Апелляционное определение № 33А-994/2026 от 22 марта 2026 г.

Дело №2а-2180/2025; 33а-994/2026

УИД 68RS0002-01-2025-003410-41

Судья Бабкина Н.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Тамбов 23 марта 2026 г.

Судебная коллегия по административным делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего Яковлевой М.В.

судей: Симоновой Т.А., Моисеевой О.Н.

при секретаре Тулуповой Ю.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Министерству экологии и природных ресурсов Тамбовской области о признании незаконным решения о предоставлении в пользование водного объекта,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда г. Тамбова от 20 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Яковлевой М.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с административным иском к Министерству экологии и природных ресурсов Тамбовской области с требованием о признании незаконным решения о предоставлении в пользование водного объекта для цели осуществления прудовой аквакультурой (рыболовства), зарегистрированное в государственном водном реестре №*** от 27 сентября 2023 года.

В обоснование требований указано, что административный истец является арендатором земельного участка с кадастровым номером ***, расположенного по адресу: ***, который используется с целью ведения сельского хозяйства сроком до 6 февраля 2034 года. Кроме того, административному истцу на праве аренды принадлежат рядом расположенный земельный участок с кадастровым номером *** в границах бывшего СХПК «***», являющийся землей сельскохозяйственного назначения, и сооружение с кадастровым номером *** по адресу: ***, юго-западнее, представляющее собой земляную плотину с трубчатым донным водоспуском.

Позже ей стало известно, что 27 сентября 2023 года административным ответчиком было принято решение о предоставлении в пользование индивидуальному предпринимателю ФИО2 пруда на юго-западной окраине с. ***, который расположен на арендуемом ею земельном участке с кадастровым №***.

Считает, что административный ответчик, в нарушение действующего законодательства, предоставил данный пруд вышеуказанному лицу на основании решения о предоставлении водного объекта в пользование для цели осуществления прудовой аквакультурой (рыболовства), зарегистрированного в государственном водном реестре №*** от 27 сентября 2023 года.

Договор водопользования между административным ответчиком и индивидуальным предпринимателем ФИО3 был заключен без проведения аукциона. Водный объект предоставлен только по его заявлению. При этом, данные обстоятельства не отрицались административным ответчиком в ответе на обращение от 26 марта 2025 года, где указано, что иных заявлений о предоставлении вышеуказанного водного объекта в пользование в Министерство не поступало, договоры водопользования и решения о предоставлении водного объекта в пользование на данный водный объект прежде не выдавались.

Полагает, что предоставление в пользование водного объекта индивидуальному предпринимателю ФИО3 было невозможно, поскольку земли под водной гладью и береговая линия принадлежат ФИО1 на праве собственности. Соответственно, данному лицу должно было быть отказано в предоставлении этой услуги.

Так же отмечает, что Водный кодекс Российской Федерации предусматривает преимущественное право водопользователя на заключение договора водопользования на новый срок. Водопользователь, надлежащим образом исполнявший свои обязанности по договору водопользования, по истечении срока действия договора водопользования имеет преимущественное перед другими лицами право на заключение договора водопользования на новый срок, за исключением случая, если договор водопользования был заключен по результатам аукциона. Водопользователь обязан уведомить в письменной форме исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления о желании заключить договор водопользования на новый срок, однако, индивидуальный предприниматель ФИО3 такого права не имел, так как ранее договор водопользования на данный объект с ним не заключался.

Считает, что довод административного ответчика, о том, что спорный пруд предоставлен индивидуальному предпринимателю ФИО3 для цели осуществления прудовой аквакультуры (рыболовства), противоречит части 3 статьи 4 Федерального закона от 2 июля 2013 года №148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которой в обводненных карьерах и прудах (за исключением прудов, образованных водоподпорными сооружениями на водотоках и с акваторией площадью более 200 гектаров, если иное не предусмотрено федеральными законами), а также на водных объектах, используемых в процессе функционирования мелиоративных систем, рыбоводные участки не выделяются.

Решением Ленинского районного суда г. Тамбова от 20 ноября 2025 года в удовлетворении административных исковых требований ФИО1 отказано.

Не согласившейся с решением суда административным истцом подана апелляционная жалоба о его отмене.

Полагает, что иск подан с нарушением трёхмесячного срока на подачу административного искового заявления по независящим от неё обстоятельствам, а именно в связи с возвращением административного иска Ленинским районным судом г. Тамбова.

Приводя доводы, аналогичные требованиям, указанным в административном исковом заявлении, указывает, что, несмотря на выводы суда первой инстанции о наличии гидравлической связи с рекой Цной, пруд не находится в федеральной собственности, поскольку не впадает в реку Цну, а является искусственным водоемом, созданным в границах земель сельскохозяйственного назначения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились административный истец ФИО1, представитель заинтересованного лица – Министерства имущественных отношений и государственного заказа Тамбовской области, заинтересованное лицо индивидуальный предприниматель ФИО3, которые о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 5 «О применении судами норм Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» в суде апелляционной инстанции не применяются правила об обязательном участии сторон и иных лиц, участвующих в деле, их представителей в судебном заседании суда первой инстанции (статья 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Учитывая изложенное, на основании статей 150, 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исходя из разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 79 постановления от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» и в пункте 26 постановления от 11 июня 2020 года № 5 «О применении судами норм Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции», в силу положений Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебных актов по апелляционным жалобам и представлениям, а не полное повторное рассмотрение административного дела по правилам суда первой инстанции.

Изучив материалы дела, выслушав представителя административного истца ФИО1 по доверенности ФИО4, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя административного ответчика Министерства экологии и природных ресурсов Тамбовской области ФИО5, полагавшую, что решение является законным и обоснованным, проверив судебный акт в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для его отмены.

Согласно части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно пункту 4 статьи 1 Водного кодекса Российской Федерации под водным объектом понимается природный или искусственный водоем, водоток либо иной объект, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 5 Водного кодекса Российской Федерации водные объекты в зависимости от особенностей их режима, физико-географических, морфометрических и других особенностей подразделяются на:

1) поверхностные водные объекты;

2) подземные водные объекты.

Пунктами 2 и 3 части 2 данной статьи предусмотрено, что к поверхностным водным объектам относятся, в частности, водотоки (реки, ручьи, каналы) и водоемы (озера, пруды, обводненные карьеры, водохранилища).

Право пользования поверхностными водными объектами или их частями приобретается физическими лицами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным этим Кодексом и другими федеральными законами (часть 1 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации право пользования поверхностными водными объектами, находящимися в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, собственности муниципальных образований, приобретается в целях: использования акватории водных объектов - на основании договоров водопользования; сброса сточных вод - на основании решений о предоставлении водных объектов в пользование.

Постановлением Главы Тамбовской области от 15 декабря 2022 г. № 60 утверждено Положение о министерстве экологии и природных ресурсов Тамбовской области, из которого следует, что министерство является исполнительным органом Тамбовской области (п.1.1), заключает договоры водопользования, принимает решения о предоставлении в пользование водных объектов или их частей, находящихся в федеральной собственности и расположенных на территории области, в пределах компетенции (п.3.1.4.1).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в собственности ФИО1 находится земельный участок с кадастровым номером ***, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: ***», а также сооружение с кадастровым номером *** – земляная плотина с трубчатым донным водоспуском, расположенное по адресу: *** (л.д.12-22).

Также на праве аренды ФИО1 предоставлен земельный участок с кадастровым номером ***, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: Тамбовская область, Тамбовский район, находящийся в собственности субъекта Российской Федерации – Тамбовская область (л.д.23-24).

Договор аренды земель сельскохозяйственного назначения в отношении вышеуказанного земельного участка №*** заключен 07 февраля 2019 г. сроком с 07 февраля 2019 г. по 06 февраля 2034 г. между комитетом по управлению имуществом Тамбовской области и ФИО1 (л.д.25-26).

Данные земельные участки и сооружение граничат с водным объектом – пруд в юго-западной окраине с.***, который включен в государственный водный реестр. Для подпора воды в пруду на данном водном объекте установлено гидротехническое сооружение (л.д.84,85).

В государственном водном реестре собственником данного гидротехнического сооружения значится ООО ***», однако, исходя из выписки из ЕГРН на данное сооружение, регистрация права ООО «***» в отношении данного объекта прекращена 02 июля 2018 г. в связи с его приобретением ФИО1 на основании договора купли-продажи от 15 июня 2018 г.

15 сентября 2023 г. Министерством экологии и природных ресурсов Тамбовской области принято решение о предоставлении водного объекта (пруда в юго-западной окраине с.*** (бассейн р.Волга, ***) в пользование индивидуальному предпринимателю ФИО3, зарегистрированное 27 сентября 2023 г. (л.д.86-101).

Как указано судом первой инстанции, решение Министерства экологии и природных ресурсов Тамбовской области о предоставлении индивидуальному предпринимателю ФИО3 водного объекта в пользование содержит все необходимые сведения, установленные статьей 22 Водного Кодекса Российской Федерации, принято уполномоченным органом в установленном порядке.

По состоянию на дату принятия оспариваемого решения пруд ни в чьем пользовании не находился, что следует из сведений, представленных Отделом водных ресурсов по Тамбовской области Донского БВУ от 27 июня 2023 г. (л.д.83), а также судом установлено, что вопреки доводам административного истца договор водопользования с ФИО1 не заключался, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что ФИО1 имела преимущественное право на заключение договора водопользования в соответствии с частью 1 статьи 15 Водного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 12 частью 3 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации в целях осуществления прудовой аквакультуры (рыбоводства) в прудах, образованных водоподпорными сооружениями на водотоках и с акваторией площадью не более 200 гектаров, а также на водных объектах, используемых в процессе функционирования мелиоративных систем право пользования поверхностными водными объектами, находящимися в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, собственности муниципальных образований, приобретается на основании решений о предоставлении водных объектов в пользование, если иное не предусмотрено частями 2 и 4 настоящей статьи.

Согласно оспариваемому решению площадь используемой акватории – 0,132264 кв.км., что составляет 13,23 гектаров, т.е. менее 200 гектаров.

Судом первой инстанции учтен данный факт, а также то, что пруд образован водоподпорным сооружением на водотоке и не является изолированным, вопреки доводам административного истца право пользование на него приобретается на основании пункта 12 части 3 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации, т.е. на основании решения о предоставлении водных объектов в пользование, а не на основании аукциона.

В пункте 3 статьи 4 Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» закреплено, что в обводненных карьерах и прудах (за исключением прудов, образованных водоподпорными сооружениями на водотоках и с акваторией площадью более 200 гектаров, если иное не предусмотрено федеральными законами), а также на водных объектах, используемых в процессе функционирования мелиоративных систем, рыбоводные участки не выделяются.

Исходя из положений статьи 2 названного Федерального закона указано, что рыбоводный участок - водный объект и (или) его часть, участок континентального шельфа Российской Федерации, участок исключительной экономической зоны Российской Федерации, используемые для осуществления аквакультуры (рыбоводства).

Рыбоводные участки выделяются в рыбохозяйственных бассейнах, установленных в соответствии с Федеральным законом от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" (пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 148-ФЗ).

При этом, согласно пункту 1 статьи 5.1 Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 148-ФЗ для целей аквакультуры (рыбоводства) допускается использование земель сельскохозяйственного назначения, занятых водными объектами (обводненными карьерами и прудами, в том числе прудами, образованными водоподпорными сооружениями на водотоках и используемыми в целях осуществления прудовой аквакультуры), расположенными в границах земельного участка, в целях осуществления прудовой аквакультуры, а также использование земельного участка для осуществления деятельности, предусмотренной договором пользования рыбоводным участком, находящимся в государственной или муниципальной собственности.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции посчитал, что довод представителя заинтересованного лица Министерства имущественных отношений и государственного заказа Тамбовской области о том, что образование рыбоводного участка на спорном водном объекте противоречит нормам действующего законодательства подлежал отклонению, поскольку пруд не относится к рыбоводным участкам и в силу действующих правовых норм допускается его использовать для осуществления прудовой аквакультуры.

Также обоснованно судом отклонены доводы административного истца о том, что земля под водоемом, вокруг водоема, береговая линия и ГТС принадлежат ФИО1 либо на праве собственности, либо на праве аренды, что говорит об ограничении ее прав при принятии оспариваемого решения.

Согласно части 6 статьи 6 Водного кодекса Российской Федерации полоса земли вдоль береговой линии (границы водного объекта) водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров.

В соответствии с положениями статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации к землям водного фонда относятся земли, покрытые поверхностными водными объектами. Если водные объекты полностью находятся в пределах земель сельскохозяйственного назначения и (или) земель других категорий, такие земли не относятся к землям водного фонда.

В силу пунктов 3, 10 части 5 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки, в пределах которых расположены водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности; расположенные под объектами гидротехнических сооружений.

Частью 1 и 2 статьи 8 Водного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 настоящей статьи. Пруд, обводненный карьер, расположенные в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся соответственно в собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица, если иное не установлено федеральными законами.

Водоем, ограниченный с одной стороны гидротехническим сооружением, не обособленный и не изолированный от других поверхностных водных объектов, к которым относится спорный пруд, что следует из представленного ситуационного плана (л.д.93,94), под действие части 2 статьи 8 Водного кодекса Российской Федерации не подпадает, в связи с чем не может находиться в иной собственности, кроме федеральной.

Указанное прямо следует из позиции, изложенной в пункту 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17 июля 2019 г.).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований, нарушение прав ФИО1 при принятии оспариваемого решения о предоставлении в пользование водного объекта судом не установлено, в связи с чем административные требования оставлены без удовлетворения.

Кроме того, как следует из административного иска и приложенных к нему документов, ФИО1 стало известно о наличии оспариваемого решения о предоставлении в пользование водного объекта для цели осуществления прудовой аквакультуры (рыболовства) из ответа Министерства экологии и природных ресурсов Тамбовской области от 26 марта 2025 г. №*** (л.д.11).

В материалах дела имеется определение судьи Тамбовского районного суда Тамбовской области по материалу №*** от 26 августа 2025 г. о возвращении искового заявления ФИО1 в связи с неподсудностью.

Таким образом, судом первой инстанции также установлено, что ФИО1 обратилась за судебной защитой за пределами срока, установленного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в административном иске. Какие-либо доказательства уважительности причин пропуска названного срока в материалах дела отсутствуют.

Судебная коллегия считает выводы верными и не находит оснований для отмены принятого судебного акта, поскольку он основан на правильно установленных фактических обстоятельствах дела, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана в соответствии с требованиями статей 62 и 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Исходя из пунктов 12 части 3 статьи 11 Водного кодекса Российской Федерации, Правилами подготовки и принятия решения о предоставлении водного объекта в пользование, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 19.01.2022 № 18 (далее - Правила), водный объект может быть предоставлен в пользование для целей осуществления прудовой аквакультуры (рыбоводства) в прудах, образованных водоподпорными сооружениями на водотоках и с акваторией площадью не более 200 гектаров, а также на водных объектах, используемых в процессе функционирования мелиоративных систем на основании решения о предоставлении водного объекта в пользование, что опровергает утверждение Истца о необходимости проведения аукциона и заключения договора водопользования.

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации № 253 от 28 апреля 2007 года, Федеральное агентство водных ресурсов и его территориальные органы ведут государственный водный реестр. Регистрацию договоров водопользования и решений о предоставлении водных объектов в пользование в Тамбовской области осуществляет отдел водных ресурсов по Тамбовской области Донского БВУ.

На основании информации, предоставленной отделом Донского БВУ на дату подачи заявления индивидуальным предпринимателем ФИО3 не было оформлено разрешительных документов на использование спорного водного объекта.

В 2023 году на основании заявления от 24 августа 2023 г. № *** и обосновывающих материалов индивидуальному предпринимателю ФИО3 Министерством выдано решение о предоставлении водного объекта (пруд в юго - западной окраине *** (бассейн р. Волга), код водного объекта: *** в обособленное водопользование в целях осуществления прудовой аквакультуры (рыбоводства) в прудах, образованных водоподпорными сооружениями на водотоках и с акваторией площадью не более 200 гектаров, а также на водных объектах, используемых в процессе функционирования мелиоративных систем, сроком водопользования с 27 сентября 2023 г. по 01 октября 2028 г.

В соответствии с Правилами право на использование водоема для прудовой аквакультуры (рыбоводства) происходит без проведения аукциона. Данная процедура носит исключительно заявительный характер.

Административный истец, являясь арендатором земельного участка под спорным водным объектом с 2019 года, ни разу не обращался в Министерство с заявлением о предоставлении ей его в пользование, следовательно, разрешение на водопользование ФИО1 не выдавалось. Соответственно не имея договора водопользования условия пользования водным объектом, на которые ссылается административный истец, ничем не установлены и их соблюдение не может быть подтверждено.

Статьей 8 Водного кодекса Российской Федерации установлено, что водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 статьи 8 Водного Кодекса Российской Федерации, согласно которой пруд, обводненный карьер, расположенные в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся соответственно в собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица, если иное не установлено федеральными законами.

Исходя из системного толкования статьей 1, 5, 8 Водного кодекса Российской Федерации в собственности субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, физических и юридических лиц могут находиться только пруды (состоящие из поверхностных вод и покрытых ими земель в пределах береговой линии), обладающие признаками изолированности и обособленности от других поверхностных водных объектов, то есть не имеющие гидравлической связи с иными водными объектами. Если пруд не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов и имеет с ними гидравлическую связь, он относится к собственности Российской Федерации, в том числе в случае, когда пруд образован на водотоке (реке, ручье, канале) с помощью водоподпорного сооружения.

На основании статьи 31 Водного кодекса Российской Федерации сведения о водных объектах содержатся в государственном водном реестре, ведение которого осуществляется уполномоченным Правительством Российской Федерации органом исполнительной власти в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 апреля 2007 № 253 ведение государственного водного реестра возложено на Федеральное агентство водных ресурсов. В соответствии с Положением о Федеральном агентстве водных ресурсов, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июня 2014 № 282, Федеральное агентство водных ресурсов осуществляет свою деятельность непосредственно или через свои территориальные органы (в том числе бассейновые) и подведомственные организации.

Согласно данным Донского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов в утвержденной приказом Министерства природных ресурсов Российской Федерации от 29 мая 2007 № 138 «Об утверждении формы государственного водного реестра» форме 1.9-гвр «Водные объекты. Изученность» пруд, указанный в исковом заявлении, расположен в водохозяйственном участке: 09.01.02.002 - Цна от истока до г. Тамбова, согласно форме 2.5-гвр «Государственная регистрация» данные в государственном водном реестре на спорный объект отсутствуют.

Как указывалось ранее, в силу статей 5, 8, 31 Водного кодекса Российской Федерации, а также статей 3, 27, 102 Земельного кодекса Российской Федерации указанный в исковом заявлении водный объект является федеральной собственностью, ввиду чего земельные участки под ним не подлежат сдаче в аренду физическому (юридическому) лицу.

В собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица могут находиться только пруды, которые не имеют гидравлической связи с иными водными объектами и находятся за пределами водотоков, то есть замкнутые водоемы и покрытые ими земли. Если пруд не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов и имеет с ними гидравлическую связь, он относится к федеральной собственности, в том числе в случае, когда пруд образован на водотоке (реке, ручье, канале) с помощью водонапорного сооружения. Если пруд как водный объект относится к федеральной собственности, то его составная часть - покрытая поверхностными водами земля в пределах береговой линии - также является федеральной собственностью. В этом случае земельный участок как объект земельных отношений не формируется и в этом качестве не может быть предоставлен в аренду. Кроме того, согласно подпункту 10 пункта 5 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки, расположенные под объектами гидротехнических сооружений.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации только собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 608 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право сдачи имущества в аренду принадлежит собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Таким образом, указанный в заявлении пруд с момента введения в действие Водного кодекса Российской Федерации в результате разграничения государственной собственности на землю в силу прямого указания закона является федеральной собственностью, в связи с чем управление и распоряжение этим земельными участками осуществляет Российская Федерация в лице уполномоченных органов; заключение договора аренды с административным истцом фактически является распоряжением федеральной собственностью в части земельного участка, на котором расположен водный объект, находящийся в федеральной собственности; такая сделка является недействительной (ничтожной) в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку противоречит требованиям статей 1, 5, 8 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 102 Земельного кодекса российской Федерации, и статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, нарушает права Российской Федерации и посягает на публичные интересы неограниченного круга лиц, в связи с чем такие договоры недействительны (ничтожны).

Учитывая вышеизложенное, при принятии оспариваемого решения о предоставлении водного объекта в пользование Министерство действовало в полном соответствии с положениями водного законодательства.

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции был представлен ответ на запрос от 20 марта 2026 г. Росгидромета, согласно которому, сотрудниками Тамбовского ЦГМС - филиала ФГБУ «Центральночерноземное УГМС» произведено изучение имеющейся в наличии картографической информации и находящихся в свободном доступе данных дистанционного зондирования Земли (космические снимки). На основании полученных данных выяснено, что на земельном участке, расположенном по адресу: *** находится пруд с названием «пруд в Ю-3 окраина с. ***» и кодом водного объекта ***. Этот пруд образован запрудой, на ручье без названия, в овраге *** и имеет гидрологическую связь с расположенными ниже и выше по течению водными объектами. Ручей без названия вытекает из пруда расположенного выше по течению ручья, и является правым притоком другого ручья без названия, впадающего в ручей ФИО6 (код в ФИО7) с левого берега. ***, в свою очередь впадает в реку ***, (код в ФИО7) с левого берега в 16 км от устья, которая затем впадает в реку *** (код в ФИО7), и *** (код в ФИО7) по левому берегу в 375 км от её устья. Водохозяйственный участок: *** от истока до г. Тамбов, окский бассейновый округ.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, они фактически сводятся к необходимости переоценки исследованных судом доказательств. Однако, основания для иной оценки доказательств отсутствуют, поскольку выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Нарушений процессуального права, влекущих в безусловном порядке отмену решения суда первой инстанции, не установлено.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения.

Руководствуясь статьями 309, 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия,

о п р е д е л и л а :

решение Ленинского районного суда г. Тамбова от 20 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев через Ленинский районный суд г. Тамбова.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи