Решение № 2-938/2019 2-938/2019~М-847/2019 М-847/2019 от 3 июля 2019 г. по делу № 2-938/2019

Дело № 2-938/19


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новотроицк 4 июля 2019 года

Новотроицкий городской суд Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Этмановой Т.Е., при секретаре Фроловой Н.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика МВД России ФИО3, представителя ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к следователю следственного управления межмуниципального Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское» ФИО5, межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел России «Орское», Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению федеральной службы исполнения наказаний России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит взыскать с Министерства финансов РФ за счет средств Казны РФ в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконных действий следователя ФИО5, 100000 рублей.

Заявленные требования мотивированы тем, что 22.04.2019 следователь ФИО5 производил следственные действия – очные ставки между ним и свидетелями Б.А.В. и Б.А.В. в присутствии адвоката Константиновой Т.В. В период проведения следственного действия ФИО1 подвергся пыткам с молчаливого согласия следователя ФИО5, так как находился под замком в специальной клетке, пристегнутым левой рукой к прутьям клетки. Он подвергся унижению перед родными. Ему была причинена физическая боль от наручников, создано неудобство в движении. Все это причинило ФИО1 нравственные страдания. На его просьбы прекратить пытку и издевательство над ним ФИО5 ничего не ответил, так как желал этого и наслаждался этим, зная, что переживания могут обострить имеющиеся у ФИО1 заболевания.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Оренбургской области, МУ МВД России «Орское», МВД РФ, ФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 на удовлетворении иска настаивали. Дали пояснения, аналогичные доводам иска. Дополнительно пояснили, что следователь ФИО5, несмотря на просьбы истца прекратить пытку и бесчеловечное обращение, не пресек незаконные действия сотрудников СИЗО. При этом сотрудниками СИЗО-2 также допущены нарушения, поскольку они незаконно содержали ФИО1 в клетке, пристегнув его наручниками к прутьям клетки и закрыв клетку на замок. Рука ФИО1 затекала, он испытал физическую боль. Кроме того указанные действия в отношении него были совершены должностными лицами намеренно, чтобы препятствовать ему делать записи в период проведения следственных действий и с целью обострения его хронических заболеваний. Просили иск удовлетворить, взыскать с ответчиков в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований, просил отказать в удовлетворении иска, указывая, что он незаконных действий в отношении ФИО1 не совершал. Находясь в СИЗО-2 г. Орска он не вправе давать указания сотрудникам учреждения совершать какие-либо действия. Они не находятся в его подчинении. Считал, что доказательств причинения вреда, наличия его вины и причинной связи истцом не представлено.

Представитель Министерства финансов РФ в судебное заседание не явился, извещен о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, просил дело рассмотреть без его участия. В представленном письменном отзыве указал, что Министерство финансов РФ является ненадлежащим ответчиком. Истцом не представлено доказательств наличия вреда, вины причинителя вреда и причинной связи между ними.

Представитель МУ МВД России «Орское», МВД РФ ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, указывая, что МУ МВД России «Орское» является ненадлежащим ответчиком по делу. Истцом не представлено доказательств причинения ему вреда, наличия вины причинителя вреда, а также причинной связи между действиями причинителя и наступившими последствиями. Просила в удовлетворении иска отказать.

Представитель ФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области ФИО4 с иском не согласился, указывая, что действия сотрудников СИЗО-2 являлись законными, нарушений прав ФИО1 с их стороны не было допущено. Отсутствуют доказательства причинения истцу морального вреда. Просил в удовлетворении иска отказать.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации гарантировано, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Статьей 5 УПК РФ определено, что содержание под стражей - пребывание лица, задержанного по подозрению в совершении преступления, либо обвиняемого, к которому применена мера пресечения в виде заключения под стражу, в следственном изоляторе либо ином месте, определяемом федеральным законом.

Статья 9 УПК РФ, в частности, запрещает унижающее достоинство обращение с участниками уголовного судопроизводства.

Стандартные минимальные правила обращения с заключенными, принятые 1-м Конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с преступниками, состоявшимся в Женеве в 1955 году, и утвержденные Экономическим и социальным советом в Резолюциях 663 С (XXIV) от 31.07.1957 и 2076 (LXII) от 13.05.1977, включают следующие руководящие принципы относительно средств усмирения:

В качестве наказания никогда не следует пользоваться такими средствами усмирения, как наручники, кандалы, смирительные рубашки или цепи. Кроме того, кандалами и цепями вообще нельзя пользоваться как средством усмирения. Другими средствами усмирения можно пользоваться только для предотвращения побегов во время транспортировки при условии, что заключенные освобождаются от пут, как только они предстают перед судебными или административными органами (пп. "а" п. 33).

Статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод предусмотрено, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", к "бесчеловечному обращению" относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом, лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В силу положений пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе Российской Федерации обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, а также их должностными лицами.

Так, в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.

Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

При этом для наступления ответственности государства по приведенной статье (ст.1069 ГК РФ) необходимо одновременное наличие следующих составляющих материального основания такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (должностного лица, государственного органа); причинная связь между вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности: сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Исходя из указанных норм права компенсация морального вреда подлежит взысканию, если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права или посягающими на другие материальные блага, принадлежащие потерпевшему. Право на компенсацию морального вреда, причиненного иными действиями, может возникнуть у потерпевшего лишь в случаях, специально предусмотренных законом.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, являются: факт причинения морального вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и причиненным моральным вредом, степень вины причинителя морального вреда. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности, влечет отказ в удовлетворении иска. Обязанность доказывания вышеназванных обстоятельств лежит на истце.

Как следует из материалов дела, причинение морального вреда истец ФИО1 обосновывает незаконным применением к нему наручников в период содержания под замком в ограждающей клетке при проведении очной ставки 22.04.2019 в помещении следственной комнаты ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Оренбургской области.

По правилам статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом из представленных материалов дела установлено, что ФИО1 отбывает наказание в виде пожизненного лишения свободы, назначенное приговором Оренбургского областного суда от 22.04.2014 по ст. 162 ч. 4 п. «в», ст. 105 ч. 2 п. «а,в,ж,з», ст. 167, ст. 269 ч. 3 УК РФ.

08.03.2012 возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Производство предварительного следствия по указанному делу приостанавливалось в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

04.02.2019 уголовное дело № принято к производству старшим следователем 3 отдела (по расследованию преступлений на территории г. Новотроицка) СУ МУ МВД России «Орское» капитаном юстиции ФИО5

ФИО1 прибыл из ФКУ ИК-6 УФСИН России по Республике Мордовия в ФКУ СИЗО-2 г. Орска 11.04.2019.

22.04.2019 старшим следователем ФИО5 проведены очные ставки между свидетелем Б.А.В. и ФИО1, затем между свидетелем Б.А.В. и ФИО1

Очные ставки проводились в ФКУ СИЗО-2 г. Орска УФСИН России по Оренбургской области.

Мсудом установлено и сторонами по делу не оспаривается, что при проведении следственных действий с участием гражданских лиц 22.04.2019 к ФИО1 применены специальные средства – наручники, которыми одна рука ФИО1 была пристегнута к решетке ограждающей клетки.

Согласно части 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

Согласно п. 47 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утв. Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295, передвижение осужденных к пожизненному лишению свободы за пределами камер осуществляется при положении рук за спиной. Применение специальных средств осуществляется в соответствии с Законом Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

В соответствие со ст. 30 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять специальные средства в следующих случаях: 1) для отражения нападения на работников уголовно-исполнительной системы, осужденных, лиц, заключенных под стражу, и иных лиц; 2) для пресечения преступлений; 3) для пресечения физического сопротивления, оказываемого осужденным или лицом, заключенным под стражу, сотруднику уголовно-исполнительной системы; 4) для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы, связанных с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья; 5) для пресечения массовых беспорядков в учреждении, исполняющем наказания, следственном изоляторе, на объектах, находящихся под охраной и надзором сотрудников уголовно-исполнительной системы; 6) для пресечения групповых нарушений, дезорганизующих деятельность учреждения, исполняющего наказания, следственного изолятора; 7) для освобождения насильственно удерживаемых лиц, захваченных зданий, сооружений, помещений и транспортных средств; 8) при конвоировании, охране или сопровождении осужденных и лиц, заключенных под стражу, осуществлении надзора за осужденными, отбывающими наказание в колониях-поселениях, если они своим поведением дают основание полагать, что намерены совершить побег либо причинить вред окружающим или себе; 9) при попытке насильственного освобождения осужденных и лиц, заключенных под стражу, из-под охраны при конвоировании; 10) для задержания осужденных, лиц, заключенных под стражу, и иных лиц при наличии достаточных оснований полагать, что они могут оказать вооруженное сопротивление; 11) для задержания осужденных и лиц, заключенных под стражу, совершивших побег из-под стражи или из учреждения, исполняющего наказания, а также для пресечения побега; 12) для защиты охраняемых объектов уголовно-исполнительной системы, блокирования движения групп граждан, совершающих противоправные действия на территориях учреждений, исполняющих наказания, следственных изоляторов, прилегающих к ним территориях, на которых установлены режимные требования.

Сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право применять наручники и иные средства ограничения подвижности - в случаях, предусмотренных пунктами 2 - 6 и 8 - 11 части первой настоящей статьи.

Согласно п. 43.5 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы утв. Приказом Министерства юстиции РФ от 03.11.2005 № 204-ДСП (далее - Инструкция), в целях исключения возможности побега либо завладения какими-либо предметами, которые могут быть использованы для подготовки побега – к осужденным на территории СИЗО применяются меры, исключающие возможность совершения указанных деяний.

Согласно п. 44.20 Инструкции в соответствие с действующим законодательством для пресечения попыток совершения побега из мест содержания под стражей или из-под охраны, попыток причинения вреда себе и окружающим, к осужденным применяются наручники.

Порядок организации и проведения мероприятий по профилактике правонарушений среди осужденных, подозреваемых и обвиняемых, отбывающих наказание и содержащихся в исправительных учреждениях и следственных изоляторах уголовно-исполнительной системы регламентируется Инструкцией по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 20 мая 2013 года № 72 (далее – Инструкция № 72).

Деятельность сотрудников учреждений уголовно-исполнительный системы по предотвращению правонарушений связана с выявлением лиц, имеющих намерение совершить правонарушение, и принятием к ним мер превентивного характера с целью недопущения реализации этих намерений (на стадии обнаружения умысла). При пресечении правонарушений устанавливаются лица, подготавливающие правонарушение, с принятием к ним превентивных мер в целях недопущения перерастания подготовительных действий в оконченное правонарушение (на стадии покушения) (пункт 4 Инструкции № 72).

Профилактика правонарушений обеспечивается путем охраны, изоляции и надзора за лицами, содержащимися в учреждениях УИС, их размещения в соответствии с законом, выявления причин и условий, способствующих совершению правонарушений, разработки и осуществления мер по их устранению (общая профилактика), установления лиц, от которых можно ожидать совершения правонарушений, и принятия мер по оказанию на них необходимого воздействия (индивидуальная профилактика) (пункт 5 Инструкции № 72).

Из представленных материалов следует, что осужденный ФИО1 16.10.2014 был поставлен на профилактический учет как <данные изъяты>. 02.09.2014 ФИО1 поставлен на учет как <данные изъяты>. Из психологической характеристики следует, что осужденный ФИО1 требует особого контроля со стороны оперативно-режимных служб.

Принимая во внимание то обстоятельство, что ФИО1 осужден к пожизненному лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений против жизни и общественной безопасности, состоит на профучетах как лицо, <данные изъяты>, требует особого контроля со стороны оперативно-режимных служб, применение специальных средств - наручников к нему администрацией ФКУ СИЗО-2 УФСИН России в целях дополнительных гарантий гражданских лиц, принимавших участие при проведении следственных действий 22.04.2019 является правомерным и соответствует п. 47 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 № 295.

Доводы истца ФИО1 о том, что он не ознакомлен с документами о постановке его на профучет, противоречат исследованным судом материалам дела, из которых следует, что указанные вопросы разрешены в установленном порядке на административной комиссии. Осужденный ФИО1 отказался от ознакомления с решениями административной комиссии о постановке на профучет.

Представленная ФИО1 справки о наличии у него хронических заболеваний и прохождении лечения у врача <данные изъяты> не подтверждают факт причинения истцу нравственных и физических страданий в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц, наличия последствий и причиненной следственной связи между действием и наступившими последствиями.

Довод истца и его представителя о том, что после обращения в суд, при проведении следственных действий и судебных заседаний с участием ФИО1, он находится без спецсредств, подлежат отклонению судом, поскольку 22.04.2019 следственное действие проведено с участием гражданских лиц, в защиту интересов которых и были применены специальные средства.

О применении специальных средств – наручников сотрудниками СИЗО-2 составлен рапорт и акт о применении наручников от 22.04.2019. Факт не ознакомления ФИО1 с указанными документами не свидетельствует о причинении истцу морального вреда.

Поскольку факт незаконности действий (бездействия) должностных лиц государственного органа не установлен и причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом, на который ссылается истец, отсутствует, не представлены доказательства причинения физических и нравственных страданий ФИО1, суд считает необходимым в удовлетворении иска отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к следователю следственного управления межмуниципального Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Орское» ФИО5, межмуниципальному управлению Министерства внутренних дел России «Орское», Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению федеральной службы исполнения наказаний России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Новотроицкий городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированное решение составлено 04.07.2019.

Судья: подпись