Решение № 2-170/2019 2-3869/2018 от 23 января 2019 г. по делу № 2-170/2019

Дело № 2-170/2019 23 января 2019 года


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Кунгурский городской суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Малышевой Е.Е.

при секретаре Даниловой А.В.

с участием прокурора Федотовой Ю.Ю.

с участием истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Кунгуре Пермского края в режиме видеоконференцсвязи гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю, межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кунгурский» о взыскании компенсации морального вреда.

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ИВС МО МВД России «Кунгурский», Министерству финансов Российской Федерации, межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кунгурский», просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ компенсацию морального вреда за ненадлежащие условия содержания в изоляторе временного содержания МО МВД России «Кунгурский» в размере 100 000 рублей.

Заявленные требования истец обосновывает тем, что содержался в ИВС МО МВД России «Кунгурский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В июне и октябре срок его содержания в ИВС превысил 10 суток, что является нарушением ст. 13 Федерального закона № 103-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Неоднократно был этапирован в ИВС по уголовному делу № 1-281/2017 (приговор Кунгурского городского суда от 19.10.2017 года). Истец указал, что в общей сложности содержался в ИВС около 150 суток, содержался в камере № изолятора временного содержания МО МВД России «Кунгурский». В камере отсутствовал ремонт, приточно-вытяжная вентиляция работала неэффективно, так как камеры не были оборудованы вентиляционной шахтой для притока свежего воздуха. Естественного дневного освещения не было, окна в камере были 20 см., стены грязные, накиданные штукатуркой, пропахшие табачным дымом и человеческими экскрементами. Соблюдений норм приватности не было, в связи с чем, естественные надобности приходилось справлять на глазах у всех сокамерников. Письменные принадлежности и юридическая литература не выдавалась, туалетные принадлежности и средства гигиены также не выдавались, стирка постельного белья не производилась, дезинфекция камер не производилась. Камер для некурящих не было. Не было отдельных камер для венерических и туберкулезных больных. В медицинских картах отсутствовало указание о динамике развития заболеваний. Прогулка на свежем воздухе не проводилась, поскольку в изоляторе временного содержания нет прогулочных двориков. Истец указал, что в таких условиях он находился в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Истец полагает, что в указанные периоды ненадлежащими условиями содержания в ИВС МО МВД России «Кунгурский» ему был причинен вред здоровью и допущено унижение его человеческого достоинства, чем причинен моральный вред, который он оценивает в сумме 100 000 рублей. Также истец полагает, что указанными нарушениями приказа МВД «О содержании подозреваемых и обвиняемых в ИВС» и ФЗ № 103 от 21.06.1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» ему был причинен моральный вред и нравственные страдания.

Определением Кунгурского городского суда от 03.12.2018 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: Министерство внутренних дел Российской Федерации и Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю (л.д.34).

Определением Кунгурского городского суда от 26.12.2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю (л.д.69).

Истец ФИО1, отбывающий наказание в виде лишения свободы, в судебном заседании на иске настаивал, поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчиков МВД России, ГУ МВД России по Пермскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили дело рассмотреть в их отсутствие. Согласно представленному отзыву ответчики исковые требования истца не признают в полном объеме, поскольку истцом не представлены доказательств, нарушающих его права и законные интересы со стороны сотрудников органов внутренних дел при нахождении его в ИВС. Считают, что сумма компенсации морального вреда не соответствует требованиям разумности и справедливости, в указанном размере вред истцом не понесен, доказательств этому также не представлено, все утверждения о наличии нравственных и физических страданиях носят декларативный характер и не могут быть приняты во внимание ввиду того, что ничем не подтверждены. В удовлетворении исковых требований истца просят отказать в полном объеме (л.д.78-80).

Представитель ответчика МО МВД России «Кунгурский» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала. Указала, что истец действительно содержался в указанные им периоды в ИВС МО МВД России «Кунгурский». ИВС расположен в подвальном помещении здания, являющегося памятником архитектуры. Какое-либо расширение камерной площади или реконструкция помещения, а также строительство прогулочного двора для подозреваемых и обвиняемых невозможно в связи с отсутствием свободных площадей. ИВС финансируется из средств федерального бюджета, ремонт производится в пределах выделенных бюджетных ассигнований. В ИВС истец содержался в камере №, площадью 20,5 кв.м, которая рассчитана на содержание 5 человек, что не превышает норму санитарной площади в камере на одного человека в размере 4 кв.м. В камере оборудованы спальные места, дневное и ночное освещение, все камеры оборудованы вентиляцией, которая находится в исправном состоянии. Для общего пользования на количество содержащихся в камере лиц выдаются хозяйственное мыло, бумага для гигиенических целей. Санузел в камере отделен от основного блока камеры перегородкой. Систематически проводится кварцевание камер и других помещений ИВС. Санитарно-профилактические мероприятия проводятся в ИВС один раз в месяц и дополнительно по вызову начальника ИВС. Медицинский осмотр осуществляется ежедневно. Оборудование места для курения в камерах ИВС Правилами не предусмотрено, согласно п. 21 Правил «Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих». Считает, что ФИО1 не привел доказательств ненадлежащих условий содержания, не представил доказательств причинения ему физических и нравственных страданий. В удовлетворении иска просят отказать в полном объеме (л.д.65-66).

Представитель Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Пермскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили дело рассмотреть в их отсутствие. Согласно представленному отзыву, считают, что истцом не представлено в суд доказательств причинения ему моральных страданий незаконными действиями (бездействием) сотрудников госоргана, оснований для взыскания морального вреда, не имеется (л.д.84-85).

Суд, заслушав доводы истца, представителя ответчика, показания свидетеля, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению частично, считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части.

Согласно ст.53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействиями) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В Российской Федерации, в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации, признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии с ч.2 ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Условия и порядок содержания в изоляторах временного содержания регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950.

В силу ст.4 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В силу ст. 15 вышеназванного Закона, обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Частью 1 ст.24 вышеназванного Закона предусмотрено, что лечебно- профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

На основании статьи 9 вышеназванного Закона, изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и пограничных органов федеральной службы безопасности предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений. Изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции общественной безопасности и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

Судом установлено:

Согласно искового заявления и пояснений истца ФИО1 содержался в ИВС МО МВД России «Кунгурский» в качестве подозреваемого и обвиняемого по уголовному делу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Кунгурского городского суда Пермского края от 19.10.2017 года ФИО1 осужден по п.п.«а,б» ч.3 ст. 228.1, п. «б» ч.3 228.1, ч.1 ст. 228, ч.1 ст. 230, ч.1 ст. 232 УК РФ, в соответствии с ч.3 ст.69, ч.5 ст.69 УК РФ к 20 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Из данного приговора следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание по приговору Кунгурского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40-51).

Из сообщения начальника ИВС МО МВД России «Кунгурский» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 содержался в ИВС в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в камере №, совместно с подозреваемыми и обвиняемыми (по требованию Кунгурского городского суда) в количестве от 3 до 5 человек, а в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в количестве от 6 до 8 человек.

За время содержания в ИВС ФИО1 высказывал жалобы на состояние здоровья в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на каждое обращение ФИО1 была оказана медицинская помощь.

Прогулочный двор в ИВС отсутствует, в связи с чем прогулки подозреваемым и обвиняемым не представляются. При каждом прибытии в ИВС ФИО1 выдавались постельные принадлежности: матрац, подушка, одеяло, простыни, наволочка, полотенце. Медицинский кабинет в ИВС отсутствует. Каких-либо жалоб на условия содержания в ИВС в указанные периоды ФИО1 не высказывал.

Содержание ФИО1 в ИВС МО с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть более десяти суток в течение календарного месяца стало возможным в связи с длительным судебным процессом, который проходил в течение месяца в Кунгурском городском суде (л.д. 63-64).

Из сообщения ГБУЗ ПК «Кунгурская больница» следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращался в приемный покой, был установлен диагноз: Цефалгия, показаний для госпитализации не было, рекомендован контроль АД, обезболивание по показаниям (л.д. 77).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращался в Пермскую краевую прокуратуру с жалобой на незаконное содержание в ИВС <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ, более 10 суток. Также указывал на то, что лишен был права на прогулку, что здание ИВС находится в аварийном состоянии, что ему приходилось опасаться за свою жизнь, в связи с чем ему были причинены физические и нравственные страдания (л.д.118).

На данную жалобу ФИО1 Кунгурским городским прокурором Сотниковой Е.А. был дан ответ, из которого следует, что за период содержания, обращений от ФИО1 на ненадлежащие условия содержания, требований о прогулках не заявлялось. Здание ИВС является памятником архитектуры, строительство каких-либо дополнительных сооружений, пристроев к нему не допускается, в связи с чем условий для прогулок спецконтингента не предусмотрено. ИВС не в полной мере ответчает требованиям законодательства, предъявляемым к местам содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Содержание спецконтингента в данном помещении продиктовано необходимостью обеспечения уголовного судопроизводства, предварительного следствия и исполнения судебных решений, это вынужденная мера, обусловленная отсутствием у МО МВД России «Кунгурский» других пригодных для этой цели помещений, а также необходимого финансирования. В связи с осуществлением контроля, ухудшения технического состояния не установлено, опасений за жизнь спецконтингента во время содержания в ИВС МО МВД России «Кунгурский» не имеется (л.д.118 об., 119).

После получения данного ответа из Кунгурской городской прокуратуры ФИО1 обращался с жалобой в Генеральную прокуратуру РФ, ФИО3 Новгород, указывая на содержание в ИВС более десяти суток в ДД.ММ.ГГГГ и отсутствие прогулочного дворика (л.д.120-121).

В судебном заседании истец также пояснил, что в периоды содержания его в ИВС <адрес> были нарушены его права ненадлежащими условиями содержания, чем ему был причинен вред и страдания, который оценивает в размере 100 000 рублей. Указал, что в нарушение установленных норм и правил: окна в камере № отсутствовали, отсутствовал свежий воздух, санузел не отделен от общего пространства, в связи с чем присутствовал запах в камере, отдельные спальные места отсутствовали, штукатурка на стенах старая, отваливалась, стены в трещинах, прогулки не осуществлялись. Камера была переполнена. Содержался в ИВС более десяти суток.

Свидетель ФИО6, брат истца, показал, что с ДД.ММ.ГГГГ его и брата периодически содержали в ИВС <адрес>. Ему известно, что брата ФИО1 содержали в камере №, в его отсутствие, он тоже содержался в камере №, в связи с чем ему известны условия данной камеры. Считает, что камера была переполнена, всегда в камере было более 5 человек, от 12 до 15 человек. Отдельные спальные места отсутствовали, туалет находился в камере, огорожен только перегородкой, постоянно присутствовал запах по всей камере. Окна в камере отсутствуют, окна заложены кирпичами. В камере антисанитарные условия, на стенах отделка в виде «шубы». Прогулочные дворики в ИВС отсутствуют, в камерах не хватает свежего воздуха. По поводу условий содержания его брат обращался с жалобами в прокуратуру, постоянно жаловался на свое здоровье. Брат содержался в ИВС более десяти суток.

Учитывая положения ст.56 ГПК РФ, предусматривающей бремя доказывания обстоятельств, на которых истец основывает свои требования, суд считает, что фактически истцом не представлено доказательств, указанных им обстоятельств нарушения его прав в заявленном объеме.

Однако, суд считает установленным, что в период нахождения истца ФИО1 в ИВС МО МВД России «Кунгурский», условия содержания в ИВС не соответствовали требованиям законодательства.

Так, факт нарушения условий содержания ФИО1 в ИВС, в частности отсутствие прогулочного двора, подтверждается представленными суду письменными доказательствами.

Согласно пояснениям представителя МО МВД России «Кунгурский», ИВС расположен в подвальном помещении здания, являющимся памятником архитектуры 19 века, какое-либо расширение камерной площади или реконструкция помещения, а также строительство прогулочного двора невозможны в связи с отсутствием свободных площадей, т.е. наличие нарушений, в данной части, фактически ответчиком не оспаривается.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, в связи с пребыванием ФИО1 в указанные периоды в ИВС МО МВД России «Кунгурский» в условиях, не в полной мере соответствующих требованиям Федерального закона № 103-ФЗ, в частности при непредоставлении ему ежедневных прогулок, в связи с отсутствием в ИВС прогулочного двора, суд приходит к выводу о наличии нарушения прав истца, что дает ему право в этой части на компенсацию морального вреда, поскольку отсутствие ежедневных прогулок причинило истцу нравственные и физические страдания.

Положениями ст.23 ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступления» от 15.07.1995г. №103-ФЗ предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно положениям Свода правил 12-95 МВД России (СП 12-95) (введенной в действие протоколом МВД России от 12 февраля 1995 года N 1-95) унитазы и умывальники в камерах, карцерах, изоляторах следует размещать в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. ФИО4 должна иметь перегородки высотой 1 метр от пола санитарного узла (п.17.16).

Согласно справке МО МВД России «Кунгурский», в 2009 году в ИВС МО МВД России «Кунгурский» проведен ремонт, о чем свидетельствуют запросы котировок на проведение текущего ремонта помещений ИВС, по результатам которого заключен договор на выполнение работ (ремонтные работы камер ИВС) от ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи строительных и отделочных материалов от ДД.ММ.ГГГГ, договор поставки стройматериалов от ДД.ММ.ГГГГ, договор подряда от ДД.ММ.ГГГГ о капитальном ремонте для сбора ливневых стоков на территории, прилегающей к ИВС (л.д. 94).

Наличие в ИВС МО МВД России «Кунгурский» (по месту содержания истца в спорные периоды) санузла, соответствующего требованиям законодательства, в т.ч. СП 12-95, ответчиками не доказано. В периоды нахождения истца в ИВС, санузел, расположенный в камере, был отделен перегородкой, отсутствовала дверь.

Следовательно, следует согласиться с утверждениями истца о том, что обеспечение приватности в отсутствие двери, при его содержании в одной камере с другими заключенными, отсутствовало.

Истец в обоснование своих требований указал на то, что камеры в период его содержания были переполнены, не соблюдалась норма санитарной площади, установленная Федеральным законом от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно справке МО МВД «Кунгурский», предоставить информацию о видеонаблюдении в камере № изолятора временного содержания МО МВД России «Кунгурский в период содержания ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным (л.д. 95).

Согласно технического паспорта площадь камеры № составляет 20,5 кв.м. (л.д.88-89).

Согласно сообщению начальника ИВС в камере № в периоды содержания ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержалось от 6 до 8 человек (л.д. 63-64).

Свидетель ФИО6 подтвердил доводы истца о том, что камера № была переполнена, отсутствуют отдельные спальные места.

Таким образом, доводы истца о том, что камеры были переполнены, он не был обеспечен индивидуальным спальным местом, подтверждены представленными суду доказательствами. Фотографии, представленные ответчиками, не подтверждают наличие индивидуальных спальных мест (л.д.113-114).

Кроме того, истец также указывает, что в ИВС <адрес> в периоды его содержания не соблюдались санитарные требования, а именно штукатурка на стенах отпала, стены все в трещинах, в камере не хватало свежего воздуха.

Инструкцией по проектированию объектов органов внутренних дел МВД России (Свод правил - СП 12-95), введенной в действие протоколом МВД России от 12 февраля 1995 года N 1-95, предусмотрено, что внутренние поверхности стен камер, карцеров и медицинских изоляторов следует штукатурить гладко и окрашивать клеевой краской (п. 18.2).

Согласно п.2.1.1 Санитарных правил и норм (СанПиН 2.2.1/2.1.1.1278-03 "Гигиенические требования к естественному, искусственному и совмещенному освещению жилых и общественных зданий"), утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 08.04.2003 N 34, помещения с постоянным пребыванием людей должны иметь естественное освещение.

Из пояснений представителя ответчика МО МВД России «Кунгурский» следует, что окна в камерах ИВС имеют достаточные размеры для освещения, обеспечивают доступ свежего воздуха, комнаты оборудованы дневным и ночным освещением. Все камеры оборудованы вентиляцией, которая находится в исправном состоянии.

Однако, доказательств оборудования камер приточной или вытяжной вентиляцией ответчиком суду не представлено.

Также из фотоматериала, следует, что стены камер ИВС не отвечают требованиям Инструкции по проектированию объектов органов внутренних дел МВД РФ (СП 12-95 МВД РФ): имеют рифленую поверхность, окна не представляют необходимого естественного освещения.

Ответчиком представлены расписки ФИО1 об отсутствии жалоб на действия сотрудников ИВС во время содержания в ИВС МО МВД «Кунгурский» (л.д.115-117).

Согласно данных расписок ФИО1 содержался в ИВС в периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленных расписок следует, что истец содержался в ИВС: ДД.ММ.ГГГГ – 13 дней, ДД.ММ.ГГГГ - 12 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 15 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 18 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 13 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 11 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 13 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 19 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 10 дней, ДД.ММ.ГГГГ – 10 дней.

Проанализировав пояснения истца, представителя ответчика, показания свидетеля, документы дела, суд считает, что факты нарушения ФЗ от 15.07.1995г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в части непредоставления прогулок ввиду отсутствия прогулочного дворика; отсутствия необходимого естественного освещения и свежего воздуха в камере ввиду несоответствия оконных проемов установленным стандартам; несоответствия покрытия стен в камерах необходимым нормативам; лишения при пользовании туалетом правил приватности, отсутствие отдельных спальных мест, а также содержание в ИВС более 10 суток следует признать установленными.

Таким образом, в судебном заседании установлен факт ненадлежащих условий содержания в ИВС МО МВД России «Кунгурский» истца в вышеуказанный период времени.

Указанное свидетельствует о причинении ФИО1 моральных страданий, которые выразились в нравственных переживаниях, ухудшении состояния здоровья на фоне хронических заболеваний, что подтверждается обращениями за медицинской помощью.

По мнению суда, поскольку в результате несоблюдения условий содержания в ИВС МО МВД России «Кунгурский» были нарушены личные неимущественные права истца, гарантированные законом, он имеет право на компенсацию морального вреда.

Исходя из фактических обстоятельств дела, учитывая период нахождения ФИО1 в ИВС, принимая во внимание его нравственные страдания, связанные с указанными ненадлежащими условиями содержания в ИВС: негативные эмоции, переживания, беспокойство, суд считает, что какие-либо тяжкие последствия для истца в результате допущенных нарушений не наступили.

Каких - либо оснований утверждать об ухудшении у истца общего состояния здоровья, психического состояния, суд не усматривает, доказательств этому истцом не представлено.

Доводы представителей соответчиков о недоказанности истцом причинения морального вреда не могут быть приняты во внимание, поскольку вышеуказанные установленные судом нарушения правил содержания истца в ИВС повлекли нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе факт их наличия объективно свидетельствует о причинении страданий и переживаний в степени, превышающей неизбежный уровень, присущий ограничению прав подозреваемого, обвиняемого.

В соответствии с п. 1 ст.1099 и ст.1101 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 ГК РФ.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ № 10 от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства, характер виновных действий нарушителей, а также степень физических и нравственных страданий, пережитых истцом в период его содержания в ИВС МО МВД России «Кунгурский». Кроме того, суд учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация не является источником прибыли, вознаграждением, а, отвечая признакам разумности и справедливости, служит лишь компенсацией потерпевшему перенесенных страданий. Также суд принимает во внимание прохождение продолжительного периода времени после нахождения истца в ИВС, фактические обстоятельства дела, личность истца, его индивидуальные особенности, а также отсутствие доказательств значительной глубины и степени страданий истца и негативных последствий для него, и с учетом требований разумности и справедливости устанавливает компенсацию равной 5 000 рублей.

Во взыскании остальной части заявленной суммы компенсации морального вреда следует отказать, так как, каких – либо доказательств в обоснование доводов причинения морального вреда истцом в большем размере, суду не представлено.

Определяя надлежащего ответчика по делу, суд приходит к следующим выводам. В силу ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно пп.12.1 п.1 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации Главный распорядитель бюджетных средств обладает следующими бюджетными полномочиями: отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В соответствии с пп.1 п. 3 данной статьи главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии с п. 5 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 № 699, МВД России осуществляет деятельность непосредственно и (или) через органы внутренних дел. П.п. 100 п. 11 данного Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 16 ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Поскольку вред истцу причинен действиями МО МВД России «Кунгурский», главным распорядителем бюджетных средств по отношению к данному межмуниципальному отделу является Министерство внутренних дел России, компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице МВД Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к иным ответчикам необходимо отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю, межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Кунгурский» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кунгурский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.Е. Малышева