Апелляционное определение № 33-1192/2026 от 17 февраля 2026 г.

Судья Желтухина Е.Ю. УИД 85RS0006-01-2015-000485-65

№ 33-1192/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 февраля 2026 года г. Иркутск

Судья Иркутского областного суда Егорова О.В. (единолично),

рассмотрев частную жалобу ФИО5 ФИО7 на определение Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 7 октября 2025 года о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № 2-439/2015 по иску Национального банка «Траст» (ОАО) к ФИО5 ФИО8 о взыскании задолженности по договору,

УСТАНОВИЛ:

ООО ПКО «ЭОС» обратилось в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве, в котором просит заменить должника ФИО6 на его правопреемников (наследников), указав, что решением Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области по делу № 2-439/2015 с ФИО6 взыскана задолженность по кредитному договору от Дата изъята Номер изъят в размере 109 858,47 руб. Согласно договору уступки прав требования Номер изъят-УПТ от 19.02.2019 ПАО Национальный Банк «ТРАСТ» уступило ООО ПКО «ЭОС» право требования задолженности по кредитному договору. На основании исполнительного документа о взыскании задолженности с ФИО6 было возбуждено исполнительное производство Номер изъятПИП от Дата изъята . Установлено, что ФИО6 умер Дата изъята .

Определением Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 07.10.2025 в гражданском деле № 2-439/2015 в порядке процессуального правопреемства произведена замена должника ФИО5 ФИО9 на его правопреемников: ФИО10.

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО13 обратился в Иркутский областной суд с частной жалобой, в которой просил суд определение суда от 07.10.2025 отменить в части отсутствия распределения долей ответственности наследников, уточнить резолютивную часть определения, установив доли ответственности наследников пропорционально стоимости принятого ими наследственного имущества, либо направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции для определения долей.

В обоснование доводов к отмене обжалуемого определения указано, что суд первой инстанции, удовлетворив заявление, не определил доли ответственности наследников по обязательствам наследодателя, что, по мнению заявителя, противоречит требованиям статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и делает невозможным правильное исчисление объема обязательств каждого из них; препятствует надлежащему исполнению судебного акта судебным приставом-исполнителем; нарушает принцип соразмерности ответственности стоимости фактически принятого наследства.

Указывает, что суд первой инстанции не применил нормы статьи 1175 ГК РФ, что является нарушением материального права и основанием для отмены судебного определения в соответствующей части.

Считает, что судом не приняты во внимание разъяснения, содержащиеся в определении Верховного Суда РФ от 19.01.2021 № 18-КГ20-23, согласно которого «Суд, признавая наследников правопреемниками по обязательствам наследодателя, обязан определить предел их ответственности пропорционально стоимости принятого каждым наследственного имущества». Невыполнение данного требования влечет невозможность правильного и своевременного исполнения судебного акта и нарушает права наследников как должников в исполнительном производстве.

Письменных возражений на частную жалобу не поступало.

В соответствии с частью 3 статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) частная жалоба рассмотрена без извещения лиц, участвующих в деле, и без проведения судебного заседания.

Изучив материалы дела, доводы частной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда, судья апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Согласно статье 44 ГПК РФ, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В силу положений части 1 статьи 52 Федерального закона "Об исполнительном производстве", в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником. Для правопреемника все действия, совершенные до его вступления в исполнительное производство, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для стороны исполнительного производства, которую правопреемник заменил.

Судебный пристав-исполнитель производит замену стороны исполнительного производства на основании судебного акта о замене стороны исполнительного производства правопреемником по исполнительному документу, выданному на основании судебного акта или являющегося судебным актом (часть 2).

В силу пункта 1 статьи 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под долгами наследодателя, но которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства (пункт 58 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен. Если истек срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, суд производит замену только в случае восстановления срока на предъявления исполнительного листа к исполнению (ст. 23, 52 Федерального закона от 2 октября 2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве").

В силу пункта 1 части 1 статьи 22 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением исполнительного документа к исполнению.

Согласно части 2 статьи 22 данного Закона после перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается.

В случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю (часть 3 статьи 22 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве").

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, решением Эхирит-Булагатского района Иркутской области от 23.07.2015 удовлетворены исковые требования по иску НБ «ТРАСТ» (ОАО) к ФИО5 ФИО11. С ФИО6 взысканы задолженность по кредитному договору в размере 106 527,91 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 330,56 руб.

Решение вступило в законную силу 24.08.2015, взыскателю выдан исполнительный лист серии ФС Номер изъят, на основании которого постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП по Эхирит-Булагатскому, Баяндаевскому и Ольхонскому от Дата изъята возбуждено исполнительное производство Номер изъят-ИП в отношении должника ФИО6, предмет исполнения: задолженность по кредитным платежам (кроме ипотеки) в размере 111 450,64 руб. в пользу взыскателя ООО «ЭОС».

Определением Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 14.11.2019 произведена замена взыскателя НБ «ТРАСТ» (ОАО) на ООО «ЭОС».

Должник ФИО6, Дата изъята г.р. согласно свидетельству о смерти умер Дата изъята .

По информации Нотариальной палаты Иркутской области к наследственному имуществу умершего ФИО6 заведено наследственное дело Номер изъят, наследниками ФИО4 умершего Дата изъята , являются: ФИО1 - по завещанию, а также по закону его дети - ФИО2, ФИО3. Наследство состоит: квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>, кадастровый Номер изъят, и 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят>, ж.<адрес изъят>, кадастровый Номер изъят. Стоимость наследственного имущества, перешедшего ответчикам от наследодателя ФИО6 составляет 1 717 895.48 (732 426 + 985 469,48) руб.

Согласно сводке по исполнительному производству, представленной ОСП по Эхирит-Булагатскому, Баяндаевскому и Ольхонскому районам, исполнительное производство возбуждено 01.02.2016, в пользу взыскателя перечислено 11,98 руб., окончено производство Дата изъята на основании п. 4 ч.1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве», в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.

Разрешая настоящее заявление и установив, что должник ФИО6, Дата изъята г.рож., умер Дата изъята , при этом, обязанность ФИО6 по погашению задолженности перед ООО ПКО «ЭОС» не относится к обязательствам, неразрывно связанным с личностью должника, ее переход к правопреемнику (наследнику) возможен; наследниками к имуществу умершего ФИО6 являются: ФИО1, ФИО2, ФИО2, стоимость наследственного имущества перешедшего ответчикам от наследодателя ФИО4 составляет 1 717 895,48 рублей, а также учитывая, что исполнительное производство Номер изъятПИП окончено, исполнительный лист возвращен взыскателю 29.11.2024, из чего следует, что на момент рассмотрения заявления о процессуальном правопреемстве трёхгодичный срок для предъявления исполнительного документа не истек, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления ООО ПКО «ЭОС», в связи с чем, постановил - произвести процессуальное правопреемство в гражданском деле №2-439/2015, заменив должника ФИО5 ФИО12 на его правопреемников: ФИО1, ФИО2, ФИО3.

Проверив обжалуемое определение суда в совокупности с доводами частной жалобы заявителя, суд апелляционной инстанции находит его законным и обоснованным, отвечающим нормам процессуального права.

Отклоняя доводы частной жалобы, судья апелляционной инстанции исходит из следующего.

Так, разрешая вопрос о процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции обоснованно исходил из факта смерти должника, наличия у него наследников, принявших наследство, и факта перехода к ним обязательств наследодателя по погашению задолженности. Замена стороны в установленном решением суда правоотношении произведена в строгом соответствии с положениями статьи 44 ГПК РФ.

Довод частной жалобы о том, что суд обязан был в своем определении указать доли ответственности каждого наследника, основан на неверном толковании норм материального и процессуального права.

Так, предметом рассмотрения суда первой инстанции являлось процессуальное правопреемство, то есть замена стороны в уже состоявшемся судебном процессе и в исполнительном производстве. Целью данного института является констатация факта перехода прав и обязанностей от выбывшей стороны к новому лицу (правопреемнику) для продолжения судопроизводства или исполнения судебного акта.

Вопрос о пределах ответственности наследников, то есть о том, в каком объеме и в какой доле каждый из них отвечает по долгам наследодателя, относится к стадии исполнения судебного акта и регулируется нормами гражданского (материального), а не процессуального права.

В связи с этим, в резолютивной части определения суд первой инстанции правомерно указал, какими лицами заменяется выбывшая сторона.

Определение долей ответственности, пропорционально стоимости принятого имущества, является обязанностью судебного пристава-исполнителя в рамках возбужденного исполнительного производства либо предметом отдельного судебного разбирательства (например, при возникновении спора между взыскателем и наследниками относительно порядка взыскания).

Действующее гражданское процессуальное законодательство не содержит требования об обязательном указании в определении о процессуальном правопреемстве размера ответственности каждого из солидарных должников. Установление факта солидарной ответственности и определение пределов такой ответственности (в рамках стоимости наследственного имущества) является достаточным основанием для принудительного исполнения. Более того, определение долей в данном случае преждевременно, так как может нарушить права взыскателя требовать исполнения от любого из солидарных должников в полном объеме (статья 323 ГК РФ) до момента фактического исполнения обязательства.

Ссылка заявителя на определение Верховного Суда РФ от 19.01.2021 № 18-КГ20-97 не может быть принята во внимание, так как данный судебный акт касается иных фактических обстоятельств и не устанавливает безусловной обязанности суда в определении о процессуальном правопреемстве производить расчет долей ответственности наследников.

Иных доводов, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции, частная жалоба не содержит.

Таким образом, выводы суда в оспариваемом определении являются правильными, мотивированными, доводы частной жалобы не опровергают их правильность и не служат основанием для отмены определения.

С учётом изложенного, судья апелляционной инстанции находит определение суда первой инстанции законным и обоснованным, не противоречащим положениям действующего гражданского процессуального законодательства, в связи с чем, оснований для отмены определения по доводам частной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 329, 330, 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

определение Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 7 октября 2025 года о процессуальном правопреемстве по данному делу оставить без изменения, частную жалобу - без удовлетворения.

Судья О.В. Егорова