Апелляционное определение № 22-892/2026 от 2 марта 2026 г.

Судья Фадеева Э.Н. дело № 22-892/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ростов-на-Дону 3 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ростовского областного суда

в составе: председательствующего судьи Шомысова В.В.,

судей Лихобабиной Я.П. и Мельниченко И.В.,

при секретаре судебного заседания Арзуманян Е.А.,

с участием: старшего прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры Ростовской области Корчагиной М.П.,

осужденного ФИО1 посредством видеоконференц-связи

его адвоката Макарова А.В.,

осужденной ФИО2 посредством видеоконференц-связи

ее адвокатов Азоева А.А., Кекелидзе Г.М.,

представителя потерпевшего АНО «Центр поддержки экспорта» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2, поступившее с апелляционной жалобой адвоката Макарова А.В. в интересах осужденного ФИО1 на постановление Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 24 декабря 2025 года, а также апелляционной жалобой и дополнением к ней защитника осужденного ФИО1 – адвоката Макарова А.В., апелляционными жалобами и дополнениями к ним защитников осужденной ФИО2 – адвокатов Азоева А.А., Афицкого Г.А., Кекелидзе Г.М. на приговор Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 17 ноября 2025 года, которым

ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН ССР, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч.4 ст.159 УК РФ к наказанию в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч.3 ст.47 УК РФ постановлено лишить ФИО1 права заниматься деятельностью, связанной с выполнением управленческих, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях сроком на 1 год.

Мера пресечения ФИО1 изменена с запрета определенных действий на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу.

На основании п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 21 августа 2023 года по 22 августа 2023 года включительно, а также с момента взятия его под стражу до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч.3.4 ст.72 УК РФ время нахождения ФИО1 под домашним арестом с 23 августа 2023 года по 2 октября 2023 года включительно зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

На основании п.1.1 ч.10 ст.109 УПК РФ зачтено в срок содержания ФИО1 под стражей время запрета определенных действий, предусмотренных п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ, в период с 3 октября 2023 года до дня, предшествующего взятию его под стражу в зале суда, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, подлежащего последовательному зачету в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Арест, наложенный на основании постановления Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 11 декабря 2023 года на принадлежащее ФИО1 имущество - денежные средства в сумме 11 600 долларов США и 3 250 Евро постановлено хранить до разрешения исковых требований в порядке гражданского судопроизводства;

ФИО2, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженка АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданка РФ, несудимая,

осуждена по ч.4 ст.159 УК РФ к наказанию в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО2 изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взята под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу.

На основании п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей ФИО2 с момента взятия ее под стражу до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шомысова В.В., позицию осужденного ФИО1 и его адвоката Макарова А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, просивших приговор суда первой инстанции отменить, осужденного оправдать, либо применить требования ст.73 УК РФ, или вернуть дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ; постановление от 24 декабря 2025 года в отношении ФИО1 - отменить, а производство по уголовному делу приостановить; позицию осужденной ФИО2 и ее адвокатов Азоева А.А., Кекелидзе Г.М., поддержавших доводы апелляционных жалоб, просивших приговор суда первой инстанции отменить, осужденную ФИО2 – оправдать, либо применить требования ст.73 УК РФ; позицию представителя потерпевшего ФИО3, прокурора Корчагиной М.П., полагавших необходимым приговор и постановление суда первой инстанции оставить без изменения, как законные и обоснованные, а жалобы адвокатов оставить без удовлетворения, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО1 осужден за хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере; ФИО2 осуждена за хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору с ФИО1, в особо крупном размере.

Преступление совершено при установленных судом и подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора обстоятельствах.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и ФИО2 вину в совершении указанного преступления не признали, привели собственную версию происшедших событий.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

адвокат Макаров А.В. в защиту ФИО1 находит выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, не подтвержденными доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; указывает, что в материалах дела содержатся акты приема-сдачи оказанных услуг по договорам инкриминируемых его подзащитному, согласно которых АНО «ЦПЭ» в лице ФИО4 №1 приняла услугу от ООО «РАНДАР», в судебном заседании от 10 апреля 2025 года ФИО4 №1 данный факт подтвердила; сведения, содержащиеся в электронной почте ООО «РАНДАР», подтверждают наличие контактов и обмены информации между ООО «РАНДАР» и субъектами малого и среднего предпринимательства Ростовской области, надлежащего оказания услуг; согласно ответа АНО «ЦПЭ» от 20 марта 2025 года, в период с 2019 по 2020 годы субъекты МСП, за исключением ООО «МВС Групп» на имя руководителя АНО «ЦПЭ» обращались за данной услугой посредством заявки, копии заявок приобщены к материалам уголовного дела и оглашены в судебном заседании; заявки лично подписаны ФИО4 №19, ФИО4 №2, ФИО4 №15, ФИО4 №16, ФИО13, ФИО56., ФИО4 №18 и заверены печатями возглавляемых ими субъектами МСП; в распоряжение суда предоставлены заверенные руководителем АНО «ЦПЭ» копии соглашений МСП, которые заверены соответствующими печатями; судом незаконно было отказано в проведении почерковедческой и судебной технико-криминалистической экспертизы документов, печатей; при допросе свидетелей ФИО4 №19, ФИО4 №2, ФИО4 №15, ФИО4 №16, ФИО4 №17, ФИО57 ФИО4 №18 вышеназванные документы им не предъявлялись; суд в приговоре не привел мотивов, по которым не приняты во внимание показания свидетелей защиты ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19; не приняты во внимание поступившие в 2019 году в адрес АНО «ЦПЭ» благодарственные письма от ряда ИП и организаций (ФИО58., ФИО63» и в 2020 году от ФИО59., ФИО64, которые невозможно было приобщить к материалам дела, поскольку они были изъяты в декабре 2023 года сотрудниками УФСБ по РО; судом не дана оценка доказательствам того, что в промежутке с 1 ноября 2019 года по 18 мая 2020 года ООО «РАНДАР» в рамках заключенных с АНО «ЦПЭ» договоров оказывались услуги по экспертизе и сопровождению экспортных контрактов; органом предварительного следствия и судом неверно определен потерпевший, так как АНО «ЦПЭ» является лишь распорядителем федеральных денежных средств, предоставленных Минэкономразвития Ростовской области в качестве субсидий АНО «ЦПЭ»; суд не указал причин, по которым посчитал показания свидетеля ФИО4 №11 – главного бухгалтера АНО «ЦПЭ» достоверными и чем мотивировано решение суда не принимать во внимание, данные свидетелем ФИО4 №11 показания в судебном заседании от 26 сентября 2024 года; суд, ссылаясь в приговоре на показания свидетеля ФИО4 №4, сообщившей недостоверную информацию в отношении ФИО2 не дал этому оценку, равно как и показаниям свидетелей ФИО4 №14, ФИО22, ФИО4 №5, ФИО17, ФИО24, ФИО19, ФИО15, ФИО14; не дал оценку показаниям свидетеля ФИО25, оценку заявлению свидетеля ФИО26, в которых она отказалась от показаний, данных на предварительном следствии; суд нарушил положения ст.307 УПК РФ и не исследовал доказательства, подтверждающие осуществление в период с 1 января 2019 года по 31 декабря 2020 года внешнеэкономической деятельности ФИО65 согласно предоставленному ответу Южного таможенного управления от 27 января 2025 года; в материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно ФИО1 дал указание ФИО2 приискать информацию о субъектах МСП, действовал с использованием своего служебного положения и по предварительному сговору с последней, похищал имущество путем обмана; суд не привел основания почему ряд тождественных действий квалифицирован как одно деяние по ч.4 ст.159 УК РФ; суд не привел оснований и доводов, по которым не принял во внимание показания свидетеля ФИО38 относительно заключения соглашения и порядка предоставления услуг по экспертизе; указывает, что денежные средства из Федерального бюджета предоставлялись АНО «ЦПЭ» на основании заключенного договора между Минэкономразвития РО и АНО «ЦПЭ», данная организация не может рассматриваться как надлежащий потерпевший по делу; судом не учтены в полном объеме обстоятельства, смягчающие наказание, а именно, то, что ФИО1 заключил контракт ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года и зачислен рядовым в отдельную роту радиационной химической и биологической защиты; не учтены в должной мере при назначении наказания смягчающие обстоятельства - состояние здоровья, наличие малолетних детей, письма и ходатайства общественно-политических движений: Благотворительного фонда «Делись Добром», Общественной организации военно-патриотического воспитания молодежи «Белокалитвинский союз десантников», Региональной организации профессионального союза работников народного образования и науки РФ в ЛНР, Фонда «Российской общеполитический центр», командования ОМОН «Сармат», полномочного представителя президента Союза ветеранов СВО по ЮФО; суд не привел обоснованных суждений о неприменении положений ч.6 ст.15 УПК РФ. Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить по основаниям ст.24 УПК РФ и в отношении ФИО1 постановить оправдательный приговор, а в случае признания ФИО1 виновным, назначить ему наказание, связанное с лишением свободы условно, с отбыванием по месту прохождения службы в воинской части – полевая почта ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА.

Кроме того адвокат обжалует постановление Кировского районного суда от 24 декабря 2025 года об отказе в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу и изменении меры пресечения в отношении ФИО1, просит его отменить, ссылаясь на предоставленные в распоряжение суда документы - контракт о пребывании в добровольческом формировании НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, заключённый ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, выписку из приказа командира войсковой части – полевая почта ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА от ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА осужденный с ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА зачислен на должность командира отделения огнеметного взвода отдельной роты РХБ защиты войсковой части, то есть на момент вынесения приговора являлся военнослужащим; считает, что ФИО1 подпадает в число лиц, указанных в ст.78.1 УК РФ, поскольку ч.4 ст.159 УК РФ не входит в перечень исключений, препятствующих заключению контракта с Министерством обороны России; цитирует положения ст.238 УПК РФ, согласно которым в случае прохождения лицом военной службы в период мобилизации выносится постановление о приостановлении производства по уголовному делу. Просит постановление суда отменить, осужденному ФИО1 меру пресечения в виде содержания под стражей заменить на наблюдение командования воинской части, а производство по уголовному делу приостановить;

адвокат ФИО27 в защиту ФИО2 не согласен с приговором суда, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора; указывает, что допрошенные в судебном заседании свидетели либо не знают осужденную либо были с ней знакомы не близко; никто из свидетелей не указал на ФИО2, как на лицо, которое просила предоставить ей реквизиты фирм, печати, благодарственные письма в адрес центра; допрошенные свидетели показали, что заявки от представителей малого и среднего предпринимательства поступали в центр, а уже потом они направлялись центром в ООО «РАНДАР»; обращает внимание на показания представителя потерпевшего ФИО3, которая сообщила в судебном заседании о том, что никакого хищения не было, АНО «ЦПЭ» не являлся инициатором возбуждения уголовного дела; суд не мотивировал отказ в удовлетворении заявленных ходатайств стороной защиты осужденного ФИО1 о проведении почерковедческой экспертизы подписей ФИО4 №19, ФИО4 №2, ФИО4 №15, ФИО4 №16, ФИО4 №17, ФИО60 ФИО4 №18, а также судебной технико-криминалистической экспертизы документов, печатей, проставленных на заявках на оказание услуг по экспертизе и сопровождению экспортных контрактов, поданных на имя руководителя АНО «ЦПЭ», соглашениях и актах приема оказанных услуг по соглашениям; судом было неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об истребовании из УФСБ России по РО благодарственных писем, направленных в адрес АНО «ЦПЭ», которые были сотрудниками ФСБ по РО изъяты в декабре 2023 года, считает, что отказ в удовлетворении обоснованных ходатайств является грубым нарушением уголовно-процессуального закона и права на защиту; полагает, что назначенное судом наказание ФИО2 является несправедливым вследствие чрезмерной суровости; стороной обвинения не было представлено ни единого доказательства о виновности ФИО2, в связи с чем, просит приговор отменить и в отношении ФИО2 постановить оправдательный приговор;

адвокат ФИО28 в защиту ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене; указывает, что судом неверно определен причиненный ущерб; считает недопустимыми доказательствами протоколы осмотров предметов (т.8 л.д.25, 56,67; т.9 л.д.15; т.15 л.д.1, 18; т.16 л.д.11, 22; т.26 л.д.129), так как их осмотр был произведен без участия специалиста; полагает недопустимым доказательством протоколы осмотра документов, изъятых в ходе обысков (т.8 л.д.56, 65), так как объектами осмотра являлись документы, упакованные в картонные коробки, которых невозможно каким-либо образом идентифицировать; суд незаконно, как на доказательство вины ФИО2 сослался на протокол проведения ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 10 февраля 2023 года, так как материалы ОРМ в рамках требований ст.74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу не являются; считает недопустимым доказательством протокол допроса свидетеля ФИО61., поскольку он проведен незаконно, а также постановление о возбуждении уголовного дела от 5 мая 2023 года, так как копию соответствующего постановления ФИО1 получил лишь 21 августа 2023 года, то есть спустя 3 с половиной месяца; указывает, что аналогичные нарушения наличествуют и при объявлении ФИО1 состава следственной группы, которая была создана 26 июня 2023 года, а объявлена 25 марта 2024 года, что нарушило право обвиняемого на возможность своевременного заявления отводов; отмечает, что показания ФИО1, изобличающие ФИО2, им были даны практически спустя год с момента привлечения к уголовной ответственности и являлись средством и способом собственной защиты от уголовного преследования, более того в ходе судебного следствия ФИО1 дал иные ничем не опровергнутые доказательно подтвержденные всеми иными материалами уголовного дела показания о невиновности ФИО2 Просит приговор отменить, уголовное дело вернуть прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2 – отменить;

адвокат Кекелидзе Г.М. в защиту ФИО2 считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене; судом не дана оценка показаниям свидетелей ФИО4 №7, ФИО62; показания свидетелей ФИО4 №16, ФИО4 №18, ФИО17, ФИО4 №17, ФИО4 №6 в приговоре отражены в искаженном виде; показания ИП ФИО4 №3 противоречат ее объяснениям (т.23 л. д. 54-55), а суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении указанного документа; суд, давая оценку показаниям ФИО2 о том, что она не должна была напрямую взаимодействовать с субъектами малого и среднего предпринимательства (СМП), выводы обосновывает показаниями ФИО4 №1, что не является обоснованным; каких-либо сведений, свидетельствующих о причастности ФИО2 к приисканию реквизитов СМП, изготовлению подложных документов, хищению денежных средств вопреки выводам суда из показаний свидетеля ФИО4 №10 не следует; выводы суда о том, что ФИО2 умышленно по поручению ФИО1 изготавливала документы, содержащие сведения о якобы оказанных СПМ услугах не подтверждаются исследованными в судебном заседании актами приема-сдачи услуг фигурирующих в деле субъектов малого и среднего предпринимательства; положенная в основу приговора переписка ФИО2 с ФИО1, ФИО4 №1 и ФИО4 №10, в которой обсуждаются рабочие вопросы вырвана из контекста и не свидетельствует о том, что она действовала в группе лиц по предварительному сговору с ФИО1 и о ее осведомлённости, что заключенные соглашения носят фиктивный характер; суд вменил в вину ФИО2 исполнение своих должностных обязанностей, определенных внутренними организационно-распорядительными документами ООО «РАНДАР» и приказами – распоряжениями ее непосредственного руководителя ФИО1 вопреки позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2016 года №48, следовательно, судом допущено неправильное применение материального права; считает, что наказание является несправедливым ввиду чрезмерной суровости; указывает, что судом не дана оценка тому, что осужденная является единственным трудоустроенным членом семьи, у нее на иждивении находятся нетрудоспособная в силу возраста и состояния здоровья мать – ФИО31 и сын – ФИО32, страдающий тяжелым ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, являющийся студентом ДГТУ, который не имеет самостоятельного источника дохода, а у самой осужденной выявлено ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА, которое требует оперативного лечения; считает, что изоляция ФИО2 крайне негативно отразилась на условиях жизни ее семьи, поскольку единственным источником дохода ее пожилой матери является пенсия по старости в размере 15 460 руб.; обращает внимание, что вменяемые ФИО2 деяния имели место быть более 5 лет назад, она привлекается к уголовной ответственности впервые, сама воспитывает и обеспечивает сына, ухаживает за проживающей совместно с ней больной престарелой матерью, обеспечивает ее, трудоустроена, ведет активный социальный образ жизни, признана виновной в совершении ненасильственного преступления, что свидетельствует о том, что она не опасна для общества и граждан, необходимости в ее изоляции от общества нет, а исправление ФИО2 возможно без лишения ее свободы, с применением положений ст.73 УК РФ. Просит приговор отменить и в отношении ФИО2 постановить оправдательный приговор, а при установлении обоснованности приговора в части виновности ФИО2 назначить ей наказание с применением положений ст.73 УК РФ.

Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

Рассмотрение дела судом состоялось в соответствии с положениями глав 36-39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства, процедуру рассмотрения уголовного дела с соблюдением правил о подсудности.

Постановленный судом обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификаций преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст.299 УПК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, полностью подтверждаются следующими показаниями:

представителя потерпевшего ФИО3 – заместителя директора АНО «ЦПЭ», согласно которым финансирование АНО «ЦПЭ» на государственную поддержку малого и среднего предпринимательства в Ростовской области осуществлялось за счет средств федерального бюджета. Подбор организаций, которые субсидировались по данной программе, осуществлялся в соответствии с Приказом Минэкономразвития России от 14.02.2018 № 67. Исполнителем услуги являлось ООО «Рандар», которому АНО «ЦПЭ» перечисляла денежные средства по акту выполненных работ, вместе с тем обязательства со стороны ООО «РАНДАР» в рамках заключенных договоров на оказание услуг по экспертизе и сопровождению экспортного контракта в интересах экспортоориентированных субъектов малого и среднего предпринимательства Ростовской области № 17.5/19-8 от 23 июля 2019 года, № 17.5/19-2 от 2 августа 2019 года, № 17.5/20-6 от 2 июня 2020 года, № 17.5/20-3 от 12 июня 2020 года, № 17.5/20-7 от 6 июня 2020 года, № 17.5/20-1.1 от 18 мая 2020 года, № 17.5/20-4 от 20 мая 2020 года, № 17.5/19-2 от 2 августа 2019 года, № 17.5/20-5 от 22 мая 2020 года, № 17.5/20-8 от 9 июня 2020 года до настоящего времени не выполнены, а денежные средства в размере 1 190 000 руб., поступившие из АНО ««ЦПЭ», предназначенные для исполнения обязательств по вышеуказанным договорам, не возвращены, в связи с чем, АНО «ЦПЭ» причинен имущественный вред в размере 1 190 000 руб.;

свидетеля ФИО4 №7 – главного бухгалтера ООО «РАНДАР», согласно которым ФИО2 работала в ООО «РАНДАР» менеджером по продажам и занималась поиском клиентов - субъектов МСП, которым ООО «РАНДАР» оказывало услуги по консультированию и сопровождению контрактов, директором являлся ФИО1 Сопровождением договоров по оказанию услуг, заключенных между ООО «РАНДАР» и АНО «ЦПЭ», занималась ФИО2, она же приходила в бухгалтерию с договорами, просила составить акт приема-сдачи работ и услуг, счет-фактуру и счет на оплату. Какие-либо документы, подтверждающие фактическое оказание услуг, ФИО2 не предоставляла, они составляли акты, счета-фактуры и счета на оплату со слов менеджера. Акт приема-сдачи работ отдавала ФИО2, та передавала их ФИО1 После подписания она выставляла АНО «ЦПЭ» счет на оплату. Любые платежи согласовывались с ФИО1 и без его ведома никакие финансовые операции не проводились. Оплата со стороны АНО «ЦПЭ» осуществлялась в безналичной форме;

свидетеля ФИО4 №11 – главного бухгалтера АНО «ЦПЭ» с марта 2019 года, согласно которым ФИО4 №1, являющаяся директором Центра поддержки экспорта в период 2019-2021 приносила ей подписанные на оплату счета, акт выполненных работ, счет-фактуру по ООО «РАНДАР», на указанных документах стояла печать ООО «РАНДАР» и подпись руководителя. Все вышеуказанные документы в свою очередь к ним в офис приносила ФИО2;

свидетелей ФИО4 №5 – менеджера ВЭД ООО «РАНДАР», ФИО4 №8 – таможенного декларанта ООО «РАНДАР», согласно которым генеральным директором данной организации являлся ФИО1 ФИО2 работала менеджером по продажам. Они в период с 2019 по 2020 год не оказывали услуги по экспертизе и сопровождению экспортного контракта в интересах экспортоориентированных субъектов малого и среднего предпринимательства Ростовской области. ФИО66 им не знакомы;

свидетелей ФИО4 №14, ФИО4 №9, – бухгалтеров по валютным операциям ООО «РАНДАР», согласно которым генеральным директором ООО «РАНДАР» являлся ФИО1, у него был доступ, и он отправлял платежи с помощью ключа электронной цифровой подписи, после того, как было сформировано платежное поручение;

свидетеля ФИО4 №15 – индивидуального предпринимателя торговли навигаторами на комбайны, согласно которым АНО «ЦПЭ», ООО «РАНДАР», ФИО67, ФИО1, ФИО2, ФИО35 ей не знакомы. Заявки в АНО «ЦПЭ» она не подавала, договор с ФИО35 она не заключала в связи с отсутствием расчетного счета в ПАО «Промсвязьбанк»;

свидетеля ФИО4 №16 – учредителя ФИО68», согласно которым директор АНО «ЦПЭ» познакомила его с ФИО2, которая могла консультировать по вопросам таможенного оформления. ФИО1 ему не знаком. Он подавал и подписывал заявки при обращении в АНО «ЦПЭ» в связи с тем, что он обращался в данную организацию для получения консультации по вопросам экспортной деятельности, однако ООО «РАНДАР» не оказывало в интересах ФИО69» каких-либо услуг по экспертизе и сопровождению экспортных контрактов. Компания ФИО71) ему не известна, контракт с компанией ФИО72) № 1 от 20 июня 2020 года, а также какие-либо иные контракты с компанией ФИО73) он не заключал;

свидетеля ФИО4 №18 – директора ФИО74», согласно которым ООО «РАНДАР» ему не знакомо и не оказывало никаких услуг. 2 января 2019 года им было учреждено ФИО75» в Республике Беларусь. ФИО76 занимается продажей удобрений на территории Беларуси, которые производит ФИО77» на территории России. ФИО1 и ФИО2 ему не знакомы. В заявках ФИО78» на информирование/консультирование по вопросам экспортной деятельности от 29 мая 2020 года, 1 июня 2020 года, 2 июня 2020 года и 3 июня 2020 года подписи ему не принадлежат;

свидетеля ФИО4 №2 – индивидуального предпринимателя в сфере деятельности клининговых услуг, согласно которым АНО «ЦПЭ» и ООО «РАНДАР» ей не знакомы, она никогда не обращалась в данные организации за какими-либо консультациями, а также за оказанием содействия в сфере экспертизы и сопровождения экспортных контрактов, данные услуги ей со стороны указанных организаций не оказывались;

свидетеля ФИО4 №19 – индивидуального предпринимателя в сфере деятельности продажи курсоров, топографов, навигационного оборудования, согласно которым ООО «РАНДАР», ФИО79, а также ФИО80» ей не знакомы;

свидетеля ФИО81 – директора ФИО82», согласно которым ему известно, что ФИО2 являлась бывшим сотрудником таможни, поэтому они периодически консультировались по каким-то вопросам, связанным с таможней, на безвозмездной основе. В предъявленных ему на обозрение заявках на информирование/консультирование по вопросам экспортной деятельности имеются технические ошибки. Сотрудники АНО «ЦПЭ» приносили уже подготовленные заявки, он на содержание не обращал внимание, так как это были не договоры и не финансовые документы. ФИО83» не заключало контракт с компанией ФИО84) 22 июня 2020 года;

свидетеля ФИО4 №17 – исполнительного директора ФИО85», согласно которым ООО «РАНДАР» ему не знакомо, данная организация не оказывала услуги по информированию/консультированию по вопросам экспортной деятельности. Между ФИО86» и ФИО87 не заключался контракт 06.1/014 от 19 июня 2020 года. Также ФИО88» никогда не заключало какие-либо иные контракты с иностранными организациями. ФИО89» не получало какие-либо документы от АНО «ЦПЭ» или ООО «РАНДАР», подтверждающие оказание услуг в интересах ФИО90»;

свидетеля ФИО4 №20 – генерального директора ФИО91», согласно которым со стороны ООО «РАНДАР» услуги по экспертизе и сопровождению указанного экспортного контракта и какие-либо иные услуги ФИО92» не получало;

свидетеля ФИО4 №6 – генерального директора ФИО93», согласно которым он слышал об АНО «ЦПЭ», однако никогда не обращался в данную организацию за оказанием содействия в сфере экспертизы и сопровождения экспортных контрактов;

свидетеля ФИО4 №3 – индивидуального предпринимателя по переработке сельхозпродукции, согласно которым организации АНО «ЦПЭ», а также ООО «РАНДАР» ей не знакомы, в данные организации она не обращалась и не подписывала благодарственные письма, адресованные данным организациям;

свидетеля ФИО4 №1 – директора АНО «ЦПЭ», согласно которым у АНО «ЦПЭ» с подрядчиком ООО «РАНДАР» были заключены договоры по двум направлениям работы Центра: информирование и консультирование субъектов малого и среднего предпринимательства по экспортной деятельности, а также договоры на оказание услуги по экспертизе и сопровождению экспортного контракта. Директором ООО «РАНДАР» являлся ФИО1, а ФИО2 работала менеджером. Организации «ФИО94» ей знакомы, им оказывались какие-то услуги. Центр поддержки экспорта не проверял, оказана ли была фактически услуга ООО «РАНДАР» субъектам МСП, проверялось только на основании документов, предоставленных ООО «РАНДАР»;

показаниями свидетелей ФИО4 №10, ФИО4 №13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО36, ФИО19, ФИО4 №12 и ФИО4 №4 правильно оцененными судом в приговоре.

Вина ФИО1 и ФИО2 также подтверждается письменными доказательствами, а именно:

протоколами проведения ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 10 февраля 2023 года, от 18 июля 2022 года, протоколами обысков от 21 августа 2023 года, протоколами выемки от 2 августа 2023 года, 15 сентября 2023 года, 4 октября 2023 года, 15 мая 2024 года, 5 сентября 2023 года, 13 октября 2023 года, 6 сентября 2023 года, 20 ноября 2023 года, 21 ноября 2023 года, 28 декабря 2023 года, 14 декабря 2023 года, 7 сентября 2023 года и иными правильно оцененными и положенными в основу приговора письменными и вещественными доказательствами.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении мошенничества основан на собранных по делу доказательствах, тщательно исследованных в судебном заседании, полно и правильно приведенных в приговоре.

Так, суд первой инстанции обоснованно сослался в приговоре на вышеприведенные показания представителя потерпевшего и свидетелей, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ и объективно подтверждаются письменными материалами дела, создавая целостную картину произошедшего.

У суда не было оснований не доверять показаниям представителя потерпевшего и указанных свидетелей, поскольку сведений об их заинтересованности в оговоре осужденных, а также фактов фальсификации или искусственного создания доказательств, в материалах дела не имеется. Более того их показания согласуются между собой и подтверждаются доказательствами, имеющимися в материалах дела и подробно изложенными в приговоре.

Все эти и другие доказательства, положенные в основу приговора, обоснованно признаны судом допустимыми, им дана надлежащая оценка, с которой судебная коллегия полностью согласна; ни одно из них каких-либо сомнений в своей достоверности у апелляционной инстанции не вызывает.

Судебная коллегия находит все приведенные выше доказательства допустимыми, относимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, так как они согласуются друг с другом и получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и оценены судом, как того требуют положения стст. 87, 88 УПК РФ.

Вышеизложенное не дает судебной коллеги оснований для признания каких-либо доказательств из числа положенных в основу приговора недопустимыми, порочными с точки зрения оснований для их сбора и закрепления.

Факт совершения каждым осужденным мошенничества в составе группы лиц по предварительному сговору судом установлен и нашел свое полное подтверждение собранными доказательствами, совокупность которых является достаточной для решения вопроса о виновности их в преступлении, за совершение которого они правильно осуждены.

Вопреки доводам жалобы защитников суд обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО1, с использованием своего служебного положения и ФИО2 путем обмана совершили хищение денежных средств АНО «ЦПЭ» в составе группы лиц по предварительному сговору, действия членов которой были согласованы, четко распределены по ролям и охватывались единым преступным умыслом, дополняли друг друга, облегчая достижение общего для них преступного результата - хищения путем обмана денежных средств в сумме 1 190 000 рублей, что в силу требований уголовного закона является особо крупным размером.

Все квалифицирующие признаки преступления - в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, а также в отношении действий ФИО1 с использованием служебного положения установлены и подтверждается исследованной в судебном заседании совокупностью доказательств, анализ и мотивировка которым приведен в приговоре и их наличие каких-либо сомнений не вызывает у судебной коллегии.

Справедливо не усмотрел суд первой инстанции нарушений уголовно-процессуального закона при сборе и других доказательств по уголовному делу, при проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми. Процессуальные документы составлены в соответствии с требованиями закона и в необходимом объеме отражают ход следственных действий, содержат все необходимые подписи участвующих лиц и полученные по итогам их проведения доказательства не опорочивают.

При этом оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» №144-ФЗ от 12.08.1995, представлены следователю в установленном законом порядке, правильно оценены как следователем, так и судом на предмет доказательственного значения.

По делу проверены все возникшие версии, а имеющиеся противоречия, в том числе, на которые делаются ссылки в апелляционных жалобах, судом выяснены и оценены. Оснований для иной оценки изложенных в апелляционных жалобах защитников доводов не имеется.

Что касается доводов стороны защиты о том, что суд фактически не установил размер ущерба, причиненного представителю потерпевшего АНО «ЦПЭ», судебная коллегия находит указанные доводы несостоятельными, поскольку с учетом установленных обстоятельств дела за инкриминируемый период с 23 июля 2019 года по 24 марта 2021 года итоговая сумма по десяти договорам оказания услуг по экспертизе и сопровождению экспортного контракта, которые на самом деле сторонами не заключались, а соответствующие услуги не оказывались, составила 1 190 000 руб. Указанная сумма подтверждается платежными поручениями.

Доводы стороны защиты о том, что судом не дана оценка показаниям свидетелей ФИО4 №7, ФИО4 №11, а показания свидетелей ФИО4 №16, ФИО4 №18, ФИО17, ФИО4 №17, ФИО4 №6 в приговоре отражены в искаженном виде, показания ИП ФИО4 №3 противоречат ее объяснениям; не приняты во внимание показания свидетелей защиты ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО18, ФИО19; суд, ссылаясь в приговоре на показания свидетеля ФИО4 №4, сообщившей недостоверную информацию в отношении ФИО2 не дал этому оценку, равно как и показаниям свидетелей ФИО4 №14, ФИО22, ФИО4 №5, ФИО24, не дал оценку заявлению свидетеля ФИО26, - судебная коллегия считает несостоятельными по следующим основаниям.

Вопреки доводам стороны защиты показания лиц, допрошенных в суде, а также показания лиц на предварительном следствии, которые были оглашены в суде, изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания, и материалами уголовного дела.

Показания вышеназванных представителя потерпевшего и свидетелей обвинения суд обоснованно признал достоверными, поскольку они соответствуют друг другу, подтверждая одни и те же обстоятельства, при отсутствии оснований сомневаться в их объективности. При наличии противоречий в показаниях, оглашены данные ими показания на предварительном следствия, таким образом, показания свидетелей на следствии проверялись и оценивались судом, причины несоответствий выяснялись. Является также правильным вывод суда о допустимости именно тех показаний, которые суд в итоге положил в основу приговора, поскольку они получены с соблюдением порядка, предусмотренного уголовно-процессуальным законом, на основании данных показаний суд правильно установил фактические обстоятельства содеянного и виновность ФИО1 и ФИО2

При этом показания свидетелей защиты, на которые ссылаются адвокаты, обоснованно отвергнуты судом 1 инстанции как неотносимые и не положены в основу приговора, так как фактически не несут в себе доказательственного значения фактов по уголовному делу, не свидетельствуют о невиновности ФИО1 и ФИО2

Несогласие стороны защиты с указанием в приговоре показаний лиц, данных в ходе предварительного следствия, которые оглашались судом при наличии к тому законных оснований, не ставит под сомнение правильные выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2, суд правильно оценил указанные доказательства в совокупности с иными и положил в основу приговора именно относимые доказательства.

Доводы стороны защиты о том, что судом неправомерно отказано в удовлетворении ходатайств о проведении почерковедческой экспертизы подписей ФИО4 №19, ФИО4 №2, ФИО4 №15, ФИО4 №16, ФИО4 №17, ФИО95., ФИО4 №18, а также судебной технико-криминалистической экспертизы документов, печатей, проставленных на заявках на оказание услуг по экспертизе и сопровождению экспортных контрактов, поданных на имя руководителя АНО «ЦПЭ», соглашениях и актах приема оказанных услуг по соглашениям; об истребовании из УФСБ России по РО благодарственных писем, направленных в адрес АНО «ЦПЭ», которые были сотрудниками ФСБ по РО изъяты в декабре 2023 года, - судебная коллегия отвергает как необоснованные по следующим основаниям.

Как следует из протокола судебного заседания, составленного в соответствии с требованиями ст.259 УПК РФ, судом исследованы все значимые для разрешения дела доказательства, представленные сторонами, нарушений принципа состязательности сторон, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, по делу не допущено. Все заявленные в судебном заседании ходатайства были предметом разбирательства: по итогам их рассмотрения в установленном законом порядке судом приняты в достаточной степени мотивированные решения, с которыми судебная коллегия полностью согласна. Обоснованный и мотивированный отказ председательствующего в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты при соблюдении предусмотренной процедуры их разрешения не может быть оценен как нарушение закона и ограничение прав осужденных. Несогласие же с итогами рассмотрения заявленных ходатайств поводом к отмене судебного решения не является.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что материалы дела не содержат данных о таких нарушениях уголовного процесса, которые свидетельствуют о лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников судебного разбирательства, либо которые могли бы повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Вопреки позиции защиты о том, что положенная в основу приговора переписка ФИО2 с ФИО1 является недопустимым доказательством поскольку, по мнению защиты, вырвана из контекста, судебная коллегия соглашается с оценкой судом 1 инстанции данных материалов, полагает, что суд обоснованно оценил данные материалы как относимые и допустимые, достоверные доказательства, положил их в приговор, поскольку указанная переписка осужденных подтверждает юридически значимые факты, фактические обстоятельства по делу, изготовление экспертиз «задними числами», изготовление ФИО2 благодарственных писем от имени контрагентов, необходимых для оплаты не оказанных на самом деле услуг.

Проводя оценку указанных доказательств, судебная коллегия также отвергает и доводы стороны защиты о том, что именно оригинальные достоверные благодарственные письма, направляемые субъектами экономической деятельности в адрес ООО «РАНДАР», являлись основанием для оплаты со стороны АНО «ЦПЭ» оказанных услуг.

Доводы стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протоколов осмотров предметов (т.8 л.д.25, 56,67; т.9 л.д.15; т.15 л.д.1, 18; т.16 л.д.11, 22; т.26 л.д.129), так как осмотр был произведен без участия специалиста; протоколы осмотра документов, изъятых в ходе обысков (т.8 л.д.56, 65), так как объектами осмотра являлись документы, упакованные в картонные коробки, которых невозможно каким-либо образом идентифицировать; протокол проведения ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 10 февраля 2023 года, так как материалы ОРМ в рамках требований ст.74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу не являются, - судебная коллегия считает несостоятельными по следующим основаниям.

Законных оснований сомневаться в допустимости доказательств, в том числе вышеназванных протоколов осмотра предметов и документов, судебная коллегия не находит. Все следственное действия проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, с участием понятых, протоколы составлены по правилам стст. 166, 170 УПК РФ. В силу положений ч.1 ст.168 УПК РФ участие специалиста в следственных действиях не является обязательным, поэтому его отсутствие не может являться нарушением закона. Также судебная коллегия отмечает, что документы, осмотренные в ходе предварительного следствия, были исследованы в ходе судебного разбирательства с участием сторон, и несоответствий содержания документов по их описанию в протоколах в судебном заседании не установлено. Вопреки доводам жалобы протокол проведения ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 10 февраля 2023 года является допустимым, достоверным и относимым доказательством, оснований для его исключения из числа таковых не имеется.

Доводы о неполноте предварительного расследования обоснованными не являются, оснований для возвращения уголовного дела прокурору, как об этом ходатайствует сторона защиты, у суда первой инстанции не имелось, как не усматривает таковых и судебная коллегия, доводы стороны защиты являются надуманными, обвинительное заключение по делу составлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Приведенные в жалобах защитников доводы по существу недоказанности вины осужденных ФИО1 и ФИО2 фактически повторяют приведенные суду 1 инстанции, направлены на переоценку доказательств, были известны суду и им дана полная и надлежащая оценка в приговоре, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

Доводы жалобы о признании незаконным постановления о возбуждении уголовного дела от 5 мая 2023 года, так как копию соответствующего постановления ФИО1 получил лишь 21 августа 2023 года, то есть спустя 3 с половиной месяца; объявление ФИО1 состава следственной группы, которая была создана 26 июня 2023 года, а объявлена 25 марта 2024 года, что, по мнению защиты, нарушило право обвиняемого на возможность своевременного заявления отводов, не свидетельствуют о незаконности и необоснованности приговора и не повлияло на правильность установленных обстоятельств по делу.

Доводы жалобы о том, что суд фактически вменил в вину ФИО2 исполнение своих должностных обязанностей, определенных внутренними организационно-распорядительными документами ООО «РАНДАР» и приказами – распоряжениями ее непосредственного руководителя ФИО1 противоречат материалам уголовного дела и исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам.

Все доводы стороны защиты, в том числе и указанные в апелляционных жалобах, о ненадлежащем потерпевшем, о содержащихся актах приема-сдачи оказанных услуг по договорам инкриминируемых осужденным; сведениям, содержащимся в электронной почте ООО «РАНДАР» о наличие контактов и обмена информации между ООО «РАНДАР» и субъектов малого и среднего предпринимательства Ростовской области по вопросам, касающимся внешнеэкономической деятельности, в рамках договоров на оказание услуги по экспертизе и сопровождению экспортных контрактов, надлежащего оказания данной услуги; ответу АНО «ЦПЭ» от 20 марта 2025 года, - также были предметом рассмотрения суда первой инстанции, и им была дана мотивированная оценка в приговоре, с которой не согласиться у судебной коллегии оснований не имеется.

Оспаривание стороной защиты положенных в основу приговора доказательств вызвано явным формированием линии защиты от обвинения в совершении тяжкого преступления с целью избежать соразмерной уголовной ответственности за содеянное.

Доводы апелляционных жалоб о том, что приговор суда является незаконным и необоснованным, так как выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, основаны на предположениях, судебная коллегия отвергает, поскольку противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется, суд обосновал виновность ФИО1 и ФИО2 именно совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, выводы суда, не основанные на доказательственной базе, приведенной в приговоре, - отсутствуют.

Судом правильно установлено, что ФИО1, являясь генеральным директором ООО «РАНДАР», то есть лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, используя свое служебное положение, имея единый преступный умысел на хищение чужого имущества путем обмана в особо крупном размере, действуя из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, занимавшей должность менеджера по продажам ООО «РАНДАР», совершили путем обмана хищение денежных средств Автономной некоммерческой организации «Центр координации поддержки экспортоориентированных субъектов малого и среднего предпринимательства Ростовской области» на общую сумму 1 190 000 рублей, путем невыполнения взятых на себя обязательств по договорам на оказание услуг по экспертизе и сопровождению экспортных контрактов в интересах экспортоориентированных субъектов малого и среднего предпринимательства Ростовской области, а именно путем предоставления в АНО «Центр поддержки экспорта» документов, содержащих заведомо ложные сведения о якобы оказанных услугах по 10 договорам в отношении 10 субъектов малого и среднего бизнеса.

При этом, действуя согласно отведенной преступной роли, ФИО1 для совершения преступления дал указание ФИО2 приискать экспортоориентированных субъектов малого и среднего предпринимательства, подготовить документы, содержащие заведомо ложные сведения о якобы оказанных услугах в интересах данных субъектов малого и среднего предпринимательства по договорам, заключаемым в дальнейшем с АНО «Центр поддержки экспорта», и предоставить данные документы в АНО «Центр поддержки экспорта».

ФИО2, согласно отведенной ей преступной роли, в период с 23 июля 2019 года по 24 марта 2021 года, находясь на территории г. Ростова-на-Дону, действуя по указанию ФИО1, приискала реквизиты ФИО96 в интересах которых согласно заключенным в дальнейшем с АНО «Центр поддержки экспорта» договорам ООО «РАНДАР» обязалось оказать услуги по экспертизе и сопровождению экспортного контракта, после чего подготовила и предоставила в АНО «Центр поддержки экспорта» документы, содержащие заведомо ложные сведения о якобы исполненных обязательствах по вышеуказанным договорам, которые на само деле не заключались, обязательства не выполнялись,

При этом согласно предварительной договоренности между соучастниками, ФИО1 и ФИО2 распределили между собой преступные роли, согласно которым ФИО1, являясь инициатором преступления, организовал подготовку и подписание документов для получения денежных средств, то есть выполнил действия, необходимые для реализации преступного умысла, получил денежные средства на расчетный счет ООО «РАНДАР», которыми совместно с ФИО2 распорядился по своему усмотрению. В свою очередь, ФИО2 подготовила документы, содержащие заведомо ложные сведения об оказанных услугах по экспертизе и сопровождению внешнеэкономических контрактов, и предоставила указанные документы в АНО «Центр поддержки экспорта».

Правильно установленные судом 1 инстанции фактические обстоятельства по делу прямо свидетельствуют как о наличии предварительного сговора соучастников преступления, их совместных и согласованных действиях, направленных на достижение преступного результата, так и об использовании служебного положения ФИО1, поскольку совершение преступления стало возможно вследствие занятия м должности генерального директора ООО «РАНДАР», будучи наделенным организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в данной организации.

Вопреки позиции стороны защиты суд правильно установил, как последовательность действий соучастников преступления, так и сам по себе механизм взаимоотношений участников рынка, вследствие чего показания хозяйствующих субъектов о том, что они не вступали в экономические отношения ни с ФИО1 при участии ФИО2, ни с иностранными партнерами-контрагентами, указанными в представленных соучастниками преступления в АНО «Центр поддержки экспорта» документах, являются определяющими для доказывания вины ФИО1 и ФИО2 Доводы же защиты о том, что осмотренные данные электронной почты подтверждают контакты ООО «РАНДАР» и субъектов МСП по вопросам внешнеэкономической деятельности, а также, что защита представила надлежащие доказательства обращения субъектов МСП в АНО «ЦПЭ» за проведением экспертизы и сопровождением экспортного контракта, - отвергаются судебной коллегией как необоснованные, поскольку сами участники ВЭД (хозяйствующие субъекты) в лице руководителей фирм и ИП, не подтвердили факты сотрудничества по каждому из 10 вмененных ФИО1 и ФИО2 эпизодов, а также их контакты с иностранные участниками рынка в рамках вмененных обстоятельств и по конкретным договорным взаимоотношениям.

При это судебная коллегия отмечает, что ФИО1 и ФИО2 как руководителю и сотруднице ООО «РАНДАР», не вменялось осуществление заведомо незаконной деятельности с момента организации данного общества и на протяжении всей его работы в сфере договорных правоотношений, и оказания услуг. По вмененным 10 эпизодам, составляющим продолжаемое единое преступление, вина ФИО1 и ФИО2 в совершении мошенничества объективно доказана совокупностью приведенных в приговоре доказательств, сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Доводы адвокатов о недоказанности действий каждого из соучастников, недоказанности фактов фальсификации ФИО2 документов, приискания ею реквизитов организаций, поскольку она в качестве менеджера работала в тот период в ООО «РАНДАР» не одна, - отвергаются судебной коллегией, поскольку не основаны на совокупности приведенных в приговоре доказательств, опровергаются ними, в частности правильно оцененной судом 1 инстанции перепиской ФИО1 и ФИО2

Позиция защиты о том, что АНО «ЦПЭ» необоснованно привлечено к участию в деле в качестве потерпевшего, опровергается исследованными доказательствами, поскольку, как правильно указал суд 1 инстанции, данная организация является получателем бюджетных денежных средств для целей реализации регионального проекта, распоряжалась данными выделенными деньгами на целевые нужды.

Доводы защиты о том, что представитель потерпевшего не указала на преступную деятельность ФИО1 и ФИО2, а лишь сослалась на причинение АНО «ЦПЭ» ущерба, - судебная коллегия отвергает, поскольку представитель потерпевшего обоснованно сообщает о фактах, однако выводы о совершении преступления, либо о доказанности вины тех или иных лиц не являются процессуальной обязанностью и прерогативой потерпевшего в целом.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно признал ФИО1 и ФИО2 виновными в совершении инкриминируемого им деяния и квалифицировал действия каждого по ч.4 ст.159 УК РФ:

ФИО1 - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, совершенное с использованием служебного положения, в особо крупном размере;

ФИО2 - как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Оснований для иной юридической оценки действий осужденных, в том числе, как об этом поставлен в вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

При этом вопреки позиции защиты судебная коллегия соглашается с выводами суда 1 инстанции о том, что ФИО1 и ФИО2 было совершено именно единое продолжаемое деяние, состоящее из ряда тождественных действий, направленных на достижение единого результата – хищения денежных средств АНО «ЦПЭ» в особо крупном размере, что правильно квалифицировано судом 1 инстанции как единое преступление, предусмотренное ч.4 ст.159 УК РФ. Оснований полагать, что у осужденных каждый раз возникал новый преступный умысел на хищение имущества одной и той же организации путем совершения одних и тех же тождественных действий, у судебной коллегии не имеется и такие выводы стороны защиты являются ошибочными, противоречат правильно установленным судом фактическим обстоятельствам по делу.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение судебного решения в апелляционном порядке, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства допущено не было.

Вид и размер наказания назначены осужденным с учетом требований стст. 6, 43 и 60 УК РФ, а именно конкретных обстоятельства дела, характера и степени общественной опасности совершенного каждым из них преступления, данных о личности виновных, в том числе состояния здоровья, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

В качестве данных, характеризующих личность ФИО1 и ФИО2, суд первой инстанции принял во внимание, что подсудимые трудоустроены, положительно характеризуются, на учете у врача-нарколога и врача-психиатра не состоят.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд учел в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61, ч.2 ст.61 УК РФ - наличие у виновного двоих малолетних детей, участие в волонтерской и благотворительной деятельности, наличие благодарственных писем, состояние здоровья, привлечение к уголовной ответственности впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 суд учел в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61, ч.2 ст.61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка (на момент совершения преступления), состояние здоровья ее сына, матери, а также состояние здоровья подсудимой, привлечение к уголовной ответственности впервые, участие в волонтерской деятельности, наличие благодарственного письма.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО2, судом первой инстанции правильно не установлено.

Доводы жалобы о том, что суд не в полном объеме учел смягчающие обстоятельства, лишены каких-либо оснований. Все имеющие значение и известные при назначении наказания обстоятельства судом учтены и приняты во внимание в полном объеме. Иные сведения, которые бы могли повлиять на вопросы назначения наказания, в рамках состязательного процесса суду не представлены.

Те данные в отношении осужденных, на которые ссылается в апелляционных жалобах сторона защиты, по своей сути повторяют уже учтенные данные о личности осужденных и признанные судом смягчающие наказание обстоятельства, новыми и неучтенными судом не являются.

Наказание назначенное осужденным соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности, всех обстоятельств дела, смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих обстоятельств, требований закона, в том числе требований стст. 6, 60 УК РФ, и, по убеждению судебной коллегии, соответствует общественной опасности совершенного преступления и личности виновных, отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма, учитывает влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований для признания назначенного наказания несправедливым вследствие чрезмерной суровости, как и не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст. 64, 73 УК РФ, а также изменения вида назначенного наказания, либо порядка его исполнения.

Судебная коллегия не находит оснований для применения положений ст.64 УК РФ так как не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Также судебная коллегия, соглашаясь с судом первой инстанции, не усматривает оснований для применения положений ст.73 УК РФ об условном осуждении, так как не усматривает возможности исправления осужденных без реального отбывания наказания.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, судебная коллегия не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую, соглашаясь с выводами суда первой инстанции.

Вид исправительного учреждения для отбытия наказания осужденным судом определен правильно на основании ст.58 УК РФ, оснований для его изменения судебная коллегия не усматривает.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 в порядке ч.3 ст.47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением управленческих, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в коммерческих организациях в приговоре надлежащим образом мотивированы и являются правильными.

Вопрос о наложении ареста на имущество ФИО1 судом первой инстанции разрешен верно.

Судебная коллегия приходит к убеждению, что назначенное каждому из осужденных наказание по своему виду и размеру отвечает требованиям закона, соразмерно содеянному, данным о личности, таким образом, является справедливым.

По своей сути изложенные в апелляционных жалобах доводы сводятся к несогласию с оценкой доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для изменения приговора ввиду несправедливости наказания, в связи с чем доводы жалоб защитников об этом - подлежат отклонению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы адвоката Макарова А.В. в защиту осужденного ФИО1 на постановление Кировского районного суда от 24 декабря 2025 года об отказе в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу и изменении меры пресечения в отношении ФИО1, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства командира войсковой части – полевая почта ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА о приостановлении производства по уголовному делу и об изменении меры пресечения в отношении ФИО1 исходил из того, что особенности правового статуса военнослужащего урегулированы Федеральным законом от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и пп.4-6 ст.22.1 ФЗ от 31.05.1996 №61-ФЗ «Об обороне».

В соответствии со ст.2 Федерального закона от 28.03.1998 №53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» военная служба - особый вид федеральной государственной службы, исполняемой в т.ч. гражданами, в добровольном порядке (по контракту). В соответствии со ст.2 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» к гражданам, имеющим статус военнослужащих, отнесены лица, которые проходят военную службу по контракту или военную службу по призыву.

Как следует из материалов дела, согласно выписки из приказа командира войсковой части - полевая почта ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА рядовой запаса ФИО1 пребывал в специальном военном формировании (добровольческом) и действительную военную службу по контракту не проходил, а значит в силу положений федерального законодательства является добровольцем, заключившим контракт о пребывании в добровольческом формировании, а не о прохождении военной службы, не является военнослужащим.

Вопреки доводам жалобы адвоката ФИО1 не относится к лицам, указанным в ст.78.1 УК РФ, не установлено, следовательно, и оснований для приостановления производства по уголовному делу, изменения меры пресечения, судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, либо неправильного применения норм уголовного закона, фактов несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, влекущих отмену либо изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

Каких-либо существенных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих за собой безусловную отмену состоявшегося судебного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, судебная коллегия полагает необходимым приговор в отношении ФИО1, ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы и дополнения к ним адвокатов – без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь стст.389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 17 ноября 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2, а также постановление Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 24 декабря 2025 года в отношении ФИО1, оставить без изменения, а апелляционные жалобы и дополнения к ним адвокатов в интересах осужденных – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента его вынесения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии судебного решения. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: