Апелляционное определение № 33-375/2026 от 2 февраля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 февраля 2026 года г. Петрозаводск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия в составе

председательствующего судьи Душнюк Н.В.,

судей Балицкой Н.В., Курчавовой Н.Л.,

при секретаре Чучупаловой Е.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца, апелляционному представлению прокурора на решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 9 июля 2025 года по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

Заслушав доклад судьи Балицкой Н.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 (ранее – ФИО5) О.Д. обратилась с иском в Кондопожский городской суд Республики Карелия по тем основаниям, что ХХ.ХХ.ХХ в 14 час. 40 мин. на 445+980 м автодороги «Р21 Кола» в Прионежском районе Республики Карелия водитель ФИО2,управляя автомобилем «(...)», государственный регистрационный знак (далее - г.р.з.) №, с прицепом (...), г.р.з. №, двигаясь со стороны г. Петрозаводска в сторону г. Кондопога, неправильно выбрал скорость для движения, не учел характеристики своего транспортного средства и перевозимого в прицепе груза (дрова), допустил занос своего автомобиля, выехал на полосу встречного движения, чем создал аварийную ситуацию для встречного транспортного средства – автомобиля марки (...) г.р.з. №, под управлением ФИО3 Водитель ФИО3 в целях избежания столкновения с автомобилем (...) с прицепом под управлением водителя ФИО2 начал движение в направлении полосы встречного движения и после касательного столкновения с указанным транспортным средством выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с автомобилем истца. В результате дорожно-транспортного происшествия (далее также – ДТП) истец получила телесные повреждения, была доставлена в стационарное медицинское учреждение, перенесла несколько операций, испытывала физическую боль и нравственные страдания, в последующем оформила кредит для приобретения другого автомобиля. Истец просила взыскать с ответчиков в солидарном порядке в счет компенсации морального вреда 500000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 30000 руб., расходы по оплате банковской комиссии в сумме 840 руб.

Определением Кондопожского городского суда Республики Карелия от 04.07.2024 гражданское дело передано по подсудности в Петрозаводский городской суд Республики Карелия.

Судом к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ для дачи заключения привлечен прокурор г. Петрозаводска. В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ПАО «САК «Энергогарант», АО «Альфастрахование», АО СК «Двадцать первый век».

Решением суда исковые требования удовлетворены частично. Взысканы с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсация морального вреда 120000 руб., расходы на оплату услуг представителя 30000 руб., расходы по оплате комиссии банка 840 руб., расходы по проведению экспертизы 71800 руб. В остальной части исковых требований и в иске к ФИО3 отказано. Взысканы с ФИО2 в доход бюджета Петрозаводского городского округа расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3000 руб.

С постановленным решением суда не согласна истец, в апелляционной жалобе просит его отменить и удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме. В апелляционной жалобе указывает, что физические повреждения получила именно в результате маневра водителя ФИО3 (выезда на встречную полосу движения). Из имеющейся в материалах дела видеозаписи момента ДТП, представленной истцом, усматривается, что автомобиль (...) под управлением водителя ФИО3 до столкновения с прицепом автомобиля, принадлежащего ФИО2, уже поменял свое направление, двигаясь в сторону встречного движения, что, в свою очередь, создало опасность в дорожно-транспортной ситуации и привело к дорожно-транспортному происшествию. Обращает внимание, что в своем заключении прокурор Клинов А.Н. считал необходимым взыскать компенсацию морального вреда солидарно с обоих ответчиков, однако судом первой инстанции заключение прокурора принято во внимание не было. Не согласна также с размером взысканной компенсации морального вреда, считает его заниженным.

С решением суда не согласен прокурор, в апелляционном представлении просит его отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований о солидарном взыскании компенсации морального вреда с ответчиков ФИО2 и ФИО3 Указывает, что согласно выводам судебной экспертизы в действиях водителя ФИО3 отсутствуют нарушения требований п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ). При этом экспертом было отмечено, что оценка действий водителя ФИО3 в рассматриваемой ситуации при применении маневра, предусмотренного п. 8.1 ПДД РФ, выходит за пределы компетенции эксперта – автотехника, экспертом не давалась оценка действиям указанного водителя в части соблюдения требований п. 9.2. ПДД РФ. Полагает, что в рассматриваемой ситуации действия ответчика ФИО3 не могут охватываться обстоятельством непреодолимой силы, поскольку он совершил маневр по выезду на полосу встречного движения для предотвращения столкновения с автомобилем ответчика ФИО2 Какого-либо касания между автомобилями истца и ответчика ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии допущено не было.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО6 и прокурор Клинов А.Н. поддержали соответственно доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления.

Ответчик ФИО2 также выражал согласие с позицией апеллянтов относительно возложения солидарной ответственности за вред, причиненный в ДТП, на ФИО3

Иные лица, привлеченные к участию в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении или возражениях относительно жалобы, представления.

Заслушав явившихся лиц, проверив материалы дела, обозрев материал дела об административном правонарушении №, медицинские карты в отношении истца, обсудив доводы апелляционной жалобы, доводы апелляционного представления, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2, управляя принадлежащим ему автомобилем марки (...) г.р.з. №, ХХ.ХХ.ХХ в 14 час. 40 мин. в Республике Карелия в Прионежском районе на автодороге «Р 21 Кола», 445+980 м, двигаясь со стороны г. Петрозаводска в сторону г. Кондопога, допустил занос своего транспортного средства, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем марки (...) г.р.з. №, под управлением собственника автомобиля - ФИО3 После столкновения автомобиль марки (...) Куга», г.р.з. №, выехал на полосу встречного для него движения, где совершил столкновение с автомобилем (...) г.р.з. №, под управлением собственника ФИО1

В результате ДТП здоровью истца причинены следующие повреждения:

травма лица - перелом передней стенки правой верхнечелюстной пазухи (с кровоизлиянием небольшого объема в полость пазухи), раны в области верхней губы (на коже и слизистой оболочке), ссадины на лице (точное количество и локализация ссадин в медицинских документах не указаны); две раны на передней поверхности левого коленного сустава, ушиб мягких тканей в виде их отека в области голеностопного сустава.

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции, исходя из установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств, правомерно возложил ответственность за причиненный истцу вред на ФИО2

Довод апеллянтов о солидарной обязанности обоих ответчиков перед истцом за причиненный моральный вред судебная коллегия отклоняет, как не основанный на нормах права и противоречащий представленным в материалы дела доказательствам.

Согласно п.1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Вместе с тем согласно п. 3 этой же статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как предусмотрено ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных положений закона следует, что вред, причиненный вследствие вредоносных свойств источника повышенной опасности, возмещается его владельцем независимо от вины.

Однако при взаимодействии источников повышенной опасности их владельцы отвечают друг перед другом на общих основаниях и обязательным условием для возложения ответственности является наличие вины в причинении вреда.

При этом, вопреки доводам представления прокурора, основывающего свою позицию на том, что автомобиль истца и автомобиль ответчика ФИО2 во взаимодействии не находились, под взаимодействием источников повышенной опасности следует понимать не только их непосредственный контакт друг с другом, но и любое воздействие друг на друга, в том числе и опосредованное, которое является следствием их эксплуатации, связанной с повышенной опасностью такой деятельности со стороны обоих владельцев (соответствующий подход апробирован в судебной практике (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2022 № 305-ЭС21-29298) и в силу принципа правовой определенности учитывается судебной коллегией при рассмотрении настоящего дела).

Таким образом, юридически значимым является наличие или отсутствие вины каждого из ответчиков в ДТП.

Вина ответчика ФИО2 сомнений не вызывает, она установлена имеющим в силу ст. 61 ГПК РФ преюдициальный характер постановлением судьи Прионежского районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ, дело №, которым ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного с. 1 ст. 12.24 КоАП РФ.

Отказывая в удовлетворении иска к ответчику ФИО3, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел в действиях данного ответчика вины и причинной связи с ДТП и его последствиями.

В противоречие доводам апеллянтов, сам по себе выезд на встречную полосу, который совершил ФИО3 в момент ДТП, еще не свидетельствует о вине данного ответчика, поскольку такой маневр, если он совершается вынужденно - в целях избежания столкновения с иным автомобилем, не означает вины водителя и не влечет его ответственность. Правомерность такого подхода подтверждается многочисленными примерами судебной практики; в частности, данный подход приведен в постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 10.08.2021 № 36-АД21-2-К2.

Совокупность представленных в дело доказательств подтверждает вынужденный характер спорного маневра ФИО3 и отсутствие его вины в ДТП.

Так, упомянутое ранее постановление судьи Прионежского районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ основано, в том числе, на объяснениях ФИО3, согласно которым непосредственно до ДТП навстречу ему двигался автомобиль с прицепом (под управлением ФИО2), который в какой-то момент начало заносить, автомобиль переместился на полосу движения ФИО3 Уходя от столкновения, он начал смещаться в левую сторону по ходу своего движения, пытаясь съехать на обочину дороги. Выполнить данный маневр не успел, так как произошло столкновение с двигавшимся ему навстречу автомобилем истца.

Данным судебным актом также установлено, что согласно представленным и изученным в судебном заседании материалам в ходе административного расследования в действиях водителя ФИО3 нарушений ПДД РФ не установлено. В частности, представленные доказательства (объяснения участников, видеозапись с места ДТП, заключение автотехнического эксперта) не подтвердили факта нарушения ФИО3 ПДД РФ, в связи с чем сотрудником ОГИБДД ХХ.ХХ.ХХ принято решение о прекращении дела об административном правонарушении за отсутствием его состава. Жалоба на данное решение истца оставлена без удовлетворения.

Согласно заключению эксперта № от ХХ.ХХ.ХХ ЭКЦ МВД по РК по результатам исследования в ходе административного расследования по факту ДТП (дело №) относительно маневра влево автомобилем ответчика ФИО3 (автомобиль марки «Форд Куга», г.р.з. М786РВ10) эксперт отметил, что ПДД не запрещают применение маневра, как способа предотвращения происшествия (совместно с торможением), однако в соответствии с п. 8.1 ПДД РФ данный маневр должен быть безопасен. При решении вопроса об обоснованности применения маневра в автотехнической экспертизе исходят из решения вопроса о том, имело бы место происшествие, в случае если бы водитель действовал также, как при ДТП, но не применял маневра. Так как в рассматриваемой ситуации водитель автомобиля марки «Форд Куга» до столкновения с прицепом применял маневр влево, однако правой угловой частью своего транспортного средства все равно контактировал с прицепом, эксперт делает вывод, что при условии неприменении маневра и продолжении движения в прямолинейном направлении столкновение также имело бы место. С учетом этого экспертом сделан общий вывод о том, что в данной дорожной ситуации в действиях водителя автомобиля марки «Форд Куга» по применению маневра несоответствия требованиям ПДД РФ, имеющего причинное значение с наступившими последствиями (фактом ДТП), с экспертной точки зрения, не усмотрено.

По результатам судебной экспертизы в рамках настоящего гражданского дела (заключение ООО «Автотекс» № от ХХ.ХХ.ХХ) выявлено, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля (...) наравне с истцом, не имел технической возможности предотвратить ДТП. Относительно выполнения водителем автомобиля (...) требований п. 8.1 ПДД РФ в части обеспечения безопасности маневра и возможности избежать столкновения эксперт отметил, что водитель этого автомобиля должен был обеспечить безопасность своего маневра, однако фактические действия водителя в данной ситуации ПДД РФ не регламентированы, поскольку ФИО3 действовал в рамках вынужденного маневра для уменьшения вероятных последствий. С технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля (...) судебный эксперт также не усмотрел несоответствия требованиям ПДД РФ.

Ввиду отсутствия специальных познаний суд не является специалистом в методологии проведения экспертных исследований, в противном случае не имелось бы необходимости в привлечении экспертов для дачи экспертных заключений. В полномочия суда входит оценка выводов эксперта и их соответствия материалам дела и иным собранным и добытым доказательствам, в результате которой данные выводы могут быть приняты либо отвергнуты (соответствующая позиция изложена, к примеру, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2023 № 24-КГ23-4-К4 и в силу названного выше принципа правовой определенности учитывается при разрешении настоящего спора).

Приведенные выводы экспертов иным доказательствам, представленным в материалы дела, не противоречат, выражены специалистами, компетентность и независимость которых сомнений не вызывает.

В силу необходимости специальных познаний для оценки действий ФИО3 на предмет связи с ДТП изложенные ранее выводы экспертов могли быть дополнены или опровергнуты равнозначным экспертным исследованием.

Заинтересованным согласно ст. 56 ГПК РФ в представлении такого рода доказательств истцу и ответчику ФИО2 судебной коллегией было подробно разъяснено право ходатайствовать о назначении по делу дополнительной или повторной автотехнической экспертизы, на что данные лица ответили отказом, настаивая на достаточности представленных в дело доказательств. Прокурор при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции занял аналогичную позицию.

Поскольку в ГПК РФ напрямую не регламентирован порядок раскрытия доказательств сторонами, в соответствии с ч. 4 ст. 1 ГПК РФ исходя из принципа осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права), применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела возможно применить положения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 №46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в суде первой инстанции».

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 №46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в суде первой инстанции» доказательства, которые не были приложены к исковому заявлению и отзыву, должны быть раскрыты перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом и указанного в определении. В случае непредставления стороной доказательств, необходимых для правильного рассмотрения дела, в том числе, если предложение об их представлении было указано в определении суда, арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в материалах дела доказательствам с учетом установленного распределения бремени доказывания.

Таким образом, спор подлежит разрешению по имеющимся доказательствам, согласно которым вина в ДТП ФИО3 отсутствует, а решение суда об отказе в иске к данному ответчику законно и обоснованно.

В апелляционной жалобе истец настаивает на увеличении компенсации морального вреда до 500000 руб., вместе с тем оснований для такого увеличения судебная коллегия не усматривает.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как предусмотрено ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

С учетом приведенных норм права, их разъяснений, общего принципа разумности и справедливости суд первой инстанции пришел к выводу о том, что размер компенсации морального вреда в пользу истца следует определить в сумме 120000 руб. При этом суд первой инстанции принял во внимание конкретные обстоятельства дела, тяжесть причиненного вреда, обстоятельства и длительность лечения истца, ее возраст, объем и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий. В своих выводах суд учел, в том числе, данные судебно-экспертного исследования (заключение ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ХХ.ХХ.ХХ), по результатам которого полученная истцом травма лица отнесена к повреждению здоровья средней тяжести, рубец на коже верхней губы, явившийся результатом заживления раны мягких тканей, не является неизгладимым, последующее лечение у лор-врача и оперативное вмешательство (исправление перегородки носа, удаление кисты) не имеет связи с ДТП. Экспертами также отмечено, что полученная истцом в ДТП травма в области колена была ограничена повреждением только мягких тканей, покрывающих сустав, без повреждения самого сустава. Причины дальнейшего лечения коленного сустава, по мнению экспертов, находятся вне связи с ДТП.

Результаты экспертного заключения стороной истца не оспариваются, его относимость и допустимость, как доказательства, под сомнение не поставлены.

Новых доказательств, которые могли бы повлиять на решение суда в части определения компенсации морального вреда, апеллянтом не представлено.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, не подлежащем отмене по доводам апелляционной жалобы и апелляционного представления, которые сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств, оснований к этому не имеется.

Предусмотренных ч. 1 ст. 330 ГПК РФ условий для отмены решения суда не имеется. Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих за собой отмену решения суда в силу ч.4 ст. 330 ГПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 9 июля 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу истца и апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев с даты изготовления мотивированного апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено 12 февраля 2026 года