Апелляционное определение № 33-752/2026 от 17 марта 2026 г.

Производство ***

Судья: ***

***


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

*** ***

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи ***

***

при ведении протокола помощником судьи ФИО5

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ***) о взыскании денежных средств, процентов, компенсации морального вреда и штрафа,

по апелляционной жалобе *** на решение Октябрьского районного суда *** от ***.

Заслушав доклад судьи ФИО7, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском к ***) о взыскании убытков, причиненных в связи с ненадлежащим оказанием банком услуг, а также компенсации морального вреда. Указал, что *** принадлежащие ему денежные средства в сумме 253 720 рублей, ранее переданные банку, были списаны с банковских счетов, открытых на его имя в ***». О совершении данных операций банк его не проинформировал, а о случившемся ему стало известно только ***, когда он обнаружил блокировку его личного кабинета в интернет-банке. В приостановлении данных операций, как и в возврате незаконно списанных денежных средств, ему было отказано. Считает, что банк неоднократно нарушил его права следующими действиями: не обеспечил должную сохранность переданного ему имущества и допустил посторонних лиц к распоряжению принадлежащими ему денежными средствами, не проинформировал его о совершаемых операциях в интернет-банке, самовольно заблокировал ему доступ в интернет-банк и не проинформировал его об этом, что создало дополнительные препятствия при оспаривании совершенных банковских операций. Ответчиком были нарушены его права как потребителя в связи с ненадлежащим оказанием финансовых услуг. Поэтому в силу пункта 1 статьи 31 Закона РФ от *** *** «О защите прав потребителей» он вправе требовать от банка возмещения убытков. Полученная ответчиком *** претензия была оставлена без удовлетворения. Поэтому читает, что на основании пункта 1 статьи 395 ГК РФ он вправе требовать взыскания в его пользу процентов за пользование чужими денежными средствами. По состоянию на *** их размер составил 63 271,18 рублей (расчет процентов приведён, исходя из ключевой ставкой Банка России, в уточненном иске).

С учетом дополнения исковых требований просил суд взыскать с ***) убытки в связи с ненадлежащим оказанием услуг в размере 253 720 рублей, проценты по статье 395 ГК РФ в размере 63 271,18 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, установленный законом.

Решением Октябрьского районного суда *** от *** исковые требования ФИО1 удовлетворены.

С ***) в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 253 720 (двести пятьдесят три тысячи семьсот двадцать) рублей, проценты за неправомерное удержание денежных средств в сумме 63 271 (шестьдесят три тысячи двести семьдесят один) рубль 18 копеек; компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, штраф в размере 173 495 (сто семьдесят три тысячи четыреста девяносто пять) рублей 59 копеек.

В остальной части требований ФИО1 оставлены без удовлетворения.

С ***) в доход местного бюджета городского округа – *** взыскана государственная пошлину в сумме 13 424 (тринадцать тысяч четыреста двадцать четыре) рубля 78 копеек.

В апелляционной жалобе (с учетом доводов дополнительной жалобы) ***) ставит вопрос об отмене данного решения суда, просит принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование приводит, что суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, не указал, какие обязательства по Договору комплексного обслуживания (ДКО) и Договору дистанционного банковского обслуживания (ДБО) были ненадлежащим образом исполнены банком перед клиентом.

Указывает, что ссылка суда на то обстоятельство, что банк должен был направить клиенту одноразовый пароль, а без него нельзя считать, что распоряжение в виде простой электронной подписи дано клиентом, несоблюдение порядка идентификации и т.д., без указания в силу каких условий ДКО и ДБО это должно было быть сделано банком, свидетельствует о несостоятельности выводов суда и их недоказанности.

Также автор жалобы указывает на неправильное применение судом норм материального и процессуального права.

Заслушав представитель ответчика по доверенности ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы по изложенным выше основаниям, истца ФИО1, просившего решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражений относительно данной жалобы, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта.

Как установлено судом и следует из материалов дела, *** между ФИО1 и ***) был заключен договор комплексного обслуживания физических лиц в ***) путем присоединения клиента к Правилам комплексного обслуживания физических лиц в ***), Правилам предоставления и использования банковских карт ***), Правилам дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ***), Правилам совершения операций по банковским счетам физических лиц в ***), Сборника тарифов на услуги, предоставляемые ***).

При заключении договора ФИО1 в *** был открыт мастер-счет ***.

В одном из разделов заявления ФИО1 от *** -«Информация о договоре» указан УНК (уникальный номер клиента - (представляет собой целое число), который является логином для входа в ***, и указано, что пароль поступит в виде SMS на указанный мобильный телефон клиента.

На основании заявления ФИО1 на предоставление комплексного обслуживания ему была предоставлена услуга по доступу к системе дистанционного банковского обслуживания «***» в порядке и на условиях, предусмотренных Правилами предоставления ***).

В соответствии Правилами дистанционного банковского обслуживания (далее - Правила ДБО) доступ клиента в систему ДБО осуществляется при условии успешной аутентификации. Порядок аутентификации определяется Условиями системы ДБО, в которой она осуществляется (пункт 3.1.1 Правил ДБО).

В соответствии с Общими положениями Правил ДБО под аутентификацией понимается процедура проверки соответствия указанных Клиентом данных предъявленному им идентификатору при проведении операции в системах ДБО;

идентификатор - число, слово, комбинация цифр и/или букв, или другая информация, однозначно выделяющая (идентифицирующая) Клиента среди определенного множества клиентов Банка (паспортные данные Клиента, пароль, УНК, логин, номер карты клиента, номер счета);

пароль – это идентификатор, предоставляемый Банком Клиенту на Доверенный номер телефона при заключении Договора ДБО (временный Пароль) или назначенный Клиентом самостоятельно с использованием средств Системы ДБО в соответствии с Договором ДБО, используемый для Аутентификации Клиента в Системе ДБО/Канале дистанционного доступа. Пароль представляет собой последовательность символов и используется многократно;

распоряжение – это поручение Клиента в виде документа на бумажном носителе или в виде электронного документа, составленное Клиентом по форме, установленной банком, и содержание указание клиента банку о совершении операции по счете; распоряжение может быть направлено в банк посредством Системы ДБО в соответствии с договором ДБО;

Passcode – уникальная цифровая последовательность, назначаемая клиентом в целях авторизации в Системе «Мобильный банк», а также в целях формирования ЭП для подтверждения (подписания) операций/заключения сделок/ направления писем и формирования уникальных кодов, обеспечивающих информационную безопасность в рамках аутентификации обмена между Мобильным приложением и Системой «Мобильный банк»;

SMS/Puhs-код – это средство подтверждения, используемое для аутентификации и подтверждения (подписания) распоряжений/заявлений в ***», «Мобильный банк» по каналам доступа; в SMS/Puhs-сообщении также содержится информация об операции клиента, дата и время проведения операции.

Пунктами 3.3.5, 3.3.9, 3.4.2 Правил ДБ установлено, что подтверждение приема распоряжения к исполнению может быть произведено путем уведомления Клиента с использованием системы ДБО, а также посредством любого сообщения банка.

Протоколы работы системы ДБО, в которых зафиксированы успешная аутентификация Клиента, создание Клиентом распоряжения в виде электронного документа и подтверждение (подписание) распоряжения в виде электронного документами являются достаточными доказательством подтверждения факта передачи клиентом распоряжения о проведении операции.

Банк вправе отказаться от выполнения Распоряжения, если банком будет установлено, что проводимая клиентом операция противоречит законодательству РФ и/или не соответствует режиму Счета, установленному договором банковского счета.

Судом установлено, и подтверждается выписками по операциям по счетам, открытым на имя ФИО1, что *** с мастер-счета *** был осуществлен перевод между своими счетами денежных средств в размере 125 000 рублей на счет ***, открытый на ФИО1

В тот же день со второго счета были списаны денежные средства на общую сумму 253 720 рублей. Что не оспаривалось ответчиком.

Разрешая данный спор и удовлетворяя исковые требования, руководствуясь статьями 847, 854, Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от *** *** – ФЗ «О национальной платежной системе», разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленкма Верховного Суда Российской Федерации от *** *** «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суд первой инстанции исходил из того, что ***) не представил суду доказательств того, что *** ФИО1 направил распоряжение на перечисление денежных средств – в порядке, установленном правилами ДБО, и того, что банк принял его распоряжение к исполнению. Равно как и не представил сведений о том, каким образом он проверил при приеме к исполнению распоряжений о перечислении денежных средств (если таковые были), и то, и не убедился, что распоряжение было выдано самим ФИО1

Также суд указал, что в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ Банк не представил доказательств того, что в рамках оказания финансовой услуги по переводу третьему лицу денежных средств он предпринял все надлежащие меры, обеспечивающие безопасность используемых програмно-аппаратных средств. Тогда как истец предоставил суду информацию о том, что в момент аутентификации к его личному кабинету было подключено устройство с другим ip – адресом, который к мобильному устройству истца не относится.

Исходя из чего, суд сделал вывод о том, что банк, не уведомив истца о входе в его личный кабинет с другого мобильного устройства, тем самым не исключил не санкционированный доступ третьих лиц к конфидициальной информации, связанной с использованием клиентом системы ДБО, что в итоге привело к незаконному списанию денежных средств со счета истца.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на установленных по делу обстоятельствах, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Также, вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции обоснованно указал на то, что представленный ***) отчет логи-сессий не содержит информации о том, какие действия были совершены для идентификации и аутентификации клиента в дистанционном канале связи; а также информации о совершении действий по введению одноразовых кодов, свидетельствующих о подписании ФИО1 через канал дистанционного доступа распоряжения на перевод с его счета денежных средств.

Более того, представленный ответчиком отчет по доверенному номеру телефона ФИО1 не содержит информации о том, что в день операций – *** вообще направлялись какие-либо сообщения и уведомления о входе в систему *** и направлении смс-кодов.

Так, в силу пункта 5.4 Правил дистанционного обслуживания подписание электронного документа производится клиентом с помощью Идентификатора, Пароля и Средства подтверждения (за исключением использования Passcode), образующих в сочетании уникальную последовательность символов, предназначенных для создания ПЭП.

В случае использования в качестве Средства подтверждения Passcode, для создания ПЭП применяется сочетание следующих уникальных параметров:

- идентификатор Клиента в Мобильном приложении (соответствует Мобильному устройству, на котором установлено Мобильное приложение, и УНК), созданный при назначении Клиентом Passcode;

- одноразовый пароль (One time password), генерация которого выполняется в случае успешной проверки Банком идентификатора клиента в Мобильном приложении.

Таким образом, в случае, если банк удостоверился, что в приложение зашел его клиент через Passcode, для формирования ПЭП для осуществления операции, в том числе операции по переводу, банк направляет Клиенту в автоматическом режиме одноразовый пароль.

Без направления одноразового цифрового пароля на доверенный номер истца простая электронная подпись истца для подтверждения операции по переводу денежных средств не могла быть сформирована.

Однако вышеуказанные действия банком не осуществлены, одноразовый цифровой пароль для входа в Мобильное приложение на доверенный телефон истца банком не направлялся. Доказательств обратного ответчиком в материалы дела не представлено, как и не опровергнуты представленные истцом по делу доказательства, свидетельствующие о том, что в момент аутентификации к личному кабинету истца было подключено устройство с другим ip – адресом, который к мобильному устройству истца не относится.

Установив данные обстоятельства по делу, оценив представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о ненадлежащем исполнении банком своих обязанностей по договору, что привело к незаконному списанию денежных средств со счета истца, в связи с чем на основании части 15 статьи 9 Закона № 161-ФЗ от *** «О национальной платежной системе», *** обязан возместить сумму операции, совершенной без согласия клиента, в указанном выше размере.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, установлены обстоятельства, подтверждающие факт причинения истцу нравственных страданий, их объем, и в полной мере учтены критерии определения размера компенсации морального вреда, установленные частью 2 статьи 151 и частью 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции правильно применены положения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в части возможности начисления процентов на сумму убытков, причиненных банком, обслуживающим клиента на основании договора банковского счета, при установлении факта необоснованного списания денежных средств со счета истца, а также положения Закона РФ «О защите прав потребителей», чему в решении дана соответствующая правовая оценка, с которой не согласиться у судебной коллегии оснований не имеется.

Доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию стороны ответчика при разбирательстве дела в суде первой инстанции, являлись предметом всесторонней проверки суда первой инстанции при рассмотрении дела, получили соответствующую оценку с подробным правовым обоснованием с учетом обстоятельств дела, имеющих юридическое значение. Не согласиться с правовой оценкой суда представленных по делу доказательств, у судебной коллегии оснований не имеется.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Октябрьского районного суда *** от *** оставить без изменения, апелляционную жалобу ***) – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ***.