Апелляционное определение № 33-1129/2025 33-57/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья Бамбышев В.С. дело № 33-57/2026

№ дела суда 1-й инстанции 2-456/2025

УИД 08RS0006-01-2025-000599-62


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

17 февраля 2026 года г. Элиста

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего судьи Кашиева М.Б.,

судей Бадмаевой О.В. и Дорджиева Б.Д.,

при секретаре Кравцовой В.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» о возмещении убытков, связанных с уплатой дополнительных услуг, взыскании процентов по апелляционной жалобе представителя ответчика ООО «Драйв Клик Банк» ФИО2 на решение Малодербетовского районного суда Республики Калмыкия от 9 октября 2025 года.

Заслушав доклад председательствующего судьи Кашиева М.Б. об обстоятельствах дела, объяснения представителя истца ФИО3, судебная коллегия,

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Драйв Клик Банк» (далее - ООО «Драйв Клик Банк», банк) о возмещении убытков, взыскании процентов, штрафа, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что 12 октября 2023 года она заключила с ООО «АМК Волгоград» договор купли-продажи транспортного средства марки <данные изъяты> стоимостью 1 200 000 руб. за счет личных средств и средств кредита, предоставленного ООО «Драйв Клик Банк» на основании кредитного договора № на сумму 1 057 136 руб. под 18,4% годовых сроком до 17 октября 2030 года.

При заключении кредитного договора Банк без ее согласия увеличил сумму кредита, машинописным способом указав на обязательные условия его заключения, в том числе: заключение с ООО СК «Сбербанк страхование» полиса-оферты «Мультиполис 4 в 1» №№ на сумму страховой премии 5500 руб.; договора страхования «Все врачи онлайн» с ООО «Инновационная медицина» на сумму 45 000 руб.; договора оказания услуг помощи на дорогах с ООО «Ассист-А» на сумму 75 000 руб.; договора на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг с ИП ФИО4 на сумму 125 000 руб. и услуги «СМС-Информатор» с ООО «Драйв Клик Банк» на сумму 6 636 руб.

В данных дополнительных услугах истец не нуждалась, приобретать их не намеревалась, ее обращение в ООО «Драйв Клик Банк» было вызвано необходимостью получить кредитные денежные средства исключительно для приобретения автомобиля. При этом кредитный договор был заключен не ранее договоров на оказание дополнительных услуг.

Уже на этапе подписания документов банк включил в запрашиваемую сумму кредита стоимость дополнительных услуг, не испрашивая его согласия, в связи с чем на руки на оплату автомобиля она получила сумму в размере800 000 руб.

ООО «Драйв Клик Банк» обусловило заключение кредитного договора обязательным заключением договоров о предоставлении дополнительных услуг, а истец не имела реальной возможности отказаться от получения кредита без дополнительных услуг. Одновременно Банк не исполнил обязанность по предоставлению ей необходимой информации о дополнительных платных услугах, чем лишил ее права сделать правильный выбор при подписании заявления и тем самым нарушил ее права как потребителя. Считала, что ее подпись в договоре не может служить безусловным доказательством наличия права выбора и доведения до нее необходимой информации о дополнительных услугах.

29 мая 2025 года она обратилась в ООО «Драйв Клик Банк» с заявлением-претензией, которое оставлено ответчиком без удовлетворения.

Решением Уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов (далее - финансовый уполномоченный) от 30 июля 2025 года в удовлетворении ее требований отказано.

Указала, что в связи с отказом ответчика в удовлетворении ее требований в досудебном порядке ей причинен моральный вред, она испытала нравственные страдания и переживания по поводу сложившейся ситуации, до настоящего момента находится в состоянии стресса, поскольку вышеуказанные суммы являются для нее значительными.

Просила суд взыскать с ООО «Драйв Клик Банк» в ее пользу денежные средства в размере 45 000 рублей в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости услуг ООО «Инновационная медицина» по договору «Все врачи онлайн», денежные средства в размере 5 500 рублей в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости услуг ООО СК «Сбербанк Страхование» по договору «Мультиполис 4 в 1», денежные средства в размере 125 000 рублей в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости услуг ИП ФИО4 по договору на поставку товаров, выполнение работ, оказания услуг, денежные средства в размере 75 000 рублей в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости услуг ООО «Асссист-А» по сертификату «Техническая помощь на дороге» №, убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 12 октября 2023 года по 29 августа 2025 года в размере 86 753,98 руб. с последующим перерасчетом на день вынесения решения суда, компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами поддержал.

Представители ответчика ООО «Драйв Клик Банк», третьих лиц ООО СК «Сбербанк Страхование», ООО «Инновационная медицина», ИП ФИО4, ООО «Ассист-А», ПАО «Сбербанк России», извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Малодербетовского районного суда Республики Калмыкия от 9 октября 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены.

Взысканы с ООО «Драйв Клик Банк» в пользу ФИО1 денежные средства в счет возмещения убытков, связанных с уплатой стоимости дополнительных услуг в размере 250 500 рублей, убытки в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг за период с 12 октября 2023 года по 9 октября 2025 года в размере 91 931,41 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 173 715,72 руб.

На решение суда представителем ответчика ООО «Драйв Клик Банк» ФИО2 подана апелляционная жалоба, в которой она просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований. Указала, что форма заявления о предоставлении кредита является типовой и предусматривает право выбора заемщика согласиться либо отказаться от дополнительных услуг, оно содержит информацию об их стоимости и наименовании, в каждой графе имеется место для постановки отметки клиента о его согласии либо отказе от предоставления услуги. Вопреки выводу суда графы согласия заемщика на заключение дополнительных услуг отмечены ее собственноручной подписью, а не машинописными отметками. Доказательств того, что истец не планировала выбор дополнительных услуг, суду не представлено. Полагает, что заявление и индивидуальные условия кредитного договора не обладают признаками договора присоединения, поскольку стороны в равной степени вправе участвовать в определении его условий. Истцом не представлено доказательств обращения в Банк с намерением заключить договор на иных условиях. Считает, что подписи в договоре и заявлении на кредит, а также отсутствие обращений в Банк свидетельствуют о согласии истца с параметрами кредита и решением о приобретении дополнительных услуг. У ФИО1 имелась свобода выбора между приобретением дополнительных услуг при оформлении кредита или отказом от их приобретения, поскольку их приобретение не является обязательным условием выдачи кредита. Банк не является стороной заключенных истцом договоров с третьими лицами, не выступает агентом (посредником) при их заключении, в связи с чем услуги приобретались клиентом без участия банка и без уплаты ему агентского вознаграждения. Ссылается на судебную практику Четвертого кассационного суда общей юрисдикции по аналогичным видам споров с участием ООО «Драйв Клик Банк».

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца ФИО3 просит решение суда оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность.

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте Верховного Суда Республики Калмыкия www.vs.kalm.sudrf.ru.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, выслушав представителя истца, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 12 октября 2023 года между ФИО1 и ООО «АМК Волгоград» заключен договор купли-продажи автотранспортного средства, по которому истец приобрела автомобиль марки <данные изъяты> стоимостью 1 200 000 руб. Автомобиль приобретался с использованием собственных средств в размере 400 000 руб. и привлечением кредитных средств.

В тот же день (12 октября 2023 года) между ООО «Драйв Клик Банк» и ФИО1 заключен договор потребительского кредита, по условиям которого ей предоставлен кредит в размере 1 057 136 руб. под 18,4 % годовых сроком до 17 октября 2030 года на оплату стоимости автомобиля марки <данные изъяты> в размере 800 000 руб. и оплату иных потребительских нужд в размере 257 136 руб., в том числе договора «Техническая помощь на дорогах» с ООО «Ассист-А» на сумму 75 000 руб., договора на поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг «Сервисная карта» с ИП ФИО4 на сумму 125 000 руб., оплаты услуги по договору «Все врачи онлайн» с ООО «Инновационная медицина» на сумму 45 000 руб., договора страхования «Мультиполис 4 в 1» с ООО СК «Сбербанк страхование» на сумму 5 500 руб. и услуги «СМС-информатор» на сумму 6 636 руб.

Согласно выписке из лицевого счета заемщика № от 13 мая 2025 года на счет ФИО1 поступили кредитные средства в размере 1 057 136 руб., из которых в этот же день Банком денежные средства в размере 800 000 руб. перечислены продавцу ООО «АМК Волгоград» в счет оплаты стоимости автомобиля, 75 000 руб. перечислены ООО «Ассист-А» за участие в программе «Техническая помощь на дорогах», 125 000 руб. перечислены ИП ФИО4 за договор на поставку товаров, выполнение работ и оказание услуг «Сервисная карта»; 45 000 руб. перечислены ООО «Инновационная медицина» в счет оплаты договора «Все врачи онлайн», 5500 руб. перечислены ООО СК «Сбербанк страхование» в счет оплаты договора страхования «Мультиполис 4 в 1» и 6 636 руб. списаны Банком в счет оплаты услуги «СМС-информатор».

Перечисление указанных кредитных средств со счета истца, открытого в ООО «Драйв Клик Банк», в адрес третьих лиц подтверждается также представленными по запросу суда копиями платежных поручений и счетов на оплату от 12 октября 2023 года (т. 1 л.д. 31-32, 89- оборот 89).

Из выписки по счету ФИО1 № от 13 мая 2025 года следует, что 22 ноября 2024 года истцу банком осуществлен возврат денежных средств в размере 5 609 руб. за неиспользованный период действия услуги «СМС-информатор».

9 апреля 2025 года ФИО1 обратилась в ООО «Драйв Клик Банк» с заявлением о возврате денежных средств, уплаченных в счет оплаты навязанных дополнительных услуг, а также выплате убытков в виде процентов, начисленных на стоимость дополнительных услуг за период с 12 октября 2023 года по 10 марта 2025 года, в размере 66 756,73 руб.

23 апреля 2025 года в ответ на ее заявление ООО «Драйв Клик Банк» сообщило, что заявитель самостоятельно выразила желание на приобретение дополнительных услуг, а также что банк стороной договоров по оказанию дополнительных услуг не является.

29 мая 2025 года ФИО1 повторно обратилась с заявлением -претензией с вышеуказанными требованиями в адрес ООО «Драйв Клик Банк» в удовлетворении которого банком отказано.

14 июля 2025 года, не согласившись с отказом банка, ФИО1 обратилась к финансовому уполномоченному с жалобой о взыскании с банка указанных денежных средств, а также убытков в виде процентов, начисленных на сумму дополнительных услуг в размере 66 756,73 руб.

30 июля 2025 года Финансовым уполномоченным принято решение № об отказе в удовлетворении требований ФИО1

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что при подписании кредитного договора согласие заемщика на заключение договоров о предоставлении дополнительных услуг проставлено заранее типографским способом, заявление истца о предоставлении кредита не отражает ее воли в части приобретения дополнительных услуг, данное заявление является типовым, возможность повлиять на содержание заявление о выдаче кредита, а также отказаться от заключения договоров о предоставлении дополнительных услуг у заемщика отсутствовала, истец не располагала всей информацией о дополнительных услугах, их свойствах и стоимости, в связи с чем пришел к выводу, что при заключении кредитного договора потребителю Банком навязано заключение договоров оказания дополнительных услуг, что повлекло по вине Банка причинение истцу убытков в виде оплаты стоимости навязанных услуг.

Установив факт нарушения прав истца как потребителя, суд на основании статей 13, 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 173 715,72 руб.

С такими выводами суда следует согласиться, поскольку они соответствуют требованиям материального закона и основаны на фактических обстоятельствах дела.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Статьей 428 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом (пункт 1).

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения (пункт 2).

Правила, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 178 того же Кодекса сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

К числу ущемляющих права потребителей могут быть отнесены условия договора, согласно которым на потребителя возлагается несение бремени предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять, к примеру, на стоимость приобретаемого товара, притом что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.

Пунктом 76 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

Таким образом, недействительными могут быть признаны не только условия договора, прямо противоречащие законодательству, но и условия, ущемляющие права потребителей в целом, то есть ухудшающие положение потребителя, делающие его менее благоприятным по сравнению с предусмотренным законодательством.

Согласно статье 8 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).

Указанная в пункте 1 данной статьи названного закона информация в наглядной и доступной форме доводится до сведения потребителей при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора (часть 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей).

Частью 2 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), в редакции, действовавшей на момент возникновения правоотношений, предусмотрено, что, если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в таком заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Проставление кредитором отметок о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг не допускается).

Исходя из целей и смысла данных положений Закона о потребительском кредите, заемщик должен быть информирован кредитной организацией обо всех дополнительных услугах (в том числе оказываемых третьими лицами), которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Статья 5 Закона о потребительском кредите (займе) устанавливает дополнительные гарантии для обеспечения прав потребителя и защиты его от навязывания дополнительных услуг.

Одной из таких гарантий является указание в части 18 статьи 5 Закона о потребительском кредите (займе) о том, что условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо приобретать услуги кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита или его исполнения могут быть включены в индивидуальные условия договора потребительского кредита только тогда, когда заемщик выразил в письменной форме свое согласие на это в заявлении о предоставлении потребительского кредита.

Данное указание закона является императивным и позволяет потребителю влиять на формирование условий договора потребительского кредита.

В противном случае потребителю кредитором будет представлен проект договора с заранее определенными условиями об обязанности заключить другие договоры или приобретать услуги, на содержание которых потребитель повлиять не может и отказаться от них может, только отказавшись от договора в целом.

Центральный Банк Российской Федерации, являющийся контролирующим органом за соблюдением Закона о потребительском кредите, разъяснил, что в соответствии с частью 18 статьи 5 Закона о потребительском кредите условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита только при условии, если заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита.

Таким образом, из Закона о потребительском кредите прямо следует запрет на включение в заявление на получение потребительского кредита и в индивидуальные условия договора перечня платных услуг кредитора или третьих лиц, если получение таких услуг или заключение каких-либо договоров не является условием заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в отношениях с профессиональными продавцами граждане-потребители подчас лишены возможности влиять на содержание договоров, что является для них фактическим ограничением свободы договора. Воздействие на волю потребителя могут оказывать и различные преддоговорные практики, применяемые продавцами для максимизации прибыли. Соответственно, необходимыми становятся предоставление потребителю как экономически слабой стороне в этих правоотношениях особой защиты его прав и соразмерное правовое ограничение свободы договора для другой стороны, т.е. для профессионалов, с тем, чтобы реально гарантировать соблюдение конституционного принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (Постановления от 23 февраля 1999 года № 4-П, от 11 декабря 2014 года № 32-П, от 3 апреля 2023 года № 14-П и др.).

С учетом приведенных положений проставление кредитором отметки о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг в кредитном договоре означает, что согласие заемщика на получение данных услуг является условием заключения договора потребительского кредита (займа), которое ставит его в невыгодное положение и нарушает права как потребителя.

(Аналогичная позиция сформулирована в пункте 18 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23 октября 2024 года).

Между тем вышеприведенные императивные требования закона банком при заключении кредитного договора не выполнены.

Как видно из дела, ФИО1, ставя подпись на типовом бланке заявления на кредит от 12 октября 2023 года, тем самым не давала согласие на оказание ей дополнительных услуг третьими лицами ООО «Ассист-А», ИП ФИО4, ООО «Инновационная медицина», ООО СК «Сбербанк Страхование».

Согласно пункту 10 Индивидуальных условий кредитного договора обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору обеспечивается залогом автотранспортного средства.

В пункте 15 Индивидуальных условиях договора потребительского кредита в графе «Услуги, оказываемые кредитором заемщиком за отдельную плату и необходимые для заключения кредитного договора, их цена или порядок определения, а также согласие заемщика на оказание таких услуг» указано «не применимо», то есть условиями кредитного договора не предусмотрена обязанность заемщика заключать дополнительные договоры в целях получения кредита, за исключением договора залога.

Вместе с тем в разделе 2 заявления на кредит, поименованного «Информация о дополнительных услугах, предложенных Банком», машинописным (типографским) способом указано на то, что заемщик ФИО1 согласна на приобретение дополнительных услуг и их оплату за счет кредитных средств, в частности, согласна на заключение договоров «Все врачи онлайн» и «Мультиполис 4 в 1» с заранее определенными Банком исполнителями – ООО «Инновационная медицина» и ООО СК «Сбербанк Страхование» (т. 1 л.д. 91 оборот).

В разделе 3 этого же заявления, поименованного «Информация о дополнительных услугах, предложенных иными лицами без участия Банка» также машинописным (типографским) способом указано на согласие ФИО1 на заключение с ней дополнительных услуг «Сервисная карта» с ИП ФИО4 и «Помощь на дорогах» с ООО «Ассист-А», а также указано на согласие заемщика на оплату этих услуг в размере 125 000 руб. и 75 000 руб. за счет кредитных средств (т. 1 л.д.44).

Таким образом, составленная Банком типовая форма заявления на предоставление кредита презюмирует согласие ФИО1 на оказание ей дополнительных услуг посредством проставления подписи в соответствующих графах напротив их наименований, а также полного текста заявления на предоставления кредита в конце заявления.

При таких обстоятельствах само по себе наличие в заявлении на предоставление кредита пустой графы, поименованной «Я отказываюсь от получения кредита на оплату стоимости следующих дополнительных услуг» не свидетельствует о возможности отказа истца от дополнительных услуг, поскольку согласно тексту заявления, проставляя подпись в данном поле, заемщик отказывается от получения кредита на оплату их стоимости, что не предусматривает возможность отказа от заключения самих договоров на предоставление дополнительных услуг.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита возложена на Банк.

Вместе с тем доказательств того, что Банком до сведения ФИО1 доведена информация об альтернативном варианте заключения потребительского кредита на сопоставимых условиях - без обязательного заключения договора «Помощь на дорогах» с ООО «Ассист-А», договора «Сервисная карта» с ИП ФИО4, договора «Все врачи онлайн» с ООО «Инновационная медицина», договора «Мультиполис 4 в 1» с ООО СК «Сбербанк страхование», а также о возможности отказаться от заключения указанных дополнительных услуг с третьими лицами, суду не представлено, в материалах дела не имеется.

Поскольку Банк выступал с инициативой оказания дополнительных услуг при кредитовании, то он обязан был предоставить сведения о платежах по кредиту таким образом, чтобы потребитель могла сравнить условия кредитования с дополнительными услугами и без них, после чего сделать правильный выбор.

Отсутствие же у заемщика альтернативного варианта заключения кредитного договора (без дополнительных услуг) свидетельствует о том, что заемщик ФИО1, являясь экономически более слабой стороной договора, подписывая заявление о предоставлении кредита при желании не могла отказаться от предложенных Банком дополнительных услуг «Все врачи онлайн», «Мультиполис 4 в 1», «Помощь на дорогах» и «Сервисная карта» либо исключить их из текста заявления, и тем самым была лишена возможности повлиять на содержание типового заявления Банка на предоставление кредита.

Соответственно, истец ФИО1 волеизъявления получить названные выше дополнительные услуги в том порядке, который предусмотрен законодательством, не выразила.

При таких данных, обстоятельства дела свидетельствуют о том, что получение истцом кредита было обусловлено навязанным Банком приобретением дополнительных услуг, что прямо запрещено вышеприведенными нормами закона и свидетельствует о ничтожности заключенных с заемщиком договоров оказания дополнительных услуг, поскольку в этом случае нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

Кроме того, из ответа ООО «Инновационная медицина» от 15 января 2026 года на запрос суда апелляционной инстанции следует, что истец ФИО1 услугами по договору «Все врачи онлайн» от 12 октября 2023 года не пользовалась, в течение срока действия договора от истца заявлений на оказание ей услуг не поступало, с заявлением о возврате уплаченных по договору денег истец не обращалась, каких-либо претензий о качестве оказания услуг не предъявляла.

Согласно ответу ООО СК «Сбербанк Страхование» от 19 ноября 2025 года истец ФИО1 услугами по договору страхования «Мультиполис 4 в 1» от 12 октября 2023 года не пользовалась, в течение срока страхования от истца заявлений о наступлении страхового случая не поступало, страховых выплат по договору страховщиком не производилось, с заявлением о расторжении договора и возврате страховой премии истец не обращалась.

Из представленного по запросу суда апелляционной инстанции агентского договора № АД-16/15 от 1 сентября 2015 года, заключенного между ООО «Драйв Клик Банк», именуемого агентом, и ООО СК «Сбербанк Страхование», именуемого принципалом, следует, что агент (Банк) осуществляет от имени принципала действия, направленные на заключение физическими лицами, на основании их свободного волеизъявления, договоров (полисов) страхования, а принципал обязуется выплачивать агенту вознаграждение, причитающееся за оказание услуг по настоящему договору, в размере и порядке, определенном настоящим договором и приложениями к нему.

Копией платежного поручения № от 27 декабря 2023 года подтвержден факт того, что ООО «Сбербанк Страхование» произвело ООО «Драйв Клик Банк» выплату агентского вознаграждения в общей сумме 100 218 225,31 руб. за договоры страхования, заключенные Банком в период с 1 октября 2023 по 31 октября 2023 года.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 3 апреля 2023 года № 14-П, при объективном неравенстве сторон договора (например, в силу профессионализма или доминирующего положения одной из них) в целях защиты интересов слабой стороны законодатель устанавливает на основе императивных норм различные механизмы: запреты (например, на недобросовестную конкуренцию путем введения в заблуждение), требования (например, к добросовестной и достоверной рекламе, к содержанию и предоставлению иной значимой информации), наделение слабой стороны правом отказаться от договора (например, отказ потребителя от кредитного договора или договора страхования) и др. Субъективное неравенство может возникнуть в результате недобросовестного поведения, преимущественно связанного с качеством предоставляемой другой стороне информации. Способами реализации конституционных принципов соразмерности и справедливости в таком случае выступают обычно запрет извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, правила о недействительности сделок, совершенных под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы или вследствие стечения неблагоприятных обстоятельств, и нормы, устанавливающие последствия недобросовестного ведения переговоров (пункт 4 статьи 1, статьи 178, 179 и 434.1 Гражданского кодекса РФ) и др.

Законодатель признает ничтожными недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, и относит к таковым, в частности, условия, обусловливающие приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг), в том числе предусматривающие обязательное заключение иных договоров, если иное не предусмотрено законом (пункт 1 и подпункт 5 пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей). Такое регулирование направлено на защиту прав потребителей в их отношениях с организациями и индивидуальными предпринимателями (ФИО5 Конституционного Суда Российской Федерации от 4 октября 2012 года № 1831-О и др.).

По мнению судебной коллегии, участие в сложившихся правоотношениях профессионального страховщика ООО СК «Сбербанк Страхование» и кредитной организации ООО «Драйв Клик Банк», являвшейся агентом (посредником) по заключению договоров страхования с заемщиками, а также факт получения Банком от страховщика вознаграждения за заключение заемщиком ФИО1 кредитного договора свидетельствуют о наличии между названными юридическими лицами их общего экономического интереса.

Соответственно, в данном случае необходимо оценивать заключенный по инициативе банка с истцом ФИО1 договор на оказание ООО СК «Сбербанк Страхование» дополнительных услуг «Мультиполис 4 в 1» с точки зрения наличия экономического интереса у ООО «Драйв Клик Банк», как кредитора, заинтересованного в извлечении прибыли за счет начислений процентов на сумму кредита, находящуюся в пользовании заемщика.

В соответствии с частью 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме (часть 2 статьи 16 приведенного Закона).

Поскольку кредитные договоры заключаются гражданами с банками в потребительских целях, данные правоотношения между ними именуются потребительскими и регулируются Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», пункт 2 статьи 16 которого запрещает обусловливать предоставление одних услуг обязательным предоставлением других услуг. Данный запрет призван ограничить свободу договора в пользу экономически слабой стороны - гражданина - и направлен на реализацию принципа равенства сторон. При этом указанный запрет является императивным, поскольку не сопровождается оговоркой «если иное не предусмотрено договором» (Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 22 мая 2013 года).

Статья 15 Гражданского кодекса РФ устанавливает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Как разъяснено в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса РФ).

Принимая во внимание вышеприведенные нормы закона, учитывая, что оплата не оказанных услуг осуществлена истцом ФИО1 в полном объеме, что не оспаривается ответчиком, суд пришел к правильному выводу, что навязывание банком дополнительных услуг привело к убыткам истца в виде стоимости дополнительных услуг по заключенным договорам с третьими лицами, в которых истец не нуждалась, а также процентов, начисленных по кредиту на указанную сумму в пределах заявленных истцом требований, удовлетворив заявленные требования.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска, является установленный факт нарушения прав потребителя.

Установив факт нарушения прав истца как потребителя, с учетом характера нравственных страданий истца, длительности неисполнения обязательств ответчиком, требований разумности и справедливости, суд обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

Частью 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

В связи с тем, что требования потребителя не были удовлетворены ответчиком в добровольном порядке в установленный законом срок, суд первой инстанции также правомерно взыскал с ответчика в пользу истца штраф в размере 50% от присужденной суммы.

Довод апелляционной жалобы о том, что для получения кредита не требовалось заключение дополнительных договоров, является несостоятельным, поскольку допустимых доказательств того, что истец самостоятельно и добровольно реализовала возможность получения дополнительных услуг путем выражения своего волеизъявления на основании письменного заявления, ответчиком не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о добровольном желании истца на заключение дополнительных договоров, в материалах дела не имеется.

Более того, согласие заемщика ФИО1 от 12 октября 2023 года на перечисление Банком кредитных средств на оплату дополнительных услуг организациям их оказывающим – ООО «Ассист-А», ИП ФИО4, ООО «Инновационная медицина», ООО СК «Сбербанк Страхование» также было включено Банком в типовую форму заявления на банковское обслуживание, поэтому у заемщика отсутствовала возможность самостоятельно, без помощи сотрудника Банка, сформировать указанные заявления (поручения) о перечислении либо отказаться от их подписания, исключив из их содержания указание на согласие на перечисление кредитных средств третьим лицам.

Истец ФИО1 какими-либо дополнительными услугами по договорам ООО «Сбербанк Страхование», ООО «Инновационная медицина», ООО «Ассист-А», ИП ФИО4 не пользовалась, что подтверждает отсутствие у нее намерения их заключать и наличие нуждаемости лишь в кредитных средствах для приобретения автомобиля.

Каких-либо доказательств расходов, фактически понесенных исполнителями дополнительных услуг, и сведений об обращении истца за получением услуг в деле не имеется.

Истечение же сроков действия договоров с ООО «Сбербанк Страхование», ООО «Инновационная медицина», ООО «Ассист-А», ИП ФИО4 само по себе не изменяет правовой природы ничтожности навязанных Банком сделок по дополнительным услугам и не является основанием для отказа во взыскании убытков, причиненных истцу в результате навязывания Банком дополнительных услуг, в предоставлении которых истец не нуждался.

Доводы жалобы ответчика о том, что с Банка, не являющегося стороной договоров на предоставление дополнительных услуг, не может быть взыскана их стоимость, подлежат отклонению, так как именно виновные действия Банка посредством навязывания дополнительных услуг «Все врачи онлайн», «Мультиполис 4 в 1», «Помощь на дорогах» и «Сервисная карта», потребность в заключении которых у ФИО1 отсутствовала, привели к убыткам истца в виде оплаты их стоимости и повышения суммы кредитования на стоимость указанной дополнительной услуги, что влечет ответственность в виде их возмещения Банком.

Указание в жалобе на то, что истцом не соблюдены сроки и порядок обращения в банк за возвратом денежных средств, уплаченных заемщиком третьему лицу за оказание дополнительной услуги, со ссылкой на положения части 2.10 статьи 7 Закона о потребительском кредите (займе) судебной коллегией не может быть принято во внимание, поскольку истец обосновывал свои требования не добровольным отказом от договора оказания услуг, а ссылался на нарушения банком прав истца как потребителя навязыванием дополнительных услуг, что и нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Ссылки в апелляционной жалобе на примеры из судебной практики Четвертого кассационного суда общей юрисдикции не могут свидетельствовать о незаконности обжалуемого решения суда первой инстанции, поскольку судебные решения, на которые ссылается представитель ответчика, вынесены в отношении иных лиц в связи с иными конкретными обстоятельствами, не являющимися аналогичными.

Иных доводов, которые не были бы исследованы судом первой инстанции и которые могли бы повлиять на существо принятого по делу судебного постановления жалоба не содержат.

Судом правильно установлены юридически значимые по делу обстоятельства, выводы суда соответствуют требованиям законодательства и фактическим обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права судом применены верно.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

определила:

решение Малодербетовского районного суда Республики Калмыкия от 9 октября 2025 года оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в срок, не превышающий трех месяцев со дня его принятия, в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный вг. Краснодаре, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции

Председательствующий М.Б. Кашиев

Судьи О.В. Бадмаева

Б.Д. Дорджиев

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 февраля 2026 года.