Апелляционное определение № 33-1007/2026 от 16 марта 2026 г.

Дело № 33-1007/2026 Докладчик Прокофьева Е.В.

Суд I инстанции № 2-2317/2025 Судья Кундикова Ю.В.

УИД 33RS0001-01-2025-001751-29


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Судебная коллегия по гражданским делам Владимирского областного суда в составе:

председательствующего

судей

при секретаре

Якушева П.А.,

Денисовой Е.В., Прокофьевой Е.В.,

ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Владимире 17 марта 2026 года дело по апелляционным жалобам ФИО2 и Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области на решение Ленинского районного суда г. Владимира от 27 октября 2025 года, которым постановлено:

Требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 (****) компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО2 отказать.

Заслушав доклад судьи Прокофьевой Е.В., выслушав объяснения представителя истца ФИО2, представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области –ФИО3, представитель МВД России – ФИО4, представителя прокуратуры Владимирской области –Медведевой А.С., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратился в суд с иском Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области о взыскании компенсации морального вреда за превышение срока отбывания наказания в размере 1 434 000 руб., взыскании компенсации морального вреда за невозможность прохождения лечения, встречи с родными и близкими, за нравственные страдания в размере 10 000 000 руб..

В обоснование требований указано, что Приговором Басманного районного суда г.Москвы от **** он был осужден по **** УК РФ к лишению свободы на срок ****. На основании ст.70, п. «г» ч.1 ст. 71 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного сложения наказаний окончательно было назначено наказание в виде лишения свободы на 2 года 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от **** приговор был изменен. Кассационным определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от **** апелляционное определение Московского городского суда от **** было отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от **** приговор от 03.05.2023 был изменен. Во вводной части приговора уточнено о наличии у ФИО2 инвалидности **** группы. Из приговора исключено указание суда о наличии в действиях ФИО2 опасного рецидива преступлений и в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ считать обстоятельством, отягчающим наказание, рецидив преступлений. Действия ФИО2 переквалифицированы со ст. **** УК РФ на ст. 30 ч. 3 **** УК РФ, по которой назначено наказание в виде лишения свободы на срок **** месяцев. На основании ст. ст. 70, 71 ч. 1 п. «г» УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Ленинского районного суда г.Владимира от **** г. и окончательное наказание по совокупности приговоров назначено ФИО2 в виде лишения свободы на срок **** месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии **** режима. На основании ст. 72 ч. 3.1 п. «а» УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей с **** из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии **** режима. Указано считать ФИО2 отбывшим назначенное наказание. Таким образом, его действия были переквалифицированы на преступление небольшой тяжести, максимальное наказание по которому предусматривает лишение свободы на срок до двух лет, соответственно ему не могла быть избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В результате незаконного осуждения к лишению свободы на срок в виде ****, которые он полностью отбыл, он был незаконно лишен свободы на срок ****. Ссылаясь на Определение Верховного Суда РФ от 14.08.2018 №78-КГ18-38, полагал, что компенсация морального вреда должна определяться из расчета 2 000 руб. в сутки, что за 717 суток составляет 1 434 000 руб. Также указал, что у него ухудшилось состояние здоровья, он был лишен возможности общения с близкими и детьми, испытывал нравственные страдания, в связи с чем, просит взыскать моральный вред в размере 10 000 000 руб.

В судебном заседании истец требования поддержал, привел доводы, изложенные в иске.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области ФИО5 с требованием не согласилась, указала на отсутствие у истца права на реабилитацию. В дело представлен отзыв, в котором указывается на недоказанность причиненных моральных и физических страданий, размер компенсации считают завышенным.

Определением суда от 25.06.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено ГУ МВД России по г.Москве, представитель которого в заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом. В дело представлен отзыв на иск, в котором просят в удовлетворении требований отказать. Указано, что исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами. Мера пресечения в виде заключения под стражу не обжаловалась, не повлияла на ход расследования. Приговором суда ФИО2 назначено наказание в виде реального лишения свободы. Полагают, что не доказано причинение истцу морального вреда.

Определением суда от 31.07.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечена Прокуратура Владимирской области.

Старший помощник прокурора г.Владимира Клубкова Е.С. указала на обоснованность требований о компенсации морального вреда, полагала, что взысканию подлежит разумный размер компенсации.

Определением суда от 25.09.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено МВД России, представитель которого ФИО4 в заседании поддержала позицию ответчика о необходимости отказа в удовлетворении требований.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе на указанное решение истец ФИО2 просит решение суда изменить, взыскав в его пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб. В обоснование доводов жалобы указано, что судом не в полной мере принято во внимание, что он является инвалидом **** группы и ему постоянно необходима медицинская помощь; у него двое несовершеннолетних детей **** и **** года рождения и имеет крепкие социальные связи с семьей; медицинские обследования за 2024-2025 год подтверждают, что после незаконного содержания под стражей почти 3 года его состояние здоровья значительно ухудшилось и он был лишен квалифицированной медицинской помощи при содержании в СИЗО.

Также судом не в полной мере учтены обстоятельства и последствия содержания в СИЗО, которые вызвали страдания: психологические, связанные с изоляцией, утратой связи с внешним миром, постоянное пребывание в замкнутом пространстве, невозможность полноценно участвовать в жизни семьи, работать и заниматься образованием; физические, обусловленные тяжелыми бытовыми условиями, плохим питанием, ненадлежащей медицинской помощью и риском насилия со стороны других заключенных или охраны-переполненность камер, плохая вентилицая; потеря связи с окружающим миром – трудности в поддержании связи с родственниками и близкими, ограничение в доступе информации, образованию и другим ресурсам, которые помогают в реабилитации.

Полает, что заявленные им размер компенсации морального вреда в сумме 10 000 000 рублей сможет загладить страдания как физические, так и моральные, ухудшение здоровья вследствие отсутствия какой-либо медицинской помощи, а также само незаконное лишение свободы свыше двух лет (л.д. 195).

В апелляционной жалобе представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Владимирской области просит решение отменить. В обоснование жалобы указано, что доводы ФИО2 о перенесенных им физических и нравственных страданиях не подтверждены соответствующими доказательствами. По мнению апеллянта, определенный к взысканию размер компенсации является чрезмерно завышенным, несоразмерным степени нарушения прав истца (л.д. 179-181).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы. Полагал, что доводы апелляционной жалобы Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области являются несостоятельными.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области – ФИО3 поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просила изменить решение суда первой инстанции, уменьшив размер компенсации морального вреда.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель третьего лица МВД России – ФИО4, просила отказать в удовлетворении апелляционных жалоб, оставить решение суда первой инстанции без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель прокуратуры Владимирской области – Медведева А.А. просила удовлетворить апелляционную жалобу представителя ответчика Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области, отказать в удовлетворении апелляционной жалобы истца ФИО2, изменить решение суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда..

В судебное заседание суда апелляционной не явился представитель третьего лица ГУ УМВД России по г. Москве о явке извещен по правилам ст. 113 ГПК РФ, что позволяет в силу положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Рассмотрев дело, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив соответствие выводов суда обстоятельствам дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 151 ГК РФ, компенсации подлежит моральный вред (физические или нравственные страдания) причиненный действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2).

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Согласно ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу п. 34 ст. 5 УПК РФ, под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

В п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его, а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что приговором Басманного районного суда г.Москвы от **** ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного **** УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы ****. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору Ленинского районного суда г.Владимира от ****, с применением положений п. «г» ч.1 ст. 71 УК РФ окончательно назначено ФИО2 наказание в виде лишения свободы сроком на **** с отбыванием наказания в исправительной колонии **** режима. Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставлена в виде заключения под стражу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 в период с 12 августа 2021 года до вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от **** приговор Басманного районного суда г.Москвы от **** в отношении осужденного ФИО2 изменен. Из вводной части приговора исключено указание о наличии у ФИО2 инвалидности **** группы, дополнив, что он является инвалидом **** группы. Из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание о признании обстоятельством, отягчающим ему наказание, опасный рецидив преступлений и в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ считать обстоятельством, отягчающим наказание, рецидив преступлений. Смягчено наказание, назначенное ФИО2 по **** УК РФ, до лишения свободы на срок ****. В соответствии со ст. 70, п. «г» ч.1 ст. 71 УК РФ путем частичного присоединения к вновь назначенному наказанию неотбытого наказания по приговору Ленинского районного суда г.Владимира от **** ФИО2 окончательное наказание назначено в виде лишения свободы на срок **** с отбыванием в исправительной колонии **** режима. На основании п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ в срок наказания в виде лишения свободы зачтено время содержания ФИО2 под стражей с **** в срок лишения свободы, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. Постановлено считать ФИО2 отбывшим наказание в виде лишения свободы. В остальном этот же приговор оставлен без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от **** апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от **** в отношении ФИО2 отменено. Материалы уголовного дела в отношении ФИО2 переданы на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд апелляционной инстанции в ином составе суда.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от **** приговор Басманного районного суда г.Москвы от **** в отношении осужденного ФИО2 изменен. Во вводной части приговора уточнено о наличии у ФИО2 инвалидности **** группы. Из приговора исключено указание суда о наличии в действиях ФИО2 опасного рецидива преступлений и в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ постановлено считать обстоятельством, отягчающим наказание, рецидив преступлений. Действия ФИО2 переквалифицированы со ст. **** УК РФ на ст. 30 ч. 3 ст. **** УК РФ, по которой назначено наказание в виде лишения свободы на срок ****. На основании ст. ст. 70, 71 ч. 1 п. «г» УК РФ УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Ленинского районного суда г.Владимира от **** и окончательное наказание по совокупности приговоров назначено ФИО2 в виде лишения свободы на срок **** месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. На основании ст. 72 ч. 3.1 п. «а» УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания под стражей с **** г. из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии **** режима. Постановлено считать ФИО2 отбывшим назначенное наказание.

Согласно справке УФСИН России от 08.05.2024 ФИО2 отбывал наказание в местах лишения свободы с ****, освобожден по отбытии срока наказания.

Таким образом, на момент вынесения апелляционным судом определения от 03.06.2024, а впоследствии определения от 04.03.2025, ФИО2 уже отбыл наказание, назначенное ему приговором суда от 03.05.2023, наказание по которому превышало окончательно назначенное наказание на 2 года.

Разрешая спор, суд первой инстанции указал на необходимость применения при разрешении спора положении ст. ст. 151, 1101 ГК РФ и правовых позиций, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».

Приходя к выводу об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 1 432 000 руб., суд первой инстанции исходил из установленных обстоятельств по переквалификации действий ФИО2 с сохранением наказания в виде лишения свободы, а также снижение ФИО2 меры наказания до предела ниже отбытого, а также учел указанные разъяснения Верховного Суда РФ, придя к выводу, что право на реабилитацию у ФИО2 не возникло.

С данными выводами соглашается суд апелляционной инстанции.

В п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что судам следует учитывать, что нормами ст. ст. 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого.

Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Если суд в рамках гражданского судопроизводства признал доказанным факт причинения морального вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то в судебном акте должны быть приведены достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 250 000 рублей, судом первой инстанции, в числе прочих обстоятельств, учтено то, что ФИО2 является инвалидом **** группы, у него имеется двое несовершеннолетних детей ****.; что положения УПК РФ не предусматривают возможности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемых за совершение преступления небольшой тяжести, к которому относится преступление, предусмотренное ч.1 ст. 159 УК РФ; что истец был лишен возможности общаться с детьми, участвовать в их воспитании, следить за их развитием, не имел свободной возможности проходить медицинские обследования для поддержания своего здоровья при наличии инвалидности 1 группы.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда о размере компенсации морального вреда.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, действующее законодательство в системном единстве его предписаний не исключает принятия судом в порядке гражданского судопроизводства решения о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и в соответствии с принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина. Установленный законодателем механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (определения от 18 января 2011 г. N 47-О-О, от 28 февраля 2019 г. N 552-О, постановление от 15 марта 2023 г. N 8-П, определение от 26 сентября 2024 г. N 2147-О).

Таким образом, за лицом, в отношении которого было принято решение, уменьшающее объем его обвинения, но не исключающее его, право на компенсацию морального вреда в порядке гражданского судопроизводства может быть признано только в том случае, если с учетом конкретных обстоятельств уголовного дела будет установлено, что в результате обвинения лица в более тяжком преступлении наступили негативные для него последствия и ему такой вред был причинен, то есть сама по себе переквалификация содеянного гражданином на менее тяжкое обвинение, в данном случае с преступления средней тяжести (**** Уголовного кодекса Российской Федерации) на преступление небольшой тяжести (**** Уголовного кодекса Российской Федерации), не может служить безусловным основанием для признания за таким гражданином права на компенсацию морального вреда.

Следовательно, при разрешении требований гражданина, в отношении которого в порядке уголовного судопроизводства было принято решение об уменьшении объема обвинения, но не исключающего его, о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного преследования, юридически значимыми и подлежащими доказыванию истцом являются обстоятельства, связанные с тем, что такой гражданин перенес физические и (или) нравственные страдания в связи с его уголовным преследованием и обвинением в совершении более тяжкого преступления. В связи с указанным, доводы жалобы Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области заслуживают внимания.

Данная позиция согласуется с правовой позицией, выраженной в Определении Верховного Суда РФ от 24 марта 2025 г. N 48-КГ24-29-К7.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с приведенным правовым регулированием истец ФИО2 должен доказать как факт причинения ему физических и (или) нравственных страданий в результате обвинения в совершении более тяжкого преступления и применения к нему мер пресечения в виде заключения под стражу, чем предусматривает **** УК РФ, так и характер и степень этих страданий. Вместе с тем, сведений о том, что ФИО2 обжаловал в установленном уголовно-процессуальным законом порядке судебные постановления о применении к нему мер пресечения в виде заключения под стражу, в материалах дела не имеется.

ФИО2 в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено в материалы дела доказательств, подтверждающих характер и степень пережитых им нравственных и физических страданий, вызванных обвинением его в преступлении средней тяжести и нахождением в связи с этим под стражей. Из представленных в материалы дела медицинских документов не следует, что заболевания истца связаны с содержанием под стражей в указанный период и уголовным преследованием в связи в обвинением в совершении преступлений, предусмотренных **** УК РФ.

При таких обстоятельствах, разрешая заявленные требования, учитывая, что истец длительное время находился под стражей за преступление, которое не совершал, был лишен привычного образа жизни, возможности работать, общаться с родственниками, друзьями, знакомыми, испытывал нравственные страдания, судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанное привело к нарушению конституционных прав истца, в том числе права на свободу передвижения, в связи с чем ФИО2 имеет право на возмещение морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывая характер и степень перенесенных истцом нравственных страданий, его индивидуальные особенности, возраст, характер предъявленного ему обвинения, обстоятельства освобождения от уголовного преследования, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда следует удовлетворить частично и с учетом разъяснений, данных в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца 100 000 рублей.

Судебная коллегия полагает, что компенсация в данном размере позволяет в полном объеме компенсировать причиненные истцу физические и нравственные страдания.

С учетом приведенных обстоятельств судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда, взысканной с Минфина России в пользу ФИО2, взыскав с Минфина России за счет казны РФ в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 328, статьей 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Ленинского районного суда г. Владимира от 27 октября 2025 года изменить в части размера компенсации морального вреда, взысканной с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации (****) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 (****) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Владимира от 27 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области – без удовлетворения.

Председательствующий П.А. Якушев

Судьи Е.В. Денисова

Е.В. Прокофьева

Мотивированное апелляционное определение изготовлено: 31.03.2026.