГАУЗ «ВКБ №2» не смогли сразу поставить правильный диагноз, поэтому не поставили вопрос о переводе пациентки ФИО6 в КГБУЗ «ВКБ №1», в структуре которого имеется неврологическое отделение. Перевод ФИО6 был осуществлен непосредственно сразу после повторного КТ, по результатам которого был диагностирован инсульт - примерно через 13 часов после поступления (по данным медицинской карты - поступила 23 июня 2022 года в 23 часа 05 минут, переведена 24 июня 2022 г. в 12 часов 32 минуты).

Перевод ФИО6 был осуществлен непосредственно сразу после установления диагноза инсульт.

Признаки внутричерепного кровоизлияния, визуализированные при компьютерной томографии 23 июля 2022 года, 24 июля 2022 года (скопление крови в зоне правой сильвиевой щели и наружно-базальных отделах правой лобной доли) и 25 июля 2022 года (геморрагическая трансформация мозговой ткани в виде сливных очаговых кровоизлияний из расширенных и избыточно проницаемых коллатеральных артериол и посткапиллярных вен) являются противопоказанием к выполнению внутривенной тромболитической терапии и проведению внутрисосудистых вмешательств в острый период ишемического инсульта. В подобных ситуациях проведение тромболитической терапии и/или внутрисосудистых вмешательств вызывает существенный риск развития фатальных осложнений вплоть до летального исхода.

Наличие геморрагической трансформации мозговой ткани в виде сливных очаговых кровоизлияний, выявленных при контрольном КТ головного мозга 25 июля 2022 года, является противопоказанием к проведению внутрисосудистых вмешательств в острый период ишемического инсульта.

Ухудшение состояния ФИО6 обусловлено имеющимся у нее заболеванием: мультифокальным ишемическим инсультом в бассейне правой средней мозговой артерии, вертебробазилярном бассейне с геморрагической трансформацией по типу ГИ-2 (сливающиеся петехии). Несвоевременная диагностика ишемического инсульта создала условия для прогрессирования патологического процесса, но не явилась причиной его развития. При более ранней диагностике возможно было раньше начать лечение, но прогнозировать, а тем более гарантировать, благоприятный исход заболевания невозможно из-за большого объема поражения головного мозга и злокачественного течения инсульта.

Таким образом, между недостатками диагностики и ухудшением состояния ФИО12 причинной связи не имеется.

Согласно п. 24 приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, и сопутствующей патологией не рассматривается как причинение вреда здоровью.

В соответствии с п. 18 «Порядка определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08.04.2025 № 172н, неблагоприятный исход оказания медицинской помощи, возникновение которого не находится в прямой причинно-следственной связи с недостатками медицинской помощи не оценивается как вред, причиненный здоровью человека.

Таким образом, при оказании медицинской помощи в КГАУЗ «ВКБ №2» и в КГАУЗ «ВКБ №1» вред здоровью ФИО6 не причинен.

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, Стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Положениями статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЭ определено, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ф3 «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При вынесении решения суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования истца о взыскании компенсации морального вреда, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлен факт некачественного оказания истцу медицинской услуги ответчиком, а также не установлена причинно-следственная связь между действиями ответчика и ухудшением состояния здоровья истца.

Однако, разрешая спор, судом, исходя из характера спорных отношений и положений статей 67, 86, части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не дана правовая оценка тому обстоятельству, что в заключении судебно-медицинской экспертизы отмечены недостатки в оказании медицинской помощи истца при диагностике, что свидетельствует о дефектах оказанной ответчиком медицинской услуги.

Так, согласно заключению эксперта ГБУЗ «Бюро судебно - медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы» № 2523000538 от 11 ноября 2025 года, ишемический инсульт в КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» ФИО6 был диагностирован несвоевременно, что является недостатком оказания медицинской помощи.

То обстоятельство, что согласно экспертному заключению между недостатками диагностики и ухудшением состояния ФИО6 причинной связи не имеется, основанием для признания оказанной истцу медицинской помощи надлежащего качества и для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований не является.

Сам по себе факт того, что допущенные ответчиком дефекты оказания медицинской помощи истцу не привели к причинению вреда ее здоровью не свидетельствуют об отсутствии у ответчика обязанности по надлежащей диагностике, отсутствие которых было расценено экспертами как дефекты при оказании медицинской помощи.

Приведенное выше правовое регулирование спорных отношений предусматривает возможность взыскания компенсации морального вреда не в зависимости от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

При таких обстоятельствах, выводы суда об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с КГАУЗ «Владивостокская клиническая больница № 2» нельзя признать правильными, а поэтому решение суда в указанной части подлежит отмене.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, но и должна отвечать признакам справедливости и разумности, не должна носить ни формальный характер, ни характер чрезмерности.

При определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать все факторы, влияющие на определение размера такой компенсации, а также исходить из соблюдения баланса интересов обеих сторон.

С учетом приведенных выше фактических обстоятельств данного дела, наличия недостатков при оказании медицинской помощи ФИО6, отсутствия причинной связи между недостатками диагностики и ухудшением состояния ФИО12, судебная коллегия полагает определить компенсацию морального вреда, причиненного истцу ФИО6 в размере 100 000 руб., полагая данный размер соразмерным степени вины ответчика, причиненным физическим и нравственным страданиям, а так же с учетом принципов разумности и справедливости.

В остальном доводы, изложенные истцом в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, фактически они выражают несогласие с выводами суда, однако по существу их не опровергают, оснований к отмене решения не содержат, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными, т.к. иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, - не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Владивостока от 25 декабря 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении требований ФИО6 о компенсации морального вреда.

В указанной части принять новое решение.

Взыскать с Краевого государственного автономного учреждения здравоохранения «Владивостокская клиническая больница № 2» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В остальной части решение Советского районного суда г. Владивостока от 25 декабря 2025 года оставить без изменения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 мая 2026 года.

Председательствующий

Судьи