Апелляционное определение № 22-447/2026 от 25 марта 2026 г.

Докладчик Дмитриев С.Г. Апелляционное дело № 22-447

Судья Антонова Н.Ю.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 марта 2026 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики

в составе председательствующего судьи Сумина О.С.,

судей Дмитриева С.Г., Дмитриева А.В.

при секретаре – помощнике судьи Андрияновой Т.А.

с участием прокурора Андреева М.С.,

осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3,

адвокатов Григорьева В.П., Акимовой С.Г., Ильина А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, адвокатов Григорьева В.П., Акимовой С.Г., Зиновьева А.М., апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Чебоксарского района Чувашской Республики Семенова Н.Б. на приговор Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 15 августа 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3

Заслушав доклад судьи Дмитриева С.Г., выступления участников процесса, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

По приговору Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 15 августа 2025 года

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, ранее судимый 30 марта 2017 года Верховным судом Карачаево-Черкесской Республики по п. «б», «в» ч. 4 ст. 162, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 14 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 2 года, по состоянию на 15 августа 2025 года неотбытая часть наказания в виде лишения свободы составляет 3 года 8 месяцев 12 дней и дополнительное наказание ограничение свободы 2 года,

осужден по:

- ч. 2 ст. 171.2 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) к 3 годам лишения свободы,

- ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 25.07.2002 № 112-ФЗ) к 7 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с участием в работе и руководстве общественными организациями и объединениями, на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений:

не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

На основании ч.ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с лишением права заниматься деятельностью, связанной с руководством и участием в работе общественных объединений, на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений:

не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 марта 2017 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с участием в работе и руководстве общественными организациями и объединениями, на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 2 года с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы 2 раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

Мера пресечения ФИО1 избрана в виде заключения под стражу, он взят под стражу в зале суда.

Начало срока отбывания наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 15.08.2025 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, ранее судимый: 13 января 2017 года Алатырским районным судом Чувашской Республики по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы, освобожден по отбытии наказания 31 марта 2020 года, 6 октября 2020 года Алатырским районным судом Чувашской Республики по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, наказание отбыто 9 декабря 2022 года,

осужден по:

- ч. 2 ст. 171.2 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

- ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ от 25.07.2002 № 112-ФЗ) к 4 годам лишения свободы с ограничением свободы на срок 8 месяцев с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений:

не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

На основании ч.ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 8 месяцев с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений:

не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложением обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставлена прежняя – заключение под стражу.

Начало срока отбывания наказания ФИО4 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с 09.12.2022 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> ранее судимый:

11 ноября 2014 года Измайловским районным судом г. Москвы по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освобожден по отбытии наказания 13 июня 2017 года;

19 августа 2020 года Московским районным судом г. Чебоксары Чувашской Республики по ст. 158.1 УК РФ к 4 месяцам лишения свободы;

20 октября 2020 года Новочебоксарским городским судом Чувашской Республики по ч. 1 ст. 228 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы;

10 декабря 2020 года Новочебоксарским городским судом Чувашской Республики по ч. 1 ст. 232 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, наказание отбыто 15 февраля 2023 года,

осужден по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставлена прежняя – заключение под стражу.

Начало срока отбывания наказания ФИО3 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО3 под стражей с 15.02.2023 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ постановлено взыскать с осужденных ФИО1 и ФИО2 в солидарном порядке в доход государства в счет конфискации полученных в результате преступления денежных средств в размере 205860 рублей.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

По приговору ФИО1 осужден за организацию деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, а ФИО2, ФИО3 осуждены за участие в деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими.

Кроме того, ФИО1, ФИО2 осуждены за незаконную организацию и проведение азартных игр с использованием игрового оборудования вне игорной зоны, совершенные группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершены на территорииФКУ ИК № Управления ФСИН России по Чувашской Республике – Чувашии (далее по тексту – учреждение), расположенной по адресу: <адрес>, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора Чебоксарского района Чувашской Республики Семенов Н.Б. считает приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов. Приводит доводы о различиях в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора в части квалификации преступных деяний ФИО2 и ФИО3, осужденных согласно резолютивной части по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, что не соответствует требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов. Кроме того, при назначении ФИО1, ФИО5 наказания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание по обоим преступлениям, суд обоснованно учел рецидив преступлений, однако неверно определил его вид, указав, что по обоим эпизодам он является опасным. Вместе с тем, по совершенному преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, относящемуся к категории преступлений средней тяжести, рецидив является простым, а не опасным. Неверное определение судимостей подлежащих учету при назначении наказания и, как следствие, вида рецидива является основанием для смягчения назначенного наказания за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, а также по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ и по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ. Суд, давая юридическую оценку действиям осужденных, указал о квалификации содеянного ФИО7 - по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ, содеянного ФИО2, ФИО3 - по ч. 2 ст. 282 УК РФ в редакции Федерального закона от 25 июля 2002 года № 112-ФЗ. Вместе с тем во время совершения осужденными преступлений действовала иная редакция указанной статьи УК РФ. Просит приговор изменить: считать правильной квалификацию действий ФИО2, ФИО3 по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, исключив из описательно мотивировочной части приговора указание при квалификации их действий на ч. 2 ст. 282 УК РФ; исключить из приговора указания на редакцию Федерального закона от 25 июля 2002 года № 112-ФЗ при признании виновными ФИО1 - по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ, а ФИО2 и ФИО3 - по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, указав действовавшую редакцию соответствующей статьи 282.2 УК РФ; исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о наличии у ФИО7 и ФИО2 опасного рецидива по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, указав наличие по данному эпизоду рецидива преступлений; смягчить наказание, назначенное ФИО7 и ФИО2 по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, до 2 лет 9 месяцев лишения свободы. На основании ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО7 определить наказание в виде 7 лет 9 месяцев лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с руководством и участием в работе общественных объединений, на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев с установлением ограничений, предусмотренных ст. 53.1 УК РФ. Окончательное наказание, назначенное ФИО7 на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 марта 2017 года назначить наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с участием в работе и руководстве общественными организациями и объединениями на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 3 года с установлением ограничений, предусмотренных ст. 53.1 УК РФ. На основании ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО2 определить наказание в виде 4 лет 9 месяцев лишения свободы, с ограничением свободы на срок 8 месяцев с установлением ограничений, предусмотренных ст. 53.1 УК РФ.

В апелляционной жалобе с дополнением осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о его виновности. Приводит доводы, что приговор основан на голословных показаниях свидетелей и не подтверждается доказательствами по делу. Суд незаконно огласил и положил в основу приговора показания свидетелей под псевдонимами, которые в судебное заседание не вызывались и судом не допрашивались, чем нарушены положения закона. При этом не установлена достоверность их показаний, не выяснено, оказывалось ли давление на свидетелей со стороны сотрудников ИК№ и иных должностных лиц на стадии предварительного расследования (часть допрошенных в суде свидетелей сообщили о даче показаний под принуждением). Считает показания свидетелей основанными на слухах, догадках и предположениях, очевидцы отсутствуют. Свою вину в совершении преступления по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ не признает, с квалификацией и признаками «из корыстных побуждений», «группой лиц по предварительному сговору» не согласен, полагает их необоснованными и судом не мотивированными. Указывает, что вступление в сговор в период «с одного из дней конца августа-начала сентября 2021 года» и незаконная организация и проведение им и ФИО2 азартной карточной игры – «покер» в чайной комнате цеха № №, расположенной на территории ИК-№, фактически являлись невозможными, так как в указанный период он находился на строгих условиях содержания, что подтверждается имеющейся в деле справкой. Также он не согласен с его осуждением по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ. Указывает, что судом не установлено, в какой день произошло назначение им ФИО2 «смотрящим» за проведением азартных игр, нет очевидцев и подтверждающих это доказательств, в приговоре относительно этого по его мнению указаны разные периоды. Указывает, что фабула обвинения приговора является копией обвинительного заключения, отражены позиции подсудимых и свидетелей, при этом судом не сделан анализ результатов судебного разбирательства, не дана оценка имеющихся противоречий в показаниях свидетелей, данных в суде и на следствии. Считает, что приговор составлен с нарушением требований постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 года № 55 «О судебном приговоре», недопустимо перенесение в приговор показаний допрошенных по делу лиц и других доказательств из обвинительного заключения без учета проведенного судебного разбирательства, чем допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, нарушено его право на защиту. Указывает, что выводы суда в приговоре противоречат исследованным доказательствам. Судом не дана оценка доводам стороны защиты в полном объеме. Полагает, что не доказаны его осведомленность о запрете деятельности АУЕ на территории РФ, отрицательное отношение к определенным категориям осужденных, причастность к деятельности запрещенного экстремистского движения и какой-либо деятельности, направленной на возбуждение ненависти и вражды по отношению к представителям власти и иных лиц из числа осужденных. Также не доказано, что он был назначен «смотрящим» - не установлен период время, лица, присутствующие при назначении, где и каким образом происходило, и вообще деятельность указанной запрещенной организации в ИК-№. Полагает, что выводы суда о том, что он владел либо распоряжался банковскими картами своих родственников, на которые поступали денежные средства от осужденных, не основываются на имеющихся в деле доказательствах и являются предположениями. Не согласен с выводами суда о том, что он вовлекал осужденного ФИО47 в деятельность экстремисткой организации АУЕ в период нахождения на лечении в ФКУ ИК-№ УФСИН. Считает, что суд необоснованно отказал в ходатайстве о вызове свидетеля ФИО47; не дал никакой оценки показаниям свидетеля ФИО26, результатам психолого-лингвистической судебной экспертизы от 20 марта 2023 года, не указал мотивы, по которым те или иные доказательства были отвергнуты в нарушение положений п. 3,4 ч. 1 ст. 305, п. 2 ст. 307 УПК РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», давая свой анализ психолого-лингвистической судебной экспертизе от 20.03.2023 года, ссылается на отсутствие в представленных на экспертизу материалах высказываний, подтверждающих его принадлежность к экстремистской организации, представляющих собой призывы к организации активной пропагандистской деятельности, суд необоснованно отказал в признании недопустимым доказательством криминологической судебной экспертизы от 12 июня 2023 года, выполненной с нарушением законодательства, регламентирующего судебно-экспертную деятельность, также судом необоснованно отказано в вызове в суд проводившего экспертизу эксперта, также указывает на доказательства, которые необоснованно приведены судом в приговоре в качестве доказательств, подтверждающих его вину (протоколы осмотра от 02.05.2023 г., 05.05.2023 г. на стр. 53 приговора), акты об изъятии игральных карт (т. 3 л.д.105,102, т. 2 л.д. 220, 205). Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе с дополнением осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором ввиду его незаконности, наличия противоречий в нём установленным фактическим обстоятельствам дела, судом не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, дело рассмотрено с обвинительным уклоном, с волокитой, считает приговор копией обвинительного заключения. Он не согласен с осуждением его по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ. Приводит доводы, что он не мог вступить в предварительный сговор с ФИО1 по организации и проведению азартной игры, они находились на разных объектах исправительного учреждения и не могли физически контактировать, он водворялся в ШИЗО в период с 19.02.21 г. по 9.12.22 г., денежные средства на счета его матери стали поступать до указанного периода времени, так и после. Обращает внимание на рапорт о признаках преступления (т. 10 л.д. 196) со ссылкой на показания свидетелей под «псевдонимами». Полагает, что его права на защиту были нарушены, поскольку в качестве доказательств его вины суд учёл недопустимые доказательства - показания свидетелей со скрытыми анкетными данными, огласив показания четырех таких свидетелей при возражении подсудимых, при этом во время следствия он был лишён права на допрос показывающих на него лиц - свидетелей под «псевдонимами», на основании постановления об отказе в проведении очных ставок от 3 июля 2023 года. Считает не основанной на законе ссылку суда на то, что после ознакомления с обвинительным заключением предоставлялась возможность ходатайствовать о проведении очных ставок со свидетелями, УПК РФ такой возможности на данной стадии не предусматривает. Давая анализ видеозаписи от 27 сентября 2021 года, указывает, что игра в покер проходит в помещение без закрытого доступа, помещение специально им не оборудовалось, в покер играет любой осужденный, разрешение на участие в игре у него не спрашивают, то есть он не организовывал азартную игру, и опровергает показания свидетелей, не являвшихся участниками игры, которые лишь высказывают предположения. Просит показания свидетелей признать недопустимыми доказательствами и исключить из приговора в соответствии со ст. 75 УПК РФ. Указывает, что его явка с повинной была написана под давлением сотрудников правоохранительных органов и не может быть положена в основу приговора как доказательство его виновности по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ. Ссылается, что в деле имеются акты об изъятии игральных карт (т. 3 л.д. 105, 102, т. 2 л.д. 220, 205) (всего 4 колоды по 35-36 карточек в колоде) при этом указано, что данные карты принадлежат ему и которыми он играл в «покер», однако в для игры в «покер» необходимо, чтобы в колоде было 52 карточки. Указывает, что иные доказательства также не подтверждают его вины либо сфальсифицированы. Также не согласен с его осуждением по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ. Указывает, что совершение им данного преступления в суде не было установлено и не доказано, в связи с этим утверждение о том, что он являлся «смотрящим» следует исключить из приговора. Никто с ФИО7 его вместе не видел, контактировать они не могли физически, так как находились на разных режимах отбывания наказания. По его мнению, то обстоятельство, что он не выполнял функции «смотрящего» подтверждается результатами оперативно-розыскных мероприятий (видеозаписями, проведенными в цехе № № чайной комнаты ИК-№, записями телефонных переговоров и другими т.1 л.д. 117-132, т. 8 л.д. 209, 253-255, 259-260), которые опровергают показания свидетелей обвинения. Криминальным лидером он никогда не являлся, что по его мнению подтверждается справкой из ИК-№ (л.д. 247 т.11) о том, что он не поддерживал отношения с лицами криминальной направленности, психологической характеристикой (л.д. 192 т. 2), заключением эксперта (л.д.188-202 т. 5). Указывает, что он не подтверждает явку с повинной по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, его доводы о её написании под давлением и получении путём обмана государственным обвинителем не опровергнуты, в связи с этим не является допустимым доказательством и не может быть положена в основу приговора. Указывает, что в ходе следствия были нарушены его права в связи с отказом в проведении психофизиологического исследования с использованием полиграфа, отказа в проведении очных ставок, в признании потерпевшим от неправомерных действий сотрудников УФСИН РФ по ЧР. Считает, что выводы суда о его виновности являются необоснованными, основываются на показаниях свидетелей, которые строятся на слухах, предположениях и догадках, материалами дела не подтверждаются. Считает, что в ИК-№ фактически не было признаков наличия запрещенной идеологии АУЕ, он не придерживался данной идеологии, не выполнял функции «смотрящего» как в ходе азартных игр, так и в общении с осужденными. Указывает, что не был ознакомлен с положениями ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, информация о запрете АУЕ на основании решения Верховного Суда РФ от 17 августа 2020 года сотрудниками ИК-№ до заключенных в указанный период не доводилась. Считает, что проведенные в отношении ФИО7 оперативно-розыскные мероприятия свидетельствуют о том, что в своих разговорах он его не упоминал, каких либо указаний, информацию, приветов для него и ФИО3 через осужденных, направлявшихся из ИК-№ в ИК-№, не передавал, что подтверждает отсутствие какой-либо связи между ним, ФИО3 и ФИО7 Указывает, что допрошенные в суде свидетели ФИО64 ФИО311, ФИО65 отказались от своих показаний, которые были даны под давлением со стороны сотрудников ИК-№, что не было опровергнуто государственным обвинителем, а по пояснению свидетеля ФИО65 тот не давал таких показаний и в протоколе допроса не его подпись, судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства подсудимого о проведении почерковедческой экспертизы подписи свидетеля ФИО65. Указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, установленным судом при проведении допросов свидетелей, исследовании доказательств по делу, основаны, в том числе на криминологических экспертизах, с которыми он не согласен ввиду их необоснованности в связи с имевшими наводящими вопросами к эксперту, использования экспертом неизвестной литературы, отказе следователем в удовлетворении его ходатайства о включении дополнительных вопросов эксперту, нарушении прав стороны защиты, наличия противоречия с комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы (т. 7 л.д. 221-261 и т. 5 л.д. 188-205), а также выполнения экспертизы с нарушением п.13,15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2010 года «О судебной экспертизе по уголовным делам», Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Указывает, что не поддерживает явку с повинной по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ, поскольку она дана без участия адвоката, на момент её написания уголовное дело было возбуждено. Явка с повинной по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ государственным обвинителем не оспорена, не заявлялось об оглашении показаний сотрудника, составлявшего явку с повинной. Указывает, что судом его действия квалифицированы по ч. 2 ст. 282 УК РФ, что ухудшает его положение относительно предъявленного обвинения и нарушает его права на защиту. Назначенное наказание считает излишне суровым, несправедливым, а по ч. 2 ст.171.2 УК РФ судом необоснованно указан опасный рецидив преступлений. Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

В апелляционной жалобе с дополнением осужденный ФИО3 считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильного применения уголовного закона, чрезмерно сурового наказания. Считает себя невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 282.2 УК РФ. Приводит доводы, что судом не было установлено время, место и при каких обстоятельствах ФИО1, находясь на строгих условиях отбывания наказания, мог назначить его в период нахождения на общих условиях содержания «смотрящим за карантином». Суд не дал оценку его доводам об отсутствии умысла, связанного с тематикой АУЕ, при сугубо личном характере его действий. Обвинение построено на противоречивых показаниях свидетелей сотрудников исправительной колонии и осужденных. Суд не принял во внимание, что свидетели обвинения осужденные ФИО64, ФИО311, ФИО65 давали показания под давлением сотрудников ИК-№, а иные свидетели обвинения являются сотрудниками УФСИН и участвовали в сборе доказательств по делу, при этом судом отклонено ходатайство о недопустимости их допроса и участия в суде. Судом не дана оценка показаниям свидетелей - осужденных, которые пояснили, что не знают о его положении «смотрящего за карантином», о том, что не были очевидцами преступных действий, либо знают об этом со слов осужденных, установочных данных которых сказать не могут, что пропаганды АУЕ он не вел, имел проблемы со здоровьем, и по принципам АУЕ не мог занимать должность «смотрящего» как употребляющий наркотики. Ссылается, что по пояснению свидетеля ФИО65 тот показания не давал, протокол не подписывал. При исследовании доказательств стороны защиты суд не вызвал свидетелей, ходатайствовавших об их вызове (т.17 л.д. 89, 108, 237, т. 18 л.д. 171, 174) и не сообщил в судебном разбирательстве о поступлении в суд ходатайств. Кроме того судом не учтены в полной мере доводы стороны защиты, доказательства, опровергающие его вину в инкриминируемом преступлении (список взысканий (т. 1 л.д. 32), справка УФСИН (т. 16 л.д. 138-141), справка о заболеваниях (т. 16 л.д. 60), стенограмма ОРМ (т. 10 л.д. 221-224), необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты как во время предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства. Судом были оглашены показания свидетелей, при этом были нарушены права на защиту, поскольку свидетели судом не допрашивались, не было возможности проведения их допроса. Указывает, что явка с повинной была составлена без его участия, он был вынужден её подписать под давлением, он заявлял об отказе как во время следствия, так и в суде. Ссылается, что видеозапись дачи явки с повинной, ознакомление с ним и результат прохождения им полиграфа, не подтверждающий его виновность, не были приобщены к материалам уголовного дела. Указывает, что он был ознакомлен под роспись о решениях по запрету экстремистской деятельности АУЕ 31 мая 2022 года (т. 1 л.д. 34-35). Его нахождение в спецблоке с апреля 2022 года исключает возможность каких-либо действий по пропаганде принципов АУЕ, дискриминации осужденных. Судом не было установлено, какими действиями он продолжал участие в АУЕ. Его деятельность по информированию осужденных о приезде новых осужденных в колонию не несла дискриминации и притеснений, не имела негативных последствий и не может являться экстремизмом. Указывает, что при вынесении приговора судом неправильно применен опасный рецидив, так как на момент признания его виновным по данному уголовному делу приговор Измайловского районного суда г. Москвы от 11 ноября 2014 года был погашен. Суд не учёл состояние его здоровья, отсутствие негативных или каких-либо последствий. Просит приговор отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор в связи с недоказанностью участия в деятельности экстремистской организации.

В апелляционной жалобе адвокат Григорьев В.П. выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона. Судом не приняты меры к установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию согласно ст. 73 УПК РФ, в том числе события преступления, виновности лица в совершении преступления, формы его вины и мотивов. Приводит доводы, что исследованные доказательства свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 составов преступлений. В части осуждения по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ указывает, что выводы суда о причастности ФИО1 к организации и проведению азартных игр, совершенным группой лиц по предварительному сговору, не основаны на собранных по делу доказательствах. Причастность ФИО1 к организации и проведению азартных не установлена, в том числе аудио-видео материалами в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности, показаниями сотрудников правоохранительных органов, должностных лиц исправительного учреждения, а также лиц из числа осужденных. Обвинение построено на противоречивых, не подтвержденных иными доказательствами показаниях, содержащих голословные доводы и являющимися домыслами. Без должной оценки суда остался факт отсутствия доказательств, указывающих на получение и распределение ФИО8 дохода, якобы получаемого от проведения азартных игр. Приводит доводы, что обвинением не представлено доказательств, указывающих на причастность ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282.2 УК РФ, а именно к организации деятельности экстремисткой организации «АУЕ» на территории ФКУ ИК№ УФСИН РФ по ЧР, указывающих на наличие в действиях ФИО1 признаков подготовки и совершения преступлений экстремисткой направленности. В инкриминируемый период ФИО1 не совершались противоправные действия, преступления, правонарушения, дискриминирующие определенные социальные группы, в частности, сотрудников правоохранительных органов, осужденных, сотрудничающих с должностными лицами исправительных учреждений, а также связанные с дезорганизацией деятельности исправительного учреждения, сведений о приготовлении к совершению подобных деяний также не представлено, фактов изменения «статуса» в преступной иерархии осужденных, в том числе в принудительной, насильственной форме со стороны ФИО1 и по его инициативе либо указанию в инкриминируемый период также не было. Ссылается, что судом не установлены обстоятельства якобы имевшего место назначения ФИО1 на должность «смотрящего» за ФКУ ИК-№ УФСИН РФ по ЧР единолично ФИО150, согласно показаниям свидетелей такая «должность» является выборной, однако ни показаниями свидетелей, ни результатами оперативно-розыскной деятельности не установлен такой факт. В ходе судебного разбирательства, в частности при допросе свидетелей, выявлены противоречия с предъявленным обвинением, в том числе с выводами заключения криминологической судебной экспертизы от 12.06.2023 г. (т. 7 л.д. 221-261) в части наделения ФИО1 организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, наличия четкой иерархии в ячейке организации «АУЕ», принудительного сбора денежных средств с осужденных. Указывает, что ФИО1 не осуществлял действия, связанные с формированием, хранением и распределением средств с осужденных, при нём материальные средства, продукты питания, сигареты не были обнаружены. Факты нарушения ФИО1 правил внутреннего распорядка, по словам свидетелей выраженные в неверном исполнении элементов физической зарядки и заправке спального места не по установленному образцу не могут свидетельствовать об их экстремистской направленности, относимы к проступкам дисциплинарного характера и не имеют значимых последствий. Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, прекратить уголовное преследование ФИО1 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 282.2, ч. 2 ст. 171.2 УК РФ ввиду отсутствия в его действиях составов преступлений.

В апелляционной жалобе адвокат Акимова С.Г. считает приговор незаконным, необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Полагает, что в действиях ФИО2 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 282.2 УК РФ. Указывает, что ФИО2 вину в совершении преступления по ч. 2 ст.282.2 УК РФ в ходе предварительного следствия и в суде не признал. Давая свой анализ показаниям допрошенных свидетелей обвинения, в частности, Свидетель №3, ФИО76, ФИО196 ФИО197 ФИО198, ФИО172, ФИО171, ФИО28, под псевдонимом «ФИО29», под псевдонимом «ФИО163», ФИО30, ФИО60, ФИО55, ФИО56, ФИО52, ФИО31, ФИО53, ФИО50, ФИО48, ФИО54, ФИО51, ФИО32, ФИО38, ФИО33, ФИО39, ФИО37, ФИО34, ФИО40, ФИО41, ФИО43, ФИО35, ФИО42, ФИО44, приводит доводы, что их показания являются противоречивыми, непоследовательными, они не могли указать источники своей осведомленности, не могли назвать фамилии осужденных, с чьих слов им стали известны сообщенные ими обстоятельства, их показания между собой не согласуются. Свидетели обвинения из числа осужденных, не обладая познаниями в области экстремизма, не способны разграничить преступления экстремисткой направленности от иных действий, а также определить конкретный вид экстремистской организации, в связи с чем их утверждения о действии на территории ИК-№ именно экстремистского движения «АУЕ» не могут быть признаны достоверным и достаточным доказательством вины ФИО2 в совершении инкриминируемого деяния. Указывает, что описанные свидетелями обвинения действия осужденных не подпадают под признаки ни запрещенного движения «АУЕ», ни экстремисткой деятельности в целом. Доказательствами вины ФИО2 не могут являться: заключение фоноскопической судебной экспертизы № 1096 от 22.12.2022, поскольку выводы эксперта носят вероятностный характер; заключение психолого-лингвистический судебной экспертизы, поскольку в заключении не указано то, что именно ФИО2 проводил собрание, пропагандировал принципы и идеологию «АУЕ», а также в постановлении о назначении психолого-лингвистический судебной экспертизы следователь указывает, что ФИО2 высказывал фразы и лозунги движения «АУЕ», то есть фактически до проведения экспертизы дает оценку действиям ФИО2; заключение криминологической судебной экспертизы от 12.06.2023, поскольку является необъективным, экспертом сделаны выводы о принадлежности ФИО2 к ячейке «АУЕ» исходя из показаний свидетелей, при этом не представлено каких-либо сведений, на основании чего экспертом сделан вывод о том, что ФИО2 являлся «смотрящим», в постановке дополнительных вопросов эксперту было отказано; протокол осмотра предметов от 23.08.2022, поскольку произношение ФИО2 имён осужденных, которые имеются в открытом доступе в сети Интернет и не запрещены на территории РФ, не может являться пропагандой экстремисткой деятельности, цель и мотив произношения ФИО2 данных имен связаны с религиозной и православной тематикой; протокол освидетельствования ФИО2 от 29.09.2022, поскольку татуировки ФИО2 были сделаны до 2021 года; протокол осмотра предметов от 28.10.2022, поскольку в материалах дела не имеется фоноскопической экспертизы аудиозаписей с голосом ФИО2, устанавливающей принадлежности записанного голоса и речи именно ему; протокол осмотра предметов от 28.02.2023, поскольку телефон марки Самсунг не содержит каких-либо доказательств того, что его владелец является приверженцем «АУЕ», изъятые «курсовые» в прикроватной тумбочке свидетеля Свидетель №3 не имеют никакого отношения к ФИО2 По мнению адвоката, протокол явки с повинной ФИО2 является недопустимым доказательством, поскольку она написана под давлением сотрудников и без участия защитника, а у оперативного сотрудника ФИО33 не имелось поручения следователя на проведение с ФИО2 процессуальных действий, и он не был наделен такими полномочиями, ФИО2 не подтвердил содержание явки с повинной, указав на её составление в результате оказанного давления со стороны сотрудников УФСИН. Указывает на несогласие с характеристикой ФИО2, данной администрации ИК-№ от 21.06.2022, опровергая её положительно характеризующими показаниями свидетелей осужденных и сотрудников, при этом факты привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности не могут свидетельствовать о его принадлежности к запрещенному движению «АУЕ». Давая анализ копии рапорта оперуполномоченного отдела ИК-№ от 20.09.2021, копии акта от 21.10.2021, копии заключения служебной проверки ИК-№ от 17.11.20221, указывает, что они подтверждают лишь то обстоятельство, что ФИО2 единолично организовал игру в покер на территории колонии и принимал непосредственное участие в данной азартной игре. Полагает, что из имеющихся доказательств нельзя сделать вывод том, что ФИО2 являлся «смотрящим за игрой» в ИК-№, что подтверждается показаниями ФИО2, свидетелей ФИО199, ФИО200 ФИО201, ФИО174, ФИО202

Считает недоказанными факты того, что на территории ФКУ ИК-№ действовала запрещенная организация «АУЕ», наличия лидера, участников, пропаганды экстремистской идеологии, не установлено какие негативные последствия для ФКУ ИК-№ последовали в результате действий осужденных, не доказано, что ФИО2 являлся «смотрящим за игрой», а также ответственным за проведение сходок в отряде № №. ФИО2 согласно обвинению инкриминируется, что он осуществлял сбор «общака». Однако следствием не представлено, в чем противоправность действий осужденных делиться друг с другом передачами и действий осужденных, направленных на улучшение условий содержания на территории ФКУ ИК-№. Никто из свидетелей не указывал лиц из числа игроков, отчислявших деньги для обособленной категории осужденных. Свидетели из осужденных и сотрудников учреждения не указывали, что ФИО2 призывал кого-либо стать участником запрещенной организации «АУЕ», пропагандировал криминальные традиции, несогласных с этой идеологией подвергал притеснениям и дискриминации, не смогли назвать осужденных, которые после общения с ним стали приверженцами «АУЕ», или присутствовали на «сходках», либо говорили о пропагандировании ФИО2 принципов «АУЕ». Кроме того, до ФИО2 не доводилось сотрудниками учреждения о запрете приверженности идеологии «АУЕ», допрошенные свидетели из числа осужденных также указывали, что до них такая информация не доводилась. В материалах дела не имеются и не установлены какие-либо сведения о совершении ФИО2 и осужденными действий по публичному возбуждению ненависти и (или) вражды в отношении сотрудников правоохранительных органов, как отдельной социальной группы, в также в отношении иных лиц по национальному признаку, массовых недовольств осужденных в ИК-№, бунтов, являющейся неотъемлемой частью экстремисткой деятельности, что ФИО2 и другие осужденные лично использовали символику «АУЕ», изготавливали предметы с такой символикой, и реализовывали их с целью финансирования деятельности данного движения, сведений об их изъятии не имеется. Не представлено доказательств о координации действий ФИО2 и других осужденных с кем-либо из лиц, находящихся за пределами колонии, а также с администраторами интернет-ресурсов, фото и видео-редакторами, а также иными сообществами по тематике «АУЕ». Осталось неустановленным, когда, в каком месте, при каких обстоятельствах и каким способом ФИО2 был вовлечен в деятельность ячейки «АУЕ».

Указывает о незаконном и необоснованном осуждении ФИО2 по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, в его действиях отсутствуют признаки совершения группой лиц по предварительному сговору незаконных организации и проведения азартных игр, т.е. организация азартных игр с использованием оборудования вне игорной зоны. Давая свой анализ показаниям ФИО2, указывает, что из них следует, что он играл в исправительной колонии в азартную игру покер, игры проводились на территории чайной комнаты цеха №№, в игру могли играть все желающие осужденные, он часто выигрывал деньги, которые переводил на банковскую карту матери, то есть распоряжался деньгами по своему усмотрению, при этом с ФИО1 он никакого общения не поддерживал. В предъявленном обвинении в части совершения преступления группой лиц по предварительному сговору следователь установил только примерную дату якобы вступления в преступный сговор, не установив способ и иные значимые обстоятельства вступления в такой сговор. Допрошенные свидетели в своих показаниях не поясняли, что между ФИО1 и ФИО2 был какой-то сговор на организацию и проведение азартных игр на территории колонии. В суд не представлено никаких доказательств того, что ФИО2 и ФИО1 действовали согласованно и договорились о совершении преступления. Из материалов дела, показаний свидетелей обвинения следует, что ФИО2 и ФИО3 содержались в разных камерах, на разных условиях содержания, не виделись и никак не общались. Ни у кого из осужденных не были изъяты записки с переговорами между ФИО2 и ФИО1 и никто из свидетелей, как среди осужденных, так и среди сотрудников в своих допросах не указывает, что когда либо видели ФИО2 и ФИО1, никто из свидетелей из числа осужденных не говорил о том, что им стало известно или они присутствовали на мероприятии, где бы ФИО1 назначал ФИО2 «смотрящим» за игрой и они договаривались о том, где будут проводиться азартные игры, как будут распределяться деньги от игры, следствием суду не представлены отчеты о незаконно полученных денежных средствах в результате преступной деятельности, которые по версии следствия должен был получать от ФИО2 ФИО1 ФИО2 признал только то, что организовал на территории ИК-№ и (или) проводил азартные игры с использованием игральных карт. Таким образом, по мнению адвоката, действия ФИО2 не могли квалифицироваться по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ. Также считает, что следует отказать во взыскании с ФИО2 в доход государства в счет конфискации полученных в результате преступления денежных средств в размере 205860 рублей. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Зиновьев А.М. считает приговор незаконным, необоснованным, немотивированным, несправедливым ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, чрезмерно сурового наказания. Приводит доводы, что в приговоре отсутствует описание преступного деяния с указанием времени, места, способа совершения и иных существенных обстоятельств. Суд фактически воспроизвел формулировки обвинения, не проведя их критический анализ, чем нарушил требования ст. 307 УПК РФ. Указывает, что в действиях ФИО3 отсутствует состав инкриминируемого преступления, обвинение построено на предположениях, противоречивых показаниях сотрудников исправительной колонии и осужденных, на которых с их слов оказывалось давление при даче показаний, недопустимых доказательствах, опровергается показаниями свидетелей. В суде ФИО3 отрицал свою вину, указывал, что «явка с повинной» была составлена сотрудником правоохранительных органов и подписана им под угрозами и психологическим давлением, в отсутствие защитника. Суд не проверил доводы о недопустимости доказательства явки с повинной согласно ст. 75 УПК РФ, которая не может быть положена в основу приговора. Ссылается, что при рассмотрении дела судом были ограничены права стороны защиты: ходатайства о вызове и допросе свидетелей, способных подтвердить отсутствие у ФИО3 экстремистских намерений, были отклонены без достаточной мотивировки, нарушен принцип состязательности сторон. Судом не учтено, что сам факт существования тюремной субкультуры не является доказательством участия конкретного лица в деятельности запрещенной экстремистской организации «АУЕ». Суд не установил субъективную сторону — наличие умысла на продолжение деятельности запрещенной организации. Давая анализ показаниям свидетелей, указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО3 принимал участие в деятельности запрещенной организации, осознавал противоправность своих действий и понимал экстремистский характер деятельности запрещенной организации, то есть отсутствует как объективная сторона (конкретные действия, направленные на продолжение деятельности), так и субъективная сторона (умысел). Факт передачи записки с фамилиями из «домовой книги», то есть передача информации между осуждёнными без признаков пропаганды или координации, не образует состава преступления. Кроме того, согласно представленным суду медицинским документам у ФИО3 серьёзные проблемы со здоровьем, что по мнению адвоката также исключает его участие в противоправной деятельности. Кроме того, отмечает, что суд не обосновал строгость назначенного наказания и определение строгого режима, при этом не учтены в полной мере данные о личности ФИО3, его социальные связи, характеристика, состояние здоровья, не рассмотрена возможность применения ст. 64 УК РФ, нарушен принцип справедливости и индивидуализации наказания. Считает, что неустранимые сомнения в виновности ФИО3, неустановленность конкретных действий ФИО3, ограничение права на защиту, отсутствие мотивировки в приговоре являются основанием для вынесения оправдательного приговора. Просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО3 по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ оправдательный приговор за недоказанностью в совершении преступления.

В письменных возражениях государственный обвинитель Семенов Н.Б. считает доводы апелляционных жалоб несостоятельными и просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Осужденные ФИО1, ФИО2, ФИО3 не признали совершение преступления, предусмотренного ст. 282.2 УК РФ, кроме того, ФИО1 не признал совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, ФИО2 пояснял, что он принимал участие в карточных играх на территории исправительного учреждения, но не вступал в какой-либо сговор с ФИО1

Вопреки доводам апелляционных жалоб, предварительное следствие по уголовному делу проведено без существенных нарушений УПК РФ, обвинительное заключение содержит предусмотренные ст. 73, ст. 220 УПК РФ сведения, в том числе время, место, способ совершения преступления. Оснований для возврата уголовного дела прокурору не установлено.

Проверяемый приговор постановлен в соответствии со ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ, вопреки доводам апелляционных жалоб не является копией обвинительного заключения и не является идентичным с ним.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона по уголовному делу органом предварительного следствия и судом, которые могли бы повлечь отмену приговора, по уголовному делу не допущено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных и адвокатов о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, необоснованном осуждении, невиновности в инкриминируемых преступлениях, недоказанности и отсутствии доказательств виновности, выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 в содеянном соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на исследованных и приведенных в приговоре доказательствах: показаниях свидетелей, показаниях свидетелей из числа сотрудников уголовно-исполнительной системы, рассекреченных и представленных в установленном порядке результатах оперативно-розыскных мероприятий, в том числе аудиозаписи и видеозаписи, а также данных, зафиксированных в результате их осмотра, протоколах осмотров, выемки, заключениях экспертиз, иных доказательствах, подробно приведенных в приговоре.

Доводы осужденных и адвокатов, в том числе вновь приведенные в апелляционных жалобах, о невиновности в инкриминируемых преступлениях, недоказанности и отсутствии доказательств виновности, являлись предметом обсуждения в суде первой инстанции и обоснованно, исходя из исследованных доказательств, признаны несостоятельными.

Согласно опубликованному и находящемуся в свободном для ознакомления доступе решению Верховного Суда Российской Федерации от 17 августа 2020 года по делу № АКПИ20-514с и дополнительному решению Верховного Суда Российской Федерации от 02 октября 2020 года по этому же делу, вступившему в законную силу, международное общественное движение «Арестантское уголовное единство» (другие используемые наименования: «Арестантский уклад един», «Арестантское уркаганское единство», АУЕ, А.У.Е.) признано экстремистским и его деятельность на территории Российской Федерации запрещена (т.11 л.д. 186-194, 195-197 (копия).

Сведения о признании вышеуказанного общественного движения экстремистским и его запрете в связи с этим официально были опубликованы на сайте Министерства юстиции Российской Федерации 29 октября 2020 года, а также в официальном периодическом издании «Российская газета».

Таким образом, оно включено в Перечень общественных объединений и религиозных организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 15.07.2022 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» под № 78 (т.11 л.д. 198-199(копия)).

Правовым последствием его признания экстремистским явился запрет деятельности в Российской Федерации.

Исходя из положений действующего уголовного законодательства лицо может быть привлечено к уголовной ответственности за преступные деяния, предусмотренные в статье 282.2 УК РФ, если они совершены после официального опубликования сведений о признании соответствующей организации экстремистской и запрете деятельности на территории Российской Федерации по решению суда.

Согласно показаниям допрошенных по уголовному делу свидетелей осужденным было известно о криминализации факта организации деятельности АУЕ, в исправительном учреждении указанные сведения также имелись на доске объявлений для ознакомления, доводились до сведения осужденных сотрудниками исправительного учреждения, однако, несмотря на это, осужденные по делу намеренно продолжили участие в деятельности ячейки экстремистского движения, придерживаясь криминальной идеологии, принятой в преступной криминальной среде, оказывая отрицательное влияние на криминогенную обстановку в исправительном учреждении, создавая угрозу общественной безопасности, подрывая основы конституционного строя и безопасности государства.

О существовании в ИК№ ячейки запрещенной экстремистской организации АУЕ под руководством ФИО1 и её активных членов ФИО2 и ФИО3, осуществление ФИО1 как организатора (руководителя) руководства и контроля за её деятельностью на территории ИК-№, а также её членами, участие ФИО2 и ФИО3 в деятельности АУЕ с целью продолжения функционирования в ИК-№ ячейки АУЕ, организации и проведении азартных игр ФИО1 и ФИО2, следует из показаний допрошенных в качестве свидетелей лиц, отбывавших наказание, сотрудников уголовно-исполнительной системы, материалов оперативно-розыскной деятельности, иных доказательств.

Согласно показаниям свидетеля под псевдонимом «ФИО29», подтвердившим оглашенные показания, данные в ходе предварительного следствия, с 2017 по 2024 года он отбывал наказание в местах лишения свободы, знаком с идеологией АУЕ, расшифровывается как «Арестанское уголовное единство». Сотрудниками администрации неоднократно среди осужденных проводились профилактические беседы о запрете движения АУЕ. В 2021 в ИК-№ существовало движение АУЕ под руководством ФИО1 по прозвищу «ФИО6», ФИО300», а также назначенных им участников движения ФИО2 по прозвищу ФИО302 являвшимся так называемым «смотрящим за игрой» и ответственным за проведение собраний - так называемых «сходок», а также ФИО3 по прозвищу ФИО205», являвшимся так называемым «смотрящим за карантином». ФИО1 имел поддержку так называемых «воров» (относящихся к высшей категории лиц в преступной иерархии). Кроме назначения последних в качестве так называемых «смотрящих» за различными объектами, о чем собирался отряд, где он также присутствовал, на котором так называемые «смотрящие за бараками» довели информацию об их назначении, ФИО1 определял неформальные статусы среди осужденных по четырем основным категориям. Движение АУЕ также характеризовалось сбором денежных средств на так называемый «общак». ФИО2 организовывал в разных местах колонии (чайной комнате, кладовке, раздевалке) проведение азартных игр на деньги, сигареты, в ходе которой соблюдалось правило так называемой «шестой колонки», это когда игроки сдавали деньги минимум 200-300 рублей на так называемых «воров», «общее». Если данная сумма не сдавалась, то с осужденного могли «спросить», применить физическую силу. Деньги переводились на указанную ФИО2 банковскую карту на имя ФИО301. Сумма проигрыша также переводилась игроками на данную карту через своих родных и знакомых. Затем указанными деньгами полностью распоряжался ФИО1, указывая, на какой счет их перевести. В незаконном пользовании у них имелись сотовые телефоны для совершения банковских операций. С разрешения так называемого «смотрящего за игрой» к игре допускались осужденные категории «красные», он также разрешал между игроками спор. При проведении ФИО2 так называемых «сходок» в отряде № № им зачитывались имена так называемых «воров», их дни рождения, чтили их память. Неоднократно видел, как в периоды 2020, 2021 играл и сам играл в азартные игры, а также как собираются на «сходках», где собирались осужденные категории «мужики», не допускалось присутствие более низких категорий осужденных. ФИО3, являясь так называемым «смотрящим за карантином» доводил до осужденных колонии информацию о вновь прибывших в колонию путем составления так называемых «курсовых», в которых указывались их данные. Также следил за наличием у осужденных карантинного отделения продуктов питания. Подсудимые негативно относились к сотрудникам колонии (т.3 л.д. 170-176).

Из показаний свидетеля Свидетель №3, данных в ходе следствия и оглашенных в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке, следует, что в ИК-№ отбывал наказание с октября 2021 года, в январе 2022 года находился в отряде № № затем в отряде № №. На территории учреждения существовало движение АУЕ, которое являлось образом жизни отдельных осужденных, в виде определенной иерархии. В январе 2022 года осужденный ФИО3, с которым он часто общался, попросил вести тетрадь, пояснив, что у него нет времени и проблемы со зрением, и он согласился. В тетради были указаны сведения о вновь прибывших осужденных: дата, фамилия, имя, отчество, статьи УК РФ, прозвище, статус. ФИО3 пояснил, что каждый осужденный имеет неформальный статус, запомнил три категории, другие не запомнил. С января 2022 года по апрель 2022 года он собственноручно вел записи в тетради. Так, в послеобеденное время 25.01.2022 года, он по просьбе ФИО3 переписал сведения с его маленького листа бумаги на большой тетрадный лист, где было написано «<данные изъяты> Переписав из листа ФИО3 фамилии, имена, отчество осужденных, год рождения, места рождения, статьи уголовного кодекса, по которой они осуждены, арестантские прозвища, а также указание на статус, ФИО3 попросил в конце добавить фразу «возврат в 5 барак», а также написал сзади фразу «5 барак – ясность есть». Тогда он узнал о названии этого документа «курсовая», дописав, он передал ФИО3, затем по просьбе которого фамилии осужденных внес в так называемую «домовую книгу». ФИО3 ходил в карантин и баню, где общался с прибывшими в ИК-№ осужденными, узнавал их данные, по какой статье осуждены, прозвища, статусы, записывал на листки, а затем передавал ему для внесения данных в «домовую книгу». Всего ФИО3 передал ему около 17 листков различных размеров. Признал факт оформления им 25.01.2022 г. тетрадного листа, изъятого 26.01.2022 г., где перечислены фамилии ФИО207, ФИО208, ФИО209, ФИО210, ФИО212, ФИО64, ФИО214 ФИО173 с указанием их анкетных данных, статей УК РФ, прозвище. Также по просьбе ФИО3 дописал фразу «<данные изъяты>, а также в конце дописал «курсовая по баракам», «возврат в 5 барак» (т. 1 л.д. 191-194, т. 4 л.д. 218-221).

Согласно показаниям свидетеля ФИО36, являвшегося старшим оперуполномоченным оперативного отдела ФКУ ИК-№ УФСИН России по Чувашской Республике – Чувашии в период с 2007 г. по 2021 г., по роду службы ему известно, что законодательством движение АУЕ признано экстремистским, его деятельность запрещена на территории Российской Федерации. В ходе проведения мероприятий по выявлению организаторов, участников данного движения установлено, что на территории ИК-№ функционировало движение АУЕ под руководством осужденного ФИО1 по прозвищу «ФИО300», еще называли ФИО6, который являлся так называемым «смотрящим за колонией» с ноября 2020 года. ФИО1 прибыл в ИК-№ в 2018 году, всегда пользовался авторитетом у других осужденных. Из бесед с ФИО1 усматривалось, что тот придерживался криминальной идеологии, традиций, так называемого «воровского свода правил», имел связи с лицами из преступного мира, а также относил себя к так называемым «блатным». У ФИО1 отличалось отношение к осужденным различных неформальных статусов, о чем он также указывал остальным осужденным, также следил за соблюдением осужденными неформальных правил, неоднократно выкрикивал фразу «<данные изъяты>». Осужденные признавали в нем авторитет, некоторые не выполняли режимные требования, боялись последствий со стороны ФИО1 Также по требованию ФИО1 осужденные сдавали деньги на так называемый «общак», этим также определялся их неформальный статус и условия проживания, деньгами распоряжался так называемый «смотрящий за колонией». ФИО1, являясь осужденным отрицательной направленности, состоял на соответствующих учетах, в отношении него различные профилактические мероприятия оказались без положительного результата. ФИО1 лично демонстрировал несоблюдение установленных правил, допуская нарушения правил распорядка и не выполняя требования сотрудников администрации. Несмотря на содержание в ШИЗО, строгих условиях, ФИО1 осуществлял роль так называемого «смотрящего» через своих помощников, путем нелегальной переписки (так называемых «маляв»), межкамерной связи.

Сотрудники уголовно-исполнительной системы, ИК№ ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44 также дали подробные показания, приведенные в приговоре, об обстоятельствах функционирования на территории ИК-№ ячейки АУЕ, в которой организатором являлся ФИО1, которого осужденные называли так называемым «смотрящим за колонией», по указанию («назначению») ФИО1 ФИО2 являлся так называемым «смотрящим за проведением на территории исправительного учреждения азартных игр», а также ответственным за проведение собраний - так называемых «сходок» в отряде № № ИК-№, по указанию («назначению») ФИО1 ФИО3 являлся так называемым «смотрящим за карантинным отделением», о распределении ролей среди ее участников, структуре преступной иерархии, разделении осужденных на группы, о соблюдении и исполнении криминальных традиций, асоциального поведения, организации и проведении ФИО1 и ФИО2 на территории исправительного учреждения азартной карточной игры «Покер» на денежные средства, которые были известны им в связи с выполнением должностных обязанностей.

По показаниям свидетеля ФИО45, сотрудника ИК-№ УФСИН России по Чувашской Республике – Чувашии, в период с 12.05.2022 г. по 09.06.2022 г. в палате № № Республиканской больницы ФКУЗ МСЧ№ ФСИН России, расположенной на территории ИК№, сотрудниками ИК№ проводились оперативно-розыскные мероприятия в отношении осужденного ФИО1, проходившего там лечение. При обходе помещений он неоднократно заходил в палату № №, где кроме ФИО1 находились ФИО46, ФИО47, другие осужденные, наблюдал, как ФИО1 общается с ними. Впоследствии принимая участие в осмотре полученных в ходе указанных оперативно-розыскных мероприятий аудиозаписей разговоров ФИО1 с другими лицами, им и оперуполномоченным ИК-№ ФИО42 определены голоса ФИО1 и других осужденных, которые находились с ним в одной палате.

Вышеуказанные сотрудники уголовно-исполнительной системы не участвовали в расследовании уголовного дела, обладали сведениями, имеющими значение для его разрешения, оснований для признания их показаний недопустимыми доказательствами не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, должностное положение свидетелей (сотрудников уголовно-исполнительной системы) не свидетельствует о ложности их показаний. То обстоятельство, что свидетели являются сотрудниками уголовно-исполнительной системы, не является основанием считать недопустимыми доказательствами их показания об обстоятельствах, ставших им известными при исполнении должностных обязанностей, в том числе о проведении оперативно-розыскных или режимных мероприятий, в ходе которых подтверждена причастность осужденных к инкриминируемым преступлениям.

Из показаний свидетеля под псевдонимом ФИО218, данных в ходе следствия и оглашенных в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке (т.5 л.д. 65-72), следует, что в ИК-№ содержался с 2011-2012 годов, знаком с нормами уголовно-преступного мира. Понятие АУЕ расшифровывается как «Арестантский уклад един», о запрете его движения известно всем осужденным от сотрудников администрации. Идеология АУЕ заключается в поддержании и исполнении так называемого «воровского уклада», в создании другой власти взамен государственной, в систематическом нарушении правил внутреннего распорядка (далее – ПВР), проявлении ненависти к сотрудникам администрации, вовлечении в движение других осужденных. Элементом АУЕ являлось разделение осужденных на неформальные группы, из них самую большую группу составляли так называемые «мужики» - они придерживались так называемых «понятий», но выполняли режимные требования, не сотрудничали с администрацией и готовы были в любой момент поддержать так называемых «блатных». Так называемые «блатные» - это осужденные, пользовавшиеся авторитетом и уважением осужденных, крайне отрицательной направленности, строго соблюдавшие так называемый «воровской свод правил» и не признававшие властные полномочия администрации, пользовавшиеся материальными ценностями от работы «мужиков», проведения азартных игр, сбора так называемого «общака», куда осужденные вносили денежные или материальные средства под давлением либо добровольно. С середины ноября 2020 года должность так называемого «смотрящего» за ИК-№ занимал ФИО1, который осуществляя функции организатора АУЕ, постоянно продвигал идеи неповиновения и ненависть к представителям администрации, несоблюдения требований и норм ПВР, путем личных бесед и разговоров занимался вовлечением осужденных в ряды АУЕ, следил за исполнением осужденными «воровского уклада», определял неформальные статусы осужденных и соответствующее к ним отношение, разрешал спорные вопросы среди осужденных, вел переговоры с начальником колонии, администрацией, выдвигая более выгодные условия содержания от всех осужденных, определял порядок проведения негласных азартных игр, занимался вопросами организации каналов поставки запрещенных веществ и предметов, а также сбором так называемого «общака» через подчиненных осужденных, часть из которых передавалась так называемым «ворам», а другая на собственные нужды. ФИО1 почитал последних, о чем указывал и другим осужденным, для чего активными членами в виде так называемых «мелких смотрящих» проводились так называемые «сходки». В конце 2020 года ему пришлось отдать свой мобильный телефон ФИО1, который сообщил, что он главный в колонии и с ним были другие так называемые «блатные». В июле 2021 года ФИО1 назначил осужденного ФИО2 по прозвищу ФИО302 ответственным за проведение так называемых «сходок» в отряде № №, а также так называемым «смотрящим» за проведение азартной карточной игры «Покер». Под руководством ФИО1 в помещении чайной комнаты цеха № № в сентябре-октябре 2021 года непосредственно ФИО2 проведено много игр с соблюдением правила так называемой «шестой колонки», когда игроком часть выигрыша деньгами либо сигаретами выделялась так называемым «ворам», которыми полностью распоряжался ФИО1 На проводимых ФИО2 так называемых «сходках» в отряде № № по решению ФИО1 осужденные поминали умерших лиц, занимавших высокое положение в преступной иерархии, (15 числа каждого месяца) и вспоминали дни рождения живых указанных лиц (30 числа каждого месяца), употребляя при этом крепкий чай. Там не допускались низшие категории осужденных, там обсуждались значимые вопросы, проблемы среди осужденных, доводились принципы АУЕ. В ноябре 2021 года ФИО1 назначил ФИО3 по прозвищу ФИО205 так называемым «смотрящим за карантином» и с указанного времени тот регулярно ходил в баню во время посещения ее осужденными карантинного отделения, которых встречал от имени так называемого «смотрящего за колонией» ФИО1, разъяснял правила и запреты, контролировал вновь прибывших, отвечал за них перед ФИО1 Кроме того, ФИО3 передавал вновь прибывшим продукты, чай, сигареты, собранные заранее у других осужденных. Информация о прибывших в ИК-№ до осужденных доводилась путем отправки так называемых «курсовых», где указывались сведения о прибывших осужденных и их неформальный статус, который обозначался условными знаками. Так называемая «курсовая» передавалась из отряда в отряд, зачитывалась так называемым «смотрящим» за отрядом, делалась отметка об ознакомлении. Далее сведения из «курсовой» вносились в так называемую «домовую книгу» - тетрадь, куда вносились сведения об осужденных, в том числе неформальный статус. ФИО3 организовал и контролировал ведение так называемых «курсовой», «домовой книги», привлекая других осужденных. ФИО2 и ФИО3, исполняя обязанности так называемых «смотрящих» за отдельными объектами, неоднократно называли себя «ауешниками», систематически нарушали правила внутреннего распорядка, призывали осужденных к соблюдению криминальных традиций, установленной иерархии среди осужденных, подчиняться так называемому «смотрящему за колонией» ФИО1 От них и от ФИО1 он неоднократно слышал фразу «<данные изъяты>», «АУЕ».

Об аналогичных обстоятельствах дали показания свидетели под псевдонимом ФИО303 (т.5 л.д. 53-60), ФИО304 (т.5 л.д. 115-120), показания которых, данные в ходе предварительного следствия, оглашены в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке. Кроме того, по показаниям свидетеля ФИО303 ФИО1 после начала специальной военной операции довел до осужденных, что те из них, которые поедут на защиту России, будут определены в низкий статус, поскольку будут работать на власть, носить форму. По показаниям свидетеля под псевдонимом ФИО304 ФИО2 на так называемых «сходках» зачитывал имена так называемых «воров» из списка, которые направлялись содержавшимися в исправительном учреждении <данные изъяты> осужденными на телефон осужденному из отряда № №.

Из показаний свидетеля под псевдонимом ФИО224 данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке (т.5 л.д. 1-11), следует, что он содержался в ИК-№ с ноября-декабря 2021 года, ранее также отбывал наказание в местах лишения свободы, знаком с тюремной субкультурой. Когда по прибытию он и другие осужденные карантинного отделения находились в раздевалке бани, к ним подошел ФИО3 по прозвищу ФИО205, запомнил по рыжим волосам, представился так называемым «смотрящим за карантином», начал рассказывать о движении АУЕ в ИК-№ под руководством ФИО1, существовании преступной иерархии среди осужденных, соблюдения так называемого «свода правил», участия в так называемых «сходках», на которых 15 и 30 числа каждого месяца поминают так называемых «воров» крепким чаем, отмечают дни их рождения, не сотрудничать с администрацией колонии, систематически нарушать ПВР. Далее ФИО3 расспросил у него и других осужденных данные о статье осуждения, сроке, неформальном статусе. О запрете движения АУЕ известно из средств массовой информации, осужденных и сотрудников администрации ИК-№ в ходе проводимых бесед, также размещена информация на доске объявлений. Идеология АУЕ заключается в поддержании и выполнении тюремных правил, направлена на замещение действующей государственной власти путем создания своей так называемой «воровской», на возбуждение ненависти и вражды по отношению к представителям власти, в частности к сотрудникам администрации ИК№. Особенностью АУЕ является строгая иерархия, распределение обязанностей среди ее участников – так называемых «смотрящих» за отдельными объектами. ФИО1, являясь с середины ноября 2020 года так называемым «смотрящим» за колонией, просил его так не называть во избежание уголовной ответственности, отличался организаторскими способностями, связями и поддержкой из числа «авторитетов», наделял полномочиями так называемых «мелких смотрящих» и ответственных за проведение так называемых «сходок», определял неформальный статус осужденных, которые в ИК№ разделялись на основные четыре категории. ФИО1 относился к группе так называемых «блатных». Они пользовались исключительным авторитетом среди других осужденных, материальными ценностями, полученными за счет работы нижестоящей группы, от азартных игр, сбора так называемого «общака», в который осужденные добровольно либо под давлением вносили денежные средства или материальные ценности – продукты, чай, сигареты. Также ФИО1 вел переговоры с начальником колонии от лица всех осужденных, выдвигая более выгодные условия для их содержания, определял порядок проведения негласных азартных игр на территории колонии, собраний отдельных членов АУЕ с целью разработки общего плана деятельности АУЕ и решения возникающих вопросов, пропагандировал идею создания среди осужденных отдельной власти, ненависть и агрессию к сотрудникам колонии, а также к осужденным, которые не придерживались идеологии АУЕ. Без ведома ФИО1 не решался ни один конфликт, он владел всей информацией в ИК-№, с его слов имел поддержку криминального авторитета. Решения ФИО1 до осужденных доводились либо им лично либо путем составления бумаг – так называемых «маляв», «курсовых». Сбор средств на так называемое «общее» осуществлялся через так называемых «смотрящих» по отрядам, часть которого ФИО1 передавал за пределы колонии так называемым «ворам», а другую часть оставлял на собственные нужды или нужды так называемых «блатных», часть в отряде тратилась на покупку сигарет, чая, сахара, конфет, часть из которых передавалась нуждающимся осужденным, например, содержащихся в ПКТ, больницу. ФИО1 также занимался вопросами организации поставки запрещенных предметов, средств сотовой связи. В июле 2021 года ФИО1 назначил осужденного ФИО2 по прозвищу ФИО302 ответственным за проведение собраний - так называемых «сходок» в отряде № № ИК-№, а затем в конце лета 2021 года – так называемым «смотрящим» за проведением азартных игр. Под руководством ФИО1, которого интересовало извлечение прибыли для сбора так называемым «ворам», ФИО2 в сентябре-октябре 2021 года в помещении чайной комнаты цеха № № проводились азартные игры, играли в карточную игру «Покер». От ФИО2 и других осужденных известно, что он выбрал чайную комнату, так как она находилась на достаточном расстоянии от входа в цех, раздобыл и всегда при себе держал карты, на стол использовалась скатерть для исключения подтасовывания карт, повесил занавески на окна, а также организовал наблюдение на входе для извещения о прибытии сотрудников. ФИО2, являясь так называемым «смотрящим» за игрой, руководил игрой, устанавливал, разъяснял и контролировал правила игры, в один эпизод игры сумма всех ставок для удобства подсчета не могла быть выше 2000 рублей, далее вел записи по игре - так называемые «точковки». После каждой игры им подводился промежуточный итог выигрыша и проигрыша, а затем в середине месяца – общий итог. При выигрыше осужденный называл номер банковской карты супруги или близкого родственника, куда ФИО2 переводил деньги или осужденный пополнял банковскую карту ФИО2. Сумма выигрыша или проигрыша могла быть выдана сигаретами, одна пачка оценивалась в 120 рублей. Денежные средства в качестве взносов для игры в «Покер» проигравшие переводили через родственников и знакомых на указанную ФИО2 карту. ФИО2 требовал соблюдения в игре правила так называемой «шестой колонки», а именно передачи 10-30 процентов выигрыша на так называемых «воров», которые перечислялись знакомыми осужденных на указанную ФИО2 банковскую карту, которыми затем полностью распоряжался ФИО1 Для банковских операций в пользовании ФИО2 и ФИО1 имелись мобильные телефоны. Под руководством ФИО1 ФИО2 также проводились так называемые «сходки» в отряде №№, на которых осужденные поминали умерших так называемых «воров» (15 числа каждого месяца) и вспоминали дни рождения живых (30 числа каждого месяца), запивая крепкий чай, также обсуждались значимые вопросы, доводились принципы АУЕ. После обнаружения у ФИО2 так называемых «точковок» ФИО1 снял последнего с должности так называемого «смотрящего за игрой». Также ему известно, что ФИО1 назначил ФИО3 так называемым «смотрящим за карантином» в ноябре 2021 года. Кроме того, что ФИО3 посещал осужденных карантинного отделения в бане, он общался с вновь прибывшими через дырку в заборе, которая имелась около зданий карантина и сантехники. Встречая осужденных и уточняя сведения о них, ФИО3 велась так называемая «курсовая», куда записывались неформальные статусы с обозначением условных знаков, которая затем передавалась из отряда в отряд, её зачитывали так называемые «смотрящие по отрядам», а после доведения до осужденных указывалось об ознакомлении и передавалась в следующий отряд, затем возвращалась так называемому «смотрящему за карантином», сведения из неё вносились в так называемую «домовую книгу», где указывались сведения о всех осужденных, в том числе неформальный статус. Затем так называемая «курсовая» уничтожалась. Таким образом, контролировались осужденные с низким неформальным статусом, не допускалось их содержание с так называемыми «мужиками», «блатными». По поручению ФИО3 так называемые «курсовые» и «домовая книга» составлялись иными осужденными. ФИО2, ФИО3 призывали к соблюдению криминальных традиций, неподчинении требованиям сотрудников администрации, нарушения норм ПВР, соблюдения иерархии и подчинения ФИО1, сбора средств на так называемый «общак», неоднократно называли себя «ауешниками». ФИО1, ФИО2 и ФИО3 неоднократно кричали «<данные изъяты>».

Аналогичные показания дали свидетели под псевдонимами «ФИО53» (т.5 л.д. 46-52), «ФИО54» (т.5 л.д. 73-77), «ФИО55» (т. 4 л.д. 230-237), «ФИО56» (т.4 л.д. 242-249), «ФИО57» (т.11 л.д. 60-63), «ФИО163» (т.3 л.д. 181-188), их показания, данные в ходе предварительного следствия, были оглашены в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке.

Кроме того, по показаниям свидетеля под псевдонимом «ФИО57», работая в бане для осужденных, а также в карантинном отделении, по просьбе ФИО3 с осени 2021 года по весну 2022 года он сообщал последнему о вновь прибывших в карантин. ФИО3 в нарушение локального участка по территории ИК-№ приходил в баню, где у осужденных карантинного отделения выяснял учетные данные, их неформальные статусы, сообщал, что так называемым «смотрящим» за колонией является ФИО1, указывал о необходимости придерживаться преступной идеологии, отрицать нормы и правила администрации, о соответствующем отношении к осужденным низших категорий. Также видел, как ФИО3 приходил к забору карантинного отделения, разговаривал с осужденными карантина, передавал им чай, сигареты.

Кроме того, по показаниям свидетеля под псевдонимом «ФИО163» ему известно о движении АУЕ с конца 2020 года в ИК-№ под руководством ФИО1, по прозвищу ФИО251, который отличался организаторскими способностями, поддерживал связи с так называемыми «ворами», вел переговоры с администрацией колонии с целью урегулирования конфликтных ситуаций, выдвигал требования для более выгодного содержания осужденных; определял неформальные статусы среди осужденных и соответствующее к ним отношение; пропагандировал и продвигал идею создания «воровской» власти, ненависть к представителям правоохранительных органов, а также к осужденным, которые не придерживались идеологии АУЕ. Указанные принципы АУЕ доводились до осужденных на проводимых ФИО1 собраниях – так называемых «сходках», где также разрешались возникавшие среди осужденных вопросы. С целью увеличения числа участников движения АУЕ, ФИО1 путем бесед вербовал осужденных, рассказывая плюсы криминальной идеологии. ФИО1 с лета 2021 года определил ФИО2 так называемым «смотрящим за игрой» и ответственным за проведение так называемых «сходок», с ним знаком с момента его прибытия в ИК№, а с ноября 2021 года - ФИО3 по прозвищу ФИО205 так называемым «смотрящим за карантином». С начала осени 2021 года, ФИО2, будучи так называемым «смотрящим за игрой», под руководством ФИО1, в чайной комнате цеха № производственной зоны ИК-№, куда редко приходили сотрудники администрации, организовал и провел более 10 карточных азартных игр «Покер» на деньги. Осужденные об игре извещались самим ФИО2 как в отряде, так и на производственной зоне. Карты сделал сам, нашел материал для покрытия стола, занавесил окна занавесками. ФИО2 использовал спички вместо фишек, в зависимости от игры 1 спичка означала 100 рублей либо 1000 рублей. ФИО2 устанавливал, разъяснял и контролировал правила игры, которые им иногда менялись. Игра происходила следующим образом: игрок ставил спичку недалеко от себя, поэтому все игроки знали размер его ставки и далее получал карты, а для открытия других карт необходимо было повышать ставку или уравнивать, если кто-то из игроков её повысил. Игра заканчивалась в середине месяца, после чего ФИО2 подводил подсчет сумм выигрышей и проигрышей. При выигрыше ФИО2 переводил сумму на указанную осужденным банковскую карту супруги или родственника, а при проигрыше осужденный совершал перевод на указанную ФИО2 банковскую карту. Суммы проигрыша и выигрыша могли быть выданы сигаретами. Если в указанный срок долг не возвращался, осужденного могли избить, и он все равно оставался должным, иногда за него расплачивались другие осужденные и право получения долга переходило к ним. ФИО2 также установил правило так называемой «шестой колонки», когда от выигрыша игрок переводил 200-300 рублей на так называемых «воров». Деньги переводились знакомыми осужденных на указанную ФИО2 банковскую карту либо передавались сигаретами. Со слов ФИО2 указанными деньгами полностью распоряжался ФИО1, о чем также известно от других осужденных. Для переводов ФИО1 и ФИО2 в пользовании имели мобильные телефоны. Из представленной на обозрение видеозаписи «27.09.2021 10.56 - 14.21» узнал осужденных ФИО229 (по прозвищу ФИО230 ФИО2 (ФИО302), ФИО232 ФИО233), ФИО234 ФИО235»), которые играли в карточную игру «Покер» на деньги, поскольку ФИО2 велись так называемые «точковки» - записи по игре. В игру также играл осужденный ФИО165 (по прозвищу ФИО236).

Аналогичные показания дал свидетель под псевдонимом «ФИО60» в ходе следствия (т. 3 л.д. 192-197), которые оглашены в соответствии со ст. 281 УПК РФ.

Из показаний свидетеля под псевдонимом «ФИО61», данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке (т. 9 л.д. 63-71, 203-206), видно, что он как ранее неоднократно отбывавший наказание, о запрете движения АУЕ, которое расшифровывается как «Арестантское уголовное единство», узнал от проводимых сотрудниками колонии бесед. ФИО1, являясь так называемым «смотрящим» за ИК-№ пропагандировал движение АУЕ, назначал так называемых «смотрящих» за отдельными объектами, неоднократно высказывался о пренебрежительном отношении к представителям администрации и систематическом нарушении ПВР, путем личных бесед, а также через других участников вовлекал в преступную деятельность иных осужденных. На проводимых им собраниях разрешались насущные вопросы, проблемы среди осужденных. Им велись переговоры с администрацией, выдвигались условия для более выгодного содержания осужденных. ФИО1 также занимался организацией поставки на территорию колонии запрещенных предметов, сбором средств, часть которых передавалась так называемым «ворам», часть оставалась ФИО1 ФИО1 постоянно кричал «<данные изъяты>», иногда «АУЕ». В 2022 году ФИО1 запретил осужденным заключать контракты для участия в специальной военной операции (т. 5 л.д. 61-64).

Из показаний свидетеля ФИО47, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в предусмотренном УПК РФ порядке, следует, что до прибытия с 24.05.2022 года в ИК-№ он находился на лечении в республиканской больнице при ИК-№, где в палате № № познакомился с осужденными ФИО1, который представился как «ФИО300», ФИО46 по кличке ФИО238. 12.05.2022 года ФИО1 подробно расспросил его по уголовному делу, что и как совершил, допускал ли подобное ранее и чего желает достигнуть, а выслушав, выразил недовольство, что его поступок, действия неприемлемы в так называемом «воровском мире», за продажу наркотиков забивают и выкидывают в так называемую «шерсть», что продавцы наркотиков являются потенциальными убийцами. В следующие дни ФИО1 разъяснял про жизнь в исправительных учреждениях, а именно про условия содержания, виды режимов, злостные нарушения установленного порядка отбывания наказания, о том, что в каждой колонии есть так называемые «смотрящие», за которого в курсе так называемые «воры» и «человек, который двигается по лагерю». На вопрос, почему его назвали ФИО300, ФИО1 сообщил, что является лидером, это его «арестантское имя», что так называемые «бродяги» посовещались и дали прозвище «ФИО300». На вопрос, есть ли главный человек в криминальном мире Чувашии, ФИО1 не стал отвечать, пояснил, что высшая инстанция в криминальной мире – это так называемый «вор в законе», затем идут другие категории, перечислил их функции. Также ФИО1 рассказал про неформальные группы среди осужденных, что разделение на группы происходит от совершенного преступления, преступного образа жизни и сотрудничества с администрацией, обозначил четыре группы, при этом отнес себя к «блатным», авторитетным, что за него знают так называемые «воры», поэтому занимается так называемыми «общими делами». Разъяснил, что нельзя доверять, общаться, иметь дела с осужденными низших категорий, а также причину такого разделения. В ходе ежедневного общения ФИО1 рассказывал про себя, что у него профилактический учет №, что он является лидером преступного мира, что его слово может повлиять на поддержание порядка в колонии, что он лично разрешает конфликты между осужденными и разговаривает от имени осужденных с администрацией колонии. Рассказал о взаимоотношениях между осужденными, про виды так называемых мест содержания осужденных, отличия между ними, а также о привлечении к ответственности осужденных ИК-№ за участие в движении АУЕ, об изъятии так называемой «курсовой», то есть записки о вновь прибывших осужденных, в связи с чем дано указание не писать в бумагах фразы с лозунгами. Когда ФИО1 искал, кто может приобрести для него лекарства, он решил помочь, назвал номер карты матери, куда он перевел 7000 рублей, на которые мать приобрела лекарства и принесла в больницу. 24.05.2022 года перед его отъездом ФИО1 попросил передать авторитетному осужденному ИК№ по прозвищу ФИО241 информацию о том, что ФИО1 знает о совершенном им преступлении, что нужно оставить в так называемой «общей массе», он по приезду в ИК-№ никому не передавал.

Из показаний свидетеля Свидетель №2, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в предусмотренном ст. 281 УПК РФ порядке, следует, что он в мае 2022 года, отбывая наказание в ИК-№, познакомился через окно с осужденным ФИО1, который представился ФИО6 - ФИО300, сообщил, что является уважаемым человеком среди осужденных ИК-№, что другие прислушиваются к его мнению, попросил всем осужденным сообщить о его прибытии. В ходе разговоров спросил, как живут так называемые «мужики», работает ли производственная зона, пишутся ли так называемые «курсовые» в отношении прибывающих и убывающих, он ответил, что не ведется. ФИО1 попросил не писать «бумаги», касающиеся преступного мира, что в ИК№ нашли ячейку АУЕ в результате изъятия так называемой «курсовой» и «домовой книги», а также довел о вопросах так называемого «арестантского свода правил» (т.9 л.д. 76-80).

Из показаний свидетеля Свидетель №1, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т. 9 л.д. 81-84), видно, что он, отбывая наказание в ФКУ ИК№ и будучи трудоустроенным санитаром в Республиканскую больницу при колонии, в начале мая 2022 года от осужденных услышал о скором прибытии в ИК№ авторитета из ИК№ по имени ФИО6, которого привезли в больницу 12 мая 2022 года. За время лечения ФИО1 в больнице неоднократно видел, как в его палате № № собирались осужденные из других палат. Также на тот момент в больнице содержался осужденный ФИО46 по прозвищу ФИО238, который от имени ФИО1 раздавал другим осужденным чай и сигареты. Осужденные прислушивались и считались с мнением ФИО1

Из показаний свидетеля под псевдонимом «ФИО62», данных в ходе следствия и оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т.11 л.д. 56-59), следует, что он прибыл в декабре 2021 года в ИК-№, ранее неоднократно отбывал наказание, знаком с криминальной субкультурой. Находясь в карантинном отделении, он и другие осужденные мылись в бане, куда пришел ФИО3 по прозвищу ФИО205 и всем сообщил, что является так называемым «смотрящим за карантином», объяснил порядки в колонии, иерархию во главе так называемого «смотрящего за колонией» – ФИО1, необходимость поддержания криминальной идеологии, соответствующего отношения к осужденным с низким статусом, а также отрицания норм и правил администрации. Данные о вновь прибывших осужденных ФИО3 доводились путем отправки по отрядам специальных бумаг – «курсовых», а также ведением так называемой «домовой книги», где указывались неформальные статусы осужденных с целью соответствующего отношения к ним. Также ФИО3 к осужденным карантинного отделения обращался через забор, приносил им чай, продукты питания, встречая таким образом от лица авторитетных осужденных ИК№ ФИО1 в ходе личных бесед продвигал так называемую «воровскую идеологию», криминальные традиции, назначил ФИО2 по прозвищу ФИО302 так называемым «смотрящим за игрой», а ФИО3 так называемым «смотрящим за карантином». Только ФИО1 решались вопросы среди осужденных, который также выступал от лица всех осужденных перед администрацией колонии, определял вновь прибывшим неформальный статус при его отсутствии, обязывал сдавать деньги. ФИО1, ФИО3 негативно называли сотрудников колонии, выкрикивали лозунги «<данные изъяты>».

Из показаний свидетеля ФИО249 данных в ходе следствия и оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т.1 л.д. 186-190), следует, что он отбывал наказание в ИК-№ с марта 2021 года в отряде № №, как ранее отбывавший лишение свободы, знаком с тюремной субкультурой. На момент его прибытия в ИК№ там функционировало движение АУЕ, расшифровывается как «Арестантский уклад един», основанное на своих правилах, с участием осужденных, соблюдавших данные правила. В указанный период ФИО1 являлся так называемым «смотрящим за колонией», которого еще называли «ФИО300», являлся авторитетным осужденным, содержался в отряде № № Тогда он решил к нему обратиться, представился, ответил на его вопросы: по какой статье осужден, чем занимался на «свободе», чем планирует заниматься, нужны ли ему чай, сигареты, продукты, на просьбу совершить телефонный звонок сестре он передал мобильный телефон. Далее был этапирован в СИЗО, а по возвращении ФИО1 находился в СУС. 25.01.2022 года около 17 часов, находясь на улице изолированного участка отряда № №, ему крикнули, и он подошел к окну здания отряда № №, где из форточки передали записку со словами ознакомиться и передать осужденным отряда № №. Записка в виде большого тетрадного листа с приветствием всех осужденных сверху: «<данные изъяты>» и списком прибывших на карантин ИК-№ с указанием их анкетных данных, статьи уголовного кодекса, по которой осуждены, указание на статусы, являлась так называемой «курсовой», составляемой для оповещения о вновь прибывших в колонию и соответствующего к нему отношения. Далее он данную записку для ознакомления передал осужденному из своего отряда ФИО166, а тот передал другим осужденным. Вернув записку по указанию одного из осужденных, на обороте собственноручно сделал запись об ознакомлении и положил в карман одежды для последующего ознакомления других, но забыл. 26 января 2022 года указанная так называемая «курсовая» обнаружена и изъята сотрудниками колонии.

Аналогичные показания о существовании в ИК-№ движения АУЕ в лице руководителя – «смотрящего» за колонией ФИО1 и активных его членов в виде так называемых «смотрящих», о разделении осужденных на статусы и соответствующем к ним отношении, а также о внесении их анкетных данных в так называемую «курсовую» по прибытию в колонию, дали в ходе предварительного следствия свидетели ФИО63 (т.5 л.д. 15-18), ФИО64 (т.4 л.д. 29-32), ФИО65 (т.4 л.д. 33-36), показания которых оглашены в порядке ст. 281 УПК РФ.

Из показаний свидетеля ФИО32, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т. 4 л.д. 37-40), следует, что он отбывает наказание в ИК№, с весны 2020 года трудоустроен в цехе № №, где имелась чайная комната для отдыха осужденных. О запрете движения АУЕ он узнал в 2020 году через объявление на стенгазете в ИК№. В рамках данного движения осужденные разделялись на неформальные категории. Он отбывал наказание в отряде № №, где с осени 2021 года 2 раза в месяц по 15 и 30 числам собирались осужденные, вспоминали дни рождения так называемых «воров», а также поминали умерших. По словам осужденных ФИО2 по прозвищу ФИО302 в ИК-№ проводил карточную игру на деньги «Покер».

Вопреки доводам апелляционных жалоб, показания вышеуказанных свидетелей основаны не на слухах и предположениях и поскольку они не указали источник своей осведомленности, а стали им известны, поскольку они, непосредственно отбывая лишение свободы, были очевидцами того, как ФИО1 выполнял функции так называемого «смотрящего за колонией», там организовал ячейку АУЕ, в деятельности которой были вовлечены и принимали активное участие ФИО2, ФИО3 Показания свидетелей в целом являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами. Оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей обвинения не имеется, они подтверждаются иными исследованными доказательствами.

Из показаний свидетеля ФИО76, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д. 103-108), следует, что банковская карта № *№, привязанная к банковскому счету, находилась в ее пользовании с момента ее выпуска, иным лицам её не передавала. Со слов сына ФИО2 реквизиты карты сообщались им другим осужденным по месту отбывания наказания для перечисления денежных средств на покупку продуктов питания, табачных изделий и средств гигиены. Далее собранные средства по просьбе ФИО2 она переводила на указанные им банковские карты. Она не знакома с держателями карт, в том числе ФИО251 все перечисления совершались по просьбе ФИО2 посредством банковского терминала. 14.10.2021 года её сестра ФИО66 по ее просьбе перевела на указанный ФИО2 номер банковской карты, который принадлежал Свидетель №5, о чем ей не было известно, 50000 рублей. Она не смогла пояснить о снятии с карты 23.09.2021 г. 25000 рублей, 06.10.2021 г. 55000 рублей, 11.10.2021 г. 27900 рублей, 23.10.2021 г. 49100 рублей, поступивших от ФИО252 22.10.2021 г.

Из показаний свидетеля ФИО68, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ и подтвержденных ею (т.2 л.д. 109-114) следует, что с ФИО76 она не знакома, переводы на банковский счет последней в размере 2000 рублей 05.09.2021 г., 2050 рублей - 20.09.2021 г., 2500 рублей - 21.09.2021 г. выполнены ею посредством мобильного приложения ПАО «Сбербанк» по просьбе бывшего супруга ФИО69 с целью последующей покупки им табачных изделий, продуктов питания, он не пояснял причину перевода на счет именно ФИО76

Аналогичные показания дали в ходе предварительного следствия свидетели ФИО70 (т.2 л.д. 115-120), ФИО71 (т.2 л.д. 121-126), ФИО72 (т. 2 л.д. 133-138), оглашенные и подтвержденные ими в суде, о том, что с ФИО76 не знакомы, денежные средства на ее банковскую карту переводились по просьбе знакомых, родственников, отбывавших наказание в местах лишения свободы, для последующего приобретения ими продуктов питания, сигарет, средств гигиены.

По показаниям свидетеля ФИО73, данным в ходе предварительного следствия, оглашенным в суде (т.2 л.д. 127-132, т.6 л.д. 203-207), подтвержденным им, в 2021 году денежные средства в размерах 2522, 4840, 1191 рублей переводились им посредством мобильного приложения «Сбербанк» на банковский счет ФИО76 по просьбе отца ФИО74, отбывавшего в тот период наказание в ИК№, объяснившего необходимость перевода покупкой продуктов питания, табачных изделий, а также нужд осужденных. Он не объяснял причину перевода на счет ФИО76 Также по просьбе отца ФИО74, просившего дописать при переводе «ФИО261», им осуществлен перевод 1500 рублей на банковскую карту ФИО306 Далее в течении 2022 года ему на банковскую карту поступили денежные средства 08.02.2022 г., 22.02.2022 г., 13.06.2022 г. по 2000 рублей, всего 6000 рублей от имени ФИО305 из которых по 2000 рублей перевел по просьбе ФИО74 на банковскую карту ФИО264 и ФИО75, 2000 рублей на номера указанных отцом телефонов. 30.06.2022 г. перевел 700 рублей по просьбе ФИО74 на банковскую карту ФИО305 Назначение платежей отец не объяснял, с ФИО306 и ФИО305, не знаком.

По показаниям свидетеля ФИО67 данным в ходе предварительного следствия, оглашенным в суде (т.7 л.д. 49-52) и подтвержденным им, следует, что в период с 2016 года по февраль 2023 года в его пользовании находилась банковская карта, с которой по указанию ФИО61, отбывавшего наказание в ИК-№, осуществлялись денежные переводы ФИО305 09.01.2022 г. 30500 рублей и ФИО301 20.07.2021 г. 40350 рублей, 05.09.2021 г. 1000 рублей. Указанные суммы периодически поступали на его счет от незнакомых ему лиц. ФИО61 звонил с разных номеров и контролировал движение денежных средств, говорил, что деньги необходимы для покупки продуктов питания. Также им осуществлялся денежный перевод с банковской карты бывшей супруги ФИО88 54550 рублей 24.09.2021 г., 22700 рублей 02.10.2021 г., которые были внесены на её счет после снятия средств со своей карты.

Из показаний свидетеля ФИО28, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т. 7 л.д. 19-22), следует, что по просьбе сестры ФИО76 22.07.2021 г. на имя ФИО305 перевела со своей банковской карты 20000 руб. и 20.09.2021 г. – 60000 руб. ФИО76 объяснила, что денежные средства необходимы для сына ФИО2, отбывавшего наказание в ИК-№.

Из показаний свидетеля ФИО77, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде (т. 6 л.д. 80-115), подтвержденных ею, следует, что супруг ФИО78 с 2015 года отбывает наказание в ИК-№ содержался в отряде №, поддерживал отношения с осужденными ФИО168, ФИО272 ФИО6. При посещении супруга в колонии также закупала продукты питания для других осужденных, родственники которых денежные средства переводили на ее банковскую карту ПАО «Сбербанк» №№ После свидания 17.07.2022 г. с ФИО78 по его просьбе на указанную им банковскую карту на имя получателя - ФИО306 перевела 87000 рублей, 14.08.2022 г. - 26750 рублей, 05.06.2022 г. - 5700 рублей. 11.06.2022 г. на номер банковской карты № №, указанный ФИО78 во время телефонного разговора, получателю ФИО305 перевела 46100 рублей, 25.09.2022 г. – 18800 рублей, 17.02.2022 г. – 17000 рублей, 04.03.2022 г. – 5000 рублей, 14.03.2022 г. – 5500 рублей, 19.04.2022 г. – 10500 рублей, 29.04.2022 г. – 6250 рублей, 06.05.2022 г. – 2600 рублей, 11.05.2022 г. – 6250 рублей, 15.05.2022 г. – 10000 рублей. Перечисленные денежные средства ей не принадлежали, поступали на её банковскую карту от родственников осужденных, с отправителями не знакома.

Свидетель ФИО79 дала аналогичные показания в ходе предварительного следствия (т.6 л.д. 156-160), которые были оглашены и подтверждены ею в суде, что она не знакома с ФИО1, его детьми ФИО305 и ФИО306, которым на их банковские счета в 2022 году по просьбе осужденного ИК-№ ФИО32, осуществлялись денежные переводы на разные суммы, переводы объяснялись закупкой для осужденных продуктов питания.

Из показаний свидетеля ФИО80, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде (т. 6 л.д. 226-229) и подтвержденных им, следует, что 21.07.2022 г. по просьбе знакомого ФИО48, отбывавшего на тот момент наказание в ИК-№, осуществлен перевод с его банковской карты на карту ФИО305, с которым не знаком, в размере 3150 рублей. Далее неоднократно поступали на его карту денежные средства от незнакомых лиц, в том числе от сестры ФИО48, который необходимость переводов объяснял закупкой продуктов питания, чая, сигарет.

Из показаний свидетеля ФИО81, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т.7 139-142), подтвержденных ею, следует, что сын ФИО47 отбывая наказание, в мае 2022 года по состоянию здоровья прибыл в ИК-№, откуда позвонил и попросил купить лекарства для другого осужденного, у которого серьезное заболевание и нет родственников в Чувашии, предупредил, что деньги на покупку поступят на карту, после чего на её банковский счет ПАО «Сбербанк» от ФИО305 поступили денежные средства в размере 7000 рублей, а затем 500 рублей, поскольку денег на покупку лекарства не хватало, оставшуюся сдачу в размере 152 рублей она по реквизитам, указанным сыном, обратно перевела ФИО305. Затем она привезла лекарства в больницу. С ФИО1, его детьми она не знакома.

Свидетель ФИО280 подтвердила показания, данные в ходе предварительного следствия (т.7 л.д. 53-56) о том, что супруг ФИО83 в период с 2013 по 2021 год отбывал наказание в ИК-№ по просьбе которого совершен денежный перевод 7000 рублей на банковскую карту №№ на имя ФИО305, с которым не знакома.

В показаниях, данных в ходе следствия и оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ, свидетели ФИО84 (т.6 л.д. 189-192), ФИО85 (т.6 л.д. 212-216), ФИО86 (т.6 л.д. 222-225), ФИО87 (т.7 л.д. 10-18), ФИО88 (т.7 л.д. 45-48), ФИО89 (т.7 л.д. 57-60), ФИО90 (т.7 л.д. 61-64), ФИО91 (т.7 л.д. 64-68) пояснили, что банковские операции по переводу (поступления) денежных средств ФИО306 ФИО305 с которыми не знакомы, осуществлялись по просьбе близких родственников, знакомых в период отбывания ими наказания в местах лишения свободы.

Из показаний свидетеля ФИО92, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ст. 281 УПК РФ (т. 10 л.д. 201-204), в целом подтвержденных им, следует, что с ФИО1, ФИО2 и ФИО3 не знаком, также не знаком с ФИО306 и ФИО305 В период с 2018 по август 2022 года работал водителем-экспедитором на складе в г. Чебоксары, ИП ФИО93, где занимался погрузкой, разгрузкой продуктов питания, реализуемых оптом и в розницу. Помнит, как в один из дней февраля 2022 года двое молодых парней приобрели большую партию чая и кофе, расплатившись наличными денежными средствами. Далее заказ продукции оформлялся по названному им номеру телефона, оплата поступала на его банковскую карту от ФИО94 Пакеты с чаем и кофе всегда забирали разные лица, однажды приобрели сигареты, также запомнилась партия конфет около 100 кг. Затем от неизвестных лиц он узнал, что вся данная продукция предназначалась осужденным в колонию. Предполагает, что перевод 25.07.2022 г. с банковского счета ФИО95 на сумму 103000 рублей осуществлен за покупку, в том числе сигарет.

Результатами проведенных оперативно-розыскных мероприятий, представленных на оптических дисках, рассекреченных в установленном порядке (т.1 л.д. 216-217, 218-219, 220, 221, 222, 223, 224, 225, 226, 227, 228, 229, 230) зафиксированы обстоятельства руководства ФИО1 деятельностью ячейки экстремистской организации АУЕ, отличавшейся субординацией и иерархией, распределением ролей и функций активных членов ячейки, наделение особыми неформальными статусами осужденных, вовлечение в ячейку АУЕ нового участника.

В протоколах осмотра от 03.12.2022 (т.6 л.д. 1-76), от 05.05.2023 (т.11 л.д. 23-26) зафиксирован осмотр оптических дисков №№ 118с, 119с, 120с, 121с, 122с, 123с, 124с, 125с, 126с, 127с с аудиозаписями разговоров ФИО1 с другими лицами, в частности, осужденными, в период с 12.05.2022 по 09.06.2022 в ФКУ ИК-№ УФСИН России по Чувашской Республике.

Заключением фоноскопической экспертизы № 361 от 26.04.2023 г. (т.10 л.д. 71-183) установлено, что на представленных дисках с номерами 118с, 119с, 120с, 121с имеется голос и речь ФИО1

Заключением психолого-лингвистической судебной экспертизы № 00091/2-1-23 (397/02-1), №00092/2-1-23 (398/02-1) от 20.03.2023 г. установлено, что в репликах ФИО1 имеется информация о различных предметах речи. Так, одним из предметов речи ФИО1 является свод правил поведения лиц, находящихся в местах заключения. В репликах ФИО1 имеется информация о статусе лиц, находящихся в местах заключения, об отношении к ним. ФИО1 сообщает о том, что в местах заключения имеются так называемые «смотрящие». ФИО1 сообщает о том, что имеет авторитет среди так называемых «воров», указанная группа лиц прислушивается к его мнению. В репликах ФИО1 предметом речи также является положение дел, которое сложилось в колонии, где он отбывает наказание. ФИО1 сообщает о том, что в настоящее время он «имеет второй профучет, проходит как лидер преступной иерархии», негативно оценивает сложившуюся ситуацию; сообщает о том, что ряд лиц были задержаны с так называемой «курсовой», информирует адресата о том, как следует составлять её, какую лексику использовать, какую исключить из обращения.

В разговоре со ФИО47 ФИО1 сообщает, что в соответствии с правилами поведения заключенных, поведение ФИО47 и лиц, осуществлявших сбыт наркотических средств, должно оцениваться отрицательно, торговля наркотическими средствами приводит к гибели людей, сами сбытчики наркотических средств, находясь в заключении, могут быть подвергнуты обструкции.

В разговоре ФИО1 со ФИО46 предметом речи являются азартные игры в местах заключения, принципы раздела выигрыша.

Анализ речевой цели показал, что в репликах ФИО1 выражена такая речевая цель, как убеждение ФИО47, то есть побуждение к изменению мнения. Специальным признаком того, что автор намеренно побуждает ФИО47 к негативному отношению к сбыту наркотических средств является использование развернутой аргументации.

В репликах ФИО1 также выражена речевая цель как информирование.

Анализ лексического состава реплик ФИО1 показал, что в них имеется жаргонная лексика.

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в файле «12.05.2022_15.00.00_13.05.2022_00.00.00», диска № 118с, направлена: 1) на получение информации от собеседников о положении дел в колонии, где они отбывают наказание; нужна ли им помощь; 2) на формирование положительного отношения к его личности, имеющего влиятельную роль, авторитет среди осужденных, указанная группа лиц прислушивается к его мнению; 3) на формирование у адресата представлений о статусе лиц, находящихся в местах заключения.

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «15.05.2022_00.00.00_16.05.2022_00.00.00», диска № 118с, направлена на формирование готовности адресата вести себя осторожно в отношении распространения информации, касающейся АУЕ. Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «17.05.2022_00.00.00_18.05.2022_00.00.00», диска № 119с, направлена на формирование у адресата представления, что он является так называемым «смотрящим», имеет определенную роль среди так называемых «воров». Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «18.05.2022_00.00.00_19.05.2022_00.00.00», диска № 119с, направлена на формирование положительного отношения к его личности, имеющего влиятельную роль, авторитет среди так называемых «воров».

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «19.05.2022_00.00.00_20.05.2022_00.00.00», диск № 120с, направлена на: 1) завоевание доверия; 2) на формирование у адресата представлений о статусе лиц, находящихся в местах заключения; 3) на формирование готовности адресата принять свод правил поведения лиц, находящихся в местах заключения; 4) на убеждение адресата, как правильно нужно составлять так называемую «курсовую», какую лексику использовать, какую исключить из обращения; 5) формирование готовности адресата не писать в своих сообщениях, в частности, «жизнь ворам…», поскольку эти выражения берут за основу доказательства противоправного поведения; использует приемы аргументации.

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «21.05.2022_00.00.00_22.05.2022_00.00.00», диска № 120с, направлена на убеждение адресата, как правильно нужно понимать значение выражения «<данные изъяты>» и формирование готовности адресата принять свод правил поведения лиц, находящихся в местах заключения.

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «22.05.2022_00.00.00_23.05.2022_00.00.00», диск № 121с, направлена на информирование положения дел, которое сложилось в колонии, где он отбывает наказание.

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «23.05.2022_00.00.00_24.05.2022_00.00.00», диска № 121с, направлена на информирование положения дел, которое сложилось в колонии, где он отбывает наказание, как нужно себя вести согласно своду правил поведения лиц, находящихся в местах заключения.

Коммуникативная деятельность ФИО1, зафиксированная в аудиофайле «24.05.2022_00.00.00_25.05.2022_00.00.00», диска № 121с, направлена: 1) на информирование ФИО47 о принятом решении в отношении него, а именно «оставить в массе и дать возможность проявлять себя»; 2) на формирование у адресата представлений о статусе лиц, находящихся в местах заключения; 3) на получение информации от ФИО96, кем он считает себя по статусу в иерархии лиц, находящихся в местах заключения.

В репликах ФИО1 в текстах разговоров между ФИО1 и иными лицами в период с 12.05.2022 по 09.06.2022 содержится жаргонная лексика.

В репликах ФИО1 в текстах разговоров между ФИО1 и иными лицами в период с 12.05.2022 по 09.06.2022 имеется информация о том, что ФИО1 имеет авторитет среди так называемых «воров» указанная группа лиц прислушивается к его мнению; имеется информация о положении дел в колонии, где ФИО1 отбывает наказание, в связи с обнаружением так называемой «курсовой», ФИО1 информирует адресата, как нужно её составлять (т. 7 л.д. 75-96).

Из заключения криминологической судебной экспертизы № 7 от 12.06.2023 следует, что в представленных на экспертизу материалах содержатся признаки, являющиеся неотъемлемой частью деятельности организации АУЕ, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности на территории Российской Федерации в связи с осуществлением экстремистской деятельности. В деятельности указанного движения АУЕ, функционировавшего в ИК№, реализованы организационно-распорядительные функции в части наличия руководящего звена в организации, распределения функций среди ее членов и сторонников движения, организации и поддержания порядка среди них, основанного на идеологии криминального сообщества, осуществления кадровой работы с осужденными, а также взаимодействия между членами криминального сообщества. Установлен факт осуществления членами движения АУЕ административно-хозяйственных функций. Установлено исполнение ряда организационно-управленческих и административно-хозяйственных функций, направленных на обеспечение надлежащего функционирования и продолжения деятельности ячейки АУЕ ФИО2 и ФИО3 как участниками движения АУЕ (т. 7 л.д. 221-261).

Активная роль и участие ФИО1 как организатора и руководителя в деятельности движения АУЕ также подтверждается результатами оперативно-розыскных мероприятий, представленных на оптических дисках, рассекреченных в установленном порядке (т.8 л.д. 212-213, 214-215, 216-217, 218-219, 220-225).

Протоколом осмотра от 02.05.2023 (т.11 л.д. 16-22) зафиксирован осмотр оптического диска № 31с с аудиозаписью разговора между сотрудником УФСИН России по Чувашской Республике – Чувашии ФИО308 и ФИО1 от 21.03.2023 в СИЗО-№ УФСИН России по Чувашской Республике – Чувашии, в ходе которого последний сообщил сведения, изобличающие его роль и участие в деятельности АУЕ, а именно свое влияние на других осужденных, содержавшихся в ИК-№.

Из заключения криминологической судебной экспертизы № 6 от 10.06.2023 г. следует, что в представленных на экспертизу материалах содержатся признаки, являющиеся неотъемлемой частью деятельности организации АУЕ, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности на территории Российской Федерации в связи с осуществлением экстремистской деятельности. В деятельности указанного движения АУЕ, функционировавшего в ИК-№, реализованы организационно-распорядительные функции в части наличия руководящего

звена в организации, распределения функций среди ее членов и сторонников движения, организации и поддержания порядка среди них, основанного на идеологии криминального сообщества, осуществления кадровой работы с осужденными, а также взаимодействия между членами криминального сообщества. Установлен факт осуществления членами движения АУЕ административно-хозяйственных функций. Установлено исполнение ФИО1, как организатора деятельности на территории ИК№ ячейки АУЕ, ряда организационно-управленческих и административно-хозяйственных функций, направленных на организацию деятельности и продолжение функционирования в ИК-№ территориально обособленной ячейки организации АУЕ (т. 8 л.д. 15-72).

Протоколом осмотра от 05.05.2023 г. осмотрена карта памяти формата MicroSD объемом 8 ГБ, скопированная в ходе осмотра 21.02.2023 г. (т.5 л.д. 165-169, т.11 л.д. 23-26), обнаруженная 03.11.2022 г. в ходе внепланового обыска в цеху № ИК№ (т.5 л.д. 230), изъятая в ходе выемки 02.12.2022 г. (т.5 л.д. 233-236), при воспроизведении видеозаписи установлена поздравительная речь ФИО1

Свидетель ФИО39 подтвердил на данной видеозаписи события от 31.12.2021 г. в палате стационарного отделения медицинской части ИК№, на которой ФИО1 обращается к осужденным ФИО97, ФИО124, ФИО98, ФИО147 с поздравительной речью, произнося слова «<данные изъяты>».

Выполнение ФИО1 административно-хозяйственных функций в виде обеспечения поступления средств в преступную кассу и их распределение также подтверждается иными доказательствами.

Протоколом осмотра от 25.11.2022 г. оптического диска со сведениями по счетам и картам ФИО95 (дочери ФИО1) (т.5 л.д. 41), установлено наличие счета ФИО95 в ПАО «Сбербанк» в период с 01.11.2020 по 07.11.2022: № №, открытый 18.05.2022 в подразделении ПАО «Сбербанк» № №, сумма поступивших на счет денежных средств за указанный период составила 466034 рублей.

В ходе осмотра файла «10» установлен оборот денежных средств по указанному банковскому счету за период с 01.06.2022 по 28.10.2022 г.г., где обнаружены исходящие переводы с банковского счета: 18.06.2022 19:46 перевод 3000 рублей ФИО84; 25.07.2022 20:44 - 103000 рублей ФИО92; 11.08.2022 11:51 - 500 рублей ФИО99; 22.08.2022 21:23 - 1300 рублей ФИО100 Также отражены операции поступивших денежных средств, общий размер составил 326500 рублей, так поступили денежные средства на банковский счет ФИО95: - 18.06.2022 19:38 - 5000 рублей от ФИО101; - 15.07.2022 22:12 - 33000 рублей от ФИО79; - 21.07.2022 13:24 - 87000 рублей от ФИО77; - 22.07.2022 18:51 - 47600 рублей от ФИО102; - 22.07.2022 18:58 -12000 рублей от ФИО103; - 23.07.2022 10:42 -1200 рублей от ФИО104; - 24.07.2022 13:12 -11800 рублей от ФИО105; - 24.07.2022 14:05 - 30800 рублей от ФИО79; - 25.07.2022 13:00 - 1000 рублей от ФИО106; - 25.07.2022 19:20 - 25000 рублей от ФИО107; - 26.07.2022 18:03 - 3000 рублей от ФИО108; - 26.07.2022 19:10 - 3100 рублей от ФИО109; - 14.08.2022 19:10 - 14300 рублей от ФИО110; - 14.08.2022 19:34 - 26750 рублей от ФИО77; - 16.08.2022 22:48 -2800 рублей от ФИО111; - 17.08.2022 21:24 - 10000 рублей от ФИО112; - 19.08.2022 21:39 - 1500 рублей от ФИО73; - 29.08.2022 09:04 - 4000 рублей от ФИО112; - 29.08.2022 12:20 - 1500 рублей от ФИО106; - 22.09.2022 18:03 -5000 рублей от ФИО85 (т. 5 л.д. 206-214).

Протоколом осмотра от 28.11.2022 г. оптического диска со сведениями по банковским счетам и картам ФИО113, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО94, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (т. 5 л.д. 39), установлено наличие семи банковских счетов ФИО95., открытых в подразделениях ПАО «Сбербанк, где сумма денежных средств, поступивших с 01.11.2020 по 07.11.2022 г.г. по шести счетам составила 0,00 рублей, по счету № № - 51080,16 рублей. Также установлено, что в ПАО «Сбербанк» на имя ФИО94 имеется банковский счет, действовавший в период с 01.11.2020 по 07.11.2022 г.г., № *№, открытый 12.05.2021 в подразделении ПАО «Сбербанк» №№, сумма поступивших денежных средств за указанный период 3543406 рублей. Установлены операции о совершении денежных переводов лицами и лицам, проживающим в Чувашской Республике: за указанный период на банковский счет ФИО94 поступили денежные средства 1121233 рублей, а перевод указанным лицам составил 923331 рублей (т. 5 л.д. 215-220).

Из ответа Управления ФНС России по Чувашской Республике от 22.11.2022 г. (т. 5 л.д. 35-37) следует, что в ФНС России сведений о доходах супруги ФИО1 - ФИО113, а также их детей – ФИО94, ФИО95, ФИО94, ФИО94 не поступали, сведений об их трудоустройстве не имеется.

Кроме того, организация и поддержание ФИО1 основанного на идеологии криминального сообщества порядка среди членов и сторонников движения АУЕ, а также исполнение ФИО2 функций участника АУЕ, а также организация ФИО1 по предварительному сговору с ФИО2 и проведение азартных игр среди осужденных, в том числе вовлечение осужденных в азартные игры, с целью пополнения так называемого «общака» подтверждается также результатами проведенных оперативно-розыскных мероприятий на оптических дисках, рассекреченных в установленном порядке (т.1 л.д. 202-203, 204-205, 206, 207, 208-211, 212-214).

Протоколами осмотра от 23.08.2022 г. (т.2 л.д. 44-50), от 16.02.2023 г. (т.8 л.д. 150-153) зафиксирован осмотр оптического диска № 99с с аудиозаписями разговоров между осужденными отряда № и ФИО2 15.09.2021 г. и 30.09.2021 г. в общежитии отряда № ИК№, что являлось предметом экспертного исследования.

Согласно заключению фоноскопической судебной экспертизы №1096 от 22.12.2022 г. на представленной аудиозаписи имеется голос и речь ФИО2 (т.4 л.д. 1-21).

Из заключения психолого-лингвистической судебной экспертизы № 02653/3-1-22, 02654/2-1-22 (№3025/03-1, № 3026/02-1) от 26.12.2022 г. следует, что непосредственными адресатами высказываний ФИО2 являются лица, присутствовавшие на так называемых «сходках» (осужденные, содержащиеся в исправительном учреждении).

В своих высказываниях ФИО2 обращаясь к адресатам, просит внимания, а также используя устойчивые обороты приветствует их и выражает свое позитивное отношение к системе взглядов осужденных, придерживающихся жизни по так называемым «воровским правилам». Далее ФИО2 побуждает адресатов (для номинации которых использует слово «арестанты») совместно с ним почтить память заключенных, умерших в сентябре и придерживавшихся так называемых «воровских законов и традиций», а также сообщает их имена. Далее ФИО2 выражает свое уважение к вышеназванным лицам - осужденным, придерживавшихся так называемых «воровских правил».

В речи ФИО2, зафиксированной в файле «15.09.2021_18.08.13__ 15.09.2021_ 18.49.09», содержится лексика, относящаяся к уголовному жаргону.

Высказывания ФИО2, зафиксированные в аудиофайле под названием «15.09.2021_18.08.13_15.09.2021_ 18.49.09», направлены на формирование у адресата (присутствующих лиц) готовности к принятию предлагаемой информации об умерших в сентябре заключенных, придерживавшихся так называемых «воровских правил и традиций», на поддержание общения с присутствующими лицами, на формирование у адресата готовности совместно с ним почтить память умерших в сентябре заключенных, придерживавшихся «воровских правил и традиций».

В высказываниях ФИО2, зафиксированных в аудиофайле под названием «15.09.2021_18.08.13_15.09.2021_18.49.09», содержатся лингвистические и психологические признаки побуждения к действиям. ФИО2 побуждает адресата (присутствующих лиц) совместно с ним почтить память умерших в сентябре заключенных, придерживавшихся «воровских правил и традиций».

В высказывании, зафиксированном в аудиофайле 30.09.2021_21.19.28_30.09.2021_21.43.20, ФИО2 спрашивает, у всех ли присутствующих налит чай.

В своем высказывании ФИО2, обращаясь к адресатам, просит внимания, а также используя устойчивые обороты, приветствует их и выражает свое позитивное отношение к системе взглядов осужденных, придерживающихся жизни по «воровским понятиям». Далее ФИО2 побуждает адресатов совместно с ним поздравить родившихся в сентябре заключенных, придерживающихся «воровских правил и традиций» (так называемых «воров»), а также перечисляет их имена. Далее ФИО2 выражает свое уважение к вышеназванным лицам - осужденным, придерживающихся «воровских правил».

В высказывании «<данные изъяты>» ФИО2 выражает позитивное отношение к системе взглядов осужденных, придерживающихся жизни по «воровским правилам».

В следующем высказывании ФИО2 использует слово «контора», которое, исходя из контекста, было использовано не в словарном значении, а для обозначения лиц, относящихся к администрации исправительной колонии. В данном высказывании ФИО2, обращаясь к присутствующим, побуждает их прогонять с территории производственных помещений во время игры (вероятно, в карты) лиц, относящихся к администрации исправительной колонии. Также ФИО2 побуждает адресатов положительно отзываться на просьбы играющих понаблюдать, исходя из контекста, чтобы их не застали врасплох сотрудники колонии во время игры.

В другом высказывании ФИО2 благодарит присутствующих за внимание, которое уделяется тому, что происходит в бараках, выражает свое позитивное отношение к их действиям во время игры.

В речи ФИО2, зафиксированной в файле «30.09.2021_21.19.28_ 30.09.2021_21.43.20», содержится лексика, относящаяся к уголовному жаргону.

Высказывания ФИО2, зафиксированные в аудиофайле «30.09.2021_21.19.28_ 30.09.2021_21.43.20», направлены на формирование у адресата готовности к принятию предлагаемой информации об осужденных, родившихся в сентябре, на поддержание общения с присутствующими лицами, на формирование у адресата готовности совместно с ним поздравить родившихся в сентябре заключенных, придерживающихся «воровских правил и традиций», на формирование готовности прогнать с территории производственных помещений в исправительной колонии во время игры лиц, относящихся к администрации, на формирование готовности положительно отзываться на просьбы играющих понаблюдать, чтобы их не застали врасплох сотрудники исправительной колонии во время игры.

В высказываниях ФИО2, зафиксированных в аудиофайле «30.09.2021_21.19.28_30.09.2021_21.43.20», содержится совокупность психологических и лингвистических признаков побуждения к действиям. ФИО2 побуждает адресата совместно с ним поздравить родившихся в сентябре заключенных, придерживающихся воровских законов и традиций, прогонять с территории производственных помещений в исправительной колонии во время игры лиц, относящихся к администрации, положительно отзываться на просьбы играющих понаблюдать, чтобы их не застали врасплох сотрудники исправительной колонии во время игры (т. 5 л.д. 185-202).

В ответе на поручение от 31.03.2023 г. (т. 9 л.д. 8-59) указано, что 15.09.2021 г. ФИО2 в отряде № произносил дату и год смерти умерших в сентябре, так называемых «воров», 30.09.2021 г. ФИО2 в отряде № произносил дату и год рождения родившихся в сентябре, так называемых «воров».

Кроме того, действия ФИО3, направленные на функционирование в ИК№ ячейки АУЕ под руководством ФИО1, участниками которой являлись проходящие по делу осужденные, подтверждается следующими доказательствами.

26.01.2022 г. в ходе досмотра личных вещей у осужденного Свидетель №4 обнаружен и изъят тетрадный лист, подписанный как так называемая «курсовая по баракам» (т.1 л.д.6), осмотрами от 09.08.2022 г. (т.2 л.д. 39-43), от 17.04.2023 г. (т.10 л.д. 210-212) установлено, что в ней имеется рукописный текст, имеющий содержание о приветствии осужденных, лозунгами и фразами, принятыми в преступной среде, и доведением информации о поступивших в карантинное отделение учреждения новых 8 осужденных: ФИО63, ФИО114, ФИО115, ФИО65, ФИО116, ФИО64, ФИО117, ФИО118, указаны их полные фамилия, имя и отчество, год и место рождения, срок наказания, статья Уголовного кодекса РФ, по которой осужден, сведения об освобождении. У осужденного ФИО119 также указан его статус, подчеркнуто волнистой линией и находится в скобках. На оборотной стороне в верхней части также имеются записи, в том числе об ознакомлении в бараках с её содержанием, в нижней части листа справа имеется текст «возврат в 5 барак».

Заключением почерковедческой экспертизы № 501 от 18.01.2023 установлено выполнение указанных буквенно-цифровых записей Свидетель №3 (т.5 л.д. 168-176).

Заключением психолого-лингвистической судебной экспертизы № 01018/2-5-22 (№ 1390/02-5), № 01019/2-5-22 (№ 1391/02-5) от 10.06.2022 г., № 01466/2-1-22 (№ 1838/02-1), № 01467/2-1-22 (№ 1839/02-1) от 22.07.2022 г. установлено, что представленный на исследование материал является так называемой «курсовой малявой» («курсовкой») – разновидностью нелегальной корреспонденции информационно-справочного содержания, адресованной лицу, выполняющему неформальные организационно-распорядительные функции среди лиц, содержащихся в учреждениях УИС. Её функция заключается в том, чтобы довести до осужденных колонии информацию о прибытии в колонию новых осужденных. В ней имеется информация о фамилии, имени, отчестве осужденного, его дате рождения, месте рождения, арестантском имени, статье, по которой осужден, сроке, где ранее осужденный отбывал наказание, неформальном статусе осужденного в местах лишения свободы. Адресатами текста являются лица, отбывающие наказание в ИК№.

В тексте содержатся высказывания, имеющие лозунговый характер, с содержательной точки зрения они представляют собой систему взглядов лиц, осуществляющих противозаконную деятельность, осужденных за неё и отбывающих наказание в учреждениях ФСИН, в том числе ИК-№. Автор исследуемого текста, используя благопожелание, выражает свое положительное отношение к указанной системе взглядов.

В представленном на исследование тексте внимание адресата привлекается к информации о новых осужденных, которые прибыли в ИК№ и их статусе. Предлагаемая информация преподносится как правильная, соответствующая потребностям адресата.

Представленный на исследование текст направлен на формирование у адресата готовности к принятию предполагаемой информации о новых осужденных, которые прибыли в ИК№, на формирование у адресата позитивной социальной установки по отношению к системе взглядов лиц, осуществлявших противозаконную деятельность, осужденных за нее и отбывающих наказание в учреждениях ФСИН, в том числе в ИК-№

В представленном на исследование тексте содержатся лингвистические и психологические признаки пропаганды системы взглядов лиц, осуществлявших противозаконную деятельность, осужденных за нее и отбывающих наказание в учреждениях ФСИН, в том числе в ИК-№ (т. 1 л.д. 63-73, 160-170).

Сам ФИО3 в своих показаниях указывал о выполнении записей в так называемой «курсовой» по его просьбе Свидетель №3 (т.2 л.д. 66-70, т.4 л.д. 213-217), о чем также указали в судебном заседании свидетели ФИО43, ФИО44, а также в своих показаниях свидетель Свидетель №3 (т.1 л.д. 191-194, т.4 л.д. 218-221).

Из списка осужденных, прибывших в ИК№ (т.1 л.д.9), а также ответа на поручение от 16.03.2023 г. (т.5 л.д. 22-23) видно, что 25.01.2022 г. в исправительное учреждение прибыли ФИО64, ФИО118, ФИО65, ФИО117, ФИО114, ФИО115, ФИО120, ФИО63

01.04.2022 г. в ходе досмотра прикроватной тумбочки осужденного Свидетель №3 обнаружены и изъяты 2 тетради, так называемые «домовые книги», с установочными данными осужденных ИК-№ (т.1 л.д. 11), протоколами осмотра от 13.10.2022 г. (т. 2 л.д. 42-57), от 28.02.2023 г. (т.8 л.д. 190-193) было установлено, что тетрадь с наименованием «Handmade» и изображением животного содержит записи за период с 28.02.2020 г. по 09.12.2021 г., куда внесены сведения о прибытии осужденных в ИК-№, с указанием фамилии, имени, отчества, года рождения, арестантского имени, места рождения, статьи УК РФ, по которой лицо осуждено, срок отбывания наказания, последнее место освобождение, а также неформальный статус в местах лишения свободы.

В ходе осмотра тетради с наименованием «Erich Krause» и изображением животного, а также музыкального проигрывателя, установлены записи с 14.12.2021 г. по 15.03.2022 г., является продолжением так называемой «домовой книги», в которую внесены аналогичные сведения о прибывших осужденных в ИК-№.

Согласно заключению почерковедческой экспертизы № 500 от 15.02.2023 г. (т.5 л.д. 149-159) установлено выполнение Свидетель №3 указанных буквенно-цифровых записей в вышеуказанной тетради в период с 20.01.2022 г. по 15.03.2022 г.

Также обстоятельства ведения ФИО3 «курсовой», «домовой книги», уточнение учетных данных вновь прибывших осужденных и передача им продуктов питания, сигарет подтверждается результатами проведенных оперативно-розыскных мероприятий, представленных на оптических дисках, рассекреченных в установленном порядке (т.8 л.д. 228-229, 230-231, 232, 233-234, 235-244).

Протоколом осмотра от 21.04.2023 г. оптического диска с аудиозаписью, полученной в ходе оперативно-розыскных мероприятий 21.03.2023 г., в ходе разговора между ФИО3 и сотрудником УФСИН России по Чувашской Республике ФИО308 ФИО3 сообщил сведения о его участии и роли в противоправной деятельности АУЕ. На воспроизведенной аудиозаписи (CD-R диска № 32с) ФИО3 произнес: «Бумажки вот эти, ну что это. Отдал человеку, попросил переписать, еще этого человека чуть не подвели под уголовную ответственность».

Протоколом осмотра от 29.05.2023 г. оптического диска с аудиозаписью, полученной в ходе оперативно-розыскных мероприятий 17.05.2023 г. в отношении ФИО3, рассекреченных в установленном порядке (т.8 л.д. 247-249, 250-252, 253, 254, 255-258, 259, 260, 261-262), состоялся разговор между сотрудником ФКУ ИК-№ ФИО289 и осужденным ФИО309 ФИО310 с каждым в отдельности, в ходе которых ФИО309, ФИО310 сообщили о высоком неформальном статусе ФИО1, его окружении, сборе средств на «общие нужды».

ФИО3 указывает о своем участии в противоправной деятельности АУЕ в ходе телефонного разговора 08.04.2022 г. посредством системы «Зонателеком» с абонентами с номерами №. Оптический диск с аудиозаписями, изъятый в ходе выемки (т.5 л.д. 136-139), был осмотрен (т.7 л.д. 174-178).

Об организации и проведении ФИО1, являясь так называемым «смотрящим за колонией» и ФИО2, будучи активным участником движения АУЕ и являясь так называемым «смотрящим» за игрой, а также ответственным за проведение так называемых «сходок» в отряде №, азартной карточной игры «Покер» с использованием игрового оборудования вне игорной зоны также подтверждают другие исследованные доказательства: протокол осмотра места происшествия от 10.07.2022 г. (т.3 л.д. 58-64); протокол осмотра от 13.08.2022 г. оптических дисков (№№ 101с, 102с, 104с, 106с, 107с), полученных в ходе оперативно-розыскных мероприятий, рассекреченных в установленном порядке (т.3 л.д. 4-6, 7-9, 10, 11-13, 14-17, 18-22, 23-25, 26-28, 29-33), проведенных в помещении указанной чайной комнаты в период с 27.09.2021 по 14.10.2021 г.г., на которых зафиксирована комната с тусклым освещением, в середине комнаты - стол, вокруг которого диван. На видеозаписи от 27.09.2021 г. в период с 08 часов 30 минут до 10 часов 57 минут зафиксировано, как осужденные, в том числе ФИО2, играют в карточную игру, в ходе которой последний вынимает и рассчитывает колоду карт, ведет рукописные записи на листке бумаги. На видеозаписях от 27.09.2021 г. в период с 10 часов 57 минут до 14 часов 22 минут, от 29.09.2021 г. с 08 часов 30 минут до 14 часов 00 минут, от 11.10.2021 г. с 08 часов 30 минут до 08 часов 46 минут, от 14.10.2021 г. с 08 часов 30 минут до 10 часов 05 минут зафиксировано, как осужденные, в том числе ФИО2, играют в карточную игру. На видеозаписи от 14.10.2021 г. с 08 часов 30 минут до 10 часов 05 минут осужденные, в том числе ФИО2, играют в карточную игру, при этом последний рассчитывает колоду карт, а также ведет рукописные записи на листке бумаги. На видеозаписи от 14.10.2021 г. с 10 часов 05 минут до 11 часов 40 минут ФИО2 и другие осужденные играют в карточную игру, при этом он рассчитывает колоду карт, а также ведет рукописные записи на листке бумаги (т. 3 л.д. 129-153).

Изъятыми в ходе выемки материалами о результатах служебной проверки по факту обнаружения и изъятия 15.10.2021 г. и 21.10.2021 г. у ФИО2 игральных карт кустарного производства подтверждается использование игральных карт в качестве предмета, с помощью которых проводилась азартная карточная игра «Покер» (т.3 л.д. 72-75, л.д. 86-113), среди которых (в копиях): - письменные объяснения ФИО2 от 01.11.2021, из которых следует, что 15.10.2021 в ходе обыска у него обнаружили и изъяли самодельные игральные карты, которые являются запрещенными предметами (т.2 л.д. 208); - фотографии изъятых карт кустарного производства; - фототаблица изъятых вещей от 15.10.2021, согласно которой сфотографированы изъятые у ФИО2 карты кустарного производства; - письменные объяснения ФИО43, ФИО38, ФИО123, ФИО37 от 01.11.2021 г, из которых следует, что с 07 часов 45 минут до 08 часов 00 минут 15.10.2021 г. в кабинете отдела безопасности ИК№ проведен личный обыск ФИО2, обнаружена и изъята спрятанная ухищренным способом в кармане трусов колода карт кустарного производства в количестве 36 штук; -постановление от 15.10.2021 г. об уничтожении вещей, предметов, продуктов питания, обнаруженных и изъятых на территории ИК№, согласно которому постановлено уничтожить колоду игральных карт кустарного производства в количестве 36 штук, после уничтожения составлен акт утилизации от 15.10.2021 г.; - заключение по материалам проверки от 10.11.2021 г., согласно которому за нарушение установленного порядка отбывания наказания, - хранение запрещенного предмета, а именно 1 колоды самодельных игральных карт, ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности, в списке приложения указан акт от 15.10.2021 г. об обнаружении в ходе обыска ФИО2 и изъятии колоды карт кустарного производства 36 штук (т.2 л.д. 205); - заключение о результатах проверки от 17.11.2021 г., согласно которому за нарушение установленного порядка отбывания наказания, выразившихся в хранении и пользовании запрещенных предметов, ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности, изъятые запрещенные предметы предписано уничтожить и составить акт (т.2 л.д. 220-221); - письменные объяснения ФИО2 от 16.11.2021 г., из которых следует, что 15.10.2021 г. водворен в камеру № ШИЗО, где 21.10.2021 г. в ходе обыска у него изъяты карты кустарного производства, которые им были спрятаны в книгу; -фотографии изъятых карт кустарного производства; - справка, согласно которой 15-21.10.2021 г. в камере № ШИЗО содержались осужденные: ФИО1, ФИО2, ФИО124 (т. 9 л.д. 100); - постановление от 17.11.2021 г. об уничтожении вещей, предметов, продуктов питания, - а именно колоды игральных карт кустарного производства (т. 3 л.д. 86-113), - которые не вызывают каких-либо сомнений в достоверности изложенных в них обстоятельств, не свидетельствуют об отсутствии изложенных в них событий.

ФИО2 велся финансовый учет с целью последующего отчета перед ФИО1, что подтверждается изъятыми у ФИО2 20.09.2021 г. (т.2 л.д. 211) и 15.10.2021 (т. 2 л.д. 202) фрагментами бумаг с числами и обозначениями, которые осмотрены 08.08.2022 г. (т.3 л.д. 122-128) и подробно приведены в приговоре, в том числе имеется запись «19.09 ФИО6 н = 3310» (т. 3 л.д. 122-128).

Результатами проведенных оперативно-розыскных мероприятий, представленных на оптических дисках, рассекреченных в установленном порядке (т.1 л.д. 106-107, 108-109, 110-111, 112-114, 115-116, 117-131, 132-133, 134, 135, 136) подтверждается финансовая деятельность и аккумулирование денежных средств от азартной карточной игры «Покер» на банковских счетах матери ФИО2, а также совершение банковских операций путем использования мобильных средств связи.

По сведениям ПАО «Сбербанк» банковский счет ФИО76 № №, привязан к банковской карте № *№, открытый 23.07.2018 г. в отделении № № по адресу: <адрес> (т.1 л.д. 135, т.10 л.д. 200).

Протоколом осмотра 06.08.2022 г. (т. 2 л.д. 10-38) оптического диска со сведениями ПАО «Сбербанк» по банковским счетам и картам ФИО76 установлено, что на банковскую карту ФИО76 № № в период с 20.07.2021 по 20.11.2021 г.г. поступали денежные переводы от знакомых и родственников осужденных, отбывавших наказание в ИК-№ (т.2 л.д. 1-38). При этом установлены переводы 06.10.2021 - 1000 рублей от ФИО125, 08.10.2021 - 1190 рублей от ФИО126, 08.10.2021 – 1000 рублей от ФИО127, 09.10.2021 – 1420 рублей от ФИО128, 09.10.2021 – 2000 рублей OSB 58360078, 09.10.2021 – 590 рублей от ФИО129, 10.10.2021 переводы 525 рублей от ФИО73, 1950 рублей от ФИО130, 480 рублей от ФИО131, 1000 рублей от ФИО132, 500 рублей от ФИО129, 11.10.2021 переводы 960 рублей от ФИО133, 2000 рублей от ФИО134, 9200 рублей от ФИО135, 1191 рублей от ФИО73, 12.10.2021 переводы 2000 рублей от ФИО136, 1250 рублей от ФИО137, 1000 рублей от ФИО138, 13.10.2021 переводы 1000 рублей от Card2Card35, 600 рублей от ФИО139, 1000 рублей от ФИО140, 238 рублей от ФИО141, 600 рублей от ФИО142, 14.10.2021 переводы 1050 рублей от ФИО135, 960 рублей от ФИО143, 21.10.2021 – 1200 рублей от ФИО144, 22.10.2021 – 49100 рублей от ФИО67

Протоколом осмотра от 28.10.2022 г. (т. 5 л.д. 78-96) оптического диска с записями телефонных переговоров за 21.10.2021 г. установлен разговор между ФИО2 и неустановленным лицом, которому ФИО2 сообщает об обнаружении и изъятии у него так называемых «точковок», карт; отстранении от так называемых «общих дел» без списания в низшие категории; неоднократное называние сотрудников колонии так называемыми «мусорами»; о восстановлении так называемой «общей точковки» на память; разговор о реакции ФИО6 на изъятие так называемых «точковок», карт.

В ходе выемки у заведующей складом ИК-№ ФИО145 был изъят мобильный телефон (т. 3 л.д. 82-85), который был осмотрен (т.3 л.д. 86-113), (т.8 л.д. 190-193) - мобильный телефон марки «Samsung <данные изъяты>» в корпусе черного цвета без аккумуляторной батареи, кустарным способом подключена аккумуляторная батарея с помощью проводов красного и зеленого цвета, а также имеется электрическая вилка кустарного производства, от которой идет провод черного цвета, сим-карта отсутствует.

Доводы ФИО2 о непринадлежности ему данного мобильного телефона, вновь приведенные в суде апелляционной инстанции, признаны несостоятельными, согласно заключению служебной проверки по факту обнаружения и изъятия 26.11.2021 г. в отряде № мобильного телефона марки «Samsung» установлена принадлежность данного телефона ФИО2 (т.2 л.д. 226-229).

ФИО2 не отрицал свое участие в качестве игрока в азартных карточных играх «Покер» на деньги, а также на аудиозаписи перечисление им имен, сославшись на их произношение в связи с религиозной и православной тематикой.

Из показаний ФИО2, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в суде в порядке ст. 276 УПК РФ (т. 3 л.д. 53-56, 216-221, 230-235), следует, что после прибытия в ИК-№ в феврале 2021 года он, зная о запрете организации в колонии азартных игр, в начале сентября 2021 года, с целью извлечения прибыли, решил организовать среди осужденных карточную игру «Покер», для этого изготовил карты с помощью бумаги, клейстера из хлеба, акварельных красок, нашел помещение вне видимости камер видеонаблюдения, а именно чайную комнату в цехе № производственной зоны, где окна занавесил темными занавесками с целью исключения видимости происходящего в помещении, установил деревянный стол, нашел в цеху специальную материю для исключения подтасовывания карт. Вместо фишек использовались спички, но затем решил вести учет записи ходов, ставок, сделанных игроками, и учет выигранных и проигранных денежных средств. С помощью мобильного телефона, находившегося в его пользовании, договорился с матерью о поступлении на ее банковский счет денежных средств от различных людей, которые необходимо будет переводить на указанные им счета. Подобрав платежеспособных игроков, в основном из отряда №, выставив на входе осужденных, уведомлявших о прибытии сотрудников колонии, под его контролем и условиям, в период с начала сентября 2021 года по 15.10.2021 неоднократно проводились игры в «Покер», в которой сам также принимал участие. В процессе игры им велась бумажка под названием «точковка» по внесенным игроками денежным средствам, сумма выигрышей, а по окончании игры итог сумм проигрыша и выигрыша. При необходимости разъяснял игрокам правила игры, контролировал их соблюдение игроками. Выигрыши переводил на указанные игроками банковские счета, а проигравшие переводили денежные средства с помощью родственников и знакомых на банковскую карту матери ФИО76 Ее карта использовалась только для денежных средств по игре, мать в личных целях карту не использовала, которая по его просьбе большую сумму денег на счету не держала, постоянно снимала, которые в последующем переводились по его звонку в счет выигрышей на указанные осужденными банковские счета. Иногда его мать просила сестру ФИО66 перевести деньги через приложение банка. Иногда расчет производился сигаретами, где одна пачка оценивалась в 120 рублей. 14.10.2021 г. после игры он свел суммы выигрышей и проигрышей в одно целое, сделал для себя записки в так называемую «точковку», где среди выигравших осужденных поставил «+», а проигравших «-». В изъятой так называемой «точковке» указана итоговая сумма по турниру, полученная от осужденных на ставках, в том числе с учетом сигарет, в размере 205860 рублей. С 15.09.2021 г. по 14.10.2021 г. выиграли 4 осужденных, проиграли - 7, его выигрыш составил 96110 рублей. Обычно записи после каждой игры сжигал. 15.10.2021 г. в ходе обыска изъяли так называемую «точковку», которую хранил в кармане нижнего белья, за что помещен в камеру №№ ШИЗО, откуда освобожден 21.10.2021 г. Восстановил так называемую «точковку» по памяти. 22.10.2021 г. на карту матери от ФИО67 поступили денежные средства в размере 49100 рублей, которые она сняла посредством банкомата 23.10.2021 г., считает их своими деньгами. Запись в ней «19.09 ФИО6 «н»=3.310» означает, что ФИО6 взял у него сигареты на сумму 3310 рублей, а «н» значит нужда, то есть сигареты отдал по необходимости, «+» означает, что деньги положили, перевели, а без каких-либо обозначений – просто должники.

Из показаний ФИО3, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в суде в порядке ст. 276 УПК РФ (т. 2 л.д. 66-70, т.4 л.д. 213-217) следует, что по прибытию в апреле 2021 года в ИК-№ определен в отряд №, а в ноябре 2021 года в отряд №. Ранее отбывал наказание, знаком с правилами уголовно-преступного мира. По прибытии в ИК№ уже функционировало движение АУЕ, когда осужденные делились на статусы. АУЕ расшифровывается как «арестантский уклад един», о ее запрете узнал от сотрудников администрации. В середине января 2022 года, узнав о скором прибытии в ИК-№ отчима Свидетель №7, решил встретить его, стал посещать баню по субботам, когда мылись осужденные карантинного отделения. В колонии принято, что информация о вновь прибывших осужденных должна быть доведена до других осужденных в форме так называемой «курсовой» - записок, где указывались данные осужденного, статья УК РФ, арестантское имя, откуда приехал и статус, есть ли у осужденного «отклонения». Затем сведения из так называемой «курсовой» переписывались в так называемую «домовую книгу», это тетрадь, где указывались сведения о дате, фамилии, имени, отчестве прибывшего осужденного, по какой статье УК РФ осужден, прозвище, а также статус, чтобы осужденные в колонии знали, кто прибыл. Решил заняться ведением указанных бумаг, поскольку ждал прибытия отчима. По его просьбе с середины января 2022 года по март 2022 года ведением так называемой «домовой книги» также занимался Свидетель №3, с которым состояли в дружеских отношениях, который переписывал полученные им данные с так называемых «курсовых». 25 января 2022 г. ему передали написанную плохим почерком так называемую «курсовую», которую попросил Свидетель №3 переписать, после чего передал ее для ознакомления в другой отряд. Далее попросил Свидетель №3 внести все фамилии в так называемую «домовую книгу». Свидетель №3 за карантином не следил, в баню не ходил, признает, что вовлек последнего в АУЕ. Дополнительно указал, что осужденные отряда № ходили в баню по субботам, его посещение бани до обеда по субботам было связано состоянием здоровья. Знакомство с осужденными карантинного отделения ограничивалось информацией: кто, откуда и когда приехали, о себе сообщал, что с пятого «барака», передавались приветы знакомым.

ФИО1 в своих показаниях не отрицал, что в период отбывания наказания в ИК-№ познакомился с ФИО3, находясь в отряде №, а также с ФИО2, которого мог видеть в исправительном учреждении, в частности, на промышленной зоне.

Вопреки доводам апелляционных жалоб и стороны защиты, заключения экспертиз, в том числе заключения криминологических судебных экспертиз, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертные исследования проведены в предусмотренном УПК РФ порядке, без нарушений законодательства, компетентными лицами, обладающими специальными познаниями в области экспертного исследования. Перед проведением экспертиз экспертам были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, они были предупреждены об ответственности по ст. 307 УПК РФ. Выводы экспертов мотивированы, научно обоснованы, являются ясными и понятными, указаны представленные материалы, использованные источники. Оснований предполагать наличие у экспертов какой-либо заинтересованности в исходе уголовного дела и необоснованность выводов экспертных заключений у суда не имелось. Каких-либо оснований, предусмотренных УПК РФ, для их признания недопустимыми доказательствами не имеется. Каких-либо оснований для вызова и допроса эксперта, проводившего судебную криминологическую экспертизу, по делу не имелось.

Каких - либо данных, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения, либо фальсификации материалов дела, а также о том, что при получении и исследовании доказательств были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, исключающие возможность их использования при постановлении приговора, судом не установлено и в материалах уголовного дела не имеется.

Судом установлено, что оперативно-розыскные мероприятия проведены для решения задач, указанных в ст. 2 Федерального закона от 12.08.1995 №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в отсутствии признаков провокации преступления, при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст. 7 и 8 указанного Федерального закона, а полученные сведения представлены органам предварительного расследования в установленном законом порядке.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий было направлено на изобличение преступной деятельности осужденных в связи с наличием соответствующей оперативной информации, в связи с чем имелись законные основания для их проведения.

Из материалов уголовного дела следует, что противоправные действия осужденные совершали самостоятельно, в отсутствии со стороны ФИО46, а также сотрудников правоохранительных органов каких-либо уговоров, склонения, побуждения в прямой или косвенной форме и иных способов подстрекательства.

Как установлено судом, инициатива в совершении преступных действий исходила от самих осужденных, умысел которых на их совершение сформировался вне зависимости от деятельности других лиц, в частности сотрудников правоохранительных органов.

Материалы оперативно-розыскной деятельности судом обоснованно признаны допустимыми доказательствами, они отвечают требованиям, предъявляемым действующим уголовно-процессуальным законом, судом проверена их достоверность при анализе в совокупности с иными доказательствами.

Осмотры результатов оперативно-розыскных мероприятий, а также изъятых по делу предметов, имеющих значение для уголовного дела, и признание их вещественными доказательствами по делу, произведены с соблюдением положений статей 81, 84, 170, 176, 177, 180 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Вышеуказанные доказательства, как нашедшие свое подтверждение, обоснованно использованы в обоснование выводов суда о виновности осужденных.

Показания свидетелей под псевдонимами «ФИО29», «ФИО163», «ФИО60», «ФИО55», «ФИО56», «ФИО52», «ФИО53», «ФИО50», «ФИО12 А.С.», «ФИО54», «ФИО51», «ФИО57», «ФИО61», «ФИО62» получены в предусмотренном УПК РФ порядке. Личные данные указанных свидетелей согласно ч. 3 ст. 11 УПК РФ и в установленном ч. 9 ст. 166 УПК РФ порядке сохранены в тайне.

Показания свидетелей под псевдонимами «ФИО51», «ФИО57», «ФИО61» оглашены в соответствии с п.1 ч.2 ст. 281 УПК РФ в связи со смертью.

Показания других из вышеперечисленных свидетелей оглашены в предусмотренном п.4 ч.2 ст. 281 УПК РФ порядке в силу чрезвычайных обстоятельств, в связи с их убытием на специальную военную операцию, о чем имеются документы.

При этом отмечено, что соблюдены условия исследования показаний свидетелей, предусмотренные ч.2.1 ст. 281 УПК РФ, подсудимые после ознакомления с материалами дела имели возможность оспаривать их, ходатайствовать о проведении очных ставок, следователем в установленном законом порядке были рассмотрены заявленные ходатайства о проведении очных ставок, в удовлетворении мотивированно отказано.

Каких-либо оснований полагать о вынужденной даче показаний свидетелями ФИО64, ФИО65, ФИО32 в ходе предварительного следствия, не имеется, согласно протоколам допросов их показания носили добровольный характер, каких либо замечаний, заявлений и жалоб от них не поступало. Отказ свидетеля ФИО32 от подписи в протоколе зафиксирован следователем согласно акту. Указанные показания свидетелей не относятся к недопустимым доказательствам.

Судом обоснованно изменение показаний свидетелей ФИО64, ФИО65, ФИО32, ФИО76 расценено как способ помочь осужденным избежать ответственности. Также судом при анализе некоторых неточностей в показаниях некоторых свидетелей принято во внимание, что прошел значительный временной промежуток между совершенными преступлениями и судебным разбирательством.

Правильность оглашения судом показаний свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №2, освобожденных по отбытии наказаний, не вызывает сомнений, предпринятыми судом всеми возможными мерами установить их место нахождение не представилось возможным.

Судом были допрошены в качестве свидетелей защиты ФИО146, ФИО147, ФИО78, ФИО61, Свидетель №6, ФИО148, оглашены показания свидетелей Свидетель №7, Свидетель №5, которым дана надлежащая оценка, показания данных свидетелей не свидетельствуют о невиновности осужденных в содеянном. Оглашение показаний свидетеля ФИО149 произведено в порядке ст. 281 УПК РФ.

Изложенным и иным приведенным в приговоре доказательствам дана надлежащая оценка. Судом приведены мотивы, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты доводы осужденных и стороны защиты.

Согласно ст. 88 УПК РФ суд оценил доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела.

Предусмотренных законом оснований для признания исследованных и положенных в основу приговора доказательств недопустимыми не имеется.

Ссылка стороны защиты об оказании следователем незаконного воздействия на свидетелей обвинения, отбывавших с подсудимыми наказание в виде лишения свободы в одном исправительном учреждении, проверялась судом, какими-либо объективными доказательствами не подтверждается.

Суд пришел к обоснованному выводу, что следственные действия были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона; их результаты оформлены в установленном законом порядке, с составлением протоколов.

Доказательства, положенные судом в основу приговора, согласуются друг с другом и подтверждаются иными проверенными судом доказательствами. По делу не имеется оснований считать, что в отношении кого-либо из осужденных имел место оговор.

Приведенные в приговоре исследованные судом доказательства в совокупности, вопреки доводам апелляционных жалоб, подтверждают виновность осужденных в совершенных преступлениях при установленных в приговоре обстоятельствах.

По изложенным выше основаниям и с учетом исследованных доказательств являются несостоятельными доводы апелляционных жалоб осужденных ФИО1, К.А.ЛБ., ФИО3, адвокатов Григорьева В.П., Акимовой С.Г., Зиновьева А.М. о допущенных нарушениях в ходе досудебного производства по уголовному делу, а также в ходе судебного рассмотрения, недопустимости указанных в апелляционных жалобах ряда доказательств, несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ненадлежащей оценки судом исследованных доказательств, использовании при вынесении приговора недопустимых доказательств, необоснованности, немотивированности и противоречивости выводов суда, необоснованном осуждении, невиновности, недоказанности и отсутствии доказательств виновности осужденных в инкриминируемых преступлениях.

Исследованными доказательствами установлено, что на территории ФКУ ИК-№ УФСИН России по Чувашской Республике – Чувашии действовала ячейка запрещенного движения АУЕ, в которую входили осужденные ФИО1, ФИО2, ФИО3, целью которой являлось продвижение идей создания власти криминальных авторитетов в качестве антипода действующей государственной власти, а также применения в жизни установленных ими правил поведения, противоречащих установленных действующим законодательством. Деятельность указанной ячейки отличалась четкой иерархией, строгой дисциплиной, применением мер наказания в случае невыполнения внутренних правил поведения. Для поддержания дисциплины внутри организации и сплочения ее членов все происходило в условиях принятых определенных мер конспирации.

Исследованные доказательства в их совокупности подтверждают активную роль ФИО1 в составе движения АУЕ и совершение им координирующих действий, направленных на организацию противоправной деятельности запрещенной организации, в которую входили ФИО2, ФИО3 При этом авторитет власти ФИО1, как организатора движения АУЕ признавался и поддерживался осужденными.

Также судом установлено, что действия ФИО1 и ФИО2 по незаконной организации и проведению азартных игр с использованием игрового оборудования вне игорной зоны, носили совместный, согласованный характер и дополняли друг друга, охватывались единым умыслом и целью, были направлены на незаконную деятельность, связанную с организацией и проведением азартных игр, где каждый из них выполнял отведенную ему роль, а также на достижение единого преступного результата в виде извлечения незаконного дохода в виде денежных средств, с последующим его распределением, в том числе для обеспечения противоправной деятельности запрещенной организации, каждый принял участие в выполнении объективной стороны преступления, ФИО2 по указанию ФИО1. а также самостоятельно осуществлялись переводы денежных средств, полученных в результате азартной игры, то есть они распоряжались денежными средствами по своему усмотрению, судом сделан обоснованный вывод о наличии в их действиях предварительного сговора на совершение преступления.

Судом установлено, что ФИО2, исполняя отведенную ему роль в преступной группе, по предварительному сговору с ФИО1, оборудовал помещение чайной комнаты занавесками, стол, имевшийся в помещении, скатертью, а в целях соблюдения конспирации создал систему закрытого доступа ограниченного круга лиц в качестве игроков. С целью участия в азартной игре «Покер» игроки-участники заключали основанное на риске соглашение с ФИО2, брав на себя обязательство передать ему в последующем в качестве ставки денежные средства, а достигнув соглашение, занимали места за игральным столом, за которым ФИО2, используя в качестве игральных фишек – спички, и игральные карты проводил игру в «Покер». При этом ФИО2 записывая от игроков сделанные им ставки и полученные выигрыши, а также их долги, осознавал, что выполняет отведенную ему роль в преступной деятельности, направленную на извлечение преступного дохода, который можно получить только в результате совместных и согласованных действий с ФИО1, который выполняя отведенную роль организатора совместно с ФИО2 осуществлял поиск помещения для организации незаконной игорной деятельности, а затем единолично осуществлял общее руководство игорной деятельностью, принимая решение, связанные с планированием и организацией преступной деятельности, с указанием ФИО2 принятия мер конспирации и защиты от правоохранительных органов, в получении от ФИО2 отчетов о незаконно полученных денежных средствах в результате преступной деятельности с дальнейшим их распределением.

В результате преступных действий ФИО1 и ФИО2 в результате преступных действий получен преступный доход в размере 205860 рублей.

Факт незаконных организации и проведения ФИО1 и ФИО2 азартной карточной игры – «Покер» пресечен в результате обнаружения и изъятия у ФИО2 15 октября 2021 года записи о проведении незаконных азартных игр и колоды самодельных игральных карт кустарного производства.

Организация и проведение азартной карточной игры в «Покер» проводилось в условиях строгой конспирации, информация доводилась путем передачи так называемых «записок», «маляв», межкамерной связи, о чем следует из показаний свидетелей и сотрудников исправительного учреждения, в частности, ФИО42, ФИО36 По указанным основаниям, с учетом исследованных доказательств, в том числе показаний свидетелей, материалов оперативно-розыскной деятельности, являются несостоятельными доводы ФИО1 о невозможности в связи с нахождением на строгих условиях отбывания наказания, а также в связи с частым нахождении в штрафном изоляторе, совершения инкриминируемых ему действий, за которые он осужден, и участия в преступной деятельности, в том числе в организации и проведении по предварительному сговору с ФИО2 карточной игры «Покер» на денежные средства, а также являются несостоятельными доводы ФИО2 о том, что он был лишь участником карточной игры, для проведения карточной игры в «Покер» не вступал в сговор с ФИО13.Н.К., а также доводы его апелляционной жалобы о его водворениях в штрафной изолятор и невозможности совершения инкриминируемых ему действий.

Кроме того, доводы ФИО1 о нахождении в штрафном изоляторе или строгих условиях отбывания наказания, в связи с чем указывал невозможным ему вступить в какой-либо сговор с ФИО2 на организацию и проведение карточной игры в «Покер» на денежные средства, не могут быть приняты во внимание, являются несостоятельными, поскольку из имеющихся в деле сведений (т. 8 л.д. 120, т. 9 л.д. 100-104, т. 12 л.д. 109-110) видно, что в инкриминируемый ФИО1 период вступления с ФИО2 в предварительный сговор он не находился в камере штрафного изолятора, в частности, после дней первой декады июля 2021 года до дней первой декады августа 2021 года. Он также не находился в камере штрафного изолятора в ноябре и декабре 2021 года.

Кроме того, вопреки доводам ФИО2 в апелляционной жалобе о его водворениях в штрафной изолятор в период с 19.02.2021 года по 9.12.2022 года и он не мог вступить в предварительный сговор с ФИО1 на проведение азартной игры в «Покер», из имеющихся в деле сведений (т. 2 л.д. 190, т. 9 л.д. 100-104) видно, что в инкриминируемый ФИО2 период вступления с ФИО1 в предварительный сговор ФИО2 не содержался в камере штрафного изолятора, то есть в июле 2021 года и далее до 15 октября 2021 года, когда в ходе обыска у ФИО2 изъяли бумагу с записями по карточной игре «Покер» (так называемую «точковку»), которую он хранил в кармане нижнего белья, после этого ФИО2 был помещен в штрафной изолятор, где в камере № с ним находился ФИО1, откуда был освобожден 21.10.2021 г.

Вопреки доводам осужденных, в описательно-мотивировочной части приговора с учетом исследованных доказательств судом приведено описание преступных деяний, признанных доказанными, каких-либо противоречий в этой части не имеется.

Также по изложенным выше основаниям не могут быть приняты во внимание доводы ФИО3, приведенные в суде апелляционной инстанции, о том, что в связи с наложением на него взыскания согласно справке (т. 1 л.д. 32) и водворением в штрафной изолятор 1 марта 2022 года, откуда по его пояснению он был выпущен 17 марта 2022 года и затем до 8 апреля 2022 года находился в отряде, во время нахождения в штрафном изоляторе он не мог предоставить Свидетель №3 никаких сведений на бумаге, а также по его пояснению неверно отражены сведения о якобы его водворении в ШИЗО с 20 марта 2022 года в справке (т. 9 л.д. 102), и данные обстоятельства не исследовались.

Приведенные ФИО3 доводы, а также содержащиеся в упомянутых ФИО3 справках сведения (т. 1 л.д. 32, т. 9 л.д. 102), с учетом совокупности исследованных доказательств не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления и не свидетельствуют о его непричастности к инкриминируемому ему деянию, за которое он осужден. Из показаний свидетеля Свидетель №3 видно, что он по просьбе обратившегося к нему в январе 2022 года ФИО3 он стал вести тетрадь со сведениями о вновь прибывших осужденных: дата, фамилия, имя, отчество, статьи УК РФ, прозвище, статус. С января 2022 года по апрель 2022 года он по просьбе ФИО3 вел записи в тетради. 25 января 2022 года в послеобеденное время он по просьбе ФИО3 переписал сведения с его маленького листа бумаги на большой тетрадный лист с текстом, узнал о названии этого документа «курсовая», передал ФИО3, затем по просьбе ФИО3 фамилии осужденных внес в так называемую «домовую книгу». ФИО3 ходил в карантин и баню, где общался с прибывшими в ИК-№ осужденными, узнавал их данные, по какой статье осуждены, прозвища, статусы, записывал на листки, а затем передавал ему для внесения данных в «домовую книгу». Всего ФИО3 передал ему около 17 таких листков.

Установлено, что ФИО1 вынужденно прекратил свое участие в деятельности АУЕ - 20.12.2022 г., в связи с переводом в следственный изолятор, ФИО2 – 29.09.2022 г., а ФИО3 – 08.09.2022 г., после их допроса в качестве подозреваемого.

Суд на основании совокупности исследованных доказательств пришел к обоснованному выводу о том, что осужденные знали о наличии вступившего в законную силу судебного решения о ликвидации международного общественного движения «АУЕ» в связи с осуществлением экстремистской деятельности, в состав которой также входили указанные осужденные, но несмотря на это они продолжили активные действия в деятельности указанной запрещенной организации.

Судом проверена вменяемость ФИО3, с учетом заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы№ 1686от17.11.2022 года, не имеется оснований сомневаться в выводе суда о том, что он подлежит уголовной ответственности.

Каких-либо оснований для применения примечания к статье 282.2 Уголовного кодекса РФ и освобождения осужденных от уголовной ответственности не имеется.

В соответствии с п. 22 Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2011 года N 11 под добровольным прекращением участия в деятельности экстремистского сообщества или экстремистской организации в примечании 1 к статье 282.1 и примечании к статье 282.2 Уголовного кодекса РФ понимается прекращение лицом преступной деятельности при осознании им возможности ее продолжения.

Осужденные из указанного объединения не выходили и оставались его участниками, их участие в нём было прекращено после возбуждения уголовного дела 5 июля 2022 года и пресечения их преступной деятельности.

На основании исследованных доказательств судом первой инстанции фактические обстоятельства установлены верно.

Судебная коллегия считает обоснованными выводы суда первой инстанции о виновности осужденных в инкриминируемых им преступлениях.

ФИО1 обоснованно признан виновным в инкриминируемых ему преступлениях по ч. 1 ст. 282.2, ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, ФИО2 обоснованно признан виновным в инкриминируемых ему преступлениях по ч. 2 ст. 282.2, ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, ФИО3 обоснованно признан виновным в инкриминируемом ему преступлении по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено судом в соответствии со ст. ст. 15, 240, 241, 252 УПК РФ, главами 36-38 УПК РФ, с учетом принципов непосредственности судебного разбирательства, состязательности сторон. Судом созданы условия для исполнения сторонами их процессуальных прав и обязанностей.

Заявленные стороной защиты ходатайства, в том числе о назначении экспертиз, о вызове в суд свидетелей защиты, рассмотрены судом в предусмотренном УПК РФ порядке. Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных, ходатайство о допросе свидетеля в соответствии с УПК РФ не может быть заявлено свидетелем, который не является стороной производства по уголовному делу. Вопреки доводам апелляционных жалоб, нарушений принципа состязательности и права на защиту из материалов уголовного дела не установлено. Мотивированный отказ суда в удовлетворении ходатайств не является нарушением указанных принципов. По окончании исследования доказательств стороны не возражали завершить судебное следствие по уголовному делу.

Несостоятельными являются доводы жалоб осужденных и их защитников о том, что суд рассмотрел дело необъективно, с обвинительным уклоном, поскольку в судебном заседании были проверены и оценены в приговоре все представленные доказательства, имеющие значение для установления фактических обстоятельств дела. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о достаточности собранных доказательств для вывода о виновности осужденных в инкриминированных преступлениях. Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией осужденных, защиты, не свидетельствует о допущенных судом нарушениях уголовно-процессуального закона.

Судом не допущено обвинительного уклона, позиция осужденных и стороны защиты нашла отражение в приговоре. Все ходатайства стороны защиты рассмотрены и разрешены в установленном законом порядке, принципы презумпции невиновности, состязательности сторон и обеспечения права на защиту судом не нарушены.

Судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по указанным в апелляционных жалобах основаниям, в частности о допущенных судом существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, о том, что содержание приговора является копией обвинительного заключения по уголовному делу и не соответствует в полной мере предъявляемым уголовно-процессуальным законом требованиям.

Вопреки доводам жалоб, каких-либо оснований считать приговор скопированным с обвинительного заключения не имеется. При составлении приговора существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь его отмену, судом не допущено.

Судом проверялись доводы стороны защиты о нарушении прав подсудимых на защиту, в том числе ввиду отказа в удовлетворении ходатайств о допросе в качестве свидетеля защиты ФИО150, который в инкриминируемый им период убыл из ИК-6, обоснованность принятого судом решения не вызывает сомнений. Стороне защиты, в том числе подсудимые имели возможность допросить заявленных свидетелей.

Какого-либо нарушения права на защиту осужденных в ходе производства по уголовному делу не установлено.

Судом обоснованно не установлено обстоятельств из числа предусмотренных ч. 1 ст. 72 УПК РФ, исключающих участие защитника Григорьева В.П. При этом адвокат Григорьев В.П. при рассмотрении уголовного дела осуществлял активную защиту ФИО1, заявлял различные ходатайства, в судебных прениях указывал о незаконности предъявленного обвинения и просил об оправдании ФИО1 Каких-либо оснований полагать о несоответствии позиций ФИО1 и его защитника Григорьева В.П., о ненадлежащем исполнении адвокатом обязанностей по осуществлению защиты прав и законных интересов подсудимого ФИО1 не установлено.

Фактически содержание доводов апелляционных жалоб о недоказанности и необоснованности осуждения ФИО1, ФИО3, ФИО2 по инкриминируемым им деяниям по существу повторяют аналогичную позицию защиты в суде первой инстанции, сводившейся к оспариванию их виновности в предъявленном обвинении и представленных доказательств, их интерпретации стороной защиты с позиции собственной оценки.

Указанные осужденными и стороной защиты доводы были проверены при рассмотрении дела судом и отвергнуты как несостоятельные после исследования всех юридически значимых обстоятельств с приведением выводов, опровергающих позицию осужденного и стороны защиты.

Доводы апелляционных жалоб по сути направлены на иную оценку доказательств. Оценка доказательств стороной защиты иным образом и её обоснование носят субъективный характер и не вытекают из материалов дела и действующего законодательства.

То обстоятельство, что данная судом оценка исследованным доказательствам не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены приговора.

Иные доводы апелляционных жалоб, а также высказанные в суде апелляционной инстанции доводы стороны защиты, фактически сводятся к переоценке выводов суда первой инстанции, оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

Оснований для оправдания осужденных, а также для прекращения в отношении них уголовного дела не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы повлечь отмену приговора, по уголовному делу не допущено.

Назначенное осужденным в соответствии со ст. ст. 6, 60 Уголовного кодекса РФ наказание соответствует целям уголовного наказания, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ по каждому эпизоду признано наличие малолетних детей.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, по каждому эпизоду признаны: согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явка с повинной, согласно ч.2 ст. 61 УК РФ пенсионный возраст матери, состояние её здоровья.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО3, признаны: согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – явка с повинной, согласно ч.2 ст. 61 УК РФ - состояние его здоровья.

Вопреки доводам жалоб ФИО2, ФИО3, адвокатов Акимовой С.Г. и Зиновьева А.М. о недопустимости в качестве доказательств явок с повинной, оформленных с участием ФИО2, ФИО3 якобы под воздействием (принуждением) сотрудников правоохранительных органов, в отсутствие адвокатов, не подтвержденных ими в суде, явки с повинной судом обоснованно признаны в качестве смягчающих наказание обстоятельств, для целей, предусмотренных статьей 61 УК РФ, в качестве доказательств виновности не учитывались в приговоре.

Обстоятельством, отягчающим наказание осужденным, в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, судом признан рецидив преступлений, вид которого судом определен согласно п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ как опасный рецидив.

Согласно п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ судимость погашается в отношении лиц, осужденных к лишению свободы за тяжкие преступления, по истечении восьми лет после отбытия наказания.

Исходя из положений ч. 1 и ч. 6 ст. 86 УК РФ, разъяснений в п. 1 постановления Пленума Верховного суда РФ от 07.06.2022 г. № 14, наличие у лица непогашенной и не снятой в установленном порядке судимости определяется на момент совершения нового преступления.

Судимость у ФИО3 по приговору Измайловского районного суда г. Москвы от 11.11.2014 г., по которому наказание отбыто 13 июня 2017 года, на момент совершения ФИО3 преступления по данному уголовному делу не являлась погашенной, обоснованно учтена судом первой инстанции при вынесении проверяемого приговора.

Судом приведены мотивы назначения осужденным, ранее судимым, наказания в виде лишения свободы. Оснований для применения ст.64, ч.3 ст.68 УК РФ не установлено.

Кроме того, судом обоснованно назначены по первому эпизоду ФИО1 дополнительные виды наказаний в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, а также ограничение свободы, а ФИО2 - дополнительное наказание в виде ограничения свободы. Учитывая, что ФИО3 является лицом без гражданства, исходя из ч. 6 ст. 53 УК РФ ему не назначено ограничение свободы.

Окончательное наказание ФИО1 назначено с применением правил ч.ч. 3, 4 ст. 69, ст. 70 УК РФ. Окончательное наказание ФИО2 назначено с применением правил ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ.

В связи с отбытием ФИО2 и ФИО3 наказаний по предыдущим приговорам положения ст. 70 УК РФ к ним не применялись.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания осужденным определен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Принятое решение о взыскании с ФИО1 и ФИО2 в солидарном порядке в доход государства в счет конфискации полученных в результате преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 171.2 УК РФ денежных средств в размере 205860 рублей основано на положениях п. «а» ч. 1 ст. 104.1, ч. 1 ст. 104.2 УК РФ.

Вместе с тем, судом первой инстанции при вынесении приговора было допущено неправильное применение уголовного закона.

В соответствии с п. 3 ст. 389.15 УПК РФ неправильное применение закона является основанием для изменения приговора в апелляционном порядке.

По данному уголовному делу такие основания для изменения приговора в апелляционном порядке установлены.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяется уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

На период совершения преступных деяний инкриминируемая ФИО1 ч. 1 ст. 282.2 УК РФ действовала в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ, инкриминируемая ФИО2 и ФИО3 ч. 2 ст. 282.2 УК РФ действовала в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ.

Новая редакция статьи 282.2 УК РФ не улучшает положение осужденных.

Согласно описательно-мотивировочной части приговора действия ФИО1 по эпизоду организации деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, судом ошибочно квалифицированы по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 25.07.2002 г. № 112-ФЗ), а действия ФИО2 и ФИО3 по эпизоду участия в деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, судом ошибочно квалифицированы по ч. 2 ст. 282 УК РФ (в редакции Федерального закона от 25.07.2002 г. № 112-ФЗ), что не соответствует предъявленному им обвинению по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ по данному эпизоду, то есть указана не та статья УК РФ, по которой ФИО2 и ФИО3 было предъявлено обвинение. Указание судом в приговоре при квалификации вышеизложенных деяний по вышеуказанным статьям УК РФ в редакции Федерального закона от 25.07.2002 г. № 112-ФЗ основано на ошибочном применении судом норм уголовного закона.

Вышеуказанные допущенные судом ошибки при квалификации свидетельствуют о неправильном применении судом уголовного закона.

В апелляционном представлении обоснованно приведено о неправильном применении судом уголовного закона, необходимости квалификации вышеуказанных действий осужденных по соответствующей статье УК РФ в действовавшей редакции.

В суде апелляционной инстанции прокурор просил квалифицировать вышеуказанные действия осужденных в соответствии с действовавшей на момент совершения преступных действий редакцией статьи 282.2 УК РФ.

Судебная коллегия приходит к выводу о необходимости квалификации действий ФИО1 по эпизоду организации деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, - по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ), и его следует считать осужденным по данному эпизоду по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ).

Также судебная коллегия приходит к выводу о необходимости квалификации действий ФИО2 и ФИО3 по эпизоду участия в деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, - по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ), ФИО2 следует считать осужденным по данному эпизоду по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ), ФИО3 следует считать осужденным по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ).

В описательно-мотивировочной части приговора при назначении ФИО1, ФИО5 наказания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание по обоим преступлениям, суд обоснованно учел рецидив преступлений, однако по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, неверно определил вид рецидива, указав, что по обоим эпизодам он является опасным.

Между тем по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, относящемуся к категории преступлений средней тяжести, рецидив в соответствии с положениями ст. 18 УК РФ не является опасным, поскольку критерии опасного рецидива не применяются при совершении лицом преступления средней тяжести.

Неверное определение при назначении наказания вида рецидива свидетельствует о неправильном применении судом уголовного закона, является основанием для изменения приговора, что улучшает положение осужденных ФИО1, ФИО5 и влечет смягчение назначенного им наказания за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, а также обоим осужденным по совокупности преступлений по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ, а также ФИО1 по совокупности приговоров по правилам ст. 70 УК РФ.

При назначении осужденному ФИО1 наказания по правилам ст. 70 УК РФ судом первой инстанции допущено неправильное применение уголовного закона, в апелляционном представлении приведено данное основание для изменения приговора.

Суд при назначении окончательного наказания ФИО1 по совокупности приговоров не в полной мере учел правила ст. 70 УК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 70 УК РФ окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору.

По состоянию на 15 августа 2025 года (дата вынесения приговора) у ФИО1 по предыдущему приговору Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 марта 2017 года неотбытая часть наказания составляет в виде 3 лет 8 месяцев 12 дней лишения свободы и дополнительное наказание ограничение свободы 2 года.

Проверяемым приговором ФИО1 по правилам ст. 70 УК РФ было назначено окончательное наказание по совокупности приговоров путем частичного присоединения к наказанию, назначенному на основании ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, неотбытой части наказания по приговору Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 марта 2017 года.

Между тем размер дополнительного наказания в виде ограничения свободы в окончательном наказании, назначенном ФИО1 по правилам ст. 70 УК РФ, составил тот же срок 2 года, размер которого является неотбытым дополнительным наказанием наряду с основным неотбытым наказанием по приговору Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 марта 2017 года.

При этом при определении ФИО1 наказания по правилам ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ размер дополнительного наказания в виде ограничения свободы судом был определен на срок 1 год 6 месяцев.

Таким образом, при назначении ФИО1 окончательного наказания по правилам ст. 70 УК РФ судом допущено неправильное применение уголовного закона.

В апелляционном представлении, обратив внимание на данное обстоятельство, ставится вопрос о назначении ФИО1 окончательного наказания по правилам ст. 70 УК РФ, в том числе определении размера дополнительного наказания в виде ограничения свободы на больший срок (3 года), согласно требованиям ст. 70 УК РФ.

Судебная коллегия в этой части также считает приговор подлежащим изменению.

В остальной части приговор подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 15 августа 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 изменить:

Действия ФИО1 по эпизоду организации деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, квалифицировать по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ) и считать ФИО1 осужденным по данному эпизоду по ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ).

Действия ФИО2 и ФИО3 по эпизоду участия в деятельности иной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, за исключением организаций, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации признаны террористическими, квалифицировать по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ) и считать ФИО2 и ФИО3 осужденными по данному эпизоду по ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ).

В описательно-мотивировочной части признать наличие у ФИО1 и ФИО2 по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, рецидива преступлений вместо опасного рецидива.

Смягчить назначенное по ч. 2 ст. 171.2 УК РФ наказание:

ФИО1 - до 2 лет 10 месяцев лишения свободы,

ФИО2 - до 2 лет 10 месяцев лишения свободы.

На основании ч.ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ), ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 10 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с участием в работе и руководстве общественными организациями и объединениями, на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО1 ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложить на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 марта 2017 года назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с участием в работе и руководстве общественными организациями и объединениями, на срок 3 года, с ограничением свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО1 ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложить на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

На основании ч.ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 282.2 УК РФ (в редакции Федерального закона от 06.07.2016 г. № 375-ФЗ), ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 8 месяцев.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установить ФИО2 ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования и не изменять место жительства или пребывания, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и возложить на него обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и в дни, установленные указанным специализированным государственным органом.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, адвокатов Григорьева В.П., Акимовой С.Г., Зиновьева А.М. – без удовлетворения.

Приговор, апелляционное определение могут быть обжалованы в установленном главой 47.1 УПК РФ кассационном порядке через суд первой инстанции в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными - в указанный срок со дня вручения им копии вступившего в законную силу судебного решения. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи