Апелляционное определение № 33-471/2026 33-8516/2025 от 9 февраля 2026 г.

Судья: Томащак А.С. № 33-471/2026

№ дела в 1-й инст. №2-146/2025

УИД 91RS0019-01-2024-002818-34

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Симферополь 10 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего Балема Т.Г.,

судей Каменьковой И.А.,

ФИО1,

при секретаре Татариной А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО4, третье лицо: Акционерное общество «Страховая компания «Гайде», о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Симферопольского районного суда Республики Крым от 09 июля 2025 года,

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4, в котором, уточнив требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил взыскать солидарно с ответчиков материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 1 461 200 рублей, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, судебные расходы по оплате независимой экспертизы в размере 12 000 рублей и государственной пошлины в размере 17 154 рублей.

Заявленные требования мотивированы тем, что 15 марта 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля «Хюндай», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, и автомобилем «Киа», государственный регистрационный знак №, принадлежащем ФИО4, под управлением ФИО3 ДТП произошло в связи с нарушением ФИО3 Правил дорожного движения Российской Федерации. Суммы страхового возмещения в размере 400 000 рублей недостаточно для возмещения причиненного истцу ущерба, кроме того, истцу причинен моральный вред.

Решением Симферопольского районного суда Республики Крым от 09 июля 2025 года исковые требования удовлетворены частично.

Взысканы с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 455 000 рублей, расходы на составление независимой экспертной оценки в размере 3 720 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 5 317,74 рублей.

В остальной части в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с таким решением суда, ФИО2 подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы указал, что заключение дополнительной судебной экспертизы не соответствует требованиям законодательства, при этом в ходатайстве истца о назначении повторной экспертизы судом необоснованно отказано.

В судебном заседании представители истца ФИО6 и ФИО7 доводы апелляционной жалобы поддержали, просили удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО8 просила решение оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом.

Информация о назначении судебного заседания размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Крым в информационно телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с требованиями ч. 2.1. ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

В связи с чем, на основании положений ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассматривать дело при имеющейся явке.

Пересматривая дело, судебная коллегия действует в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, согласно которой суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, оценивает имеющиеся в деле доказательства.

Заслушав доклад судьи Балема Т.Г., пояснения представителей истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» № 23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).

Обжалуемое решение суда первой инстанции не в полной мере соответствует вышеизложенным требованиям.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 20 минут по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Хюндай», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, и автомобиля «Киа», государственный регистрационный знак №, принадлежащем ФИО4, под управлением ФИО3

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении № от 15 марта 2024 года ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты>

Гражданская ответственность ФИО3 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в АО «СК «Гайде».

АО «СК «Гайде» произвела истцу страховую выплату в размере 400 000 рублей.

В соответствии с заключением досудебного исследования № 6314 от 26 апреля 2024 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, составляет 2 118 894 рублей.

С целью установления размера ущерба судом первой инстанции назначена по делу судебная автотехническая экспертиза, согласно выводам которой, среднерыночная стоимость транспортного средства «Хюндай», государственный регистрационный знак №, по состоянию на 15 марта 2024 года составляет 1 505 000 рублей; стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Хюндай», государственный регистрационный знак №, с учетом Положений Банка России от 19.01.2014 года № 432-П «О единой методике определения расходов восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства» по состоянию на 15 марта 2024 года составляет: без учета износа – 2 056 200 рублей, с учетом износа 1 455 400 рублей; стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Хюндай», государственный регистрационный знак №, без учета Положений Банка России от 19.01.2014 года № 432-П «О единой методике определения расходов восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства» по состоянию на 15 марта 2024 года составляет: без учета износа – 1 678 500 рублей, с учетом износа 1 272 300 рублей.

Согласно заключению дополнительной судебной экспертизы № 05/2025 от 13 марта 2025 года, действия водителя ФИО5, управлявшего транспортным средством «Хюндай», государственный регистрационный знак №, в исследуемом ДТП не соответствовали п. 10.1 и 1.3 ПДД РФ в части несоблюдения максимально разрешенной скорости движения перед местом и непосредственно на месте ДТП; в данной дорожной обстановке, с технической точки зрения, причинно-следственной связью между действиями водителей и ДТП является несоблюдение ПДД РФ обоими водителями-участниками столкновения (для водителя ФИО5 – п. 10.1 и 1.3 ПДД РФ, для водителя ФИО3 п. 13.9 и 1.3 ПДД РФ).

Судом первой инстанции данные выводы экспертных заключений приняты в качестве допустимых доказательств.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), установив факт причинения материального ущерба истцу, пришел к выводу о частичном удовлетворении иска, в связи с чем, взыскал с ответчика ФИО3 в пользу истца материальный ущерб.

При этом, суд первой инстанции исходил из наличия обоюдной вины ФИО5 и ФИО3 в дорожно-транспортном происшествии, поскольку водитель ФИО3 выехала на главную дорогу, не убедившись в безопасности маневра, а водитель ФИО5 не принял все возможные меры к снижению скорости и полной остановке своего автомобиля, определив степень вины водителей по 50 % у каждого.

Судебная коллегия не может согласиться с таким выводом суда первой инстанции и полагает, что доводы апелляционной жалобы истца об отсутствии причинно-следственной связи между нарушением им пункта 10.1. Правил дорожного движения и столкновением автомобилей заслуживают внимания, исходя из следующих мотивов.

Обстоятельством, имеющим значение для настоящего спора, является правомерность действий каждого из участников дорожно-транспортного происшествия с позиции Правил дорожного движения Российской Федерации.

При причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности вред возмещается по принципу ответственности за вину, при этом при наличии вины обоих владельцев транспортных средств размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого, а определение степени вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия относится исключительно к компетенции суда.

Как следует из части 2 статьи 56 ГПК РФ, право определять достаточность доказательств принадлежит суду, разрешающему спор по существу.

Назначение судебной экспертизы по правилам статьи 79 ГПК РФ непосредственно связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается, если оно необходимо для устранения противоречий в собранных судом иных доказательствах, а иным способом это сделать невозможно, установления значимых для дела обстоятельств посредством применения специальных знаний.

Для определения степени вины водителей автомобилей, участвовавших в ДТП, с учётом доводов апелляционной жалобы определением Верховного Суда Республики Крым от 02 октября 2025 года по настоящему делу назначена повторная судебная экспертиза, поскольку при проведении первоначальной экспертом не исследованы обстоятельства возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия, а также не установлена скорость движения автомобиля под управлением ФИО5

В соответствии с заключением повторной судебной автотехнической экспертизы № 2/0126 от 12 января 2026 года, в данной дорожной обстановке водитель автомобиля «Киа» ФИО3 должна была действовать в соответствии с требованиями:

- п. 13.9 ПДД РФ, согласно которым на перекрестке неравнозначных дорог водитель транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, должен уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения;

- п. 1.5 ПДД РФ, согласно которым участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

- дорожного знака 2.4. »Уступите дорогу», согласно которым водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по пересекаемой дороге.

Поскольку водитель автомобиля «Киа» ФИО3 не убедилась в безопасности своих действий, выехала на перекресток, не уступив при этом дорогу автомобилю «Хюндай», то в её действиях усматриваются несоответствия требованиям п. 13,9, п. 1.5 ПДД РФ и дорожного знака 2.4. »Уступите дорогу».

Действия водителя автомобиля «Киа» ФИО3, несоответствующие в комплексе требованиям п. 13,9 ПДД РФ, п. 1.5 ПДД РФ и дорожного знака 2.4. »Уступите дорогу», с технической точки зрения находятся в причинной связи с происшествием.

Техническая возможность для водителя ФИО3 предотвратить столкновение заключалась в выполнении ею требований п. 13,9, п. 1.5 ПДД РФ и дорожного знака 2.4. »Уступите дорогу», для чего помех технического характера по предоставленным материалам дела, не усматривается.

В данной дорожной обстановке водитель автомобиля «Хюндай» ФИО5 должен был действовать в соответствии с требованиями:

- ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ, согласно которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

- ч. 2 п. 10.1. ПДД РФ, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

- дорожного знака 3.24. «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч», согласно которым запрещается движение со скоростью (км/ч), превышающей указанную на знаке;

- п. 1.5 ПДД РФ, согласно которым участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Поскольку водитель автомобиля «Хюндай» ФИО5 перед происшествием двигался со скоростью, превышающей допустимое значение максимальной скорости установленной на данном участке дороги (55 > 40 км/ч), то действия водителя ФИО5 следует оценивать, как несоответствующие требованиям: ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ и дорожного знака 3.24. «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч».

Вместе с тем, поскольку объективные данные о времени движения автомобиля «Киа» с момента въезда на перекресток до момента столкновения в материалах дела не содержатся, а установить экспертным путем данное значение времени по имеющимся материалам не представляется возможным, то определить техническую возможность для водителя ФИО5 предотвратить столкновение, не представляется возможным.

Следовательно, оценить действия водителя ФИО5 применительно к требованиям ч. 2 п. 10.1 и п. 1.5 ПДД РФ, а также установить находятся ли его действия в причинной связи с происшествием, не представляется возможным. Поскольку определить техническую возможность для водителя ФИО5 предотвратить столкновение, не представляется возможным, то установить - находятся ли его действия, связанные с превышением скорости, в причинной связи с происшествием, также не представляется возможным.

У судебной коллегии не имеется оснований не доверять выводам эксперта, изложенным в заключении, поскольку доказательств, указывающих на недостоверность проведенного исследования, либо ставящих под сомнение выводы эксперта, сторонами по делу не представлено.

Как указано выше, определение степени вины участников дорожно-транспортного происшествия и наличия причинно-следственной связи между их действиями и возникновением вреда, а также положений Правил дорожного движения Российской Федерации, которыми в той или иной обстановке должны были руководствоваться водители транспортных средств является исключительной компетенцией суда, проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Оценивая представленные сторонами доказательства, экспертное заключение, с позиции соответствия действий водителей в момент ДТП Правилам дорожного движения Российской Федерации, судебная коллегия учитывает, что факт нарушения водителем ФИО5 Правил дорожного движения РФ и требований дорожного знака «Ограничение скорости» надлежащим образом не подтверждён, скорость движения его автомобиля не установлена, как не подтверждено и наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО5 и дорожно-транспортным происшествием.

При этом вина ФИО3 в нарушении Правил дорожного движения РФ (п.13.9) и столкновении транспортных средств установлена вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении от 15.03.2024 года.

Согласно справке о ДТП ОТ 15.03.2024 Г., имеющейся в материалах дела об административном правонарушении, со стороны водителя ФИО5 нарушений ПДД РФ инспектором ДПС ОВ ГАИ УМВД России по г. Симферополю не зафиксировано. При этом письменные объяснения ФИО5 в указанных материалах о примерной скорости движения до столкновения не позволяют достоверно установить наличие нарушения имеющихся ограничений.

В силу п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Пунктом 1.5 ПДД РФ предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, при обращении с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, каждый из причинивших вред владельцев транспортных средств должен доказать отсутствие своей вины в ДТП, и вправе представлять доказательства наличия такой вины другой стороны.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вместе с тем, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, таких доказательств, а именно доказательств наличия вины водителя ФИО9 в нарушении п.п. 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, наличия причиной связи между данным нарушением и столкновением транспортных средств, а соответственно и причинением вреда, стороной ответчика не представлено.

С учетом выводов заключения экспертизы, поскольку причиной дорожно-транспортного происшествия стало нарушение ответчиком ФИО3 Правил дорожного движения Российской Федерации при выезде на перекресток, а виновных действий истца, находящихся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, не установлено, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии обоюдной вины водителей в данном дорожно-транспортном происшествии.

Кроме того, принимая во внимание, что в данном случае дорожно-транспортное происшествием и причинение вреда имуществу истца произошло по вине ФИО3, являющейся законным владельцем автомобиля, ответственность за причиненный истцу вред не носит договорного характера, а законом не предусмотрена солидарная ответственность по данным правоотношениям, ответственность по возмещению ущерба подлежит возложению на ФИО3 Основания для взыскания ущерба с ответчика ФИО4 отсутствуют.

Согласно выводам судебной автотехнической экспертизы № 08/24 от 16 сентября 2024 года, которые не оспариваются сторонами, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Хюндай», государственный регистрационный знак №, с учетом Положений Банка России от 19.01.2014 года № 432-П «О единой методике определения расходов восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства» по состоянию на 15 марта 2024 года составляет без учета износа 2 056 200 рублей, среднерыночная стоимость транспортного средства «Хюндай» по состоянию на 15 марта 2024 года составляет 1 505 000 рублей, стоимость годных остатков автомобиля – 195 000 рублей.

Таким образом, размер материального ущерба, подлежащего взысканию в польщу истца, составляет 910 000 рублей (1 505 000 рублей (рыночная стоимость автомобиля) – 195 000 рублей (стоимость годных остатков) – 400 000 рублей (страховое возмещение).

В части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для их удовлетворения, поскольку надлежащих и допустимых доказательств в подтверждение факта причинения нравственных страданий, их характер и степень, истцом не представлено и судом, не установлено.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении иска, взыскании с ответчика ФИО3 причиненного истцу ущерба в размере 910 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции Обществом с ограниченной ответственностью «Межрегиональный центр специализированной экспертизы», была проведена экспертиза стоимость которой составила 40 000 рублей.

ФИО2 в счёт оплаты экспертизы предварительно на депозитный счёт Верховного Суда Республики Крым внесено 40 000 рублей (т.2 л.д.222).

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает возможным произвести оплату затрат на проведение судебной экспертизы, проведенной в рамках указанного гражданского дела, за счет средств, поступивших во временное распоряжение Верховного Суда Республики Крым.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

С учетом частичного удовлетворения исковых требований (62,3 %) с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворённым требованиям подлежат взысканию расходы по оплате досудебного исследования в размере 7 476 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 12 300 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы № 2/0126 от 12 января 2026 года в размере 24 920 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327-330 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить частично.

Решение Симферопольского районного суда Республики Крым от 09 июля 2025 года отменить в части.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 910 000 рублей, расходы на составление независимой экспертной оценки в размере 7 476 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 12 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Обязать Финансовую службу Верховного Суда Республики Крым перечислить денежные средства в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей, внесенные ФИО2, согласно платежному поручению № 320308017587 от 07 октября 2025 года по делу № 33-8516/2025 на депозитный счет Верховного Суда Республики Крым, на счет экспертного учреждения Общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональный центр специализированной экспертизы», по следующим реквизитам: получатель: Общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональный центр специализированной экспертизы», р/счет <***>, наименование банка: Южный филиал АО «Райффайзенбанк», к/с № 30101810900000000556 в Южном ГУ Банка России, БИК 040349556, ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 231 101001.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по оплате судебной экспертизы № 2/0126 от 12 января 2026 года в размере 24 920 рублей.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в течение 3-х месяцев в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 24 февраля 2026 года.

Председательствующий Т.Г. Балема

Судьи И.А. Каменькова

ФИО1