Решение № 2-674/2021 2-674/2021~М-355/2021 М-355/2021 от 1 июня 2021 г. по делу № 2-674/2021

Дело №2-674/2021

64RS0048-01-2021-000912-89


Решение

Именем Российской Федерации

02 июня 2021 года

г. Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Анненковой Ж.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Труфановой Е.М.,

с участием истца ФИО1 .

представителя ответчика Государственного учреждения Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском, Октябрьском, Фрунзенском районах г. Саратова – по доверенности ФИО2,

представителя третьего лица Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Саратовской области – по доверенности ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г.Саратова о признании факта правоустанавливающего документа, обязании включить периоды в стаж, возложении обязанности произвести перерасчет пенсии, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился во Фрунзенский районный суд г. Саратова с исковым заявлением к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова о признании факта правоустанавливающего документа, обязании включить периоды в стаж, возложении обязанности произвести перерасчет пенсии, взыскании судебных расходов.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 в порядке ст.39 ГПК РФ уточнил исковые требования и, уменьшив их, не поддержал и просил суд не рассматривать требования пунктов 4, 9, 10 просительной части искового заявления, окончательно поддержав исковые требования в следующем объеме:

- признать факт правоустанавливающих документов: справку прокуратуры Саратовской области от 22.12.1989 года №№, выданную в адрес Саратовского учебного авиационного центра имени Ю.А. Гагарина о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела и его реабилитации, признать факт правоустанавливающего документа справку Исправительно-трудовой колонии № № от 06.05.1989 года о периоде отбывания срока в местах лишения свободы;

- обязать ответчика согласно правоустанавливающих документов - справке прокуратуры Саратовской области от 22.12.1989 года №№№ о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела и его реабилитации, справке Исправительно-трудовой колонии № № о периоде отбывания срока в местах лишения свободы с 24.07.1986 года по 06.05.1989 года, Приказа № 14-ЛC от 22.02.1990 года о восстановлении в должности врача-терапевта с 23.01.1990 года, зачислить в трудовой (страховой) стаж ФИО1 период незаконного содержания под стражей и отстранения от должности в размере 1 день за 3 дня работы с 24.07.1986 года по 22.01.1990 года в должности врача терапевта СУАЦ;

- обязать ответчика произвести расчет размера трудовой страховой пенсии с учетом периода незаконного содержания под стражей и отстранения от должности в тройном размере; указать, в соответствии, с каким законодательным актом данный период включен в страховой стаж; в соответствии с какой правовой нормой произведены исчисления продолжительности данного периода; в каком размере (из расчета полных лет, полных месяцев и дней) данный период включен в его страховой стаж;

- обязать ответчика зачесть в трудовой страховой стаж истца период его трудовой деятельности в качестве инженера АОЗТ «ВЕХИ ЛТД» с 05.03.1992 года по 01.06.1998 года;

- обязать ответчика зачесть в трудовой страховой стаж истца период его трудовой деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с 27.07.2002 года по 31.12.2017 года;

- обязать ответчика выполнить расчет размера пенсии с применением норм Федерального закона от 17.12.2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», «регулирующих исчисления размера трудовых пенсий и подлежащих применению» с момента наступления права получения пенсии с 08.04.2018 года;

- обязать ответчика предоставить в письменном виде подробный расчет пенсии - с указанием продолжительности периодов, с указанием кода, вида трудовой или иной деятельности, учетом всех индексаций и увеличения пенсии в соответствии с законом, а также расчет среднего заработка, коэффициента среднемесячной заработной платы, стажевого коэффициента, с указанием индексирования базовой и страховой части пенсии, с учетом валоризации, а также коэффициенты индексации пенсии вплоть до 2021. Подробно расписать, каким образом выполнены арифметические действия при расчете суммарной продолжительности всех периодов, учтенных в трудовом страховом стаже, в том числе и календарном порядке исчисления. Отдельно пояснить основание и порядок учета периодов трудовой и иной деятельности, в соответствии с какими законодательными актами указанные в трудовой книжке периоды учтены (если нет, то на основании каких норм пенсионного права и в соответствии с каким положением закона);

- взыскать с ответчика сумму государственной пошлины, уплаченной за подачу искового заявления.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО1 указывал, что по достижению пенсионного возраста он обратился в Управление Пенсионного фонда РФ в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова с заявлением о назначении ему пенсии по старости с учетом зачисления в льготном исчислении периодов содержания под стражей и отстранения от должности в связи с последующей его реабилитацией. По поводу незаконного отказа в льготном расчете пенсии ФИО1 обращался с многочисленными жалобами в пенсионный орган, в том числе в вышестоящий орган - Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Саратовской области, однако спорные периоды содержания под стражей и отстранения от должности в стаж истца зачтены не были, отказы мотивированы тем, что истцом не были представлены подлинные документы (справка об освобождении, о реабилитации), не представлены справка исправительного учреждения, подтверждающая спорный период, документ о необоснованном привлечении к уголовной ответственности, выданный в установленном порядке (постановление прокуратуры, органа внутренних дел о необоснованном привлечении к уголовной ответственности). Также пенсионный орган указывал, что представленные истцом документы не подтверждают его реабилитацию. В связи с незаконными отказами истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями, полагая, что в соответствии с нормами пенсионного законодательства период незаконного содержания под стражей (с 24.07.1986 года по 06.05.1989 года) вместе с периодом незаконного отстранения от должности (с 07.05.1989 по 23.01.1990 года) подлежит включению в его трудовой (страховой) стаж в льготном исчислении в тройном размере. Кроме того истец не согласен с отказом пенсионного органа включить в трудовой стаж период его работы в АОЗТ «ВЕХИ ЛТД» с 05.03.1992 года по 01.06.1998 года. Полагает, что отказ не может быть обусловлен тем обстоятельством, как указал пенсионный орган, что в спорные периоды организация «не осуществляла финансово-хозяйственную деятельность, заработная плата не начислялась, следовательно, трудовая деятельность носила формальный характер». Истец полагает, что при расчете страхового стажа периоды работы подтверждаются записями в трудовой книжке и отчислениями страховых взносов. Предоставление организацией «нулевой отчетности» или ее непредставление не опровергает факт осуществления трудовой деятельности истцом и получения заработной платы. Также полагает, что ответчиком необоснованно отказано зачесть в трудовой страховой стаж истца период его трудовой деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с 27.07.2002 года по 31.12.2017 года, поскольку страховые взносы обязательного пенсионного и медицинского страхования им уплачены своевременно и в полном объеме.

От ответчика, полагающего исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме, поступили письменные возражения и дополнения к ним. Ссылаясь на п.31 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий № 1015 от 02.10.2014 года, положения ст.114 УК РФ, ответчик указывает, что период с 25.07.1986 года по 22.01.1990 года не был зачтен в общий трудовой и страховой стаж истца, в связи с отсутствием документов, подтверждающих период отбывания наказания в местах лишения свободы и документа о необоснованном привлечении к уголовной ответственности. При обращении в пенсионный орган ФИО1 не были представлены документы учреждения, исполняющего наказания, о периоде отбывания наказания в местах лишения свободы, в ссылке, содержания под стражей и документ о необоснованном привлечении к уголовной ответственности, выданный в установленном порядке (оправдательный приговор суда, постановление прокуратуры, органа внутренних дел о необоснованном привлечении к уголовной ответственности). Не были получены необходимые документы и по запросам пенсионного органа в Прокуратуру Саратовской области, в УФСИН по Саратовской области, так как уничтожены за истечением сроков их хранения. В дополнительных возражениях ответчик также указывает, что период, в течение которого лица, необоснованно привлеченные к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированные, были временно отстранены от должности (работы) в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, подтверждается постановлением суда о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности и документом о необоснованном привлечении к уголовной ответственности, выданным в установленном порядке. Из указанного следует, что временное отстранение от должности предусмотрено в отношении подозреваемого или обвиняемого. Поскольку согласно записи № 7 в трудовой книжке ФИО1, справке Саратовского учебного авиационного центра им. Ю.А. Гагарина, истец не отстранен от должности, а уволен 24.07.1986 года (приказ № 5-JIC от 20.01.1999) в связи с вступлением в законную силу приговора суда, ответчик полагает, что период с 24.07.1986 по 22.01.1990 не является периодом временного отстранения от должности по смыслу УПК РФ. Требования истца о включении в стаж периода работы с 05.03.1992 года по 01.06.1998 года в АОЗТ «Вехи ЛТД» ответчик считает необоснованными, поскольку периоды с 01.04.1992 по 30.06.1992, с 01.10.1992 по 31.10.1992 не учтены в общий трудовой и страховой стаж ФИО1, так как было установлено, что в указанное время финансово-хозяйственная деятельность АОЗТ «Вехи ЛТД» не велась, начисление и уплата страховых взносов не производились, с 01.10.1995 по 01.06.1998 отчетность в ПФР страхователем не представлялась, следовательно трудовые отношения носили формальный характер. Относительно включения периодов с 05.03.1992 по 31.03.1992, с 01.07.1992 по 30.09.1992, с 01.11.1992 по 30.09.1995 ответчик возражает, поскольку они учтены истцу в общий трудовой и страховой стаж в бесспорном порядке. Требования истца о перерасчете размера страховой пенсии по старости с 08.04.2018 года ответчик полагает незаконными и необоснованными. Также полагает не подлежащим удовлетворению требование истца о возложении на УПФР обязанности предоставить подробный расчет размера пенсии с указанием продолжительности периодов, кода, вида трудовой и иной деятельности, с учетом всех индексаций, поскольку судебная защита предоставляется для восстановления именно нарушенного права. ФИО1 в пенсионный орган с подобным заявлением не обращался, в связи с чем отсутствует нарушение его прав. В связи с изложенным, исковые требования ответчик полагает не подлежащими удовлетворению в полном объеме.

От третьего лица Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Саратовской области в материалы дела поступили письменные возражения относительно заявленных исковых требований. Полагают не подлежащим удовлетворению требование о признании факта правоустанавливающих документов, поскольку согласно ч.2 ст.264 ГПК РФ, суд устанавливает факт принадлежности правоустанавливающего документа конкретному гражданину, а не факт того, что документ является правоустанавливающим, подтверждающим реабилитацию. Иные заявленные требования также считает незаконными и необоснованными по основаниям, аналогичным указанным ответчиком.

В судебном заседании ФИО1 поддержал заявленные исковые требования в полном объеме, за исключением пунктов 4, 9, 10 просительной части искового заявления, которые просил суд по существу не рассматривать. Также поддержал доводы своих письменных отзывов на возражения ответчика, дав аналогичные пояснения суду.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признала, дала пояснения, аналогичные изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Саратовской области – по доверенности ФИО3 также просила отказать в удовлетворении иска в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Согласно ч.3 ст.196 ГПК РФ суд рассматривает гражданское дело в пределах заявленных исковых требований с учетом их уточнений истцом в судебном заседании.

Заслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст.39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца для воспитания детей и в иных случаях, установленных Законом. Закрепляя в законе правовые основания назначения государственных пенсий, как того требует ч. 2 ст. 39 Конституции РФ, законодатель определяет порядок исчисления трудовых пенсий.

В силу ст.45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека гражданина в РФ гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), и в качестве гарантии его реализации устанавливает обязанность государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

Конституционным гарантиям права на возмещение вреда, причиненного незаконным или необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 5 статьи 5, статья 3 Протокола №7 к данной Конвенции) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт "a" пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9 и пункт 6 статьи 14), провозглашающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или судебной ошибки, на компенсацию и обязанность государства обеспечить эффективные средства правовой защиты нарушенных прав.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации и международно-правовых актов, основанных на принципах правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости, следует, что государство, обеспечивая лицам, пострадавшим от незаконного и (или) необоснованного привлечения к уголовной ответственности на любой стадии уголовного судопроизводства, эффективное восстановление в правах, обязано гарантировать им и возмещение причиненного вреда. Соответственно, конкретизация конституционно-правового принципа ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, по смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 2 марта 2010 года N 5-П, предполагает создание специальных публично-правовых механизмов, обеспечивающих восстановление нарушенных прав граждан, необоснованно подвергнутых от имени государства уголовному преследованию, в полном объеме.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Как установлено в суде и следует из материалов дела, в частности из трудовой книжки истца и справки Профессионального образовательного учреждения Саратовский аэроклуб ДОСААФ имени Ю.А. Гагарина (ранее до преобразования – «Саратовский учебный авиационный центр ДОСААФ») истец ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 09.04.1984 года работал в Саратовском учебном авиационном центре им. Ю.А. Гагарина в должности врача на основании приказа №№ от 09.04.1984 года (л.д.49, 55).

24.07.1986 года ФИО1 был уволен с указанной должности в связи со вступлением в законную силу приговора суда по ст.29 п. 7 КЗоТ РСФСР (приказ №5-ЛС от 20.01.1989 года) (запись №7 в трудовой книжке – л.д.49).

23.01.1990 года ФИО1 восстановлен в должности врача-терапевта. Согласно записи в трудовой книжке указано: «запись №7 считать недействительной» (приказ №14-ЛС от 22.02.1990 года – л.д.49).

Вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г.Саратова от 23.05.2017 года по гражданскому делу №2-2441/2017 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по Саратовской области (третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратура Саратовской области, ГУ МВД России по Саратовской области), о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием (л.д.18-22).

В ходе рассмотрения указанного дела судом установлено, что приговором Волжского районного народного суда г. Саратова от 30.08.1988 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.2 ст.146 УК РСФСР, и ему назначено наказание в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии усиленного режима с конфискацией имущества, срок отбывания наказания постановлено исчислять с 24.07.1986 года, то есть с момента задержания в порядке ст. 122 УПК РСФСР.

Постановлением Президиума Саратовского областного суда от 10.04.1989 года приговор Волжского районного народного суда г. Саратова от 30.08.1988 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 13.10.1988 года в отношении ФИО1, ФИО4 и ФИО5 отменено и дело передано на новое рассмотрение.

Постановлением старшего следователя следственного отдела УВД Саратовского горисполкома майором милиции ФИО6 от 26.05.1989 года уголовное дело против ФИО1, ФИО4 и ФИО5 прекращено за недоказанностью обвиняемых в совершении преступления (л.д.18-22).

Согласно справке, выданной МВД СССР №№ (оригинал которой обозревался в судебном заседании), ФИО1 отбывал наказание в местах лишения свободы с 24.07.1986 года по 06.05.1989 года (л.д. 54).

Письмом Управления внутренних дел Исполнительного комитета Саратовского городского совета народных депутатов №№ (оригинал которого обозревался в судебном заседании) ФИО1 был уведомлен, что уголовное преследование против него «прекращено по ст.208 п.2 УПК РСФСР за недоказанностью вины в совершении преступления в отношении гр-ки ФИО7» (л.д.53).

22.12.1989 года исх.№№ за подписью Первого заместителя прокурора Саратовской области Горшкова А.Д. (оригинал которого обозревался в судебном заседании) в адрес начальника Саратовского учебного авиационного центра им. Ю.А. Гагарина было сообщено об отмене Постановлением Президиума Саратовского областного суда от 10.04.1989 года приговора Волжского районного народного суда г. Саратова от 30.08.1988 года и определения судебной коллегии по уголовным делам Саратовского областного суда от 13.10.1988 года в отношении ФИО1 Указано, что 15.09.1989 года уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО4 и ФИО5 прекращено за недоказанностью их участия в совершении преступления. Кроме того, указанным письмом прокуратуры Саратовской области сообщено, что «указанные основания прекращения уголовного дела являются реабилитирующими». В связи с тем, что ФИО1 ранее работал в Саратовском учебном авиационном центре им. Ю.А. Гагарина содержалась просьба об изложенном довести до коллектива организации (л.д.52).

Обращаясь с исковыми требованиями о включении в трудовой (страховой) стаж в льготном исчислении в тройном размере периода незаконного содержания под стражей (с 24.07.1986 года по 06.05.1989 года) вместе с периодом незаконного отстранения от должности (в общей сложности с 24.07.1986 по 23.01.1990 года), ФИО1 оспаривал незаконный, по его мнению, отказ пенсионного органа, полагая, что представленные им документы подтверждают факт его незаконного содержания под стражей, осуждения, увольнения и последующей реабилитации.

С 01.01.2015 года страховые пенсии в Российской Федерации назначаются в соответствии Федеральным законом от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - ФЗ №400). В соответствии с частью 3 статьи 36 ФЗ №400 продолжают применяться нормы Федеральным законом от 17.12.2001 года № 173-Ф3 «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (далее - ФЗ №173), регулирующие исчисление размера трудовых пенсий и подлежат их применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с новым ФЗ №400 в части, ему не противоречащей.

Понятие страхового стажа, периоды, которые подлежат включению в страховой стаж, и порядок подсчета этого стажа были определены в пункте 2 статьи 3, статьи 11-14 ФЗ № 400 (ранее в статьях 2 и 10 — 13 ФЗ №173).

Согласно части 2 статьи 3 ФЗ №400 страховой стаж - учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 12 ФЗ №400 в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитывается период содержания под стражей лиц, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности, необоснованно репрессированных и впоследствии реабилитированных, и период отбывания наказания этими лицами в местах лишения свободы и ссылке.

В соответствии с п. 31 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий № 1015 от 02.10.2014, период содержания под стражей лиц, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности, и период отбывания наказания этими лицами в местах лишения свободы и в ссылке подтверждаются документами учреждения, исполняющего наказания, о периоде отбывания наказания в местах лишения свободы, в ссылке, содержания под стражей и документом о необоснованном привлечении к уголовной ответственности, выданными в установленном порядке.

В соответствии с «Правилами обращения за страховой пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, накопительной пенсией, в том числе работодателей, и пенсией по государственному пенсионному обеспечению, их назначения, установления, перерасчета, корректировки их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, проведения проверок документов, необходимых для их установления, перевода с одного вида пенсии на другой в соответствии с федеральными законами «О страховых пенсиях», «О накопительной пенсии» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», утв. Приказом Минтруда России от 17.11.2014 №884н (далее по тексту - Правила обращения за страховой пенсией) граждане обращаются за назначением пенсии, перерасчетом ее размера, переводом с одной пенсии на другую (далее - установление пенсии) путем подачи заявления о назначении пенсии, заявления о перерасчете размера пенсии, заявления о переводе с одной пенсии на другую в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации.

Согласно п.22 Правил при рассмотрении документов, представленных для установления пенсии, территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации:

- дает оценку содержащимся в документах сведениям, их соответствия данным индивидуального (персонифицированного) учета, а также правильности оформления документов;

- запрашивает документы (сведения), находящиеся в распоряжении иных государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, в случае если такие документы не представлены заявителем по собственной инициативе.

Решения и распоряжения об установлении пенсии или об отказе в установлении пенсии принимаются территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации на основе всестороннего, полного и объективного рассмотрения всех документов, имеющихся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации (п.23 Правил).

Факт и дата приема заявления о назначении пенсии и необходимых для ее назначения документов от заявителя подтверждается уведомлением о приеме и регистрации заявления о назначении пенсии и документов, необходимых для ее назначения (далее - уведомление о приеме и регистрации заявления о назначении пенсии), выдаваемым территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации заявителю (п. 30 Правил).

В соответствии с п. 31 Правил в том случае, когда к заявлению о назначении пенсии приложены не все документы, необходимые для ее назначения, обязанность по представлению которых возложена на заявителя, заявитель вправе представить на основании разъяснения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации недостающие документы.

Если такие документы будут представлены не позднее чем через три месяца со дня получения соответствующего разъяснения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации, днем обращения за пенсией считается день, указанный в пунктах 25 - 28 настоящих Правил.

Днем получения заявителем соответствующего разъяснения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации считается: день выдачи уведомления о приеме и регистрации заявления о назначении пенсии заявителю непосредственно при приеме заявления.

Из материалов пенсионного дела следует, что 08.04.2018 года ФИО1 обратился УПФР в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова с заявлением о назначении пенсии по старости. Для подтверждения страхового стажа истцом были представлены документы: паспорт гражданина РФ, справка о заработной плате, справка работодателя о периодах работы, заявление, СНИЛС, трудовая книжка образца.

О необходимости подтверждения страхового стажа истец был уведомлен 04.04.2018 года. В уведомлении указан перечень документов, которые необходимо предоставить дополнительно для назначения пенсии, в том числе справка о заработной плате, справка работодателя о периодах работы, справка архивного учреждения. В уведомлении указан срок не позднее 24.10.2017 года.

13.04.2018 года ФИО1 был уведомлен о необходимости предоставления дополнительных документов: документа о необоснованном привлечении к уголовной ответственности в срок до 13.07.2018 года.

17.04.2018 года ФИО1 был уведомлен о необходимости предоставления документа о периоде содержания под стражей в срок до 17.07.2018 года.

Кроме того, пенсионным органом были направлены запросы в Прокуратуру Саратовской области, в УФСИН по Саратовской области.

Согласно ответу прокуратуры области от 11.05.2018 года документом о необоснованном привлечении к уголовной ответственности ФИО1 прокуратура не располагает, в связи с уничтожением соответствующего надзорного производства за истечением срока хранения. Согласно информации ИЦ ГУ МВД России по Саратовской области, сведений об осуждении, привлечении к уголовной ответственности (в том числе в 1989 году прокуратурой г. Саратова) ФИО1 не имеется (л.д.113).

В соответствии со справкой ФКУ ИК 13 УФСИН России по Саратовской области от 15.05.2018 года осужденный ФИО1 прибыл в ИТК-13 г. Энгельса Саратовской области – 25.10.1988 года, освобожден – 06.05.1989 года по постановлению Президиума Саратовского областного суда от 10.04.1989 года (л.д.114).

В связи с отсутствием документов, подтверждающих период отбывания наказания в местах лишения свободы, и документа о необоснованном привлечении к уголовной ответственности период с 25.07.1986 по 22.01.1990 не зачтен пенсионным органом в общий трудовой и страховой стаж ФИО1

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований в части включения указанного периода в трудовой и страховой стаж ФИО1, ответчик, анализируя положения ст. 114 УПК РФ, указывал, что временное отстранение от должности является мерой временной процессуального принуждения и действует в период предварительного расследования и судебного разбирательства на основании соответствующего постановления судьи временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности. В соответствии с п. 36(1) Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий № 1015 от 02.10.2014 период, в течение которого лица, необоснованно привлеченные к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированные, были временно отстранены от должности (работы) в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, подтверждается постановлением суда о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности и документом о необоснованном привлечении к уголовной ответственности, выданным в установленном порядке.

Таким образом, ответчик полагает, что период с 24.07.1986 по 22.01.1990 не является периодом временного отстранения от должности, поскольку приказом № 5-JIC от 20.01.1999 года ФИО1 был уволен, а не отстранен от должности.

Вместе с тем, суд не может согласиться с доводами пенсионного органа в части отказа во включении в страховой стаж истца периода незаконного содержания под стражей с 24.07.1986 по 06.05.1989 года и периода отстранения от должности (работы) с 07.05.1989 по 22.01.1990 года по следующим основаниям.

Уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (часть 1 статьи 6 УПК РФ). Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6 УПК РФ).

Исходя из этого в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации устанавливается порядок и условия возмещения вреда, причиненного лицу в уголовном судопроизводстве, а также основания возникновения права на реабилитацию, под которой понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Согласно части 1 статьи 133 УПК Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя не только право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда, но и восстановление в жилищных, трудовых, пенсионных и иных правах, а вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Вместе с тем, определив в его главе 18 основания возникновения и содержание права на реабилитацию, а также порядок возмещения имущественного и морального вреда реабилитированным, федеральный законодатель не предусмотрел ни в данном Кодексе, ни в каком-либо ином федеральном законе механизм, гарантирующий восстановление пенсионных прав лиц, незаконно и (или) необоснованно подвергшихся уголовному преследованию.

До настоящего времени право на возмещение вреда, причиненного гражданину в результате уголовного преследования, реализуется в порядке, установленном Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18.05.1981 года «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», который сохраняет юридическую силу и может применяться лишь во взаимосвязи с соответствующими положениями УПК Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2005 года N 242-О).

В соответствии с пунктом 6 утвержденного данным Указом Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, время содержания под стражей, время отбывания наказания, а также время, в течение которого гражданин не работал в связи с отстранением от должности, засчитывается как в общий трудовой стаж, так и в стаж работы по специальности; при этом трудовой стаж, исчисленный с зачетом указанных периодов, учитывается в том числе при назначении пенсий и пособий по государственному социальному страхованию.

Названная норма согласуется с пенсионным законодательством, действовавшим до 01.01.2002 года. Так, согласно Закону Российской Федерации от 20.11.1990 года N 340-1 "О государственных пенсиях в Российской Федерации" (утратил силу с 1 января 2002 года) с учетом общего трудового стажа как суммарной продолжительности трудовой и иной общественно полезной деятельности устанавливались пенсии по старости, а в соответствующих случаях - пенсии по инвалидности и пенсии по случаю потери кормильца, а продолжительность общего трудового стажа обусловливала право на пенсию и в определенной мере влияла на ее размер. Кроме того, предусмотренная статьей 94 того же Закона возможность зачета лицам, необоснованно привлеченным к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированным, времени содержания под стражей и пребывания в местах заключения и ссылке в общий трудовой стаж в тройном размере позволяла данной категории граждан приобретать необходимый для назначения пенсии общий трудовой стаж в более короткие сроки. Тем самым посредством предусмотренного приведенными нормативными положениями в целях пенсионного обеспечения порядка учета периодов содержания под стражей, отбывания наказания и периодов, в течение которых гражданин не работал в связи с отстранением от должности, обеспечивалось восстановление пенсионных прав реабилитированных лиц.

После вступления в силу Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (1 января 2002 года), в основу которого была положена концепция страховой природы пенсионного обеспечения, общий трудовой стаж стал использоваться в механизме обязательного пенсионного страхования для определения расчетного размера трудовой пенсии при оценке пенсионных прав граждан, приобретенных ими по состоянию на 1 января 2002 года. При этом приобретение права на трудовую пенсию по старости, назначаемую на общих основаниях, федеральный законодатель связал с достижением общеустановленного пенсионного возраста и наличием не общего трудового, а страхового (не менее пяти лет) стажа. Размер трудовой пенсии по старости фактически стал зависеть от суммы страховых взносов и иных поступлений в Пенсионный фонд Российской Федерации за застрахованное лицо, а продолжительность страхового стажа до 1 января 2015 года - даты вступления в силу Федерального закона "О страховых пенсиях" не оказывала влияния на размер пенсии (в настоящее время страховой стаж в системе обязательного пенсионного страхования учитывается при определении как права на страховую пенсию, так и ее размера).

Согласно ныне действующему правовому регулированию (после вступления в силу Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" – с 01.01.2002 года) в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, в течение которых уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", часть 1 статьи 11 Федерального закона "О страховых пенсиях"), и наравне с ними в страховой стаж засчитываются иные (нестраховые) периоды, в том числе период содержания под стражей лиц, необоснованно привлеченных к уголовной ответственности и впоследствии реабилитированных, и период отбывания наказания этими лицами в местах лишения свободы и ссылке (подпункт 5 пункта 1 статьи 11 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", пункт 5 части 1 статьи 12 Федерального закона "О страховых пенсиях"), т.е. возможность включения в страховой стаж периода, в течение которого гражданин не работал вследствие отстранения от должности (работы) в связи с уголовным преследованием, в настоящее время пенсионным законодательством не предусматривается.

Временное отстранение от должности подозреваемого или обвиняемого является мерой процессуального принуждения, которая применяется судом по ходатайству следователя с согласия руководителя следственного органа, а также дознавателя с согласия прокурора, в целях обеспечения порядка уголовного судопроизводства и надлежащего исполнения приговора (часть первая статьи 111 и часть первая статьи 114 УПК Российской Федерации). Постановление суда о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности направляется по месту его работы (часть третья статьи 114 УПК Российской Федерации) и предполагает безусловную юридическую обязанность работодателя не допускать работника к исполнению трудовых обязанностей.

Согласно законодательству, действовавшему на дату применения данной меры процессуального принуждения в отношении истца по настоящему делу, работник мог быть отстранен от должности (работы) только по предложению уполномоченных на это органов в случаях, предусмотренных законодательством (статья 38 КЗоТ РСФСР); в частности, временное отстранение от должности осуществлялось на основании мотивированного постановления следователя, подлежащего санкционированию прокурором или его заместителем, которое направлялось для исполнения по месту работы обвиняемого (статья 153 УПК РСФСР) и, как любое постановление следователя, вынесенное в соответствии с законом по находящимся в его производстве уголовным делам, было обязательно для исполнения всеми предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами (часть пятая статьи 127 УПК РСФСР).

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" гражданам, необоснованно привлеченным к уголовной ответственности, необоснованно репрессированным и впоследствии реабилитированным, время содержания под стражей, пребывания в местах заключения и ссылке засчитывается в страховой стаж наравне с периодами работы.

Частью 8 статьи 13 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Статьей 94 ранее действовавшего Закона Российской Федерации от 20 ноября 1990 года N 340-1 "О государственных пенсиях в Российской Федерации" предусмотрено, что при подсчете трудового стажа, указанного в статьях 10, 11, 12, 29 Закона, гражданам, необоснованно привлеченным к уголовной ответственности, необоснованно репрессированным и впоследствии реабилитированным, время содержания под стражей, пребывания в местах заключения и ссылке засчитывается в общий трудовой стаж в тройном размере.

Как установлено судом, на период рассмотрения уголовного дела ФИО1 в установленном уголовно-процессуальном порядке не отстранялся от должности, а 24.07.1986 года был уволен по п.7 ст.29 КЗоТ РФ в связи с вступлением в отношении него в законную силу приговора суда, которым он был осужден к лишению свободы.

Впоследствии указанный приговор суда был отменен, за ФИО1 признано право на реабилитацию, что подтверждено письмом Первого заместителя прокурора Саратовской области Горшкова А.Д. от 22.12.1989 года исх.№№.

23.01.1990 года ФИО1 восстановлен в должности врача-терапевта, а запись в трудовой книжке об увольнении признана недействительной.

При установленных обстоятельствах, суд находит подлежащим удовлетворению требование ФИО1 в части включения в общий трудовой (страховой) стаж истца периода незаконного содержания под стражей с 24.07.1986 по 06.05.1989 года и периода отстранения от должности (работы) с 07.05.1989 по 22.01.1990 года в льготном исчислении в тройном размере.

При этом суд считает необходимым отметить, что как отметил Конституционный суд Российской Федерации в постановлении от 19.11.2015 №29-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО8» нарушение следователем установленного законом порядка отстранения от должности (работы) либо ненадлежащее оформление процессуальных документов не должно создавать препятствия для восстановления прав реабилитированного лица. В противном случае это лицо вопреки конституционным предписаниям об обязанности государства возместить вред, причиненный незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, претерпевало бы негативные правовые последствия, вызванные ненадлежащим исполнением должностными лицами возложенных на них полномочий.

Увольнение ФИО1, обусловленное вступлением в законную силу приговора суда, повлекло нарушение его трудовых прав, поскольку впоследствии обвинительный приговор был отменен и признано право ФИО1 на реабилитацию. В связи с необоснованным уголовным преследованием ФИО1 был незаконно отстранен от должности (работы) в связи с его увольнением и лишен права на трудоустройство вплоть до момента признания его права на реабилитацию и восстановления на работе.

Отказы пенсионного органа во включении в страховой стаж истца спорных периодов, обусловленные непредставлением ФИО1 документов учреждения, исполняющего наказания, о периоде отбывания наказания в местах лишения свободы, и документа о необоснованном привлечении к уголовной ответственности, выданного в установленном порядке (оправдательный приговор суда, постановление прокуратуры, органа внутренних дел о необоснованном привлечении к уголовной ответственности) нельзя считать обоснованными, поскольку при установленных судом обстоятельствах на основании представленных истцом справок исправительного учреждения и письма прокуратуры, подтверждающего право на реабилитацию, факт незаконного осуждения истца и его отстранения от работы (увольнения) нашел свое подтверждение. Ненадлежащее оформление или отсутствие каких-либо процессуальных документов не должно создавать препятствия для восстановления прав реабилитированного лица.

Таким образом, с учетом вышеприведенных норм права суд приходит выводу о том, что на дату обращения ФИО1 в пенсионный орган с заявлением о назначении трудовой пенсии по старости период незаконного содержания под стражей с 24.07.1986 по 06.05.1989 года и период отстранения от должности (работы) с 07.05.1989 по 22.01.1990 года подлежал включению в общий трудовой (страховой) стаж ФИО1 в льготном исчислении в тройном размере.

В соответствии с положениями ст. 19 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» трудовая пенсия (часть трудовой пенсии по старости) назначается со дня обращения за указанной пенсией (за указанной частью трудовой пенсии по старости), но не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию (указанную часть трудовой пенсии по старости).

В силу п. 2 ст. 23 ФЗ Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» трудовая пенсия (часть трудовой пенсии по старости), не полученная пенсионером своевременно по вине органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, выплачивается ему за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком.

Аналогичные нормы также содержатся в ч. 2 ст. 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Принимая во внимание вышеизложенное правовое регулирование спорных правоотношений, установленные обстоятельства дела суд полагает, что по вине пенсионного органа 08.04.2018 года трудовая пенсия назначена истцу в меньшем размере, поскольку в разрез правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 года № 2-П, при наличии необходимых подтверждающих документов в стаж ФИО1 не был включен период с 24.07.1986 по 22.01.1990 года.

Учитывая, что пенсия по старости ФИО1 назначена с 08.04.2018 года, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 к ГУ УПФ РФ в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова об обязании произвести перерасчет размера пенсии с учетом включения вышеназванного периода с 08.04.2018 года подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, требование ФИО1 о признании факта правоустанавливающих документов суд не находит обоснованным и подлежащим удовлетворению, поскольку в соответствии со ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

В соответствии со ст. 265 ГПК РФ суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.

В силу п. 5 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ, суд рассматривает дела об установлении факта принадлежности правоустанавливающих документов лицу, имя, отчество или фамилия которого, указанные в документе, не совпадают с именем, отчеством или фамилией этого лица, указанными в паспорте или свидетельстве о рождении.

Вопреки заявленному требованию, факт принадлежности справки прокуратуры Саратовской области от 22.12.1989 года №№ о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела и его реабилитации, справки Исправительно-трудовой колонии № 13 от 06.05.1989 года о периоде отбывания срока в местах лишения свободы не оспаривался ответчиком. Отказ пенсионного органа был обусловлен спором о праве заявителя на пенсионное обеспечение, в том время, как пенсионный орган полагал имеющиеся у истца документы недостаточными для включения спорных периодов в страховой стаж, при этом не оспаривая их принадлежность истцу.

Исковые требования ФИО1 об обязании ответчика зачесть в трудовой страховой стаж истца период его трудовой деятельности в качестве инженера АОЗТ «ВЕХИ Лтд» с 05.03.1992 года по 01.06.1998 года, период его трудовой деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с 27.07.2002 года по 31.12.2017 года не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и из пенсионного дела ФИО1, установлено судом и следует из пояснений представителя ответчика Государственного учреждения Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском, Октябрьском, Фрунзенском районах г. Саратова – по доверенности ФИО2, данных в судебном заседании, периоды с 05.03.1992 по 31.03.1992, с 01.07.1992 по 30.09.1992, с 01.11.1992 по 30.09.1995 года, а также период трудовой деятельности ФИО1 в качестве индивидуального предпринимателя в бесспорном порядке включены ответчиком в стаж, дающий право на назначение страховой пенсии по старости, в связи с чем оснований считать, что нарушены права истца на пенсионное обеспечение не имеется. В связи с этим отсутствуют правовые основания для возложения на пенсионный орган обязанности повторно включить в специальный стаж истца указанные периоды.

Относительно периодов работы истца в АОЗТ «Вехи ЛТД» с 01.04.1992 по 30.06.1992, с 01.10.1992 по 31.10.1992 судом установлено и следует из материалов дела, что согласно записям в трудовой книжке ФИО1 работал в АОЗТ «Вехи ЛТД» с 05.03.1992 года (приказ № 8 от 05.03.1992) по 01.06.1998 года (приказ № 3 от 01.06.1998) в должности инженера-экономиста.

Согласно справки УПФР в Заводском районе г. Саратова от 05.04.2018. АОЗТ «Вехи ЛТД» зарегистрировано в УПФР Заводского района г. Саратова 16.11.1992 года. В периоды с 05.03.1992 по 31.03.1992, с 01.07.1992 по 30.09.1992, с 01.11.1992 по 30.09.1995 организацией велась финансово-хозяйственная деятельность, производились начисление и уплата страховых взносов.

С 01.04.1992 по 30.06.1992, с 01.10.1992 по 31.10.1992 финансово-хозяйственная деятельность не велась. В период с 01.10.1995 по 01.06.1998 года отчетность в ПФР страхователем не представлялась. Среднесписочная численность работающих составила по годам: 1992 год – 73, 1993 год – 6, 1994 год – 7, 1995 год – 6. Информации о наличии правопреемников и передаче документов в архив не имеется (л.д.112).

Поскольку в названные периоды отчетность в ПФР страхователем не представлялась, пенсионный орган пришел к выводу, что трудовые отношения в данный период носили формальный характер, в связи с чем отказал во включении в стаж истца спорных периодов.

Частью 1 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ установлено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которая выполнялась на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В статье 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ приведен перечень иных периодов, засчитываемых в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного Закона.

В соответствии с частью 1 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 названного Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (часть 2 статьи 14 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ).

Частью 3 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ установлено, что при подсчете страхового стажа периоды работы на территории Российской Федерации, предусмотренные статьей 11 Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" могут устанавливаться на основании показаний двух и более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух и более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника. Характер работы показаниями свидетелей не подтверждается.

Согласно части 4 статьи 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ правила подсчета и подтверждения страхового стажа, в том числе с использованием электронных документов или на основании свидетельских показаний, устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. N 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий.

Пунктом 43 названных правил определено, что периоды работы и (или) иной деятельности после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами об уплате соответствующих обязательных платежей, выдаваемыми в установленном порядке территориальным органом Пенсионного фонда Российской Федерации на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Аналогичные положения содержатся в пункте 3 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 марта 2011 г. N 258н.

Согласно статье 1 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" индивидуальный (персонифицированный) учет - это организация и ведение учета сведений о каждом застрахованном лице для реализации пенсионных прав в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из положений статьи 3 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" следует, что целями индивидуального (персонифицированного) учета являются, в том числе, создание условий для назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица, обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении (абзацы 1 - 3 статьи 3 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования").

В силу пунктов 1, 2 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" страхователи представляют в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации сведения об уплачиваемых страховых взносах на основании данных бухгалтерского учета, а сведения о страховом стаже - на основании приказов и других документов по учету кадров. Страхователь представляет о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ.

Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет прием и учет сведений о застрахованных лицах в системе индивидуального (персонифицированного) учета, а также внесение указанных сведений в индивидуальные лицевые счета застрахованных лиц в порядке и сроки, которые определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (статья 8.1 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования").

В соответствии со статьей 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ работодатели несут ответственность за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

По смыслу приведенных нормативных положений, индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов. Страхователь (работодатель) представляет в Пенсионный фонд Российской Федерации о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, после получения которых Пенсионный фонд Российской Федерации вносит эти сведения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица. При этом страхователи (работодатели) несут ответственность за достоверность сведений, представляемых ими для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

По общему правилу периоды работы до регистрации гражданина в качестве застрахованного подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами. Если же документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами), а также по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин), не связанным с виной работника, и восстановить их невозможно, то такие периоды работы могут быть установлены на основании показаний двух или более свидетелей.

Периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, выполнение им такой работы и, как следствие, недостоверность сведений индивидуального (персонифицированного) учета могут быть подтверждены в судебном порядке путем представления гражданином письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в части включения в стаж периодов с 01.04.1992 по 30.06.1992, с 01.10.1992 по 31.10.1992, с 01.10.1995 по 01.06.1998 года поскольку в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ отсутствуют доказательства, подтверждающие страховой стаж истца в данные периоды.

Кроме того, суд считает необходимым отказать в удовлетворении требований ФИО1 в части возложения обязанности на ответчика предоставить в письменном виде подробный расчет пенсии - с указанием продолжительности периодов, с указанием кода, вида трудовой или иной деятельности и далее по тексту пункта 8 просительной части иска по следующим основаниям.

Согласно положениям статей 1 (часть 1), 2, 18 и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации истинным предназначением правосудия в правовом государстве, гарантирующим каждому не просто право на обращение в суд, но и реальное обеспечение признания, соблюдения и защиты своих прав и свобод.

Из материалов гражданского и пенсионного дела истца не следует, что ФИО1 обращался в пенсионный орган с подобным заявлением и ему было отказано, в связи с чем отсутствует основания сделать вывод о нарушении его прав.

В ходе рассмотрения дела ответчиком в материалы дела представлен письменный подробный расчет пенсии по наиболее выгодному для него варианту, в том числе и приведен расчет в случае включения в стаж истца оспариваемых периодов в льготном и календарном исчислении.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку истцом при подаче искового заявления оплачена государственная пошлина в размере 300 руб. (за требование нематериального характера), что подтверждается чеком-ордером от 23.12.2020 года № 41, и исковые требования об обязании ответчика включить периоды в стаж, возложении обязанности произвести перерасчет пенсии удовлетворены, с ответчика в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в указанном размере.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Включить в общий трудовой (страховой) стаж ФИО1 период незаконного содержания под стражей с 24.07.1986 по 06.05.1989 года и период отстранения от должности (работы) с 07.05.1989 по 22.01.1990 года в льготном исчислении в тройном размере.

Обязать государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова произвести перерасчет размера страховой пенсии по старости с учетом вышеназванных периодов с 08.04.2018 года.

Взыскать с государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском, Октябрьском и Фрунзенском районах г. Саратова в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Саратовский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Фрунзенский районный суд г. Саратова.

Срок изготовления мотивированного решения – 09.06.2021 года.

Судья

/подпись/

Ж.С. Анненкова