Апелляционное определение № 22-302/2026 от 11 февраля 2026 г.

КОПИЯ

Судья Ракитина Т.И. № 22-302/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Оренбург 12 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Оренбургского областного суда в составе

председательствующего судьи Яльчибаевой Ю.Р.,

судей Ермиловой О.М., Халепа Т.Е.

с участием прокурора отдела прокуратуры Оренбургской области Бобровой Е.А.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Газиева А.Я.,

при секретаре судебного заседания Воронковой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Газиева А.Я., действующего в интересах осужденного ФИО1, на приговор Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 15 декабря 2025 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Яльчибаевой Ю.Р., выступления осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Газиева А.Я., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Бобровой Е.А. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 15 декабря 2025 года

ФИО1, *** не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу изменена с домашнего ареста на заключение под стражу.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время задержания и содержания ФИО1 под стражей в период с 16 июля по 18 июля 2025 года включительно и с 15 декабря 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под домашним арестом в период с 19 июля по 14 декабря 2025 года из расчета два дня под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск законного представителя малолетней потерпевшей Потерпевший №2 – ФИО14 удовлетворен частично, постановлено взыскать с осужденного ФИО1 в пользу Потерпевший №2 компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

За гражданским истцом признано право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального ущерба и передан вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешена судьба вещественных доказательств и процессуальных издержек по уголовному делу.

Судом ФИО1 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО8, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено 15 июля 2025 года в г. Новотроицке Оренбургской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Газиев А.Я. выражает несогласие с приговором. Указывает, что назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно суровым, не соответствует сложившейся судебной практике по данной категории уголовных дел.

Обращает внимание, что судом не установлено отягчающих наказание обстоятельств, напротив, смягчающим наказание обстоятельством признано противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления. Полагает, что суд, решая вопрос о мере наказания, оставил без внимания, что в период действия меры пресечения в виде домашнего ареста ФИО1 не допускал каких-либо нарушений, он является единственным кормильцем в семье, оказал помощь потерпевшему сразу после совершения преступления. Судом также не учтено, что осужденный не имел умысла на лишение ФИО8 жизни, характер и степень общественной опасности содеянного судом оценены неверно, поскольку причинно-следственную связь со смертью имеет лишь одно телесное повреждение, остальные травмы не причинили вреда здоровью.

Защитник полагает, что выводы суда о нанесении ФИО1 потерпевшему ударов ногами не подтверждаются какими-либо доказательствами. Выводы судебно-медицинской экспертизы в данной части носят предположительный характер, кроме того, часть зафиксированных телесных повреждений не имеет отношения к событию преступления, ввиду их получения за несколько суток до рассматриваемых событий. Суд, приняв показания свидетеля Свидетель №1 об обстоятельствах преступления, необоснованно отверг показания свидетеля Свидетель №2, который утверждал, что не видел ударов ногами по телу потерпевшего. Сам осужденный ФИО1 отрицает нанесение ударов ногами по туловищу ФИО8 Автор жалобы полагает, что фактическая обстановка на месте преступления также исключает возможность нанесения ФИО1 ударов потерпевшему ногами.

Защитник выражает несогласие с приговором в части разрешения гражданского иска о компенсации морального вреда. По мнению автора жалобы, судом не учтено, что потерпевший разведен и не проживал с семьей с весны 2022 года, в деле нет сведений о том, что он поддерживал связь со своей дочерью, оказывал финансовую помощь, участвовал в ее воспитании и т.д. Со слов законного представителя несовершеннолетней потерпевшей ФИО14, причиной развода стало его злоупотребление спиртными напитками. Полагает, что данная ФИО14 положительная характеристика ее бывшему мужу не соответствует действительности, поскольку погибший злоупотреблял спиртным, был конфликтным человеком. Определяя размер компенсации морального вреда, суд не учел в полной мере степень нравственных страданий малолетней потерпевшей, которая не проживала совместно с отцом и фактически не поддерживала с ним отношения, а также то обстоятельство, что поводом для совершения преступления явилось противоправное поведение самого погибшего.

Защитник просит изменить приговор, смягчив назначенное наказание и уменьшив размер компенсации морального вреда, взысканного с осужденного в пользу малолетней потерпевшей.

В возражениях на апелляционную жалобу законный представитель несовершеннолетней потерпевшей ФИО14 и помощник прокурора г. Новотроицка Сальникова Е.А. считают приговор законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражениях, выслушав участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего ФИО8, основаны на совокупности доказательств, надлежащим образом исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре.

Суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления надлежащим образом мотивированы.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности –достаточности для постановления обвинительного приговора.

В описательно-мотивировочной части обвинительного приговора суда в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления правильно установлены судом первой инстанции в ходе судебного заседания и полностью подтверждены доказательствами, которые были добыты в ходе предварительного расследования, проверены в судебном заседании и приведены в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, признал частично, настаивал на нанесении ФИО8 только 5 ударов руками, нанесение потерпевшему ударов ногами отрицал.

Пояснил, что 15 июля 2025 года он, его брат – Свидетель №2, а также ФИО8 и Свидетель №1 распивали спиртные напитки в комнате общежития. В один момент он (ФИО1) вступил в конфликт с ФИО8, в ходе которого нанес ему удары кулаками: 3 удара в область лица и 2 удара в область грудной клетки. На этом конфликт завершился, после чего Свидетель №2 и ФИО8 ушли. Спустя 5-7 минут он (ФИО1) и Свидетель №1 вышли из комнаты, обнаружили ФИО8 и отвели обратно в ту же комнату, после чего ушли, оставив ФИО8 одного. На следующий день обнаружили в комнате труп ФИО8 (т. 3 л.д. 23об.-25).

Надлежащим образом проверив доводы стороны защиты о неверном установлении судом обстоятельств причинения ФИО1 потерпевшему ФИО8 телесных повреждений, сопоставив вышеуказанные показания осужденного, данные им в судебном заседании, с другими имеющимися в деле доказательствами, оценив их в совокупности со всеми материалами дела, суд обоснованно признал недостоверными вышеуказанные показания осужденного в части отрицания им факта нанесения потерпевшему ударов ногами и отверг их в этой части как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и противоречащие исследованным доказательствам, представленным стороной обвинения.

Так, в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого от 16 июля 2025 года ФИО1 пояснил, что в ходе вышеуказанного конфликта с ФИО8 нанес ему около 7-8 ударов, из которых 3-4 удара – руками, 3-4 удара – ногами. Данные удары наносил беспорядочно в голову и грудь, когда ФИО8 сидел, а также когда последний лежал на диване (т. 2 л.д. 26-32).

При допросе в качестве обвиняемого от 16 июля 2025 года ФИО1 подтвердил вышеуказанные показания (т. 2 л.д. 36-39).

При допросе в качестве обвиняемого от 03 сентября 2025 года ФИО1 ранее данные показания изменил, пояснил, что наносил потерпевшему только удары руками, ногами его не бил (т. 2 л.д. 46-51). В последующем подтвердил данные показания в ходе допроса в качестве обвиняемого от 18 сентября 2025 года (т. 2 л.д. 122-125).

После оглашения всех вышеуказанных показаний в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ ФИО1 подтвердил их только в части нанесения потерпевшему ударов руками. Пояснил, что в ходе допроса в качестве подозреваемого от 16 июля 2025 года находился в состоянии опьянения, не до конца понимал задаваемые ему вопросы, адвокат при проведении допроса не участвовал (т. 3 л.д. 26).

Проанализировав показания ФИО1 в ходе предварительного и судебного следствия, суд правильно признал наиболее достоверными его показания, данные при допросе в качестве подозреваемого от 16 июля 2025 года, и взял их за основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются с совокупностью иных собранных по делу доказательств.

Допустимость показаний ФИО1 в качестве подозреваемого судом первой инстанции проверена и сомнений не вызывает. Данные показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием защитника, после разъяснения ФИО1 его процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против самого себя в соответствии со ст. 51 Конституции РФ. ФИО1 предупреждался о возможности использования его показаний в качестве доказательств, в том числе при последующем отказе от них, протокол допроса прочитан осужденным и его защитником лично, подписан ими без заявлений и замечаний.

В судебном заседании суда первой инстанции осужденный пояснил, что указанные показания давал добровольно без оказания на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, с содержанием протокола ознакомился лично, замечаний не имел (т. 3 л.д. 26-26об.).

Допрошенный судом первой инстанции в качестве свидетеля следователь ФИО9, производивший допрос ФИО1 в качестве подозреваемого, пояснил, что во время указанного допроса осужденный не высказывал жалоб на состояние здоровья, показания давал добровольно, в присутствии защитника, понимал происходящие события, признаков опьянения не имел, по окончании допроса он и его защитник лично ознакомились с протоколом допроса и подписали его (т. 3 л.д. 28).

Суд обоснованно признал показания свидетеля ФИО9 достоверными и взял за основу при оценке показаний ФИО1, данных при допросе в качестве подозреваемого. Данный свидетель был предупрежден судом по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, сведений о личной заинтересованности свидетеля в исходе дела в материалах уголовного дела не имеется.

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к показаниям ФИО1 о том, что он не наносил потерпевшему удары ногами, признав их несоответствующими установленным судом фактическим обстоятельствам дела и опровергнутыми совокупностью доказательств, имеющихся по уголовному делу.

Так, в ходе судебного и предварительного следствия свидетель Свидетель №1, являвшийся очевидцем происшедших событий, стабильно пояснял, что ФИО1 в ходе конфликта с ФИО8 нанес последнему около 8 ударов по голове и туловищу: 3-4 удара кулаками по голове, когда тот сидел, после чего, забравшись на диван, нанес примерно 3-4 удара ногами в область грудной клетки пока потерпевший лежал на диване. После нанесенных ему осужденным ударов ФИО8 направился к соседке – Свидетель №3 (т. 1 л.д. 59-64, т. 3 л.д. 14об.-16).

В ходе проверки показаний на месте от 07 августа 2025 года с участием свидетеля Свидетель №1 последний продемонстрировал на манекене механизм нанесения ФИО1 потерпевшему ударов, в том числе ногами в область грудной клетки и живота (т. 1 л.д. 96-103).

Из протокола очной ставки от 17 июля 2025 года между ФИО1 и Свидетель №1 следует, что осужденный после разъяснения ему процессуальных прав, в том числе не свидетельствовать против самого себя в соответствии со ст. 51 Конституции РФ, подтвердил в присутствии защитника показания свидетеля Свидетель №1 о нанесении им (осужденным) ударов ногами по телу потерпевшего (т. 2 л.д. 52-54).

Оценивая вышеуказанные показания свидетеля Свидетель №1, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции они обоснованно признаны достоверными, подтверждающими виновность осужденного в совершении преступления. Как следует из протокола судебного заседания и протоколов следственных действий с участием свидетеля, показания им давались добровольно, после разъяснения процессуальных прав и предупреждения его об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний.

Суд верно учел, что показания ФИО1 в качестве подозреваемого и свидетеля Свидетель №1 согласуются с заключением судебно-медицинской экспертизы от 19 августа 2025 года № 2522300329, согласно которому:

1. При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО8 обнаружены повреждения:

- тупая травма грудной клетки и живота; переломы 8-го и 10-го левых рёбер соответственно средней подмышечной линии без повреждения пристеночной плевры; разрыв селезёнки с кровоизлиянием в брюшную полость (2500 мл); кровоизлияние в ворота селезёнки. Данные повреждения имеют единый механизм образования, расцениваются в совокупности как вызвавшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Между данными повреждениями и наступлением смерти ФИО8 имеется прямая причинная связь,

- кровоподтеки правой глазничной области, ушных раковин, ушибленная рана подбородочной области. Данные повреждения расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека, в причинной связи с наступлением смерти не состоят,

- кровоподтек левой заднебоковой поверхности грудной клетки в проекции 2-5-го межреберий с кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани, переломы 3-го и 4-го левых рёбер соответственно средней подмышечной линии без повреждения пристеночной плевры. Данные повреждения расцениваются как вызвавшие вред здоровью средней тяжести, в причинной связи с наступлением смерти не состоят;

2. Все вышеуказанные повреждения образовались в срок, исчисляемый десятками минут до наступления смерти, были причинены в короткий промежуток времени;

3. Все вышеуказанные повреждения образовались от совокупности не менее 8-ми ударных (кровоподтёки, ушибленная рана) и ударно-скользящих (ссадины) воздействий твёрдого тупого предмета (предметов) с ограниченной контактирующей поверхностью (т. 1 л.д. 118-124).

Оценивая указанное заключение эксперта, судебная коллегия считает, что экспертиза проведена в соответствии с требованиями УПК РФ экспертом, имеющим высшее медицинское образование, специальные познания в области судебной медицины, длительный стаж экспертной работы. Выводы эксперта являются научно обоснованными, мотивированными. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ.

Утверждение защитника о том, что выводы эксперта носят предположительный характер, является необоснованным. Из заключения экспертизы следует, что на все поставленные вопросы экспертом даны ясные ответы, выводы эксперта мотивированы и не содержат противоречий, понятны и не требуют каких-либо разъяснений.

Из материалов дела следует, что от осужденного ФИО1 и его защитника при ознакомлении с постановлением о назначении судебно-медицинской экспертизы и самим заключением эксперта каких-либо заявлений и ходатайств не поступило (т. 1 л.д. 117, 135). В дальнейшем в ходе предварительного и судебного следствия ходатайств о назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы участниками процесса со стороны защиты также заявлено не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд не ссылался в приговоре на выводы эксперта о наличии у ФИО8 иных, кроме вышеуказанных, телесных повреждений, которые образовались за несколько суток до рассматриваемых событий.

Поскольку вывод эксперта об образовании вышеуказанных телесных повреждений от совокупности не менее 8 ударных и ударно-скользящих воздействий твёрдого тупого предмета (предметов) с ограниченной контактирующей поверхностью полностью согласуется с вышеприведенными показаниями ФИО1 в качестве подозреваемого и свидетеля Свидетель №1 о характере, количестве и локализации нанесенных осужденным ударов, каких-либо сомнений, подлежащих истолкованию в его пользу, по делу не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты показания родного брата осужденного – Свидетель №2 о том, что он не видел, как осужденный наносит потерпевшему удары ногами, сами по себе не опровергают совокупность вышеуказанных доказательств, свидетельствующих о нанесении ФИО1 данных ударов.

Кроме того, в ходе предварительного и судебного следствия Свидетель №2 пояснил, что не помнит все удары, нанесенные его братом ФИО8, в том числе не помнит их точное количество и локализацию. О том, что его брат не наносил удары ногами, свидетель в категоричной форме не утверждал, пояснив лишь, что не знает, имели ли место данные удары (т. 1 л.д. 65-69, т. 3 л.д. 16об.-18).

С учетом изложенного суд обоснованно критически отнесся к показаниям Свидетель №2, придя к верному выводу о его стремлении помочь брату избежать уголовной ответственности.

Вопреки доводам защитника фактическая обстановка на месте преступления не исключала возможность нанесения ФИО1 ударов потерпевшему ногами.

Согласно протоколам осмотров места происшествия от 16 июля 2025 года и фототаблицам к ним осмотрено помещение № (адрес), в которой произошли рассматриваемые события. В ходе осмотров установлено наличие в помещении дивана-кровати (т. 1 л.д. 20-26, 33-35), на котором, как следует из вышеприведенных показаний ФИО1 в качестве подозреваемого и свидетеля Свидетель №1, лежал потерпевший ФИО8 в тот момент, когда осужденный наносил ему удары ногами.

Механизм нанесения таких ударов продемонстрировал свидетель Свидетель №1 в ходе проверки показаний на месте (т. 1 л.д. 96-103).

Оценивая вышеуказанные, а также иные приведенные в приговоре доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции они обоснованно признаны достоверными, полностью подтверждающими виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления при обстоятельствах, установленных в приговоре.

Правильно установив фактические обстоятельства по делу, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Оснований для иной уголовно-правовой оценки действий осужденного не имеется, как и не имеется оснований давать иную оценку фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, и подвергать сомнению вывод суда о виновности осужденного.

Из представленных материалов уголовного дела и протокола судебного заседания следует, что судебное следствие по уголовному делу в отношении ФИО1 проведено объективно, полно и всесторонне. Судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав.

С учетом данных о личности осужденного, заключения психолого-психиатрической судебной экспертизы (т. 1 л.д. 170-171) суд верно признал ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

При решении вопроса о виде и размере наказания суд учел в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ принцип справедливости, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Изучением личности ФИО1 установлено, что он не судим, состоит в зарегистрированном браке, имеет двух малолетних детей, имеет регистрацию и место жительства, по которому характеризуется положительно, на специализированных учетах не состоит, а также положительно характеризуется по местам: обучения, работы, прохождения военной службы по призыву.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признал:

- в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ: наличие малолетних детей, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, активное способствование расследованию преступления;

- в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ: фактическое признание вины и раскаяние в содеянном, нахождение супруги осужденного в состоянии беременности, состояние здоровья его супруги и малолетнего ребенка, принесение извинений представителю потерпевшей.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Обсудив доводы апелляционной жалобы защитника о том, что суд не учел при назначении ФИО1 наказания ряд имеющих значение обстоятельств, судебная коллегия отклоняет их по следующим основаниям.

Довод о том, что суд не учел при назначении наказания отсутствие со стороны осужденного нарушений избранной в отношении него меры пресечения в виде домашнего ареста судебная коллегия отклоняет как не основанный на положениях уголовного закона, поскольку ч. 3 ст. 60 УК РФ установлен исчерпывающий перечень обстоятельств, подлежащих учету при назначении наказания.

Утверждение адвоката о том, что ФИО1 оказал помощь потерпевшему сразу после совершения преступления, опровергается исследованными судом доказательствами, взятыми за основу приговора:

- показаниями осужденного в судебном заседании о том, что после нанесения ударов ФИО8 тот вышел из комнаты, после чего они со Свидетель №1 посидели еще 5-7 минут и решили расходиться по домам, вышли из комнаты, постучали в дверь комнаты соседки – Свидетель №3, там обнаружили ФИО8,

- аналогичными показаниями Свидетель №1 в судебном заседании,

- показаниями свидетеля Свидетель №3, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, согласно которым около 23 часов 30 минут к ней постучался ФИО8, который, зайдя в ее комнату, сразу лег на пол, испытывал явный болевой дискомфорт, сжимался, подтягивал ноги, держался за область живота. Через 2-5 минуты в комнату зашли ФИО1 и Свидетель №1 и увели ФИО8 (т. 1 л.д. 79-83).

При этом из показаний ФИО1 и Свидетель №1 следует, что после того, как они отвели ФИО8 обратно к ним в комнату, то оставили его одного, вернулись лишь на следующий день к моменту, когда потерпевший уже был мертв.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд не учел отсутствие у осужденного умысла на убийство ФИО8 не может быть принят во внимание, поскольку ФИО1 осужден за умышленное причинение ФИО8 тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности его смерть.

То обстоятельство, что в причинной связи со смертью ФИО8 состоит только одна из трех указанных в приговоре групп телесных повреждений, причиненных осужденным и установленных заключением эксперта, не снижает степени общественной опасности совершенного преступления, поскольку все удары наносились ФИО1 в рамках единого умысла с целью умышленно причинить тяжкий вред здоровью ФИО8

Иные обстоятельства, на которые ссылается защитник в апелляционной жалобе, судом при назначении наказания учтены в полной мере, оснований для их переоценки судебная коллегия не усматривает.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения и личности осужденного суд пришел к верному выводу о том, что исправление ФИО1 и достижение иных целей наказания возможно лишь в условиях изоляции его от общества и назначил ему наказание в виде реального лишения свободы, определив его срок с соблюдением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, обоснованно не найдя оснований для применения положений ст.ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения определен судом верно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру отвечает целям, предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ, является справедливым по отношению к его личности и совершенному ему преступлению, в связи с чем оснований для его смягчения и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Гражданский иск законного представителя малолетней потерпевшей Потерпевший №2, (дата), - ФИО14 о компенсации морального вреда разрешен в соответствии с требованиями закона, положений ст.ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ.

Доводы стороны защиты о завышенном размере исковых требований проверялись судом первой инстанции, были отвергнуты, поскольку являются необоснованными. Выводы суда в этой части надлежаще изложены и мотивированы в приговоре. Исковые требования обусловлены смертью близкого родственника малолетней потерпевшей – ее отца и причинением ей невосполнимых нравственных страданий.

Утверждение защитника о том, что ФИО8 не участвовал в воспитании дочери опровергается показаниями законного представителя потерпевшей в судебном заседании, которая пояснила, что ее бывший супруг являлся заботливым отцом, поддерживал общение с дочерью, участвовал в ее финансовом содержании.

Вопреки доводам защитника суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда учел противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления.

Размер компенсации морального вреда в виде 800 000 рублей соответствует требованиям разумности и справедливости, определен судом с учетом материального положения ФИО1, его семейного положения, наличия детей.

Вопрос о распределении процессуальных издержек разрешен судом с соблюдением требований ст.ст. 131, 132 УПК РФ.

С учетом изложенного апелляционная жалоба адвоката Газиева А.Я., действующего в интересах осужденного ФИО1, удовлетворению не подлежит.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 15 декабря 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Газиева А.Я. в интересах осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня оглашения апелляционного определения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись Ю.Р. Яльчибаева

Судьи подпись О.М. Ермилова

подпись Т.Е. Халепа

Копия верна. Судья Ю.Р. Яльчибаева