Решение № 2-58/2026 2-58/2026~М-16/2026 М-16/2026 от 26 марта 2026 г. по делу № 2-58/2026

Дело № 2-58/2026

УИД 13RS0013-01-2026-000023-49

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Ковылкино 24 марта 2026 г.

Ковылкинский районный суд Республики Мордовия в составе:

председательствующего судьи – Косолаповой А.А.,

при секретаре судебного заседания – Жалновой О.А.,

с участием в деле:

истца – ФИО1, ее представителя ФИО2, действующего на основании части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

истца – <ФИО>, его законного представителя ФИО1, <данные изъяты>,

истца – <ФИО>, в лице ее законного представителя ФИО1, <данные изъяты>,

истца – <ФИО>, в лице ее законного представителя ФИО1, <данные изъяты>,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истцов – ФИО3,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истцов – ФИО4,

ответчика – ФИО5,

ответчика – ФИО6,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков – ФИО7,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков – акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория»,

прокурора – помощника Ковылкинского межрайонного прокурора Республики Мордовия Ломшина А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, <данные изъяты>, к ФИО5, ФИО6 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, <данные изъяты>, обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО6 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что 26 марта 2023 г. примерно в 20 часов 02 минуты на 78 км автодороги М-5 «Урал» в с. Никитское Раменского городского округа Московской области, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого водитель ФИО6 3.Ж., управляя автопоездом в составе автомобиля марки «Вольво FN13» регистрационный знак № с прицепом «SVANCHTR» регистрационный знак № и следуя в направлении г. Рязани, не выполнил требование пунктов 1.5, 10.1, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, в результате чего совершил столкновение с автомобилем марки «Опель-Зафира», регистрационный знак №, принадлежащий на праве собственности ФИО1, под управлением водителя ФИО3

В результате дорожно-транспортного происшествия, истец и ее несовершеннолетние <данные изъяты> ФИО8, ФИО9 и ФИО10, находящиеся в качестве пассажиров в салоне автомобиля марки «Опель-Зафира», регистрационный знак №, получили телесные повреждения.

Согласно медицинской справке, в результате дорожно-транспортного происшествия у ФИО1 были выявлены следующие телесные повреждения: «<данные изъяты>».

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного <ФИО>, в результате дорожно-транспортного происшествия у него имелись следующие травмы: «<данные изъяты>».

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного <ФИО>, в результате дорожно-транспортного происшествия у нее имелись следующие травмы: «<данные изъяты>».

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного <ФИО>, в результате дорожно-транспортного происшествия у нее имелись следующие травмы: «<данные изъяты>».

Постановлением Раменского городского суда Московской области от 25 июля 2023 г. по делу №5-861/2023 ФИО6 3.Ж. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 рублей.

В связи с произошедшим, несовершеннолетние <данные изъяты> истца испытали физические страдания от полученных телесных повреждения, испытали сильнейший эмоциональный стресс. <данные изъяты> перенесли ужасное потрясение, были сильно испуганы, повреждения, полученные ими при дорожно-транспортном происшествии очень сильно болели, в связи с чем произошло нарушение сна, просыпались ночью, плакали из-за причиненных телесных повреждений, поэтому ночи истцу ФИО1 приходилось проводить с ними. В связи с этим истец ФИО1 не имела возможности получить необходимое лечение, ей приходилось использовать только мази для заживления, а также постоянно пить таблетки от головной боли.

В результате дорожно-транспортного происшествия истец ФИО1 испытала не только сильные боли от полученных телесных повреждений, но и сильные нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях за жизнь и здоровье <данные изъяты>, возможных скрытых на сегодняшний день последствиях перенесенных ими травм.

Факт причинения нравственных страданий, связанных с причинением вреда здоровью истца и <данные изъяты>, очевиден и не нуждается в доказывании.

Кроме того, в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 был причинен материальный ущерб имуществу, а именно автомобилю марки «Опель-Зафира», регистрационный знак №.

Собственником автомобиля марки «Вольво FN13», регистрационный знак №, является ФИО5

На момент данного дорожно-транспортного происшествия, гражданская ответственность владельца транспортного средства «Вольво FN13», регистрационный знак №, с прицепом «SVANCHTR», не была застрахована, в связи с чем обращение в страховую компанию невозможно. Одновременно, водитель ФИО6 3.Ж. был привлечен к административной ответственности за отсутствие полиса ОСАГО.

Для определения действительной (рыночной) стоимости ремонта поврежденного автомобиля марки «Опель-Зафира», регистрационный знак №, была проведена независимая экспертиза в ИП <ФИО> За вышеуказанные услуги, было оплачено 15 000 руб., что подтверждается договором и квитанцией об оплате.

Согласно экспертному заключению №10/08/2023-ТC от 13 августа 2023 г. стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Опель-Зафира», регистрационный знак №, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 26 марта 2023 г., составила 872 916 руб.

По указанным основаниям, ссылаясь на положения статей 15, 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истец просит суд взыскать солидарно с ответчиков ФИО5, ФИО6 в пользу истца ФИО1 и <данные изъяты>: моральный вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 – 100 000 руб.; моральный вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, <ФИО>, <дата> года рождения – 100 000 руб.; моральный вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия <ФИО>, <дата> года рождения – 300 000 рублей; моральный вред, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия <ФИО>, <дата> года рождения – 300 000 рублей; ущерб, причиненный имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия – 872 916 руб.; расходы по оплате независимой экспертизы – 15 000 руб.; расходы по уплате государственной пошлины – 22 458 руб.

В судебном заседание истец ФИО1, <данные изъяты>, и ее представитель ФИО11 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, выразили согласие на рассмотрение дела в порядке заочного производства в отсутствие ответчиков.

В судебном заседании <данные изъяты><ФИО> исковые требования поддержал, пояснил, что после дорожно-транспортного происшествия он испытал сильный эмоциональный шок, не чувствовал ног. На автомобиле скорой медицинской помощи его родителей, <данные изъяты>, а также <данные изъяты><ФИО> забрали в больницу, а он остался на месте дорожно-транспортного происшествия с <данные изъяты>. Неизвестные люди отвезли его <данные изъяты> тоже в больницу. У его <данные изъяты> была сломана ключица и рана на голове, в которой были видны осколки стекла. На утро после дорожно-транспортного происшествия у него болело все тело, он длительное время испытывал страх от поездок на автомобиле. До настоящего времени он не может вести полноценный образ жизни, поскольку при физической нагрузке у него болит поясница.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истцов ФИО3 исковые требования ФИО1, <данные изъяты>, поддержал.

В судебное заседание ФИО4 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежаще, о причинах неявки суд не известила.

В судебное заседание ответчики ФИО5, ФИО6, не явились, о времени и месте рассмотрения дела указанные лица извещались своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков ФИО7, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчиков АО «ГСК «Югория», не явились, о времени и месте рассмотрения дела указанные лица извещались своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили.

Кроме того, информация о времени и месте рассмотрения дела является общедоступной и размещена на официальном сайте Ковылкинского районного суда Республики Мордовия в сети «Интернет», при таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167, статьи 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в порядке заочного производства.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требований ФИО1, <данные изъяты>, о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Кодекса.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Положениями пункта 2 статьи 209 ГК РФ установлено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Статьей 1100 ГК РФ определено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Механическое транспортное средство, сцепленное с прицепом (прицепами), является автопоездом (пункт 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», вред, возникший в результате дорожно-транспортного происшествия при совместной эксплуатации тягача и прицепа в составе автопоезда, считается причиненным посредством одного транспортного средства (тягача) по одному договору страхования, в том числе если собственниками тягача и прицепа являются разные лица.

По смыслу пунктов 1 - 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», к делам по спорам о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, относятся, в том числе дела о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни или здоровью гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды:, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Исходя из указанных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» также разъяснено, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33), владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда - лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий.

Из изложенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда в долевом порядке при наличии вины. Законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке при совокупности условий, а именно наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина законного владельца может быть выражена не только в содействии другому лицу в противоправном изъятии источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности дорожного движения.

Риск гражданской ответственности владельцев транспортных средств подлежит обязательному страхованию, которое осуществляется в соответствии с положениями Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).

В силу части 1 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Владелец транспортного средства, зарегистрированного в иностранном государстве и въезжающего на территорию Российской Федерации, обязан иметь договор страхования гражданской ответственности, заключенный на условиях настоящего Федерального закона или в рамках международных систем страхования.

В соответствии с абзацем 4 статьи 1 Закона об ОСАГО под владельцем транспортного средства понимается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Согласно пункту «г» части 3 статьи 4 Закона об ОСАГО обязанность по страхованию гражданской ответственности не распространяется, в том числе, на владельцев транспортных средств, зарегистрированных в иностранных государствах, если гражданская ответственность владельцев таких транспортных средств застрахована в рамках международных систем страхования.

На основании пункта 2 статьи 10 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, зарегистрированных в иностранных государствах и временно используемых на территории Российской Федерации, заключают договоры обязательного страхования на весь срок временного использования таких транспортных средств, но не менее чем на 5 дней.

Пунктом 3 статьи 32 Закона об ОСАГО установлено, что на территории Российской Федерации запрещается использование транспортных средств, владельцы которых не исполнили установленную настоящим Федеральным законом обязанность по страхованию своей гражданской ответственности.

Из смысла вышеприведенных положений в их взаимосвязи и с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1, следует, что владелец источника повышенной опасности (транспортного средства), передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий по управлению данным средством этому лицу, в случае причинения вреда в результате неправомерного использования таким лицом транспортного средства будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них, то есть вины владельца источника повышенной опасности и вины лица, которому транспортное средство передано в управление в нарушение специальных норм и правил по безопасности дорожного движения (аналогичная позиция изложена в определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18 мая 2020 г. № 78-КГ20-18).

Из материалов дела следует, что 26 марта 2023 г. примерно в 20 часов 02 минут на 78 км 550 м автодороги М-5 «Урал» в с. Никитское Раменского городского округа Московской области водитель ФИО6, управляя автопоездом в составе автомобиля «VOLVO FН13», государственный регистрационный номер №, принадлежащего ФИО5, с прицепом «SVAN CHTR1819.5», государственный регистрационный номер №, принадлежащего ФИО7, в нарушение пунктов 1.3, 1.5, 10.1, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, не учел во время движения скорость своего движения, интенсивность движения, дорожные и метеорологические условия, особенности управляемого транспортного средства и необходимую дистанцию, своевременно мер к снижению скорости вплоть до остановки автопоезда не принял, вследствие чего допустил столкновение с остановившимся в попутном направлении перед регулируемым перекрестком автомобилем «Опель Зафира», государственный регистрационный номер №, под управлением водителя ФИО3, принадлежащего ФИО1

В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажирам автомобиля марки «Опель Зафира», государственный регистрационный номер №, ФИО1, <данные изъяты>, а также водителю ФИО3 были причинены телесные повреждения.

Указанные обстоятельства установлены вступившими в законную силу постановлением Раменского городского суда Московской области от 25 июля 2023 г. и решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 13 декабря 2024 г. (т.1 л.д.129-138, т.2, л.д.163-166).

Постановлением Раменского городского суда Московской области от 25 июля 2023 г., вступившим в законную силу 19 августа 2023 г., ФИО6 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в доход государства в размере 25 000 руб.

Решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 13 декабря 2024 г., вступившим в законную силу 28 января 2025 г., исковые требования ФИО4 к ООО «ЮсуфТрансЛогистика», ФИО5, ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворены частично. С ФИО5, ФИО6 в пользу ФИО4 в солидарном порядке взыскана компенсация морального вреда в размере 400 000 руб., судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 15 000 руб. С ФИО5, ФИО6 в солидарном порядке в доход бюджета Рузаевского муниципального района Республики Мордовия взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ООО «ЮсуфТрансЛогистика» о компенсации морального вреда, судебных расходов отказано.

В силу частей 2, 4 статьи 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителя автомобиля «Опель Зафира», государственный регистрационный номер №, ФИО3 была застрахована в АО «ГСК «Югория» по полису ОСАГО серии ХХХ № и по договору КАСКО № от 30 декабря 2022 г., по условиям которого в случае отсутствия действующего полиса ОСАГО у владельца транспортного средства, признанного виновным в дорожно-транспортном происшествии, на один страховой случай установлен лимит ответственности в размере 30 000 руб.

Гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия ФИО6 3.Ж. на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении № от 26 марта 2023 г., которым ФИО6 3.Ж. привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 12.37 КоАП РФ (т.2 л.д.67).

Из объяснений, данных ответчиком ФИО6 в ходе рассмотрения Рузаевским районным судом Республики Мордовия гражданского дела №2-722/2024, следует, что он являлся наемным водителем, однако трудовой договор между ним и ООО «ЮсуфТрансЛогистика» не заключался, перевозка груза на транспортном средстве «VOLVO FН13», государственный регистрационный номер №, осуществлялась им с разрешения собственника данного транспортного средства ФИО5

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что ответчик ФИО5, передавая транспортное средство в пользование ФИО6, без какого-либо документарного оформления и без договора страхования гражданской ответственности, заключенного на условиях Закона ОСАГО или в рамках международных систем страхования, должен был осознавать и предвидеть негативные последствия в случае возникновения дорожной ситуации, в результате которой возможно причинение вреда иным лицам неправомерными действиями допущенного до управления водителя транспортного средства (статья 10 ГК РФ).

Учитывая, что ответчик ФИО5, являясь владельцем (собственником) транспортного средства «VOLVO FН13», государственный регистрационный номер № (тягача в составе автопоезда), передал данное транспортное средство ответчику ФИО6, у которого отсутствовало права на управление транспортным средством с учетом недопустимости использования на территории Российской Федерации транспортных средств, владельцы которых не исполнили установленную законом обязанность по страхованию своей гражданской ответственности, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения ответственности по возмещению вреда в результате дорожно-транспортного происшествия, как на владельца источника повышенной опасности ФИО5, так и на лицо управлявшее источником повышенной опасности ФИО6 в долевом порядке, определив степени вины каждого из них следующим образом: вина ответчика ФИО5 - 30%, вина ответчика ФИО6 - 70%.

При этом судом принимает во внимание, что ответчик ФИО5 не является непосредственным причинителем вреда.

Истец ФИО1 <данные изъяты> (т.1 л.д.101-102).

Согласно справке, выданной ГБУЗ Республики Мордовия «Ковылкинская центральная районная больница», ФИО1 была на приеме у врача травматолога 28 -29 марта 2023 г., ей поставлен диагноз: «<данные изъяты>» (т.1 л.д.15).

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного <ФИО>, <дата> года рождения, ему поставлен диагноз: «<данные изъяты>» (т.1 л.д.16).

Из заключения эксперта Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 18 мая 2023 г. №78, следует, что согласно записям в медицинской карте стационарного больного на имя <ФИО>, <дата> рождения, при его обращении за медицинской помощью 26 марта 2023 г. было установлено «<данные изъяты>». Ушибы объективными признаками телесного повреждения не подтверждены и при экспертной оценке механизма, давности причинения и степени тяжести вреда здоровью не учитываются (т.2 л.д. 145-147).

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного <ФИО>, <дата> года рождения, ей поставлен диагноз: «<данные изъяты>» (т.1 л.д.17).

Из заключения эксперта Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 18 мая 2023 г. №76, следует, что согласно записям в медицинских документах <ФИО>, <дата> рождения, при ее обращении за медицинской помощью 26 марта 2023 г. была установлена «<данные изъяты>», потребовавшая обработку антисептиком. Поверхностная рана, не требующая первичной хирургической обработки, у живых лиц не влечет кратковременного расстройства здоровья, и квалифицируется как не причинившая вреда здоровью (т.2 л.д. 148-151).

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного <ФИО>, <дата> года рождения, ей поставлен диагноз: «<данные изъяты>» (т.1 л.д.20).

Из заключения эксперта Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 25 апреля 2023 г. №77, следует, что согласно записям в медицинских документах <ФИО>, <данные изъяты> рождения, был причинен «<данные изъяты>». Данный ушиб, с экспертной точки зрения не может быть расценен как повреждение, следовательно, не подлежит судебно-медицинской квалификации (т.2 л.д.142-144).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (абзац первый пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится в том числе здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека). Моральный вред, в частности, может заключаться в физических страданиях, выраженных в физической боли, связанной с причинением увечья, иным повреждением здоровья, в ограничении возможности передвижения, болезненных симптомах, и (или) в нравственных страданиях в виде нарушения душевного спокойствия человека, в том числе чувства страха, беспомощности, осознания своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации. Следовательно, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий исходя из фактических обстоятельств дела, в частности характера и степени умаления названных прав и благ, которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, поведения самого потерпевшего при причинении вреда, последствий причинения потерпевшему страданий, определяемых, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни, а также принять во внимание индивидуальные особенности личности потерпевшего, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Принимая во внимание, что в результате дорожно-транспортного происшествия истцу ФИО1 и <данные изъяты> были причинены телесные повреждения, которые хоть и не повлекли вреда здоровью по степени тяжести, но, несомненно, вызывали физическую боль, стресс, испуг, душевные переживания, эмоциональное потрясение, суд приходит к выводу о доказанности факта нарушения личных неимущественных прав истцов.

При определении размера компенсации морального вреда суд, учитывая фактические обстоятельства причинения телесных повреждений, степень причиненного вреда и вины причинителя вреда, характер перенесенных истцами физических и нравственных страданий, переживаний, возраст истцов и состояние их здоровья, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчиков в долевом порядке в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО1, <данные изъяты> по 100 000 руб., в пользу <данные изъяты> по 200 000 руб.

Разрешая исковые требования ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Из приведенных норм права следует, что при взаимодействии источников повышенной опасности их владельцы отвечают друг перед другом на общих основаниях и обязательным условием для возложения ответственности является наличие вины в причинении вреда.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В нарушение требований статьи 56 ГПК РФ каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины в причинении вреда, ответчиками ФИО5, ФИО6 не представлено. Оснований для освобождения ответчиков от ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ, оснований для применения положений пункта 3 статьи 1083 ГК РФ и уменьшения размера возмещения вреда не установлено.

В целях установления стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истец ФИО1 обратилась в экспертную организацию ИП <ФИО>

Согласно экспертному заключению от 13 августа 2023 г. №10/08/2023-ТС, подготовленному ИП <ФИО>, размер затрат на проведение восстановительного ремонта автомобилем «Опель Зафира», государственный регистрационный номер №, без учета износа (восстановительные расходы) составляет 872 916 руб. (т.1 л.д.35-58)

При оценке заключения независимой технической экспертизы транспортного средства, которое следует квалифицировать не как заключение эксперта применительно к положениям статьи 86 ГПК РФ, а как письменное доказательство, суд приходит к выводу о том, что оно соответствует требованиям относимости и допустимости.

Оснований сомневаться в правильности выводов эксперта-техника ИП <ФИО> относительно стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца, у суда не имеется, поскольку эксперт-техник обладает необходимой квалификацией, подтвержденной представленными в дело документами, включен в государственный реестр экспертов-техников, заключение достаточно мотивировано, выводы эксперта-техника последовательны и не противоречивы.

Доказательств неверного определения или завышения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, равно как и альтернативного расчета размера ущерба, ответчиками не представлено, ходатайства о назначении судебной экспертизы с целью установления размера вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в ходе судебного разбирательства от ответчиков не поступило.

В связи с чем, суд при определении размера ущерба, причиненного имуществу истца, руководствуется экспертным заключением.

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия) (пункт 13 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №23).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П, в силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства. Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Учитывая виновность водителя ФИО6 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, в результате которого автомобилю истца ФИО1 были причинены механические повреждения, а также обстоятельства владения ответчиками источником повышенной опасности (автомобилем) в силу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и взыскании в пользу нее с ответчиков в долевом порядке (с ФИО6, как непосредственного причинителя вреда - 70%, с собственника источника повышенной опасности ФИО5 - 30%) материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 872 916 руб.

При этом суд не усматривает оснований для взыскания материального ущерба и компенсации морального вреда с ответчиков в солидарном порядке, как о том заявлено истцами, поскольку обстоятельств совместного причинения вреда, позволяющих на основании статьи 1080 ГК РФ, возложить солидарную ответственность как на собственника транспортного средства, так и на лицо, управлявшее им в момент дорожного происшествия, судом не установлено. В силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. В данном случае истцы, являясь пассажирами автомобиля под управлением водителя ФИО3, пострадали от взаимодействия двух источников повышенной опасности («Опель Зафира», государственный регистрационный номер №, и автопоезда в составе автомобиля «VOLVO FН13», государственный регистрационный номер №, с прицепом «SVAN CHTR1819.5», государственный регистрационный номер №).

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного кодекса.

Согласно статье 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Перечень судебных издержек указан в статье 94 ГПК РФ и не является исчерпывающим.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Истцом ФИО1 при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 22 458 рублей, что подтверждается чеком по операции ПАО Сбербанк от 19 декабря 2025 г. (л.д.7) При этом уплаченная истцом государственная пошлина в указанном размере соответствует размеру государственной пошлины, предусмотренному подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

В этой связи, истцу подлежат возмещению расходы по оплате государственной пошлины в размере 22 458 рублей путем взыскания ее в долевом порядке с ответчиков ФИО5, ФИО6

Также истцом заявлено требование о возмещении ей расходов по оплате экспертного исследования в сумме 15 000 рублей. Оплата истцом указанных расходов в пользу ИП <ФИО> подтверждается договором на оказание услуг по оценке от 10 августа 2023 г. № 10/08/2023-ТС и квитанцией ИП <ФИО> к приходному кассовому ордеру от 10 августа 2023 г. (т.1 л.д. 59, 60-61).

Несение истцом ФИО1 указанных расходов в силу статей 131, 132 ГПК РФ было необходимо для реализации права истца на обращение в суд, обусловлено определением цены иска и обоснованием суммы причиненного ущерба, связано с рассматриваемым делом, в связи с чем, подлежат взысканию в долевом порядке с ответчиков ФИО5, ФИО6 в пользу ФИО1 в заявленном размере.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

решил:

исковые требования ФИО1, <данные изъяты>, к ФИО5, ФИО6 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 261 875 (двести шестьдесят одна тысяча восемьсот семьдесят пять) рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 6737 (шесть тысяч семьсот тридцать семь) рублей, расходы па оплате стоимости экспертного заключения в размере 4500 (четыре тысячи пятьсот) рублей.

Взыскать с ФИО6 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 70 000 (семьдесят тысяч) рублей, материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 611 041 (шестьсот одиннадцать тысяч сорок один) рубль, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 721 (пятнадцать тысяч семьсот двадцать один) рубль, расходы по оплате стоимости экспертного заключения в размере 10 500 (десять тысяч пятьсот) рублей.

Взыскать с ФИО5 (<данные изъяты>) в пользу <ФИО> (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО6 (<данные изъяты>) в пользу <ФИО> (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 70 000 (семьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО5 (<данные изъяты>) в пользу <ФИО> (<данные изъяты>) в лице законного представителя ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО6 (<данные изъяты>) в пользу <ФИО> (<данные изъяты>) в лице законного представителя ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО5 (<данные изъяты>) в пользу <ФИО><данные изъяты>) в лице законного представителя ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО6 (<данные изъяты>) в пользу <ФИО> (<данные изъяты>) в лице законного представителя ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, <данные изъяты>, отказать.

Ответчики вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии заочного решения.

Заочное решение суда может быть также обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия через Ковылкинский районный суд Республики Мордовия в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиками заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Ковылкинского районного суда

Республики Мордовия А.А. Косолапова

Мотивированное заочное решение суда составлено 27 марта 2026 г.

Судья А.А. Косолапова