Решение № 2-1117/2025 2-124/2026 2-124/2026(2-1117/2025;)~М-875/2025 М-875/2025 от 1 марта 2026 г. по делу № 2-1117/2025

Дело №2-124/2026

25RS0035-01-2025-001703-26


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Большой Камень 09 февраля 2026 года

Шкотовский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Рогачевой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Орловой Л.Н.,

с участием прокурора Баштакова А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплату единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего, признании недостойным наследником,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась к ответчику с настоящим иском, указав, что она и ФИО2 являются родителями ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, который принимал участие в специальной военной операции и погиб при выполнении боевых задач ДД.ММ.ГГГГ. На протяжении всей жизни сына ответчик не участвовал в воспитании и материальном содержании сына, судьбой ФИО20 не интересовался, родственные связи не поддерживал, после гибели сына участие в организации похорон не принимал, помощи семье истца не оказывал.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просит: признать отсутствующим право ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, на получение мер социальной и государственной поддержки, предусмотренных для членов семьи погибшего в ходе участия в специальной военной операции военнослужащего ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения. Лишить ответчика права на получение всех видов выплат в связи с гибелью военнослужащего ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, в том числе выплат, предусмотренных Федеральным законом от 28.03.1998 №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц, рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», Федеральным законом от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», а также Указом Президента Российской Федерации №98 от 05.03.2022 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей». Кроме того, истец просит признать ответчика недостойным наследником ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения.

В судебном заседании истец ФИО1 на иске настаивала, пояснив, что ответчик не принимал участие в жизни сына ФИО20, не выплачивал алименты, повзрослев, ФИО20 не хотел встречаться с отцом и не поддерживал с ним отношения, не звонил ему, хотя со своей бабушкой по линии отца общался, приходил к ней в гости, ФИО27 помогала деньгами, давала по 1 000 рублей. В 2021 году ФИО20 временно проживал у её родителей в <адрес>, так как возникли сложности, ФИО20 связался с плохой компанией, у него был сложный возраст, убегал из дома, поэтому было принято решение, что некоторое время ФИО20 поживет в <адрес> у бабушки с дедушкой. В 2023 году ФИО20 восстановился в колледже в г.Находка, стал работать, через некоторое время решил заключить контракт с Министерством обороны. ФИО2 не участвовал в воспитании и содержании сына, относился к нему безучастно, при этом, узнав о гибели сына, сразу же обратился к нотариусу по вопросу принятия наследства.

Представитель истца по доверенности ФИО3 в судебном заседании просила исковые требования удовлетворить по доводам, изложенным в заявлении. Указала, что ответчик скрывал свой доход, злостно уклонялся от уплаты алиментов, что подтверждает факт привлечения ФИО2 к уголовной ответственности по ч.1 ст.157 УК РФ, полностью сняв с себя ответственность за сына, переложив все заботы о ребенке на бывшую супругу, ФИО2 не посещал родительские собрания, не присутствовал на последнем звонке сына. Просила отнестись критически к показаниям свидетелей со стороны ответчика, поскольку ФИО27 (мать ответчика) и ФИО33 (тетя ответчика) являются заинтересованными лицами, свидетель ФИО34 истаптывает личную неприязнь к истцу. Показания свидетелей не соответствуют действительности и опровергаются письменными материалами дела, в частности, характеристиками, подтверждающими отсутствие участия ответчика в жизни ФИО20, который отношения с отцом не поддерживал, при поступлении на военную службу в числе членов своей семьи ответчика не указывал, что подтверждает утрату родственных связей с отцом. Просит учесть, что причиной самовольных уходов ФИО20 из дома и бродяжничества является не отстранение матери от воспитания, а отрицательное влияние группы друзей.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, обеспечил участие представителя.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения требований возражала, указав, что поведение ФИО20 в период проживания с матерью свидетельствует о том, что ему было некомфортно в семье, он убегал из дома, длительное время проживал в <адрес> с родителями ФИО1 При этом, ФИО20 общался с отцом, навещая бабушку – ФИО27 которая систематически передавала деньги, которые частично были деньгами ответчика, так как у ФИО2 и его матери был совместный бюджет. Действительно, у ФИО20 имелась обида на отца, в том числе из-за негативного отношения к нему матери, поэтому ФИО20 не хотел общаться с ним, вместе с тем, отсутствуют такие исключительные обстоятельства, которые дают основания для удовлетворения заявленных истцом требований. Задолженность по алиментам возникла у ФИО2 из-за отсутствия дохода, он был лишен возможности трудиться, отбывая уголовное наказание.

Третье лицо – представитель Министерства Обороны Российской Федерации, в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя. Направил письменный отзыв, в котором указал, что выплаты производятся членам семей погибшего военнослужащего, заключившего контракт о прохождении военной службы, на основании записей в личном деле, в котором в графе родственники указываются родители военнослужащего. Доказательств того, что ФИО2 в судебном порядке был ограничен или лишен родительских прав в материалы дела не представлено, так же как и доказательств того, что отец фактически не занимался воспитанием сына и его содержанием. При наличии отца, не лишенного и не признанного в отношении ФИО20 родительских прав, записанного в его личном деле в качестве родителя, у Министерства обороны РФ отсутствуют правовые основания для лишения выплат ФИО2 Оставил разрешение гражданского дела по иску ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплату единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего, признании недостойным наследником, на усмотрение суда.

Третьи лица – представители ФГКУ Военного комиссариата Приморского края, АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом.

По ходатайству сторон судом допрошены свидетели: по ходатайству представителя истца - ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46; по ходатайству представителя ответчика - ФИО27 ФИО34, ФИО33, ФИО50

Свидетель ФИО43 в судебном заседании пояснил, что является старшим специалистом 1 разряда отдела по взаимодействию с участниками СВО и членами их семей. ФИО1 обращалась к нему по вопросу оказания помощи в поиске без вести пропавшего сына. С ФИО2 он не знаком, с ним не взаимодействовал.

Свидетель ФИО44 в судебном заседании пояснила, что длительное время знакома с ФИО1, вместе работали в детском саду, на момент их знакомства, сын ФИО1 – ФИО20, учился в начальных классах, на тот момент ФИО1 с супругом не проживала, сама она с ФИО2 не знакома. Со слов ФИО1 ей известно, что ответчик не платил алименты, материально никак не помогал. ФИО20 говорил, что не хочет общаться с отцом.

Свидетель ФИО45 в судебном заседании пояснил, что является отцом ФИО1 Ответчик практически не общался с сыном, на дни рождения не приходил, материально не помогал. Имелся случай, когда ответчик взял ФИО20 которому на тот момент было 2 года, а в 2 часа ночи внука привели домой сотрудники полиции. ФИО2 приходил к ним домой в состоянии алкогольного опьянения, устраивал скандалы, после расставания дочери с ФИО2, сам он видел бывшего зятя лишь несколько раз. ФИО20 не общался с отцом, говорил, что ненавидит отца, рассказывал, как последний подарил телефон, а через несколько дней забрал.

Свидетель ФИО46 в судебном заседании пояснил, что около 5 лет дружил с ФИО20, познакомились, когда тот проживал в <адрес>. Со слов ФИО20 ему известно, что последний уходил из дома, помещался в ЦВСНП, затем стал проживать у дедушки и бабушки, с 2025 года стал жить отдельно в квартире отчима. В период его общения с ФИО20, тот был в хороших отношениях с отчимом, говорил, что благодарен ему. Об отце ФИО20 почти не рассказывал, если и отзывался, то негативно, рассказывал, что однажды отец подарил телефон, а через несколько дней забрал его обратно. За весь период их дружбы, ответчик ни разу не поздравлял ни с чем ФИО20. Заключив контракт, ФИО20 не рассказал об этом отцу, у него даже не было его номера телефона.

Свидетель ФИО27 в судебном заседании пояснила, что является матерью ФИО2, до 2021 года Дмитрий и ФИО5 проживали в её квартире, развелись под влиянием матери ФИО5. С бывшей невесткой была договоренность, что вещи для ФИО20 будут приобретать по звонку, Дмитрию не звонила, так как отношения у них разладились, ФИО5 звонила ей. Дмитрий покупал сыну все необходимое, но не хотел давать деньги бывшей супруге, так как считал, что ФИО5 их тратит не на сына. Также она передавала деньги для ФИО20 – от 1 000 руб. до 3 000 руб., иногда 5 000 руб., при этом бюджет у них с сыном был общий, доход ФИО2 был гораздо больше, чем у неё. ФИО20 любил отца, тот брал его с собой в поездки, внук часто приходил к ним в гости, тянулся к отцу, тот помогал ему с уроками. В подростковом возрасте ФИО20 связался с плохой компанией, был поставлен на учет в ПДН, отец его забирал из полиции. ФИО1 отправила ФИО20 жить в <адрес>, отец об этом не знал. У Дмитрия был разъездной характер работы, поэтому он не мог ходить в школу на собрания. Отец предлагал ФИО20 жить с ним, но тот не захотел, тем не менее, с 2017 года по 2023 год отношения с отцом у ФИО20 были нормальные. На день рождения она и Дмитрий дарили ФИО20 деньги, вместе с Галиной она ходила к ФИО20 на выпускной, отец был занят на работе.

Свидетель ФИО34 в судебном заседании пояснила, что является знакомой ФИО1 и ФИО2, сын которых, после развода родителей систематически находился у бабушки и отца дома. Ей известно, что ответчик давал сыну деньги, покупал необходимые вещи, лекарства. Со слов ФИО20 ей стало известно, что мать не хотела, чтобы он общался с отцом, поскольку тот не платил алименты. В 2016 году ФИО20 переехал жить в <адрес> из-за плохих отношений с отчимом.

Свидетель ФИО33 в судебном заседании пояснила, что ответчик приходится ей племянником. После развода родителей, ФИО20 проживал с отцом и бабушкой, Дмитрий постоянно помогал сыну с уроками, оплачивал одежду и обувь для ФИО20, школьные принадлежности. С сыном ФИО2 часто общался по телефону. На похоронах сына ФИО2 не мог присутствовать, так как находился в колонии, через месяц прислал деньги на венок.

Свидетель ФИО50 в судебном заседании пояснила, что является знакомой семьи Донских, работала вместе с ФИО6 Ей известно, что ФИО20 постоянно навещал бабушку со стороны отца, вместе с отцом приходил к ФИО27 на работу, Дмитрий с сыном хорошо общались, вели разговоры о недопустимости прогулов уроков. Она часто видела Дмитрия и ФИО20 вместе. Со слов ФИО20 ей известно, что он убегал из дома матери. По ее мнению, отношения между отцом и сыном были хорошие, отец заботился о ребенке. О том, как общались между собой ФИО2 и его сын после того, как ФИО20 исполнилось 13 лет, ей не известно, так как их общение она не наблюдала.

Выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, исследовав представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации".

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий пункта 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ).

Так, согласно абзацу второму пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.

Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат" также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Частью 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ определено, что в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, предусмотренном Федеральным законом от 31 мая 1996 года N 61-ФЗ "Об обороне" (далее - добровольческие формирования), наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей.

В соответствии с частью 16 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ размер единовременного пособия, установленного частью 8 статьи 3 данного федерального закона, ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции (потребительских цен) в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанной выплаты принимается Правительством Российской Федерации.

Пунктом 2 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ к членам семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены, в частности, родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 20 октября 2010 г. N 18-П, от 17 мая 2011 г. N 8-П, от 19 мая 2014 г. N 15-П, от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие, предусмотренное частью 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", и единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом "б" настоящего пункта. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат". При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях совершеннолетним детям указанных военнослужащих и лиц либо в случае отсутствия совершеннолетних детей полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц

Получение единовременных выплат, установленных вышеназванным указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременное пособие, единовременная выплата, а также единовременная материальная помощь, которые подлежат выплате в том числе родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы. Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ, статье 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ, подпункте "а" пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 и в подпункте 5 пункта 2 Порядка оказания единовременной материальной помощи отдельным категориям граждан и членам их семей в связи с проведением специальной военной операции, утвержденного постановлением правительства Хабаровского края от 15 марта 2022 г. N 111-пр, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (часть 2 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абзац второй пункта 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 названного кодекса.

В случае, если родители не предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке (пункт 2 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 г. N 44 "О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав" разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями для лишения родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состояла в браке с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ их брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка №38 г. Большого Камня Приморского края.

ФИО1 и ФИО2 являются родителями ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения.

ФИО20 проходил военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, имел воинское звание «рядовой», ДД.ММ.ГГГГ погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской и Херсонской областей, а так же Украины.

Заявляя требования о лишении ФИО2 права на получение мер социальной поддержки, истец ссылается на то, что ответчик после фактического прекращения совместного с ней проживания, участия в воспитании и содержании сына не принимал, не заботился о его здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, не предпринимал каких-либо мер для надлежащего выполнения своих обязанностей по воспитанию сына.

Установлено, что судебным приказом мирового судьи судебного участка №38 г.Большой Камень Приморского края от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 взысканы алименты на содержание сына ФИО20 ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, в размере ? части всех видов заработка ежемесячно, начиная с ДД.ММ.ГГГГ до совершеннолетия ребенка.

Согласно информации, представленной в материалы дела ОСП по г.Большой Камень ГУФССП России по Приморскому краю, исполнительное производство с предметом исполнения - взыскание алиментов с ФИО2 в пользу ФИО1 на содержание ребенка ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, прекращено в связи с совершеннолетием ребенка, на дату прекращения задолженность должника по алиментам составила 1 172 659,49 руб. В ходе исполнения должник ФИО2 привлекался к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ, а также к уголовной ответственности по ч.1 ст. 157 УК РФ за неуплату алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка ФИО20

Факт злостного уклонения ответчика от уплаты алиментов на содержание сына подтверждается вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка №37 г. Большой Камень Приморского края от ДД.ММ.ГГГГ о признании ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 157 УК РФ, с назначением уголовного наказания.

Как следует из указанного судебного акта, задолженность ФИО2 по алиментам на ДД.ММ.ГГГГ составила 95 618,41 руб., в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд признал добровольное возмещение ущерба, вместе с тем, несмотря на привлечение к уголовной ответственности ФИО2 продолжил уклоняться от уплаты алиментов, взысканных с него судом на содержание сына ФИО20, о чем свидетельствует имеющаяся на момент достижения ребенком совершеннолетия задолженность по алиментам в сумме 1 172 659,49 руб., в связи с чем постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство №.

Образование столь значительной задолженности по алиментам с учетом трудоспособности ответчика свидетельствует о злостном его уклонении от предоставления средств на содержание ребенка в установленном судом размере, при этом факт осуществления ответчиком трудовой деятельности в период до достижения сыном совершеннолетнего возраста (ДД.ММ.ГГГГ годы) подтверждается сведениями, составляющими пенсионные права ФИО2, представленными по запросу суда ОСФР по Приморскому краю.

Из представленных Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Приморскому краю сведений о произведенных отчислениях страховых и накопительных взносов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, усматривается, что ответчик ФИО2 трудоустраивался в различные организации на непродолжительный период времени. После привлечения к уголовной ответственности по ч.1 ст. 157 УК РФ в ДД.ММ.ГГГГ году и отбывания наказания, активных мер к трудоустройству не предпринимал.

Вместе с тем, доказательств, достоверно свидетельствующих о выполнении ФИО2 своих обязанностей по регулярному содержанию своего сына ФИО20 с момента фактического прекращения брачных отношений с ФИО1 не имеется.

При этом именно ответчик в данном случае обязан доказать факт регулярного предоставления им денежных средств на содержание своего сына.

К доводам представителя ответчика о том, что ФИО2 предоставлял денежные средства на содержание сына через свою мать ФИО27 приобретал одежду и обувь, школьные принадлежности для сына, суд относится критически, поскольку отсутствуют сведения о том, какая конкретно помощь оказывалась ФИО2 своему сыну, её периодичность, размер, соотношение между заработком и суммой предоставляемой им на содержание ребенка.

Из объяснений свидетеля ФИО27 следует, что она передавала деньги на содержание внука, приобретала ему необходимые вещи, при этом денежные средства для этого предоставлялись сыном – ФИО2, так как он всегда работал, имел гораздо больший, чем у неё доход, вместе с тем, свидетель затруднилась указать периодичность и размер материальной помощи, доказательств того, что матерью ответчика регулярно производились переводы (платежи) в адрес истца, позволяющие идентифицировать их как алименты, не имеется. Более того, не представлено доказательств наличия каких-либо договоренностей между истцом и ответчиком о том, что предоставление денежных средств на содержание ФИО20 будет осуществляться через ФИО27., при наличии вступившего в законную силу судебного приказа о взыскании с ФИО2 алиментов в пользу ФИО1, предъявленного взыскателем в службу судебных приставов.

Свидетели ФИО34 и ФИО33 также не смогли пояснить периодичность и размер материального содержания, предоставляемого ответчиком своему сыну, а свидетель ФИО50 не осведомлена об обстоятельствах участия сына своей знакомой ФИО27 в жизни ФИО20, при этом указала, что после достижения ФИО20 13-ти летнего возраста, не являлась очевидцем его общения с отцом.

С учетом периодов отбывания ответчиком наказания в виде лишения свободы, отсутствуют основания полагать, что ФИО2 был лишен возможности участвовать как в материальном содержании своего сына, так и в его воспитании, более того, при желании, ответчик имел возможность поддерживать общение со своим сыном и при отбытии уголовного наказания, в том числе, путем переписки или телефонных переговоров в установленном порядке.

Согласно представленной истцом в материалы дела характеристики, выданной ДД.ММ.ГГГГ и.о. директором МБОУ СОШ №1 городского округа Большой Камень, ФИО20 обучался в данной школе с 5 класса, на протяжении всех лет обучения в качестве его законного представителя выступала мать ФИО1, отец ученика – ФИО2 в указанный период школу и родительские собрания не посещал, учебным процессом не интересовался, воспитанием сына не занимался, учителя –предметники с ФИО2 не знакомы, на «Последнем звонке» у сына ФИО2 не присутствовал.

Представленная ответчиком в материалы дела характеристика от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой по месту учебы (МБОУ СОШ №1) ФИО20 охарактеризован неудовлетворительно, неоднократно рассматривался на КНД за совершение противоправных поступков, отмечено, что с матерью несовершеннолетний не проживает, а проживает с бабушкой и дедушкой в <адрес>, не опровергает доводы истца об уклонении ответчика от участия в жизни ребенка, напротив, обладая указанной информацией, ответчик не принял мер к изменению ситуации, осуществлению должного контроля за поведением сына и организации его досуга с целью исключения негативного влияния со стороны.

Более того, ответчик не был лишен возможности определить место жительства сына с собой, однако данный вопрос не инициировал, в суд с соответствующим иском в интересах сына не обращался, что опровергает доводы представителя ответчика об уклонении ФИО1 от участия в жизни ФИО20, в том числе, и в период его проживания в <адрес> с бабушкой и дедушкой (родителями истца). При этом, как следует из пояснений истца в судебном заседании, решение о временном проживании сына с её родителями было принято с целью разорвать круг общения ФИО20, чтобы исключить негативное влияние со стороны его приятелей.

Показаниями свидетелей ФИО45 (дедушка ФИО20), ФИО46 (приятель ФИО20) подтверждается отсутствие общения ФИО20 с отцом, нежелание поддерживать с ним родственные отношения, о чем также указала в своих показаниях и свидетель ФИО44 длительное время поддерживающая дружеские отношения с ФИО1, сообщившая, что не знакома с ответчиком, не видела, чтобы он навещал сына, ФИО20 никогда не упоминал, что общается с отцом, напротив, говорил, что не желает с ним общаться.

Из показаний свидетеля ФИО43 усматривается, что по вопросу оказания помощи в поиске без вести пропавшего ФИО20, он взаимодействовал лишь с матерью бойца, ФИО2 информацию о сыне не запрашивал.

Об отсутствии родственных связей между ФИО20 и ответчиком также свидетельствует отсутствие сведений о ФИО2 в анкете, которую ФИО20 заполнил при поступлении на государственную службу РФ, в качестве членов своей семьи ФИО2 указал лишь мать – ФИО1 и сестру – ФИО94; в сведениях о родственнике гражданина, поступающего на военную службу по контракту в Вооруженные Силы Российской Федерации, ФИО20 указал лишь сведения о матери ФИО1

Проанализировав вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО2 не принимал какого-либо участия в содержании и воспитании своего сына ФИО20 не оказывал ему моральную, физическую и духовную поддержку, не предпринимал каких-либо мер для созданию сыну комфортных условий жизни, необходимых для его полноценного развития и между ними отсутствовала семейная тесная связь, какая должна быть у родителями с детьми.

Суд принимает во внимание как доказательства уклонения ответчиком от выполнения родительских обязанностей тот факт, что ответчик в период обучения сына в школе не посещал родительские собрания, школьные мероприятия, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, в т.ч. характеристикой с места учебы.

Доказательств того, что ФИО1 оказывала препятствия ФИО2 в общении с сыном, его участии в его содержании и развитии, не имеется. То обстоятельство, что ФИО20 посещал бабушку по линии отца, с которой поддерживал отношения, где общался с отцом, является свидетельством отношения сына к отцу, при этом, из показаний свидетелей ФИО27 ФИО34 ФИО33 ФИО50 не следует, что ФИО20 продолжал поддерживать общение с отцом в подростковом возрасте и после достижения совершеннолетия, напротив, из показаний свидетелей ФИО45., ФИО44., ФИО46 следует обратное.

Перечисленные обстоятельства говорят о том, что в данном случае ответчик ФИО2 не обладает статусом члена семьи погибшего военнослужащего ФИО20 устанавливаемого с целью получения спорных социальных выплат, гарантированных государством членам семьи военнослужащего в случае его гибели, и не вправе получать такие выплаты, поскольку они направлены исключительно на то, чтобы компенсировать родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия, их нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах, в интересах государства.

Таким образом, поскольку родственные и семейные связи между отцом и сыном были утрачены, и в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела установлен факт уклонения ФИО2 от выполнения обязанностей родителя, учитывая, что права родителя, в том числе, на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, наличия между родителем и ребенком устойчивой душевной, эмоциональной связи, законом предусмотрена возможности лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им своих обязанностей родителя, в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных ФИО1 требований о лишении права на выплату единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего.

Также суд приходит к выводу о том, что подлежит удовлетворению и требование истца о признании ответчика недостойным наследником после смерти ФИО20

Согласно сведениям, представленным нотариусом нотариального округа г. Большой Камень Приморского края, после смерти ФИО20, умершего ДД.ММ.ГГГГ, заведено наследственное дело №, с заявлениями о принятии наследства обратились мать ФИО1, отец ФИО2

Наследственное имущество состоит из 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, а также денежных средств, содержащихся на счетах.

В ходе рассмотрения дела было установлено, что после гибели ФИО20 организацией его похорон занималась мать ФИО1 Ответчик ФИО2 на похоронах не присутствовал по причине отбывания наказания в колонии-поселения, при этом финансово участия в организации похорон не принимал.

Основания для признания гражданина недостойным наследником и отстранения от наследования содержатся в статье 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

В силу пункта 2 статьи 1117 ГК РФ по требованию заинтересованного лица суд отстраняет от наследования по закону граждан, злостно уклонявшихся от выполнения лежавших на них в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в подпункте "а" пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду, что указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.д.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Оценив установленные по делу обстоятельства в их совокупности, исходя из того, что судьбой сына ФИО20 ответчик фактически не интересовался, не участвовал в его регулярном содержании до совершеннолетия, в период его обучения школу не посещал, процессом обучения не интересовался, общение с ответчика с сыном носило эпизодический характер, при этом большего участия в жизни сына ответчик принимать не желал и не стремился, злостно уклоняясь от выполнения лежавших на нем в силу закона обязанностей по содержанию наследодателя, о чем в том числе свидетельствует и имеющаяся задолженность по выплате алиментов на содержание сына в размере более миллиона рублей, суд приходит к выводу об обоснованности требований ФИО1 о признании ФИО2 недостойным наследником умершего ФИО20

При указанных обстоятельствах, требования истца являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о лишении права на выплату единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего, признании недостойным наследником – удовлетворить.

Признать отсутствующим право ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, на получение мер социальной и государственной поддержки, предусмотренных для членов семьи погибшего в ходе участия в специальной военной операции военнослужащего ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения.

Лишить ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения (паспорт №), права на получение денежных выплат в связи с гибелью ДД.ММ.ГГГГ военнослужащего ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, в том числе лишить права на получение:

- выплаты страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28.03.1998 №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц, рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»;

- единовременного пособия, предусмотренного Федеральным законом от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»;

- выплаты ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной Федеральным законом от 07.11.2011 №306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»;

- единовременной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации №98 от 05.03.2022 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»;

- пенсии по случаю потери кормильца – ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения.

Признать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения (паспорт №) недостойным наследником и отстранить от наследования имущества, оставшегося после смерти ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Шкотовский районный суд Приморского края.

Мотивированное решение изготовлено 02.03.2026.

Судья А.В. Рогачева