Решение № 2-167/2019 2-167/2019~М-48/2019 М-48/2019 от 10 апреля 2019 г. по делу № 2-167/2019

Дело № 2-167/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 апреля 2019 года г.Южноуральск

Южноуральский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Черепановой О.Ю.,

при секретаре Матушкиной Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банку «СИБЭС» (АО) о внесении изменении в кредитную историю,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Банку «СИБЭС» (АО) о внесении изменении в кредитную историю.

В обоснование иска указала, что 20 июня 2016 года она заключила с ответчиком договор о потребительском кредитовании <данные изъяты> руб. сроком на 36 месяцев, со ставкой 43,98% годовых в период с даты предоставления кредита по 16 ноября 2016 года, 19 % годовых - с 17 ноября 2016 года по 14 июня 2019 года. Денежные средства по договору ею вносились ежемесячно, своевременно, в порядке, предусмотренном договором - через кассу банковского платежного агента ООО МКК «Русские Финансы». При внесении очередного платежа по кредитному договору в офисе ООО МКК «Русские финансы» ей стало известно о переходе 27 апреля 2017 года права требования по кредитному договору от Банка «СИБЭС» (АО) к ООО «РИФ», а затем к ООО «МКК «ТИАРА». Начиная с мая 2017 года она обращалась в несколько других кредитных организаций, где получала отказы в выдаче кредита, мотивированный отрицательной кредитной историей, источником формирования которой является ответчик. Ее претензия от 01 октября 2018 года ответчиком оставлена без удовлетворения. Банк нарушил положения закона «О защите прав потребителей», причинив ей тем самым моральный вред. Просила возложить на ответчика в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обязанность по направлению в ЗАО «Объединенное кредитное бюро» сведений об отсутствии у нее просроченной задолженности по указанному договору о потребительском кредитовании, взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 5 000,00 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала доводы и требования иска.

Ответчик Банк «СИБЭС» (АО) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, представителя в судебной заседание не направил. В возражениях на исковое заявление иск не признал, указав, что ФИО1 с 14 апреля 2017 года безосновательно перестала погашать задолженность по кредитному договору, несмотря на то, что Банк «СИБЭС» (АО) не сообщал о замене кредитора.

27 апреля 2017 года между Банком «СИБЭС» (АО) и ООО «Региональный Инвестиционный Фонд» был заключен договор цессии (уступки права требования), по которому Банк передал права требования по кредитному договору. Определением Арбитражного суда Омской области от 24 января 2018 года по делу А46-6974/2017указанный договор цессии признан недействительным. Таким образом, Банк «СИБЭС» (АО) является надлежащим кредитором и обработка персональных данных, а также передача банком сведений в бюро кредитных историй о наличии у ФИО1 просроченной задолженности по договору потребительского кредитования является правомерной и не нарушает ее прав и законных интересов. Банк «СИБЭС» (АО) надлежащим образом исполнил, возложенные функции по передаче данных в бюро кредитных историй. Банк не направлял уведомление об отчуждении прав по договору либо о смене нового кредитора по договору потребительского кредитования. Если первоначальный кредитор оспаривает факт перехода права, то в отсутствие уведомления от цедента либо акта по передаче права (требования) по договору об уступке права (требования) уведомление должника цессионарием не является доказательством состоявшейся уступки права требования и риск возможных последствий исполнения обязательства ненадлежащему лицу должен нести должник. Исполнение обязательств посторонним лицам, без полученного уведомления от банка об уступке договора, является ненадлежащим исполнением заключенного договора займа, то есть об исполнении заемщиком своих обязательств надлежащему кредитору. С мая 2017 года ООО МКК «Русские финансы» не является банковским платежным агентом Банка «СИБЭС» (АО).

ООО МКК «Русские финансы» и ООО «Региональный Инвестиционный Фонд», являясь микрофинансовыми организациями, обязаны было предоставить в бюро кредитных историй информацию о погашении задолженности ФИО1 по кредитному договору, но не направило указанную информацию в бюро кредитных историй и Банку и не перечислили внесенные денежные средства в Банк «СИБЭС»(АО).

25 января 2018 года Банк направил ФИО1, письмо с требованием о досрочном погашении задолженности. На 19 февраля 2019 года задолженность ФИО1 по кредитному договору составляет <данные изъяты>, в том числе <данные изъяты> - сумма текущей задолженности по основному долгу, <данные изъяты> - сумма просроченной задолженности по основному долгу, <данные изъяты> - сумма просроченной задолженности по процентам, <данные изъяты> - сумма текущей задолженности по процентам, <данные изъяты> задолженность по начисленной неустойке.

Полагал необоснованными требования о взыскании компенсации морального вреда и штрафа, поскольку нарушения прав потребителя со стороны Банка отсутствуют, истцом не представлено доказательств несения физических и нравственных страданий по вине ответчика, кредит предоставлен истцу в размере и в сроке, установленные договором. Просил в удовлетворении иска ФИО1 отказать. (л.д. 74-81).

Третье лицо - Закрытое акционерное общество «Объединенное Кредитное Бюро» (далее - ЗАО «ОКБ») представителя в судебное заседание не направило, будучи надлежаще извещенным о времени и месте его проведения, просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя и разрешить дело на усмотрение суда. В письменных объяснениях по делу указало, что 05 октября 2018 года ФИО1 обратилась в ЗАО «ОКБ» с заявлением о внесении изменений в кредитную историю, 06 ноября 2018 года ею устранены недостатки заявления. В рамках проверки кредитной истории ситца ЗАО «ОКБ» 07 ноября 2018 года направило запрос конкурсному управляющему Банка «СИБЭС» (АО), на который 11 ноября 2018 года был получен ответ об отсутствии оснований для внесения изменений в кредитную историю истца в связи с ее актуальным отображением и наличием у ФИО1 задолженности перед Банком. 28 ноября 2018 года бюро уведомило об указанном ответе ФИО1 (л.д. 35-36, 212-214).

Третье лицо - Общество с ограниченной ответственностью Микрокредитная организация «Русский Финансы» (далее - ООО МКК «Русские Финансы») при надлежащем извещении правом на участие в судебном заседании не воспользовалось, просило о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. В отзыве на исковое заявление указало, что в качестве платежного агента принимало от истца платежи по договору о потребительском кредитовании от 20 июня 2016 года, заключенному между сторонами. 27 апреля 2017 года Банк «СИБЭС» (АО) уведомило ООО МКК «Русские Финансы» об уступке прав требований по кредитным договорам ООО «РИФ» и просил не осуществлять операции в рамках Соглашения о приеме платежей физических лиц банковским платежным агентом по приему платежей физических лиц в пользу Банка «СИБЭС» (АО). С указанного момента ООО МКК «Русские Финансы» стало перечислять платежи, внесенные истцом по кредитному договору, в ООО «РИФ». 31 июля 2017 года ООО «РИФ» уведомило ООО МКК «Русские Финансы» об уступке прав требований по кредитным договорам ООО МКК «ТИАРА», с этого момента поступавшие от истца платежи перечислялись в ООО МКК «ТИАРА». Впоследствии договор цессии между Банком «СИБЭС» (АО) и ООО «РИФ» был признан недействительным. Полагало, что исполнение, произведенное ответчиком новому кредитору до признания договора цессии недействительным, является надлежащим исполнением (л.д. 204).

Представитель третьего лица – Общества с ограниченной ответственностью «Региональный Инвестиционный Фонд» (далее - ООО «РИФ»), будучи надлежаще извещенным о времени и месте судебного заседания, правом на участие в нем не воспользовался, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. В отзыве на исковое заявление указал, что 27 апреля 2017 года Банк «СИБЭС» (АО) уступил ООО «РИФ» права требования по кредитному договору от 20 июня 2016 года, заключенному с ФИО1, которая совершила в пользу ООО «РИФ» платежи в размере <данные изъяты> в период с 15 мая по 12 июля 2017 года. 31 июля 2017 года ООО «РИФ» уступило право требования по указанному кредитному договору ООО МКК «ТИАРА». На момент уступки просрочка по кредиту отсутствовала. (л.д. 206).

Представитель третьего лица – Общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная организация «ТИАРА» (Далее – ООО МКК «ТИАРА») представителя в судебное заседание не направило. О времени и месте судебного заседания надлежаще извещено.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрен о в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав истца, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что иск ФИО1 подлежит частичному удовлетворению в силу следующего.

Понятие и состав кредитной истории, основания, порядок формирования, хранения и использования кредитных историй, регулируются Федеральным законом от 30 декабря 2004 года № 218-ФЗ «О кредитных историях».

В соответствии с пунктами 1 и 4 ст. 3 указанного Федерального закона кредитная история - информация, состав которой определен настоящим Федеральным законом и которая хранится в бюро кредитных историй, а источником формирования кредитной истории является организация, выдавшая заем или кредит.

Согласно пункту 3.1 статьи 5 указанного Федерального закона от источники формирования кредитной истории - кредитные организации, микрофинансовые организации и кредитные кооперативы обязаны представлять всю имеющуюся информацию, определенную статьей 4 настоящего Федерального закона, в отношении заемщиков, поручителей, принципалов хотя бы в одно бюро кредитных историй, включенное в государственный реестр бюро кредитных историй, без получения согласия на ее представление.

В случае уступки источником формирования кредитной истории другому лицу права требования по договору займа (кредита) или по иной задолженности, информация по которым в соответствии с настоящим Федеральным законом представляется в бюро кредитных историй, лицо, получившее право требования, за исключением физического лица или физического лица, зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя, становится источником формирования этой кредитной истории. Лицо, получившее право требования по договору займа (кредита) или по иной задолженности, представляет информацию в бюро кредитных историй на тех же условиях, что и лицо, передавшее право требования по указанному договору (п. 5.4, п. 5.6 ст. 5 Федерального закона «О кредитных историях»).

Из материалов дела следует, что 20 июня 2016 года между Банком «СИБЭС» (АО) и ФИО1 заключен договор о потребительском кредитовании, по которому последней предоставлен кредит в размере <данные изъяты> со сроком возврата до 14 июня 2019 года, под 43,98% годовых с даты предоставления кредита по 16 ноября 2016 года, 19% годовых с 17 ноября 2016 года по 14 июня 2016 года, с внесением ежемесячных платежей согласно графику. (л.д. 39-41,83-86). Договором предусматривался способ исполнения обязательств по договору заемщиком путем внесения денежных средств в кассах банковского платежного агента по адресам, указанным в приложении № 2 кредитному договору, в том числе в кассе ООО МФО «Русские Финансы» в <...>. (л.д. 87).

27 апреля 2017 года между Банком «СИБЭС» (АО) и ООО «РИФ» заключен договор цессии, по которому цедент передает, а цессионарий принимает права требования к физическим лицам, возникшие на основании договоров займа и /или договоров о потребительском кредитовании. В приложении № к договору под № указана истец ФИО1, где сумма займа указана в размере <данные изъяты> срок возврата 14 июня 2019 года, размер уступаемого права требования <данные изъяты> (л.д. 95-97,123-125).

Также из материалов дела усматривается, что 31 июля 2017 года между ООО «РИФ» и ООО МКК «ТИАРА» заключен договор уступки права требования, по которому цедент переда, а цессионарий принял права требования к физическим лицам, возникшие на основании договоров займов и договоров о потребительском кредитовании, принадлежащие цеденту, в том числе по кредитному договору, заключенному с ФИО1

В связи с чем в период с 15 мая по 12 июля 2017 года ООО МКК «Русские финансы» производило перечисление произведенных истцом платежей в ООО «РИФ» (<данные изъяты> в общей сложности) и в период с 15 августа 2017 года по 12 апреля 2018 года - в ООО МКК «ТИАРА» (<данные изъяты> в общей сложности) в общей сложности. Указанные обстоятельства подтверждаются квитанциями, представленными ФИО1, а также справкой ООО МКК «Русские Финансы» (л.д.18).

Определением Арбитражного суда Омской области от 24 января 2018 года договор цессии от 27 апреля 2017 года, заключенный между Банком «СИБЭС» (АО) и ООО «РИФ» признан недействительным. Определение вступило в законную силу 19 апреля 2018 года (л.д. 98-109,110-122).

Из отзыва на исковое заявление ООО «РИФ» следует, что на момент уступки права требования ООО МКК «ТИАРА» просрочки по кредиту у ФИО1 отсутствовали.

Однако, Банком «СИБЭС» сведения о задолженности ФИО1 по договору от 20 июня 2016 года направлены в ЗАО «ОКБ».

ООО МКК «Русские Финансы» не перечислило Банку «СИБЭС» (АО) платежи, уплаченные ФИО1 в период с 15 мая 2017 года по 12 апреля 2018 года ввиду заключения вышеуказанного договора цессии.

Исследовав в судебном заседании представленные кассовые чеки по внесению ФИО1 ежемесячных платежей по договору о потребительском кредитовании от 20 июня 2016 года (л.д. 183-187), принимая во внимание, что ежемесячные платежи вносились истцом наличными денежными средствами в кассу ООО МКК «Русские Финансы», являющемуся банковским платежным агентом Банка «СИБЭС» (АО), суд исходит из того, что на момент обращения ФИО1 к ответчику с претензией (01 октября 2018 года) истец не имела задолженности по договору о потребительском кредитовании, свои обязательства по кредитному договору исполняла надлежащим образом, поскольку вносила денежные средства в погашение кредитного обязательства указанным в договоре способом в соответствии с договорами цессии, которые не были на тот момент признаны недействительными. В ответе на претензию от 25 октября 2018 года (л.д. 26) ответчик сам указывает на то, что по данным Банка обязательство по погашению задолженности по кредитному договору исполнялось ФИО1 до апреля 2017 года, платежи не поступали в банк в период с мая 2017 года до мая 2018 года, когда они перечислялись в ООО «РИФ» и ООО МКК «ТИАРА». Таким образом, при обращении истца с претензией, либо после получения запроса ЗАО «ОКБ» ответчик имел возможность установить отсутствие у ФИО1 просроченной задолженности и направить соответствующие сведения в ЗАО «ОКБ».

Доводы ответчика о том, что определением Арбитражного суда Омской области от 24 января 2018 года договор цессии от 27 апреля 2017 года признан недействительным, а ООО МКК «Русские Финансы» и ООО «РИФ» не перечислили ответчику принятые от ФИО1 кредитные платежи, не подтверждает доводов ответчика о возникновении у ФИО1 в указанный период задолженности перед ответчиком, поскольку заключенный между Банком «СИБЭС» (АО) и ООО «РИФ» договор цессии свидетельствует о наличии спорных отношениях между данными обществами к которым ФИО1, надлежаще исполнявшая обязательства по кредитному договору, не имеет никакого отношения, и которые не могут приводить к нарушению прав и законных интересов третьих лиц, в том числе ФИО1. В связи с чем признание арбитражным судом вышеуказанного договора недействительным не влечет для ФИО1 какие-либо правовые последствия, а потому данный факт по настоящему делу не имеет правового значения.

Довод ответчика о том, что на Банк «СИБЭС» (АО) не может быть возложена обязанность по направлению сведений в бюро кредитных историй об отсутствии просроченной задолженности у истца, не может быть принят судом в связи с тем, что ответчиком поданы сведения о наличии у ФИО1 просроченной задолженности, поскольку в настоящем споре Банк «СИБЭС» (АО) является источником формирования кредитной истории.

Поэтому суд считает необходимым удовлетворить требование истца об обязании ответчика направить в ЗАО «ОКБ» сведения об отсутствии истца просроченной задолженности по кредитному договору.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку размещение ответчиком недостоверной информации о наличии у истца непогашенной задолженности по кредитному договору нарушает права и законные интересы истца, являющегося физическим лицом и стороной кредитного договора, к отношениям сторон подлежат применению общие нормы Закона РФ «О защите прав потребителей», в том числе, и о компенсации морального вреда. Указанная позиция нашла свое отражение и в п. п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 45 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

С учетом этого суд находит требования истца о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей».

Определяя размер компенсации, суд учитывает степень нарушения прав истца действиями ответчика, индивидуальные особенности истца - ее возраст, характер и степень перенесенных нравственных страданий в виде переживаний, в связи с чем определяет ко взысканию с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000,00 рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований истцу следует отказать.

В соответствии с п. 2 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 45 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» данный штраф взыскивается судом в пользу потребителя независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Поскольку с момента подачи истцом в суд искового требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, признанного судом обоснованным, и до момента вынесения судебного решения это требование ответчиком добровольно удовлетворено не было, с ответчика в пользу истца, на основании п. 6 ст. 13 названного Закона, подлежит взысканию штраф в размере 500,00 рублей (1 000,00 : 2).

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в бюджет Южноуральского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой при подаче искового заявления истец был освобожден в силу закона, в сумме 600,00 рублей (за два требования неимущественного характера).

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к Банку «СИБЭС» (АО) удовлетворить частично.

Обязать Банк «СИБЭС» (АО) направить в Закрытое акционерное общество «Объединенное кредитное бюро» сведения об отсутствии у ФИО1 просроченной задолженности по договору о потребительском кредитовании №, заключенному 20 июня 2016 года между Банком «СИБЭС» (АО) и ФИО1.

Взыскать с Банка «СИБЭС» (АО) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000,00 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 500,00 рублей, всего: 1 500,00 рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Банка «СИБЭС» (АО) в доход местного бюджета Южноуральского городского округа Челябинской области государственную пошлину в размере 600,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Южноуральский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: подпись О.Ю. Черепанова

Копия верна. Судья: О.Ю. Черепанова

Решение вступило в законную силу 17 мая 2019 года.

Судья О.Ю. Черепанова

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>