Решение № 2-389/2023 2-389/2023(2-4388/2022;)~М-3996/2022 2-4388/2022 М-3996/2022 от 2 июня 2023 г. по делу № 2-389/2023

Дело № 2-389/2023

УИД 59RS0002-01-2022-005430-75


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 02 июня 2023 г.

Индустриальный районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Цецеговой Е.А.,

при секретаре Старцевой С.А.,

с участием прокурора Егорова Р.Р.,

истца М. Е.Н.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, по доверенности,

третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери ФИО5, к Муниципальному автономному дошкольному образовательному учреждению «Детский сад №» <адрес> о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 (далее по тексту – М. Е.Н., истец, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери ФИО5 (далее по тексту – М. Е.А., несовершеннолетняя, ребенок) обратилась в суд с исковыми требованиями о взыскании компенсации морального вреда, мотивировав следующими доводами и основаниями.

ДД.ММ.ГГГГ Муниципальное автономное дошкольное образовательное учреждение «Детский сад №» <адрес>, осуществляющая образовательную деятельность (далее по тексту - Ответчик) и законные представители ребенка ФИО4 и ФИО6 (далее по тексту – М. А.В.), в интересах несовершеннолетней М. Е.А. заключили договор об образовании по образовательным программам дошкольного образования (далее по тексту - Договор). ДД.ММ.ГГГГ несовершеннолетняя М. Е.А., находясь в Муниципальном автономном дошкольном образовательном учреждении «Детский сад №» по адресу: <адрес> получила травму правой руки. ДД.ММ.ГГГГ в 7:55 утра мать ребенка М. Е.Н. привела несовершеннолетнюю дочь М. Е.А. в детский сад. Ребенок на момент прибытия был здоров, не имел переломов конечностей и других повреждений на теле. Далее, в этот же день, в 10:52 утра, матери несовершеннолетней позвонил медицинский работник из детского сада, сообщив о повреждении руки дочери. Из рассказа воспитателя и ребенка, следует, что несовершеннолетняя М. Е.А. повредила руку на прогулке при падении. Воспитатель во время прогулки момент падения не видела, так как сидела спиной к детям и разговаривала с другим воспитателем, дети были предоставлены сами себе, бегали, баловались на горке - скатывались с нее головой вниз, толкались, падали. Сразу после звонка матери ребенка о случившемся инциденте, в детский сад за дочерью пришёл отец, М. А.В. Медицинский работник устно направил несовершеннолетнюю на рентген, не выдав письменного направления по настоянию воспитателя, которая попросила медицинского работника этого не делать, так как иначе «накажут заведующую». Рентген был сделан в травмпункте по адресу: <адрес>. Там же был поставлен диагноз: закрытый чрезмыщелковый перелом правого плеча без смещения. Ребенку наложили гипсовый моделированный лангет от правой кисти до верхней трети плеча и отправили на больничный. Больничный лист несовершеннолетней был выдан с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (всего 29 дней), а также матери ребенка с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, далее у М. Е.Н. начался отпуск, поэтому больничный лист продлевать она не стала, но уход за дочерью также производила до списания с больничного. Согласно медицинским критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, разработанных в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» перелом несовершеннолетней М. Е. А. относится к средней тяжести вредя здоровью. Моральный вред малолетней М. Е.А. выразился в физических страданиях. При переломе и срастании костей конечностей пострадавший испытывает сильную физическую боль. Помимо физической боли моральный вред ребенка выразился в невозможности вести активную полноценную жизнь. Так как перелом был именно правой руки, то принимать пищу, одеваться, мыться ребенку приходилось с помощью родителей со слезами. Также несовершеннолетняя не могла активно двигаться, играть, в том числе на детских площадках, когда приходили другие дети, приходилось уходить с площадки, чтоб ребенка никто не задел за руку, не повредил её. Так же не могла плавать, это был июль-самый жаркий месяц, ребёнок ни разу не смог искупаться, так как нельзя было мочить гипс, из-за этого очень переживала, так ждала лето, чтоб активно отдохнуть, а в итоге только намучалась, а также не могла рисовать, писать и многое другое. Кроме того, моральный вред при данном происшествии получила и мать ребенка М. Е.Н. Мать несовершеннолетней испытала нравственные страдания, которые выразились в виде страха, волнения, тревоги за здоровье дочери и за возможные будущие последствия травмы. М. Е.Н. ухаживала за дочерью во время всего пребывания на больничном листе. В связи с тем, ответчик не обратил никакого внимания на произошедшее с несовершеннолетней, за время больничного из детского учреждения никто ни разу не поинтересовался здоровьем ребенка, не посчитали нужным извиниться перед родителями, истцом была направлена претензия о возмещении морального вреда. Мать несовершеннолетней оценила моральный вред, причиненный ее дочери М. Е.А. в 50 000 рублей. Моральный вред, причиненный матери ребенка - в 25 000 рублей. Согласно ответу на претензию, детский сад провел служебное расследование, результатом которого стала фиксация несчастного случая, а также привлечение воспитателя к дисциплинарной ответственности. В компенсации морального вреда ребенку и матери было отказано.

На основании изложенного истец М. Е.Н., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней М. Е.А., просит взыскать с Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №» <адрес> в пользу ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетней дочери ФИО5, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей; судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей.

Истец в судебном заседании на требованиях настаивала по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца в судебном заседании требования поддержал.

Представитель ответчика в судебном заседании против исковых требований возражала по доводам, изложенным в письменном отзыве, пояснила, что факт получения ребенком травмы стороной ответчика не отрицается. В связи с получением несовершеннолетним воспитанником травмы в МАДОУ «Детский сад №» проведено служебное расследование, по итогом которого воспитатель привлечена к дисциплинарной ответственности. Место падения ребенка также подверглось тщательному осмотру, нарушений выявлено не было. Однако, возмещение морального вреда не предусмотрено бюджетом дошкольного учреждения, в связи с чем в возмещении компенсации морального вреда следует отказать.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании пояснила следующее. Она (ФИО3) работала 4 день в этой группе. Группа была разновозрастная, Лиза была в старшей группе. В 9:00 часов вышли на прогулку. Структура прогулки не нарушалась. Перед прогулкой была проведена беседа, во время прогулки была небольшая подвижная игра. Также был проведен инструктаж по технике безопасности. Няня проверила участок на наличие посторонних предметов. Старшая группа занималась самостоятельной деятельности. Дети катались с горки как не положено. Она (ФИО3) сделала им замечание. Лиза упала, когда играла в догонялки. В этот момент она (ФИО3) сидела с младшей группой детей, при этом личными делами не занималась. Ребенок упал на её (ФИО3) глазах. Лиза бежала, а за ней бежала еще одна девочка, Лиза просто упала на траве на свою руку неудачно. После падения Лиза заплакала. Она (ФИО3) спросила у неё, где больно, попросила пошевелить рукой. За девочкой пришел папа. Она (ФИО3) попросила, чтобы он не говорил, что это произошло в детском саду. Папу с ребенком остался с медицинской сестрой. После происшествия, она (ФИО3) написала объяснительную, затем позвонила родителям девочки, они были в травматологическом отделении. После данного случая ребенок посещает тот же детский сад, однако воспитатели уже другие. В день, когда Лиза сломала руку, детей в группе было немного. Приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности она (ФИО3) не обжаловала. Однако, с исковыми требованиями не согласна.

Прокурор в судебном заседании дал заключение о том, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом установленных по делу обстоятельств. Размер компенсации морального вреда необходимо определить с учетом требований разумности и справедливости, а также с учетом причиненных повреждений.

Заслушав объяснения участвующих лиц, исследовав письменные доказательства по делу, медицинскую карту амбулаторного больного М. Е.А., суд приходит к следующему.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст. 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, установленному п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В соответствии с п. 6 ст. 28 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской федерации» образовательная организация обязана осуществлять свою деятельность в соответствии с законодательством об образовании, в том числе, создавать безопасные условия обучения, воспитания обучающихся, присмотра и ухода за обучающимися, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся.

Образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, за реализацию не в полном объеме образовательных программ в соответствии с учебным планом, качество образования своих выпускников, а также за жизнь и здоровье обучающихся (часть 7 статьи 28 Федерального закона № 273-ФЗ).

Согласно разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда жизни, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пункт 32 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что факт причинения потерпевшему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью предполагается, поскольку потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из материалов дела следует, что ФИО4 является матерью малолетней ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения /л.д.18/.

Как указано истцом и не оспаривается представителем ответчика, ДД.ММ.ГГГГ между Муниципальным автономным дошкольным образовательным учреждением «Детский сад №» <адрес>, осуществляющим образовательную деятельность, и законными представителями ребенка ФИО4 и ФИО6 Витальевичем в интересах несовершеннолетней ФИО5, заключен договор об образовании по образовательным программам дошкольного образования /л.д.11-17/.

Актом от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 10:20 часов во время прогулки в результате падения ребенка на травянистом покрытии прогулочной площади (прогулочный участок группы №м) малолетняя М. Е.А. получила перелом руки. Лицом, допустившим нарушения законодательных и локальных актов, явившихся причинами несчастного случая является воспитатель группы №м ФИО3 /л.д.45-46/.

Факт получения малолетней М. Е.А. травмы во время прогулки также подтверждается объяснительной воспитателя ФИО3, в которой указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 10:20 часов она, ФИО3, находилась на смене в детском садике №, на прогулке. ФИО7 играла с девочкой, на полянке запнулась и упала на руку. Она (ФИО3) подняла девочку и сразу увела в медпункт. Медсестра приложила холод и позвонила родителям. Родители отвезли ребенка в травмпункт /л.д.50/.

Данные обстоятельства подтверждаются также сообщением о несчастном случае № от ДД.ММ.ГГГГ, направленном в адрес МКУ «АХССО», РОО <адрес> /л.д.54/ и не оспариваются представителем ответчика.

Согласно данным медицинской карты амбулаторного больного М. Е.А. последняя поступила в травматологию ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на боль в области правого плечевого сустава. По обстоятельствам получения травмы пояснила, что в детском саду на прогулке запнулась и упала с опорой на правую руку. По результатам R-графии правого и левого локтевого суставов в 2-ух проекциях поставлен диагноз: чрезмыщелковый перелом правого плеча без смещения. Наложен гипсовый моделированный лангет от правой кисти до в/3 плеча. Нуждается в постороннем уходе, маме ребенка выдан больничный лист по уходу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Далее больничный лист по уходу продлялся.

ДД.ММ.ГГГГ гипс М. Е.А. снят, больничный лист матери ребенка М. Е.Н. закрыт, явка на прием ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ по результатам осмотра врача, а также рентгенографии правого и левого локтевого суставов установлено, что наступило выздоровление, лечение закончено, малолетняя может посещать детское учреждение с ДД.ММ.ГГГГ.

С целью определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью М. Е.А. определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручалось экспертам ГКУЗОТ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы» /л.д.64-66/.

Согласно заключению экспертов № экспертами установлено, что при обращении за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ у М. Е.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения имелся закрытый перелом медиального (внутреннего) мыщелка правой плечевой кости. В соответствии с п. 7.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н, по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) квалифицируется как вред здоровью средней степени тяжести /л.д.100-103/.

Оценивая заключение судебной экспертизы №, суд принимает его в качестве допустимого и достоверного доказательства и считает возможным положить его в основу судебного решения, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами в предусмотренном законом порядке в соответствии с требованиями статей 79, 80, 84, 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперты имеют соответствующую квалификацию, образование и стаж работы, предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, в их распоряжение представлялись все имеющиеся в материалах гражданского дела документы, а также дополнительные медицинские документы. В заключении экспертов в полном объеме дан ответ на поставленный судом вопрос, экспертное заключение составлено с учетом нормативных документов и специальной литературы. Таким образом, оснований не доверять экспертному заключению № комплексной судебно-медицинской экспертизы, проведенной экспертами ГБУЗ ПК «КБСМЭПАИ», у суда не имеется.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ заведующей МАДОУ «Детский сад №» <адрес> в связи с несчастным случаем, произошедшим с ребенком М. Е.А., воспитателю ФИО3 объявлено замечание, лишена стимулирующих выплат за июль 2022 года на 50% /л.д.51/.

Оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, в том числе пояснения сторон, суд приходит к выводу, что получение малолетней М. Е.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, травмы, квалифицирующейся как вред здоровью средней степени тяжести во время нахождения в МАДОУ «Детский сад №» <адрес>, явилось следствием неосуществления должного надзора за несовершеннолетними со стороны работников указанного дошкольного образовательного учреждения в момент получения травмы, в связи с чем, образовательное учреждение должно нести ответственность.

Совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что обстоятельства причинения вреда здоровью ребенка во время его нахождения под надзором МАДОУ «Детский сад №» <адрес> при рассмотрении дела установлены с достоверностью. Несчастный случай стал возможен по причине не выполнения в полной мере обязанности по обеспечению безопасности воспитанников со стороны ответчика в лице воспитателя ФИО3

Под виной учреждения в данном случае понимается неосуществление должного надзора за несовершеннолетним в момент причинения вреда. При этом не имеет значения, причинен ли вред ребенку в результате его собственных действий либо в результате действий других лиц, поскольку действия малолетних лишены юридического значения.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии у истцов оснований на взыскание компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья малолетней в результате травмирования на территории дошкольного образовательного учреждения, возложении обязанности по возмещению вреда на МАДОУ «Детский сад «№», в обязанности которого входило контролирование воспитанников детского сада в процессе прогулки.

При определении размера компенсации морального вреда, суд, исходя из положений ст. 1101 ГК РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», устанавливающих критерии, которыми в первую очередь должен руководствоваться суд при определении размера компенсации морального вреда, принимает во внимание фактические обстоятельства получения несовершеннолетней М. Е.А. травмы, характер причиненных физических и нравственных страданий, тяжесть травмы, длительность лечения, необходимость ношения гипсовой повязки, невозможности М. Е.А. в течение продолжительного времени вести привычный образ жизни, ее возраст, индивидуальные особенности, нравственные страдания, перенесённые матерью, связанные с причинением вреда здоровью ребенка, а также требования разумности, соразмерности и справедливости.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в пользу малолетней М. Е.А. в лице её законного представителя М. Е.Н. в сумме 50 000 руб., в пользу М. Е.Н. в сумме 25 000 руб., что, по мнению суда, отвечает принципам разумности и справедливости.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Поскольку исковые требования истцов о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены, следовательно, с ответчика в пользу истца М. Е.Н. подлежат взысканию судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины за требования неимущественного характера в размере 600 руб. Несение указанных расходов подтверждается чек-ордерами ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ /л.д.3-4/.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №» <адрес> (№) в пользу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в лице её законного представителя ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Взыскать с Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №» <адрес> (№) в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

Взыскать с Муниципального автономного дошкольного образовательного учреждения «Детский сад №» <адрес> (№) в пользу ФИО4 в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины в размере 600 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Судья –подпись

Копия верна:

Судья Е.А. Цецегова

Подлинный документ подшит в деле

№ 2-389/2023 (2-4388/2022;) ~ М-3996/2022

Индустриального районного суда г.Перми

УИД 59RS0002-01-2022-005430-75

Мотивированное решение изготовлено 08.06.2023