Решение № 2-387/2019 2-387/2019~М-119/2019 М-119/2019 от 11 февраля 2019 г. по делу № 2-387/2019

2-387/2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Тобольск 12 февраля 2019 года

Тобольский городской суд Тюменской области в составе:

председательствующего судьи Гавриковой М.А.,

при ведении протокола секретарем Хусаиновой Э.М.,

с участием истца ФИО1 ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба и компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что ФИО2 является собственником смежного земельного участка. С апреля по октябрь 2018 года ФИО2 регулярно откачивал воду из подполья своего жилого дома на принадлежащий ей участок, в результате чего произошло затопление участка истца. Повреждение плодородного слоя земли привело к гибели урожая и насаждений истца на сумму 168 000 рублей. На просьбы истца о прекращении затопления, ФИО2 высказывал угрозы и оскорбления. Истец переживала от постоянного страха за свою жизнь, за оскорбления, ухудшилось её состояние здоровья, в июне-августе 2018 года вынуждена была обратиться за медицинской помощью, проходила лечение. Поскольку ухудшение здоровья связано со стрессовой ситуацией, созданной ответчиком, истец просила в счет компенсации морального вреда взыскать 100 000 рублей.

В судебном заседании истец поддержала доводы иска. Пояснила, что между нею и соседом ФИО2 сложились конфликтные отношения. В весенне-летний период 2018 года ФИО2 ежедневно с 5 до 7 часов утра откачивал воду со своего участка на её участок. В результате затопления её участка погибли плодово-ягодные деревья и кусты, многолетние цветы и травы, не выросли овощи и зелень. До 2018 года их участки с соседом находились примерно на одном уровне, в 2015-2017 годах ФИО2 привез глину и чернозем, постепенно поднимал уровень своего участка. Два других смежных участка тоже чуть выше её участка, стоковая канава у нее отсутствует, вода обычно уходила в колодец, этого было достаточно, в 2018 году колодец был переполнен, все лето 2018 года вода с участка не уходила. Поскольку летом 2018 года истец подняла уровень части участка некоторые кусты, цветы и овощи удалось сохранить. На просьбы убрать шланг, ФИО2 реагировал агрессивно, угрожал что «закопает», в связи с чем истец боялась выходить одна на участок, просила о сопровождении соседку или племянника. Переживала, что не смогла обеспечить урожаем свою семью (внуков), как это было в предыдущие годы.

Ответчик в судебном заседании пояснил, что воду на участок истца не откачивал, полагал, что затопление участка ФИО1 произошло из-за того, что её участок по уровню ниже всех смежных участков. Раньше всегда топило его участок, т.к. он был ниже, сейчас-выше. Участок соседа ФИО4, огорожен забором, установленным на бетонном фундаменте, что сдерживает воду на участке истца, участок еще одного соседа тоже был отсыпан в 2016-2017 году. Указал, что на участке истца не росло такое количество насаждений, которое указано истцом, участок был заросшим травой. Подтоплен участок ФИО1 был только в весенний период, летом 2018 года, участок истца был сухой, росла трава. Не отрицал конфликтные отношения с ФИО1, но пояснил, что её не оскорблял, её жизни или здоровью не угрожал.

Представитель ответчика ФИО3, действующая по устному ходатайству ответчика, просила об отказе в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что отсутствует причинно-следственная связь между затоплением участка истца и действиями ответчика, не доказан размер ущерба, т.к. доказательств такого количества насаждений на участке в сезон 2018 года, на такую сумму не представлено. Полагала, что оснований для компенсации морального вреда не имеется, так как законом не предусмотрена компенсация морального вреда за нарушение имущественных прав, факт того, что ФИО2 оскорблял её или угрожал жизни и здоровью, а соответственно, нарушил её неимущественные права, не нашел подтверждения в судебном заседании. Обратила внимание суда на то, что истец проходила лечение в июне-августе 2018 года в плановом порядке, по основному заболеванию, т.к. является инвалидом.

Свидетель ФИО5 пояснила, что является знакомой истца, бывает в гостях у ФИО1, помогает ей. В 2018 году участок истца был сырее, чем предыдущие годы. Причину подтопления не знает, не видела, что ФИО2 откачивал воду на участок истца. Урожай в 2018 году у истца из-за влажности участка был плохой.

Свидетель ФИО4 пояснила, что видела, как ФИО2 сливает воду через шланг на участок истца. На её участок эта вода не поступает, т.к. участок огорожен забором на бетонном фундаменте, рядом с её участком имеется стоковая канава, у истца стока нет, раньше вода уходила в колодец. Так же указала на то, что между нею и ФИО2 конфликтные отношения.

Суд, заслушав пояснения истца, ответчика, представителя ответчика, свидетелей, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, в соответствии с положениями статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не находит оснований для удовлетворения иска.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником земельного участка по адресу г. <адрес> (л.д.10).

Собственником участка № № является ФИО2 (л.д.11-13).

Согласно отчету ООО «Альнс-оценка» от 16 ноября 2018 года стоимость объекта оценки составляет 168 000 рублей. К расчету принималось имущество (объект оценки), опись которого представлена ФИО1: клубника (55 шт), земляника (90 шт), смородина (1 шт), крыжовник (1 шт), вишня (10 шт), малина (10 шт), груша (1 шт), ирга (2 шт), пионы (8 шт), колокольчики (3шт), георгины (57 шт), ирис (59 шт), лилия (55 шт), нарцисс (50 шт), розы (15 шт), болиголов (5 шт), вероника (25 шт), аир (10 шт), зверобой (150 шт), чабрец (200 шт), манжетка (200 шт), тысячелистник (200 шт), фиалка (100 шт), мелисса (15 шт), щавель (300 шт), петрушка (300 шт), укроп (300 шт), чеснок (100 шт), лук (300 шт), чеснок (50 шт), овощи (кабачки, томаты, морковь, редис, капуста, свекла) из расчета потребления семьи из двух человек (л.д.31-76).

Из ответа Комитета ЖКХ г. Тобольска следует, что за период июнь-июль 2018 года жалоб о затоплении участков от ФИО2 или ФИО1 не поступало (л.д.87).

В ответе от 17 июля 2018 года на обращение ФИО1 заместитель Тобольской межрайонной прокуратуры указал, что в ходе проведенной проверки по факту затопления участка по заявлению ФИО1 установлено, что на момент обращения в прокуратуру прошло около одного месяца, в связи с чем установить факт наличия ущерба в связи с затоплением участка и умышленных действиях ФИО2 не возможно (л.д.75-76).

Из рапорта УУП МО МВД России «Тобольский» от 07 ноября 2018 года следует, что 02 июня 2018 года к нему обратилась ФИО1 с жалобой, что ФИО2 затапливает её участок. При визуальном осмотре участка установлено, что участок № 94 (ФИО2) значительно выше участка № 92 (ФИО1). На территории огорода № 94 лежал шланг до забора между участками, огород № 92 был подтоплен. ФИО2 на вопрос про шланг пояснил, что сушит и что, его территория где хочет там и положил шланг. Пояснил, что не подтапливает участок № 92. Между ФИО1 и ФИО2 произошла ссора, в ходе чего ФИО2 оскорбил ее грубой нецензурной бранью (л.д.74).

Постановлением от 30 июля 2018 года по факту оскорбления ФИО2 нецензурной бранью и угроз физической расправой в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления (л.д.16).

Определением заместителя межрайонного прокурора от 21 сентября 2018 года в возбуждении дела об административном правонарушении по части 5.61 КоАП РФ в отношении ФИО2 отказано за истечением срока давности привлечения. В данном определении указано, что ФИО1 утверждала, что ФИО2 оскорбил ее грубой нецензурной бранью, ФИО2 в своих пояснениях данный факт отрицал (л.д.17).

Согласно выписному эпикризу ФИО1, поступившему по запросу суда, следует, что ФИО1 находилась на стационарном лечении с 17 июля по 26 июля 2018 года. Поступила в плановом порядке в удовлетворительном состоянии с жалобами на слабость, головокружение, нарушение речи. Основной диагноз дисциркуляторная энцефалопатия III степени, инвалид <данные изъяты> группы. В период лечения была осмотрена терапевтом, неврологом, врачом-рентгенологом (л.д.90, 91).

Разрешая вопрос о возмещении убытков, суд приходит к выводу о недоказанности истцом наличия ущерба и причинно-следственной связи между действиями ответчика и затоплением участка истца.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, в данном случае истец должен был доказать наличие ущерба и его стоимость, причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими последствиями, а ответчик - что вред причинен не по его вине.

Представленные истцом фотографии не подтверждают наличие насаждений (овощей, цветов, деревьев, лекарственных трав), в том числе в количестве, указанном в отчете ООО «Альянс Оценка». Фотография с изображением гряд с насаждениями и фотографии, на которых изображена девочка (внучка истца) с цветами, сделаны в 2016 году, т.е. двумя годами раньше спорного периода (комментарий истца к фотографиям) (л.д.19). Фотографии цветов роз, георгин (л.д.20 нижний ряд) также сделаны в 2016 году, т.к. на правой имеется дата, а на левой изображена теплица, которая в 2017 году уже отсутствовала. Фотографии цветов в верхнем ряду (л.д.20) не датированы, привязка к местности отсутствует, цветы изображены не четко (размыто). Фотографии роз (л.д.21) сделаны в 2016 и 2017 году, тоже без привязки к местности. Фотографии георгин (л.д.23) согласно комментарию истца сделаны в 2017 году.

Как пояснила истец в судебном заседании, часть луковиц цветов сохранены, выкопаны и пересажены в другое место, где участок выше.

Доказательств того, что в сезон 2018 года у истца имелись кусты клубники 55 кустов, земляники 90 кустов, смородина, крыжовник, вишня 10 штук, малина 10 штук, груша, ирга, пионы, георгины, колокольчики, ирисы, лилии, розы, аир, болиголов, вероника, фиалки, мелисса, петрушка, щавель, укроп, чеснок, лук имелись на участке, и были полностью уничтожены, в том числе по вине ФИО2, не имеется.

В отчете ООО «Альянс – оценка» указано, что оценивалось имущество со слов заказчика ФИО1

Не подтвержден факт затопления ответчиком ФИО2 участка истца и ответом Комитета ЖКХ г. Тобольска, полученного по запросу суда, согласно которому жалоб на затопление не поступало, а также письмом заместителя Тобольской межрайонной прокуратуры, в котором указано о том, что факт затопления участка по вине ФИО2 невозможно из-за позднего обращения.

Фотографии, на которых имеется «стоячая» вода темного цвета, по мнению суда, сделаны в весенний период, в период таяния снега и повышения уровня грунтовых вод, т.к. на фотографиях видно, прошлогоднюю сухую траву и начало прорастания новой зелени (л.д.28,29). Приближенные фотографии (крупным планом), что из шланга идет вода в земельную воронку, не позволяет сделать вывод, что данный сток идет на участок истца, на других фотографиях данная воронка или шланг на участке истца отсутствуют (л.д.26,27). Фотографии, к которым имеется комментарии истца «таким ушел в зиму участок», сделаны так же весенний период, так как на данных фотографиях также изображен сухостой и прорастание новой травы, вода вдоль забора между участками со стороны участка истца отгорожена опилками и доской (л.д.30).

Фотографии, которые были представлены истцом на обозрение суда на флеш-носителе, также не позволяют прийти к выводу о том, что ФИО2 производил слив воды на участок истца, поскольку на фотографиях изображен шланг, который лежит на территории ответчика, а не на территории участка истца. Определить, что шланг, лежащий на территории участка ответчика и шланг, из которого идет вода, один и тот же шланг невозможно. На фотографиях (лето 2018 года), на которых изображен забор между участками истца и ответчика, со стороны участка истца изображена зеленая трава, подтопление отсутствуют. На некоторых фотографиях изображены цветущая ирга, кусты малины, о которых истец говорит, как о погибших от затопления.

Одни лишь показания свидетеля ФИО4, которая пояснила, что видела как ФИО2 через шланг затапливает участок истца, не могут быть достаточным доказательством подтверждения вины ФИО2 в причинении ущерба, в том числе ущерба в указанном истцом количестве. Кроме того, как пояснила сама ФИО4 у нее с ФИО2 неприязненные, конфликтные отношения.

Не подтверждает вину в причинении ущерба ФИО2 и рапорт участкового от 07 ноября 2018 года, поскольку в нем отсутствует указание на то, что шланг использовался ФИО2 для слива воды на участок истца, указано лишь, что шланг лежит на участке, факт затопления участка в результате действий ФИО2 в рапорте не зафиксирован.

В подтверждение отсутствия своей вины ФИО2 так же представил фотографии смежных земельных участков, своего, истца и двух других.

Из данных фотографий следует, что в весенний период затапливаются талыми водами оба участка (л.д.102, 109, 111), в мае 2015 года на участке ФИО2 завезена земля (л.д.105), с 2017 года уровень земельного участка ФИО2 чуть выше земельного участка истца, вдоль забора со стороны участка ФИО2 сделана насыпь, ограждающая поступление воды с участка истца, на фотографии (май 2018 года) вода только в углу участка истца, в остальной части участка вода отсутствует, имеется не растаявший снег (л.д.110), между участками № 92 и № 94 межа (углубление) (л.д.114), на фотографии (июль 2018 года) стоит вода на границе участков истца и ответчика (в меже) (л.д.115).

Данные фотографии обозревались судом в цветном виде с диска.

На фотографиях участка истца в период лето 2016 года видно, что на участке имеется зеленая трава, кусты малины, ирги и смородины, насаждения (цветы, лекарственные растения, овощи) отсутствуют (л.д.101,103,104,105).

Оценивая доказательства истца и ответчика в совокупности, суд приходит к выводу о том, что истцом не подтверждено наличие убытков в заявленном размере, ответчиком же представлены доказательства отсутствия вины в затоплении участка истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и подтоплением участка ФИО1 судом не установлено.

Следовательно, оснований для взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 убытков, причиненных в результате затопления участка истца водой, не имеется.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку истец ссылается на причинение имущественного вреда (возмещение убытков), компенсация морального вреда за которое законом не предусмотрена, следовательно, оснований для ее взыскания не имеется.

Не имеется оснований и для компенсации морального вреда по доводам истца о том, что она переживала от постоянного страха за свою жизнь, за оскорбления со стороны ответчика, за то, что не будет урожая, боялась одна выходить на свой участок.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 5.61 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации и статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как было указано выше, в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО2 признаков состава преступления.

К административной ответственности по заявлению ФИО1 по факту оскорбления ответчик привлечен не был. При даче объяснений заместителю межрайонного прокурора ФИО2 оспаривал факт оскорбления истца. Поскольку в возбуждении дела об административном правонарушении по части 5.61 КоАП РФ в отношении ФИО2 было отказано за истечением срока давности, следовательно, факт оскорбления не устанавливался.

Кроме того, из определения заместителя Тобольского межрайонного прокуратура следует, что заявление от ФИО1 поступило в дежурную часть 19 июля 2018 года, в то время как до 26 июля 2018 года ФИО1 находилась на стационарном лечении.

Не имеется сведений о привлечении к административной ответственности ФИО2 за события, произошедшие в июне 2018 года, отраженные в рапорте участкового от 11 ноября 2018 года (спустя 6 месяцев) на имя начальника МО МВД России «Тобольский» (л.д.18).

Указание участкового ФИО6 в данном рапорте о том, что между ФИО1 и ФИО2 произошла ссора, в ходе чего ФИО2 оскорбил её грубой нецензурной бранью, не свидетельствует об установленном факте оскорбления и причинения морального вреда, а являлось основанием для проверки указанных обстоятельств на наличие в действиях ФИО2 состава правонарушения (л.д.18).

Факт оскорбления истца ФИО2 (высказывания в оскорбительной форме) не установлен и в судебном заседании, в том числе не подтвержден пояснениями свидетелей и самой истицы, которая ссылалась страх за жизнь и здоровья.

Таким образом, каких-либо доказательств того, что ответчик высказывался в адрес истца в оскорбительной форме и тем самым причинил ей нравственные страдания, нарушил неимущественные права, не имеется.

Медицинские документы, запрошенные судом по ходатайству истца из медицинского учреждения, не подтверждают какое-либо ухудшение её состояния здоровья в весенне-летний период 2018 года.

В выписном эпикризе содержаться сведения о плановой госпитализации истца по основному заболеванию – дисциркуляторная энцефалопатия, входе которого проведены обследования и осмотры врачей терапевта, невролога, рентгенолога (л.д.90, 91).

Таким образом, оснований для компенсации морального вреда истцу не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку решение суда состоялось не в пользу истца, следовательно, оснований для возмещения истцу расходов по оплате расходов на оплату услуг оценщика, представителя, фото-услуг, не имеется.

Таким образом, иск ФИО1 удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь Гражданским кодексом Российской Федерации, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации,

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда и судебных расходов – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Тобольский городской суд Тюменской области.

Судья М.А.Гаврикова

Решение суда в окончательной форме составлено 15 февраля 2019 года.