Апелляционное определение № 33-1732/2026 от 30 марта 2026 г.

Судья Зобнина Е.В.

Дело № 33-1732/20261-я инстанция № 2-6000/2025 УИД-86RS0002-01-2025-005414-78


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

31 марта 2026 года

г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Евтодеевой А.В.,

судей Галкиной Н.Б., Решетниковой О.В.,

при помощнике судьи Янбаеве А.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора города Нижневартовска в интересах ФИО1 к Казенному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Агентство социального благополучия населения» о признании права на ежемесячное пособие, возложении обязанности по его назначению и выплате, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Агентство социального благополучия населения» на решение Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 17.10.2025,

заслушав доклад судьи Галкиной Н.Б., объяснение представителя процессуального истца прокурора Князева Д.В.,

УСТАНОВИЛА:

Прокурор города Нижневартовска, действующий в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к КУ «Агентство социального благополучия населения» о признании за ФИО1 права на ежемесячное пособие в размере 3 000 рублей, предусмотренное ч. 1 ст. 11.1 Закона Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 07.11.2006 № 115-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты- Мансийском автономном округе - Югре», возложении обязанности назначить и выплатить это пособие, взыскании компенсацию морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что в ходе прокурорской проверки соблюдения требований законодательства при реализации мер социальной поддержки участникам специальной военной операции установлено, что в период с (дата) по (дата) (ФИО)4, принимая участие в специальной военной операции в составе ЧВК «Вагнер», содействовавшей выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, погиб. В связи с гибелью в зоне специальной военной операции (ФИО)4, его матери ФИО1, постоянно проживающей на территории автономного округа Югры, 30.08.2024 выдано удостоверение члена семьи погибшего ветерана боевых действий. По заявлению ФИО1 от 28.04.2025 ответчиком принято решение об отказе в предоставлении ей ежемесячного пособия, предусмотренного ч. 1 ст. 11.1 Закона Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 07.11.2006 № 115-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре». Учитывая, что (ФИО)4 принимал участие в специальной военной операции, погиб при исполнении боевых задач, защищая государственные интересы Российской Федерации, награжден медалью «За отвагу» (посмертно), то ФИО1 имеет право на получение спорной региональной меры социальной поддержки. Принятым ответчиком решением ФИО1 причинен моральный вред, оцениваемый в размере 3 000 рублей.

Решением Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 17.10.2025 за ФИО1 признано право на ежемесячное пособие в размере 3 000 рублей, предусмотренное ч. 1 ст. 11.1 Закона Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 07.11.2006 № 115-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре», на КУ «Агентство социального благополучия населения» возложена обязанность назначить и выплачивать ФИО1 это пособие, также с ответчика в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе ответчик КУ «Агентство социального благополучия населения» просит решение городского суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований. В жалобе, со ссылкой на Постановление Правительства Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 21.01.2011 № 17-п, указано, что вопреки установленным требованиям документов, подтверждающих наличие у ФИО1 права на спорную выплату, не представлено. Сведения об участии сына ФИО1 - (ФИО)4, в специальной военной операции в составе Вооруженных Сил Российской Федерации в рамках частичной мобилизации или по контракту, а также в составе добровольческой организации, оказывающей содействие Вооружённым Силам Российской Федерации, не представлено, при этом, <данные изъяты> не относится к добровольческому формированию, по смыслу ст. 22.1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне», в связи с чем, основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют. Решение судом первой инстанции принято без привлечения к участию в деле <данные изъяты>», с которой (ФИО)4 заключил контракт. Как следствие считает, что требование о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежало.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор г. Нижневартовска просит решение городского суда от 17.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель процессуального истца прокурор Князев Д.В. просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, иные участвующие в деле лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежаще, в связи с чем, судебная коллегия на основании п. 3 ст. 167 ГПК РФ рассмотрела дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела и обжалуемое решение в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях на нее, заслушав представителя процессуального истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается, что ФИО1, постоянно проживающая на территории ХМАО-Югры, приходится матерью (ФИО)4, (дата) года рождения, который в период с (дата) по (дата) принимал участие в специальной военной операции как боец в составе добровольческого формирования <данные изъяты> для содействия в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, (дата) при выполнении указанных задач погиб.

Указом Президента Российской Федерации от (дата) (ФИО)4 награжден государственной наградой (номер) медалью «За отвагу» (посмертно).

(дата) (ФИО)1 выдано удостоверение члена семьи погибшего участника ветерана боевых действий серии В-II (номер).

Письмом ответчика от 06.05.2024, ФИО1 уведомлена, что ей отказано в назначении ежемесячного пособия, предусмотренного ч. 1 ст. 11.1 Закона Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 07.11.2006 № 115-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре», поскольку ее погибший сын выполнял задачи в ходе специальной военной операции в составе организации, содействующей выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации, которая не является добровольческим формированием в соответствии со ст. 22.1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне».

Разрешая возникший спор, признавая за ФИО1 право на спорное пособие и возлагая на КУ «Агентство социального благополучия населения» обязанность назначить это пособие, суд первой инстанции исходил из того, что истец, как мать – (ФИО)4, принимавшего участие в специальной военной операции и погибшего в ходе этой операции, имеет право на ежемесячное пособие родителям военнослужащих погибших, пропавших без вести, предусмотренное ст. 11.1 Закона ХМАО-Югры от (дата) (номер)-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты-Мансийском автономном округе-Югре».

Установив нарушение прав ФИО1 незаконным отказом в назначении спорного пособия, суд первой инстанции также взыскал в ее пользу с ответчика компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия не видит оснований не согласиться с этими выводами суда первой инстанции.

Согласно п. 4 ст. 1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» в целях обороны создаются Вооруженные Силы Российской Федерации.

В п. 2 ст. 13 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» закреплено, что управление Вооруженными Силами Российской Федерации осуществляет министр обороны Российской Федерации через Министерство обороны Российской Федерации.

Для выполнения отдельных задач в области обороны привлекаются добровольческие формирования, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации (войска национальной гвардии Российской Федерации), в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооруженных конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооруженных Сил Российской Федерации (войск национальной гвардии Российской Федерации) за пределами территории Российской Федерации (п. 8.1 ст. 1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне»).

Согласно ст. 22.1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» добровольческие формирования могут создаваться Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации) по решению Президента Российской Федерации (пункт 1).

Численность добровольческих формирований, их организация, районы их действий, стоящие перед ними задачи, порядок управления ими, срок использования добровольческих формирований, а также порядок прекращения и иные вопросы их деятельности определяются Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации) исходя из задач, стоящих перед Вооруженными Силами Российской Федерации (войсками национальной гвардии Российской Федерации) (пункт 2).

Гражданин Российской Федерации может поступить в добровольческое формирование путем заключения контракта о пребывании в добровольческом формировании (о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации). Термин «контракт о пребывании в добровольческом формировании» и термин «контракт о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации» в федеральных законах используются в одном значении (п. 4).

Контракт о пребывании в добровольческом формировании заключается между гражданином Российской Федерации и Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации) письменно по типовой форме и в порядке, которые определяются Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации). В указанном контракте закрепляются добровольность поступления гражданина Российской Федерации в добровольческое формирование, срок, в течение которого гражданин Российской Федерации обязуется пребывать в нем, и условия пребывания в добровольческом формировании, определяемые Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации). Указанный контракт вступает в силу со дня его подписания уполномоченным должностным лицом и прекращает свое действие со дня исключения гражданина Российской Федерации из добровольческого формирования по одному из оснований, предусмотренных пунктами 7 - 9 настоящей статьи (п. 6).

Гражданин Российской Федерации подлежит исключению из добровольческого формирования, в том числе в связи с несоответствием требованиям к состоянию здоровья, установленным Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации) для граждан Российской Федерации, пребывающих в добровольческих формированиях (пп. 2 п. 7).

Согласно пунктам 14 и 15 приказа Министра обороны Российской Федерации от 15.02.2023 № 67 «Об определении порядка поступления граждан Российской Федерации в добровольческие формирования, пребывания в них и исключения из них, требований, предъявляемых к гражданам Российской Федерации, поступающим в добровольческие формирования и пребывающим в них, а также порядка заключения контракта гражданами Российской Федерации о пребывании в добровольческом формировании и типовой формы контракта» с кандидатом, признанным комиссией военного комиссариата соответствующим Требованиям, заключается контракт о пребывании в добровольческом формировании в порядке согласно приложению № 2 к настоящему приказу и по типовой форме согласно приложению № 3 к настоящему приказу.

Гражданину, заключившему контракт, военным комиссаром выдается удостоверение гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, и предписание, в котором указывается дата прибытия в воинскую часть, выполняющую мероприятия по формированию добровольческих формирований, с учетом убытия на следующий день после заключения указанного контракта.

Из приведенных норм права следует, что в период, в том числе мобилизации, при проведении контртеррористических операций, при использовании Вооруженных Сил Российской Федерации за пределами Российской Федерации для выполнения отдельных задач в области обороны страны по решению Президента Российской Федерации Министерством обороны России могут создаваться добровольческие формирования из военнослужащих, направленных в данные формирования Министерством обороны России, и граждан Российской Федерации, подписавших с Министерством обороны России контракт о пребывании в добровольческом формировании. Численность данных формирований, районы их действия, задачи, порядок формирования и прекращения их деятельности определяются Министерством обороны России.

Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей устанавливаются Федеральным законом от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

В силу п. 5 ст. 1 Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации (далее - органы государственной власти), федеральные государственные органы, органы местного самоуправления и организации вправе устанавливать в пределах своих полномочий дополнительные социальные гарантии и компенсации военнослужащим, гражданам Российской Федерации (далее - граждане), уволенным с военной службы, и членам их семей.

Частью 11 ст. 2 Закона Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 07.11.2006 № 115-оз «О мерах социальной поддержки отдельных категорий граждан в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре» предусмотрено, что родители военнослужащих и сотрудников федеральных органов исполнительной власти, погибших, пропавших без вести при исполнении обязанностей военной службы (военных обязанностей) по призыву, по контракту, из числа категорий, установленных Федеральным законом «О ветеранах», родители прокуроров и следователей органов прокуратуры Российской Федерации, сотрудников Следственного комитета Российской Федерации, органов внутренних дел, войск национальной гвардии, Государственной противопожарной службы, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, органов принудительного исполнения Российской Федерации, погибших, пропавших без вести при исполнении служебных обязанностей, из числа категорий, установленных Федеральным законом «О ветеранах», родители граждан из числа лиц, поступивших в созданные по решению органов государственной власти Российской Федерации добровольческие формирования, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации (войска национальной гвардии Российской Федерации) в соответствии с Федеральным законом «Об обороне», погибших в ходе выполнения указанных задач.

Отказывая в предоставлении истцу спорного пособия, ответчик исходил из буквального толкования вышеприведенных норм, поскольку сын истца участвовал в специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики в составе частной военной компании «Вагнер», которая по смыслу положений ст. 22.1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» не относится к добровольческим формированиям, в связи с чем, и сын истца не относится к добровольцам, соответственно и сама истец к категории родителей, которым в связи с гибелью детей в Ханты-Мансийском автономном округе-Югре предоставлены дополнительные меры социальной поддержки.

Такой подход судебная коллегия находит формальным.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статьи 7 и 39, ч. 1).

Перечень случаев (социальных рисков), с которыми Конституция Российской Федерации связывает право на социальное обеспечение, не является исчерпывающим. Относя установление таких случаев к сфере регулирования законом, Конституция Российской Федерации тем самым подтверждает обязанность государства гарантировать гражданам социальное обеспечение при наступлении не только названных в ее ст.е 39, но и других социальных рисков, признаваемых законодателем в качестве основания для его предоставления.

Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение обеспечения в случае болезни, инвалидности в определенных законом случаях и размерах. При этом Конституция Российской Федерации непосредственно не предусматривает конкретные условия и порядок предоставления такого обеспечения.

Закрепляя в законе правовые основания назначения социальных выплат, их размеры, порядок их исчисления и выплаты, законодатель вправе определять как общие правила назначения и выплаты мер социальной поддержки, так и устанавливать особенности (условия) приобретения права на получение таких мер отдельными категориями лиц. Однако такого рода дифференциация должна осуществляться законодателем с соблюдением Конституции Российской Федерации, в том числе гарантированного ее статьей 19 принципа равенства всех перед законом и судом и равенства прав и свобод человека и гражданина, который распространяется не только на непосредственно упомянутые в тексте Конституции Российской Федерации права и свободы, но и на связанные с ними другие права, приобретаемые на основании закона.

Отказывая истцу в предоставлении спорного пособия, ответчик не учел, что участие <данные изъяты> в боевых действиях, в частности на территории Донецкой Народной Республики в целях достижения задач специальной военной операции наравне с Вооруженными Силами Российской Федерации, добровольческими формированиями, созданными Министерством обороны России, является общеизвестным фактом.

Ответчиком не принято во внимание, что (ФИО)4 хоть и участвовал в специальной военной операции в составе частной военной компании «Вагнер», не являющейся формированием, под которым по нормам ст. 22.1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» понимается добровольческое формирование, однако выполнял те же задачи и погиб при выполнении этих задач для достижения целей специальной военной операции и в тех же условиях, что и лица, заключившие контракт с Министерством обороны России о пребывании в добровольческом формировании либо контракт о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации.

Довод апелляционной жалобы ответчика, что отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда, судебная коллегия считает необоснованным.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью.

Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст. ст. 12, 151 ГК РФ).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, ст. 151 ГК РФ не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Закрепляя в ч. 1 ст. 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании ч. 1 ст. 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Спорная выплата, на которую претендует истец, является социальной гарантией, предусмотренной ст. 39 Конституции Российской Федерации. Ответчик же, своими действиями, незаконно отказав в ее выплате, тем самым причинил нравственные страдания истцу, нарушил его личные неимущественные права.

Причиненный истцу моральный вред, хоть и связан с нарушением имущественного права, однако, поскольку последствием указанных незаконных действий ответчика явилось нарушение ее личного неимущественного права (нематериального блага) моральный вред подлежит компенсации в силу прямого указания ст. 151 ГК РФ.

С учетом изложенного, лишение истца в результате незаконных действий органа, осуществляющего социальное обеспечение, по отказу в предоставлении спорной выплаты, порождает у истца право на компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия также соглашается с определенным судом размером компенсации морального вреда, полагая его соответствующим установленным по делу обстоятельствам, а также принципам разумности и справедливости.

Из разъяснений, изложенных в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя к взысканию компенсацию морального вреда, судом дана оценка обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства и имеющим значение для решения данного вопроса, в связи с чем, правомерно определена сумма компенсации морального вреда в размере 3 000 рублей.

Учитывая изложенное, обжалуемое решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену обжалуемого решения, судом первой инстанции не допущено, доводы о неправомерном рассмотрении гражданского дела без привлечения к участию в деле ЧВК «Вагнер» отмены постановленного решения не влекут, поскольку права указанной организации не затронуты.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Нижневартовского городского суда ХМАО-Югры от 17.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу Казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Агентство социального благополучия населения» - без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 3-х месяцев через суд первой инстанции.

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 02.04.2026.

Председательствующий Евтодеева А.В.

Судьи Галкина Н.Б.

Решетникова О.В.