Решение № 2-440/2019 2-440/2019~М-303/2019 М-303/2019 от 4 августа 2019 г. по делу № 2-440/2019

Дело № (УИД №RS0№-26)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 05 августа 2019 года

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Нейцель О. А.,

при секретаре судебного заседания Горячевой Т.В.,

с участием прокурора Мироновой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО10 к ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № 1» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № 1» о возмещении морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 09.10.2018г. истец, находясь на работе, почувствовал себя плохо. После подъема на 7 этаж, у него появились давящие боли за грудиной, которые отдавали в обе руки. После отдыха боль прекратилась. Вечером 09.10.2018г. около 23 час. 00 минут истец вновь почувствовал давящую боль за грудиной, переходящую в руки, поднялось давление до 150/90. Истец вызвал бригаду скорой помощи, врачом которой ему был поставлен препарат <данные изъяты>, также, применен спрей с препаратом <данные изъяты>. На фоне приема данных препаратов, боль прошла, истец от госпитализации отказался. По результатам <данные изъяты> патологии выявлено не было. Около 07 час. 00 мин. 10.10.2018г. приступ давящей боли за грудиной, переходящей в руки, у истца повторился и, по ощущениям боль была сильнее, чем в ходе предыдущих приступов. Около 09 час. 00 мин. в сопровождении родственников, истец был доставлен в санпропускник № приемного отделения ГБУЗ КО «НГКБ №», где его осмотр провела врач ФИО5 Выслушав жалобы истца на нарастающие приступы давящих болей за грудиной, переходящих в руки и пояснив, что пациентам с впервые возникшей <данные изъяты> необходима срочная госпитализация, ФИО2, на лифте отправила истца на 4 этаж в отделение неотложной кардиологии. В указанном отделении истец был осмотрен врачом ФИО6, которая, выслушав жалобы истца, составила заключение о том, что данных за <данные изъяты> нет и отправила обратно к врачу ФИО5 Около 10 час. 00 мин. истцу было выдано заключение, согласно которому данных за <данные изъяты> нет, рекомендовано было отправиться к терапевту в поликлинику. Врач ФИО5 пояснила, что кардиологических проблем нет, в связи с чем, в госпитализации необходимости тоже нет, можно обратиться к терапевту по месту жительства. 11.10.2018г. состояние истца ухудшилось, боли за грудиной приобрели большую интенсивность, участился пульс. Около 09 час. 00 мин., следуя рекомендациям, полученным ранее, истец обратился в поликлинику № ГБУЗ КО «НГКБ №» к терапевту ФИО7, которой после проведенного осмотра и собранного анамнеза, была дана рекомендация пить <данные изъяты>, заверив истца, что в экстренной помощи он не нуждается. Этим же днем истцу был открыт больничный лист. 12.10.2018г. около 02 час. 00 мин. давящие боли за грудиной стали особенно интенсивными, <данные изъяты> не снимались. Родными истца была вызвана бригада скорой помощи, врач которой диагностировал у истца <данные изъяты>, в связи с чем, истец бригадой скорой помощи был доставлен в реанимацию отделения неотложной кардиологии ГКБ № <адрес>, где истцу в экстренном порядке была проведена операция: <данные изъяты> Истец находился в отделении неотложной кардиологии в период с 12.10.2018г. по 19.10.2018г. В период с 11.10.2018г. по 11.01.2019г. истец находился на больничном.

Истец застрахован в порядке ОМС в ООО «АльфаСтрахование-ОМС» по страховому полису №. Истец, полагая, что при обращении 10.10.2018г. в санпропускник № приемного отделения ГКБ № <адрес> и при обращении 11.10.2018г. в поликлинику № ему не была оказана надлежащая медицинская помощь, он обратился в ООО «АльфаСтрахование-ОМС» с заявлением о проведении экспертизы качества оказания медицинской помощи. ООО «АльфаСтрахование-ОМС» была проведена мультидисциплинарная экспертиза качества оказания медицинской помощи с привлечением врачей экспертов, входящих в Федеральный реестр экспертов качества по профилям «скорая медицинская помощь», «терапия», «кардиология», «сердечно-сосудистая хирургия». Согласно заключению экспертизы, были выявлены дефекты при оказании медицинской помощи при обращении истца 10.10.2018г. в санпропускник № приемного отделения ГКБ № <адрес> и при обращении 11.10.2018г. в поликлинику №, приведшие к удлинению сроков лечения и ухудшению состояния здоровья.

Так, медицинская помощь в приемном отделении ГБУЗ КО «НГКБ №» оказана не в полном объеме, не исследован уровень тропонина в крови. Диагноз кардиология <данные изъяты> сформулирован неверно, т.к. с учетом жалоб и анамнеза заболевания в данном случае имел место <данные изъяты>…. С учетом клинических признаков <данные изъяты> имелись абсолютные показания к госпитализации ДД.ММ.ГГГГ. Лечебные мероприятия в рамках стандарта ОКС проведены не были, рекомендации при выписке даны не в полном объеме : не рекомендовано исследование липидограммы, не рекомендовано проведение ангиографии в плановом порядке, отсутствуют рекомендации по медикаментозному лечению.

При обращении в Поликлинику № КО «НГКБ №» лечебные мероприятия не соответствовали стандарту лечения при ОКС : не были назначены <данные изъяты> 75 мг., <данные изъяты>, <данные изъяты>. Диагноз на амбулаторном этапе ведения выставлен неверно, т.к. с учетом жалоб, анамнеза заболевания имел место <данные изъяты> впервые возникшая). Была показана госпитализация в первичное сосудистое отделение.

Развитие <данные изъяты> было возможно предотвратить при условии госпитализации в стационар ГБУЗ КО «НГКБ №» ДД.ММ.ГГГГ с последующим выполнением <данные изъяты> В данном случае имело место нарушение преемственности на этапе приемного отделения ГБУЗ КО «НГКБ №» при первичном обращении ДД.ММ.ГГГГ и при обращении на амбулаторном этапе ДД.ММ.ГГГГ, что привело к несоответствию стандарту медицинской помощи при ОКС и, как, следствию развитию <данные изъяты>.

Таким образом, по мнению истца, вследствие ненадлежащего оказания ответчиком ему медицинской помощи, произошло значительное ухудшение состояние его здоровья с угрозой жизни- развитие <данные изъяты>.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 15, 151, 1064 ГК РФ, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 700 000 руб., штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, за отказ от удовлетворения требований потребителя в добровольном порядке.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в его отсутствие.

Представитель истца ФИО9 в судебном заседании исковые поддержал в полном объеме. Дал пояснения аналогичные доводам иска. Суду пояснил, что истцу 10.10.2018г. и 11.10.2018г. ответчиком медицинская помощь была оказана ненадлежащим образом,так как ему неверно был установлен диагноз, истец не был госпитализирован и ему не было проведено обследование в полном объеме, в результате чего, 12.10.2018г. истец в экстренном порядке был госпитализирован в отделение неотложной кардиологии в ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» с диагнозом: <данные изъяты> Полагает, что в случае оказания ответчиком медицинской помощи надлежащим образом, истец мог избежать <данные изъяты>. Полагает, что действиями ответчика по ненадлежащему оказанию медицинской помощи истцу был причинен моральный вред, который он оценивает в 700 000 руб., и, руководствуясь нормами гражданского законодательства, а также, положениями закона «о защите прав потребителей», просит указанную сумму взыскать с ответчика.

Представитель ответчика ФИО8 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась. Суду пояснила, чтопри обращении истца за медицинской помощью к ответчику, как 10.10.2018г., так и 11.10.2018г., врачом кардиологом у него, с учетом собранного анамнеза, того обстоятельства, что заболевание истца протекало в атипичной форме, была исключена сердечная патология, в связи с чем, отсутствовала необходимость в проведении тропонинового теста и его госпитализации в больницу.То есть, алгоритм действий врачей являлся верным. Кроме того, 09.10.2018г. истец отказался от госпитализации, самостоятельным приемом медикаментов исказил протекание болезни, чем ухудшил свое состояние здоровья. Более того, отсутствует прямая причинно-следственная связь между недостатками в медицинской помощи, которые описывают эксперты и последствиями в виде <данные изъяты>, а также, экспертами не установлено причинение вреда здоровью истца вследствие действий врачей при его обращении за медицинской помощью 10.10.2018г. и 11.10.2018г. Учитывая изложенное, полагает, что вина ответчика в ухудшении состоянии здоровья истца, не установлена, в связи с чем, считает, что оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Просила в иске отказать в полном объеме.

Представитель 3-го лица ООО «АльфаСтрахование-ОМС» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, заключение прокурора, полагавшего, что компенсация морального вреда подлежит взысканию и снижению, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В силу ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно статей 4, 6, 10 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" основными принципами охраны здоровья являются приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи, которые реализуются, в том числе, путем оказания медицинской помощи пациенту с учетом его физического состояния, рационального использования его времени, применения порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи; предоставления медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи; беспрепятственного и бесплатного использования медицинским работником средств связи или транспортных средств для перевозки пациента в ближайшую медицинскую организацию в случаях, угрожающих его жизни и здоровью.

Статьей 79 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.

В силу п. 9 ч. 5 ст. 19 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу частей 2, 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Правила главы 39 Гражданского Кодекса Российской Федерации применяются в том числе к договорам оказания медицинских услуг.

Отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей", другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права, то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей при наличии общих условий и одновременно юридически значимым обстоятельством наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда.

В силу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. ст. 1095 - 1097 ГК РФ, п. 3 ст. 12 и п. п. 1 - 4 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей" моральный вред подлежит возмещению исполнителем услуги в полном объеме независимо от его вины (за исключением случаев, предусмотренных ст. 1098 ГК РФ, п. 5 ст. 14 Закона РФ "О защите прав потребителей") в случае некачественного оказания медицинской услуги.

Согласно ст. 4 Закона "О защите прав потребителей" исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям и пригодную для целей, для которых услуга такого рода обычно используется.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу статьи 12 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (пункт 44 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Поскольку в силу пункта 9 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей, на ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» распространяются положения данного законодательства, в том числе возлагающие обязанность предоставить потребителю необходимую информацию, а также обязанность надлежащего исполнения обязательства.

Таким образом, из системного толкования указанных выше норм права и из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что именно исполнитель (ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №») обязан доказать обстоятельства, являющиеся основанием для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание услуг.

В соответствии со ст. 29 Закона "О защите прав потребителей" потребитель, если им обнаружены существенные недостатки оказанной услуги или иные существенные отступления от условий договора, вправе отказаться от исполнения договора, а также потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной услуги. Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии с ч.1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными, главой 59 и статьей 151 Гражданского Кодекса РФ. Согласно ст.1099 ч.3 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу п. 2 ст. 1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися вп. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с разъяснениями,содержащимися в п. 45 указанного Постановления, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией и т.д.) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости (ст.1101 ч.2, 1100 ГК РФ).

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований либо возражений

Судом установлено что, 09.10.2018г., в связи с появлением загрудинных болей давящего характера, с иррадиацией в обе руки, ФИО1, бригадойМБЛПУ «Станция скорой медицинской помощи», прибывшей к нему по вызову, была оказана медицинская помощь – укол в область живота, проведена ЭКГ, предложена госпитализация, от которой истец отказался.

10.10.2018г. в связи с сохраняющимися давящими загрудинными болями, иррадиирущими в обе руки, ФИО1 самостоятельно обратился в санпропускник № ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №», где был осмотрен заведующим приемного терапевтического отделения, ему было проведено ЭКГ, дано заключение: патологии не выявлено, и был поставлен предварительный диагноз:<данные изъяты> Также, ФИО1 был осмотрен врачом-кардиологом, которым было установлено, что данных за ИБС, впервые возникшую стенокардию, нет. Требуется амбулаторное дообследование: ЭХО КГ, Холтэр ЭКГ.

11.10.2018г. ФИО1 обратился в поликлинику № ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №», где после осмотра врачом-терапевтом был поставлен диагноз: <данные изъяты> Назначено обследование, лечение. Выдан листок нетрудоспособности.

12.10.2018г. бригадой «Станция скорой медицинской помощи» ФИО1 в экстренном порядке был доставлен в отделение неотложной кардиологии ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» с диагнозом: <данные изъяты> Где, 12.10.2018г. ФИО1 проведена операция: <данные изъяты> В указанном отделении ФИО1 находился на лечении по 19.10.2018г.

Страхование истца осуществляло ООО "Альфа-Страхование – ОМС».

25.10.2018г. ФИО1 обратился в ООО «АльфаСтрахование-ОМС» с жалобой на качество оказания медицинской помощи, в которой указывал, что ввиду того, что 10.10.2018г. в санпропускнике № терапевтического отделения ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №», ему не была оказана медицинская помощь надлежащим образом, так как ему после проведенного осмотра врачами ФИО5 и ФИО6, при наличии симптомов впервые возникшей нестабильной стенокардии, повторявшейся к моменту обращения за помощью уже в третий раз, не был поставлен верный диагноз и не была обеспечена экстренная госпитализация, что повлекло наступление тяжких последствий – развитие <данные изъяты>.

Как следует из ответаООО «АльфаСтрахование-ОМС» от 25.01.2019г., по доводам жалобы ФИО1 проведена мультидисциплинарная экспертиза качества оказания медицинской помощи с привлечением врачей-экспертов, входящих в Федеральный реестр экспертов качества по профилям «скорая медицинская помощь», «терапия», «кардиология», «сердечно-сосудистая хирургия», и по результатам которой были выявлены дефекты лечебно-диагностических мероприятий, приведшие к удлинению сроков лечения и ухудшению здоровья застрахованного лица. Поскольку, развитие <данные изъяты> было возможно предотвратить при условии госпитализации 10.10.2018г. в стационар ГБУЗ КО «НГКБ №», с последующим выполнением <данные изъяты>. В данном случае имело место нарушение преемственности на этапе приемного отделения ГБУЗ КО «НГКБ №» при первичном обращении 10.10.2018г. и при обращении на амбулаторном этапе от 11.10.2018г. в поликлинику № ГБУЗ КО «НГКБ №», так как, диагноз на этапе СМП 09.10.2018г. был сформулирован правильно, и с учетом <данные изъяты> были показания для госпитализации в первичное сосудистое отделение, но был получен отказ.

Согласно заключению экспертов ОГБУЗ «Бюро Судебно-медицинской экспертизы <адрес>» №, принимая во внимание, что у ФИО1 имелись факторы риска, предрасполагающие к развитию острой сердечной патологии, такие, как: <данные изъяты>, многолетний стаж табакокурения, возраст мужчины 55 лет; по анамнестическим данным –с 09.10.2018г. больного беспокоили впервые возникшие эпизоды торакальных болей, чувство дискомфорта в области грудной клетки, по поводу чего вызывалась бригада скорой помощи; при обращении в приемное отделение ГБУЗ КО «НГКБ №» 10.10.2018г., пациентом предъявлялись жалобы на боли в грудной клетке, несмотря на некоторую противоречивость изложения которых (терапевту – «приступы давящих болей за грудиной при подъеме на 7 этаж и после физической нагрузки, с иррадиацией в обе руки, купируются в покое в течение 1-2 минут..», кардиологу – « … жалобы на три эпизода дискомфорта, боли вобластиплечевых суставах без четкой связи с физической нагрузкой около 30 сек….», не исключающие их кардиальный этиогенез, а также, учитывая гипотетическую вероятность развития <данные изъяты> (нетипичный характер, иррадиация и интенсивность боли, отсутствие изменений на ЭКГ и т.д.), при обращении пациента в приемное отделение ГБУЗ КО «НГКБ №» 10.10.2018г., ФИО1 следовало выставить «рабочий» (вероятностный) диагноз: <данные изъяты> и в дальнейшем проводить дифференциальную диагностику (диагностический поиск) между острым коронарным синдромом (ОКС) и другими возможными причинами торакальной боли, несмотря на отсутствие свойственных типичному ОКС изменений ЭКГ.

С указанной целью было необходимым:

- выполнить биохимическое тестирование (тропониновый тест) для исключения/подтверждения некроза миокарда (не проводился);

- при положительном результате теста, незамедлительно начать лечебные мероприятия в соответствии с требованиями стандарта и клиническими протоколами лечения острого инфаркта миокарда без подъема сегмента ST на кардиограмме;

- при получении отрицательного результата теста госпитализировать больного в стационар с целью проведения лечебно-диагностических мероприятий, направленных на подтверждение/исключение ОКС (ЭКГ, тропониновый тест в динамике, ЭХО-КГ и т.д.) в соответствии с клиническими протоколами диагностики и лечения острого коронарного синдрома без подъема сегмента ST на кардиограмме.

Кроме того, соотносительно требований приказа МЗ РФ от 10.05.2017г. №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», п. 3.9.3 «Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме (коды по МКБ – 10:I20.0; I21 –I24) выявлены следующие недостатки оказания медицинской помощи;

- при поступлении пациента в 09 час. 19 мин. консультация врача – кардиолога проведена, по-видимому, в 10 час. 10 мин., тогда как осмотр кардиологом пациента с подозрением на ОКС, должен быть произведен не позднее 5 минут от момента поступления больного в стационар;

- в протоколе ЭКГ № от 10.10.2018г. не указано время проведения исследования, что не позволяет оценить оперативность ее исполнения (согласно требованиям приказа, проводится не позднее 10 минут от момента поступления больного в стационар).

Принимая во внимание имевшие место на момент осмотра 11.10.2018г. объективные трудности диагностики, обусловленные атипичностью клинической картины, характера жалоб («…боли загрудинные давящего характера периодические без связи с нагрузкой длящиеся до 1 часа с иррадиацией в обе руки без эффекта нитроглицерина, одышки нет.»), отсутствием патологических знаков на электрокардиограмме, факт исключения БС у пациента менее суток назад врачами кардиологом и терапевтом стационара, алгоритм действий участкового врача – терапевта был в целом правильный. Наличие ИБС у пациента было заподозрено, внесено в формулировку диагноза в вероятностной форме (под вопросом). Для верификации диагноза назначено необходимое обследование («…клинические исследования: оакоамбх. Инструментальные исследования: экг-динамика сут.мониторирование ЭКГ эхо-кг, р-графия ОГК…»). В сложившейся клинической ситуации показано было в рамках осмотра (по «Cito») выполнение электрокардиографии и проведение сравнительного анализа ее результатов с данными ЭКГ от 10.10.2018г. В случае выявления отрицательной динамики следовало незамедлительно решить вопрос о госпитализации пациента в стационар в экстренном порядке. (Амбулаторная карта не содержит каких-либо сведений о проведении указанного исследования 11.10.2018г.).

Ввиду наличия указанных выше объективных трудностей диагностики, ни 10.10.2018г. в приемном отделении ГБУЗ КО «НГКБ №» ни 11.10.2018г. в поликлинике № ГБУЗ КО «НГКБ №», наличие у больного ишемической болезни сердца (обострение) распознано не было.

При этом, ввиду того, что начиняя с 09.10.2018г. уФИО1 наблюдалась клиническая симптоматика, не исключающая впервые возникшую стенокардию <данные изъяты>, ему была показана госпитализация в стационар для динамического наблюдения и проведения лечебно-диагностических мероприятий с целью подтверждения/исключения ишемической болезни сердца и выбора тактики лечения.

Госпитализация ФИО1 10-11.10.2018г. (и соответствующая терапия <данные изъяты>), с учетом морфологических особенностей сердечной патологии: <данные изъяты>, улучшала прогноз, но не могла дать абсолютных гарантий предотвращения развития <данные изъяты>.

Установить насколько повлияли выявленные недостатки оказания медицинской помощи ФИО1 на сроки лечения и ухудшения здоровья пациента не представляется возможным в силу следующих причин:

- однозначно высказаться, насколько иным было бы течение заболевания и его исход в целом при ранней госпитализации пациента, не представляется возможным;

-оценка осложнений <данные изъяты> проведена несколько некорректно: <данные изъяты>, не соответствует клинической картине, описанной в карте стационарного больного №. Хроническая <данные изъяты> не может развиться, как осложнение в остром периоде <данные изъяты>. То есть, течение <данные изъяты> у ФИО1 имело неосложненный характер;

- лечение <данные изъяты> в стационарных условиях продолжалось 8 дней, при средних сроках лечения <данные изъяты><данные изъяты> электрокардиограммы – 9 дней, <данные изъяты> – 12 дней (стандарт специализированной медицинской помощи при нестабильной <данные изъяты> электрокардиограммы), (утв. Приказом МЗ РФ от 01.07.2015г. №ан);стандарт специализированной медицинской помощи при остром <данные изъяты> (с подъемом сегмента ST электрокардиограммы), (утв. Приказом МЗ РФ от 01.07.2015г. №ан с изм.От 01.09.2017г.));

- не исключено, что продолжительность последующего амбулаторного курса лечения была опосредована, в том числе, отказом больного «от прохождения кардиореабилитации» (запись в протоколе ВК № от 25.10.2018г.).

Таким образом, прямой причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи и сроками лечения, ухудшением состояния ФИО1 не усматривается. При отсутствии прямой причинно-следственной связи, степень тяжести вреда здоровью, обусловленная дефектами качества оказания медицинской помощи, не оценивается.

Согласно положениям протоколов/клинических рекомендаций немедленное (КАГ<2 час.) и раннее (КАГ в пределах от 2 до 24 час.) инвазивное вмешательство предпринимается у больных с наличием критериев, соответственно, очень высокого и высокого риска, включающих: гемодинамическую нестабильность, кардиогенный шок; рецидивирующую или продолжающуюся боль в грудной клетке, устойчивую к медикаментозному лечению;; жизнеугрожающие аритмии, остановку сердца; острую сердечную недостаточность с рефрактерной стенокардией или отклонением сегмента ST; повторные динамические изменения сегмента ST или зубца Т, особенно с преходящей элевацией сегмента ST и др. (рекомендации ESC по ведению пациентов с острым коронарным синдромом без стойкого подъема сегмента ST 2015/рабочая группа Европейского кардиологического общества (ESC)по ведению пациентов с острым коронарным синдромом без стойкого подъема сегмента ST (опубликовано: Российский кардиологический журнал № (131)/2016); рекомендации Общества специалистов по неотложной кардиологии: диагностика и лечение больных с острым коронарным синдромом без подъема сегмента STэлектрокардиограммы/рек.МЗ РФ, 2015).

Критерии высокого/очень высокого риска у ФИО1 на 10.10.2018г. отсутствовали. Таким образом, проведения оперативного лечения в экстренном порядке на 10.10.2018г. не требовалось. В случае его госпитализации, наиболее вероятно, решение об инвазивном вмешательстве было бы принято после подтверждения диагноза ИБС и обследования пациента в полном объеме, включая коронарную ангиографию.

Отказ ФИО1 от госпитализации 09.10.2018г., как таковой, не мог явиться непосредственной причиной развития <данные изъяты>. Однако, любой отказ от квалифицированной медицинской помощи в ургентной ситуации всегда сопряжен с повышением риска несвоевременной диагностики заболевания, развития осложнений, утяжелении состояния больного, неблагоприятного исхода заболевания.

Согласно результатов коронароангиографии от 12.10.2018г., у ФИО1 имело место хроническое заболевание – <данные изъяты>, клинически протекающее с периодами обострений и ремиссий. Госпитализация ФИО1 10-11.10.2018г., страдающего от <данные изъяты> улучшала прогноз, но не могла на 100% гарантировать предотвращение развития <данные изъяты>. То есть, между отсутствием госпитализации при первичном обращении в санпропускник № ГАУЗ КО «НГКБ №» 10.10.2018г. и в поликлинику № ГАУЗ КО «НГКБ №» 11.10.2018г. и развившимся <данные изъяты>, прямой причинно-следственной связи не усматривается.

Согласно данных медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № (281162/13), ГБУЗ КО НГКБ № поликлиника №, при обращении 11.01.2019г.: пациент жалоб не предъявлял, боли кардиального характера не испытывал. Субъективно- «умеренные физические нагрузки переносит удовлетворительно». При физикальном осмотре патологии не выявлено. На ЭКГ без отрицательной динамики. По результатам велоэргометрии <данные изъяты> пациент выписывается к труду с 12.01.2019г.». Общий срок временной нетрудоспособности составил 93 дня. На медико-социальную экспертизу, с целью определения инвалидности, пациент не обращался.

Таким образом, наличия клинически значимого снижения объема трудоспособности и «признаков инвалидности» у ФИО1 на 11.01.2019г. не усматривается.

Заключение судебно-медицинской экспертизы в полном объеме отвечает требованиям ст. ст. 85, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы. Заключение экспертов основано на материалах гражданского дела и медицинской документации. Заключение выполнено экспертами, имеющими высшее медицинское образование, соответствующую квалификацию, большой опыт работы по специальности, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд, проверив данное заключение на полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов, проанализировав содержание заключения, приходит к выводу, что оно является полным и обоснованным, поскольку содержит подробно описание проведенных исследований, в заключении отсутствуют какие-либо противоречия.

В связи с изложенными обстоятельствами, у суда не имеется оснований сомневаться в выводах и компетенции комиссии экспертов ОГБУЗ «Бюро Судебно-медицинской экспертизы <адрес>».

Сторонами не были представлены доказательства, позволяющие суду усомниться в компетентности экспертной комиссии в специальных областях медицины, а также в правильности и обоснованности данного ими заключения, также не представлено доказательств, свидетельствующих о заинтересованности экспертной комиссии (либо кого-то из ее членов) в исходе дела.В связи с чем, судпринимает заключение судебно–медицинской экспертизы №, проведенной ОГБУЗ «Бюро Судебно-медицинской экспертизы <адрес>»,в качестве относимого и допустимого доказательства по настоящему делу. Несогласие представителя истца с выводами экспертизы не свидетельствует об их противоречивости.

При этом, указанное экспертное заключение судом оценивается в совокупности с другими, представленными сторонами по делу доказательствами в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 23 «О судебном решении, ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ.

Учитывая вышеизложенное, суд считает установленным, что ФИО1 ответчиком ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №», какпри обращении истца 10.10.2018г.всанпропускник, так и при обращении 11.10.2018г. в поликлинику №,относящуюся к ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №, медицинская помощь была оказана ненадлежащим образом, которая выразилась в ненадлежащей диагностике, приведшей к неверной тактике лечения и увеличению риска прогрессирования заболевания у истца. Через день послепервичного обращения за помощью, 12.10.2018г. истец был доставлен в ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» бригадой скорой медицинской помощи, где ему был поставлен диагноз <данные изъяты>.

Поскольку у ФИО1 при обращении 10.10.18г. к ответчику за медицинской помощью, имелись эпизоды торакальных болей, чувство дискомфорта в области грудной клетки, не исключающие впервые возникшую стенокардию <данные изъяты>, по поводу чего им 09.10.2018г. вызывалась бригада скорой медицинской помощи, истцу с целью исключения указанных сердечных патологий иопределения причин возникновения, имеющихся болей в области груди, необходимобыло провести обследование: 10.10.2018г. - биохимическое тестирование (тропониновыйтест) и при его положительном результате, незамедлительно начать лечебные мероприятия, в соответствии с требованиями стандарта и клиническими протоколами лечения острого инфаркта миокарда без подъема сегмента ST на кардиограмме, а при получении отрицательного результата теста госпитализировать больного в стационар для динамического наблюдения и проведения лечебно-диагностических мероприятий,с целью подтверждения/исключения ишемической болезни сердца и выбора тактики лечения, однако, указанный тест и последующее медицинские мероприятия с учетом его результатов, проведеныответчиком не были.

Кроме того, 11.10.2018г. при обращении истца в поликлинику №, ему с учетом сложившийся клинической ситуации, было показано выполнение электрокардиографии и сравнительного анализа ее результатов с данными ЭКГ от 10.10.2018г. и, в случае выявления отрицательной динамики следовало незамедлительно решить вопрос о госпитализации пациента в стационар в экстренном порядке, что также выполнено не было.

Судом установлено, что при обращении ФИО1 10.10.2018г. в приемное терапевтическое отделение ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» медицинская помощь ему была оказана несвоевременно, поскольку указанная помощь ему была оказана в 10ч.10 мин. при его поступлении в 09.ч.16 мин., т.е. с нарушением положений, закрепленных в приказе МЗ РФ от 10.05.2017г. №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», п. 3.9.3. «Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым при остром коронарном синдроме (коды по МКБ-10:I20.0, I21-I24), согласно которым осмотр пациентакардиологом с подозрением на ОКС, должен быть произведен не позднее 5 минут от момента поступления больного в стационар. Однако,данное нарушение не повлекло для истца причинения вреда здоровью, ухудшения состояния его здоровья, которые состояли бы в причинной связи с наступившими последствиями, повлекшими причинение истцу морального вреда.

Довод представителя ответчика об отсутствии необходимости проведения истцу тропонинового теста, суд считает необоснованным, поскольку, как следует из заключения экспертов, с учетом имеющегося у истца совокупного анамнеза, с целью исключения у него <данные изъяты>, данный тест был необходим.

Отсутствие прямой причинно-следственной связи между недостатками оказанной истцу ответчиком медицинской помощи, его не госпитализации 10.10.2018г., 11.11.2018г., и ухудшением его состояния здоровья, удлинением сроков лечение и случившимся 12.10.2018г. у истца <данные изъяты>, на что ссылается ответчик, не опровергает обстоятельств, установленных судом, свидетельствующих о некачественно оказанной ФИО1 медицинской помощи в ходе его обращений к ответчику 10.10.2018г. и 11.10.2018г.

Отказ истца от госпитализации 09.10.2018г. не освобождает ответчика от обязанности оказать истцу медицинскую помощь надлежащим образом 10.10.2018г. и 11.10.2018г., равно как и не освобождает ответчика от ответственности вследствие ее оказания ненадлежащим образом.

Учитывая изложенное, поскольку судом установлено ненадлежащее оказание истцу медицинской помощи, то истец имеет право на компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств дела, а именно, из морально-нравственных переживаний истца о состоянии здоровья, полноты обследования, установления верного диагноза и своевременности назначения лечения, а также учитывая физические страдания, связанные с продолжающимися болями после обращения к ответчику, с учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание, что ответчик является юридическим лицом, деятельность которого связана с оказанием медицинских услуг населению, и несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере здоровья, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 50000 рублей.

Суд полагает, что данная сумма является разумной и соответствует степени и характеру перенесенных истцом физических и нравственных страданий, а потому сумма заявленная истцом в размере 700 000 рублей является завышенной и не подлежит взысканию с ответчика.

Поскольку к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями, применяется законодательство о защите прав потребителей, то с ответчика также подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения законных требований потребителя.

Согласно ч. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку в добровольном порядке требования о компенсации морального вреда, в том числе после обращения 06.03.2019г. истца в суд, ответчиком удовлетворены не были, то в соответствии со ст. 13 ч. 6 Закона РФ «О защите прав потребителей» и п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" с ответчика подлежит взысканию штраф в пользу потребителя в размере 25 000 руб., из расчета 50% от присужденной судом суммы – 50 000 руб. (50 000 руб.х50%).

Кроме того, в соответствии со ст. 88, 94, 95, 103 ГПК РФ суд считает, что с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате услуг судебной экспертизы, проведенной экспертами ОГБУЗ «Бюро Судебно-медицинской экспертизы <адрес>» в сумме 54 980 руб.

В связи с тем, что истец согласно ст. 333.36 НК РФ, освобождается от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход бюджета Новокузнецкого городского округа государственную пошлину в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Кемеровской области «Новокузнецкая городская клиническая больница № 1» в пользу ФИО1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, штраф в размере 25 000 рублей.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Кемеровской области «Новокузнецкая городская клиническая больница № 1»в пользуОбластного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы Томской области» расходы по проведению экспертизы в размере 54 980 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требованийФИО1, отказать.

Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения Кемеровской области «Новокузнецкая городская клиническая больница №»в доход бюджета Новокузнецкого городского округагосударственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме

Мотивированное решение суда изготовлено 12.08.2019г.

Судья: О.А. Нейцель