Решение № 2-3623/2017 2-3623/2017~М-1781/2017 М-1781/2017 от 20 ноября 2017 г. по делу № 2-3623/2017

Дело № 2-3623/17 ДД.ММ.ГГГГ


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ Р. Ф.

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Вишневецкой О.М.,

при секретаре Менькиной Н.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ЗорИ. И. А. к ФИО1, ФИО4 А.ичу о признании недействительным завещания,

у с т а н о в и л:

Истица обратились в суд с требованием о признании недействительным завещания ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГг., указывая, что завещатель, ее мать, на момент составления завещания не понимала значения своих действий, поскольку страдала тяжким заболеванием, у неё были метастазы головного мозга /л.д. 2/.

Истец и её представитель в суд явились, исковые требования поддержали.

Ответчики в суд явились, исковые требования не признали, утверждали, что на момент составления завещания ФИО2 была способна оценить значение своих действий. Нотариус был приглашён для оформления доверенности, но ФИО2 попросила и удостоверить завещание.

Третье лицо – нотариус в суд не явилась, о слушании дела надлежаще извещена /л.д. 119/.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Завещанием от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 распорядилась всем принадлежавшим ей имуществом, которое ко дню смерти окажется ей принадлежащим, где бы таковое не находилось и в чем бы не заключалось, в равных долях в пользу ФИО1, ЗорИ. И. А. и ФИО4 А.ича /л.д. 10, 44/. Ввиду слабого зрения за ФИО2 расписалась ФИО3

Как установлено материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла /л.д. 13/.

Истец и ответчица ФИО1 являются дочерьми ФИО2, наследниками по закону №-ой очереди /л.д. 8,9,40/.

В шестимесячный срок ФИО1, ЗорИ. И.А. и ФИО4 обратились к нотариусу с заявлением о принятии наследства /л.д. 37-39/.

В силу ч. 2 ст. 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Завещание, представляющее собой одностороннюю сделку по распоряжению имуществом на случай смерти, может быть признано недействительным только в тех случаях, когда для этого имеются основания, предусмотренные как специальными нормами наследственного права, так и общими нормами о недействительности сделок.

В соответствии со ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Истец основывал исковые требования на ч.1 ст. 177 ГК РФ, в силу которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

На учёте в ПНД <адрес> ФИО2 не состояла /л.д. 29/.

Для установления влияния болезненного состояния наследодателя ФИО2 на ее волеизъявление при составлении завещания от ДД.ММ.ГГГГг. судом была назначена и ДД.ММ.ГГГГг. проведена посмертная судебная психиатрическая экспертиза.

Комиссия судебно-психиатрических экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №» пришла к заключению, что ФИО2 страдала при жизни, в том числе, в юридически значимый период психическим расстройством в форме органического эмоционального лабильного (астенического) расстройства. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, медицинской документации, материалы гражданского дела, согласно которым у ФИО2 на фоне сердечно-сосудистой патологии(ЦВБ, ГБ,атеросклероз) с формированием признаков дисциркулярной энцелофапатии 2-3 ст. диагностировалось онкологическое заболевание (рак верхнедолевого бронха левого легкого) Психическое состояние ФИО2 определялось церебрастенической симптоматикой (головные боли, головокружение, астенизация) эмоциональной лабильностью, отмечалось интеллектуально-мнестическое снижение (без указания его выраженности). По данным медицинской документации на фоне нарастающей раковой интоксикации с интроорганными метастазами, несмотря на ухудшение состояния ФИО2 с мая 2016 года (резкая слабость, парез правой руки, правой ноги, отсутствие аппетита) понимание обращенной речи у нее было сохранено, указаний на выраженное снижение когнитивных функций, психопатологических переживаний, которые проявлялись бы в ее неадекватном поведении, не усматривается. Грубого интеллектуально-мнестического снижения, неадекватного поведения у ФИО2 не отмечалось, консультации психиатра ей не рекомендовалось. Отсутствие контакта с ФИО2 отмечалось ДД.ММ.ГГГГ, констатация смерти от раковой интоксикации ДД.ММ.ГГГГ. На учете у психиатра ФИО2 не состояла. Таким образом, ФИО2 по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 113-116/. Согласно ст. 67, ч.3 ст.86 ГПК РФ, п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", заключение экспертов, как один из видов доказательства, не имеет для суда заранее установленной силы, не является исключительным средством доказывания, и оценивается судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами.

Все доказательства: медицинские документы, заключение посмертной судебно-психиатрической экспертизы проверены и оценены судом в их совокупности для установления влияния болезненного состояния наследодателя на его волеизъявление.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был поставлен диагноз: дисциркулярная энцелофапатия 2 ст. смешанного генеза преимущественно в ВББ с вестибулопатическим синдромом гностико-мнестическими нарушениями /л.д. 18/.

ДД.ММ.ГГГГ осмотрена врачом городской поликлиники №, говорила с трудом, обращённую речь понимала. Диагноз: рак лёгкого 4 ст. с метастазами в головной мозг.

Согласно медицинской карты ГБУЗ «СПб КНпЦСВМП (о)» ДД.ММ.ГГГГ осматривалась онкологом – сознание ясное, ДД.ММ.ГГГГ – сознание ясное, диагноз: рак левой доли лёгкого, МР-признаки вторичного поражения головного мозга /82-89/.

Причиной смерти ФИО2, согласно протокола патологоанатомического исследования, явилась интоксикация (в медицинской карте поликлиники №).

Безусловно, поскольку разъяснение вопросов психиатрии, медицины во всех случаях требует специальных познаний в этих областях, существенное значение имеет заключение соответствующей экспертизы.

В соответствии с положениями статьи 86 ГПК Российской Федерации экспертное заключение является важным видом доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Однако это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Статья 14 ФЗ "О государственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации", действительно предписывает руководителю государственного судебно-экспертного учреждения разъяснить эксперту или комиссии экспертов их обязанности и права. Но отсутствие подписки о разъяснённых правах не позволяет отклонить заключение как доказательство, поскольку процедура разъяснения прав, обязанностей эксперта осуществляется при приеме лица на должность эксперта. Буквально разъяснять эксперту его права при поручении производства очередной экспертизы возможно излишне. Эксперты до получения права самостоятельного производства экспертизы проходят специальную подготовку, в том числе по процессуальным вопросам, а при аттестации у них отбирается соответствующая подписка.

В любом случае, доказательств, опровергающих результаты экспертизы и подтверждающих обоснованность доводов истцов в материалах дела нет. Обязанностью истца являлось, как указано в ст.56 ГПК РФ, доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Учитывая, что судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, суд принял результаты экспертного заключения СПб ГКУЗ "Городская психиатрическая больница №" от ДД.ММ.ГГГГ с целью определения наличия обстоятельств, необходимых для применения ст. 177 ГК РФ.

В связи с изложенным суд пришёл к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ЗорИ. И. А. в удовлетворении исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в городской суд Санкт-Петербурга в течение месяца.

Судья: