Решение № 2-1348/2020 2-1348/2020~М-1158/2020 М-1158/2020 от 28 июля 2020 г. по делу № 2-1348/2020

УИД 02RS0001-01-2020-003188-02 Дело № 2-1348/2020

Категория 2.196


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2020 года г. Горно-Алтайск

Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай в составе:

председательствующего Сумачакова И.Н.,

при секретаре Яндиковой Н.Ю.,

с участием прокурора Тынкевич Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным содержание в металлической клетке в зале суда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Усть-Коксинскому районному суду Республики Алтай, Управлению Федерального казначейства по Республике Алтай о взыскании компенсации морального вреда в размере 556 000 рублей в связи с незаконным содержание в металлической клетке в зале суда. Исковые требования мотивированы тем, что во время судебных заседаний 30 ноября 2015 года, 01, 21 декабря 2015 года, 19, 20, 21, 25 января 2016 г. по приговору Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 25 января 2016 года, в период времени с 06 февраля 2006 года по 18 сентября 2007 года по приговору Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 18 сентября 2007 года при рассмотрении уголовных дел он содержался в металлической клетке, что унижало его человеческое достоинство, нарушало права, ему причине моральный вред, который он оценивает в 556 000 рублей.

Протокольным определением суда от 29.07.2020 г. произведена замена ненадлежащих ответчиков Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай, Управления Федерального казначейства по Республике Алтай надлежащим ответчиком Министерством финансов Российской Федерации.

Истец ФИО1, участвующий в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи, исковые требования поддержал и просил их удовлетворить.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал и просил отказать в их удовлетворении.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего исковые требования неподлежащими удовлетворению в связи с недоказанностью причинения истцу морального вреда, изучив материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г. никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В соответствии со ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В п. 1 ст. 151 ГК РФ закреплено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган.

Для применения ответственности, предусмотренной ст.1069 ГК РФ, лицо, требующее возмещение убытков, за счет государства, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

Из материалов дела следует, что 07.02.2006 г. следователем прокуратуры Усть-Коксинского района Республики Алтай К.С.В. в соответствии со ст.ст. 91, 92 ГПК РФ в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, задержан ФИО1

09.02.2006 г. судьей Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай в отношении подозреваемого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 07.04.2006 г. мера пресечения в виде заключения под стражу обвиняемому ФИО1 продлена до 07.05.2006 г., 06.05.2006 г. продлена до 07.06.2006 г.

10.05.2006 г. по итогам предварительного слушания по уголовному делу в отношении ФИО1 и Б.И.Ю., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, назначено открытое судебное заседание на 17.05.2006 г., мера пресечения обвиняемым продлена. В ходе рассмотрения уголовного дела мера пресечения в виде содержания под стражей ФИО1 неоднократно продлевалась, 17.07.2006 г., 18.10.2006 г., 11.01.2007 г., 30.03.2007 г., 05.07.2007 г.

Приговором Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 18 сентября 2007 года ФИО1 осужден к <данные изъяты> лишения свободы с отбыванием наказания в <данные изъяты> за совершение преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, срок наказания исчислен с 07.02.2006 г.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Алтай от 26.12.2007 г. приговор Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 18.02.2007 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Судом установлено, что при рассмотрении указанного уголовного дела № судом первой инстанции подсудимый ФИО1 присутствовал в следующих судебных заседаниях: 17, 30 мая, 21 июня, 12, 17 июля 2006 г., 12, 18 октября, 13,14 ноября, 04, 08 декабря 2006 года, 11 января, 22 февраля, 14, 29, 30 марта 2007 г., 30 мая, 05 июля 2007 г., 07, 08, 09, 20 августа, 10, 11, 18 сентября 2007 г.

Кроме того, приговором Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 25 января 2016 года ФИО1 осужден к <данные изъяты> лишения свободы в <данные изъяты> за совершение преступлений, предусмотренных п<данные изъяты> УК РФ.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Алтай от 28.04.2016 г. приговор Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от 25 января 2016 г. изменен, ФИО1 снижено наказание по <данные изъяты> УК РФ <данные изъяты>. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО1 <данные изъяты> лишения свободы в <данные изъяты>.

Как установлено судом, при рассмотрении указанного уголовного дела № судом первой инстанции подсудимый ФИО1 присутствовал в следующих судебных заседаниях: 30 ноября, 01, 21 декабря 2015 года, 19, 20, 21, 25 января 2016 года.

Все судебные заседания с участием подсудимого ФИО1 по уголовным делам № и № проходили в зале судебных заседаний Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай, где последний находился в металлической заградительной клетке, предназначенной для размещения подсудимых, содержащихся под стражей.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывает на нарушение его права содержанием в ходе судебных заседаний в металлической клетке.

Согласно действующего до 01.07.2013 г. Свода правил по проектированию и строительству здания судов общей юрисдикции СП 31-104-2000 (утв. приказом Судебного Департамента при Верховном Суде РФ от 02.12.1999 г. №154) в залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел следует устанавливать металлическую заградительную решетку высотой 220 см, ограждающую с четырех сторон место для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов (п. 8.3 свода правил).

Аналогичные требования к оборудованию мест для размещения подсудимых залов судебных заседаний установлены действующим с 01.07.2013 г. Сводом правил СП 152.13330.2012 «Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования» (утв. приказом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25.12.2012 г. №111/ГС).

Оборудование залов судебных заседаний защитными кабинами соответствует Методическим рекомендациям по организации деятельности администратора верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, автономного округа, окружного (флотского) военного суда, районного суда, гарнизонного военного суда, утвержденным Генеральным директором Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации 24.11.2009 г. и «СП31-104-2000.Здания судов общей юрисдикции», одобренным и рекомендованным к применению письмом Госстроя РФ от 25.05.2000 г. № ЛБ-2218/9 и не противоречит действующему российскому законодательству.

К тому же размещение подсудимых во время судебных разбирательств в защитных кабинах не признавалось противоречащим Конституции РФ либо иным федеральным законам в установленном порядке.

Согласно п. 307 Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 07.03.2006 г. № 140дсп, в зале судебного заседания подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным заграждением) на скамьях в порядке, определяемом председательствующим в судебном заседании. Конвоиры на постах располагаются с правой и левой стороны от барьера (защитного заграждения). Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьерами (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 обвинялся в совершении особо тяжких преступлений, одно из которых было совершено при особо опасном рецидиве преступлений (уголовное дело №), в связи с чем помещение ФИО1, в отношении которого была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в огороженную решеткой зону зала судебного заседания в качестве подсудимого по уголовным делам, рассмотренным в Усть-Коксинском районном суде Республике Алтай, являлось необходимой мерой безопасности, а нахождение подсудимого вне такой зоны создавало бы угрозу участникам процесса, составу суда, иным лицам, присутствовавшим в судебном заседании.

Содержание ФИО1 при рассмотрении уголовных дел в суде за металлическим заграждением не было чрезмерной мерой, поскольку позволяло ему сидеть, стоять, не ограничивало попадание кислорода, света и не препятствовало участию в судебном заседании.

Действующими нормативно-правовыми актами регламентировано обязательное оборудование залов судебных заседаний по уголовным делам металлическими решетками для размещения лиц, находящихся под стражей и, следовательно, содержание истца при рассмотрении уголовного дела в суде за металлическим заграждением не было чрезмерной мерой и не может расцениваться как унижающее честь и достоинство по смыслу ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку позволяло ему сидеть, стоять, не ограничивало попадание кислорода, света и не препятствовало участию в судебном заседании и не повлияло на возможность защищаться от предъявленных обвинений.

При таких обстоятельствах оснований для признания незаконным содержание подсудимого ФИО1 в металлической клетке в зале судебного заседания при рассмотрении уголовных дел по его обвинению не имеется.

Как предусмотрено п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Как указано выше, при рассмотрении уголовного дела № подсудимый ФИО1 находился в зале судебного заседания за оградительной металлической клеткой в 2006-2007 г.г. При этом настоящий иск подан только 27 июня 2020 года, то есть спустя более 13 лет.

Истцом в силу положения ч. 1 ст. 56 ПК РФ не представлено доказательств тому, что в результате его содержания в металлической клетке ему причинены физические или психические страдания, и это вызвало у него чувства страха, тревоги и собственной неполноценности. Доводы истца не подтверждены относимыми, допустимыми и достаточными доказательствами.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 г. № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и протоколов к ней» правовые позиции Европейского Суда учитываются при применении законодательства Российской Федерации. Согласно абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» выполнение постановлений (Европейского суда по правам человека), касающихся Российской Федерации, предполагает в случае необходимости обязательство со стороны государства принять меры частного характера, направленные на устранение нарушений прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, а также меры общего характера, с тем чтобы предупредить повторение подобных нарушений.

В настоящее время федеральным законодателем не приняты меры к изменению установленного порядка содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, а также конвоирования указанных лиц к месту проведения следственных действий и в судебные заседания, а также размещения их в зале судебного заседания.

В этой связи у государственных органов в настоящее время отсутствует возможность обеспечить лицам, содержащимся под стражей, иной порядок содержания.

При таких обстоятельствах не имеется оснований для удовлетворения иска к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

Определением суда от 09.07.2020 г. ФИО1 предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей до рассмотрения настоящего дела.

Исходя из ставки государственной пошлины, установленной в размере 300 рублей для физических лиц по требованиям неимущественного характера (подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ), с ФИО1 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Доказательств тому, что ФИО1 обладает льготами при обращении в суд общей юрисдикции, предусмотренными ст. 333.36 НК РФ, в материалах дела не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным содержание в металлической клетке в зале суда в размере 556 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход муниципального бюджета муниципального образования «Город Горно-Алтайск» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Горно-Алтайский городской суд Республики Алтай.

Судья И.Н. Сумачаков

Решение в окончательной форме изготовлено 05 августа 2020 года