Апелляционное определение № 33-3582/2026 от 22 марта 2026 г.

Судья Еремченко Ю.В. УИД 16RS0050-01-2025-002979-90

Дело № 2-3100/2025

№ 33-3582/2026

Учет № 212г


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

23 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Субботиной Л.Р. и Прытковой Е.В.,

с участием прокурора Махмктовой З.К.,

при ведении протокола помощником судьи Хайруллиным Ф.Ф.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Насретдиновой Д.М. гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах Г.А.Л., на решение Приволжского районного суда города Казани от 24 ноября 2025 года, которым постановлено:

исковое заявление удовлетворить частично.

Взыскать с Г.А.Л. (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО2 (ИНН <данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей.

Взыскать с Г.А.Л. (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО3 (ИНН <данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 150 000 рублей.

Взыскать с Г.А.Л. (ИНН <данные изъяты>) в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

При недостаточности либо отсутствии у несовершеннолетнего Г.А.Л. (ИНН <данные изъяты>) доходов или иного имущества, достаточных для исполнения настоящего решения суда, возложить на его законных представителей ФИО1 (ИНН <данные изъяты>), ФИО4 (ИНН <данные изъяты>) полную субсидиарную ответственность по возмещению ФИО2 (ИНН <данные изъяты>), ФИО3 (ИНН <данные изъяты>), взысканных настоящим решением суда денежных сумм, а также государственной пошлины до момента приобретения несовершеннолетним Г.А.Л. (ИНН <данные изъяты>) полной дееспособности.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя ответчика ФИО1 – ФИО5, ответчика ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, заключение участвующего в деле прокурора Махмутовой З.К., полагающей, что решение суда обстоятельствам дела и требованиям закона соответствует, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2, от своего имени и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО3, обратилась в суд с иском к ФИО4 о взыскании денежной компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований ФИО2 указала, что 19 января 2024 года ее несовершеннолетний сын поехал на празднование дня рождения к своей знакомой по адресу: город Казань, <...>, где находились и другие несовершеннолетние, его знакомые. Во время общения со своей знакомой Софией, последняя показала ему фотографию своего молодого человека, в котором ФИО3 узнал несовершеннолетнего Г.А.Л., который был известен ему с отрицательной стороны. Далее, Г.А.Л. позвонил ФИО3 и предложил встретиться и разобраться, на что последний ответил отказом.

В тот же день, примерно в 21 час 00 минут, ФИО3 поехал провожать Софию до дома по адресу: <...>, где около подъезда увидел Г.А.Л. в компании нескольких незнакомых ему молодых людей, после чего пошел на встречу к последнему и не дойдя десяти метров увидел, как Г.А.Л. достал пистолет и произвел из него четыре выстрела в его сторону, два из которых попали в шею и ногу. ФИО3 подошел к Г.А.Л. и хотел с ним уладить конфликт, после чего последний схватил его и стал наносить ему удары по голове и другим частям тела. В результате противоправных действий Г.А.Л. ФИО3 получил травмы передней поверхности шеи слева с инородным телом, потребовавшие проведения специализированных медицинских манипуляций, которые причинили ему легкий вред здоровью.

По изложенным основаниям ФИО2, указывая, что в результате неправомерных действий Г.А.Л. ее несовершеннолетний сын ФИО2 испытал сильную физическую боль, проходил стационарное лечение, просила взыскать с законного представителя Г.А.Л. – ФИО4 компенсацию морального вреда в свою пользу и в пользу несовершеннолетнего ФИО3 по 100 000 рублей.

Определением суда, вынесенным без удаления в совещательную комнату с занесением в протокол судебного заседания от 3 июня 2025 года, к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Г.А.Л. и его мать ФИО1, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3 и его отец – ФИО6

В ходе рассмотрения дела ФИО3, достигшим совершеннолетнего возраста, были предъявлены уточненные требования к ФИО4, ФИО1 и Г.А.Л. о солидарном взыскании в его пользу компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО2 и ее представитель ФИО7 исковые требования поддержали, суду пояснили, что в конце января 2024 года она обнаружила, что ее несовершеннолетний сын находится в подавленном психологическом состоянии, перестал разговаривать с ней, замкнулся. Позже она увидела на шее сына красное пятно, похожее на воспаленный угорь, но сын не позволил ей прикоснуться и посмотреть. 13 февраля 2024 года рана на шее стала загнаиваться, и тогда сын рассказал, что в него выстрелили из пистолета 4 раза и он боялся рассказать правду, чтобы не расстраивать ее. После его рассказа она испытала психологический стресс, нравственные страдания, поскольку сын является ее единственным ребенком, у них тесная психологическая связь, ему угрожала смертельная опасность, так как выстрел пришелся в жизненно важную часть тела, она осознала, что пуля могла попасть в глаз и ребенок мог остался инвалидом. В связи с переживаниями по поводу случившегося у нее резко поднялось давление, она обратилась лечебное учреждение и с 14 февраля 2024 года по 26 февраля 2024 года посещала дневной стационар Государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская поликлиника № 18». По настоящее время, в связи с полученной сыном травмой, она испытывает дискомфорт, видит на шее сына шрам, который напоминает о произошедшем событии. Противоправные действия Г.А.Л. нарушили привычный уклад ее жизни, причинили сильные нравственные страдания.

ФИО3 уточненные исковые требования поддержал, суду пояснил, что он очень испугался, когда Г.А.Л. направил на него пистолет, поскольку не знал, что пистолет пневматический, воспринял угрозу своей жизни реально. На встречу Г.А.Л. пришел не один, а со своими тремя друзьями, которые были гораздо старше его. После выстрелов Г.А.Л. спровоцировал драку, наносил удары по голове и телу. Он сам удары не наносил. 13 февраля 2024 года обратился в Государственное автономное учреждение здравоохранения «Детская республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Республики Татарстан», где ему извлекли пулю и наложили швы, при этом он испытывал физическую боль, в дальнейшем лечился дома, обрабатывал рану и делал перевязки. Оставшийся на шее шрам находится на передней поверхности, поэтому очень заметен.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования признала в части возмещения морального вреда ФИО3 в размере 15 000 рублей, в связи с причинением легкого вреда его здоровью, в удовлетворении исковых требований о возмещении морального вреда ФИО2 просила отказать. Суду пояснила, что четыре направленных выстрела в сына ФИО2 и попадание пули в область шеи не могли причинить последней, как матери несовершеннолетнего ребенка, нравственные страдания, поскольку конфликт случился 19 января 2024 года, а сын обо всем рассказал ей только спустя месяц, что предполагает отсутствие особых переживаний. После произошедшего Г.А.Л. был поставлен на учет в отдел полиции № 10 «Промышленный», в течение которого никаких правонарушений с его стороны не было.

Ответчики Г.А.Л. и ФИО1 на судебное заседание не явились, в ранее состоявшемся судебном заседании – 10 июля 2025 года Г.А.Л. суду пояснил, что 19 января 2024 года его девушка ФИО8 примерно в 19 часов 00 минут позвонила ему и спросила, знает ли он ФИО3 и сказала, что последний оскорбляет его перед всеми. Он был знаком с ФИО3, так как они учились в одной школе. Потом он позвонил на личный телефон ФИО3 и потребовал встретиться с ним и поговорить, сказал ему адрес, куда нужно приехать. Увидев ФИО3 на месте встречи, он достал из кармана пневматический пистолет и с расстояния 3 – 4 метров выстрелил в последнего 4 – 5 раз, попал 3 раза в шею и по ногам. При этом стрелять он не умеет, в сторону головы не целился. После этого ФИО3 начал с ним грубо разговаривать, что ему не понравилось и он оттолкнул ФИО3 в сторону, после чего завязалась драка. По пути домой он выкинул пневматический пистолет в мусорный бак. Данный пневматический пистолет он нашел, когда гулял на улице в начале января 2024 года. О данном факте родителям сообщил лишь 12 февраля 2024 года, когда ему позвонили из полиции и сообщили, что на него поступило заявление. После произошедшего он написал ФИО3 в мессенджере и попросил прощения. По данному факту его поставили на учет в правоохранительных органах на шесть месяцев, за это время никаких правонарушений он не совершал. В настоящий момент конфликт исчерпан, он раскаялся в своем поступке, извлек урок из данной ситуации.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО6 на судебное заседание не явился.

Прокурор в своем заключении пришел к выводу об обоснованности предъявленного иска.

Судом вынесено решение о частичном удовлетворении исковых требований в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах Г.А.Л., выражая несогласие с принятым по делу решением, просит его отменить и вынести новое, которым в удовлетворении требований ФИО2 о взыскании в ее пользу компенсации морального вреда отказать, требования ФИО3 удовлетворить частично, снизив размер возмещения в пользу последнего до 80 000 рублей. При этом в жалобе отмечается, что при определении размера указанной компенсации не учтено отсутствие умысла в причинении вреда, степень вреда здоровью потерпевшего, а также отсутствие доказательств причинения морального вреда матери ФИО3 – ФИО2

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО1 – ФИО5, ответчик ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержали.

Участвующий в деле прокурор Махмутова З.К. пришла к заключению о законности принятого по данному делу судебного постановления.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте его рассмотрения по правилам статьи 113 гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд не явились.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся лиц и заключение прокурора, проверив в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность судебного решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1074 Гражданского кодекса Российской Федерации Несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях.

В случае, когда у несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет нет доходов или иного имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине.

Если несовершеннолетний гражданин в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, оставшийся без попечения родителей, был помещен под надзор в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (статья 155.1 Семейного кодекса Российской Федерации), эта организация обязана возместить вред полностью или в недостающей части, если не докажет, что вред возник не по ее вине.

Обязанность родителей (усыновителей), попечителя и соответствующей организации по возмещению вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, прекращается по достижении причинившим вред совершеннолетия либо в случаях, когда у него до достижения совершеннолетия появились доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда, либо когда он до достижения совершеннолетия приобрел дееспособность.

Как предусмотрено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда в соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу разъяснений, данных в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 19 января 2024 года ФИО3, <дата> года рождения, поехал на празднование дня рождения к своей знакомой по адресу: город Казань, <...>, где находились и другие несовершеннолетние, его знакомые. Во время общения со своей знакомой Софией, последняя показала ему фотографию своего молодого человека, в котором ФИО3 узнал несовершеннолетнего Г.А.Л., <дата> года рождения, который был известен ему с отрицательной стороны. Далее, Г.А.Л. позвонил ФИО3, и предложил встретиться и разобраться, на что последний ответил отказом. В тот же день, примерно в 21 час 00 минут, ФИО3 поехал провожать Софию до дома по адресу: <...>, где дойдя до подъезда увидел Г.А.Л. в компании нескольких незнакомых ему молодых людей, после чего пошел на встречу к последнему и не дойдя десяти метров увидел как Г.А.Л. достал пистолет и произвел из него четыре выстрела в его сторону, два из которых попали в шею и ногу. ФИО3 подошел к Г.А.Л. и хотел с ним уладить конфликт, после чего последний схватил его и стал наносить ему удары по голове и другим частям тела. В результате противоправных действий Г.А.Л. ФИО3 получил травмы.

Согласно выписному эпикризу из медицинской карты стационарного больного № 5430 Государственного автономного учреждения здравоохранения «Детская республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Республики Татарстан» 13 февраля 2024 года ФИО3 обратился в указанное лечебное учреждение с жалобами на наличие инородного тела в мягких тканях верхней трети передней поверхности шеи, после чего был экстренно госпитализирован в оториноларингологическое отделение где проходил стационарное лечение с 13 февраля 2024 года по 17 февраля 2024 года с диагнозом: <данные изъяты>.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 1 апреля 2024 года № 982/778 Государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Республики Татарстан» у ФИО3 имело место телесное повреждение в виде раны, зажившей рубцом передней поверхности шеи слева с инородным телом, потребовавшей проведения специализированных медицинских манипуляций (удаление инородного тела). Данное повреждение, согласно пункту 8.1 приказа Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека причинило легкий вред здоровья по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше трех недель (21 дня). Наличие инородного тела округлой формы, металлической плотности, диаметром 0,5 сантиметра, не исключают возможность образования в результате выстрела из оружия, идентифицировать которое не представляется возможным. Высказаться о давности образования не представляется возможным в виду отсутствия описания морфологических особенностей рубца.

Постановлением исполняющего обязанности дознавателя отдела полиции № 9 «Сафиуллина» Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Казани от 5 июля 2024 года в возбуждении уголовного дела в отношении Г.А.Л. по сообщению о совершении преступления, предусмотренного по пунктам «а», «в» части 2 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации (умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности из хулиганских побуждений с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия), части 2 статьи 213 Уголовного кодекса Российской Федерации (хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка) отказано на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (отсутствие в деянии состава преступления).

Разрешая возникший спор и частично удовлетворяя исковые требования ФИО2 и ФИО3 о компенсации морального вреда, суд пришел к обоснованному выводу о том, что истцами представлены доказательства факта неправомерных действий со стороны Г.А.Л., умышленными действиями которого ФИО3 причинены физические и нравственные страдания, что дает основание для взыскания в его пользу и в пользу его близкого родственника – матери, испытавшей в связи с произошедшим глубокие нравственные страдания и переживания, предусмотренной законом денежной компенсации морального вреда.

Судебная коллегия, соглашаясь с данными выводами суда первой инстанции, признает доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах Г.А.Л., несостоятельными, исходя из следующего.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункты 22, 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу ФИО2 и ФИО3 компенсации морального вреда, суд первой инстанции правильно применил критерии, предусмотренные приведенными выше правовыми нормами, оценил в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства, исходя из обстоятельств, при которых был причинен вред, а именно в ходе возникшей между ФИО3 и Г.А.Л. конфликтной ситуации, тяжести физических и нравственных страданий потерпевшего ФИО3 и его матери – ФИО2, длительность стационарного (с 13 февраля 2024 года по 17 февраля 2024 года) лечения ФИО3, перенесенного оперативное вмешательство по удалению инородного тела мягких тканей шеи, объема и локализации полученных им в результате неправомерных, опасных действий Г.А.Л., использовавшего в качестве орудия причинения вреда – пневматический пистолет, телесных повреждений, причинивших легкий вред здоровью. Также судом учтен закрепленный действующим законодательством принцип разумности взыскания, в связи с чем вывод суда о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании в возмещение причиненного ФИО3 и его матери – ФИО2 морального вреда денежной суммы в размере 150 000 рублей и 30 000 рублей соответственно следует признать правомерным.

При этом судебная коллегия отмечает, что ФИО2, являющаяся матерью не достигшего на момент происшествия совершеннолетнего возраста ФИО3, безусловно испытывала морально-нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью ее единственному сыну при вышеописанных обстоятельствах.

Таким образом, при разрешении спора судом правильно установлены юридически значимые для дела обстоятельства, применены нормы материального права, подлежащие применению к возникшим спорным правоотношениям, и постановлено законное и обоснованное решение в соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательства.

Доводы апелляционной жалобы ответчика ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах Г.А.Л., сводящиеся к несогласию с размером взысканной судом первой инстанции компенсации морального вреда, не могут повлечь за собой отмену обжалуемого решения, поскольку не свидетельствуют о необоснованности выводов суда, размер компенсации морального вреда определен с учетом всех обстоятельств, заслуживающих внимания, и требований закона, регулирующих возникшие между сторонами правоотношения, является разумным и справедливым.

Несогласие стороны ответчиков с размером компенсации морального вреда не является основанием для отмены либо изменения судебного постановления, поскольку оценка характера и степени причиненного потерпевшему морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела, с которой судебная коллегия соглашается.

Содержащиеся в жалобе апеллянта доводы не содержат объективных данных, свидетельствующих о необоснованности принятого судом решения и наличие оснований для снижения определенной судом денежной суммы компенсации морального вреда, размер которого уже был уменьшен при вынесении обжалуемого решения, в том числе и исходя из доводов стороны ответчиков.

Поскольку неправильного применения норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено, то основания для отмены обжалуемого решения и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Приволжского районного суда города Казани от 24 ноября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах Г.А.Л. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд обшей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 24 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи