Решение № 2-2681/2020 2-515/2021 2-515/2021(2-2681/2020;)~М-2681/2020 М-2681/2020 от 14 марта 2021 г. по делу № 2-2681/2020

Дело № 2-515/2021

УИД: 91RS0022-01-2019-000734-33


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

15 марта 2021 года г. Феодосия

Феодосийский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Чибижековой Н.В.,

с участием секретаря Аблязовой Э.Р.,

истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО11 к ФИО4 ФИО12, Акционерному обществу «Лаванда», Администрации города Феодосии Республики Крым о признании членом семьи нанимателя жилого помещения, приобретшим право пользования, признании основным нанимателем жилого помещения и обязании совершить определенные действия, -

УСТАНОВИЛ:

В декабре 2020 года ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4, Акционерному обществу «Лаванда», Администрации города Феодосии Республики Крым, в котором просит признать его членом семьи нанимателя жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, – ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и приобретшим право пользования вышеуказанным жилым помещением; признать его основным нанимателем жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и обязать компетентное лицо заключить с ним договор социального найма относительно вышеуказанной квартиры.

В обоснование требований указал, что его матери – ФИО2 и членам ее семьи, в том числе и ему, была предоставлена для проживания указанная квартира, расположенная по адресу: <адрес>. В данной квартире по месту проживания были зарегистрированы: его мать – ФИО2, умершая ДД.ММ.ГГГГ, сестра – ФИО1, умершая ДД.ММ.ГГГГ, он – с 16 ноября 1979 года до 04 июня 1997 года. В настоящее время в указанной квартире зарегистрирована только его племянница – ответчик ФИО4, зарегистрированная в ней по месту проживания с 11 июля 1995 года. В 1997 году ему в пользование была предоставлена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, которая 31 июля 2006 года была им приватизирована совместно с дочерью – ФИО7 в равных долях, по 1/2 доли каждым. В 2012 году его дочь ФИО7 зарегистрировала брак с ФИО8, в связи с чем, в декабре 2012 года он выселился из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, и вселился в квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в качестве члена семьи своей матери ФИО2, которая на тот момент являлась нанимателем данной квартиры, и с согласия всех членов семьи. Он проживает в указанной квартире с 2012 года и по настоящее время, выполняет все обязательства нанимателя квартиры, несет расходы по содержанию квартиры, оплачивает коммунальные услуги, и принимает все меры по сохранению указанного недвижимого имущества, при этом регистрацию места проживания не менял, поскольку не возникало такой необходимости. Таким образом, полагает, что вселившись в указанную квартиру в установленном законом порядке, он приобрел право статус члена семьи нанимателя и право пользования данным жилым помещением. Вместе с тем, в настоящее время он, как приобретший право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, в качестве семьи нанимателя, не может реализовать свои права, в частности, на регистрацию по месту жительства, заключение соответствующих договоров по обслуживанию и содержанию жилого помещения, его приватизацию. Он обращался в Администрацию города Феодосии Республики Крым и Акционерное общество «Лаванда» с письмами о признании его основным нанимателем жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и о заключении с ним договора найма указанной квартиры, однако указанные обращения остались без ответа.

Ссылаясь на вышеприведенное, на положения статей 69, 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищного кодекса Украины, просил заявленные требования удовлетворить.

В судебном заседании истец ФИО3 поддержал заявленные исковые требования в полном объеме и дал суду пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Ответчик – Администрация города Феодосии Республики Крым о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, его представителем – ФИО5, действующей на основании доверенности, подано ходатайство, в котором она просила рассмотреть дело в отсутствие представителя Администрации города Феодосии Республики Крым и в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать в полном объеме.

Ответчик – ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила.

Ответчик – Акционерное общество «Лаванда» о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, своего представителя для участия в судебном заседании не направил и о причинах его неявки суду не сообщил.

Информация о дне и времени проведения судебного заседания заблаговременно размещена на официальном сайте Феодосийского городского суда в Интернет-портале.

Частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Принимая во внимание, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц и должна соответствовать принципу добросовестности, поскольку ответчики в силу своего волеизъявления не воспользовались своим правом на участие в судебном заседании, суд приходит к выводу о рассмотрении дела в отсутствие ответчика ФИО4 и представителей ответчиков – Акционерного общества «Лаванда» и Администрации города Феодосии Республики Крым.

Заслушав истца, исследовав материалы дела, всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства и оценив представленные доказательства, имеющие значение для рассмотрения дела и разрешения спора по сути, суд полагает, что иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, на основании представленных сторонами в порядке статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оцененных судом в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствах.

В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предмет и основания иска определяет истец. При этом к основаниям иска относятся не только нормы права, на которые указывает истец, но и фактические обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

В соответствии с требованиями статьи 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела и установление правоотношений сторон, относится к компетенции суда.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей право на обращение в суд, установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Положения части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации предусматривают каждому гарантии на судебную защиту его прав и свобод. Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17, 18; части 1, 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

В статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено положение о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в данной статье. Предъявление требований должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица. Заявитель свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру отношения.

Статьей 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» установлено, что к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, вне зависимости от даты передачи этих жилых помещений и от даты их предоставления гражданам на законных основаниях применяются нормы Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма.

Согласно статье 49 Жилищного кодекса Российской Федерации, основанием для занятия жилых помещений в государственном или муниципальном жилищном фонде, является договор социального найма.

По договору социального найма жилого помещения одна сторона – собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне – гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом. Договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия (части 1 и 2 статья 60 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 61 Жилищного кодекса Российской Федерации пользование жилым помещением по договору социального найма осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом, договором социального найма данного жилого помещения.

В силу статьи 67 Жилищного кодекса Российской Федерации, регламентирующей права и обязанности нанимателя жилого помещения по договору социального найма, наниматель жилого помещения в установленном законом порядке имеет право вселять в занимаемое жилое помещение иных лиц.

В соответствии с положениями статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Статьей 70 Жилищного кодекса Российской Федерации наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя – других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Наймодатель может запретить вселение граждан в качестве проживающих совместно с нанимателем членов его семьи в случае, если после их вселения общая площадь соответствующего жилого помещения на одного члена семьи составит менее учетной нормы. На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя.

Пленум Верховного суда Российской Федерации в пункте 28 постановления № 14 от 02 июля 2009 года «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснил, что если на вселение лица в жилое помещение не было получено письменного согласия нанимателя и (или) членов семьи нанимателя, а также согласия наймодателя, когда оно необходимо (часть 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации), то такое вселение следует рассматривать как незаконное и не порождающее у лица прав члена семьи нанимателя на жилое помещение. В таком случае наймодатель, наниматель и (или) член семьи нанимателя вправе предъявить к вселившемуся лицу требование об устранении нарушений их жилищных прав и восстановлении положения, существовавшего до их нарушения (пункт 2 части 3 статьи 11 Жилищного кодекса Российской Федерации), на которое исходя из аналогии закона (часть 1 статьи 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) применительно к правилам, предусмотренным статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность не распространяется.

Аналогичные положения содержало жилищное законодательство Украины, действовавшее на территории Республики Крым на время возникновения спорных отношений.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении жилищного кодекса Российской Федерации» отказ наймодателя в даче согласия на вселение других лиц в жилое помещение может быть оспорен в судебном порядке. Вместе с тем причины, по которым члены семьи нанимателя отказывают в даче согласия на вселение в жилое помещение других лиц, не имеют правового значения, а потому их отказ в таком согласии не может быть признан судом неправомерным.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 являлась квартиросъемщиком квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с которой была зарегистрирована по месту проживания с 30 ноября 1965 года; вместе с ней по адресу указанной квартиры были зарегистрированы дочь – ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ и внучка – ответчик ФИО4 с 11 июля 1995 года, что подтверждается справкой АО «Лаванда» № от 21 июня 2016 года, данными лицевого счета №, выданного АО «Лаванда» и карточками прописки формы №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла, о чем 18 сентября 2018 года составлена запись акта о смерти № (свидетельство о смерти №, выданное 18 сентября 2018 года Феодосийским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента записи актов гражданского состояния Министерства юстиции Республики Крым).

ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, о чем 17 мая 2019 года составлена запись акта о смерти № (свидетельство о смерти № №, выданное 17 мая 2019 года Феодосийским городским отделом записи актов гражданского состояния Департамента записи актов гражданского состояния Министерства юстиции Республики Крым).

Таким образом, в настоящее время по адресу указанной <адрес> в <адрес> Республики Крым зарегистрирована по месту проживания только ответчик – ФИО4

В обоснование заявленных требований ФИО3 ссылается на то, что он вселен в указанную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в декабре 2012 года с согласия нанимателя данного жилого помещения и всех членов семьи нанимателя, вместе с тем на тот момент отсутствовала необходимость регистрации по месту фактического места проживания. Также вселение ФИО3 в указанную спорную квартиру было обусловлено тем, что жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, 1/2 доля, в которой принадлежит ему на праве собственности в порядке приватизации, и в которой он зарегистрирован по месту проживания, он предоставил для проживания своей дочери – сособственнику иной 1/2 доли. В период совместного проживания в спорной квартире, они вели общее хозяйство с нанимателем.

Однако указанные обстоятельства не подтверждаются достаточными и достоверными доказательствами и не соответствуют обстоятельствам, установленным судом. Доказательств того, что истец был вселен в спорную квартиру в установленном законом порядке, им не представлено и при рассмотрении дела добыто не было.

Так, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что наниматель при жизни признавал за истцом равное с собой право пользования спорной квартирой, вселял его в качестве членов семьи на постоянной основе в соответствии с требованиями жилищного законодательства, в частности, с нормами, предусматривающими необходимость получения письменного согласия нанимателя и членов семьи нанимателя. Таких доказательств ФИО3 не представлено. С заявлением о включении ФИО3 в договор найма, вселении его в квартиру, наниматель при жизни к наймодателю – АО «Лаванда» не обращался. Регистрация места проживания ФИО3 по адресу: <адрес>, произведена не была, каких-либо препятствий в этом, как указывает истец, на момент его вселения не было. При этом истец до настоящего времени зарегистрирован по месту жительства в квартире по адресу: <адрес>, 1/2 доля в которой принадлежит ему на праве собственности.

Представленные истцом акты о проживании его с зимы 2012 года и по настоящее время по адресу: <адрес>, и о не проживании с зимы 2012 года и по настоящее время по адресу: <адрес>, не подтверждают того обстоятельства, что ФИО3 был вселен в спорную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в качестве члена семьи нанимателя в установленном законом порядке.

Исходя из установленных обстоятельств, поскольку место проживания ФИО3 зарегистрировано по адресу: <адрес> что является свидетельством того, что ФИО3 имеет право на другое жилое помещение, суд считает, что отсутствует возможность признания его членом семьи ФИО2, так как исходя из сущности правового статуса, можно быть членом семьи только одного нанимателя одного жилого помещения. В случае если гражданин становится нанимателем другого помещения или членом семьи другого нанимателя, то его отношения с прежним нанимателем прекращаются, что влечет за собой определенные перемены в объеме жилищных прав в прежнем жилом помещении.

Частью 1 статьи 63 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что договор социального найма заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование, принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях неоднократно указывал, что из взаимосвязанных положений статей 46 (часть 1), 52, 53 и 120 Конституции Российской Федерации вытекает предназначение судебного контроля как способа разрешения правовых споров на основе независимости и беспристрастности суда (Определения от 17 июля 2007 года № 566-О-О, от 18 декабря 2007 года № 888-О-О, от 15 июля 2008 года № 465-О-О и др.). При этом предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Из приведенных положений закона следует, что суд оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обуславливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделение равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности. То есть, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Проанализировав вышеизложенное, приняв во внимание вышеприведенные правовые нормы и их системное толкование, руководящие указания Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении № 14 от 02 июля 2009 года «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», установив фактические обстоятельства дела, дав надлежащую юридическую оценку правоотношениям по настоящему гражданскому делу, исследовав имеющиеся в деле доказательства, оценив их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимосвязь в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3

Мотивированное решение изготовлено 19 марта 2021 года.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд –

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО3 ФИО13 к ФИО4 ФИО14 Акционерному обществу «Лаванда», Администрации города Феодосии Республики Крым о признании членом семьи нанимателя жилого помещения, приобретшим право пользования, признании основным нанимателем жилого помещения и обязании совершить определенные действия – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Феодосийский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: подпись Чибижекова Н.В.