Апелляционное определение № 33-143/2026 33-5662/2025 от 19 января 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0002-01-2025-002996-74 33-143/2026 (33-5662/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 20 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Ускова О.Ю.,

судей Нессоновой С.В., Переверзевой Ю.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Лихачевой М.Б.,

с участием прокурора Пустоваловой С.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К.А.И. к К.В.В. о лишении права на специальные выплаты, установленные законодательством РФ для семей погибших военнослужащих,

по апелляционной жалобе К.В.В.

на решение Белгородского районного суда Белгородской области от 09.10.2025.

Заслушав доклад судьи Нессоновой С.В., объяснения представителя истца К. А.И. – ФИО9, представителя ответчика К. В.В. – ФИО10, заключение прокурора, судебная коллегия

установила:

К. А.И. обратилась с иском к К.В.В. о лишении права на специальные выплаты, установленные законодательством РФ для семей погибших военнослужащих, ссылаясь на то, что сын истца и ответчика ФИО1 <данные изъяты> заключил с Министерством обороны РФ контракт о прохождении военной службы. 22.02.2025 ФИО1 погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции.

До совершеннолетия сына ответчик с ним не общался, не встречался, алименты не уплачивал, не заботился о его здоровье, физическом, духовном и нравственном развитии. После расторжения брака К. В.В. перестал интересоваться жизнью сына. Воспитанием и содержанием ребенка занималась исключительно истец. Не появился ответчика и на похороны ребенка, не оказал материальной помощи в их организации.

С учетом поданного в порядке ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявления просила лишить К. В.В. прав на получение:

- единовременного пособия, предусмотренного п. 8 ст. 3, ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной п. 9 ст. 3 Федеральным законом от 7.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»,

- страховой суммы, предусмотренной п. 2 ст. 5 Федеральным законом от 28.03.1998 №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»,

- единовременного пособия, предусмотренного п. 1 Указом Президента Российской Федерации от 5.03.2022 №98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»,

- пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 29 Законом РФ от 12.02.1993 №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службы, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», предназначавшихся ему в связи с гибелью сына ФИО1, <данные изъяты> года рождения, умершего 22.02.2025 при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции.

Признать К.А.И. единственным выгодоприобретателем – членом семьи (родителем), имеющим право на получение страхового возмещения, единовременного пособия и иных выплат, предусмотренных законами и нормативными актами, в связи со смертью военнослужащего ФИО1 <данные изъяты> года рождения, умершего 22.02.2025 при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции.

Взыскать с К.В.В. в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины.

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 9.10.2025, с учетом определения от 15.10.2025 об исправлении описки в решении суда, исковые требования К. А.И. удовлетворены.

В апелляционной жалобе К. В.В. в лице представителя ФИО10 ставит вопрос об отмене решения суда, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. В доводах жалобы ссылается на то, что после расторжения брака он уплачивал алименты, приобретал школьные принадлежности, продукты питания, дарил подарки, передавал ребенку наличные денежные средства. Он поддерживал с ребенком связь в детстве, на протяжении взросления сына и период отбывания последним тюремного заключения, передавал посылки и лично приезжал к сыну в исправительное учреждение, где тот отбывал наказание. Указанные обстоятельства были подтверждены письменными доказательствами и показаниями свидетелей стороны ответчика, однако суд первой инстанции их необоснованно не принял. Просит принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований К. А.И.

В возражениях на апелляционную жалобу истец в лице представителя ФИО9 просит решение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции истец К. А.И., ответчик К. В.В., представители третьих лиц Министерства обороны Российской Федерации, АО «СОГАЗ», военного комиссариата Ракитянского, Борисовского и Краснояружского районов, Грайворонского городского округа Белгородской области, ФКУ «Военно-социальный центр» Министерства обороны Российской Федерации, Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, министерства социальной защиты и труда Белгородской области, Военного комиссариата Белгородской области, Управления социальной защиты населения администрации Ракитянского района Белгородской области, будучи извещенными надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не присутствовали.

Ответчик обеспечил участие в судебном заседании своего представителя ФИО10, который поддержал доводы апелляционной жалобы своего доверителя.

Истец обеспечила участие в судебном заседании представителя ФИО9, который возражал против доводов апелляционной жалобы ответчика.

В заключении прокурор Пустовалова С.Ю. полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных частью третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), не усматривается, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства.

Проверив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, К. В.В. и К. А.И. являются родителями родившегося у них <данные изъяты> сына ФИО1.

Брак между истцом и ответчиком был заключен 12.05.1978 и расторгнут.

С <данные изъяты> ФИО1 проходил военную службу, выполнял боевые задачи специальной военной операции на территории Украины, ДНР, ЛНР, Запорожской области и Херсонской области.

Согласно извещению военного комиссара Ракитянского, Борисовского и Краснояружского районов, Грайворонского городского округа Белгородской области от 02.04.2025 №<данные изъяты>, направленного в адрес К.А.И., <данные изъяты> ФИО1 в ходе выполнения задач в целях стабилизации обстановки на Курском направлении 20.01.2025 пропал без вести. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.

22.02.2025 ФИО1 умер, что подтверждается свидетельством о смерти <данные изъяты> от 04.06.2025, медицинским свидетельством о смерти от 21.05.2025, ответом из отдела ЗАГС администрации муниципального района «Ракитянский район» Белгородской области от 23.07.2025 о наличии записи акта о смерти от 04.06.2025.

На основании п. 2 ст. 1 Федерального закона от 27.05.1998 №76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

В соответствии с п. 1 ст. 18 указанного Федерального закона военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28.03.1998 №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

В силу положений ст. 1 Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Согласно абз. 2 и 3 п. 3 ст. 2 Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица - в частности, супруга, состоявшая на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним, и родители (усыновители) застрахованного лица.

В ст. 4 Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В ст. 5 Федерального закона от 28.03.1998 №52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям.

Федеральным законом от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (ч.8 ст.3) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

В соответствии с положениями ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 №306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Согласно п. 2 ч. 11 ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 №306-ФЗ членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного ч. 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной ч.ч. 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются, в том числе родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Указом Президента РФ от 05.03.2022 №98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей, в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в равных долях.

В соответствии с Указом Президента РФ от 16.03.2022 №121 «О мерах по обеспечению социально-экономической стабильности и защиты населения в Российской Федерации», Правительством Пензенской области 21.04.2022 принято Постановление №310-пП, которым утвержден Порядок предоставления единовременной материальной помощи членам семей военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имевших специальное звание полиции, погибших (умерших) в результате участия в специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины с 24.02.2022.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба как особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, осуществляется, по смыслу ст. ст. 32 (ч. 4), 37 (ч. 1) и 59 (ч. 1 и 2) Конституции Российской Федерации, в публичных интересах, а лица, несущие такого рода службу по контракту или по призыву, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость осуществления поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей - по отношению к государству, что в силу ст. ст. 1 (ч. 1), 2, 7, 21 и 39 (ч. 1) Конституции Российской Федерации обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда здоровью при прохождении военной службы.

Обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих и приравненных к ним лиц, установленное в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (п. 1 ст. 969 ГК РФ), является одной из форм исполнения государством обязанности возместить ущерб, причиненный жизни или здоровью этих лиц при прохождении ими службы. Посредством обязательного государственного страхования жизни и здоровья, предполагающего выплату соответствующих страховых сумм при наступлении страховых случаев, военнослужащим и приравненным к ним лицам обеспечиваются право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, право на охрану здоровья, защита имущественных прав (ст. 7, ч. 2; ст. 35, ч. 3; ст. 37, ч. 1 и 3; ст. 41, ч. 1; ст. 53 Конституции Российской Федерации), а также осуществляется гарантируемое ст. 39 (ч. 1) Конституции Российской Федерации право на социальное обеспечение в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2014 №22-П, от 19.05.2014 №15-П, от 17.05.2011 №8-П, от 20.10.2010 №18-П, от 26.12.2002 №17-П).

Из приведенных нормативных положений и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве меры социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения военной службы, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, которое в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы подлежит выплате в том числе его родителям. Это страховое обеспечение входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страхового случая, включая причиненный материальный и моральный вред. Цель названной выплаты - компенсировать лицам, в данном случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью (смертью) в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего (умершего) военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Пунктом 1 ст. 61 СК РФ предусмотрено, что родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абз. 1 и 2 п. 1 ст. 63 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (п. 1 ст. 66 СК РФ).

Согласно абз.2 ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 ст. 71 СК РФ предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (ст. 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 №44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что Семейный кодекс Российской Федерации, закрепив приоритет в воспитании детей за их родителями, установил, что родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами ребенка; при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию, а способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей (п. 1 ст. 62, п. 1 ст. 65 СК РФ). Родители, осуществляющие родительские права в ущерб правам и интересам ребенка, могут быть ограничены судом в родительских правах или лишены родительских прав (п. 1 ст. 65, ст. ст. 69, 73 СК РФ) (абз. 1 - 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 №44).

В п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

В обоснование заявленных требований истец указала, что до совершеннолетия сына ответчик с ним не общался, не встречался, алименты не уплачивал, не заботился о его здоровье, физическом, духовном и нравственном развитии. После расторжения брака К. В.В. перестал интересоваться жизнью сына. Воспитанием и содержанием ребенка занималась исключительно истец. Не появился ответчик и на похороны ребенка, не оказал материальной помощи в их организации.

Доводы стороны истца подтвердили в судебном заседании первой инстанции свидетели ФИО2 (двоюродная сестра погибшего), ФИО3 (классный руководитель погибшего), ФИО4 (тетя погибшего), которые пояснили, что К. А.И. проживала в одном доме со своими родителями, сестрой ФИО4 и сыном. Отец ребенка в его воспитании участия не принимал, материальной поддержки не оказывал. Мать одна воспитывала и содержала сына. О том, что К. общался с сыном им ничего известно не было.

В опровержение доводов истца относительно неучастия в воспитании и содержании сына, ответчик в судебном заседании первой инстанции пояснил, что он уплачивал алименты на содержание ребенка, встречался с ним, по- возможности в тайне от матери, которая была против их общения. При встречах передавал ему денежные средства, интересовался его жизнью, по мере необходимости приобретал школьные принадлежности. Ответчик оставался с сыном в крепких семейных отношениях и в самые сложные моменты его жизни, когда ФИО1 отбывал наказание в местах лишения свободы, приезжал к нему на свидание, передавал передачи. С 2001 года поддерживал постоянную связь с сыном посредством телефонного общения и письменной переписки.

Также ответчик представил копию трудовой книжки о его трудовой деятельности с 1974 по 2003 г.г., архивные справки об удержании алиментов из заработной платы.

Свидетели стороны ответчика ФИО5, ФИО6 (сводная сестра погибшего), ФИО7 (сожительница ответчика), ФИО8 (бывшая супруга брата истца) в судебном заседании подтвердили близкие и доверительные отношения ответчика с сыном ФИО1 после 2001 года. Свидетелю ФИО6 было известно о посещении брата отцом со слов последнего. Другие свидетели сообщили суду о том, что К.В.В. встречался с сыном, когда тот был в малолетнем возрасте, однако периодичность встреч назвать не смогли.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные истцом требования, суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства, в том числе показания свидетелей, исходил из того, что отец погибшего участия в воспитании сына ФИО1 не принимал, моральную, физическую, духовную поддержку не оказывал, мер для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития не предпринимал, между К. В.В. и его сыном ФИО1 фактических семейных и родственных связей не было, что свидетельствует о неисполнении ответчиком предусмотренных Семейным кодексом РФ родительных обязанностей по воспитанию и содержанию сына, которые выражаются в заботе о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка, его обучении и материальном благополучии, в связи с чем имеются предусмотренные законом основания для лишения К.В.В. как родителя погибшего военнослужащего права на получение страховой суммы, единовременных пособия и выплаты в связи с гибелью в период прохождения военной службы при выполнении боевых задач в ходе специальной военной операции.

Непродолжительное время К. В.В. общался с сыном уже в совершеннолетнем возрасте.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что они основаны на надлежащей оценке доказательств по делу, приняты в соответствии с правилами статьи 67 ГПК РФ и с нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения и при правильном распределении между сторонами бремени доказывания и установлении всех обстоятельств, имеющих значение для дела. Представленным сторонами доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, судом первой инстанции дана верная правовая оценка.

Содержание писем ФИО1, адресованных отцу К.В.В. в 2001 году из мест лишения свободы, опровергает доводы последнего о том, что он принимал участие в воспитании сына до 18 лет. Из их содержания следует, что за 22 года жизни их автора они с отцом не общались, не знают друг друга, ФИО1 не было известно о существовании сводной сестры, что его понимает дядя С., который его вырастил.

Учитывая, что в обязанности родителя входит не только материальное содержание ребенка, но и воспитание, которое проявляется в заботе о здоровье ребенка, о физическом, психическом, духовном его развитии, обучении, непродолжительное время общения с сыном в совершеннолетнем возрасте, не свидетельствует о надлежащем исполнении ответчиком своих отцовских обязанностей.

Суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, правильность выводов в судебном постановлении сомнений не вызывает и доводами жалобы ответчика не опровергается.

Доводы апелляционной жалобы повторяют правовую позицию ответчика в суде первой инстанции и направлены на иную оценку обстоятельств дела.

С учетом возникших между сторонами правоотношений, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые по делу обстоятельства и надлежащим образом руководствовался при рассмотрении дела приведенными выше нормами законодательства, регулирующими возникшие между сторонами правоотношения. Выводы суда соответствуют требованиям закона и обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения судебного решения по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст.327.1,328,329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Белгородского районного суда Белгородской области от 9.10.2025 по гражданскому делу по иску К.А.И. (паспорт <данные изъяты>) к К.В.В. (СНИЛС <данные изъяты>) о лишении права на специальные выплаты, установленные законодательством РФ для семей погибших военнослужащих оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Белгородский районный суд Белгородской области.

мотивированное апелляционное определение изготовлено 30.01.2026

Председательствующий

Судьи