Решение № 2-2039/2017 2-2039/2017~М-1792/2017 М-1792/2017 от 22 мая 2017 г. по делу № 2-2039/2017

Дело №2-2039/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 мая 2017 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Казаковой Л.Ю.,

при секретаре Париновой Е.Ю.,

с участием истца ФИО1, представителей третьих лиц - ФИО3, помощника прокурора г.Бийска Ануфриевой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к Министерству финансов РФ о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в сумме 200 000 руб. 00 коп.. В обоснование заявленных требований истец указал на следующие обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ он был осужден Восточным районным судом г.Бийска Алтайского края и признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.158 УК РФ, ему назначено наказание в виде четырех лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Вместе с тем, указанным приговором суда он был оправдан по ч.2 ст.325 УК РФ - за отсутствием состава преступления. Истец полагает, что незаконное привлечение его к уголовной ответственности и предъявление обвинения по ч.2 ст.325 УК РФ, то есть, за преступление которого он не совершал, причинило ему физические и нравственные страдания, которые подлежат возмещению путем взыскания с ответчика денежной компенсации в размере 200 000 руб. 00 коп..

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференцсвязи, истец ФИО1 настаивал на удовлетворении заявленных исковых требований по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Представители ответчиков - Министерства финансов РФ и Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю, привлеченного судом к участию в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежащим образом. До судебного заседания со стороны ответчиков представлен отзыв на исковое заявление, где указано на следующие обстоятельства: со стороны истца, по мнению ответчиков, не представлено доказательств причинения ему морального вреда и наличия причинной связи между моральным вредом и незаконным привлечением к уголовной ответственности; заявленный размер компенсации морального вреда является значительно завышенным, и подлежит снижению, с учетом характера физических и нравственных страданий истца, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего, требований разумности и справедливости.

Представитель третьего лица - прокуратуры Алтайского края Ануфриева О.А., действующая на основании доверенности, в судебном заседании полагала требование ФИО1 о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению. При принятии решения просила учесть требования разумности и справедливости, предусмотренные ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, соответствующую указанным критериям.

Представитель третьего лица МУ МВД России «Бийское» - ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, указав на недоказанность истцом причинения ему морального вреда, а также на неразумность заявленной к взысканию суммы.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, обозрев материалы уголовного дела №, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.8, ст.13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст.ст. 133 - 139, 397 и 399).

Так в соответствии с п.34 ст.5 УПК Российской Федерации установлено, что лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию, имеют право на реабилитацию, которая представляет собой порядок восстановления прав и свобод данных лиц и возмещения причиненного им вреда.

Согласно под.1 п.2 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

При этом, ст.ст. 133, 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержат положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого был вынесен частично оправдательный приговор, по той лишь причине, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении какого-либо другого преступления.

Как следует из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года N17 (ред. от 09.02.2012) "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, и пункта 4 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (п.3 Постановления).

Соответственно, оправдательный приговор в части предъявленного обвинения в совершении противоправных действий, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, является основанием для реабилитации оправданного.

Согласно ч.1 ст.133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме, независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

То есть, моральный вред является разновидностью вреда, подлежащего возмещению в соответствии с действующим законодательством, в том числе, в случае незаконного привлечения лица к уголовной ответственности.

Согласно п.2 ст.133 УПК РФ, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

При этом, согласно ст.ст. 1070, 1100 ГК РФ, моральный вред в таких случаях подлежит возмещению независимо от вины причинителя вреда.

Следовательно, на истце не лежит в этом случае обязанность по доказыванию неправомерности действий должностных лиц или органов государственной власти, осуществивших уголовное преследование, ему надлежит лишь доказать факт прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

В данном случае установлено, что приговором Восточного районного суда г. Бийска, Алтайского края, от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.158 УК РФ и ему назначено наказание в виде четырех лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Кроме того, указанным приговором ФИО1 был оправдан за отсутствием состава преступления, за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст. 325 УК РФ.

Как указано в приговоре, от обвинения ФИО1 по ч.2 ст.325 УК РФ прокурор в судебном заседании отказался.

Указанный приговор обжаловался в кассационном порядке, на основании кассационного определения судебной коллегии по уголовным делам ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.

Соответственно, факт незаконного уголовного преследования истца по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 325 УК РФ, согласно ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует считать доказанным, в связи, с чем за ним, в силу требований закона признается право на реабилитацию, в том числе, право на получение от государства возмещения морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

В соответствии со ст.151 ГК PФ предусмотрено, что если гpажданину пpичинен моpальный вpед /физические или нpавственнные стpадания/ действиями, наpушающими его личные неимущественные пpава либо посягающими на пpинадлежащие гpажданину дpугие нематеpиальные блага, а также в дpугих случаях, пpедусмотpенных законом, суд может возложить на наpушителя обязанность денежной компенсации указанного вpеда.

Таким образом, денежной компенсации, по общему правилу, установленному законом, подлежит моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, которые причинены лицу в результате нарушения его нематериальных прав или благ.

Согласно ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации, к нематериальным благам относятся жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства и иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

Согласно п.2 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации, нематериальные блага защищаются в соответствии Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного материального блага и характера последствий этого нарушения.

В силу ст.1101 ГК РФ, характер физических и нравственных страданий оценивается судом, в том числе, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.8 своего Постановления "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" от 20 декабря 1994г. N10 указал, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу разъяснений, содержащихся в п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17, при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Согласно положениям статей 55, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Соответственно, обосновывая размер денежной компенсации морального вреда, заявленной к взысканию, истец должен был представить доказательства, обосновывающие характер и объем причиненных истцу нравственных или физических страданий, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Исследовав имеющиеся по делу доказательства, суд находит, что требования истца о возмещении морального вреда являются лишь частично обоснованными.

В частности, суд принимает во внимание, что моральный вред истцу был причинен со стороны государства, в лице его следственных органов, которые допустили нарушение прав истца, как гражданина и человека, подвергнув его незаконному уголовному преследованию, за противоправное деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 325 УК РФ.

Возникновение у лица, подвергаемого незаконному (необоснованному) уголовному преследованию, нравственных переживаний по поводу ущемления его прав и свобод, по мнению суда, является общеизвестным обстоятельством и, согласно п.1 ст.61 ГПК РФ, не нуждается в доказывании.

В частности, суд не находит оснований не согласится с доводами истца в той части, что в результате незаконного уголовного преследования он испытывал нравственные переживания по поводу своей незащищенности перед государством, опасений за свою дальнейшую судьбу, в связи с возможностью назначения ему наказания за деяние, которого не совершал.

Вместе с тем, суд не находит оснований согласиться с доводами истца в той части, что длительность периода времени, в течение которого в отношении него осуществлялось незаконное уголовное преследование, повлияла на интенсивность и продолжительность испытываемых им нравственных переживаний.

Сама по себе длительность уголовного преследования, избрание меры пресечения в виде содержания под стражей, в данном случае не могут однозначно являться обстоятельствами, свидетельствующими о глубине нравственных страданий истца ввиду его незаконного уголовного преследования. Уголовное преследование осуществлялось в отношении истца как по обвинению, которое впоследствии судом признано несостоятельным (по составу преступления, по которому ФИО1 был оправдан), так и, одновременно, по обвинению его по ч.3 ст.158 УК РФ, за совершение преступления, по которому обвинение было признано судебными инстанциями обоснованным.

Так же суд учитывает, что обвинение ФИО1 было предъявлено по нескольким эпизодам совершения хищений личного имущества граждан из припаркованных автомобилей, в том числе, личного имущества ФИО6, действия ФИО1, направленные на похищение личных документов ФИО7, органом следствия были самостоятельно квалифицированы по ч.2 ст.325 УК РФ, как похищение у гражданина важного личного документа. В ходе судебного разбирательства по делу было установлено, что похищенные ФИО1 документы находились в «барсетке», умысел, направленные именно на хищение документов, у ФИО1 отсутствовал, указанные действия охватывались умыслом на хищение имущества, в связи с чем он был оправдан за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.325 УК РФ. В то же время, противоправные действия, установленные следственными органами, со стороны ФИО2 имели место в действительности, преступление, совершенное ФИО1, в целом было квалифицировано по ч.3 ст.158 УК РФ, как кража, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, неоднократно. Соответственно, мера пресечения по делу была избрана ФИО1 с учетом указанного преступления, в то время, как никаких юридических последствий, а также негативных фактических последствий, связанных с предъявлением истцу на стадии предварительного следствия обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.325 УК РФ, для него не возникло, поскольку обратного судом не установлено.

Доводы истца в той части, что со стороны следственных органов при расследовании дела было допущено грубое нарушение его прав (он не был в установленном законом порядке ознакомлен с материалами дела, нарушено его право на защиту, так как при ознакомлении с материалами дела не был предоставлен адвокат), в связи с чем судом дело по жалобе ФИО1 были вынесены постановление о возвращении дела прокурору для устранения нарушений и частное постановление в адрес прокурора г.Бийска, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку установленные нарушения никак не связаны с незаконным привлечением истца к уголовной ответственности по ч.2 ст.325 УК РФ.

Кроме того, суд отмечает и тот факт, что ранее ФИО1 уже неоднократно привлекался к уголовной ответственности за преступления против личной собственности, что следует из справки МУ МВД России «Бийское» /л.д.<данные изъяты>/, материалов уголовного дела, соответственно, оснований утверждать, что истцу были причинены нравственные страдания по поводу умаления его доброго имени, общественной оценки и самооценки его личности, у суда не имеется.

Других обстоятельств, характеризующих индивидуальные особенности истца или обстоятельства данного дела, оказавшие влияние на размер взыскиваемой им суммы денежной компенсации морального вреда, судом не установлено, поскольку со стороны истца суду не было представлено каких-либо доказательств, подтверждающих указанные обстоятельства, хотя истцу разъяснялось его право и обязанность представлять такие доказательства, в том числе, ходатайствовать перед судом об истребовании доказательств, которые истец не может получить самостоятельно (определение суда о подготовке дела к слушанию от ДД.ММ.ГГГГ).

С учетом указанных обстоятельств, оценив приведенные обстоятельства, объем и тяжесть необоснованного обвинения, данные о личности истца, период содержания под стражей, и связанные с этим очевидные нравственные переживания, суд находит, что отвечающим принципу разумности и справедливости будет компенсация за счет средств казны Российской Федерации ФИО1 причиненного морального вреда в сумме 3 000 руб. 00 коп..

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 следует отказать.

В соответствии с требованиями ст.ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий государственных органов, либо должностных лиц этих органов, в том числе, в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации.

На основании статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 Положения о Министерстве финансов Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 2004 года N329, от имени казны Российской Федерации действует Министерство финансов Российской Федерации, которое в данном случае является надлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям.

Соответствующие разъяснения судам дали Пленумы ВС РФ и ВАС РФ в Постановлении N6/8 /п.12/, указав, что от имени казны РФ выступает Министерство финансов РФ.

Соответственно, денежная сумма компенсации морального вреда, причиненного истцу в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, подлежит взысканию в пользу истца с Министерства финансов РФ, за счет Казны Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно подпункту 19 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, в качестве истцов и ответчиков.

Таким образом, Министерство финансов РФ освобождено от уплаты государственной пошлины, как государственный орган Российской Федерации, и не может быть отнесено к числу субъектов, являющихся в установленном законом порядке плательщиками государственной пошлины. В связи с чем, государственная пошлина в данном случае судом не взыскивается.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 ФИО10 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов РФ, за счет казны Российской Федерации, в пользу ФИО1 ФИО11 денежную компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в сумме 3000 руб.00 коп..

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 ФИО12 отказать, в связи с необоснованностью.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Судья Л.Ю. Казакова