Апелляционное определение № 33-1707/2026 от 23 марта 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0020-01-2025-005095-98 33-1707/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 24 марта 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Переверзевой Ю.А.

судей Украинской О.И., Фурмановой Л.Г.

при секретаре Лихачевой М.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Т.М.В. к акционерному обществу «Старооскольский завод автотракторного электрооборудования им. А. М. Мамонова» о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным в части, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе Акционерного общества «Старооскольский завод автотракторного электрооборудования им. А. М. Мамонова»

на решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 12 декабря 2025 г.

заслушав доклад судьи Украинской О.И. объяснения представителя истца С.А.А. представителя ответчика П.В.Ю.., судебная коллегия

установила:

Т.М.В. обратился в суд, указав, что работает в должности <данные изъяты> акционерного общества «Старооскольский завод автотракторного электрооборудования им. А.М. Мамонова» (далее АО «СОАТЭ»), 23 сентября 2025 г. с ним произошел несчастный случай на производстве, считая выводы акта о несчастном случае в части установления его вины незаконными, просил признать недействительным акт о несчастном случае на производстве от 09 октября 2025 г. в части установления вины (основной причины несчастного случая) <данные изъяты> АО «СОАТЭ» Т.М.В. в произошедшем 23.09.2025 несчастном случае; признать недействительным акт о несчастном случае на производстве АО «СОАТЭ» от 09 октября 2025 г. в части установления причин несчастного случая, а именно в качестве основной причины: нарушение требований охраны труда <данные изъяты> Т.М.В.., выразившееся в использовании для выполнения работ лестницы без указания руководителя подразделения, неправильном применении средств индивидуальной защиты (каски защитной) - использование каски без застегнутого подбородочного ремешка. Также просил взыскать с АО «СОАТЭ» в пользу Т.М.В.. в счет компенсации морального вреда 50000 рублей в связи с нарушением прав работника установлением его вины актом о несчастном случае на производстве.

Решением Старооскольского городского суда Белгородской области от 12 декабря 2025 г. иск Т.М.В. удовлетворен. Признан незаконным акт о несчастном случае на производстве от 09 октября 2025 г. в части установления вины (основной причины несчастного случая) <данные изъяты> АО «СОАТЭ» Т.М.В. в произошедшем 23 сентября 2025 г. несчастном случае; в части установления причин несчастного случая, а именно в качестве основной причины: нарушение требований охраны труда <данные изъяты> Т.М.В., выразившееся в использовании для выполнения работ лестницы без указания руководителя подразделения, неправильном применении средств индивидуальной защиты (каски защитной) - использование каски без застегнутого подбородочного ремешка.

Взыскано с акционерного общества «Старооскольский завод автотракторного электрооборудования им. А.М. Мамонова» в пользу Т.М.В.. в счет компенсации морального вреда 15000 руб.

Взыскана с акционерного общества «Старооскольский завод автотракторного электрооборудования им. А.М. Мамонова» в доход бюджета Старооскольского городского округа Белгородской области государственная пошлина в размере 6000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель АО «СОАТЭ» сослался на то, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, истец осознанно нарушил дисциплину труда и требования охраны труда, приняв решение использовать лестницу, материалами дела подтверждается факт неверного использования истцом защитной каски без застегнутого подбородочного ремня. Судом не применены положения ст. 21 и 215 Трудового кодекса РФ, которые нарушил истец. Также указано на наличие многочисленных процессуальных нарушений со стороны суда. Просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

Истцом поданы возражения на апелляционную жалобу истца, просит в ее удовлетворении отказать.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика П.В.Ю. поддержал апелляционную жалобу.

Представитель истца С.А.А.. просил оставить решение суда без изменения.

Истец Т.М.В.., представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Белгородской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены: истец посредством Государственной электронной почтовой системы 27 февраля 2026 г., об уважительных причинах неявки не сообщил, обеспечил участие представителя, представитель третьего лица электронной почтой 27 февраля 2026 г., доказательств уважительных причин неявки не представлено.

В соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе истца, возражений ответчика, изучив материалы настоящего дела, объяснения сторон, заключение прокурора, приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Т.М.В.. с 20 марта 2017 г. состоит в трудовых отношениях с ответчиком в должности <данные изъяты>.

23 сентября 2025 г. в ходе выполнения устного задания начальника строительного управления П.А.А.., совместно с дорожным рабочим П.Э.А.. с истцом произошел несчастный случай на производстве.

Работодателем создана комиссия по расследованию тяжелого несчастного случая, происшедшего с <данные изъяты> Т.М.В.

По результатам расследования несчастного случая, 09 октября 2025 г. комиссией составлен акт о расследовании и акт о несчастном случае на производстве.

Согласно установленным комиссией обстоятельствам несчастного случая, 23 сентября 2025 г. Т.М.В.. прибыл на работу около 7 час. 40 мин., в раздевалке переоделся, надел средства индивидуальной защиты (костюм, ботинки, каску), получил совместно с дорожным рабочим П.Э.А.. устное задание от начальника строительного управления П.А.А.. выполнить замеры металлических листов, необходимых для обшивки фасада здания участка 06 цеха 14. Примерно в 8 час. 20 мин. П.Э.А.. и Т.М.В. прибыли к месту производства работ. С торцевой стороны здания находились смонтированные ранее строительные леса. Дорожный рабочий П.Э.А.. в момент несчастного случая находился под лесами на асфальте, строительным уровнем проверял вертикаль установленных на фасаде направляющих уголков. Т.М.В.. сказал П.Э.А.., что поднимется по строительным лесам для замера, на что П.Э.А.. ответил, что замер можно произвести с земли, однако Т.М.В.. начал подниматься по металлической лестнице, установленной под углом к торцевой части лесов. В момент, когда Т.М.В.. наступил одной ногой на 3-ю снизу ступень лестницы, нога попала в проем лестницы между ступенями и Т.М.В.. не удержался и упал на асфальт, сначала на спину, потом ударился головой. П.Э.А.. подбежал к Т.М.В.., спросил о его самочувствии, последний был в сознании, разговаривал, хотел встать. П.Э.А.. по телефону сообщил о случившемся начальнику строительного управления П.А.А. который через 2-3 минуты прибыл на место несчастного случая, вызвал заводской транспорт и дал указание П.Э.А.. отвезти Т.М.В.. в травмпункт. Последний самостоятельно в присутствии П,Э.А.. переоделся в личную одежду и на транспорте предприятия в сопровождении П.Э.А.. был доставлен в травмпунк, а затем в приемное отделение ОГБУЗ «Старооскольская окружная больница Святителя Луки Крымского», где ему оказали медицинскую помощь и госпитализировали. Т.М.В. установлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно медицинскому заключению № о характере полученной травмы повреждение относится к категории тяжелых.

При разрешении спора суд первой инстанции, оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, руководствуясь положениями ст.ст. 22, 210, 214, 227 - 231, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", определил, что выводы комиссии о наличии причинной связи между действиями истца по нарушению Инструкции по охране труда для каменщика (ИОТ 047), Общей инструкции по охране труда для работников АО «СОАТЭ» (ИОТ 001) и несчастным случаем на производстве основаны на предположении, не мотивированы, не подтверждаются представленными доказательствами, в связи с чем акт в данной части не соответствует закону, поскольку судом установлено нарушение работодателем прав работника при проведении расследования, с учетом характера допущенных нарушений прав истца и фактических обстоятельств дела установил наличие оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда первой инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат законодательству, аргументированы в обжалуемом судебном акте.

Согласно части 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Работодатель обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить, в частности, безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты.

В силу ст. 215 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан: соблюдать требования охраны труда; правильно использовать производственное оборудование, инструменты, сырье и материалы, применять технологию; следить за исправностью используемых оборудования и инструментов в пределах выполнения своей трудовой функции; использовать и правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты; проходить в установленном порядке обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; незамедлительно поставить в известность своего непосредственного руководителя о выявленных неисправностях используемых оборудования и инструментов, нарушениях применяемой технологии, несоответствии используемых сырья и материалов, приостановить работу до их устранения; немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой известной ему ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей, о нарушении работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, указанными в части второй статьи 227 настоящего Кодекса, требований охраны труда, о каждом известном ему несчастном случае, происшедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков профессионального заболевания, острого отравления; в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, проходить обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры, другие обязательные медицинские осмотры и обязательные психиатрические освидетельствования, а также внеочередные медицинские осмотры по направлению работодателя, и (или) в соответствии с нормативными правовыми актами, и (или) медицинскими рекомендациями.

Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями статей 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденным приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 г. № 223.

Согласно п. 12 Положения расследование несчастных случаев, происшедших с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве сторонней организации, предоставившей его на основании договора с работодателем (его представителем), проводится в соответствии с требованиями части первой и второй статьи 229 Кодекса и других требований Кодекса.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В силу ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Порядок проведения расследования несчастных случаев установлен ст.229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, оформления материалов расследования несчастных случаев - положениями ст.230 ТК РФ, из которых следует, что по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

По результатам расследований оформляются акты о расследовании несчастного случая (за исключением легких несчастных случаев) и акты формы Н-1 с приложением соответствующих материалов ( п. 21.8 Положения).

Согласно п. 36 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, если при осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права государственным инспектором труда установлено, что утвержденный работодателем (его представителем) акт о несчастном случае на производстве составлен с нарушениями порядка, установленного Кодексом и Положением, или не соответствует обстоятельствам и материалам расследования несчастного случая, государственный инспектор труда вправе обязать работодателя (его представителя) внести в него необходимые изменения и дополнения или в случае наступления обстоятельств, предусмотренных статьей 229.3 Кодекса, государственным инспектором труда проводится расследование несчастного случая в соответствии с требованиями Кодекса и Положения.

К установленным государственным инспектором труда сведениям, объективно свидетельствующим о нарушении порядка расследования, в частности, относятся: содержание акта о несчастном случае в части определения причин несчастного случая и лиц, допустивших нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности, не соответствует фактическим обстоятельствам несчастного случая и (или) материалам его расследования.

В силу положений ст. 381 Трудового кодекса Российской Федерации споры, связанные с расследованием и оформлением актов о несчастных случаях на производстве, в том числе споры о содержании акта о несчастном случае на производстве в части установления вины работника, относятся к индивидуальным трудовым спорам, подлежащими рассмотрению органами по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, в частности, судом.

В ходе расследования комиссией установлено, что Т.М.В. в рамках программы первичного инструктажа по охране труда на рабочем месте для <данные изъяты> строительного управления ППИ-2 от 16 ноября 2024 г. ознакомлен с инструкцией по охране труда <данные изъяты> и общей инструкцией по охране труда для работников АО «СОАТЭ», нарушение которых ему вменено, прошел повторный инструктаж на рабочем месте, что подтверждается его подписями о прохождении инструктажа 03 января 2025 г., 02 апреля 2025 г., 02 июля 2025 г. в журнале регистрации инструктажа.

Как следует из пунктов 9, 10 акта о несчастном случае на производстве, основной причины несчастного случая является нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, а именно: нарушение требований охраны труда каменщиком строительного управления 3 разряда Т.М.В..: использование для выполнения работ лестницы без указания руководителя подразделения, неправильное применение средств индивидуальной защиты (каски защитной) - использование каски без застегнутого подбородочного ремешка. Указано на нарушение Т.М.В.. требований п.п.3.1.1, 1.7.4 Инструкции по охране труда для каменщика (ИОТ 047), утвержденной 30 августа 2021 г. главным инженером АО «СОАТЭ», п. 3.31 Общей инструкции по охране труда для работников АО «СОАТЭ» (ИОТ 001), утвержденной 30 августа 2021 г. главным инженером АО «СОАТЭ».

В соответствии с пунктом 3.1.1 Инструкции по охране труда для каменщика (ИОТ 047), во время работы <данные изъяты> обязан выполнять только ту работу, которую поручил руководитель работ.

<данные изъяты> обязан правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты (п. 1.7.4 ИОТ 047).

Согласно п. 3.31 Общей инструкции по охране труда для работников АО «СОАТЭ» (ИОТ 001), с целью предупреждения несчастных случаев необходимо соблюдать следующие требования … применять только исправную спецодежду, спецобувь и другие средства индивидуальной защиты. Рукава должны быть с застегнутыми обшлагами. Рубашка должны быть заправлена в брюки, волосы должны быть тщательно заправлены под головной убор. Каска должна быть правильно надета и отрегулирована, подбородочный ремень каски должен быть застегнут.

Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда в акте о несчастном случае на производстве указан <данные изъяты> АО «СОАТЭ» Т.М.В.., а также начальник строительного управления АО «СОАТЭ» П.А.А., который не обеспечил контроль со стороны должностного лица за ходом выполнения работы, применением средств индивидуальной защиты, обучение подчиненного работника правильному применению выданных СИЗ, нарушив п. 2.9, 2, 14, 2.16, 2.19 Должностной инструкции начальника строительного управления, утвержденной 02 июня 2023 г. директором по капитальному строительству ООО «УК «СОАТЭ» - управляющей организации АО «СОАТЭ», п. 6.26.31 Стандарта предприятия СТО 5.3-03-ООТ и ПБ-2021, утвержденного 01 сентября 2021 г. главным инженером АО «СОАТЭ».

Как установлено оспариваемым актом и следует из объяснений П.Э.А.., Т.М.В.., не опровергнутых стороной ответчика, Т.М.В,., прибыв на работу, в раздевалке переоделся, надел средства индивидуальной защиты (костюм, ботинки, каску), получил совместно с дорожным рабочим П.Э.А. устное задание от начальника строительного управления П.А.А.. выполнить замеры металлических листов, необходимых для обшивки фасада здания участка 06 цеха 14.

Каким образом должны были производиться замеры, возможность или запрет использования лестницы при замерах работникам не разъяснено, ссылки представителя ответчика на то, что такие замеры возможно было произвести с земли, на что истцу указывал П.Э.А.., о наличии соответствующей инструкции непосредственного руководителя не свидетельствуют.

Как следует из материалов дела, представленной ответчиком схемы, замеры должны были быть произведены на высоту 3200 см вверх, в ходе расследования комиссией не проверено, какие инструменты для замеров были выданы истцу, возможно ли было выданными истцу средствами измерения произвести замер с земли, как это следует из представленных ответчиком фотографий.

При таких обстоятельствах судом обоснованно указано на незаконность выводов комиссии о том, что Т.М.В.. выполнял, не порученную ему работу, используя для их выполнения лестницу без указания начальника строительного управления.

Наличие каски при выполнении замеров на голове Т.М.В.. никем не оспаривалось, как правильно указано судом, выводы комиссии о том, что истец неправильно применил средства индивидуальной защиты – каски защитной без застегнутого подбородочного ремня, являются ошибочными и основаны только на предположении.

Судом апелляционной инстанции отклонено в соответствии с положениями ст. 327.1 ГПК РФ ходатайство представителя ответчика о назначении по делу судебной экспертизы для установления возможности соскальзывания с головы истца защитной каски при правильно ее использовании, поскольку ответчиком не доказана невозможность проведения такой экспертизы в рамках расследования несчастного случая на производстве либо заявление такого ходатайства в суде первой инстанции, что ставилось на обсуждение судом, а в случае невозможности получения изъятой каски самостоятельно, заявления суду первой инстанции ходатайства об оказании содействия в ее истребовании.

Актом установлено, что сопутствующей причиной несчастного случая является необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, непроведение пострадавшему Т.М.В. обучения по применению СИЗ, что подтверждается пояснениями Т.М.В. П.Э.А.., П,А.А. не опровергнуто стороной ответчика в ходе рассмотрения дела.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом не нашел подтверждения установленный работодателем факт нарушения истцом требований охраны труда, оснований для установления нарушений истцом Инструкции по охране труда и вины истца в несчастном случае не имелось.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснено в пунктах 46, 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ).

Истцом заявлено о взыскании компенсации морального вреда только в связи неправомерными действиями ответчика по установлению его вины в акте о несчастном случае на производстве.

Поскольку судом установлено нарушение работодателем прав работника в данной части, с учетом характера допущенных нарушений прав истца и фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда определен в сумме 15 000 рублей.

Оснований не согласиться с таким размером судебная коллегия не усматривает, при его определении судом учтены имеющие значение для дела обстоятельства, принципы разумности и справедливости, размер морального вреда ответчиком в жалобе не оспорен.

Указание в жалобе на то, что судом озвучено и в картотеке отмечено, что требования о компенсации морального вреда удовлетворены, тогда как компенсация взыскана в меньшем размере, чем заявлено, не подтверждает изменение резолютивной части решения после его принятия, в решении суда указано на удовлетворение иска.

Поскольку требование о компенсации морального вреда является требованием неимущественного характера, судом правильно указано на удовлетворение такого требования, при этом размер компенсации определен с учетом всех имеющих значение для дела обстоятельств.

Доводы о нарушении судом норм процессуального права, поскольку удовлетворено ходатайство о привлечении участвовавшего в расследовании государственного инспектора труда З.В.И. в качестве свидетеля, а потом он привлечен в качестве представителя третьего лица, являются субъективной позицией представителя ответчика, как следует из протокола судебного заседания от 2 декабря 2025 г. при рассмотрении ходатайства ответчика с учетом позиции стороны истца и обстоятельств дела суд пришел к выводу о необходимости привлечения Государственной инспекции труда в Белгородской области к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в связи с чем З.В.И.. давал пояснения в суде как представитель третьего лица.

Нарушение судом сроков составления протокола судебного заседания и решения суда по настоящему делу основанием для отмены правильного по существу решения не являются. Ответчик не был лишен возможности обжаловать судебное постановление, ссылки на иную дату изготовления мотивированного текста судебного постановления о незаконности выводов судебного постановления не свидетельствует.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит, решение является правильным по существу, процессуальных нарушений, влекущих за собой отмену решения суда, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 12 декабря 2025 г. по делу по иску Т.М.В. (СНИЛС №) к акционерному обществу «Старооскольский завод автотракторного электрооборудования им. А. М. Мамонова» (ИНН <***>) о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным в части, компенсации морального вреда оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «СОАТЭ» без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Мотивированный текст апелляционного определения составлен 7 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи